litbook

Проза


Да здравствует Умолюция+4

Машина. Серый Мерседес. «Мерседесы не должны быть серыми, а этот…» Атакует. Бьёт первый. В лицо свет! Рёв… У-у-у – перепонки горят, уши. Я не чувствую ног, но я буду рвать, бить головой. Пузырь раздувается. Это – я? Я изнутри раздираю его, телом вылезаю-у-у…

Он рухнул с кровати на паркет, – липкий и обессиленный. Сон отступил.

В прихожей на полу звенел телефон.

Пополз – этот звон будет вечным.

– Да…

– Тимурчик, родненький, куда же ты потерялся, пугаешь меня, алло?..

– Слушай бабка,–голос сорвался на хрип,–твой татарин тут больше не живет, поняла? В морг звони!

Длинный гудок; пальцы не слушаются, набирая номер.

– Сивый, бери «Бочкарева», и ты уже здесь.

В ванну. Струя холодной воды облегчает шею и голову.

Он медленно возрождался.

Звонок в дверь, зашифрованный, как философская писанина.

В проёме – амбал, в коже и военных берцах.

Разлили по кружкам.

– Тёплое, падла.

«Будет дождь»,–зачем-то заметил пришедший.

– Ты когда чёлку свою сивую сострижёшь?

– Сань, я ж твой телохранитель…

– Какой ты, на хрен… Смотри, Сивый, нажрусь, ножом её отрежу.–Сделал глоток и сухо объявил: – Не положено.

Он оделся: чёрная рубашка, чёрный костюм, лакированные ботинки, пальто…

– Поезжай на базу, сегодня всех в лес. Вождю доложи, что болен, пусть скинет инструкции на комп. Мне надо прогуляться; одному.

Дождя не было.

– Ну, всё, созвонимся. Хайль…



Поднят ворот; моросило одной только мокрой пылью.

Кем я был… Пацаном с битой, защищающим национальную гордость. Он разглядел под моей бритоголовостью ум, и использовал его.

От армии косил в психушке. Гнилая среда: убогие устроили революцию – «Долой!»… их приковали к койкам. Дерьмо. Медсестричка, сыкуха, с интересом направляла в утку импотентность больного.

Стерпел, – и армия позади. И вверх, по лестнице – беспощадный бригадир, оратор, советник, правая рука вождя. Сам через пять минут почти вождь. Куда ещё…

А мальчишки… кто – по нарам, кто – в земле. И она… Звонила предупредить: бойцам нужна помощь, чужих вдвое. «Уходи оттуда!!!» А она осталась, просто посмотреть. Случайный булыжник в висок. Свой или чужой – какая теперь…

Мальчишки. Куда бросишь их силу.

Вся идеология – мои привязанные психи: «Врачей устранить! Теперь мы будем врачами! Да здравствует умолюция-а!..»



Рёв мотора врезался в привычный шум города. Обернувшись, он мгновенно всё понял…



В его чёрных лаковых ботинках на секунду отразился неправильный серый мерседес.



– Дождь на улице, а на нём лаковые… Хорошие ботинки.

– Нравятся – снимай с него.

– Неудобно… с трупа.

– Поднимай носилки!

Рейтинг:

+4
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 1014 автора
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru