litbook

Поэзия


Сказки о разных героях0

ЛЮДМИЛА ШУТЬКО

 

СКАЗКИ О РАЗНЫХ ГЕРОЯХ

 

Стихи

 

Это болото

 

Лунное пение хоровое,

Стебли, сплетшиеся в хороводе,

Запах, неуловимо болотный,

Мир, мифотворствующий и плотный,

 

Где смерть невозможна или случайна –

Так и бывает всегда сначала, –

Трасса по насыпи серебрится...

Здравствуйте, тени! Вечно вам длиться

 

И подниматься по небосводу,

Чувствуя такт и его свободу,

Из освещенной мною трясины.

Свет ее – синий, а страх – несильный.

 

Это проект окраин грядущих:

Трасса, вдоль трассы – дома погуще,

А водовод прогнил, а до стекол

Тень луннотонущих трав простерта.

 

Путешествие

 

Как по морю цвета закатной сирени

Ты плыл, Одиссей, под руладу сирены,

Под возгласы «Вор!» и «Держи!»,

Которых на старой не слышно картинке,

Так мы, увязая, теряя ботинки,

По улице плесться должны.

 

И тоже есть отзыв сирен понемножку

Не только на нас, но на каждую кошку,

И те же пространство и снег.

Как ты, Лаэртид, так и мы очень рады,

Что с нами участвует в общем параде

Разумный любой человек.

 

Закат же недвижен, но данная тема

Еще ожидает покойного Лема,

А нам не под силу – идем!

Опишем пошагово круг Ойкумены:

Кусты воробьев, кошку, дым и сирены –

И выставим в центре наш дом.

ШУТЬКО Людмила Семеновна – редактор в издательстве Южного федерального университета. Автор четырех поэтических книг, печаталась в сборниках «Ростовская лира» и альманахе «45 параллель». Живет в Ростове-на-Дону.

© Шутько Л. С., 2012

* * *

Под рокот пророков,

Прорекающих пророчества о пороках

Из-под порогов, из-под лестниц и с чердака,

Я живу, замкнута и далека,

На кухне, в ванне

И на облачном, тучном диване.

 

Под град и горе

Городу и огородам

Дорогами до гуртов на отрогах

Безмятежно и давно

Смотрю я в окно.

 

Пыль прикипает к кипам пыльным.

По пыли и отоплению

И по карнизам

Не устает тянуться и виться

Живая, лживая, выжатая живица –

Моя жизнь.

 

* * *

Я не имею убеждений,

Я иногда им следую:

Стремительно и безнадежно

И каждый шаг последний.

 

Поклонение туристов

 

Ни лыжи, ни парашюты,

Ни прочие атрибуты

Дерзания за пределы,

Парения и паденья

Не уподобят птице,

Ангелу или слову

Бессильную подняться

Людскую смертную злобу.

 

И все же Земля летела

Грешным космическим телом,

Проставляя пределы

Парения и паденья,

Почти параллельно

Перемещая ельник.

И пели над ельником ангелы

В тоненькой атмосфере,

Что в жизни до самой смерти

Не будет большей отваги.

 

Мы никогда не знаем,

Между чем выбирали.

Сны мои проясняя

И лыжников направляя,

Горит за горами небо,

Догорает черное небо,

Немеет, что болит,

И слово, благословенно,

Оземь летит.

 

Правда же, как звучит?

 

Человек не просто смертен,

А везде и весь внезапен,

Даже хоть в публичном месте.

В бессистемности системен:

То, гляди, запел, то запил.

 

Многословен, многосложен,

Но в желании добра

Вам, – того гляди, не ложен:

Вон как лезет вон из кожи,

До утра

Подавая вам боа.

 

Я старею – мне порою

Очень жалко человека:

Дай погрею, дай прикрою,

А не дашься – шут с тобою.

Ты свободен. Ты калека.

 

Разорись, слезись от боли,

Видь туман, дери обивку –

Очень гордо и свободно.

Гордо же, любимый? – вникни.

 

Человека тянет к чуду:

Он бессмертен, он талантлив,

Он пойдет, куда ни глянет,

От полночного безлюдья.

Милый, ты бессмертен, ладно?

Мы с тобой, любимый, ладно?

И тебя я не забуду.

 

Четыре из пяти чувств на ул. Лермонтовской после 18:30

 

Мягкий и податливый,

Добрый шорох снега.

Шум в ушах под шапкой:

ВСД[1] и воздух.

Зренье помешало бы

Сблизиться теснее.

Ах, куда, куда летят

Фотоны от звезд?

 

Вижу применение

Машине времени:

Чтобы лабы знать, как сдать,

А не мучить жабочек.

Гладь небес чиста.

Вижу, всех остудит.

Что было, то и будет

Однажды не жалко.

 

Дальше ничего

Не вижу больше жизни.

(Родилась, поднялась,

Иду-иду – потерпим.)

И вдыхаю газ,

И пыль, и тень, и вот

Город мой на пол- – на треть,

Или извини же.

 

Если бы взлететь,

То самые выси

И днем такие темные,

Как писал Винсент.

Только мы идем.

И не ВСД,

А сердце и мысли,

Музыка и свет.

 

Имена милых и животное начало в человеке

 

Я ласточка твоя с хвостом,

Смерть в форточку несу.

(Прости, я так учу фольклор.)

Я лампочка, твой свет и сон.

 

Я лапа рыбы, я плавник

Во тьме к стеклу приник.

Я кошка, даже два кота.

Их не разлить, они всю ночь поют.

 

Я всё, что ты велишь,

И всё, что дуры обсмеют.

Необязательно, любя,

Еще и понимать.

 

Вполне достаточно себя

В животном этом мире

Сказать «спасибо» и узнать

С тобой вдвоем, с тобой вдвоем.

 

Феофан Грек. Икона Божией Матери «Донская»

 

Мгновение, которое продлится

Щекой к щеке. Иконописны лица,

И эстетически прекрасны лики.

Я верю: муки будут невелики.

Еще века распятия не будет,

Утешатся и умилятся люди

И успокоятся: всё так, всё так,

Инстинкты святы, материнство – горе,

Рисунок – только приглашенья знак

На пир легенд, религий, аллегорий.

Не снизошел, не пригубил, но мог.

Мир – благ. Бог – прав. Я думаю, предлог

Для легкой экзальтации не нов:

Уют, покой, и теплый тон, и кров.

 

Дети и цветы

 

Как они в Лицее

Воспевали розу –

Я так по заказу не могу.

Газон загазованный,

Подслеповатый,

Сказка, несуразица в снегу.

Музыка проспектов,

Живые кустики…

Так пускай достанет сил

На веру, на радость, на славу,

Науку, искусство –

Все снегом заносило.

 

Ни правды, ни счастья

На земле нету.

Вымороженный, искрится тротуар.

Как они в Лицее там –

Что, может, надо?

Любой ответ приму, как дар.

 

Ненависть

 

Не простая звериная ярость: мол, хочется кушать,

Пропустите, дайте, он сам боится –

Человеческая ослепленная память,

Вся любовь последняя, все искусство,

Чтобы не было более между нами

Моего фактического убийцы.

 

И зеркальный блеск очей, потому что

Запрещаю видеть в нем человека

Навсегда. Настанет день – и поймешь ты.

 

А теперь давай с тобою кумекать,

Что с ним делать. В вопросах жизни и смерти

Много больше нашего помнят звери,

А когда не знают, то не боятся.

 

Прохождение Венеры

 

Теряю время, теряю сон,

И не вернутся они ко мне.

Смотрю на солнце со всех сторон –

Зачем и что я хочу узнать?

Плыву по лаве подобьем сна,

В компьютерном шевелясь окне.

 

Пройдет Венера, любовь пройдет –

Мечта и страсть, красота и страх.

Звенит, натянута в облаках

Подобьем преграды ей на пути,

Медная сетка широт-долгот.

А много ли проку? Прощай-прости.

 

Так буду бесстрашна и все приму,

Уставившись прямо перед собой.

Кого тут спрашивать: почему?

Мы одиноки – главный урок

(Доделан после зари, но впрок)

По астрономии неродной.


[1] Вегето-сосудистая дистония.

 

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1019 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru