litbook

Критика


Каждое стихотворение – это приключение0

Перед новым годом вышла очередная книга стихов постоянного автора ЛИКБЕЗа и непременного участника Литбюро Михаила Гундарина – «Старый поэт и другие стихи». Книга (стихи из которой не раз публиковались в нашем  альманахе) вызвала довольно оживленную реакцию у публики и окололитературной общественности. Мы публикуем  интервью с поэтом и одну из рецензий на его работу.

 

ПРЕИМУЩЕСТВА ЗРЕЛОСТИ

- Когда Вы осознаете, что поэтического материала накопилось достаточно для издания книги? В частности, сколько времени заняла работа над новым сборником?

-  «Старый поэт» - моя пятая  поэтическая книга. Предыдущая, «Горячо: бесполезно», часть текстов из которой вошла и сюда, опубликована в 2008 году, до нее – «Новые календарные песни» в 2004…  Примерно раз в четыре года выходили книги и раньше. Оптимальный интервал!  Поэтому к его окончанию я начинаю чувствовать своего рода вибрацию еще не вышедшей книги… Значит, пора!

Правда, в этот раз еще совпало несколько обстоятельств. Я наконец-то дописал поэму, давшую название всей книге. Писалась она почти 10 лет, публиковалась во фрагментах много где – и в журналах (от «Ликбеза» до «Дружбы народов»), и в предыдущих книжках… И вот впервые – полный текст…

- Книга издана Вами в сотрудничестве с Николаем Бажаном - главным редактором литературного журнала «Встреча»… 

- Дело в том, что  Николай Бажан – мой старый товарищ и издатель журнала «Встреча», задумал возобновить выпуск библиотеки журнала.  Она уже издавалась в 90-х, и в ней, кстати, вышла моя первая книга – «Календарные песни». Бажан предложил мне издаться у него – я согласился. Но дело, конечно, не в этом.  Возможности для издания книг есть всегда, не всегда нужно ими пользоваться. А тут – было нужно.

Дело в некоем новом ощущении, которое отражено в «Старом поэте». Только когда оно есть у автора и стоит затевать новую книгу. Что это за ощущение? Может быть, спокойствия, ясности  по многим вопросам, которой в юности не достичь…  Спокойствие веселости не означает. Книга, по отзывам, получилась довольно мрачной.  Мне все же кажется, что в ней есть не только ощущение трагизма жизни, но и пути выхода из этого ощущения.  Безысходности, во всяком случае,  не наблюдается.

-  Как отбирались стихотворения для книги?

- Стихи, составившие новую книгу, в своем большинстве не являются лирическими в привычном смысле слова. Это не «дневник души» лирического героя, это, скорее, роман с его участием. В лирике герой отождествляется с автором, он одинок в мире,  или, по крайней мере, занимает в нем центральное место. В моей книге – много разных лиц и обстоятельств.

Я специально (хотя по большей части интуитивно) работал над композицией  книги.  Это не просто авторская  прихоть. Для лирики расположение стихотворений в книге не так важно, для романа композиционная архитектура имеет первостепенное значение.

-   Как отнеслась публика к Вашей книге? Много ли было критики?

-  Ну, узок круг этих ценителей… И все-таки я очень рад, что в нем книга была встречена тепло.  Услышал я от коллег-литераторов и от простых читателей много хорошего. Что, конечно, очень приятно – и важно. Терпеть не могу «книжности», надуманности, вычурности, намеренной закрытости от понимания публикой.  Чтобы получить в читателе собеседника – нужно открыться ему, чего я и хотел добиться.

Стержневая вещь новой книги, поэма «Старый поэт» - это своего рода  биография человека, занимающегося таким ненадежным и неблагодарным делом, как литература. Автобиография отчасти. Герой проходит через многие искусы и испытания,  успехи, неудачи - и приходит как раз к тому, о чем я говорил. К спокойному оптимизму, который возможен только по ту сторону отчаяния. Без отчаяния, увы, не обойтись, и оно  один из важнейших нервов книги.  Но не главное в ней! «Старый поэт» – это ироничное определение, своего рода противоречие. Разве поэт может быть старым? Он юн и прекрасен, как  Лермонтов, Блок, Есенин…  Но на самом деле зрелость дает любому автору те же преимущества, что и любому человеку. Ну и недостатки те же.

Еще один плюс возраста и стажа – можно смело не реагировать ни на какие современные течения и моды. В поэме, кстати, представлено много стилевых и содержательных канонов, что называется, актуальных. Рассмотрено и отвергнуто.  Поэтому «Старый поэт», вдобавок ко всему, о преодолении и этих соблазнов.

 - Чем это  Вас не устраивает современная поэзия? 

В последние годы появилось огромное количество  поэтов, виртуозно владеющих  техникой, которая сегодня тоже здорово продвинулась. Приблизившись к сюжетности, к стихопрозе – тем более виртуозной, чем более она сохраняет традиционный ритмический и рифмованный строй. Я с удовольствием вижу, как быстро вышли на этот уровень наши, «ликбезовские», молодые – Дмитрий Мухачев и Елена Гешелина, например, или Екатерина Вихрева. Но что же дальше? Тут и загвоздка. Такого рода стихи не предполагают ничего, кроме описания внутреннего мира современного – принципиально современного – человека. Офисного работника, компьютерщика, хипстера… Повторю,  современные авторы, включая названных мною, достигли в этом немалого мастерства. Но писать-то тут особо не о чем, бездн этот мир отнюдь не таит.  Его дно вот оно, на ладони. И такие авторы своей мАстерской стихопрозой уже давно скребут по нему.

Иногда мне кажется, что им уже скучно писать (и могу их понять – все об одном и том же!). Для меня же написание каждого стихотворения – маленькое приключение, и надеюсь, что так оно и будет в дальнейшем.

-  Что у Вас в творческих планах?

-  Теперь - работа с прозой. Готова – и мне пока нравится -  повесть «Говорит Галилей»,  работа над которой шла тоже почти 10 лет. Она – о 10 декабрьских днях 1987 года и всей последующей жизни одного человека из небольшого города… Почти Барнаула, но все же не совсем.   Главы публиковались в «Ликбезе», есть в  Сети. Можете поинтересоваться. Хочу издать эту вещь, может быть, под одной  обложкой с романом «Анна Карнегина»…. Есть над чем трудиться – и это внушает оптимизм. В юности уж точно вот этого не понимаешь, и вдохновляешься совсем другим. Так что всему свое время.

 

НЕСТАРЫЙ ПОЭТ

За внешней простотой оформления новой книги Гундарина скрываются тексты со сложной эмоцией: поэт как будто не стремится быть понятым, а в первую очередь сам эгоистично стремится познать, прочувствовать окружающей мир. 

Отсюда эта интонационная многозначность:

«Не этим ли огнем зажжен весенний свет,

Которым я и ты по-разному довольны…»

Можно на равных основаниях считать эти стихи бодрыми или грустными, ироничными или лиричными – автор оставляет за нами право на любую трактовку. Тем более что это не совсем лирика в классическом понимании. Здесь автор стихов не стремится слиться с лирическим героем, он позволяет себе быть «отдельным» от него. То есть, видеть и то, что видит герой, и многое другое.  Как говорит сам Гундарин в одном из интервью, «это не дневник, а роман». Но при этом, конечно, никакой модной сегодня «стихопрозы» здесь нет и в помине.

Сборник разделен на три части: первая содержит извлечения из предыдущего сборника поэта «Горячо: бесполезно» (2008), вторая часть, «Водные процедуры», – стихи новые, и третья – дописанная до эпилога поэма «Старый поэт», фрагменты которой Гундарин печатал на протяжении последних 7-8 лет (в том числе и в центральных журналах). Такую композицию можно признать удачной, да и вообще в книге чувствуется внутренняя драматургия, тексты будто крепятся один за другой.

Лирический герой Михаила Гундарина постоянно сталкивается с нелегкой прозаичностью жизни:

«Ты – не сказала «да», я не услышал «нет».

Мы виделись давно… И никому не больно!»

или:

«Ты устала. Я тоже устал»

или:

«Жизнь оказалась длинной, о чем сказать – 

Нет, не заслуга».

И даже если звезды падают, то не ему в руки, а «в грязный стакан». У него всегда есть возможность переродиться из «старого поэта», начать заново, но лирический герой не пользуется этой возможностью:

«Что могло быть судьбою, очередным уроком

Стало…»

И автор не упрекает его за это. Как не упрекает его ветреную возлюбленную:

«Будто бы сердце твое (такою

Наделено неразменной властью,

Что и ему ничего не стоит,

Рваться для этих и тех на части)»,

Или хамоватого сержанта Попова из баллады «Летняя ночь»… Не осуждает их и сам лирический герой, который (соответственно названиям эпизодов заключающей сборник поэмы «Старый поэт») ест, пьет, любит, стареет и мечтает о своем «мирумирумире», оставшемся где-то за спиной, в юности…

Про поэму, впрочем, следует сказать отдельно – «Старого поэта» уже называют литературным открытием (впрочем, есть и противоположные мнения). Этот 20-страничный текст составлен из четырех «эпизодов» «Есть», «Пить», «Любить», «Стареть», каждый из которых разбит на шесть сюжетно не связанных друг с другом фрагментов, написанных как традиционным рифмованным стихом, так и верлибром. О чем поэма? Да «обо всем». Благодаря тому, что сменяются не только темы (некоторые из них традиционно «поэтичны», некоторые прозаичны до рискованности), но и ритмы, и способы стихосложения, ощущение точно садишься на карусель, только эта карусель – целая жизнь. Как «вкусно» автор сочетает здесь, казалось бы, не сочетаемое! Автор-то не стареет вовсе. Стареет лирический герой, именно в этой вещи особенно «отдельный» от автора.

Это на него:

«все смотрят, чтобы не обидеть».

Это для него

«Стареет мир».

Это он восклицает:

«были мы молоды никогда».

Ну а его творец в это время издает очередной сборник на радость нам, читателям.

 

Юлия Кречетова (интервью), Александра Вайс (рецензия)

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 997 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru