litbook

Поэзия


Стихи к Украине0

 

1

Ледяной, как шампанское, воздух,

Веселит и щекочет в носу –

Пузырьками созвездий на острых

Угловатых деревьях в лесу.

 

Что нас ждет в наступающем мраке,

Когда вдруг улетучится хмель?

Поезд катится. Лают собаки.

Не колышется черная ель.

 

Мы еще поскучаем в сторонке,

Повздыхаем, скрывая зевок.

С Украины летят похоронки

Тихо-тихо, как первый снежок.

 

Зарывают – без славы, без чести,

Как собак, вез венков и знамен,

Даже матери  и невесте

Зарыдать не дают. Напоен

 

Трупным запахом, сладкой нирваной

Спящий берег, и луг, и холмы.

И не надо кивать на тирана,

Потому что тиран – это мы,

 

Молчаливые тихие люди,

Тихо к сердцу прижавшие Крым.

Мы не слышим раскатов орудий,

Нас навеки согрел и укрыл

 

Тихий свет голубого экрана:

Ну-ка, сон золотой нам навей!

Нам труднее подняться с дивана,

Чем на смерть отдавать сыновей.

 

Тихо спим, засветить не готовы

Кулаком в этот глаз голубой,

Только черные ели, как вдовы,

Окружают нас плотной толпой.

 

Спит и брат, убивающий брата,

Только ветер пускается в пляс,

Только ярое око заката

Разгорается, глядя на нас.

  

2

 

Слова-то во рту – Мариуполь,

Луганск – ветерок, сахарок:

Не тают – взлетают под купол

Лазурный – и в горле комок.

 

Играли словами – украли

Полцарства, хлебнувши с утра

Для храбрости. Слышишь, Украйна,

Мне стыдно – ты слышишь, сестра?

 

Играли словами – случайно

Убили под крики «ура!»

Им нравится это. Украйна,

Мне страшно – ты слышишь, сестра?

 

Как будто в чужую квартиру

Забрался домушник – боюсь,

Что он окровавит полмира,

Войдя незаметно во вкус,

 

Катя, как арбузы и дыни,

Ворованные города.

Мне стыдно, Украйна, мне стыдно,

Да толку-то что от стыда?

 

 

3

 

С утра до вечера

Глотаем жир

Засевшей в печени

Осклизлой лжи.

 

Чтоб брат на брата шел,

Кровав, угрюм,

От Львовской ратуши

До самых Сум,

 

Чтоб ошарашенно

Гробы таскал

В солдата ряженный

Хохол, москаль,

 

Тасуют картами

Нас шулера –

Живыми, мертвыми –

Сдавать пора,

 

Сияют, потные,

Как на пиру.

О, дайте рвотное,

Или умру.

 

 

4

 

Вот и конец нежданному

Бабьему лету. Рука

Гладит землю – Адамову

Голову. Облака

 

Запеклись, как на противне,

В обмороке – трава.

Киев, ты – моя родина,

Так же, как и Москва.

 

Чем беззаботней оттепель,

Тем тяжелей – назад,

В холод пещерный. Кто теперь

Скажет – не виноват?

 

Каиновы ли отпрыски

Там, посреди стрельбы?

В отпуске были, в отпуске,

В лес пошли по гробы.

 

Скажем опять – не ведали,

Спали, были пьяны

Или не сыты бедами?

Разве не мы войны

 

Жаждали? Ох, похмельная

Долго еще башка

Будет вертеться мельницей,

И расплата – тяжка:

 

Все, что вчера украдено,

Завтра – назад нести.

Киев, ты – моя родина,

Если можешь – прости.

 

*  *  *

 

Прощай, страна!

Мы идем ко дну.

Ну, да, я любила тебя одну,

Одержимую демонами, на шаг

Отступившими вроде бы – но, круша

На пути последнее, в прежний дом

Возвратившимися.

                              Поделом,

Если честно: могли бы и подмести

И замыть блевотину.

                                  Отпусти.

Не держи меня больше. Я не хочу

Ни вылизывать задницу палачу,

Ни своим нулем округлять число

Убиенных, ни выдохнуть: «Повезло!» -

Проскользнув по грязи, забившись в щель.

Смотри, какая вокруг метель,

Одичавшие улицы стаей псов

Пробегают, мерещится Пугачев

В подворотне – тулупчик, не то Махно,

Видишь – во поле пусто, в душе темно.

Ей бы взмыть, беглянке, в седую ширь,

Да к ногам привязаны сотни гирь

Те поля заросшие, те холмы,

На которые падая, воем мы.

 

*  *  *

 

А вот и Великий пост – как канатный мост

На кровью братьев, текущей через блок-пост

До самого Киева: огненная река.

Качается мостик.

Выжжены берега.

Качается маятник-сердце меж берегов.

Читаем сводки. Молимся за врагов.

Как страшно ступить вперед –

                                                  и ступить назад,

И ветер в ушах грохочет: «А где твой брат?»

 

*  *  *

 

 

Ветер послал Господь – и канавы, залитые цветами,

Всколыхнулись, и лес зашумел, будто бы на свиданье

Бросился, полоща еловыми рукавами,

Тяжело дыша, набухая несказанными словами.

Ветер послал Господь – и внутри зеленого шара

Листвы зародился звук – предвестие дара

Речи – дрогнуло дерево – словно жало

В сердце ему вонзилось: если б могло – побежало

Куда глаза глядят, через шоссе, через поле,

Только б не чувствовать этой молнии, этой боли,

Заставляющей трепетать непослушными языками,

То ли в Познани подслушанными, то ли в Тоскане,

В страхе гадая – побили его или приласкали.

Убежать бы – да земля на корнях – тисками.

Видно, придется стоять всю ночь, ворочая пуд за пудом

Глыбы воздуха, полного словом, а утром

Вдруг понять, что нету больше ни сил, ни тепла, ни крова–

Только ветер – и самому превратиться в слово.

 

*  *  *

 

В желтой стерне, где чернильная капля грача

К краю стекает, за насыпью, в буйных вихрах

Серой полыни, на рельсах, где, смертно крича,

Вдруг электричка проносится, ветер и прах

 

Взвив за собой, на дороге, пятнистой от ям,

Крупной щебенкой засыпанных, на лугу,

Где в розоватых коронах мерцает бурьян,

Пляшут сороки на одиноком стогу;

 

На прошлогоднем пожарище – лапой скребя

Черную землю, тревожа цветущую сныть,

Речь, как собака хозяина, ищет тебя,

А не найдет – по-собачьи научится выть.

 

* * *

 

Да, сколько их было, родных пепелищ и гробов

Повапленных, родин

Морозных – встревоженных глаз и насупленных лбов:

Теперь ты свободен.

 

Тебя не поймают ни сны, ни расстрельные рвы,

И в липкую полночь

Тебя обойдет стороной, заходя во дворы,

Чекистская сволочь.

 

Ты вовремя выскочил в щелку, откуда сквозняк

Все тянет и тянет.

Тебя не достанет крысиная наша возня,

Кровавая баня,

 

Тебя не догонит обломков безудержный дождь

Безумной отчизны.

Ты знал это, правда? И не унимается дрожь –

Как будто на тризне

 

Твоей мы сжигаем страну – как коня и жену

Язычника-князя.

Как будто мы спим – и не в силах противиться сну

До смертного часа.

 

*  *  *

 

Ни среди мертвых, ни среди живых

Я не найду тебя, я не найду.

Зовет тебя осиротелый стих,

Как желтый лист, качается в саду.

 

Кружат над крышей легкие слова –

Им некуда, им не к кому лететь,

Блестит под ними влажная трава,

Подрагивает ковшик на плите.

 

Над ними ветер скручивает нить

Утиную – но им-то все равно,

Где юг, где север. Некого винить –

Сломался компас, выбито окно,

 

И точка в небе, сером, как шинель,

Все дальше, дальше. Тихий час. Отбой.

И кто-то плачет в этой тишине:

- А как же я? Возьми меня с собой.

 

 

Электричка

 

Болота, болота, болота, болота,

Романовка, Верево, Мозино, Зайцево, Гатчина.

Забота, забота, забота, забота, забота.

Небрежно земля заштрихована, вскользь обозначена.

 

Как лица в вагоне – в осенних тенях-паутинках

На серых щеках, в перекатах усталого голоса.

Кто спит у окна в камуфляже, в солдатских ботинках,

Кто вяжет, кто обнял рюкзак и букет гладиолусов.

 

И лузгает семечки, кровь с молоком, контролерша,

А кто помоложе, играет, уставившись, в гаджеты,

И в тамбуре кто-то, подвыпив, ругается: «Гад же ты!»

И бочка торчит из болота, и громче, и горше

«Куда, - повторяют колеса, - куда же, куда же ты?»

 

И правда, куда громыхает-бренчит электричка,

Зачем продавец приволок эту сумку с мороженым?

Куда-то неслась уже, помнится, бодрая бричка –

Вперед, меж дубравами и протокольными рожами,

 

И снова летит – Карташевка, Татьянино, Гатчина –

Заросшими сором пустыми полями недужными,

Меж серых заборов и речки, намеченной начерно, –

За мертвыми душами, видно, за мертвыми душами.

 

Неужто опять до конечной разбойничьей станции:

17 год недалече, садитесь, оплачено.

С индейкой-судьбой, как с лузгой на губе, не расстаться нам.

Тележка, ведро, Кондакопшино, Лампово, Гатчина.

 

*  *  *

 

Тяжеловесная осень в лепных своих кренделях

Гипсовых, крытых наспех

Фальшивым золотом. Идешь, как будто не при делах,

Между желтых и красных

 

Перелесков – среди витрин с барахлом –

Нет, не Гуччи и не Армани –

Это другая эпоха, пущенная на слом, -

Но и осколки не по карману,

 

Складки, венки, доспехи, витиеватый декор

Смутных воспоминаний, где и кого любили,

Нищим объятьям, вороватым глазам укор:

Рог изобилья.

 

Осень, не принимающая даров,

Но и сама приходящая не с пустыми

Руками – складывающая посреди дворов –

Головами врагов – кабачки, тыквы и заморские дыни,

Яблоки – горками верещагинских черепов,

Незаметно примешивающая к слову «любовь»

Привкус крови и запах дыма.

 

Осень, приносящая облака, туго спеленутых сыновей,

Свитер, еще вчера казавшийся лишним,

Спелые сливы, революции, песни, от которых бы соловей

Умер, если б услышал –

 

Огненную раковину трубы

И военную флейту, взвинченную до визга.

Осень

    вдруг выходит из-за лепнины, колонн, резьбы –

Цыганкой с блестящей фиксой,

 

В неопрятных юбках, сползшем платке –

Суетливые руки, прядка седая,

Бузина, рябина, звенящая на холодке –

Дай погадаю!

 

Что гадать-то, милая? Попусту куковать

Не ко времени – дом казенный, король нежданный?

Брось, я и сама, если хочешь, вывалюсь из рукава

Вечной бубновой дамой.

 

Убери свои тряпки, захлопни свои дворцы,

И если осталось чего, налей-ка.

Спят сыновья, подогнув колени, как их отцы,

Под военную флейту.

 

*  *  *

 

О, ледяные ночи родины, ледяные

Очи небес, глядящие не мигая:

Мрачные мчатся тени в них, и теснятся сны и

Призраки, и земля в страхе бежит, нагая.

 

Ясные реки ее гаснут, покрыты ряской,

Мягкие травы спутались, одичали.

Баба вместо ребенка тащит в пустой коляске

Узел тряпья и бутылку. С узенькими плечами

 

Хищными стайками пробегают подростки.

В ужасе отвернешься, кинешься в даль сырую.

А у дороги стоит шиповник – курчавый, жесткий,

С лепестками, ждущими поцелуя.

 

Напечтано: в журнале "Заметки по еврейской истории" № 10(187) октябрь 2015

Адрес оригинальной публикации: http://www.berkovich-zametki.com/2015/Zametki/Nomer10/Voltskaja1.php

 

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1015 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru