litbook

Поэзия


В Тайланде сейчас семь ноль три…»0

V DOSTATKE

 

вот приходит август

дергает за рукав – говорит тебе

ты неправ, иуда, опять неправ

 

спотыкнувшись раз

поперхнувшись сто раз

говоришь себе –

это блажь

ненужная блажь

 

подперев колонной небушка клок

водосто4ность трубы расшатав и разрушив

наблюдаю как дево4ка, яблоко скушав

закрывает глаза

и больно ей

и пожалеть нельзя

 

 

TOUTE SEUL

 

а дальше родная живи сама

сама

как льдинка в пустом стакане

хромированная струна

пустота в тёмном зале

привокзальная мишура

 

одна как мёрзлая полынья

как медный всадник

купорос разлитый

первый тур игры восьмибитной

как тонкая тетива

 

подтаявший пломбир и будущий альцгеймер

провалы в памяти – нето4ный жест руки

сама

всё сделала

сама

 

 

IO

 

иосиф просовывает руку в рукав пальто, путается. на окне сидит кот, думает – быть беде. не ходи иосиф на чугун парадной, не холоди хребастую спину свою, ты же, мать твою, так толком и не случился, не выкурил и не исписал бумаг… на морозе здорово горит вывеска – Универмаг. мои магические университеты, парапеты, поребрики. прохожие подают ему сияющие серебреники, шекели, поднимают шоры и ворот пальто. когда за дверью я слышу вопрос – Кто? – отвечаю – это же я, я – тот, кто не возвращается, теряет перчатки, чужое тепло, вычитывает не своё добро по сгусткам слюны, кого в семью принимают слоны, но никогда люди, кто простужается часто, так как одет легко, у кого узловатые пальцы и голос звонче клаксона. речная вода просвечивает до дна, до ясона, до золотого руна – усатая рыба брюхом выглаживает течения, и я тебе зуб даю – пуля, точка опоры и проза у всех своя. как свая из самого чёрного моря, как свадьба, как пух тополиный. с чем там ещё сравнима любовь иосифа к словам? с олимпийским трамплином, с гимнасткой, вставшей на мостик, с матросом, прячущим кортик, с тобой, с картиной из третьяковки. слова у иосифа сгорают, как папироски, как больные раком и очень любимые дети.

 

 

TАЙ

 

в тайланде сей4ас семь ноль три

там достает пустоты

4тобы быть одному

как медвежонок балу,

лилипут в цирке монако

инверсия – я люблю

пущенный богом атом

 

о тебе думаю только матом

так полу4ается –

в детстве, с братом я всегда побеждала

в карты

марты приносили молодые побеги

бег на время

мена погоды

я о4ень любила

последнюю и предпоследнюю тоже

обо мне они думают толком матом

некрасиво и мелко

 

раньше я думала, 4то влюбляюсь сильно

теперь я знаю, люблю вишню и немного лимонного сока

окурками прожигать дыры в обоях съёмных квартир

бере4ь и греть руки на кухне

наблюдать разнобой посуды

луковый мармелад

пе4ёно4ные крокеты

 

мне б сохраниться

 

может поедем на кубу

соберу кубик-рубик

надгрызенное предсердье

больше не гонит кровь

в детстве я думала – румба –

пройдёт –

не проходит

втемяшивается

врастает в тебя

и живёт

.

в тайланде времени вообще нет

и ни для кого не секрет

4то любовь убивает

в тебе всё самое лу4шее

 

 

СТ.

 

Знаешь, все эти наборные мозаики, почерки леонардо, моцарелла в рассоле – она часто просит – перейди море вброд. И сделай вид, что тот сорт яблок – любимый. А у меня иней и цыпки на пальцах, каждый круг становится уже, делая ясной картину. Посмотри, вот чашка вчерашнего чая, остывшего и ненужного никому. Ни выпить, ни вылить – я стою и смотрю, тень от стакана ещё коротка, будто полдня не будет, всё говорит мне о том, что утро не задалось, что каждого проходящего терзает вопрос, что небо это всего лишь вспышка в её голове, что же мне делать с собой – без принадлежности, без сопричастности, без.

Земля прогревается скоро, скорее и вовсе меняет градус, я назвала бы тебя всевидящий Аргус, нежно-синее платье, писатель Стус, я говорю с тобой на французском – douce, но хочу намного нежнее, пусть слово размякнет фонемой, пусть будет немой продавщица фиалок, и места пусть будет мало и трубки пусть говорят алло… а потом молчат на меня. И шурупы выкручивают. Назло. Я хочу подарить ей золотое кольцо. Это вопрос. Тебе, отче. Ты же говоришь мне по воскресеньям – будь чётче и будешь услышана, это обещание абсолютно бессмысленно – за двадцать семь лет ты ни разу не отвечал мне. Да, про кольцо… знаешь, давай потом созвонимся.

 

 

STB

 

теперь, по прошествии лет,

мне кажется,

я б смогла

убере4ь тебя от сумы,

тюрьмы,

от беды

я б смогла перестать так по-су4ьи щениться словами

же4ь конфорки зимними ве4ерами

ощущая тепло от тебя

от тебя мне досталась то4ка

три романа про осень

и загнившие семена

мокрый снег

тишина

до тебя сотня ложек прогорклого лета

крым, плацкарты, горсть света

до меня псиный лай, магазин на углу, аптека –

не дойти

не дойти до слу4ившегося уже

только тронь – дрожь по воде

мелким ре4ным драже

сыплется сон –

город угрюм и сер

и так – много лет

ощущая тепло от тебя

 

 

KOGDA RANO

 

Мой свет, здесь читают нострадамуса

едят палтуса

любят маттиаса

здесь каждый глагол оканчивается на -us

и они мотают-мотают на ус

каждое твоё пусть и пуск

ежевечерне солдаты говорят пли

и короли есть у каждой девочки

 

Мой свет, жить здесь – такое безнадёжное дело

что есть тело, что без тела – всё одно невозможно

можно только писать слова на телячьих лопатках

стреножить и поворачивать реки вспять

здесь нет сна как предмета

все живут по заветам

ходят по звёздам

да по библиотечным полкам

 

Мой свет, волками здесь не рождаются,

но становятся

пахнут псиной

и рано дохнут

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1007 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru