litbook

Non-fiction


Очерки еврейской истории Австралии0

 

Эллан Пасика

Очерки еврейской истории Австралии

(продолжение. Начало см. в №14(86) и сл.)

Часть II

ГЛАВА 19. АВСТРАЛИЙСКИЕ ЕВРЕИ И ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА

1 сентября 1939 нацистская Германия напала на Польшу. Великобритания и Франция, связанные обязательством о защите Польши в случае нападения, тут же объявили войну Германии. Так началась 2-я Мировая Война. Страны Британского Содружества наций сразу оказались втянутыми в войну. 3-го сентября 1939 Австралия объявила войну Германии, 15 сентября премьер-министр Австралии Роберт Мензис объявил о подготовке к отправке в Европу экспедиционного корпуса в составе 20 тыс. добровольцев. Ведь в соответствии с «Оборонным Актом 1903» ни Австралийская регулярная армия, состоявшая из волонтёров, ни полурегулярные отряды гражданской милиции не могли быть использованы для этих целей. Для укрепления обороны страны на случай нападения с 1 января 1940 была объявлена мобилизация.

Поначалу запись в армию проходила медленно. Тем не менее, уже в марте 1940 г. каждый из 6-ти мужчин призывного возраста был среди зачисленных в вооружённые силы. Приток добровольцев резко возрос после поражения в июне 1940 Франции.

Первым вступил в войну летом 1940 в Средиземном море Австралийский военно-морской флот, где действовал крейсер Сидней и пять старых австралийских эсминцев. Уже в первые дни, действуя против итальянского флота, им удалось потопить один эсминец и одну подводную лодку, а позднее, совместно с британской эскадрой – два итальянских лёгких крейсера.

Экспедиционный корпус предусмотрено было использовать во Франции. Однако её капитуляция произошла раньше, поэтому после тренировок в Северной Африке сухопутные австралийские войска совместно с британскими освободили от итальянцев север Ливии, а затем, в марте-апреле безуспешно пытались защитить Грецию от вторжения немцев. Отступление из Греции сопровождалось большими потерями, в том числе свыше 3 тыс. австралийцев попали в плен. Не удалась и попытка отстоять от немцев остров Крит. Часть австралийских войск, оставив Грецию, была срочно переброшена в Сирию и Ливан, а также в Северную Африку, где в это время, из-за умелых действий немецкого генерала Роммеля сложилась критическая ситуация.

Интересен уникальный приказ изданный летом 1941 Британским главнокомандующий силами Среднего Востока генералом Окинлеком:

«Существует реальная опасность, что… Роммель станет для наших солдат колдуном или пугалом… было бы крайне нежелательно, чтобы наши солдаты уверовали в его сверхъестественную мощь.

Я хочу, чтобы вы всеми возможными способами развеяли представление, что Роммель является чем-то большим, чем обычный германский генерал. Для этого представляется важным не называть имя Роммеля, когда мы говорим о противнике в Ливии. Мы должны упоминать «немцев», или «страны Оси», или «противника», но ни в коем случае не заострять внимание на Роммеле.

Пожалуйста, примите меры к немедленному исполнению данного приказа и доведите до сведения всех командиров, что, с психологической точки зрения, это дело высочайшей важности».

Дорогой читатель. Вы представляете себе, какой ужас навевал на солдат генерал Роммель?! Сталин поставил бы там за спинами войск заградотряды, но умнейший английский генерал обошёлся без этого и в конечном итоге Роммель был разбит!

Поражения британских и австралийских войск в Африке и Греции вызвали правительственный кризис в Австралии, в результате чего объединённая партия во главе с Робертом Мензисом потеряла власть, а на её место пришла рабочая партия во главе с Джоном Куртином.

Хотя отдельные подразделения, а также большое количество австралийских лётчиков, продолжали воевать на Западном фронте вплоть до победы над немцами, весной 1942 основные силы Экспедиционного корпуса были переброшены в Тихоокеанский район, где японцы уже взяли Сингапур и угрожали захватить Малайзию, Филиппины, и Новую Гвинею. Сдача Сингапура была одним из тягчайших поражений Британии в течение всей войны. Голландии, Индии и Австралии только пленными потеряли 130 тыс. в том числе свыше 16 тыс. австралийцев. Потеря Сингапура была самым крупным поражением Британии за всё время войны. В 1942 подвергся бомбардировке порт Дарвин. А японским подводным лодкам удалось проникнуть в Сиднейскую гавань.

Из 600 тыс. человек, мужчин и женщин, зачисленных в различные рода войск, около 3400 человек были евреями, что превышало средний уровень по Австралии. Среди них было 79 человек служивших во флоте и 846 – в авиации. Хотя среди евреев на этот раз не было по масштабам фигуры идущей в сравнение с Джоном Монашем, всё же среди них было достаточно ярких фигур.

В первую очередь это был подполковник, а в послевоенное время генерал-майор, Пол Альфред Каллен (1909-2007) . Его боевой путь в значительной мере отражает боевой путь Австралийских Вооружённых сил во время войны. В 1927, после окончания школы в Сиднее, он вступил артиллеристом в Милицию, добровольные войска самообороны. Через четыре года он стал младшим лейтенантом, а войну встретил капитаном. Чтобы попасть в Экспедиционный корпус, Каллен перешёл в пехоту и стал командиром роты батальона 2/2 16-й бригады 6-й дивизии. Его бригада отплыла 10 января 1940 в сопровождении британского линкора Рамиллиес и австралийского лёгкого крейсера Сидней в Европу, где австралийские войска вначале прошли тренировку в Палестине, где он отличился, командуя «вражескими» войсками. Вместе со всей бригадой он принял участие 3 января 1940 во взятии ливийского порта Бардиа, оборонявшегося итальянскими войсками. После падения Тобрука бригада отступила в Египет, а затем в Палестину, откуда Каллен с передовым отрядом 6-й дивизии высадился в Греции. Там он отличился в арьергардных боях батальона 2/2 возле реки Алиакмон, получившую у немцев название «кровавой». При отступлении из Греции на остров Крит в значительной степени благодаря майору Каллену удалось эвакуировать 180 австралийцев и новозеландцев на двух каяках, ускользнув от, казалось бы, неминуемого пленения немцами. Будучи несколько раз атакованы с воздуха, они всё же благополучно высадились на остров Крит.Там, опасаясь, что раненым попадёт в плен, и уже зная, как обращаются немцы с евреями, Пол Коэн изменил свою фамилию на Каллен. Там же он принял командование сводным батальоном вплоть до высадки в Сирии, а затем в Египте.

В январе 1942, уже после начала военных действий с Японией, в Суэце 16-я бригада была погружена на корабль и отправлена на о. Цейлон (теперь Шри-Ланка), которому угрожали японские войска. В июне 1942, после разгрома Японского флота американцами у атолла Мидуэй, опасность захвата японцами Цейлона исчезла. В июле Каллену было присвоено звание подполковника, и он назначен командиром батальона 2/1 16-й бригады. В состав батальона входило 250 ветеранов войны в Пустыне, Греции, Крите и Сирии, а также 600 человек, которые пополнили батальон в Палестине перед отправлением на Тихоокеанский фронт. В августе 1942 бригада вернулась домой, в Сидней.

В это время возникла угроза захвата Порта Морезби в Папуа Новой Гвинеи, что угрожало непосредственно Австралии, и батальон 2/1, вместе с другими частями, был срочно переброшен морем в Новую Гвинею. Подполковник Каллен вместе со своим батальоном принял участие в знаменитой Трэйл Кокода Кампании. Трэйл Кокода была горной тропой в непроходимых горных джунглях длиной около 100 км. Битва закончилась лишь в конце 1942 победой австралийцев. Хотя война там продолжалась вплоть до капитуляции Японии в августе 1945.

После войны, в 1955, полковник Каллен принял командование бригадой, в 1960 стал заместителем комдива, а в 1961 получил звание генерал-майора.

Война в воздухе, пожалуй, наиболее ярко выявила мужество австралийских воинов-евреев. Это тем более удивительно, что все эти парни были добровольцы, и всем им грозила особая опасность попасть в плен к немцам. Хотя следует отметить, что по отношению к пленным из Британии и её союзников, подписавших Женевскую конвенцию 1929 г., немцы, как правило, вели себя сносно. Тем не менее, известно много случаев, когда именно лётчиков немцы в плен не брали, а расстреливали немедленно.

И среди лётчиков оказалось больше всего ярких фигур. Первым среди них был командир бомбардировщика лётчик-лейтенант (соответствует чину капитана в пехоте) Питер Айзексон (род. в 1920). Он добровольно вступил в ВВС резервистом. Его отец и два дяди принимали участие в Первой мировой войне, и этот шаг для него был естественным.

После элементарной наземной подготовки в конце 1940 г. Питера направили в лётную школу под Сиднеем, а затем в Наррандеру, НЮУ, где он прошёл начальную лётную подготовку. В соответствии с существовавшей тогда схемой дальнейшее обучение лётному искусству осуществлялось в Канаде. В июне 1941 Питер Айзексон отплыл в Канаду и в сентябре закончил лётную подготовку в качестве пилота истребителя. В октябре 1941 Питер вместе с другими соотечественниками прибыл морем в английский порт Ливерпуль. К этому моменту английские истребители уже выиграли «Битву за Англию», выведя из строя около 2000 самолётов Люфтваффе. Теперь английской авиации нужны были экипажи бомбардировщиков. В феврале 1942 г. Питер начинает тренироваться на двухмоторных бомбардировщиках «Веллингтон», чтобы в конце мая 1942 в числе 1000 других бомбардировщиков совершить свой первый ночной налёт на Кёльн, сразу в качестве командира корабля. После нескольких успешных налётов на Кельн последовали налёты на Эссен, Кассель, Карлсруэ, Бремен, Вильгельмсхавен. Отбомбив в 22-х налётах, Питер пересел на 4-хмоторный «Галифакс». В ноябре Питер Айзексон был удостоен первой награды, «летной медали за отличие». Бомбардировщики «Галифакс» после нескольких фатальных исходов во время тренировок были заменены самолётами «Ланкастер». В то время этот бомбардировщик брал наибольшее количество бомб. Питер осуществляет налёты на Турин (Италия), а потом опять на города Германии.

Два раза самолёту не удалось уйти невредимым от истребителей, причём во второй раз экипаж едва дотянул до своей земли и сделал аварийную посадку. Ещё более опасно стало, когда их самолёт перевели в отряд «следопытов» (pathfinder). Ведь теперь нужно было не только самому отбомбить, но и навести другие самолёты на цель.

Экипажи этих самолётов должны были сделать дополнительно ещё не менее 15-ти вылетов. В ночь на 30 января 1943 впервые «следопыты» участвовали в налёте на Гамбург. Фотографии показали, что наведение на цель, выполненное экипажем Питера оказалось наиболее точным. После этого последовали налеты не Берлин и многие другие крупнейшие города Германии и Италии.

В феврале Питер был награжден Крестом за отличие в полётах. Ему было присвоено звание лейтенанта авиации. Однако больше всего Питер гордился специальным значком, которым награждались лучшие пилоты самолётов наведения, золотым парящим соколом. Его носят на левом нагрудном кармане.

В ночь на 29 марта 1943 состоялся последний боевой 44-й вылет, на Берлин. Экипаж был измотан ночными операциями, три ночи подряд. На следующий день Айзексону сообщили: экипаж не будет участвовать в дельнейших боевых операциях. Австралийское правительство настояло на возвращении экипажа с самолётом «Ланкастер» на родину. Австралия собиралась наладить выпуск усовершенствованной версии этих самолётов для войны против Японии.

Для большей безопасности решено было лететь на Запад через Канаду и США. При перелёте до Монреаля, длившемся 15 часов и 15 мин., было установлено рекордное время для самолётов этого типа.

На подходе к о. Фиджи самолёт был с почётом встречен 4-мя самолётами новозеландских ВВС. Сотни тысяч вышли встречать экипаж Айзексона в Сиднее

Вскоре экипаж отправился в показательный полет по Австралии и Новой Зеландии с целью сбора средств на продолжавшуюся войну. Любой человек, пожертвовавший на войну 250 фунтов, удостаивался полета на самолёте.

Триумфальные полёты продолжались вплоть до 26 октября 1943, когда при сильнейшем ветре Питер не справился с посадкой самолёта. Задев траншею и забор, самолёт оказался сильно повреждённым. Команда и пассажиры отделались лёгкими ушибами. Премьер-министр Австралии Джон Куртин в телеграмме на имя Питера выразил сожаление о случившемся и благодарил лётного лейтенанта (соответствует чину капитана в пехоте) Питера Айзексона за помощь в сборе средств для ведения войны. «Ланкастер» стал на ремонт.

Питер Айзексон – единственный австралийский летчик, получивший за свои военные заслуги три боевые награды.

В первые месяцы после войны. Питер Айзексон во главе учебного эскадрона ВВС Австралии проходит через Принцев мост в Мельбурне

В конце 1945 Айзексон демобилизовался. На короткое время он занялся политикой, но вскоре решил заняться издательско-рекламным бизнесом. В пик его карьеры в его издательской империи работало 5 тыс. человек.

Другой австралийский лётчик-еврей тогда ещё сержант Лайонел Ван Прааг летал вторым пилотом для бомбёжки позиций японцев на Яве. Во время очередного перелёта на них напали два японских истребителя и подбили машину. Самолёт сел на воду и стал погружаться. Все четверо успели попрыгать в воду, но один при этом был сильно контужен, а другой, очень тяжёлый, не умел плавать, и грозился уйти на дно, хоть и был в спасательном жилете. Вместе с первым пилотом они вдвоём, отбив несколько атак акул, дотянули других двоих до берега.

Меньше повезло другому выдающемуся пилоту-асу, летчику-лейтенанту Ричарду Нигелю Каллену, племяннику будущего генерала, прозванному за свою невероятную силу «гориллой». В 1934 в возрасте 20-ти лет он начинает заниматься автогонками. Ричард быстро добивается больших успехов, но вскоре исчезает. Чтобы оказаться в Интернациональной бригаде в Испании. Вернувшись в шрамах, он утверждает, что в будущем главные бои будут вестись в воздухе. Ричард опять исчезает, чтобы стать вначале гражданским лётчиком, а затем - пилотом истребителя. Уже в первом бою, на устаревшем биплане Гладиатор он смело ввязался в бой с пятью самолётами противника, сбил один и благополучно вернулся на свою базу. Восполняя недостаток скорости мастерством, он сбил на этом самолёте ещё пять «итальянцев», чтобы потом пересесть на быстрый моноплан Харрикен. Только доказательно он сбил 16 самолётов итальянцев. Пока сам не исчез, чтобы уже никогда не вернуться. Он прожил всего 24 года.

Именно среди лётного состава были наибольшие потери. Во время войны погибло 53 еврея-летчика, около 40 % от общего числа погибших, хотя численность авиаторов составляла менее четверти от общего числа воевавших евреев Австралии.

В состав Британских ВВС (RAF) входило также специальное подразделение Еврейских Спецоператоров Радиопомех. Бойцы этого подразделения были в составе экипажей 101-й эскадрильи RAF и располагались со своим оборудованием радиосвязи и радиопомех на тяжёлых бомбардировщиках «Ланкастер». Помимо знания радиосвязи они должны были хорошо владеть немецким языком. Во время налётов на немецкие города эти радиооператоры нарушали связь немецкой авиации и сбивали с толку немецких лётчиков, отдавая ложные приказы. Несколько этих бойцов были из Австралии, а двое погибли.

Флотские лейтенанты-евреи Австралии, видимо, были самыми образованными во всех союзнических вооружённых силах. Их насчитывалось во время войны 12, все они выжили и после войны сделали неплохую карьеру, а двое из них получили рыцарский титул. Самым именитым стал лейтенант флота Зелман Коэн, служивший офицером разведки в Юго-Восточной части Тихого океана, а затем - при штабе главнокомандующего Тихоокеанским фронтом генерала Макартура. Перед войной, после окончания Мельбурнского ун-та и получения двух дипломов, в области гуманитарных наук и права, он получил престижную стипендию в ун-те Оксфорда, где занимался исследовательской работой. В начале войны Зелман прервал эту работу, чтобы уйти добровольцем в военный флот, и продолжил её после войны. В 1951 он возвращается в Мельбурн, где становится профессором права своего ун-та. В 1976-1981 он занимал пост Генерал-губернатора Австралии.

Четверо военных моряков погибло.

Известна трагическая судьба крейсера «Сидней», потопленного недалеко у берегов Западной Австралии немецким рейдером «Корморан», который и сам затонул, однако 318 из 399 бывшем на нём немецких моряков спаслось, в то время как все 645 моряков «Сиднея» погибли. Беспрецедентный случай! Это была крупнейшая трагедия астралийцев в войне. На «Сиднее», по-видимому, не было ни одного моряка-еврея, но эвакуацию на берег немецких моряков организовал лейтенант-еврей Алан Чарльз Бауме, призванный из резерва накануне войны, и патрулировавший побережье в том районе. Позднее, став интендантом и получив повышение, он отвечал за снабжение флота в районе Новой Гвинеи. Он умер «За Страну», как было отмечено в приказе, от переутомления вскоре после окончания войны

Особо следует отметить участие в войне австралийских евреев-врачей. Их было на разных фронтах не менее 13-ти: 12 мужчин, и одна военврач женщина – в сиднейском госпитале. Самым известным из них был бригадир Джозеф Стейград. Он стал осваивать военную медицину сразу после окончания Сиднейского ун-та в 1926., а когда началась война, был уже подполковником Австралийского Армейского Корпуса медиков. Отправившись в начале 1940 на театр военных действий в районе Среднего Востока, Джозеф организовав там Главный госпиталь, и стал через 18 месяцев бригадиром и помощником Начальника Медицинской Службы Армии Австралии на Среднем Востоке. В 1944-1945 он – заместитель Начальника Медицинской Службы на Новой Гвинее.

Два сиднейских врача подполковник Стенли Гоулстон и капитан Виктор Брэнд получили орден Военный крест, которым награждают только воинов, отличившихся на поле брани. Стэнли Гоулстон провел полгода с австралийскими и британскими отрядами в осаждённом войсками корпуса РоммеляТобруке (Северная Ливия) и получил также почётную медаль «Тобрукская крыса». Так называли тогда «вгрызшихся» в землю австралийских бойцов в важном для союзников порту Тобрук. Брат Стэнли Гоулстона капитан (позднее подполковник) Эрик Голдстон в это время спасал раненых солдат в Греции, а потом на острове Крит.

Капитан Виктор Брэнд получил Военный крест за спасение раненых, под огнём японцев, в Малае. Позднее, попав в плен с тысячами других, он вернулся домой только в конце войны.

Однако. Врач капитан Джон Самуэлс погиб под огнём, а другой врач майор И.Г. Сендер пошёл на дно вместе с попавшим под бомбёжку госпитальным судном «Кентавр» в порту гор. Дарвин. К погибшим на войне следует отнести и ветерана 1-й мировой войны врача Сиднея Розбери, родившегося в Англии и служившего в Медицинском Корпусе Британской армии на Среднем Востоке. Он жил уже в НЮУ, когда началась 2-я мировая война. Несмотря на возраст, он стал работать на плавучем госпитале и умер от переутомления через 5 месяцев после окончания войны, всё ещё находясь на военной службе.

Кроме двух братьев-врачей в семье Голдстон, в Военно-морском флоте Австралии, в службе радаров служила их сестра Эдна Маудэ Гоулстон в качестве «третьего офицера». Хотя большинство других женщин-евреек принимало участие в традиционных отраслях, в основном, в госпиталях и обществе Красного Креста.

Кроме семьи Голдстонов, во Второй мировой войне были ещё еврейские семьи, несколько членов которых участвовало в войне. Например, четверо братьев Оуэн. Подполковник Хаим, майор Александр и капитан Моррис служили врачами, а четвёртый брат Септимус – лётчиком. Боролись с фашизмом четверо братьев Селби и их сестра, каждый своим оружие. Из них наиболее ярко проявил себя Эсмонд Селби, начав рядовым в бронетанковом батальоне в Новой Гвинее, он к концу войны стал подполковником, командиром батальона. Другой брат, Том, начав до войны службу регистратором в детской больнице, получил права лётчика, но не смог добиться, чтобы воевать в авиации. Тогда он присоединился к военным медикам, спасал раненых на Среднем Востоке, Греции, а позже стал начальником полевого госпитале на Новой Гвинее в чине подполковника. Третий брат Селби, Давид, был командиром единственной зенитной батареи в Рабауле, дальнем форпосте обороны Австралии в Новой Британии (теперь Папуа-Новая Гвинея), сумел после сдачи форпоста японцам пробиться через непроходимые джунгли вместе с другими 137 офицерами и доплыть с ними на судёнышке до Австралии. Позже, провалявшись несколько месяцев в госпиталях, сумел вернуться в строй. Он попал в Новую Гвинею, закончив войну в чине майора. На Новой Гвинее закончил войну в 1944 в чине майора и четвёртый брат, Бен.

Их сестра, Дорис Селби, получив диплом врача до войны, работала семейным врачом. Но с началом войны стала работать военврачом в Виктория Баррак в Мельбурне. После войны эта женщина-идеалистка уехала в Израиль, где врачевала в лагерях беженцев из Европы.

Джозеф Линдсей активно участвовал в двух войнах. В 1896-м 16-ти лет он вступил трубачом в отряд уланов в НЮУ, а затем поступил в медицинскую службу Новозеландского Корпуса и вместе с ним отправился на Англо-бурскую войну. В Первую Мировую войну он в качестве трубача с корпусом ANZAC высадился в Галлиполи, а через 8 месяцев попал в Палестину. Уже в качестве артиллериста он затем воевал во Франции. В качестве волонтёра Джозеф служил и во второй Мировой войне, но уже внутри Австралии, в лагере для интернированных в Ливерпуле, НЮУ.

Неординарной была судьба Макса Чайкина, родившегося в 1880-м в Англии в семье русских евреев. Он стал воздушным гимнастом, и вначале с родителями, а позднее самостоятельно выступал в Гайд-Парке. Макс был в Британском Гондурасе, когда началась. Первая Мировая Война, и был призван в армию. Обладая необыкновенными способностями к языкам, он вскоре стал работать переводчиком и разведчиком в Галлиполи и других частях Турции. После войны какое-то время Чайкин служил во флоте революционной России, но вскоре уехал в Австралию и ездил по стране с бродячим цирком. Уехав в США, он выступал там. Пока не женился в 1928 на жительнице Квинсленда, и вместе с женой вернулся в Австралию. Всё время Макс Чайкин старался овладевать языками и постепенно освоил их семь. В Сиднее он работал репортёром и переводчиком. Когда началась Вторая Мировая война, ему было 59, тем не менее, он вскоре оказался военным переводчиком в Египте. Вернувшись после войны, он пользовался большой популярность в еврейской общине Сиднея. Умер Макс Чайкин вскоре после того как отметил своё столетие. Уже в конце жизни он оставил интересные советы для воздушных гимнастов.

Рабочие роты также входили в состав вооружённых сил Австралии во время войны, и имели такую же военную форму. В них работали исключительно мужчины, мобилизованные для работы внутри страны. Для работы в Австралии и Новой Гвинее было сформировано 39 таких рот, в которых состояло 15 тыс. человек. Это были чаще всего работы по перегрузке на железных дорогах (часто связанных с разной шириной колеи в разных штатах, наследием бездумного строительства в колониальный период) и в портах, работы на дорогах и в шахтах. В эти роты принимали и добровольцев, желавших участвовать в борьбе против фашизма, но являвшихся гражданами враждебных Британии государств. Из них свыше двух тысяч не были помещены в лагерях для интернированных, а 630 из них были те, кого посчитали возможным выпустить из этих лагерей. Подавляющее число последних были молодые евреи, прибывшие в Австралию на корабле Дюнера. Это был корабль, доставивший в Австралию около двух с половиной тысяч граждан стран оси, интернированных в Англии после начала Второй мировой войны. Большинство из них были бежавшими из Германии и Италии евреями.

Художник Йосл Бергнер был одним из них. Он родился в 1920-м в семье известного поэта на идиш Мелеша Равича, который был послан в 1936 лондонской Лигой Свободных Земель из Польши в Австралию в район Кимберли для исследования возможности создания там еврейских земледельческих колоний. Мечтая стать художником, Бергнер стал обучаться в Художественной Галерее штата Виктория в Мельбурне и сблизился там с молодыми художниками, которые теперь являются гордостью современного австралийского искусства: Сидней Нолан, Альберт Тёкер, Джон Парсевали Артур Бойд. Но началась война, и Йосл решил принять в ней участие. Он не имел австралийского гражданства, и ему отказали в зачислении в армию. Тогда он вступил в 6-ю рабочую роту, которая занималась перевалкой грузов на железной дороге, на границе двух штатов, Виктории и НЮУ. После войны Йосл Бергнер ещё некоторое время работал как художник, успев «сказать своё слово» в австралийской живописи. В той же 6-й рабочей роте служил другой иммигрант, Фрэнк Клепнер. В 2004 он написал о своём сослуживце по рабочей роте книгу: «Йосл Бергнер: Искусство как встреча культур». В 1948 Бергнер уехал в Израиль, где живёт теперь в Тель-Авиве. В 1980 художник Йосл Бергнер получил Премию Израиля.

Состав рабочих рот был пёстрый не только в социальном плане: от учёных – до разнорабочих, но и по национальному признаку. Это были немцы, итальянцы, австрийцы, румыны, китайцы, жители островов нынешней Индонезии. И, конечно, было много евреев, бежавших от фашизма и теперь ставших «гражданами вражеских стран». Выше капралов командирами у них были чаще всего пожилые англосаксы, часто участники 1-й Мировой войны. Некоторые из них не скрывали подозрительного отношения к «врагам», носившим теперь форму австралийской армии. Некоторые из них высказывались в том духе, что следовало бы с «чужестранцев» эту форму снять. Естественно, что тяжелее всего было это для антифашистов и евреев, бежавших от фашистских режимов Гитлера и Муссолини. Тем более что приходилось им всем жить в палатках и хижинах и работать без выходных по 12 часов, зачастую семь дней в неделю. Они внесли свой вклад в победу над фашизмом, хотя часто их даже не упоминают.

И в заключение стоит вспомнить тех, кто на всех фронтах, от Ливии и Греции до Борнео и Восточного Тимора поддерживали в бойцах-евреях надежду на то, что их не оставил Б-г, благословляли на бой с фашизмом, помогали молитвой и заботой, отпевали погибших и утешали в письмах их родных. Это были австралийские раввины, ветеран 1-й Мировой войны старший капеллан-раввин Австралии Джейкоб Данглоу (в чине, эквивалентном звании полковника), а также капелланы-раввины Лазарус Моррис Голдман и Луис Рабин Закс.

Во Второй мировой войне, при населении свыше 7 миллионов, Австралия понесла меньшие потери (27 тыс. погибшими и 23 тыс. ранеными), чем во время 1-й Мировой войны, когда при населении всего 4,5 миллионов, погибло свыше 60 тыс. и 130тыс. было ранено. В значительной степени это объясняется тем, что, опасаясь вторжения японских войск на материковую Австралию, её правительство основные силы держало внутри страны. В то же время на заключительном этапе войны, в 1945 г., когда сопротивление Германии на морях было фактически сломлено, к Тихоокеанскому театру войны смогли в большей степени подключиться флоты и авиация союзников. В результате австралийские войска в этом регионе несли на заключительном этапе войны меньшие потери.

Австралийские евреи активно участвовали во всех родах войск и на всех театрах военных действий в борьбе против фашизма. Их участие соответствовало, а порой и превосходило их количество (менее половины процента от общего населения Австралии).

Вечная слава всем участникам той войны!

Почтим памятью павших!

Использованная литература:

1. Australian Jewry’s Book of Honour WWII, Edited by Gerald Pint, Austr. Feder. of Jewish ex-servicemen & women, 1973

2. The Role of Jews in the Defeat of the Nazis and Axis Powers, WWII, Victorian Associacion of Jewish ex-servicemen & women, 1991,

3. Military history of Australia during World War II, From Wikipedia, the free encyclopedia

4. FORGOTTEN SOLDIERS: ALIENS IN THE AUSTRALIAN ARMY’S EMPLOYMENT COMPANIES DURING WORLD WAR II* by Dr. June Factor

5. Yosl Bergner: Art as a Meeting of Cultures, Frank Klepner MacMillan, Melbourne, 2004.

6. Max Chaikin centenary, by Morris Ochert, AJJHS, 1991

Приключения ночного бомбардировщика, Эллан Пасика, в СЕТЕВОМ ЖУРНАЛЕ "ЗАМЕТКИ ПО ЕВРЕЙСКОЙ ИСТОРИИ", №57, 2005

 

ГЛАВА 20. АВСТРАЛИЙСКИЙ СИОНИЗМ

(От «шлихим» до Бальфурской декларации)

Строго говоря, сионизм - это еврейское национальное движение, целью которого является объединение и возрождение еврейского народа на его исторической родине — в Израиле (Эрец-Исраэль), а также идеологическая концепция, на которой это движение основывается. Часто, однако, под сионизмом имеется в виду более широкое понятие, включающее также любовь евреев к их исторической родине и стремление ей помочь. Что касается евреев с постсоветского пространства, глубоко ассимилированных и, зачастую полностью лишённых привычки соблюдения еврейской традиции, то этот, так называемый, «бытовой сионизм» иногда является почти единственной ниточкой, связывающей их с еврейством.

Начало австралийского политического сионизма, как движения в пользу создания в Палестине еврейского государства, восходит к 1845 г., и у его истоков стоял не еврей, а английский филосемит Чарльз Гаулер (Gawler), бывший в 1938-1841 губернатором колонии Южная Австралия. Евангелист и очень набожный, вернувшись в Англию, он написал два памфлета в пользу возвращения евреев в Палестину: «Успокоение Сирии и Востока», 1845 и «Эмансипация евреев», 1847. В своих многочисленных статьях он призывал англичан помочь евреям вернуться на Землю обетованную. Он считал долгом христиан компенсировать таким образом тысячелетние страдания евреев.

В 1849 он совместно с Мозесом Монтефиори предпринял поездку в Палестину. Именно он убедил знаменитого еврейского филантропа купить в подарок евреям Палестины апельсиновую рощу. Теперь на этом месте находится квартал Монтефиори в Тель-Авиве. Гаулер также был родоначальником идеи создания поселения на месте, где позднее возник город Петах-Тиква. В 1852 он основал ассоциацию для колонизации Палестины

Филосемит Чарльз Гаулер

Здесь следует вспомнить о времени, когда в австралийских колониях укрепились первые еврейские религиозные общины. Одним из первых деяний в 1845 синагоги на Йорк Стрит НЮУ (Новый Южный Уэльс) было создание «Иерусалимского фонда». Для этого было решено отчислять в фонд одну пятую всех средств, поступавших от платы за обряд обрезания. В 1850 эта конгрегация назначила для Ишува, еврейского населения Палестины, годовой взнос. В 1851 этому последовала и мельбурнская конгрегация.

Несмотря на эти взносы, палестинские хасиды, жившие, главным образом, на пожертвования еврейства других стран, направляли в эти страны для сбора средств своих эмиссаров, шлихим. Первые шлихим из Палестины появились в Австралии в середине 1850-х.

Эти дополнительные поборы вызвали недовольство многих евреев пятого континента, которые полагали, что достаточно и ежегодных сборов. В 1856 правление Сиднейской синагоги жаловалось, что «эта неприятность не является обложением, накладываемым на нас постоянно» и порицало «этот дополнительный метод поборов странствующими сборщиками», когда «вся или значительная часть собранных средств тратится на путешествия и другие расходы самих сборщиков».

С началом Крымской войны (1854-1856) Ишув оказался отрезанным от оказывавших ему большую помощь евреев России. Тогда Главный раввин Британской империи, побуждаемый крупнейшим англо-еврейским филантропом Мозезом Монтефиори, обратился ко всем конгрегациям империи выделить помощь палестинским евреям. На собраниях, устраивавшихся по этому случаю в Австралии, часто делали взносы и не евреи. При численности еврейского населения австралийских колоний всего 2 тыс. было собрано 8 тыс. фунтов стерлингов. Это была первая сионистская кампания по сбору средств, проведенная на пятом континенте.

Визиты в Австралию шлихим, однако, продолжались. Заслуживает внимания, что визит одного из именитых шлихим, рабби Хаима Цви Шнеерсона, ознаменовался созданием Комитета по сбору средств для покупки земельных наделов на Святой земле. Это был прообраз созданных впоследствии различных сионистских организаций в Австралии и получил название Шевра Охавей Цион (Общество любви к Сиону), вызывающее ассоциацию с движением Хововей-Цион, возникшим в 1881 в Восточной Европе.

В 1879 в газете Jewish Gerald её издатель и священник Hebrew Sant Kilda congregation и журналист Элиас Блаубаум сообщал, что эмиссары из Палестины были виновны в большом оскорблении идеи благотворительности. Не без сарказма автор спрашивал: «Как это получается, что бедствие в виде голода ежегодно посещает Святую землю, когда в других местах это не происходит?» И сам же давал ответ, что «земля кричит-просит, чтобы её обработали. Но основная часть населения не работает, а немногим желающим работать не позволяют сделать это тиранствующие раввины и лица, находящиеся под их властью».

В защиту Блаубаума следует отметить, что он не ограничился критикой, а вместе с мельбурнским купцом Вульфом Дэвисом стал ратовать за постоянный годичный сбор для Палестины. Причём, они указывали, что эти средства должны идти на помощь бедным и поддержку школ. На этот раз религиозные власти палестинских евреев согласились отменить посылку шлихим в обмен на постоянную помощь. Вскоре инициатива Мельбурна была поддержана и Большой синагогой Сиднея.

В 1872 сиднейский священник А.Б. Дэвис основал местное отделение британской Англо-еврейской ассоциации, целью которой было «достижение социального, морального и интеллектуального прогресса среди евреев и защита тех из них, которые могли страдать вследствие того, что были евреями». Вскоре такие отделения появились и в других австралийских колониях. В числе прочего, эта ассоциация взяла на себя заботу о еврейских школах Иерусалима.

Вообще же австралийское еврейство постоянно испытывало двойное чувство в своем отношению к Святой земле. Получив фактическое равноправие и все возможности для свободного ведения бизнеса и участия в общественной жизни, австралийские евреи стремились показать свою лояльность к Британской империи. Стремясь избежать антисемитизма, многие евреи старались высказывать мнение, что хотя Иерусалим является родиной их религии, настоящей их родиной являются Британия и Австралия. Тот же Элиас Блаубаум, выражавший презрение к американскому реформистскому движению и его лозунгу: «Америка – наш Сион, Вашингтон – наш Иерусалим, был противником сионистского движения «Хововей Цион», объясняя это боязнью появления в Австралии антисемитизма. Блаубаум поколебался в своём мнении только накануне смерти, под влиянием Кишинёвского погрома 1903 г.

С другой стороны, многие австралийские евреи не только чувствовали свою духовную связь с Палестиной, но и считали, что эта связь нужна ещё и потому, что препятствует полной ассимиляции евреев.

В 1894, за два года до публикации Герцлем своей знаменитой брошюры «Еврейское государство» польский иммигрант Д. Долович основал в Сиднее, по образцу Англии, филиал движения «Ховевей Цион», а в Мельбурне Б. Алтсон, бизнесмен с русскими корнями, создал кружок по изучению иврита и ивритской культуры. Не желая «дразнить гусей», английских евреев, в своём большинстве выступавших против сионизма, Алтсон скромно объяснял свои цели борьбой с ассимиляцией, но, учитывая, что сам Алтсон был пылким сторонником сионизма, не приходится сомневаться в целях этого кружка. Оба эти общества просуществовали недолго. Одной из причин скорого упадка ивритского кружка в Мельбурне была агитация против него в единственной тогда австралийской еврейской газете Jewish Gerald. Анекдотически звучит теперь довод её редактора Элиаса Блаубаума о том, как древний иврит сможет обойтись без новых слов, которых в нём нет. Например, таких, как «телефон».

После Первого сионистского конгресса, состоявшегося в 1897 в Базеле, Швейцария, обе австралийские еврейские газеты, мельбурнская Jewish Gerald, и основанная в 1895 сиднейская газета Hebrew Standard, отметили, что проблема создания еврейского государства теперь не актуальна, ибо… положение евреев в странах, где они угнетены, улучшается, и евреи должны оставаться жить там, где они живут. Вот как «убедительно» писала по поводу антисемитизма в этих странах Hebrew Standard: «Если еврею не повезло жить в условиях антисемитизма, он должен отстаивать свои права. Если может, он должен бороться, а если нет – терпеть до тех пор, пока антисемитизм не умрёт своей естественной смертью».

Такое отношение к политическому сионизму явилось отражением отношения к нему со стороны религиозного истеблишмента Лондона во главе с главным раввином Британии докт. Адлером и лондонской газеты Jewish Chronicle.

Справедливости ради, следует отметить, что вскоре сиднейская газета Hebrew Standard перешла на позиции сочувствия идее сионизма. Взгляды редактора этой газеты Альфреда Харриса в это время способствовали возникновению в дальнейшем сионистского движения в Австралии. К сожалению, после приезда в Сидней из Лондона в 1905 враждебного сионизму рабби Ф.Л. Коэна, возглавившего Большую синагогу, Альфред Харрис подпал под его влияние, и сам стал враждебен сионизму. Эта враждебность усиливалась его дружбой с Айзеком Айзексом, выдающимся адвокатом и будущим генерал-губернатором Австралии.

Вплоть до 1900 г. движение политического сионизма в Австралии, в основном, ограничивалось дебатами в еврейских газетах. Первая попытка создать организацию в 1897 была сделана в Южной Австралии румынским эмигрантом докт. Леоном Ионой. Эта попытка оказалась неудачной из-за противодействия местного раввина. Безрезультатной по этой же причине оказалась и подобная инициатива в Сиднее.

Первое сионистское общество в Австралии было создано в ноябре 1900 г. раввином синагоги в Перте, ЗА (Западная Австралия), эмигрантом из Венгрии, Давидом Айзеком Фридманом. Давид Фридман оказался в этой роли не случайно. Он успел получить образование в Лондоне, где в еврейском колледже организовал группу Ховевей Цион. В 1903 Фридман создал фонд помощи жертвам Кишинёвского погрома, а в 1913 стал президентом вновь созданной Сионистской ассоциации ЗА.

Инициатива этого штата была раскритикована мельбурнской газетой Jewish Herald, но подхвачена сиднейской газетой Hebrew Standard, и вскоре Генри Харрис, отец издателя газеты и виноторговец Генри Хогинс создают Сионистскую лигу в Сиднее. На учредительном собрании Лиги, состоявшемся в январе 1901, присутствовали и не евреи, но никого - из числа еврейских религиозных деятелей Сиднея. Президент нового общества обратился к Теодору Герцлю с письмом, в котором сообщил об основании общества, попросил разъяснений о целях и работе Всемирного сионистского движения и предложил Герцлю обратиться с письмом-воззванием к австралийским евреям. Это письмо, написанное по-немецки, было опубликовано в Hebrew Standard 19 апреля 1901. Только в марте 1902 удалось провести массовое собрание в школьном зале при Большой синагоге Сиднея, посвящённое Всемирным сионистским конгрессам. К тому времени уже были проведены пять конгрессов, из которых все, кроме Четвёртого, состоялись в Базеле).

Собрание поддержали своим участием многие сиднейские христиане, а также евреи-иммигранты из Восточной Европы, не говорившие по-английски. А религиозные деятели опять отсутствовали. К руководству тогда пришли англизированные евреи, которые предложили включить вновь созданную Сионистскую лигу НЮУ в Федерацию английских сионистов. Однако только в следующем, 1903 году, после замены руководства, когда лигу возглавили Гарри и Артур Харрис и священник А.Д. Волынский, они сделали Лигу дееспособной.

В марте 1902 удалось создать Сионистскую лигу и в Мельбурне, где основную массу её членов составили выходцы из Восточной Европы, говорившие на идише.

Таким образом, к этому времени сионистские организации были уже в трёх штатах. Отсюда, однако, не следовало, что это движение приобрело большую популярность. Главным препятствием было сопротивление еврейского духовенства. Особенно усердствовал в этом сиднейский священник Джозеф Ландау. Так, например, на одном собрании, где присутствовало много и не евреев, он обвинил сионизм в трусости, ибо тот рассматривал тогдашнее положение евреев в Европе как неизбежное. Он обвинил сионизм также в богохульстве, за усилия поторопить Творца. Впрочем, здесь Ландау не был оригинальным. С самого начала возникновения сионизма многие представители ортодоксальных направлений еврейства в качестве главного возражения против политического сионизма выдвигали «неминуемый» приход Машиаха (Мессии), который и должен будет вернуть детям Авраама Эрец Исраэль. Многие набожные евреи России потому приняли с восторгом идеи Герцля, что видели в нём потомка царя Давида, Мессию. Позднее смерть Герцля нанесла огромный ущерб сионизму. Не только потому что движение лишилось своего вдохновенного основателя, но и потому, что смерть Герцля показала, что он - не Мессия, ибо Мессия должен был быть бессмертным.

Заявление Ландау вызвало возмущение многих сиднейских евреев, в том числе известного австралийского сиониста Перси Маркса. Адвокат и торговец шерстью Перси Маркс был не только выдающимся сионистом, но и крупным общественным деятелем, одним из активнейших членов Австралийского королевского исторического общества и одним из первых историков австралийского еврейства. Среди множества его славных деяний были и сорок спортивных трофеев. Он был основателем и активнейшим членом Атлетической ассоциации НЮУ и Атлетического союза Австралии.

В 1903 на 6-м всемирном сионистском конгрессе в Базеле, желая как можно быстрее решить проблему беженцев из России после Кишинёвского погрома, Герцль предложил свой проект поселения русских евреев-беженцев в Уганде, тогда британской колонии. Результатом явился раскол среди делегатов, и русская делегация покинула съезд. Тогда, незадолго до своей преждевременной смерти. Герцлю с большим трудом удалось устранить раскол, торжественно заверив делегатов от России в своей преданности идее «Сионизма для Сиона».

Парадоксальным образом это значительно активизировало сионистскую деятельность в Австралии. Сионистская лига Виктории одобрила проект: англизированных евреев привлекла идея обустройства убежища для евреев под британским флагом. В результате за один год количество сионистов в Виктории увеличилось в два раза. Значительно возросло количество сионистов и в Сиднее.

Между тем в 1905, уже после смерти Герцля, один из его ближайших соратников Израиль Зангвилл (Zangwill), вместе с английским журналистом и членом Комитета представителей британских евреев Люсьеном Вольфом, создал Еврейскую организацию территориалистов (ITO), президентом которой стал Зангвилл. Предполагалось, что целью организации будет создание больших еврейских анклавов, по преимуществу, в Британской империи, с еврейским самоуправлением. В отличие от Восточной Европы, в этих анклавах предусматривались не еврейские общины, кехиллы, а современные демократические институты.

В последовавшие затем три года в Сиднее и Мельбурне шли жаркие дебаты по поводу сионизма и территориализма. Дискуссия захватила также и Аделаиду, где вовсе не было этих организаций. В 1906 отделение ITO было основано в Перте, ЗА. По всей вероятности организация территориалистов в Перте возникла на базе сионистской организации, прекратившей там к этому времени своё существование. На это указывает письмо секретаря Всемирной сионистской организации рабби Фридману в январе 1912: " В прежние годы, я полагаю, в Перте было активное Сионистское общество, которое трансформировалось или слилось с территориальным обществом. Я надеюсь, что Ваш интерес к сионизму подвигнет Вас на создание снова в Вашей общине сионистского общества». В 1908 в Мельбурне было создано второе сионистское общество, а всего в Австралии насчитывалось в это время около двух десятков обществ сионистского толка. Большое влияние по уменьшению влияния ITO в это время оказывал находившийся в 1905 в Австралии президент крупной сионистской организации Южной Африки Самуэл Гольдрейх (Goldreich). В НЮУ в это время газета Hebrew Standard отвернулась от сионизма под влиянием рабби Коэна, поэтому влияние Гольдрейха здесь чувствовалось мало.

В предвоенное время в Австралии усиливается влияние идей «практического» сионизма, сторонники которого полагали, что не обязательно ждать возникновения в Палестине еврейского государства – нужно развивать её экономику и заселять её евреями из Европы. Будущее показало, что «практический сионизм оказался чрезвычайно практичным», ибо в 1920-е годы право евреев иметь в Палестине свой национальный очаг пришлось отстаивать против арабских банд с оружием в руках. Благо, в это время в стране уже было многочисленное еврейское население, ишув.

В 1912 в Мельбурне группа выходцев из Восточной Европы, желая активизировать сионистскую деятельность, создала новую сионистскую организацию, куда вошли мужчины и женщины. Главной своей задачей они ставили сбор денег для Еврейского национального фонда. В 1913 Сионистская лига Виктории объединилась с новой организацией, создав Сионистское общество Виктории, Hatchiah (Возрождение). Слияние, к сожалению оказалось недолгим, вскоре они опять разделились, и так просуществовали несколько десятилетий.

Активизировалась сионистская деятельность и в Сиднее, где в 1908 было также создано Сионистское общество, вошедшее как филиал в Интернациональную сионистскую организацию, штаб которой к тому времени переместился из Вену в Кёльн. Основатель Общества уже упоминавшийся Перси Маркс полагая, что идеи политического сионизма не всегда понятны его членам, сосредоточил деятельность общества, в основном, в направлении сбора средств для Палестины: создания школы искусств, пополнения Еврейского национального фонда, создания Мемориала Герцля в Иерусалиме.

В предвоенные годы возникают также женские и юношеские сионистские движения. В 1906 группа женщин в Виктории, связанных с синагогой East Melbourne Hebrew Congregation , организовала Женскую сионистскую лигу, которую возглавила Роза Альтсон, жена известного мельбурнского сиониста Б. Х. Альтсона. Она проявила настолько высокий энтузиазм, что противник сионизма священник Данглоу вынужден был признать её «великолепную работу в объединении различных элементов общины». В том же 1906 в Мельбурне была создана Молодёжная сионистская лига, тон в которой задавали девушки. Эта Лига тоже своими корнями уходила, в основном, в синагогу East Melbourne Hebrew Congregation.

В 1909 в Виктории юными выходцами из Восточной Европы было основано Молодёжноё сионистское общество Балларата. Это событие интересно тем, что в гор. Балларат, ввиду резкого противодействия местного раввина, так и не было создано сионистское общество взрослых евреев. В этом же году в Перте, Западная Австралия, было основано молодёжное сионистское общество «Дети Сиона».

В годы Первой мировой войны, ввиду исключительно большого участия австралийских евреев в ней, сионистское движение на пятом континенте затихло. Оно не восстановило своё значение даже с провозглашением 2 ноября 1917 «Бальфурской декларации», в которой министр иностранных дел Великобритании лорд Бальфур уведомил лорда Уолтера Ротшильда о том, что «Правительство Его Величества с одобрением рассматривает вопрос о создании в Палестине национального очага для еврейского народа и приложит все усилия для содействия достижению этой цели;».

Хотя евреи Австралии всегда чувствовали свою связь с Палестиной, вплоть до окончания Первой мировой войны сионистское движение Австралии сравнительно с другими странами, в том числе и с доминионами Британии, было слабым, и не внесло значительного вклада в развитие Палестины. Это объясняется не только малым еврейским населением Австралии, но и большой удалённостью от главных мировых центров еврейской жизни, что особенно проявилось во время Первой мировой войны. Важным фактором здесь явились мировоззрение и психология австралийского еврейства, основную часть которого составляли евреи-выходцы из Британии. Эти евреи полагали, что создание еврейского государства и его поддержка окажет вред евреям Австралии. Некоторые евреи полагали, что после создания своего государства евреи Британии потеряют здесь своё гражданство. Эти евреи также полагали, и не без некоторого основания, что вовлечение австралийских евреев в сионизм «расшевелит» антисемитизм среди австралийцев. Гораздо более приверженными делу сионизма были восточно-европейские евреи, однако вплоть до 1920-х они в Австралии были явно в меньшинстве. Еще одним фактором, препятствовавшим распространению сионизма в Австралии, была разобщённость евреев различных штатов, так и не сумевших создать единую сионистскую организацию. Важным явился и тот факт, что из трёх штатов, где к началу Первой мировой войны были сионистские организации, только в ЗА, с преобладанием евреев-выходцев из Восточной Европы, раввинат стал полностью на сторону сионистов. В двух основных штатах, НЮУ и Виктории, где жило около 90% всех австралийских евреев, большинство раввинов оказались противниками политического сионизма.

Вместе с тем идеи практического сионизма, денежная помощь Палестине, в том числе сбор средств в Еврейский национальный фонд привлекали значительную часть еврейского населения молодого государства. Нередко было участие в этих кампаниях и христианских общин Австралии. Причём, многим христианам были близки идеи создания в Палестине еврейского государства.

Использованная литература

1. The History of the Australian Zionist Movement, by Dr Bernard Hyams, ZFA, Melbourne, 1998

2. Suzanne Rutland. Edge of the Diaspora, Collins Fustralia., Sydney, 2000

3. Archive of Australian Judaica, Early Australian Zionism (1894-1927)

ГЛАВА 21. АВСТРАЛИЙСКИЙ СИОНИЗМ

(От Бальфурской декларации до провозглашения независимости Израиля)

Известно, что еврейское население Австралии сыграло беспрецедентно большую роль на стороне Британии в Первой мировой войне. Помимо присущего австралийским евреям местного патриотизма, повлияла и мечта некоторых сионистов воевать за освобождение Палестины от турок.

Провозглашение 2 ноября 1917 Бальфурской декларации, в соответствии с которой правительство Британии заявило о намерении создать в Палестине «национальный очаг для еврейского народа», в Австралии вызвало отклик незначительный. Страна была занята войной, а затем был длительный период перехода к мирной жизни в условиях большой безработицы и наступавшей депрессии.

Всё же в результате воздействия Бальфурской декларации последующее десятилетие было создано нескольких сионистских организаций. Если ранее они возникли только в трёх штатах, Новом Южном Уэльсе (НЮУ), Виктории и Западной Австралии (ЗА) и только в трёх городах: Сиднее, Мельбурне и Перте, то к середине 1920-х были созданы такие организации ещё в 2-х штатах: в Квинсленде, г. Брисбен и Южной Австралии (ЮА), г. Аделаида. Кроме Сиднея, ещё в двух городах НЮУ, Броукен Хилле и Ньюкасле, были созданы сионистские кружки.

В 1920-21 в Австралии и Юго-Восточном регионе находился представитель штаб-квартиры Сионистского движения в Лондоне Израиль Коэн. Его задачей было разъяснить значение Бальфурской декларации и собрать деньги для Еврейского национального фонда (ЕНФ). Пребывание здесь Коэна оживило сионистскую деятельность. Он успокоил евреев британского происхождения, убедив их, что наличие еврейского национального очага не грозит им принудительным переселением в Палестину. В 1923 в Австралию приехала представитель ЕНФ Белла Певзнер, «золотоголосый оратор», имевшая дар убеждать в необходимости для каждого еврея, независимо от богатства, политической и религиозной ориентации, быть членом сионистской организации. Пожалуй, наибольшим вкладом Певзнер в австралийский сионизм явилась её роль в создании в НЮУ Национального совета еврейских женщин, во главе которого встала д-р Фанни Ридинг (Reading). Вскоре на базе этого совета был создан австралийский Национальный совет еврейских женщин, который возглавила та же д-р Ридинг. Под влиянием Беллы Певзнер была создана в Виктории также благотворительная Палестайн Вэлфер Лига, но она существовала всего два года.

Совсем иное впечатление произвёл в Австралии приезд в 1924 богатого американца из Детройта Давида Брауна. Он приехал неофициально, но предложил свои услуги по сбору средств. Когда же такой вечер на Хануку был устроен в Мельбурне, то Браун не нашёл ничего лучшего, как предложить закрыть выход из помещения, пока не будут собраны деньги. В результате даже горячие сторонники сбора средств был возмущены и отказались участвовать в кампании.

В это время складывались благоприятные международные условия для развития сионизма в Австралии. В июле 1922 Лига наций одобрила британский мандат для Палестины с включением в этот мандат декларации Бальфура. Статья 4 этого мандата предусматривала создание в Палестине Еврейского Агентства, как общественной организации для целей взаимодействия с Администрацией Палестины.

В сентябре 1922, когда вошёл в силу Британский Мандат для Палестины, правительство Англии разделило Палестину на две части, образовав автономное королевство Трансиорданию. Этим Британия выполняла обещание, данное арабам, поддержавшим союзников в войне против Оттоманской Турции. Одновременно, не мешая свободному въезду арабов в Палестину, британская администрация всячески препятствовала въезду в Палестину евреев.

В 1925 Владимир Жаботинский, разочарованный разделом Палестины, препятствиями со стороны англичан, и примиренческой политикой Всемирной Сионистской Организации (ВСО), призвал пересмотреть её политику и объявил о создании Всемирного Союза сионистов-ревизионистов.

Вопросы создания в Палестине Еврейского Агентства, раздела Палестины и распри в ВСО широко обсуждались австралийскими евреями, главным образом, в местной печати. На 16-м Сионистском Конгрессе в 1929 в Женеве было одобрено создание расширенного Еврейского Агентства с включением ряда не сионистских филантропических организаций. Эта тема также подверглась обсуждению в Австралии. Многие противники сионизма, особенно среди религиозного еврейства, утверждали, что включение в Еврейское Агентство филантропических не сионистских организаций означает «погрязнуть в болоте мировой сионистской политики». Так, известный противник сионизма Фрэнсис Коэн в 1924 заявил, что евреи скорее религиозная группа, чем нация. Когда же ему стали возражать, что библейская молитва о возвращении в Палестину выражает национальную, а не религиозную идею, то от дискуссии он уклонился. С другой стороны, активный приверженец сионизма рабби Броди полагал, что быть сионистом – непременно должно означать приверженность Торе.

Большую роль в увеличении популярности сионизма сыграл приезд в Австралию в 1927 члена Генерального Совета ВСО Александра Гольдштейна. Гольдштейн был посланцем фонда Keren Hayesod (англ. написание названия на иврите, означающего «Основной фонд»), или United Israel Appeal.

Новозеландская газета Wellington Dominion тогда писала: «Люди говорят, что часто слышали о вере, сдвигающей горы, но никогда не встречали человека такой веры. Пока не услышали беседы д-ра Ал. Гольдштейна о палестинском проекте и идеалах, этот проект воодушевляющих».

Создание австралийской сионистской организации было ещё одной важной задачей д-ра Гольдштейна, для чего он посоветовал собрать национальную конференцию. Конференция состоялась в Мельбурне в отеле Виндзор в сентябре 1927. Председателем на ней был раввин Броди, а Гольдштейн представлял ВСО, «Керен ха-Йесод» и Еврейский Национальный Фонд (ЕНФ). Делегаты конференции единодушно решили создать Австралийскую Сионистскую Федерацию (АСФ). Был создан Совет, состоявший из двух представителей от каждого штата и исполнительный комитет. Президентом был избран рабби Броди, были избраны также два вице президента и казначей. Большим достижением сионистом явилось согласие Джона Монаша, национального героя Австралии, стать почётным президентом АСФ.

В то время евреи Австралии насчитывали всего 27 тыс. Естественно, что содержание даже одного постоянного сотрудника ложилось тяжким бременем на Федерацию. Тем не менее, учитывая большую разбросанность жизненных центров страны, было решено иметь платного секретаря. Выбор пал на молодого адвоката из Лондона, сына эксперта по земледелию в Палестине, Марка Эттингера, которому была назначена зарплата 7 фунтов в неделю, с некоторой доплатой за работу в ЕНФ и «Керен ха-Йесод».

Эта деятельность активных сионистов происходила на фоне отрицательных факторов, вызванных экономическим кризисом в Палестине в 1926 и Великой депрессией 1929, начавшейся в США, но сильно ударившей по многим странам Европы и Австралии.

Результатом экономического кризиса в Палестине стал конец 3-ей алии и отток из страны тысяч евреев, пионеров её освоения. Несколько сот бывших халуцим, участников юношеского движения по освоению Эрец Исраэль (основано Иосифом Трумпельдором в 1918), оказалось в Австралии. Их появление, естественно, значительно подорвало влияние сионизма в Австралии.

В итоге Великой депрессии значительно увеличилась безработица в стране. В результате резко снизилась финансовая поддержка австралийскими евреями Ишува. Кроме того, в это время ухудшилось положение евреев в странах Восточной Европы, что вызвало отток части средств, предназначавшихся для Ишува, евреям Польши и Румынии.

Этими обстоятельствами объясняется малоуспешная работа Марка Эттингера по сбору средств для Палестины. Зато он был весьма успешен в деле сплочения сионистов Австралии. К сожалению, через два года он покинул страну.

Инцидент у Стены Плача в 1928 был одним из событий, активизировавшим деятельность местных сионистских организаций и АСФ. Тогда в Судный День (Йом Киппур) полиция Иерусалима, при поддержке английской администрации и по наущению арабов, разогнала молившихся у Стены евреев. К сожалению, протест в адрес британских властей со стороны АСФ не был поддержан комитетами конгрегаций, ни в Сиднее, ни в Мельбурне.

Нужно было повторение арабских выступлений в Хевроне и Иерусалиме в августе 1929 со многими человеческими жертвами, чтобы, наконец, на большом митинге евреев в Сиднее присутствовал президент Большой синагоги сэр Самуэль Коэн, выступивший с проектом послания Британскому правительству. В то же время влиятельный раввин Франсис Коэн от присутствия на митинге уклонился. Верные лояльности к короне сиднейские сионисты призвали к увеличению еврейской иммиграции, однако не в соответствии с Бальфурской декларацией, а для обеспечения безопасности Суэцкого канала.

В Мельбурне и Бризбене более сочувственно отнеслись к трагедии, создав Срочный Палестинский Фонд. Зато глава сионистов ЗА Дэвид Фридман отказался от участия в протесте, предпочтя британскую ориентацию. Лишь после появления в конце 1930 Белой книги Пасфилда (по имени британского министра по делам колоний лорда Passfield), в которой была значительно урезана иммиграция евреев в Палестину, евреи Мельбурна и Сиднея посмели осудить политику британского правительства в Палестине.

В 1929 в Перте евреи подвергли сомнению целесообразность вхождения местной сионистской ассоциации в АСФ, ввиду удалённости ЗА от основных центров. К тому же в обществе склонялись к отделению штата от Австралийской федерации (Это движение получило название Secessionism). В 1930 сионисты ЗА покинули АСФ, а вскоре и сама АСФ почти прекратила своё существование.

Это вовсе не означает, что прекратилось сионистское движение в Австралии. С быстрым увеличением количества евреев в стране сионистские движения в штатах даже активизировались. Так, в 30-е годы в Мельбурне были созданы Викторианская Сионистская Организация, Hatchia, Викторианское Сионистское Общество и Молодёжное Сионистское Общество, а в 1935 была создана Викторианская секция Интернациональной Сионистской Организации Женщин, говорящих на иврите, Ivriaha, в 1936 – ассоциация Мельбурнские Друзья Ивритского Университета (в Иерусалиме). В 1931 в Мельбурне появилась временно Организация Сионистов-Ревизионистов, которая воссоздалась опять в 1939. Австралийских ревизионистов возглавил рабби Фальк из Сиднея, который служил капелланом в батальоне Жаботинского в Палестине во время Первой мировой войны. Активно работал в Мельбурне Еврейский Национальный Фонд.

В НЮУ сионисты были не менее активными и включали последователей Мизрахи (религиозное политическое движение), ревизионистов, ортодоксальных сионистов(сторонников Герцля), сторонников Поалей Цион (Еврейская социал-демократическая рабочая партия) и сторонников Ахад ха-Ама, основателя культурного сионизма). Активно действовало несколько фондов, собиравших деньги для Палестины, в том числе JNF, сборы которого были весьма скромными из-за большой конкуренции.

Раздоры в среде женской секции были другой особенностью деятельности сиднейских сионистов в конце 1920-х. Они закончились в 1929 с переименованием её в Женское Сионистское Общество НЮУ. Это общество взял под свою опёку только что основанный Национальный Совет Еврейских Женщин во главе с д-ром Фанни Ридинг. Многие члены этого совета были настроены просионистски. В 1935 в НЮУ также была организована Ivriah, активно включившаяся в сбор средств для целей сионизма, а также отделение World International Zionist Organisation (WIZO) включившееся в сбор средств для ЕНФ. C появлением беженцев из Германии WIZO организовала курсы английского языка и через них вовлекала беженцев в организацию, в результате чего быстро росла та.

В 1935 умер влиятельный раввин Большой синагоги в Сиднее Френсис Коэн, убеждённый враг политического сионизма. Его место занял приехавший из Англии раввин Эфраим Леви. В отличие от своего предшественника он был убеждённым сионистом, и даже наследственным. А в 1937 в Британию возвратился раввин Израель Броди, основатель и бессменный президент Австралийской Сионистской Федерации. Это явилось поводом для сиднейских сионистов ввести в Федерации очерёдность сменяемости президентов: четыре года – от штата Виктория, а затем на такой же срок – от НЮУ. Исходя из этого, президентом Федерации в 1937 был избран раввин Леви, активно включившийся в пропаганду сионизма.

В конце 1937 один из руководителей еврейской общины Лондона философ Клаудe Монтефиоре опубликовал в лондонской еврейской газете “Hebrew Standart”статью, в которой нападал на еврейский национализм и утверждал, что единственно религия выделяет евреев в среде других англичан. На это Леви в сиднейском репринте этой же газеты ответил, что «Англичанин считает…, что быть евреем – это не только проблема религиозная, но также этнической принадлежности… даже дружественный вам англичанин считает абсурдным для еврея претендовать быть англичанином».

Это заявление вызвало бурю негодования в среде англизированных евреев Австралии, в том числе самых титулованных, сэра Айзека Айзекса, бывшего генерал-губернатора Австралии, и крупного предпринимателя и общественного деятеля сэра Самуэля Коэна.

Айзекс ответил также статьёй в газете: «Австралиец еврейской веры, признаёт себя человеком той же национальности, как и другие австралийцы (независимо от происхождения и конфессии) - национальности, символами которой является Его Величество и флаг, развевающийся над нами… Видимо, воззрение на евреев, как на отдельную нацию, пришло от Гитлера и Мосли (Вождь английских фашистов – Э.П.)».

Ему вторил Коэн: «Единственная страна, где еврей может себя чувствовать принадлежащим к «иной» национальности является Палестина». И далее продолжил: «В своей речи по радио, посвящённой Монашу, Айзек Айзекс говорил о почившем генерале как об австралийце, и хотел бы я увидеть обычного не еврея, поднявшего голос протеста в знак того, что тот был не австралийцем, а евреем».

Результатом стало решение руководства Большой синагоги в Сиднее с 1938 не продлевать контракт со своим главным раввином. На эту должность был избран бывший капеллан (и будущий, в WW2) Лейб Фальк. На этом, однако, главные раздоры в Большой синагоге только усилились, ибо Фальк оказался ещё более привержен сионизму, чем его предшественник. Служа в британских войсках в Палестине, он сдружился с будущим вождём ревизионизма Зеэвом Жаботинским и стал его преданным приверженцем. Преданность сионизму совмещалась у него с не менее искренним британским патриотизмом. В 1938 он опять побывал в Палестине, а вернувшись оттуда, стал призывать «всех ехать туда с наганами в руках». После многократных безуспешных предупреждений не вести подобных разговоров решением Конгрегации ему было запрещено говорить с кафедры на политические темы. Однако это не остановило рабби Фалька. В конце 1938 правление большой синагоги вынудило его покинуть синагогу, и рабби Фальк уехал в Англию, а в 1940 на должность главного раввина Большой синагоги был избран прибывший специально для этого из Англии раввин Израэль Поруш.

И опять Большой синагоге Сиднея «не повезло», ибо и раввин Поруш, ещё в Англии включившийся в движение религиозного сионизма (Mizrachi), оказался сторонником сионизма. Он много сил прилагал, агитируя за Еврейский Национальный Фонд и, чаще всего, становясь на сторону сионистов, когда на них нападали их противники.

Главное противоречие между сионистами и антисионистами состояло в их отношении к политике британских властей в Палестине. Антисионисты полагали, что патриотический долг всех австралийских евреев – поддержка этой политики, и любую критику этой политики с их стороны рассматривали как нарушение гражданского долга и угрозу возникновения антисемитизма в стране. В свою очередь сионисты видели свой долг в критике этой политики, если считали её неправильной. Они справедливо думали, что лишать их этого права – идти по пути антисемитизма.

Эту точку зрения активно отстаивали в Мельбурне раввин Л.М. Гольдман, а в Сиднее – главный раввин синагоги Темпль Эммануэль Макс Шенк, позднее, в 1945-47 - президент Австралийской Сионистской Федерации.

В середине 1941 на заседании НЮУ - секции Всемирного еврейского Конгресса, под председательством сэра Самуэля Коэна зашла речь о возможности мирных переговоров, для которых целесообразно избрать еврейскую делегацию. “Hebrew Standart” под влиянием Айзека Айзекса, немедленно отреагировала: «Формирование еврейской делегации для этих целей, отдельно от представителей тех стран, к которым они принадлежат, вызывает удивление… Мы стоим на том, что, кроме различия в религии, они ничем не отличаются от своих сограждан в этих странах».

Вообще, антисионистские взгляды Айзека Айзекса, одного из самых выдающихся евреев за всю историю Австралии, пагубно отражались на возможностях еврейской общины пятого континента.

В мае 1939 была опубликована «Белая книга» Макдональдса (в дальнейшем – Белая книга 1939), в которой устанавливался лимит еврейской иммиграции в Палестину размером 75 тысяч человек за пять лет. Айзекс всячески поносил сионистов за их критику этого документа. Особенно пагубной политика ограничения иммиграции в Палестину выявилась в трагедии с пароходом «Struma», когда зафрахтованный в конце 1941 за огромные деньги румынский пароход с 768 беженцами на борту, следовавший в Палестину, погиб у берегов Турции. Турция требовала от палестинской администрации согласия на приём, а британские власти Палестины отказывались дать это согласие по разным формальным причинам. В конечном итоге корабль был подорван советской подводной лодкой, принявшей корабль с беженцами за «вражеское торговое судно». Когда же в Мельбурне сионисты решили устроить по этому поводу митинг протеста против таких действий британских властей в Палестине, то Айзекс всячески препятствовал этому. Один из устроителей митинга, Абрам Ланда, заявил: «Сэр Айзек Айзекс сказал, что мы не должны протестовать… Я поднял свой голос для протеста. И я сделаю это опять в защиту своего народа… Это чиновники, управляющие Палестиной, а не Британское правительство, которому мы тоже выразим протест».

Когда в начале 1942 д-р Трауб начал в Мельбурне сбор средств для фонда Keren Hayesod, Айзекс разразился громкой тирадой в газете Jewish Herald. Действуя очень тонко, он возбудил протест влиятельных прихожан Сан Килда синагоги против «сбора средств для сионистских целей… в настоящий момент, когда жизни и свободы всех австралийцев находятся в опасности». Между тем эти деньги требовались для спасения беженцев из Европы и доставки их в Палестину, где в условиях войны уже полностью исчезла безработица, и где беженцы сразу же становились у станков для изготовления и ремонта необходимого союзникам снаряжения.

Сэр Айзек Айзекс имел колоссальный авторитет среди подавляющего числа австралийских евреев и большинства не евреев, а его резкий, едкий и блистательный интеллект при огромной эрудиции часто создавал, казалось бы, неотразимые аргументы. Поэтому вплоть до 1942 сионисты, говоря современным языком, проигрывали информационную войну антисионистам. В послевоенное время, в 1945, он смягчил свою позицию в отношении сионизма, но и, будучи «за 90», допускал резкие выпады. Он, например, утверждал, что в гибели парохода «Struma» виноваты снарядившие его румынские ревизионисты, которых Айзекс называл экстремистами.

Айзексу ответил бывший меньшевик из Варшавы Аарон Паткин, редактор газеты «Сионист» в Мельбурне и будущий лидер сионистов штата Виктория. В своём памфлете «Сионизм - экстремистский или разумный?», выпущенном в 1942, Паткин обвинил Айзекса в том, что тот «присоединился к клевете на тех, кто стремился в Палестину, а аргументация достойна наших врагов как в Палестине, так и за её пределами».

Это был первый достойный, хотя и не столь авторитетный ответ Айзексу.

Джулиус Стоун (1907-1985)

Джулиус Стоун (1907-1985), Julius Stone, профессор-юрист по международному праву, был приглашён в 1942 в Сиднейский университет из Новой Зеландии. Его назначение вызвало ярый гнев противников назначения на эту должность пришлого еврея. Борьба вокруг назначения была настолько ярой, что четверо членов университетского совета подали после этого в отставку. Едва заняв кафедру, Стоун ринулся на защиту сионизма. Несмотря на молодость, его научный рейтинг был выше, чем у Айзекса. Стоун выступил на большом собрании сиднейских сионистов с лекцией, в которой привёл слова Черчилля в Палате Общин в мае 1939 о том, что политика «Белой книги» - это «нарушение и отказ от Бальфурской декларации». Лекция эта тут же была опубликована в двух номерах газеты “Hebrew standard». Анализ Стоуном ситуации был настолько глубоким, критика антисионистов - настолько беспощадной, что бывший генерал-губернатор пришёл в ярость; его критика Стоуна, порой переходившая на личность оппонента, заполнила газеты, в том числе и те, где была опубликована лекция Стоуна.

Между тем действие «Белой книги 1939» продолжало своё пагубное воздействие на иммиграцию остатков европейского еврейства в Палестину. Даже большинству тех евреев, которым, наконец, удалось добраться до берегов Палестины, въезд туда был категорически воспрещён в результате одобренных ранее Британским правительством ограничений. В это же время Айзек Айзекс продолжал свою антисионистскую деятельность, критикуя не только саму идею политического сионизма, но также и тех евреев, кто осуждал «Белую книгу».

“Stand up and be counted!” («Не бойся высказать своё мнение!»), с подзаголовком « Открытое письмо высокочтимому сэру Айзеку Айзексу» - книга-памфлет, которую Стоун написал в конце 1943, и опубликовал отдельной книжкой в самом начале 1944. В этой книжке автор подробно, шаг за шагом, отметает обвинения, выдвигаемые Айзексом против австралийских евреев, которые «посмели» критиковать британское правительство за его политику в отношении евреев Палестины и европейского еврейства, пытавшегося спастись от гитлеровского геноцида.

Стоун указывал на то обстоятельство, что в демократическом государстве все граждане имеют право высказать своё отношение к действиям властей. При этом он подчёркивал, что, не впуская спасавшихся от Гитлера евреев, британская администрация Палестины не только поступает бесчеловечно, но действует против интересов Британии. Сама «Белая книга» идёт вразрез с «Бальфурской конференцией – считал Стоун и при этом опирался на мнение выдающихся евреев. В предисловии он отметил, что на создание этой работы его вдохновили не только гибель значительной части европейского еврейства, но и один из самых выдающихся юристов современности, член верховного суда США Льюис Брандейс. На этом посту его сменил другой выдающийся юрист-еврей, придерживавшийся тех же взглядов и на «Белую книгу», и на право евреев критиковать своё правительство, на их право в каждой стране болеть за евреев других стран - Феликс Франкфуртер (1882-1965).

Стоун отметил, что Айзекс потому не считал возможным помогать евреям Европы, что смотрел на австралийских евреев только как на «австралийцев иудейской веры». «Понятие «национальность», - писал по этому поводу Стоун – имеет два значения. Первое относится к гражданству, к правовому и политическому статусу. Второе … подразумевает «форму общего сознания специфического свойства и достоинства, относящегося к определёнию единства происхождения». Айзекс всей еврейской диаспоре отказывал в праве чувствовать себя частью еврейского народа. Такое мировоззрение Айзекса Стоун объяснял тем, что вплоть до того, как тот ушёл на пенсию с поста Генерал-губернатора Австралии, Айзекс не интересовался делами евреев, был далёк от нужд простых евреев. Стоун заявил, что Айзекс взял на себя ответственность выступать от имени всех австралийских евреев, хотя, как и в любой демократической стране, евреи Австралии имели свои выборные органы, и только они имели право выступать от всех австралийских евреев. В то же время АСФ, вслед за сионистскими федерациями США и Британии осудила «Белую книгу».

Влиятельный Министр Иностранных Дел Герберт Эватт прочтёт эту книгу- в этом Стоун не сомневался . Но Стоун боялся, что Эватт поделится своими соображениями о книге с Айзексом, с которым был близко связан, и к мнению которого прислушивался. Однако Эватт также преклонялся перед юридическим гением Брандейса. Именно поэтому Стоун в своей книге не только многократно ссылался на авторитет Брандейса, но и начал предисловие к книге обширной цитатой знаменитого американского еврея, стойкого сторонника политического сионизма. Манёвр Стоуна оказался верным. Его памфлет помог Эватту понять справедливость дела сионизма.

Сионисты пытались воздействовать на правительство и через политические партии. В конце 1943 состоялась конференция правящей Рабочей партии Австралии, но включить в резолюцию какой-либо пункт, касавшийся судьбы Палестины в послевоенном мире или облегчавший въезд в Палестину еврейских беженцев из Европы, не удалось.

Более успешным оказался «интимный» метод. Президент АСФ в период 1941-45 Алекс Мазель регулярно посылал сообщения о сионистских делах в Канберру. Правда, свои письма он направлял чаще всего не непосредственно в МИД министру Херберту Эватту, а министру информации Артуру Калвеллу, своему приятелю. Мазель, как и Стоун, боялся, что Айзекс навяжет Эватту свою точку зрения. Впоследствии Калвелл познакомил Мазеля с Эваттом. И уже оба они довели свою точку зрения Эватту на проблемы сионизма.

Более раскованно, чем Мазель, чувствовал себя по отношению к Эватту один из сионистских лидеров НЮУ и успешный бизнесмен Макс Фрейлих, который, по настоянию члена парламента НЮУ, активного сиониста и давнего приятеля Эватта Абрама Ланды, тоже стал вхож к Эватту. Общими усилиями эти деятели склонили Эватта, уже сочувствовавшего сионизму, помочь евреям Палестины в нужный момент. Такой момент, к счастью, не заставил себя долго ждать. Но об этом несколько позже.

Билтморская конференция состоялась, как реакция на «Белую книгу 39», в мае 1942, в престижном нью-йоркском отеле «Билтморе». На ней собралось 600 сионистских лидеров 18-ти стран. Известно, что до этого лидеры сионизма официально не формулировали конечные цели движения, ограничиваясь практическими задачами по созданию в Палестине Еврейского Национального Дома. На этот раз была определена конечная цель политического сионизма – создание еврейского государства, а «Белая книга39» - отвергнута. Резолюция этой конференции получила название Билтморская программа.

В ходе войны АСФ старалась привлечь на свою сторону и не евреев. С этой целью в АСФ был содан Департамент Сионистской Политики во главе с приехавшим из Лондона д-ром Йонас Мачовером. В августе 1943 тот возглавил кампанию по созданию во всех штатах отделений Австралийско-Палестинского Комитета, целью которого была консолидация всех организаций и лиц, независимо от конфессиональной принадлежности, сочувствующих делу сионизма. Ему помогали палестинские эмиссары д-р Шломо Луи и д-р Майкл Трауб.

Наиболее горячо отозвался на призыв к не евреям англиканский епископ Сиднея Чарльз Венн Пилчер, возглавивший этот комитет в НЮУ. К началу 1944 один этот комитет собрал около тысячи человек, которые осудили «Белую книгу 1939».

В течение 1943-44 во многих штатах проводились обширные митинги, требовавшие отмены «Белой книги 39». Одним из самых многолюдных митингов, организованных Австралийско-палестинским Комитетом состоялся в Перте в марте 1944, на котором англиканский архиепископ Ле Фану призвал изорвать Белую книгу. Ещё более многолюдные митинги состоялись, уже после войны, в 1945-1946 в Мельбурне и Сиднее.

В июле 1946 еврейская подпольная организация «Иргун», стремясь вынудить англичан смягчить их политику в отношении еврейской иммиграции, осуществила взрыв в иерусалимском отеле «Царь Давид», где размещалась мандатная администрация. О готовящемся взрыве, стремясь избежать больших жертв, было сообщено, однако англичане решили, что это обман. В результате погибло 92 человека, а 46 – ранено. В ответ британская администрация провела массовые аресты и во многих местах подмандатной территории ввела комендантский час.

Это вызвало охлаждение части австралийцев к сионистам .АСФ осудила эту акцию Иргуна, а газета Zionist попыталась взять под защиту ишув Палестины, не имевший к теракту отношения. Эта же газета обвинила британскую администрацию, возложившую вину за теракт на весь ишув, в антисемитизме. Эскалация насилия с обеих сторон, британских властей и правых еврейских организаций, в Палестине пагубно отозвалась на моральном климате в еврейских общинах Австралии. Многие, евреи и не евреи, старались дистанцироваться от сионистов.

В мае 1947 в газете Smith’s Weekly появилась статья под хлёстким названием: «Евреи собирают большие суммы для борьбы с Британией». Подзаголовок был ещё более хлёстким: АВСТРАЛИЙСКИЕ ЕВРЕИ ФИНАНСИРУЮТ ТЕРРОРИСТОВ В ПАЛЕСТИНЕ – УБИВАЮЩИХ БРИТАНСКИХ СОЛДАТ. АСФ совместно с Исполнительным Советом Австралийских Евреев и Еврейским Советом по Борьбе с Фашизмом и Антисемитизмом уполномочили д-ра Фанни Ридинг подать в суд иск за клевету. Суд тянулся два года, было доказано, что сбор в Австралии средств проводила Youth Fliyah, организация, пересылавшая еврейских детей из Европы в Палестину; туда деньги и были истрачены. Однако суд не наказал клеветников, ибо в Smith’s Weekly не были указаны конкретные лица. А за клевету на организацию не оказалось закона…

К концу 1946 правительство Великобритании пришло к выводу о необходимости избавиться от Мандата по Палестине, и потребовало от ООН оказать ей в этом отношении помощь. Для определения будущего Палестины в мае 1947 ООН создала специальную комиссию UNSCOP (United Nations Special Committee on Palestine), состоявшую из 11 членов, в том числе один представитель от Австралии. Комиссия вскоре поняла, что для детального изучения всех обстоятельств проблемы и принятия решения требуется более представительная комиссия. В результате в начале сентября 1947 была сформирована комиссия Ad Hok (по латыни – «для того»), из 57 человек, по одному представителю от каждого государства, члена ООН. Во главе этой комиссии был назначен Герберт Эватт.

Перед отбытием в Нью-Йорк для работы в Комиссии с Эваттом в Канберре встретились два влиятельных сионистких деятеля Австралии Макс Фрейлих и Гораций Нююмен, изложившие главе МИД Австралии точку зрения австралийских сионистов на проблему. С целью не упустить контроль над ситуацией, со стороны сионистов в австралийскую делегацию был включён и Абрам Ланда, давний приятель Эватта. Для этого Фрейлих предварительно встретился в Женеве с руководителем иностранного отдела Еврейского Агентства Моше Шареттом (будущим главой израильского МИДа) и согласовал этот вопрос.

31 августа 1947 в Сиднее сионистами был организован большой митинг в знак протеста против отказа Британской администрации Палестины принять пароход «Эксодус» с 4,5 тысячами еврейскими «перемещёнными лицами» на борту. Те члены комиссии, которые прибыли для изучения проблемы на месте, успели наблюдать главную часть эпопеи Эксодуса в порту Хайфа.

В значительной степени благодаря симпатиям к сионизму Герберта Эватта комиссия Ad Hoc, 25 голосами против 13 при 17 воздержавшихся, проголосовала за разделение Палестины. 29 ноября 1947 разделение Палестины с созданием двух государств, еврейского и арабского, было одобрено ООН.

По возвращении Эватта на родину в декабре 1947 в честь него был дан обед на 400 человек, на котором президент АСФ Гораций Ньюмен, приветствуя Эватта, сравнил того с лордом Бальфуром: «Это второй раз в современной истории, когда евреи собрались, чтобы воздать честь британскому деятелю». Австралийцы всё ещё традиционно смотрели на себя, как на «британцев за океаном».

Эватт был Президентом Генеральной Ассамблеи ООН, когда 11 мая 1949, накануне первого Дня Независимости, Израиль был принят в члены ООН. Представитель Израиля в ООН Абба Эбан по этому случаю послал приветствие Эватту, в котором отметил: «В конечном счёте, это под Вашим руководством, и в значительной степени, благодаря Вашим усилиям, Израиль был принят в ООН, едва исполнился год со дня его основания. Манера, в которой Вы провели голосование по второй исторической резолюции, представляет собой венец процесса, начатого первой. Вы с такой сердечностью и красноречием ввели Израиль в семью наций, что заработали Вам вечную благодарность нашего народа». Остаётся добавить, что, несмотря на сильное давление со стороны Британии, Австралийское Правительство признало 29 января 1949 Израиль, раньше Британии, не только де факто, но и де юре. Австралийская нация достаточно возмужала, чтобы оказывать сопротивление метрополии.

Сионистская организация Австралии с разной степенью успеха, но постоянно боролась за реализацию вековечной мечты еврейского народа, воссоздание еврейского государства. Сионисты проводили свою работу в условиях сильного противодействия со стороны евреев-антисионистов во главе с сэром Айзеком Айзексом. Союзником австралийских сионистов-евреев выступали их друзья–не евреи, в первую очередь, из рядов христианского духовенства. Звездными часами сионистов Австралии явились годы, когда решалась судьба создания государства Израиль. Активное, а возможно, и решающее влияние на это событие сыграло умелое взаимодействие сионистов Австралии с выдающимся другом евреев Гербертом Вере Эваттом, благодаря своим качествам дипломата и волею судеб оказавшимся на главных ролях в ООН в судьбоносные для Израиля годы.

Использованная литература

1. The History of the Australian Zionist Movement, by Dr Bernard Hyams, ZFA, Melbourne, 1998

2. Suzanne Rutland. Edge of the Diaspora, Collins Fustralia., Sydney, 2000

 3. Archive of Australian Judaica, Early Australian Zionism (1894-1927)

4. “Stand Up and Be Counted!” An Open Letter to the Right Honourable Sir Isaac Isaacs PC, GCMGM, on the Occasional of the Twenty-Sixth Anniversary of the Jewish National Home (1944).

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 995 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru