litbook

Поэзия


Ветер, который умер+20

ПОЭТ – ФИЛОСОФУ

                         Виктору Малахову

В небо высокое птицы уронены.

Смотрят деревья устало и пристально.

Виктор Аронович, Виктор Аронович,

Как вам живется на ангельской пристани?

 

После бесснежья с азартом утроенным

Пудрятся снегом морщины Троещины.

Виктор Аронович, Виктор Аронович,

Что вам поведали улицы вещие?

 

В городе нашем трагичность иронии

Перерастает в комичность трагедии.

Виктор Аронович, Виктор Аронович,

Как вам живется с чужими соседями?

 

Слева сосед – алкогольная Родина.

Справа сосед – кока-кольная фабрика.

Виктор Аронович, Виктор Аронович,

Мудрость, наверное, водится в Африке:

 

Там, где пылятся развалины тронные

Древних империй, богов и кудесников…

Виктор Аронович, Виктор Аронович,

С неба высокого сбросьте мне вестника!

 

Тихого вестника, Виктор Аронович,

Чтобы молчал, ничего не вещая он:

Ни титанической прощи с героями,

Ни заурядного с ними прощания.

 

Перемешались герои и прихвостни:

Общим они обозначены маркером.

Как вам живется на ангельской пристани,

Добрый волшебник из города Марбурга?

 

В мире, где строят валы оборонные,

Чтобы затем обратить их в пожарища,

Виктор Аронович, Виктор Аронович,

Благословите поэта, пожалуйста!

 

ФОРМУЛА ВЫСОЦКОГО

Поэта, который вымер,

Друзья увезли в музей…

Спасите меня, Владимир,

От ласковых рук друзей!

 

Над городом – небо в соснах

И готики тонкий шприц.

Примите меня, Высоцкий,

В апостолы вещих птиц.

 

Тоска замыкает обруч

Веселых своих оков.

Храните меня, Семёныч,

В свободной тюрьме стихов.

 

Звериную тропку к чуду

Никто отыскать не смог.

Шагает по ней приблуда –

Хиппующий скоморох.

 

Простой, как прямое дуло.

Святой, как «Иже еси»,

Шагает и в ус не дует –

Юродивый шут Руси.

 

Его голубая дудка

Хохочет в лицо ханжам,

А к Богу бежит попутка

Без обуви по ножам.

 

За кровь из босых мелодий,

За то, что на них стою,–

Единственный мой Володя,

Дождитесь меня в раю!

 

БАЛЛАДА ОБ АВТОСЛЕСАРЕ

Иду вперед упрямо и воинственно.

Считаю дни от чёта и до нечета.

Но ты меня не любишь, мой единственный,

И делать здесь мне, очевидно, нечего.

 

Сведя счета с богемной забегаловкой,

Отдав долги священнику и цезарю,

Я перееду жить в село Хотяновку

И там найду простого автослесаря.

 

Пусть не воздвиг он авторского детища

И не имеет творческого рвения,

Зато во мне признает он Поэтище,

Как минимум, вселенского значения.

 

Пока тоска гнетёт меня горбатая;

Пока мечусь, поддатая, в угаре я, –

Он молча деньги будет зарабатывать,

А летом увезет меня в Болгарию:

 

В отель жлобов и пугачёвогалкиных,

С бассейнами и жрачкой круглосуточной.

Себя провозгласив духовным сталкером,

Одной в семье я буду Божьей дудочкой.

 

Гордясь своей женой, как птицей редкостной,

Он вряд ли обвинит меня в агрессии,

Не выказав ни зависти, ни ревности

К моим понтам в науке и поэзии.

 

Не станет он в кабак с утра сворачивать

И водку пить с упругими доярками;

Не скажет мне: «Субъект я – слишком значимый,

А потому по жизни тунеядствую».

 

Не будет он в припадке истерическом

Собой кичиться перед поэтессами…

И заживем мы, братцы, феерически

С бездарным и надёжным автослесарем.

 

Его, конечно, прошибет испарина,

Когда под вечер явится в квартиру он,

Прозрев тот факт, что ничего не сварено,

Не убрано, не глажено, ни стирано;

 

Что чей-то след за мной по снегу тянется;

Что с потолка звучит другая музыка…

Что я сбежала из дворца в Хотяновке

Любить тебя, единственный, на мусорке.

 

МУЗЫКА

Никогда не бывало в морях моих тихо:

Здесь солёной водой заливает каюты.

А тебе пятый день, как нужна повариха

С пресноводным умом и семейным уютом.

 

Мне подвластны секреты санскрита и зенда.

Я пока ещё в силе, в ударе и в теме.

Капитан языка, я рифмую моменты:

Из цепочки моментов слагается время.

 

Я историю делаю прямо на кухне:

Вместо щей, по которым – полнейший я бездарь.

Как Пизанская башня, что дунешь – и рухнет,

Моя смерть наклонилась над жизненной бездной.

 

Подперев головы хаотичный излишек,

Я слежу, как из каждой расщелины дома

В меховых безрукавках из кошек и мышек

Появляются старые добрые гномы.

 

Башлачёв и Бетховен становятся ближе.

Их божественность плещется в каждой октаве,

А тебе мои песни – до жо… Ненавижу

Это слово, которое хочется вставить!

 

На наречии фей философствует Рихард.

Зороастр составляет коллаж из созвездий.

А тебе пятый год, как нужна повариха

С диетическим словом газетных известий.

 

Разлилась до небес музыкальная Волга,

Будто рай возродился в преддверие змея.

Ты рыдаешь ухмылкой, жестокой и долгой,

Но писать серенад я давно не умею.

 

Фуги, арии… Чем только мозг не напихан!

Отрывают ладони словесные гири.

Но тебе пятый век, как нужна повариха.

 

Ну, а я… Я уже пятый век, как в могиле.

 

ВЕТЕР, КОТОРЫЙ УМЕР

Зима, как седой игумен,

Обходит с крестом поля.

Безветрено… Ветер умер.

Осталась лежать земля.

 

В квартире моей, как в трюме,

Не слышно ни вьюг, ни пуль.

«Ты знаешь, что ветер умер?» –

Шепнула старушка-тюль.

 

Навязчиво длинный зумер

Похож на собачий вой:

Так ветер, который умер,

В саду шелестел листвой.

 

Сосед оставляет бумер

Чернеть у моих окон;

О том же, что ветер умер,

И думать не думал он.

 

Ему хорошо на свете:

Он шарит, чего и как.

Подумаешь, умер ветер! –

Зато не грозит сквозняк.

 

Грехи, если взять их в сумме, –

Всеобщей равны вине.

Но ветер, который умер,

Приходит ко мне во сне,

 

Стращая угрюмой думой,

Мешая дышать и жить.

Я с ветром, который умер,

Совсем не хочу дружить.

 

А ветер готовит сети,

Предчувствуя страшный час,

Когда умирают дети

Ещё до рожденья нас.

 

Плод истины ищет Фауст.

Пастух стережёт ягнят.

Наш мир – как большой артхауз,

Что Богом вчера отснят.

 

И снова приходит зритель

Из грамотных простофиль:

Смотрите, друзья, смотрите

Жестокий и грустный фильм

 

О том, что пророк безумен,

Как Будда у боддхисаттв;

О ветре, который умер,

Но так и не предал сад.

 

О том, что в родном кювете

Никто никого не спас…

Спаси меня, мёртвый ветер,

Хотя бы на этот раз!

 

В угаре всеобщей дури,

Как выстрел на слове «Пли!»,

Воскресни великой бурей –

И Землю смети с земли.

 

ОСТРОГ

                                               городу Острогу

В этом городе первый луч зажигают в пять –

В тот момент, когда гаснет в замке князей звезда.

Если я, наконец, позволю себя распять, -

Перед тем, как меня распнут, я приду сюда.

В этом городе под костёлами камыши

Изучают, шурша веками, за пядью пядь.

Здесь философ находит сердце своей души,

А художнику не с кем выпить, но есть с кем спать.

От двора до двора, как сеть, растянув фальцет,

Петухи здесь футболят солнца пшеничный шар.

Здесь в аптеке живёт таинственный фармацевт

И для всякой болезни варит крутой отвар.

Переулками бродит мартовский инвалид

И свою Галатею лепит из глины льда.

Надвигается ночь… Луна в небесах болит…

Зажигается снова в замке князей звезда –

И смыкается круг. Всё сказано. Всё прошло.

Есть старинный закон Вселенной, где все равны:

Кто изведал добро, до дна постигает зло

 

И несёт свой острог на хрупких плечах весны.

 

ПУШКИНСКОЕ

            На холмах Грузии лежит ночная мгла…

                                               А.С. Пушкин

На мхом дождя заросшее стекло

Последний луч спускается, как плеть.

Стоят часы.

В душе моей – светло.

Я ухожу. Мне не о чем жалеть.

 

Пропойца-март кабак задел плечом.

Волшебный факел потушил факир.

Арагвы нет. И Пушкин – не при чём:

Мы с ним давно убили этот мир.

 

Из всех друзей надёжен только враг.

Любой позор по сути есть почёт.

Я верю в то, что среди всех арагв

Одна моя от устья ввысь течёт,

 

Впадая Там в Семью Небесных Рек,

Что, в буре выжив, сделались тихи…

Смеётся ангел. Плачет человек.

Стоят часы.

Рождаются стихи.

Рейтинг:

+20
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 997 авторов
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru