litbook

Поэзия


Всё в жизни предельно+1

* * *

Я иду по земле…

Нынче солнце озябло…

Перепутались косы на чахлой ветле.

За спиною –

котомка подобранных яблок,

И я счастлив, что просто иду по земле.

Что могу надышаться –

без удержу, вволю,

Что иду,

отражаясь в болотце кривом,

Мимо русского леса,

по русскому полю,

Где мне русский журавлик

помашет крылом…

 

* * *

Как быстро все это, как скоро!..

Уходит эпоха.

Мальчонка стоял у забора –

Тогда еще кроха.

 

Гадал про концы и начала,

Вздувалась рубаха.

Над озером птица кричала –

Тогда еще птаха.

 

Кричала светло и несмело

О вещей минуте.

А дерево солнца хотело –

Тогда еще прутик.

 

Листочки в зеленых накрапах,

На листиках – жилы.

И были и мама, и папа

Тогда еще живы…

 

Стоял тот мальчонка, не зная

Путей к пьедесталам.

И туча была грозовая

Лишь облачком малым…

 

* * *

Кто там плачет и кто там хохочет,

Кто там просто ушел в облака?

То ли кречет кричит, то ли кочет…

То ли пропасть вдали, то ль река...

И гадаю я, тяжко гадаю,

Не поможет здесь даже Господь, –

Где прошли мои предки по краю,

Чем томили суровую плоть?

Зажимаю в ладонях монетку

И бросаю в бездонье пруда –

Робкий знак позабытому предку,

Чтобы молвил – откуда?.. Куда?..

И вибрирует гул непонятный

Под ладонью, прижатой к земле,

И какие-то сизые пятна

Растворяются в сумрачной мгле.

И вдруг чувствую, дрожью объятый,

Посреди перекрестья дорог,

Как ордою идут азиаты

На восток… На восток… На восток…

Но не зрится в прозрениях редких,

Что подобны на детский наив, –

То ль с ордою идут мои предки,

То ль с дружиной, орды супротив?

И пока в непроявленной дали

Растворяются тени теней,

Чую – токи идти перестали

А вокруг всё – мрачней и темней.

И шатаюсь я вдоль раздорожий,

Там, где чавкает сохлая гать,

И всё Бога пытаю: « Я – Божий?..»

А Господь отвечает: «Как знать…»

 

* * *

А.К.

Что-то случилось на той стороне

Где журавли улетают до срока…

В черное время на черной стерне

Белым журавликом быть одиноко.

 

Вот и возносятся в тусклость небес,

Чтоб еще раз увидать с разворота

Мокрое поле и сумрачный лес,

Да за откосом – туманное что-то…

 

Будто навеки запомнить хотят,

Не уповая на миг возвращенья,

Женский зеленый обидчивый взгляд,

После которого нету прощенья.

 

Будто им чудится – наперерез

Вечному, нудному зову разлуки,

Светлая музыка с темных небес

Медленно капает в женские руки.

 

Ночные стихи

Напрасно… Слова, как «антонов огонь»,

Сжигают души не сгоревшую малость.

Уже из ладони исчезла ладонь,

Что, вроде, пожизненно мне доставалась…

А следом поношенный плащик исчез,

Что вечно висел на крючке в коридоре.

Ни женских шагов, ни скрипучих завес,

И сами завесы отвалятся вскоре…

Всё стихло. Лишь полночью схвачен этаж

За меркнущей лампочки узкое горло.

И чувствуешь – всё, что копилось, отдашь,

Чтоб только мгновения память не стерла,

Когда в глубине потрясенных зрачков

Растерянный облик спешит проявиться,

И сам ты в зрачках отразиться готов,

И платье вдоль ждущего тела струится…

Как всё это призрачно… Тени спешат

Впечататься в бледную кожу обоев –

Туда, где впечатан испуганный взгляд,

Один на двоих… И предавший обоих.

Причем здесь трагедия?! Горе уму.

Здесь даже Шекспир разберется не шибко.

И тьма обращается в новую тьму,

И щепками сделалась звучная скрипка.

Её все вертели – опять и опять, –

С осиною талией божую милость,

Её разломали, пытаясь понять,

Откуда же музыка в ней появилась?

Разломана скрипка. И взгляд овдовел.

И надвое полночь в тиши раскололась.

Всё в жизни предельно… Иду за предел.

На тень от беззвучья… На голос, на голос…

 

* * *

Здесь есть дорога, но нет пути…

Питомец житейских бурь,

Ты если сможешь вперед идти,

То только в закат и хмурь.

 

У здешних женщин который год

Недобрый, тяжелый взгляд.

И сколько ты ни иди вперед,

В итоге придешь назад.

 

Жестокий ветер шерстит лицо,

Башку отрывая с плеч.

И если сможешь шепнуть словцо,

То следом отнимет речь.

 

Но всё глядишь в эту тьму опять,

Лишь ропот ловя в ответ.

И остается одно – солгать,

Солгать, что ты видишь свет.

 

* * *

Эх, с каким остервенением стирала,

Сколько вывернула в ванную всего,

Как выкручивала, тёрла, выжимала

Изо всех пододеяльников его.

 

Колыхалась над тазами двоеруко,

Подливала освежителя вдвойне,

Чтоб ни запаха, ни отзвука, ни звука

Не застряло в неповинной простыне.

 

На балконе вытрясала одеяло,

Колотила выбивалкой, а потом

Всё утюжила, да так утюг швыряла,

Будто вслед ему швыряла утюгом.

 

Даже тапочки и те вспорола шилом,

И забросила в помойку, на откос.

Только розу почему-то засушила –

Ту, что перед расставанием принес…

Рейтинг:

+1
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 997 авторов
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru