litbook

Драматургия

16.09.2017 0
«Думаю, что бетховенская музыка не раз наталкивала Вампилова на размышления о жизни и искусстве. Поэзия, витавшая в четырех стенах его убогого пристанища, плохо вязалась с нашей тогдашней жизнью, с тем, что повседневно говорилось, писалось, внедрялось в бытие. Судьба великого композитора — череда страданий, перенесенных только благодаря огромной воле, творческой страсти и порыву к счастью, — эта судьба была опорой думающему и чувствующему человеку среди людской пошлости, мелких желаний благ и удобств...»
, Парус, №56
23.08.2017 0
Это была эра того особого балета, который сформировался ещё в 20-х годах, драмбалета, действа, основанного, прежде всего, на танцевальной пантомиме и драматическом танце, при отказе от классических танцевальных форм, на пластическом, то есть, как тогда считалось в советском официозе, наиболее доступном для понимания массами воплощении сюжета, в основном, героико-революционного.
, Семь искусств, №8
28.07.2017 0 (выбор редакции журнала «Семь искусств»)
Вень, ты что, не веришь в доктора Астрова? А напрасно, я знаю его уже тридцать лет: это самый благородный герой русской классической литературы! Хоть в реальной жизни он иногда проявляет себя как подлец, в душе он всегда возвышен!
, Семь искусств, №7
04.07.2017 0
«Вся Россия ― наш сад». Очень красивая мысль, но, конечно, несколько прекраснодушная. Потому что как только перестанешь возделывать свой сад, если все перестанут возделывать свой сад, а будут возделывать сады соседа, то мало хорошего получается, как показала история России.
, , Семь искусств, №6
04.07.2017 0
Как определить границу уместности режиссерских решений, столь часто насильственных по отношению к музыке и либретто? Особенно это очевидно при переносах действия в современность.
, Семь искусств, №6
04.07.2017 0
Старый граф Миронов и старая графиня казнены — ведь они отказались присягнуть на верность Троцкому и поцеловать красное знамя. Наташа призывает Бронского уехать из Злодейска в город ее мечты Париж. Бронский отвечает, что это невозможно, у них нет пропусков.
, Семь искусств, №6
11.06.2017 0
Эта история о несломленности наших героев в условиях дикой зависимости от государства, когда внешние обстоятельства, казалось бы, не оставляют шансов, подавляют, принуждают, готовы уничтожить... Это история борьбы и победы сильных характеров над окружающим враждебным миром.
, Заметки по еврейской истории, №5-6
29.05.2017 0
- Если на празднике нелюдим… - За сто шагов его углядим! - Если чужак затесался в дом… - За сто шагов его обойдём!
, Семь искусств, №5
08.05.2017 0
А через полгода Сталин умер, антисемитская компания утихла и новоявленный Арам оказался совсем в глупом положении. Потерянное имя уже не вернешь, на прежней работе не объявишься, со своими надо как-то соединяться, по крайней мере для посторонних войти в семью другом собственной жены и отчимом родным детям.
, Заметки по еврейской истории, №4
23.02.2017 0
«Скупость освещения, аскетичный и нарочито условный антураж — простые деревянные скамейки — подчеркивают изначально заданную вторичность быта и внешней интриги, но — напротив — первичность бытия, идей, смыслов как высшей реальности, в которой и происходит развертывание действия постановки…»
, Парус, №51
07.01.2017 0
К 1903–1906 годам, когда создавалась статья, Толстой уже был автором нескольких произведений для сцены. Из них особой популярностью у русских и зарубежных зрителей пользовались драмы «Власть тьмы», «Живой труп» и комедия «Плоды просвещения». Но почему после выдающихся сочинений в прозе писатель обратился к драматическому жанру?
, Парус, №50
29.12.2016 0
За добрых три сотни лет, прошедших со времен королевы Анны, изменилось очень многое. Забылись имена всемогущих министров. Кто такой Роберт Харли, граф Оксфорд, помнят только специалисты, занимающиеся историей поздних Стюартов. Зато имя Даниэля Дефо — мелкого человечка, безнадежного банкрота, которого Харли использовал для разного рода поручений — сейчас известно едва ли не каждому.
, Семь искусств, №12
29.12.2016 0
Перед нами кабинет Президента Евруссии. Огромные тёмные окна угадываются за тяжёлыми, жёлто-золотистыми шторами, ярко сияют хрустальные люстры под высоченным потолком. Посреди кабинета просторный полированный стол на львиных лапах; на столе раскинулось странное, непривычное для глаза сооружение, квантовый компьютер. Подле стола – большой мраморный бюст Владимира Высоцкого.
, Семь искусств, №12
22.10.2016 0
Мирискусничество давно стало историей, но ностальгия по прошлому по-прежнему жива среди их поклонников и даже исследователей. «Что прошло, то мило», – размышляют они так же, как их кумиры. Теперь уже не французский король-солнце, а сам Сергей Дягилев оказывается «жертвой» этой точки зрения. Возможно, правильней было бы сказать, что Дягилев становится королем-солнцем, ведь его биография предстает как непрерывная череда побед и триумфов.
, Семь искусств, №10
30.08.2016 0
Драма в отличие от поэмы или романа – нечто цельное, законченное, недискретное. Можно насладиться одной главой из повести как половиной палки сервелатной, скажем, колбасы (если оставаться в гастрономических ассоциациях), но чем нам поможет отрывок из пьесы – как нельзя приобрести в магазине половину сырого яйца.
, Семь искусств, №8
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 995 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru