litbook

Проза


Семья Цветаевых и Таруса0

Имя всемирно признанного поэта Марины Цветаевой (1892-1941) неотделимо от Тарусы. Именно Тарусу назвала «колыбелью творчества» Цветаевой её дочь Ариадна Эфрон (1912-1975).

Марина Цветаева принадлежала к замечательной семье, занимающей особое место в нашей отечественной культуре. Она была дочерью основателя Музея изящных искусств (ныне Государственного музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина), всеевропейски известного учёного, заслуженного профессора Ивана Владимировича Цветаева (1847-1913). Неоспоримо, что столь колоссальные личности, как Марина Ивановна и Иван Владимирович Цветаевы имеют важнейшее значение. Но следует сказать, что каждый из членов семьи Цветаевых в меру своего таланта, либо способностей и возможностей внёс посильный вклад в русскую культуру.

Цветаевы долгие годы были связаны с Тарусой, каждый из них пронёс любовь к здешним местам через всю жизнь. До сих пор Цветаевых в Тарусе считают первыми дачниками, ибо, говорят, именно с них пошла мода на приезд в Тарусу москвичей на отдых в летнее время.

Впервые родители Марины Цветаевой Иван Владимирович и Мария Александровна приехали в Тарусу в 1891 г. С ними были дети И.В. Цветаева от первого брака: восьмилетняя дочь Валерия и годовалый сын Андрей. (Первая жена Ивана Владимировича Варвара Дмитриевна – дочь знаменитого русского профессора-историка Д.И. Иловайского умерла в 1890 г. спустя 8 дней после рождения сына. Поэтому вынужден был Цветаев жениться через год после кончины любимой жены, дабы его малолетним детям была мать). День 22 мая 1891 года был расписан по часам: 9.00 – венчание с Марией Александровной Мейн, 11.00 – свадебный завтрак для гостей, 12.30 – отъезд с семьей в Тарусу. Путь следования был таков: из Москвы с Курского вокзала поездом до станции Ивановской, затем переименованной в Тарусскую. Оттуда на тарантасе до Оки, которую переплывали на пароме. Далее по Тарусе на том же тарантасе. Впоследствии Цветаевы обычно так и добирались, иногда пользовались и другим маршрутом: поездом из Москвы до станции «Ока», оттуда пароходом до Тарусы.

Оказались Цветаевы в Тарусе благодаря двоюродной сестре Ивана Владимировича – Елене Александровне Добротворской (урожденной Цветаевой), пригласившей их туда. Она же вместе со своим мужем – тарусским земским врачом Иваном Зиновьевичем Добротворским помогла им устроиться с жильём. В то лето Цветаевы жили под Тарусой, в Игнатовском, в доме инженера Перцова, бывшем имении Бутурлиных, а ещё ранее – Нарышкиных. Игнатовское им понравилось. С большой теплотой вспоминала о пребывании там Валерия Цветаева спустя 70 лет в своих «Записках». Но собственного экипажа не было, ходить пешком в город довольно далековато, дети маленькие. Не дай Бог что случится – больница далеко. А решение обосноваться в тарусских местах надолго и прочно, судя по всему, было принято Цветаевыми уже тогда. И в следующем 1892 г., т.е. в год рождения Марины Цветаевой, они сняли в долгосрочную аренду городскую дачу «Песочное» на берегу Оки. Приезжать туда стали с лета 1893 г. уже с малолетней Мариной. Таким образом, Марину Цветаеву начали привозить в Тарусу с грудного возраста, когда ей ещё не исполнилось года. С младенческого возраста связана с Тарусой и её младшая сестра Анастасия (1894-1993), ставшая впоследствии известной писательницей. В «Песочном» Муся и Ася (так называли Марину и Анастасию домашние) жили в верхней части дома, в мезонине. Когда были маленькими – в общей детской, а когда стали старше – у каждой была своя отдельная комнатка, «светёлка». Светёлки были абсолютно одинаковые, чтобы девочки не ссорились, будто у кого-то окажется что-то лучше. Возле дома И.В. Цветаев посадил четыре орешника в честь всех своих детей и три ели в честь дочерей. Ели воспринимались как символ женственности. У каждой из сестёр Цветаевых была своя ель. (В 1941 г. произошла почти мистическая история. Сразу после гибели Марины Ивановны Цветаевой в Елабуге, засохла её ель в Тарусе. Эта история легла в основу рассказа Анастасии Цветаевой «Ёлка»). Любимейшим местом для прогулок у Цветаевых была находившаяся недалеко от дачи Почуевская долина, которую они прозвали Долиной Грез. Анастасия Цветаева в своей книге «Воспоминания» написала: «Полноценнее, счастливее детства, чем наше в Тарусе, я не знаю и не могу вообразить».

Цветаевы безмерно полюбили саму Тарусу, полюбили они и дачу «Песочное». Арендовали дачу по 1910 год включительно. Отдыхали на ней всей семьей каждое лето за исключением 1903-1905 гг. Мария Александровна с дочерьми Мариной и Асей находилась тогда за границей, лечилась там от чахотки. (Иван Владимирович увёз их туда осенью 1902 г., а в 1905 г. перевёз жену с дочерьми в Ялту из-за ухудшения здоровья Марии Александровны и в надежде, что Крым ей поможет). Летом 1903 г. на даче «Песочное» жил со своей семьей профессор Дмитрий Владимирович Цветаев, родной брат Ивана Владимировича. Иван Владимирович Цветаев и его дочь Валерия приехали в Тарусу в конце лета 1903 г., возвратившись из Италии. В 1905 г. на цветаевской даче по приглашению Ивана Владимировича жил известный русский художник Виктор Эльпидифорович Борисов-Мусатов со своей семьёй. (Борисов-Мусатов умер на даче «Песочное» в октябре того же 1905 г.). Валерия и Андрей Цветаевы в 1904-1905 годах приезжали летом в Тарусу, но жили не в «Песочном», а у Добротворских. Кстати, Валерия не знала, что отец уступил в 1905 г. дачу Борисову-Мусатову. Поэтому, приехав в Тарусу по возвращении из путешествия, поехала сразу на дачу. То, что она там увидела, её очень поразило: художник писал картину лёжа на животе на веранде. Борисов-Мусатов как раз работал над картиной «Венки васильков» и использовал известный художественный приём. Если смотреть на изображаемый объект снизу вверх, то объект изображения увеличивается в объёме. В результате скромные деревянные балки с тарусской дачи на этой картине производят впечатление античных колонн. И.В. Цветаев в 1904-1905 годах приезжал в Тарусу неоднократно в разное время годкроме лета; на даче «Песочное» в этот период он не останавливался.

В начале лета 1906 г. Цветаевы воссоединились в Тарусе. Наконец вся семья собралась на даче в полном составе. Туда привезли из Ялты Марину, Асю и их маму Марию Александровну Цветаеву (1868-1906), для которой этот приезд в Тарусу оказался последним. Она умерла на тарусской даче 5 июля, отпевали её в тарусской Воскресенской  церкви. Хоронить отвезли в Москву.

Печальные события того лета нашли отражение в очерке Марины Цветаевой «Мать и музыка», вошедшем в цикл её автобиографической прозы, они же подробно описаны в книге Анастасии Цветаевой «Воспоминания».

У Цветаевых в Тарусе было два родственных дома, куда они любили ходить в гости, приезжая в Тарусу в летнее время. Это дом Добротворских и так называемый «Дом Тьо». Дом тарусских родственников Добротворских сохранился. Находится он на нынешней улице Ленина (бывшей Калужской), в народе её раньше называли Калужской дорогой, т.к. она выходила на калужский большак. С этой улицей связано стихотворение Марины Цветаевой «Над синевою подмосковных рощ…». Вполне возможно, что оно было навеяно воспоминаниями о пребывании в доме семьи Добротворских. И.В. Цветаев очень любил эту семью. В одном из писем к Д.И. Иловайскому в 1904 г. он пишет: «Сколько раз я был свидетелем факта, что счастье даётся людям очень скромных материальных средств. Эта мысль всегда приходит ко мне, когда я бываю в семье Добротворских. Попович и поповна соседних сел /…/ женились, когда у молодого медика был один диплом в кармане, и отец моей двоюродной сестры мог дать в приданое дочери сугубое благословенье (родительское и священническое) и 1000 руб., всё достояние многими годами скоплённое им на крошечном и очень бедном приходе. И это было началом их счастья, /…/ жили на эту 1000 руб. год в Москве, когда Иван Зиновьевич состоял бесплатным сверхштатным ординарцем в больнице /…/. Затем покойный проф. Браун, тарусский патриций, предложил ему место земского врача в Тарусе.

22 года прошло с тех пор – и выше по нравственному авторитету нет на большую округу в уездах Тарусско – Алексинском, чем Добротворский. /…/

И прежняя сельская поповна, учившаяся только в московской учительской семинарии, /…/ краснеющая до седых волос при встрече с каждым новым лицом, держит свой дом, цветники и семью так высоко, что /…/ уездная и титулованная знать с большим почтением и скромностью ведут себя за ея чаем. Бывало, Браун говаривал: “/…/ при ней лишнего слова уездные болтуны-помещики себе не позволяют; в ней сияет что-то такое, очищающее других”.

Счастливая взаимными отношениями эта чета счастлива и в детях. /…/»

В доме Добротворских в Тарусе в 1898 г. умер родной дядя и крёстный отец Ивана Владимировича, Александр Васильевич Цветаев, отец Елены Александровны Добротворской. Похоронили его во Владимирской губернии. И.В. Цветаев принимал большое участие в похоронах и в ту пору писал разным знакомым, что его постигла тяжелая утрата близкого ему человека.

У Добротворских всегда останавливались во время зимних приездов в Тарусу в 1903-1912 гг. Валерия и Андрей Цветаевы. Бывали случаи, когда в доме Добротворских жил некоторое время Иван Владимирович с дочерью Асей.

«Дом Тьо» был куплен в 1898-1899 гг. дедом Марины Цветаевой по материнской линии Александром Даниловичем Мейном (1836-1899 гг.). После его смерти в тарусском доме прожила последние двадцать лет своей жизни его вторая жена, которую малолетние Марина и Ася Цветаевы прозвали «Тьо». (Не будучи им родной бабушкой, Сусанна Давыдовна Мейн просила называть её тётей. Но так как она была иностранкой – уроженкой Швейцарии – и очень плохо говорила по-русски, то это слово не могла выговорить. И вместо «тётя» говорила «тьо».). Прозвище «Тьо» перешло и на дом, находившийся на пересечении улицы Кладбищенской (ныне Розы Люксембург) с улицей Огородной (ныне Пионерской).

В 1903 г. Сусанна Давыдовна построила специально для Цветаевых соседний дом на ул. Огородной, который официально принадлежал ей. Она назвала его гостевым флигелем. Он соединялся с домом «Тьо» общими воротами. В гостевом флигеле в 1903-1912 гг. жил во время приездов в Тарусу зимой, весной и осенью Иван Владимирович Цветаев. Особенно он любил бывать здесь в рождественские дни. Почти каждый Новый год в вышеуказанный период он встречал в Тарусе. Об этом свидетельствуют его письма, датированные либо 31 или 30 декабря, либо 1 января (хранятся в Отделе рукописей ГМИИ им. А.С. Пушкина). У него сложилась традиция осмысливать и подводить итоги прожитого года в письмах, написанных «вдали от суеты» в Тарусе.

Из письма к меценату Ю.С. Нечаеву-Мальцеву (1.01. 1911. Таруса): «Сколько раз в последние часы истекавшего или в первые часы нового года я отдавался благородным воспоминаниям о вас и вашей мощной помощи моим мечтаниям, исполнение которых сделалось задачей жизни двадцати двух лет и которым принесены в жертвы силы, здоровье и прежние научные стремления и работы. И ныне и вчера, накануне нового года и теперь, отказавшись от выхода к знакомым и от приёма поздравителей, я мыслью и сердцем беседую с вами. В наших общих заботах о музее протекли тринадцать лет, которые приходится считать уже в заключительном ряду отмеренного нам судьбою срока. Много было за это время и радостного и печального…».

Тарусские письма И.В. Цветаева заметно отличаются от его писем из других городов. Они обычно более объёмны, лиричны и задушевны. Хочется привести в качестве примера проникновенные строки ещё из одного письма Цветаева из Тарусы к тому же Нечаеву-Мальцеву (16.04.1905 г. Пасха): «Пройдет ещё час – и суетные места огласятся праздничным звоном, тёмная ночь озарится пасхальным светом церквей и колоколен и начнётся дивная, даже и в самых скромных весях, пасхальная служба. Сию минуту жизнь этого городка как бы замерла: улицы пусты и на них ни звука. Работы канувшего дня закончены и всякий, на свой лад внутри дома, готовится на встречу великого момента и ждёт первого удара церковного благовеста. В эти тихие мгновения Пасхальной ночи я переношусь мыслью и сердцем к вам – всем, искренно вспоминаю вас – всех, посылаю из этого захолустья мой почтительный и живейшей признательности исполненный привет. /…/ Маленькому замыслу университетского профессора вы придали размеры, блеск, красоту и монументальность совершенно сказочного свойства; заставили посылать свои сокровища из Урала, Венгрии, Греции, Бельгии, Норвегии и своих художников и рабочих в Италию, Австрию, Германию, не говоря о России».

Марина и Анастасия Цветаевы останавливались в «Доме Тьо» в 1907-1910 гг., когда бывали в Тарусе не летом, а в какое-либо другое время года. Марина Ивановна приезжала в этот дом ещё летом 1912 г. вместе с молодым мужем Сергеем Эфроном. Причём, ночевали они не только в основном доме, но и в гостевом флигеле. Летней дачей «Песочное» они воспользоваться уже не могли, ибо семья Цветаевых в результате недоразумения с 1911 г. лишилась аренды. (Кстати, в «Воспоминания» А.И. Цветаевой вкралась ошибка по поводу продажи дачи на торгах. Дом городом никогда не продавался).

Последний раз в жизни Марина Цветаева побывала в г. Тарусе 27 лет спустя, в конце лета 1939 г., уже возвратившись из эмиграции. Приезжала она к профессору Зое Михайловне Цветковой всего лишь на сутки.

Таруса имела важное значение в формировании Марины Цветаевой как русского поэта. Она была для неё не только местом отдыха, но и источником вдохновения. Марина Ивановна посвятила любимому ею городу много произведений, как поэтических, так и прозаических. Наиболее известные её произведения, связанные с Тарусой: «Лесное царство», «Паром», «В сумерках», «Приезд», «Мама на даче», «Новолуние», «Молитва», «Нине», «Волшебство немецких феерий…», «Ах, золотые деньки…», «Все у Боженьки сердце. Для Бога…», «Бежит тропинка с бугорка…», «В светлом платьице давно знакомом…», «Осень в Тарусе», «Над синевою подмосковных рощ…», «Родина», «Музей Александра ΙΙΙ», «Хлыстовки» («Кирилловны»), «Мать и музыка», «Пленный дух», «Чёрт», «Мой Пушкин» и др.

Стихи о Тарусе, рождённые в Тарусе или вдохновлённые Тарусой она включила в свои первые сборники «Вечерний альбом» (1910) и «Волшебный фонарь» (1912). Следует добавить, что тарусские стихи, в основном, написаны Цветаевой в её 16-20 лет (мы не берём во внимание совсем ранние, не вошедшие ни в один сборник), а вот тарусская проза создавалась ею в эмиграции в 1930-е годы, когда она не была уже в Тарусе более 20-ти лет. Воспоминания о любимых местах скрашивали её жизнь на чужбине и ностальгия по России у неё преломлялась и через Тарусу.

 

Но если по дороге – куст

Встает, особенно рябина…

 

О Тарусе упоминается в ряде произведений Анастасии Цветаевой и особенно много написано в её известной книге «Воспоминания». Анастасия Ивановна после 1910 г. приезжала в Тарусу в 1912 г., 1926 г., 1937 г. (тогда её здесь арестовали) и через 22 года, после всех злоключений, выпавших на её долю в период культа личности Сталина, уже будучи реабилитированной, с 1959 г. возобновила приезды в Тарусу. Приезжала сюда регулярно по 1975 г. включительно: каждое лето в 1959-1967 гг. вместе с внучкой Ритой, в 1968-1969 гг. с обеими внучками Ритой и Олей, а с 1970 г. – одна. Жила, в основном, у своей близкой подруги Зои Михайловны Цветковой, иногда у старшей единокровной сестры Валерии. В 1975 г. была не летом, а в сентябре: приезжала вместе с сыном Андреем и внучкой Ольгой проведать могилы племянницы Ариадны Эфрон и сестры Валерии Цветаевой. Сын А.И. Цветаевой Андрей Борисович Трухачёв (1912 – 1993) впервые попал в Тарусу в 1926 г., приехав сюда вместе с матерью, вместе с ней в 1937 г. он был здесь арестован. В 1975 г. приезжал дважды: в июле вместе с женой Ниной Андреевной (1917-1995) на похороны Ариадны Сергеевны Эфрон и сентябрьский приезд упомянут выше. После чего Андрей Борисович стал изредка наезжать в Тарусу. Последний раз был здесь в 1991 г. на традиционном Цветаевском празднике, приехав сюда вместе с дочерью Ольгой и внуками Андреем и Григорием. Внучка Анастасии Ивановны Цветаевой Ольга Андреевна Трухачёва дружит с Тарусским музеем семьи Цветаевых, периодически приезжает с мужем и детьми в музей и на Цветаевские праздники.

Валерия Ивановна Цветаева (1883-1966) – единокровная сестра Марины и Анастасии Цветаевых была связана с Тарусой в течение 75 лет. Она прожила интересную жизнь: учительствовала; организовала музей при женской гимназии Е.Б. Гранковской в Москве; основала Государственные курсы «Искусство движения»; руководила ими и преподавала там танец и пластику по методике Айседоры Дункан; стояла у истоков ГУЦиЭИ; занималась прикладными искусствами (в старости говорила, что ей нужно было учиться не на Высших Женских Курсах, а в Строгановском училище) и т.д. В Тарусе Валерия Цветаева давала вокальные концерты в очередь с певицей Ниной Виноградовой; ставила спектакли, как для детей, так и для взрослых, задействовав в них местных жителей; привозила своих учеников (танцоров, акробатов, гимнастов) и устраивала их выступления. В 1932 г. у них с мужем Сергеем Иасоновичем Шевлягиным (1879-1966) появился в Тарусе участок, и они построили себе дом. В этот дом ежегодно Валерия Ивановна приезжала из Москвы, как правило, в апреле, а уезжала поздно, порой в ноябре-декабре. На своём участке она разводила редкие сорта цветов, которые состояли на учёте в Ботаническом саду Академии наук. Умерла Валерия Цветаева в Тарусе и похоронена на тарусском кладбище вместе с мужем (они умерли в один год с разницей в 7 месяцев).

После смерти Валерии Ивановны в её тарусском доме жили, обычно в летнее время, – Цветаевы Евгения Михайловна (1895-1987) и Инна Андреевна (1931-1985) – вдова и дочь единокровного старшего брата сестёр Цветаевых, Андрея Ивановича Цветаева (1890-1933). Дом Валерии не сохранился. Сам Андрей Иванович в молодости использовал любую возможность, чтобы вырваться в Тарусу. Приезжал даже в разгар Гражданской войны. О его приездах в Тарусу позже никаких сведений пока не обнаружено. Андрей Иванович Цветаев по образованию был юристом, но работал художником-декоратором, искусствоведом, не имея соответствующего образования. В 1920-е годы слыл хорошим специалистом по западноевропейской живописи и фарфору. Писал стихи. Был необычайно музыкально одарен. Умер в 43-летнем возрасте от туберкулёза.

Из троих детей Марины Ивановны Цветаевой с Тарусой была связана лишь старшая дочь Ариадна. Ариадна Сергеевна Эфрон (1912-1975) – художница, мемуаристка и поэт-переводчик. Авторизованно переводила поэзию с европейских и восточных языков. Разбирала архив матери и готовила её произведения к печати. Ариадна Сергеевна приехала в Тарусу впервые в 1956 г. по приглашению тетки, Валерии Ивановны Цветаевой. Та уступила ей часть своей территории, на которой Ариадна Сергеевна вместе с подругой Адой Александровной Шкодиной-Федерольф построила себе дом на улице Дачной (ныне ул. Ефремова). Дом сохранился, но перестроен нынешними домовладельцами. Ариадна Эфрон прожила в Тарусе последние девятнадцать лет своей жизни почти безвыездно. Как ни парадоксально это прозвучит, но, прожив трудную жизнь, пережив сталинские репрессии, потеряв всю свою семью, она нашла в нашем городе приют своей душе. Ей здесь было хорошо. Ариадна Сергеевна Эфрон умерла и похоронена в Тарусе. На её могиле стоит надгробный памятник работы известного скульптора Павла Бондаренко.

С семьей Бондаренко Ариадна Сергеевна приятельствовала в Тарусе. Дружила она здесь с Щербаковыми, Оттенами и др. Общалась с К.Г. Паустовским. У неё бывали Ольга Ивинская (прообраз Лары в «Докторе Живаго» Б. Пастернака), дочь Ивинской Ирина Емельянова (ныне профессор Сорбонны и литератор), Анна Саакянц (впоследствии известный цветаевед) и др. Валерия Цветаева поддерживала дружеские отношения в Тарусе с Ватагиными, Виноградовыми, Голейзовскими, доктором М.М. Мелентьевым и другими.

Так как Марина Цветаева была связана с Тарусой всё своё детство, отрочество и юность, естественно, что у неё здесь был весьма широкий круг общения. Её друзья, как правило, были друзьями и младшей сестры, Анастасии. Дружили сёстры с разными детьми. Это были и дети, чьи родители составляли цвет тарусской интеллигенции, занимали солидное положение в обществе, и дети из самых простых семей (И.В. Цветаев был человеком демократичным в этом отношении и предоставлял дочерям полную свободу в выборе друзей). В числе их друзей были тарусяне Шпагины, Зябкины, Филипповы, сестры Михайловы, братья Успенские (кстати, их отец, священник Николай Михайлович Успенский, отпевал в Воскресенской церкви Марию Александровну Цветаеву), Варя Изачик (на смерть её мамы Марина Цветаева написала стихотворение, а её отец – тарусский следователь Вениамин Борисович Изачик – был постоянным партнером Ивана Владимировича Цветаева по игре в шахматы) и др. Некоторым из них юная Марина посвящала свои стихи. Например, Клане Макаренко, Шуре Михайловой, Нине Виноградовой и др. Близкая подруга Марины Цветаевой Нина Виноградова была из учительской семьи и младшей сестрой Анатолия Виноградова, ставшего впоследствии известным писателем. Он тоже дружил с сёстрами Цветаевыми, особенно с Анастасией, и был на венчании Марины Цветаевой с Сергеем Эфроном поручителем по невесте, выражаясь современным языком, её свидетелем. Как в Тарусе, так и в Москве дружила Цветаева с Костей и Катей Некрасовыми – детьми профессора-математика Павла Алексеевича Некрасова, бывшего в ту пору ректором Московского университета. Он был близким другом Ивана Владимировича Цветаева и именно благодаря ему Некрасовы обосновались в Тарусе как дачники. Их дом, как и Виноградовых, сохранился. Всей семьей Цветаевы общались здесь с Некрасовыми, с профессором медицины Г. Брауном (владельцем имения Воронцово), с семьёй знаменитого художника В.Д. Поленова, жившего на противоположном берегу Оки и навещавшего Цветаевых на тарусской даче «Песочное» (Цветаевская дача «Песочное», к сожалению, не сохранилась).

В Тарусе есть несколько памятных цветаевских мест. Помимо сохранившихся домов, связанных с Цветаевыми, это уже ставший широко известным Камень памяти Марины Цветаевой, в народе его часто называют просто Цветаевский Камень. Он установлен в 1988 г. на берегу Оки, воплотив в жизнь своего рода завещание Марины Цветаевой, её строки из очерка «Хлыстовки»: «Я бы хотела лежать на тарусском хлыстовском кладбище, под кустом бузины, в одной из тех могил с серебряным голубем, где растёт самая красная и крупная в наших местах земляника. Но если это несбыточно, если не только мне там не лежать, но и кладбища того уже нет, я бы хотела, чтобы на одном из тех холмов, которыми Кирилловны шли к нам в Песочное, а мы к ним в Тарусу, поставили, с тарусской каменоломни, камень:

 

Здесь хотела бы лежать

МАРИНА ЦВЕТАЕВА

Париж, май 1934».

 

В 2006 г. в Тарусе в рамках юбилейного ХХ Цветаевского праздника был установлен памятник Марине Цветаевой (скульптор В. Соскиев, архитектор Борис Мессерер, муж поэта Беллы Ахмадулиной). Это третий по счёту памятник Цветаевой в России, но первый – в полный рост. Стоит он в сквере на берегу Оки, за собором Петра и Павла. В Тарусе есть улица имени Марины Цветаевой. И хотя так названа была улица в новом микрорайоне, а не в местах пребывания Цветаевой в Тарусе, тем не менее – это была тогда первая улица её имени в мире.

Особым памятным Цветаевским местом является Тарусский музей семьи Цветаевых. Он был открыт накануне 100-летия Марины Ивановны Цветаевой, 4 октября 1992 г. Ныне музей уже известен не только за пределами Калужской области, но и за пределами нашей страны. Он является филиалом Калужского областного краеведческого музея. Располагается в восстановленном «Доме Тьо». Не так давно музею был передан соседний дом: подлинный мемориальный «гостевой флигель», который теперь все по праву называют Цветаевским флигелем. Ещё предстоит капитальный ремонт этого дома, после чего музей будет размещаться в двух зданиях.

В экспозиции музея представлены материалы, посвящённые Марине Цветаевой и всей её семье. Среди мемориальных экспонатов музея – мебель из московского дома в Трёхпрудном переулке, в котором родилась Марина Ивановна, предметы, принадлежавшие ей, её близким и родным, тарусским родственникам и друзьям. Предметы мебели с Цветаевской дачи «Песочное» подарены нашему музею В.О. Шмидтом и Т.С. Фроловой. Целый ряд предметов из тарусского цветаевского флигеля, в том числе и шляпную коробу Марины Цветаевой, подарил бывший владелец дома (флигеля) Н.П. Чибисов. Неоценим дар Беллы Ахмадулиной – автограф Марины Цветаевой на сборнике стихов «Ремесло». Недавно фонды музея пополнили: сборник стихов Гийома Аполлинера «Калиграммы» с 6-ю автографами Марины Цветаевой (дар В.П. Новикова и московской гимназии № 1543) и альбом с открытками, принадлежавший И.В. Цветаеву (дар Н.Г. Щербакова). Мемориальные цветаевские предметы дарили Тарусскому музею семьи Цветаевых: А.И. Цветаева, её внучка О.А. Трухачёва, А.А. Саакянц, Е.П. Утенкова-Морозова, Т.В. Щербакова, Г.С. Торхова, В.Г. и М.В. Копецкие, семья Левитских. С.М. Мосин, Н.А. и В.П. Голышевы, И.М. Невзорова, Е.Я. Суровцев, С.С. Виленский, Т.П. Кориковская и др. В дар музею передали предметы, принадлежавшие не Цветаевым, а их друзьям: Рыбаковы, Антоновы, Ершовы, Ю.В. Нахров, Н.А.Виноградова, С.Я. Гумилевская и др. Невозможно в рамках этой статьи перечислить всех дарителей музея, я упомянула только тех, кто преподнёс в дар мемориальные предметы. Но нам дороги все дарители. Низкий им всем поклон и великая благодарность! Каждый дар вносит вклад в формирование фондов музея. Ежегодно мы благодарим наших дарителей через тарусскую газету «Октябрь». У некоторых даров очень интересные истории. Но это тема отдельного разговора.

Музей семьи Цветаевых активно занимается культурно-просветительной деятельностью. Назову только некоторые формы работы из того, что проводит музей: Цветаевские детские фестивали-конкурсы, тематические занятия со школьниками, литературно-музыкальные гостиные. С 1987 г. в Тарусе проводятся Цветаевские праздники (Цветаевские костры – составная часть нынешних Цветаевских праздников – с 1986 г.). В таких музейных мероприятиях, как Цветаевские праздники и литературно-музыкальные гостиные, принимали участие известные в нашей стране деятели культуры: Белла Ахмадулина, Борис Мессерер, Сергей Никитин, Марина Тарковская, Александр Гордон, Маргарита Терехова, Людмила Иванова, Наталья Журавлева, Елена Камбурова, Тамара Дегтярёва, Татьяна Конюхова, Наталья Кочетова, Ольга Фомичева, Светлана Крючкова, Евгения Крегжде, Борис Галкин, Александр Ширвиндт, Лариса Васильева, Алла Будницкая, Александр Орлов, Ефим Резников, Инна Разумихина и многие другие.

Музей семьи Цветаевых постоянно занимается научно-исследовательской работой. Музеем один раз в два года проводятся Цветаевские научные чтения, издаются сборники научных докладов и сообщений.

Цветаевы и Таруса – понятия неразделимые. Интерес и к Тарусе, и к истории семьи Цветаевых не только не угасает, а с течением времени всё более растёт.

 Елена Климова,
директор Тарусского музея
семьи Цветаевых

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 1022 автора
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru