litbook

Проза


Юбилей Йоко+1

Действующие лица:

Йоко
Мать Йоко
Отец Йоко
Амика, сестра Йоко
Балуро, друг Йоко
Врач Йоко
Г-н Батиста, начальник отдела кадров Цистерны
Бавастро, служащий Цистерны.

Конгрессмены:

Сэр Барнет
Ванда
Доктор Ферзен
Профессор Кранк
Пан Тон
Гуннар Адер
Подзи

I

Комната Йоко
Он еще в постели.

Мать: Йоко, ты опаздываешь!

Йоко: Ты прекрасно знаешь, что я никогда не опаздываю!

Мать: Значит, это будет в первый раз!

Йоко, совершенно одетый, выпрыгивает из постели. Полощет рот, ополаскивает лицо, ерошит мокрые волосы и выходит из дома.

Ему на спину прыгает мужчина.

Йоко: Да что же это такое? Сойдите, пожалуйста!

Мужчина: Вы в каком направлении двигаетесь? (Йоко старается избавиться от своего наездника.) Да что вы делаете, на самом деле! Идиот! Я же упаду!

Йоко: Ну и падайте. Слезайте сию минуту!

Мужчина: Не такой уж я и тяжелый. Мог бы оказаться кое-кто и поувесистей. Да и заплачу я неплохо…

Йоко (лягается): Да спускайтесь вы, в конце концов! Слышите? На землю! На землю! Сию же минуту!

Мужчина, потеряв равновесие, как куль валится на землю.

Мужчина: Ну что? Довольны теперь? Кретин! Вы меня чуть не убили!

Йоко: Это я-то кретин? От такого и слышу! Стыдно в таком возрасте прыгать людям на спину. Да и прикид на вас не слабый! Вы бы лучше подумали, как себя вести. (Йоко отворачивается, намереваясь идти своей дорогой, но мужчина снова прыгает ему на спину.) Что? Опять за свое? Мало что ли?

Мужчина: Не будем о грустном. Простое недоразумение. А я хорошо плачу. Куда мы едем?

Йоко: Я иду на работу в цистерну. И опаздываю. Спускайтесь, слышите! Пожалуйста. У меня нет времени с вами разговаривать.

Мужчина: Что еще за цистерна?

Йоко: Цистерна господина Борота… Хватит! Приехали!

Йоко со всей силы прижимает мужчину к стене дома.

Мужчина: Обещаю больше на вас не ездить… отпустите же меня…ну хватит… отпустите… вы делаете мне больно…

Йоко: Не надо было прыгать мне на спину! Вы сами во всем виноваты.

Мужчина (высвобождаясь): Дьявол! Будьте вы прокляты! Вы руку мне сломали, искалечили, изваляли в грязи! Проклятье на вашу голову!

Мужчина удаляется. На спину Йоко прыгает женщина.

Йоко: Спуститесь с меня, пожалуйста.

Женщина: Куда вы направляетесь?

Йоко: В цистерну. Спуститесь, будьте так любезны. Мне каждая минута дорога. Опаздываю.

Женщина: Что еще за цистерна?

Йоко: Цистерна господина Борота.

Женщина: Ну и отлично. Я сойду перед отелем "Конкордиа", это рядом.

Йоко: Да вы с ума сошли! Берите такси!

Женщина: Ни за что! Вы в своем уме? И потом я не тяжелая, не переломитесь. А плачу я хорошо. Золотом.

Йоко: Если вы сию минуту не сойдете на землю, я сделаю с вами то же, что и с тем господином.

Женщина: С сэром Барнетом? И не вздумайте! Ну, как моя булавка? Острая? (Женщина колет шею Йоко булавкой.) Не бойтесь, я больше не буду, если вы, конечно, меня не заставите. Ну, будьте паинькой, и все будет хорошо.

Йоко: Так значит, до отеля "Конкордиа"? Да мне туда так никогда не дойти! Это не близко, да и силенок у меня маловато. Вам для этого нужен кто-нибудь покрепче. И потом - что люди скажут? Давайте, спускайтесь. Мне работать надо.

Женщина: Шутки в сторону. Вперед!.. (Йоко повинуется.) Меня зовут Ванда Игоревна Матрикофф. И я уверена, что вы дойдете до отеля "Конкордиа". Вы значительно сильнее, чем думаете. Вы просто ленитесь, вот и все. Не артачьтесь. Вперед! Порастрясем жирок. Сами увидите, как вам это пойдет на пользу.

Йоко: Зачем вам "Конкордиа"?

Женщина: Да там конгресс, Господи! Не могли бы вы прибавить шагу? Я чертовски тороплюсь!

Йоко: Если торопитесь, езжайте на такси.


II

В цистерне.

Г-н Батиста:…ну так вот, я подставил ему спину и доставил к отелю "Конкордиа". И он дал мне десять золотых!

Служащие: Целых десять золотых?

Г-н Батиста: Так точно. И предложил столько же, чтобы отвезти его в полдень на обед. И это не все. "Если у вас есть друзья, - сказал он, - пусть приходят, для них тоже найдется работа".

Йоко: Извините, господин Батиста, вы кого-то несли на спине до отеля "Конкордиа"?

Г-н Батиста: Именно так, Йоко. Несчастный старик был ранен. Весь в грязи. Кто угодно поступил бы так же на моем месте. Я не мог ему отказать, и взял эти десять золотых, чтобы доставить ему удовольствие. Когда я думаю об этом хулигане, об этом чокнутом, кто посмел поднять на старика руку… До чего дошла наша молодежь! Идемте с нами в полдень к отелю. В накладе не останетесь.

Йоко: Да я… не знаю, я… мне кажется, это неудобно!

Г-н Батиста: Что вы хотите этим сказать? Говорите яснее, Йоко!

Йоко: Это унизительно носить на себе людей. И деньги тут не при чем…

Г-н Батиста: Ах так, Йоко. Значит так… У вас есть чувство собственного достоинства, Йоко. Теперь бы хорошо понять, как им пользоваться. Насколько мне известно, святой Христофор носил Иисуса Христа на себе, и ему не было стыдно. Родители носят своих детей, и те их за это не осуждают. Кто сильнее, несет того, кто слабее. Это правильно и милосердно.

Йоко: Конечно… Но когда тебя заставляет нести себя тот, кто сильнее…

Г-н Батиста: Зачем ему это надо? Сильный и сам быстро ходит, и не устает, и денег зря не тратит! Впрочем, если слабый начинает работать, он быстро набирает сил. Он укрепляется физически и душевно, потому что работа - это благословение, и мне не известен ни один человек, кто счел бы труд занятием недостойным. Так что оставьте свои сомнения, Йоко, они неоправданны.

Служащий: По мне так лучше чувака какого-нибудь носить, чем кучу дерьма.

Другой служащий: Тем более за такие бабки!

Г-н Батиста: Ладно, мы это сами скоро увидим. А пока займемся-ка нашей цистерной. Клиенты ждут, и конечно, ни одного человека у крана.

Служащие принимаются за работу и исполняют ее до тех пор, пока вой сирены не разрешает им передохнуть.

В отеле "Конкордиа" конгрессмены ждут служащих, и те спешат появиться.

Г-н Батиста: Как вы можете убедиться, месье, мы откликнулись на ваше обращение. Если вы будете столь любезны и…

Каждый служащий уходит с конгрессменом на закорках. Остается только Йоко и застрявший в дверях толстяк.

Толстяк: Вытащите меня отсюда!.. Я тороплюсь.. Во Дворец коммерции, и побыстрее!

Йоко: Во Дворец коммерции? Да это же на другом конце города.

Толстяк: Вы свободны? Да или нет?

Йоко: Свободен, но это очень далеко… а вы не в весе пера.

Толстяк: Хватит болтать. Вы несете меня до Дворца коммерции? Да или нет?

Йоко: Да… (Толстяк взгромоздился на спину Йоко и развернул газету.) Вы не могли бы держать газету по-другому, месье? Мне ничего не видно.

Толстяк: А вам и не надо ничего видеть. Идите себе и идите, а я вам скажу, если что-нибудь.

Йоко: Но это не очень приятно. Вы бы могли сложить газету.

Толстяк: Ненавижу складывать газету. Ненавижу, когда мне говорят, что надо складывать газету. Слышать больше не хочу ваших глупых инсинуаций. Если мне нужен будет совет, то не ваш. От вас требуется только идти вперед, и побыстрее. Не так-то и много.

Йоко: Жирное хамло! Больше всего мне хочется скинуть вас на землю! Я к вам не нанимался.

Толстяк: С удовольствием освобожу вас от себя. Никогда не видел подобного простейшего. Оп!

Толстяк подзывает свободного служащего и прыгает ему на спину. Они удаляются.

III

В цистерне.

Первый служащий: А мне он дал шесть золотых. И так как в пачке у меня оставалось всего несколько сигарет, он сделал мне еще подарок.

Второй служащий: А у моего не оказалось денег. Он сказал, что заплатит в следующий раз.

Бавастро: А у меня была девица. Вандой зовут. Она дала мне пятнадцать золотых и вдобавок…

Г-н Батиста: Бавастро! Бавастро, ничего плохого про этих господ! Такое недостойно служащего.

Бавастро: Не беспокойтесь, господин Батиста. Но она такая хорошенькая, эта Ванда, и совсем простая… Она всю дорогу о меня терлась…

Г-н Батиста: Ну-ну…Когда у мужчины появляется красотка, он не кричит об этом на всех перекрестках. Инцидент исчерпан. Где порция господина Зильбера? Он уже час тут стоит.

Бавастро: Вот, господин Батиста. Она очень воздушная. (Г-н Батиста уносит порцию господина Зильбера. Уходит.) Я взял ее у отеля "Конкордиа". Она мне говорит: "К Волшебному магазину, который у парка". Я говорю, хорошо. По дороге завязался разговор. Я сразу понял, что она на меня запала. Тут она спрашивает, что я делаю. "Работаю в цистерне", говорю. Она и говорит, что не похоже, что я не такой, как все. А потом она начинает мне говорить, что соскальзывает, что вот-вот упадет. Я говорю, чтобы, мол, держалась. Так она так в меня вцепилась, чуть не задушила. А груди у нее мне по ушам туда-сюда, туда-сюда… Она мне шепчет: "Подхвати меня под ягодицами, повыше, а то я упаду". Я как только это услышал, руки у меня сами это место нашли. А она уже вся мокрая. Мы тогда проходили мимо парка, и она попросила посадить ее на скамейку. Там кусты и вокруг - никого… Я быстренько с нее стянул трусы. Тогда она стала просить, чтобы я надавал ей по заднице. Я сначала не хотел, но потом, когда увидел, как ей это нравится, то стал трудиться от всей души. Она просто стонала…Вот это девица! Пятнадцать монет! До сих пор не могу придти в себя! (Показывает на Йоко.) Посмотрите на этого идиота! Не будь он таким дураком, эти пятнадцать монет были бы его… И кое-что еще! Девица все время хочет, как только она оказывается у тебя на спине, ты сразу это понимаешь.

Служащие расходятся. Цистерна закрывается. Служащие идут к отелю Конкордиа.

Толстяк (показывая на Йоко): Осторожно! Этот опасен!

Сэр Барнет: Мне это также известно. Он пытался меня убить.

Все служащие расходятся с конгрессменами на спине. Все, кроме Йоко.

IV

У Йоко дома.

Мать: Что с тобой, мой маленький? Ты хоть здоров?

Йоко: Здоров, здоров, мама. Просто устал.

Мать: Ты от меня ничего не скрываешь? Йоко, скажи мне, если что-то не так. Уж не эта ли дылда Сюзанна тут руку приложила?

Йоко: Нет, Сюзанна тут не при чем. Просто в цистерне было много работы.

Входит Амика с тазом, полным водой.

Мать: А крупную соль ты не забыла, Амика?

Амика: Нет, мама, я ничего не забыла. Положила ровно столько, сколько ты сказала.

Мать: И хорошо. Принеси-ка быстренько тапочки твоего брата, который для нас горбатится. Ну же, не стой столбом.

Амика выходит.

Йоко: Как папа?

Мать: Ну ты же знаешь, какой он. Только и делает, что стонет и жалуется, как будто я виновата в его несчастьях. Он у себя в комнате, делает вырезки из газет, наверное.

Йоко: Пойду с ним поздороваюсь. Что сегодня на обед?

Мать: Я приготовила мучной супчик, как ты любишь, и купила отличную бутылочку игристого. Вечером празднуем небольшой юбилей. Будет праздник.

Йоко: Праздник? Юбилей? С чего это?

Мать: Два года назад ты поступил к господину Борота в цистерну. У меня даже для тебя есть подарок. Отрывай, дорогой. Знаю, что ты как раз такое и хотел.

Йоко: Шариковая ручка с девицей, которая раздевается, когда ручку переворачиваешь. Спасибо, мама! Как раз такая же, как у Балуро!

Мать: Люблю делать приятное, родной! (Обращаясь к Амике, которая только что появилась.) Ну-ну, нечего тебе тут пялиться. Мала еще на такие ручки засматриваться. Вешай пальто и накрывай на стол. Ужинаем сегодня раньше.

V

В цистерне.

Служащий: Сегодня у меня был Подзи, раз вы говорите о грузах. Он всю дорогу жевал свою резинку. Как он мне опротивел! Но когда он захотел приклеить ее мне за ухо, чтобы не выбрасывать и дожевать на обратном пути, я не выдержал. Видели бы вы его рожу! Не мог в себя придти от изумления. Я ему говорю: "Послушайте, господин Подзи, я ничего против вас не имею, ведете вы себя корректно, но всему же есть пределы. То, что вы заставляете себя носить, это ваше дело. Я против вас и слова не скажу. Каждый имеет право жить, как хочет. Но о резинке мы не договаривались. Я и за миллион скажу то же самое. И ничего мне не говорите, бессмысленно!".

Бавастро: Я бы сказал то же самое. Что он тебе ответил?

Служащий: Он только что не зарыдал! Сказал, что я прав, что он перестарался, и я правильно сделал, поставив его на место. Да, он дал задний ход!

Второй служащий (обращаясь к Йоко): Тебе надо с ними поговорить. Если ты не выяснишь это недоразумение, то пропасть непонимания между вами будет только расти. Почему бы тебе не предложить им разок бесплатно проехаться?

Третий служащий: Это был бы бесчестный ход. Незаконная конкуренция. Конгрессмены не поймут, почему другие их носят за деньги.

Йоко: У меня нет никакого желания туда возвращаться.

Г-н Батиста: А ведь он правильно говорит. Бесплатным проездом вам их симпатию не вернуть. Они решат, что вы плохой перевозчик, носите плохо, и проезд небезопасный. И больше того, они могут подумать, что вы их презираете. Нет, поверьте, не надо вам вмешиваться. Я сам попробую замолвить за вас словечко. Я с одним из них накоротке… Хм… Они должны мне поверить, потому что я ваш начальник. Доверьтесь мне и ни гу-гу.

Первый служащий: Все грузы хороши. И Ванда тоже.

Бавастро: Она платит хорошо. Можно и поддать разок-другой.

Второй служащий: Там есть еще один, Пан Тон. От него просто чем-то разит, и костюм он часто пачкает.

Третий служащий: А этот жирный гад, профессор Кранк! Он денег не жалеет, когда идешь быстро, но характер у него… отвратительный!

Первый служащий: Но люди они вне всякого сомнения важные, аристократы.

Второй служащий: Члены городской управы.

Бавастро: Ученые, атомщики.

Третий служащий: Ну да… наверное…

Г-н Батиста: Йоко! Пожалуйте вниз!

Йоко: Сию минуту, господин Батиста!

Г-н Батиста: Вы скрыли от меня правду, Йоко. Это непростительная ошибка. Я говорил с господином Борота, конгрессмены вас внесли в черный список.

Йоко: Меня? В черный список? Это несправедливо!

Г-н Батиста: Что вы хотите? Они отказываются вас вычеркивать. Считают, вы представляете для них угрозу. Они утверждают, что вы грубо напали на сэра Барнета и ранили Ванду. Ничего не поделаешь, но вы им не нравитесь.

Йоко: Вы с Вандой говорили?

Г-н Баптиста: И с ней, и с другими. Все говорят одно и то же. Вы им не нужны. Если то, что они рассказали мне, правда, то какие к ним могут быть претензии. Вы слишком далеко зашли, есть же границы! Может быть, они когда-нибудь вас и простят, в конце концов… Если вы предоставите им доказательство вашей доброй воли… Поверьте Йоко, здесь есть, что терять. (Сирена.) Вперед! Двери столовки открыты. (Отвечая Бороте) Конечно, господин директор! Быстрее, ребята! К отелю "Конкордиа"! Не отставать… вперед… и побыстрее…

Перед отелем "Конкордиа".

Конгрессмен: Эй, носильщик!

Служащий: Мадам, к вашим услугам…

Второй конгрессмен: Гоп ля!

Второй служащий: К вашим услугам, месье!

Конгрессмены по-прежнему игнорируют Йоко, который в одиночестве удаляется.

VI

Йоко видит Ванду, та стоит на скамейке.

Йоко: Простите, мадмуазель, вы меня помните? Я прошу прощения за свое поведение в тот, первый раз. Глубоко сожалею о том, что произошло. Поверьте … я не вру…

Ванда: Ну хватит делать такое лицо, не съем же я вас!

Йоко: Мне так стыдно, что я был такой дурак, и так нахамил. Я решил, что вы…

Ванда: Что вы решили, друг мой?

Йоко: Я решил, что вы ненормальная. Я не знал, что это конгресс… Вы такая красивая. Вы, наверное, очень образованная, раз участвуете в конгрессе.

Ванда: Да, признаюсь, ваше поведение мне показалось тогда несколько странным. Я уж решила, что вы боитесь подцепить какую-нибудь заразу!

Йоко: Если хотите, я донесу вас до отеля "Конкордиа". Увидите, я быстро дойду, и держать вас буду, как полагается.

Ванда: Ну хорошо, согласна. Как вас зовут?

Йоко: Меня - Йоко. А вы, мадемуазель, вы - Ванда, да?

Ванда: Рада, что не забыли. Теперь, Йоко, не будем терять времени. Уверена, что мы подружимся… Гоп ля!.. (Она вскакивает на спину Йоко.) Вы торопились, наверное… Посмотрите, в каком вы виде. Вам надо отдохнуть.

Йоко и действительно пыхтит от старания, дыхание у него сбилось.

Йоко: Нет, нет, что вы…

Ванда: Не нет, а да! Остановитесь!

Йоко: Нет.

Ванда: Остановитесь!

Йоко: Ну ладно, сейчас.

Ставит Ванду на скамейку.

Ванда: Почему вы так на меня смотрите?

Йоко: Вы такая красивая…

Ванда: Зовите меня Ванда.

Йоко: Ванда…

Ванда стягивает с себя купальник.

Ванда: Бей меня! Бей!

Йоко: Я опоздаю в цистерну.

Ванда: Подлец!


VII

В цистерне. При появлении Йоко раздаются крики "Виват!".

Г-н Батиста: Тише… тише… (Обращаясь к Йоко) Я счастлив сообщить, что раздиравший нас конфликт исчерпан. Как и мы все, вы научились, в конце концов, служить своим ближним. Отныне цистерна станет одной большой семьей, которую соединяют с другой настоящие братские узы, и хоть мы и не разделяем ни жизненные привычки, ни убеждения ее членов, саму семью наших иностранных гостей мы чтим и глубоко уважаем ее религиозные убеждения.

Крики радости. В полдень все отправляются к отелю "Конкордиа". Йоко больше не пария. Как и все его коллеги, он получает своего наездника.

Йоко: Куда мне вас доставить, месье?

Д-р Ферзен: К спортзалу. Так значит, это вы - Йоко?

Йоко: К вашим услугам, месье.

Д-р Ферзен: Кажется, этот Йоко был предан остракизму, а потом было решено внести поправки?

Йоко: Да-да, господин Ферзен, уважаемый доктор. Я старался изо всех сил. Я был так глуп, и столь недобр.

Д-р Ферзен: Ладно, инцидент исчерпан. Не стоит так убиваться. Вы дрожите и холодный пот на лбу… Успокойтесь. Однако, откуда вы знаете мое имя?

Йоко: О, господин Ферзен, уважаемый доктор! Мы часто говорим о вас в цистерне.

Д-р Ферзен: И что же вы говорите? Ничего плохого, надеюсь?

Йоко: Что вы, месье. Нам бы просто хотелось получше узнать вас для того, чтобы мы могли лучше вам служить. Мы стараемся угадать, что может доставить вам удовольствие, а что может быть неприятно. Однако, вот и спортзал. Я ставлю вас на нижнюю ступеньку.

Д-р Ферзен сползая со спины Йоко, опускает ему в карман несколько золотых.

Д-р Ферзен: До свидания.

Счастливый Йоко начинает напевать.

Йоко: Жизнь прекрасна,

Когда свободен часто.

Работа - не в тягость,

Когда деньжат есть малость…

У Йоко дома.

Мать: Какой ты веселый, малыш! Ты видел Сюзанну? Скажи же мне, не скрывай от матери! Я счастлива твоим счастьем. Молчи, конечно, если не хочешь говорить, но мне бы так хотелось знать… Ты собираешься на ней жениться?

Йоко: Да ничего, мама, я не собираюсь. Не собираюсь я на ней жениться. Может катиться ко всем чертям. Просто я сегодня заработал сорок золотых.

Мать (рыдая): Сорок золотых!

Йоко: Мама, я не сделал ничего плохого. Я честно заработал эти деньги.

Мать: Матери не лгут. Что ты сделал, чтобы заработать такие деньги? Это все компания виновата. Я всегда думала, что ты честный мальчик, но я ошибалась. Какой ты подаешь пример своей сестре? И подумал ли ты о своем полупарализованном отце! Что будет с нами, когда ты окажешься за решеткой? Господи! За что мне такое наказание!

Йоко: Да ничего преступного я не сделал! Я выиграл в воскресную лотерею. Мы с Балуро купили билет. Нам повезло.

Мать: Так-то лучше. Устроим значит небольшой праздник. Амика, сбегай-ка за бутылочкой хорошего игристого! Твой брат выиграл в воскресную лотерею!

Йоко (считая деньги): Золотой для папы, золотой для мамы… (задумывается) нет… Амике не нужен золотой…

VIII

На улице.

Д-р Ферзен (он прячется, потому что идет дождь): Эй, Йоко!

Йоко: Добрый день, доктор Ферзен. Погодка, однако, подкачала, правда?

Д-р Ферзен (вспрыгивая на Йоко): Вы хоть смотрите по сторонам. Можно и поскользнуться.

Йоко: Не бойтесь, месье, я весь внимание.

Д-р Ферзен: Дорога - сплошной каток.

Йоко: Что да, то да, но я привык.

Он вздрагивает.

Д-р Ферзен: Вам холодно?

Йоко: За шиворот вода попала.

Д-р Ферзен: Бедный мальчик! Вы можете простудиться. Прибавьте-ка шагу, чтобы согреться… Вы не устали?

Йоко: Есть немного.

Д-р Ферзен: Что вы чувствуете?

Йоко: Что чувствую? Да просто устал. Холодно, да к тому же промок.

Д-р Ферзен: Описывайте, не стесняйтесь. Мне бы так хотелось понять, что вы чувствуете. Говорите все.

Йоко: Да тут просто не скажешь. Сначала, когда вы вспрыгнули на меня, я даже удивился, что вы такой тяжелый. К счастью, я быстро привыкаю. Потом вы так сжимаете мне коленями бока, что у меня перехватывает дыхание. И так давите мне шею, что я начинаю задыхаться.

Д-р Ферзен: Дальше, дальше, не стесняйтесь.

Йоко: Я начинаю идти, и с каждым шагом вы соскальзываете вниз. Вы начинаете мне давить на почки, что очень некстати, потому что ваша рука по-прежнему сжимает мне горло. Мне приходится подсаживать вас, а для этого надо наклониться вперед и чуть подпрыгнуть разок-другой. Тогда вы начинаете дышать мне в затылок. А тут еще в висках начинает стучать, в глазах туман, красная пелена… Но я сжимаю зубы, сглатываю слюну и иду вперед. В ногах начинаются боли, икры сводит судорога… Ну вот… Больше мне нечего сказать… Разве что то, что я стал чаще смотреть в землю, как начал вас носить. Раньше-то я все в небо смотрел.

Д-р Ферзен: Скажите… А что-нибудь приятное вы чувствуете?

Йоко (останавливаясь): А как же? Поговорить можно. Это приятно. И потом мне всегда хотелось заняться чем-нибудь таким, чтобы посмотреть мир. В цистерне мне не очень нравится. Люди, конечно, появляются, но они думают только о том, за чем пришли. Теперь я свободен… Могу срезать дорогу или сделать крюк, могу не торопиться или наоборот, припустить бегом… Да, именно свобода мне больше всего и нравится…

Д-р Ферзен: Хватит, Йоко, отставить разговоры… И так ясно, что вам нравится носить на себе людей. И носите вы их гораздо качественнее, чем ваши товарищи. Сразу видно, что для вас тут деньги не главное… Да-да, конечно я знаю, что чаевые это всегда приятно, но ведь не в чаевых дело. Вы просто любите свое дело и стараетесь делать его хорошо. Вы даже представить себе не можете, какая это редкость.

Йоко: Да, мне нравится эта работа.

Д-р Ферзен: А когда вы чувствуете, что больше не можете, вы можете упасть?

Йоко: Да, иногда мне начинает казаться, что я и шагу больше не сделаю, что рухну на тротуар, да так там и останусь, буду лежать, вытянувшись во весь рост, и вставать у меня не будет ни сил, ни желания.

Д-р Ферзен: А душевно вы страдаете?

Йоко: Страдаю. Говорю себе, что я слабый, как ребенок, что куда мне других носить. Я чувствую себя униженным, думаю, что ничего не могу.

Д-р Ферзен: Но когда вы все-таки доходите до конца, вы, надеюсь, испытываете чувство гордости?

Йоко: Ну, горжусь, что дошел. Не каждый может дойти так далеко и так быстро.

Д-р Ферзен: Вы считаете, что получаете достаточно?

Йоко: О да! Вы очень щедры! Носить вас - сплошная радость

Д-р Ферзен: Я ценю вас, Йоко, и умею оценивать по достоинству. Однако… Скажите-ка мне, вам никогда не хотелось, чтобы вас тоже носили?

Йоко (с негодованием): Да что вы, месье, мне бы такое и в голову не пришло!

Д-р Ферзен: Подобное смирение весьма украшает. Но неужели вам не интересно испытать это пьянящее чувство? Рассказать вам теперь мои ощущения?

Йоко: Но … да, конечно… только…

Д-р Ферзен: Вы не осмеливаетесь? Послушайте, хотите, я вас немножко понесу?

Йоко: Нет-нет, что вы!

Д-р Ферзен: Но вы же говорите, что вам бы хотелось…

Йоко: Ну и дождь…

Д-р Ферзен: Ну давайте хоть капельку…

Йоко: Я для вас очень тяжелый…

Д-р Ферзен: Да нет, почему же?.. Ну так, значит, договорились? Давайте (Он спускается со спины Йоко на землю.) Быстренько, влезайте!

Йоко: Ну разве что, чтобы доставить вам удовольствие… О нет- нет! Не могу!

Д-р Ферзен: Ну что еще?

Йоко: У меня нет денег, чтобы заплатить вам.

Д-р Ферзен: И не надо… Какая тут плата… Это же просто так, удовольствия для… Ну, влезайте! (Йоко подчиняется. Появляется г-н Батиста. Доктор ссаживает Йоко и садится на шею господину Батисте.) Быстрее! Мы и так потеряли много времени!

IX

Улица.

Балуро: Привет, Йоко. Давненько не виделись.

Йоко (с Подзи на закорках): Привет, Балуро! Ты же видишь, я спешу. Еще повидаемся.

Балуро (обращаясь к Подзи): Здравствуйте, месье. (Он подстраивается к Йоко, идет с ним рядом.) Кто это?

Йоко: Конгрессмен.

Балуро: А что он делает у тебя на спине? Он ранен?

Йоко: Нет. Я просто его несу. Несу и все. И потом мне надо спешить. Он торопится.

Балуро: С какой легкостью ты его несешь! Я и не думал, что ты такой сильный, Йоко! Помнишь, когда мы с тобой дрались, ведь побеждал всегда я. А ты был такой тщедушный, как девчонка. А теперь, вон, у тебя мускулов наросло… Для чемпионата, что ли, тренируешься?

Йоко: Думай, что хочешь. У меня нет никакого желания отвечать на все твои издевки.

Балуро: Да у меня просто не получится с такой легкостью носить людей, все равно каких. А ты, вон, даже не запыхался! Просто наслаждение смотреть, как надуваются у тебя на шее вены. А что за благородный ход! Гордая осанка! А он, что, болен? Идти не может?

Йоко: Спроси сам.

Балуро: Как его зовут? Ты его хоть знаешь?

Йоко: Нет, не знаю. Просто несу и все. Он мне за это платит.

Балуро: Ну да, ты загордился с тех пор, как стал носить конгрессменов. Еще немного, и к тебе будет не подойти. Я тебя колотил, но ты рассказывал мне все, что с тобой случалось важного в жизни, и я, я тоже рассказывал. Не знаю, что на тебя нашло, но если я для тебя стал нехорош, пусть так и будет. Я плакать не буду. Только это не значит, что ты какой-нибудь не такой, такой же, как я - ни лучше, ни хуже. И родился ты в том же верхнем городе, что и я. И в школу мы ходили в одну, и родители у тебя не богаче моих. Меняй друзей, сколько хочешь, но ведь и самому тоже надо поменяться, чтобы не ударить в грязь лицом перед новыми друзьями. Все. Прощай!

Он уходит. Шаг Йоко замедляется. Он еле держится на ногах.

Подзи: Что происходит? У вас что-нибудь случилось?

Йоко: Нет, нет, просто настроение никуда.

Подзи: Понимаю. Вам надо поднять настроение. (Он подает Йоко бутылку с алкоголем.) Теперь лучше?

Йоко: Не понимаю, что со мной… Голова кружится. Извините меня.

Подзи: Вы слишком много работаете. Вам нужно отдохнуть, иначе и заболеть недолго. Один микроб - и готово.

Йоко: Да-да, я скоро отдохну. Мне надо еще чуть-чуть заработать.

Подзи: Бедный мой мальчик, деньги - не главное в жизни. Они не заменят ни любви, ни здоровья.

Йоко: Вот и "Конкордиа", месье.

Подзи (предлагая Йоко деньги): Спасибо. Держите, это вам.

Йоко: О, это слишком много, месье!

Подзи: Нет. Нет, берите, берите… вы меня весьма обяжите!

X

Улица.

Ванда: Йоко, я должна вам кое-что сказать… Не знаю даже, с чего начать… Ну так вот: я беременна.

Йоко: Поздравляю, мадемуазель!

Ванда: Ты что, не понимаешь? Это твой ребенок… До тебя я была девственницей… Дорогой, клянусь, что ребенок от тебя. Ты был единственным мужчиной, которого я знала.

Йоко: А Батиста? А Бавастро? А другие? Вы что, их не знали? Да вам бы только брюки, сразу бросаетесь!

Ванда: Что-то не припоминаю… Может быть, я и спала с другими мужчинами, но это ничего не значит. Я люблю только тебя. Ты помнишь то утро? Я сидела на скамейке, когда ты проходил мимо… Ты подошел ко мне…

Йоко: И я вас доставил к отелю "Конкордиа". За пять золотых. А вот Бавастро получил пятнадцать! Дудки! Я не так наивен! Я стараюсь вас нести как полагается, конечно, при случае, могу и позабавиться, но не надо преувеличивать. Все, что я могу для вас сделать, это не брать с вас денег за ребенка, и отнести вас вместе с ним за одну и ту же плату.

Ванда: Йоко, любовь моя! Я люблю тебя. Люблю. Мне так хорошо на тебе. Так спокойно. Ты сильный. Ты настоящий мужчина. Ты ходишь быстрее других, мне нравится, как ты меня держишь, нравится чувствовать твои руки у себя на ягодицах. От твоей шеи так восхитительно пахнет потом. А спина, такая широкая спина… Мне нравится, когда ты меня бьешь. Как будто в сталепрокатном цехе, твои руки, как молоты опускаются на мое тело… Они придают ему форму, расплющивают его… Я твоя вещь, Йоко, твоя игрушка… Делай со мной, что хочешь. Неси меня, бери меня… Я твоя! Я отдаюсь на твою волю… Возьми меня, возьми…

Йоко: Хватит ломать комедию. Вы такое говорите первому встречному. Я в курсе. Я, конечно, донесу вас до парка, только помолчим немного.

Ванда: Чудовище! Я и секунды не останусь у вас на закорках!

Ванда хватается руками за дерево и остается висеть на ветке. Йоко пожимает плечами и уходит.

У Йоко дома.

Йоко: Мы скоро отсюда уедем.

Мать: Ты хочешь уехать, малыш? Из-за Сюзанны?

Йоко: Нет, мама. Просто здесь становится тяжело дышать, новые заводы, все такое… Задыхаешься. И дом вот-вот рухнет, он весь почернел. Надо переезжать в другое место.

Мать: Сын мой! Я дождалась от тебя этих слов! Я всегда ненавидела этот дом, этот город, всех его жителей. Я просто заставила себя жить здесь. Так хотел твой отец. Я сама ведь с Юга. У моих родителей был сад. Цветы, фруктовые деревья… И зимой не надо было топить. Да я сплю и вижу, как мы отсюда уезжаем!

Йоко: Мы уедем на юг. Увидишь, нам там будет хорошо. Там будет тепло. У нас будет сад. Папа сможет делать свои вырезки. Я куплю ему огромную банку клея и альбомчик, чтобы он туда наклеивал объявления. Амика сможет учиться, потом мы там выдадим ее замуж, все как полагается. У нас еще будут счастливые денечки, мама!

Мать: Увы! Увы, сын мой! Нам не хватит денег! Тебе столько в цистерне не заработать.

Йоко: Не говори так. Мы скоро уедем. Не волнуйся. Я заработаю эти деньги в поте лица.

Йоко и мать обнимаются.

Комната Йоко. Он стоит перед умывальником, обнаженный по пояс.

Амика: Ой, Йоко, да ты весь в красной сыпи.

Йоко: В какой сыпи?

Звонок. Амика идет открывать.

Д-р Ферзен: Мадемуазель, вы - сестра Йоко?

Амика: Да, месье.

Д-р Ферзен: Где он прохлаждается все утро?

Амика: Он сейчас.

Д-р Ферзен: Прекрасно, мадемуазель… (Замечает Йоко.) А вот и вы наконец. Вы, однако, не торопитесь.

Йоко (расчесывая себе спину): Доброе утро, профессор.

Д-р Ферзен: Ладно, хватит болтать… Что с вами?

Йоко: Не знаю… Очень чешется…

Он с остервенением чешется.

XI

Улица.

Йоко несет на спине Кранка. У него нестерпимо чешется спина. Он начинает чесаться и роняет Кранка, который, чтобы удержаться, хватается за его куртку. Куртка трещит, рвется, и Кранк с ужасом видит покрытую волдырями спину Йоко.

Кранк: Зараза! Вот она, зараза! И это вы заразили меня, грязный урод! Вы просто преступник. (Кранк спускает брюки и показывает Йоко свои ляжки.) Ну что, довольны? Наслаждайтесь делом своих рук. Смотрите, смотрите, не стесняйтесь! Ваших рук дело! Ну что молчите? Преступник! Отравитель! По вам тюрьма плачет. Будете тогда знать, как носить людей, когда на спине черт-те что творится. Всё деньги. Деньги… Из-за каких-то вонючих монет вы готовы всех перезаражать.

Йоко: Я не знал… Я увидел только сегодня… Утром… Впервые…

У врача.

Врач: Что с вами, Йоко?

Йоко: Не знаю… чешется…

Врач: Аллергия, наверное, ничего страшного. Смазывайте маслом!

Йоко: Маслом? А как же я буду работать?

Врач: Вам нужен бюллетень?

Йоко: Нет, нет… бюллетень мне не нужен… ничего серьезного?

Врач: Эта красная сыпь? Ерунда, ерунда, и трижды ерунда… Вы просто пышете здоровьем. Вдохните! Что за грудная клетка! Вы, наверное, спортом занимаетесь?

Йоко: Бывает.

Врач: Очень хорошо. Если бы все больные были, как вы, Йоко, я бы разорился…

Улица.

Йоко, выходя от врача, с облегчением вздыхает: "Уф!".

Сэр Барнет: Вы свободны?

Йоко: Как ветер.

Сэр Барнет: Ведите себя достойно. Отнесите меня к кооперативу. И побыстрее, пожалуйста.

Йоко: Сию минуту. Это в верхнем городе, в двух шагах от моего дома.

Сэр Барнет: Да, я знаю. Я уже имел удовольствие встречаться с вами в тех местах.

Появляется Бавастро с Вандой на закорках.

Бавастро: Почему ты идешь рядом со мной?

Йоко: Улица, кажется, для всех, разве нет?

Бавастро: Мне только не хватало, чтобы ты за мной шпионил. Не видишь, я с дамой.

Йоко: С дамой… Видали… Просто интимный ужин какой-то… Бедный Бавастро, неужели ты думаешь, что ты мне нужен?

Бавастро: Да я так и не думаю. Дело не во мне, а в ней. Ты ревнуешь, потому что она в меня втюрилась.

Йоко: Ванда - в тебя? Вот так новость!

Бавастро (задыхаясь): Да, новость…для тебя… может быть и новость, но не для нас… у нее будет от меня ребенок… и мы поженимся. (Йоко хохочет.) Не вижу ничего смешного. Впрочем, что тебе остается? Смейся, смейся. От зависти и не так засмеешься. Да ты сейчас концы отдашь от усталости.

Йоко: Это уж скорее ты.

Бавастро: Ну нет! И потом на тебе штрафное очко.

Йоко: Бедный мой Бавастро! Ты умрешь от истощения.

Бавастро: Бьюсь об заклад, что первым дойду до того столба.

Сэр Барнет: Двадцать золотых тому, кто выиграет!

Ванда: Тридцать!

Йоко и Бавастро пускаются на перегонки, но Йоко, несмотря на все подзадоривающие крики сэра Барнета, падает на землю в метре от указанного столба и теряет сознание.

XII

Улица.

Йоко приходит в себя. Он лежит на тротуаре. Сэр Барнет как сидел, так и сидит у него на плечах.

Сэр Барнет: Ну что? Пришли в себя? Не быстро, я бы сказал.

Йоко: Мне стало дурно, я упал. Почему мы здесь? Почему вы не ушли?

Сэр Барнет: Я очень хотел от вас избавиться, но теперь уже не долго терпеть.

Йоко: Так почему вы с меня не слезли?

Сэр Барнет: Вы подмяли под себя мою ногу. Извольте встать.

Йоко: Нет, это вы сначала вставайте, так будет удобнее.

Сэр Барнет: Это все вы виноваты. Теперь я не смогу вернуться к себе домой. И все из-за вас. Я совершенно не хочу на вас сидеть.

Йоко: Да за чем дело встало? Что происходит?

Сэр Барнет: Так сразу не объяснишь.

Йоко: А вы попробуйте. Ну…

Сэр Барнет: Мы… мы приклеились друг к другу.

Йоко: Как это - приклеились? Что вы такое говорите? Слезайте с моей шеи, в конце концов!

Сэр Барнет: Да не могу я. Я уже пробовал. И туда, и сюда… И ничего. Кажется, ваша куртка и мой костюм пропитались каким-то красным клеем. И когда потянешь посильнее, больно.

Йоко: О. месье, мне страшно!

Сэр Барнет: И больше вы ничего не можете сказать? Надо что-то делать. Не можем же мы вечно лежать на тротуаре. Вы хоть встать можете?

Йоко: Трудновато… Да, могу…Мне больно. Мне больно не внутри, а снаружи! Как раз там, где мы склеились. Сэр Барнет, а мы и правда приклеились друг к другу?

Сэр Барнет: Судя по всему - да. Со мной такое впервые.

Йоко: Нам надо к врачу. Мы наверняка чем-то заболели. Я теперь никогда не буду таким, как прежде.

Сэр Барнет: Ладно, мальчик мой, крепитесь. Должно же быть какое-нибудь средство. Мы спросим у доктора Ферзена, он большой ученый. Он наверняка нам поможет. Вы можете дойти до "Конкордии"?

Йоко: Не думаю. Сил нет.

Сэр Барнет: Печально. Но тогда нам надо найти какое-нибудь пристанище.

Йоко: Я живу совсем рядом… в двух шагах… Но что скажет мама?

Сэр Барнет: Там видно будет. В путь. Утро вечера мудренее.

XIII

У Йоко дома.

Входит Йоко с сэром Барнетом на плечах.

Мать: Сын мой, где ты был? Я так боялась. Ты был с Сюзанной?

Йоко: Познакомься, мама, это - сэр Барнет, мой друг…

Мать: Рада познакомиться, месье… М-м-м… Садитесь…

Сэр Барнет: Нет-нет, спасибо… Не беспокойтесь… Йоко мне много о вас говорил…

Йоко: М-да… ну так вот… мы пройдем ко мне в комнату. Спокойной ночи, мама.

Мать: Спокойной ночи, Йоко… Спокойной ночи, месье…

Они входят в комнату Йоко, и Йоко тут же валится на кровать.

Сэр Барнет: Ну-ну, поосторожнее!

Йоко: Замолчите!

Амика: Мне можно войти?

Йоко: Входи.

Амика (входя): Кто это?

Йоко: Конгрессмен.

Сэр Барнет: Кто это?

Йоко: Моя сестра Амика.

Сэр Барнет: Ей можно доверять?

Йоко: Ей? Конечно!

Сэр Барнет: Отправьте ее за доктором Ферзеном в отель "Конкордиа", только пусть нигде не задерживается. У меня нет никакого желания сидеть тут у вас вечно.

Йоко: Иди, Амика, не задерживайся.

Амика отправляется к отелю "Конкордиа" и возвращается с доктором Ферзенем на спине.

Д-р Ферзен: Ну что ж, займемся больными. По правде говоря, случай чрезвычайно странный. Что вы чувствуете?

Йоко: Усталость, вроде бы

Сэр Барнет: Ощущение комфорта.

Д-р Ферзен: Вам больно?

Сэр Барнет: Только когда мы пытаемся освободиться один от другого.

Д-р Ферзен: Я сейчас залезу рукой вам за пояс.

Он лезет рукой за пояс сэра Барнета и застывает с вытянутой рукой.

Йоко: Ну и что?

Д-р Ферзен: Я…я…я.. не могу вытащить руку!

Йоко: Да вы с ума сошли! Уберите свою руку сию же минуту!

Д-р Ферзен: Уверяю вас, я ничего не придумываю. У меня рука приклеилась. Я тяну, тяну…

У него вырывается стон боли.

Мать (из-за двери): Ты меня звал, дорогой?

Йоко: Нет, мама, тебе показалось.

Мать: Мне показалось, что ты меня звал. Так ты меня не звал?

Йоко: Нет, мама, я пел.

Мать: У тебя кто-то есть?

Йоко: Да, мама, друзья.

Мать: Я только что слышала голос Амики. Она разве не в школе?

Йоко: В школе. Тебе показалось, мама.

Мать: Да? Странно. Позови меня, если что. Ты сегодня не идешь в цистерну?

Йоко: Нет. Там ремонт. Мы не работаем…

Сэр Барнет: …уже несколько дней.

Йоко: Да, мы не работаем несколько дней.

Д-р Ферзен: Хирургическое вмешательство - вот наша последняя надежда, но оно может стоить нам жизни. Значит не надо торопиться. Самое лучшее - это попросить консультации у какого-нибудь светила, у профессора Кранка, например.

Сэр Барнет пишет письмо профессору Кранку.

XIV

В отеле "Конкордиа".

Амика подбегает к профессору Кранку.

Амика: Месье! Пожалуйста! Меня попросили передать вам вот это.

Профессор Кранк: О! Очень хорошо.

Амика: Садитесь, если вам будет угодно.

Кранк взбирается на закорки к Амике, которая доставляет его до дома. Он входит в комнату Йоко.

Профессор Кранк: Сэр Уильям Барнет! Доктор Ферзен! Что вы делаете в этой ужасной дыре? (Профессор пожимает руку Сэру Барнету. И прилипает к нему.) Это безумие! Вы меня заманили в ловушку! Отпустите меня, слышите? Я и секунды не останусь в этой помойке!

Мать (из-за двери): Ты звал меня, сынок?

Йоко: Нет, мама, мы разговариваем.

Мать: Вечеринка, в общем.

Йоко: В общем, да.

Мать: Хочешь, я тебе принесу бутылочку хорошего игристого? У меня одна еще есть.

Йоко: Нет, не хочу!

Сэр Барнет: Соглашайтесь, слышите? Соглашайтесь!

Йоко: Спасибо, мама. Принеси. Оставь перед дверью. Я ее сейчас заберу.

Появляются Ванда с Пан Тоном, Подзи, за ними - Гунар Адер.

Ванда (из-за двери): Добрый день, мадам. Йоко у себя?

Мать: Дома. Дома. С кем имею честь? Входите, пожалуйста!

Конгрессмены входят.

Ванда: Что тут происходит? Мне дали в отеле этот адрес… Почему вы не подаете мне руки?

Поскольку предупредить друг друга никто не успевает, конгрессмены оказываются все приклеенными друг к другу.

Ой! Да мы приклеились!

XV

Дома у Йоко.

Профессор Кранк: Все из-за вас. Ваше гостеприимное тело дало приют подлой болезни. Теперь все мы мучаемся от последствий. Когда в стаде заводится паршивая овца, она заражает все стадо. Такие люди, как вы, недостойны жить на свете. Все, до чего они дотрагиваются, становится грязным, они заражают воздух, который вдыхают. Они суть оскорбление гигиене. Вы всегда упорствовали в своем нежелании лечиться, потому что живете в союзе со злом. Чтобы понять, насколько вы низки и подлы, достаточно посмотреть на это жилище, где среди клубов пыли валяются мятые конфетные обертки. Тот, кто освободит человечество от вашего присутствия, совершит благородное деяние.

Йоко: Но врач сказал мне, что ничего серьезного.

Профессор Кранк: Конечно, для вашего врача это не серьезно. Ему что! Но для нас, для тех, кто приклеился к вашей отвратительной личности, все совсем иначе.

Йоко: Да я бы тоже без вас обошелся.

Профессор Кранк: О, мне прекрасно известна ваша наглость.

Пан Тон: Он, кажется, позволяет себе по отношению к вам неуважительные высказывания.

Профессор Кранк: Если бы только это!

Пан Тон: Скажи мне, наконец, дерьмовое твое отродье, ты можешь не рыпаться? Тебе мало того, что ты перезаразил нас своей мерзкой болезнью?

Пытается душить Йоко.

Йоко: Оставьте меня! Я у себя дома! Слышите, у себя дома!

Пан Тон: Ты у себя дома, собака? Ну и будь у себя дома! А я тебя немножко подправлю!

Йоко: Я вам запрещаю разговаривать со мной в таком тоне. Я свободный человек. Я не ваш раб… (Конгрессмены колотят Йоко.) Умоляю!.. (На Йоко обрушивается град ударов.) Я протестую…

Д-р Ферзен: Ну ладно, ничего страшного не произошло. Вы потеряли голову, совсем немного, и поэтому неадекватно восприняли проявления плохого душевного расположения, в котором не было злого умысла. Дело в том, что положение, в котором мы находимся, равно неприятно и вам, и нам. Мы все в одной лодке, бить вас не в наших интересах, нам надо помогать друг другу. Ведь мы цивилизованные люди, а не какие-нибудь дикари.

Йоко: Вы меня ударили.

Д-р Ферзен: Я вас ударил? Я?

Йоко: Не знаю кто. Во всяком случае, Пан Тон - точно, и другие тоже.

Пан Тон разражается протестами.

Д-р Ферзен: Мне жаль, если кто-нибудь из нас нанес вам физический ущерб, и прошу от имени всей нашей делегации принять наши извинения.

Йоко: Какие извинения? Он меня ударил!

Д-р Ферзен: Даю вам честное слово, что это тягостное недоразумение найдет свое разъяснение. Мы проведем тщательное расследование.

Йоко: Расследование? Зачем расследование? Я же сказал, вот он меня ударил!

Пан Тон (бьет Йоко): Это ложь! Не слушайте его! Слышишь, ты, падла, еще одно слово, и я научу тебя, как оговаривать людей!

Д-р Ферзен: Ну хватит, хватит! Бедный мой Йоко, будем благоразумны! Обещаю вам наказать виновного, если таковой будет обнаружен.

Йоко: Хватит меня бить. Слышите? Я не хочу!

Д-р Ферзен: Кому надо вас бить? Лучше съесть. Ничто так не радует, как хорошая дружеская трапеза.

Пан Тон: Ведь правда, Йоко?

Профессор Кранк (выворачивая Йоко руку): Ведь правда, Йоко?

Йоко (орет): Конечно!

Все: О!

XVI

Амика приносит обед. Конгрессмены набрасываются на еду.

Йоко: Господи, что же со мной станет?

Сэр Барнет: Ну хватит, хватит, Йоко. Не надо драм. Конечно, все это неприятно, не спорю, но не трагично. В этом есть даже что-то забавное.

Гуннар Адер: Да…да… конечно. Нечто забавное! Даже смешное. Ой, как мне смешно! Просто живот сводит! Ой-ой-ой!

Йоко: Вы обожрались, поэтому у вас живот и болит.

Гуннар Адер: Ты что, грязная тварь, еще хочешь, чтобы мы потрудились над твоим перевоспитанием? Только что ты пел совершенно иначе…

Адера рвет на Йоко.

Подзи: Не смертельно. Ну, будьте благоразумны. Нам из-за вас чертовски больно. И потом от вас так отвратительно пахнет. Вам необходимо вымыться.

Всей кучей они добираются до умывальника. Открывая кран, из которого начинает бить струя воды, все они падают. Йоко оказывается сверху.

Йоко: Отстаньте от меня, я задыхаюсь, я ранен!

Профессор Кранк (смотрит на плачущую Ванду): Ну, теперь-то вы удовлетворены? Слышите, подлый палач, она плачет!

Йоко: Можете вы, наконец, оставить меня в покое?

Ванда: Он сделал мне больно! Я беременна, и он сделал мне больно.

Д-р Ферзен: Я ни за что не отвечаю. Женщина в вашем состоянии должна вести спокойную жизнь, без всяких там историй. В нынешних обстоятельствах вы рискуете потерять своего ребенка…

Подзи: Как вы можете быть столь жестоки с женщиной, которую любили? Неужели в вашем сердце не осталось больше человеческих чувств?

Пан Тон (бьет Йоко): Только начни все сначала, и я разобью тебе морду. Не выношу, когда в моем присутствии грубо обращаются с женщиной. Мерзавец!

Д-р Ферзен: Спокойствие! Не будем волноваться. И он больше не будет, правда, Йоко, вы не будете? Вы теперь будете вести себя как взрослый цивилизованный человек, отвечающий за свои поступки, не правда ли?

Йоко: Я не хочу, чтобы мне делали больно. Или всем будет хуже.

Д-р Ферзен: Вы опять за свое? Ведь я вам обещал наказать виновного? Вам этого мало? Вы еще жаждете мести? А это нехорошо.

Профессор Кранк: Прекратите вы это! Он делает только то, что ему вздумается. Как будто кроме него никого не существует. Ему на всех наплевать, только бы его не трогали.

Ванда: Я хочу… я хочу… писать.

Д-р Ферзен: Ну конечно же, дорогая, ну конечно. Мы здесь все джентльмены.

Группа перемещается так, чтобы Ванда оказалась у раковины.

Ванда (обращаясь к Йоко): Грязный тип, что вы на меня смотрите?

Йоко: Да нет же, нет! Я зажмурился!

Ванда: Нет, я все видела. Вы не зажмурились. Это вас возбуждает, вам что, нравится смотреть, как писает беременная женщина? Мерзавец!

Гуннар Адер: Я предупреждал тебя, собака! Ты сейчас получишь по заслугам! (Он обрушивает на Йоко град ударов.) Может, это хоть тебя успокоит, подонок. Ты мне отвратителен. Только посмотрю, уже блевать охота!

Ванда: А ведь он ломал передо мной любовную комедию! Даже вспомнить страшно И "маленькая моя фея", и "не смогу жить без тебя", и "любовь моя, я слишком люблю тебя, поцелуй меня", и так без конца. А я, бедная дура, я ему верила. Да, я не сразу поняла, с кем имею дело, но теперь-то меня не проведешь. Что за отвратительный, низкий, грязный, корыстный тип! Грязный эгоист, который думает, что ему все позволено, мнит себя пупом земли. Наш месье - самый большой, самый сильный, самый красивый! Надо же! Он часами не вынимал, пыхтел, туда-сюда… Я зубы стискивала, чтобы не завопить от отвращения. Каждое его прикосновение становилось для меня настоящим кошмаром. Я думала, что наконец избавилась от него. Так нет же! Месье все же нашел средство, чтобы приклеиться ко мне. Ему все мало, он хочет шпионить за мной, подсматривать за мной в уборной, он будет делать все, чтобы меня унизить. Будь я мужчиной, я знала бы, что делать.

Все начинают колотить Йоко.

Д-р Ферзен: Ну, хватит. Он запомнит этот урок. И успокоится. Ведь вы успокоитесь, правда, Йоко? (Йоко не может произнести даже "нет".) Правда, Йоко?

Мать (из-за двери): Йоко, маленький мой, как у тебя дела? Вы там хорошо проводите время?

Йоко (слабым голосом): Да, мама, мы разговариваем…

Мать: У тебя такой странный голос. Уж не напился ли ты? Ты же знаешь, что это вредно для печени. А у тебя всегда была больная печень.

Йоко: Нет, мама, я просто подавился.

Мать: Будь осторожен, мальчик. Откусывай маленькие кусочки и хорошенько прожевывай. Если тебе что-нибудь нужно, позови меня.

XVII

Сэр Барнет: Просите прощения, месье.

Йоко: Простите!

Сэр Барнет: Вы так просто не отделаетесь. На колени! Просите прощения!

Йоко: Простите, месье.

Сэр Барнет: Он должен получить свое, должен.

Д-р Ферзен: У него уже есть имя?

Подзи: Его зовут Йоко. Хуже не придумаешь.

Гуннар Адер: Чем он занимается?

Д-р Ферзен: Работает в цистерне у месье Борота.

Профессор Кранк: Несчастный юноша нашел работу в соответствии со своими возможностями, которые более чем малы. У меня была возможность поговорить с начальником отдела кадров, неким месье Батиста. Характеристика была впечатляющей.

Ванда: Он глуп как пень. Знали бы вы, что он говорил! Апокалипсис, видишь ли, это коитус.

Пан Тон: Клевета, бесстыдная женщина, коитус - это когда к одному добавляют другое.

Подзи: А совесть является в девять вечера, чтобы сообщить, что псалом - это река.

Сэр Барнет: Песочница - это пирожное.

Ванда: И так далее, и тому подобное!

Йоко: Это ложь!

Д-р Ферзен: Раз это ложь, то скажите, пожалуйста, что такое независимая экспертиза?

Йоко: Это такая экспертиза, которая делает экспертизу другой экспертизы.

Гуннар Адер: Идиот! Это военная операция! Вы действительно, совершенно некультурны.

Йоко: Сами вы ничего не понимаете. Я прекрасно знаю, что такое независимая экспертиза. Кстати, у меня и словарь есть.

Пан Тон выхватывает у Йоко словарь и вырывает несколько страниц.

Пан Тон (читает): Независимая экспертиза - военная операция. Вот, вы ошибаетесь.

Йоко: Покажите мне это определение.

Пан Тон: Ну что, ты опять нарываешься, чтобы я тебе рожу набил? Я прочитал то, что написано. А ты, значит, считаешь, что я лгу?

Йоко: Нет-нет… Просто мне казалось… я даже был уверен…

Подзи: "Я был уверен" не говорят, говорят " я был неверен".

Йоко: Правда?

Профессор Кранк: "Правда" - неправда. Нужно говорить "кавардра".

Йоко: Вы надо мной смеетесь.

Ванда: Оставьте его. Вы же видите, он ничего не понимает. Месье думает, что самый умный. Все-то он знает, все-то умеет. Большой ученый!

Йоко: Я и не говорю, что все знаю. Но все же есть вещи, которые я учил, и в которых не сомневаюсь… (Йоко получает удар кулаком в висок.) Это правда, вернее, краварда.

Д-р Ферзен: Видите, Ванда, вы слишком суровы с Йоко. Он просто подлежит исправлению.

Йоко плачет.

XVIII

Амика: Йоко, можно войти?

Йоко: Нет…

Амика входит в комнату.

Амика: Я бы хотела поговорить с тобой, один на один…

Йоко: Извини, Амика, но это невозможно.

Гуннар Адер: У нас нет никаких секретов друг от друга.

Пан Тон: Мы же все тут лучшие друзья.

Ванда: Иди сюда, малышка, поговорим, как женщина с женщиной.

Йоко: Нет, Амика, не подходи!

Профессор Кранк: Иди сюда, малышка! Познакомимся! Я весьма уважаю вашего брата. Вы на него удивительно похожи, но я не вижу, какого цвета у вас глаза.

Йоко: Иди отсюда, Амика! Я не могу тебе ничего объяснить, беги! И не возвращайся. (Амика убегает.)

Ванда: Ах, какой героизм! Можно подумать, что мы какие-нибудь чудовища, которые хотят съесть его маленькую бедненькую простушку. Какие манеры! Сразу видна порода! И культура! Ну принцесса, ни дать ни взять!

Профессор Кранк: Он просто забыл, что всех нас перезаражал, а теперь он нами брезгует. Он, видишь ли, нас стыдится! Видали?

Йоко: Вам, что, меня мало? Вам еще нужна и моя сестра?

Ванда: О, нет! Вас мне предостаточно, успокойтесь. А мы проголодались.

Йоко: Мама!

Мать (из-за двери): Я тебе нужна, сынок?

Йоко: Да, мама, мы проголодались… Принеси нам… (Он повторяет то, что ему подсказывают.) Мозгов, кровяной колбасы… требухи… Кабачок… большой кабачок… яйца… Телятину с рисом, печенку…Сердце…легкие… молока… И гоголь-моголь.

Мать: Скажи мне, Йоко, Сюзанна с тобой?

Йоко: Да нет же, мама, я тут с друзьями…

Мать: Хорошо, я пошла за тем, что ты мне сказал… Но учти, я тебе не служанка!

Йоко: Я так и думаю, мама!

Пан Тон: Ну, слава Богу, поняла, старая дура! Я уж думал, она никогда не уйдет.

Йоко: Вы слышали, доктор Ферзен?

Д-р Ферзен: Не слышал. Расслабьтесь. Вы все видите только в черном свете. Вы упорно хотите видеть в нас врагов. Мне кажется, здесь имеет место психоаналитический трансфер: вы нас считаете виновными в вашей болезни. Держите себя в руках, отвечайте.

Мать (из-за двери): Я все принесла, дорогой.

Йоко: Оставь у порога.

Мать: Но мне бы хотелось увидеть тебя, дорогой, поговорить. Позволь мне войти. Я вам не помешаю.

Йоко: Нет, мама, это невозможно.

Мать плачет.

XIX

Йоко: Вот уже неделя, как мы приклеены друг к другу, а еще даже не попытались отклеиться.

Д-р Ферзен: Вы совершенно правы. Ваш случай такой тяжелый, что я даже боюсь вмешиваться.

Йоко: Надо обратиться к другому врачу.

Профессор Кранк: Наш друг выбивается из сил, чтобы найти решение, достойное его огромного научного потенциала. Он взвешивает все за и против, мучается, что делать, и вот что слышит в ответ: "Надо обратиться к другому врачу!". Какая неблагодарность!

Ванда: Он все время рассуждает так, как будто нас тут нет. Но мы-то здесь и совершенно не испытываем никакого желания жертвовать собой ради него. И потом, все знают, что я жду ребенка!

Д-р Ферзен: Ждете вы ребенка или нет, но я за это время кое над чем поразмышлял и вывел теорию, которая нуждается лишь в своем практическом подтверждении.

Йоко: Вы склоняетесь к оперативному вмешательству?

Д-р Ферзен: Безотлагательному, если не возражаете. Но вы должны мне доверять.

Йоко: Не сомневайтесь, доктор Ферзен.

Д-р Ферзен: Тогда - на кухню. Там будет удобнее, и кровь легче смыть. (Они отправляются на кухню.) Итак, начнем. Расслабьтесь. Вы в настоящее время испытываете боль?

Йоко: Нет, не испытываю.

Д-р Ферзен: Мы это сейчас исправим. Один укольчик. (Он делает Йоко укол в голову.) А теперь - больно?

Йоко: Ой! Ой! Ой! Очень!

Д-р Ферзен: Хороший знак. Нужно разбудить ваше внутреннее я, чтобы оно начало вырабатывать антитела… Теперь больно?

XX

Йоко приходит в себя после перевязки.

Подзи: Месье, месье, вас мама зовет.

Мать (из-за двери): Йоко! Ты там? Я тебя так давно не видела. Мы тебя ждем сегодня к обеду. Твоему отцу стало получше. Он сделал много вырезок. И потом, мне бы хотелось обсудить с тобой одно серьезное дело…

Йоко: Я не могу, мама. Сегодня вечером я занят. О каком деле ты говоришь?

Мать: Друзья еще с тобой?

Йоко: Да, а что?

Мать: Мне бы хотелось поговорить с тобой с глазу на глаз, но раз ты отказываешься… Впрочем, как хочешь. Твои друзья - воры!

Йоко: Воры? Почему?

Мать: Из дома исчезают вещи. Еда из кухни, одежда из шкафов, а теперь и мое свадебное серебро! Не могу найти! Тебе бы стоило об этом поговорить со своими друзьями.

Йоко: Мама, уверяю тебя, ты просто плохо искала… Не приставай!

Мать плачет за дверью.

Д-р Ферзен: Эта старая ведьма захотела ощипать нас, как гусей. И еще сметь заявлять нам про какое-то там свадебное серебро… Видали такое?

Йоко начинает плакать.

Неожиданно появляется Амика.

Амика: Что ты сказал маме, Йоко? Она все плачет и плачет…

Йоко (подскакивает на месте): Уходи, Амика! Беги!

Конгрессмены угрожающе надвигаются на сестру Йоко.

Амика: Хватит мною командовать…

Конгрессмены обступают ее.

Д-р Ферзен: О! Да она уже настоящая девушка.

Ванда: Иди сюда! Какая ты красивая!

Профессор Кранк: Да уж! Никогда не скажешь, что это ее брат…

Йоко: Амика! Почему ты еще здесь?

Д-р Ферзен: Чего вы боитесь? Мы не какие-нибудь дикари, мы просто хотим пообщаться с этой прелестной девушкой. Как тебя зовут, крошка?

Амика: Амика…

Ванда: Не бойся, Амика!..

Амика исчезает в куче конгрессменов.

Йоко: Амика! Где ты? Ответь! Амика, почему ты не отвечаешь?

Голова Амики выныривает из группы конгрессменов, но Йоко с ужасом понимает, что это не Амика, а только ее голова.

Ванда: Съем-ка я ее язык! (Ест.)

Йоко: Амика!!! Мама!!!

Д-р Ферзен (разрывая на куски труп Амики): Такой большой мальчик, как вы, должен научиться в одиночку переносить испытания. Зачем, дорогой мой, звать маму? Какое ребячество! Жизнь ведь не волшебная сказка.

Йоко: Почему вы такие жестокие! Что за наслаждение вы испытываете, когда убиваете, мучаете, пытаете? Ненавижу…

Профессор Кранк: Видали этого маленького святошу? Он не читал нам нотации, когда прикарманивал наши денежки. И потом он заразил нас!

Ванда: Он систематически отказывается нести за себя ответственность.

Подзи: Он эгоист.

Гуннар Адер: Порочный тип.

Д-р Ферзен: Бессердечный лицемер.

Ванда: Трус.

Подзи: Бездельник, рохля.

Д-р Ферзен: Обжора… и он еще смеет читать нам нотации!

Подзи: Давай, давай, зови свою мамочку, посмотрим, как ты запоешь, когда я отобью тебе почки.

Сэр Барнет: Пусть лучше позовет своего папочку для разнообразия.

Ванда: Папаша еще отвратительнее, чем сыночек.

Гуннар Адер: Его отец - грязный шелудивый приблудок!

Пан Тон: Его папаша - пес, улизнувший с живодерни.

Профессор Кранк: По строению его черепа я бы скорее предположил, что имею дело с помойной крысой азиатского типа.

Д-р Ферзен: Ну хватит, хватит! В конце концов, сын за отца не отвечает, и за то, что оказался плодом неестественного союза.

Йоко: Мама!

Ванда: Старая сука! Иди, подбери то, что вывалилось из твоего брюха!

Йоко: Мама!

Профессор Кранк: (поигрывая то с рукой Йоко, то с его ногой): Иди-иди, забери, что осталось от членов твоей семьи!

Мать (из-за двери): Ты звал меня, дорогой? Нашел мое свадебное серебро?

XXI

Йоко: Мама, случилось страшное. Амика мертва, мама. Я ранен. Я носил людей у себя на закорках. За это мне и давали деньги. Я не думал, что делаю что-нибудь плохое, и потом эти люди хорошо платили. Я думал, что заработаю достаточно денег, чтобы мы могли уехать на юг, но я заболел. А теперь я приклеился к ним, а они меня колотят, оскорбляют… И тебя тоже оскорбляют. О, мама, как я несчастен!

Мать (из-за двери): Моя дочь мертва! Я была умерена, что это воры и убийцы. Они украли мое свадебное серебро! Да-да, зачем я буду врать? Вот видишь, в какую ситуацию ты попал, потому что плохо себя вел.

Йоко: Мама, Амика мертва!

Мать: Да, увы! Это большое несчастье. И мое сердце матери сжимается от горя. Ну что ж, пусть будет так, я знаю, что мне делать. А к горю нам, женщинам, не привыкать. Мы даем жизнь, мы же даем и смерть. Но ты-то жив, сыночек мой? Ты меня слышишь? Я тебя не оставлю.

Йоко: Что ты можешь сделать одна против всех?

Мать: Не бойся, сын, я освобожу тебя.

Сэр Барнет: Бедная дурочка! Разве не понятно, что он лжет? Ваш сын, мадам, просто недоносок, урод, который хватается за ваши юбки… Мы же помогаем ему стать мужчиной.

Мать: Вы лжете! Мой сын не недоносок. Он блестяще сдал вступительный экзамен в Цистерну, и его начальник отдела кадров, господин Батиста, был им доволен. А вы просто банда воров. Верните мне мое свадебное серебро!

Профессор Кранк: Мы ваши чертово серебро в глаза не видели! У нас было, чем заняться, старая карга!

Отец (из-за двери): Что там еще такое?

Мать: Возвращайся к своим вырезкам, эгоист! Пока ты там копаешься, убивают твою дочь, бьют твоего сына, оскорбляют твою жену, обворовывают дом. Но тебе все равно. Ты вырезаешь свои чертовы объявления, старый трухлявый пень!

Отец: Убивают мою дочь? Бьют моего сына? О, горе!

Йоко: Амика мертва, папа. И здесь люди, которые приклеились к моей спине. Они ее и убили.

Отец: О, горе! Горе, горе, горе! Будь ты проклят, ты и эти люди, что приклеились к твоей спине! Будь ты проклята, жена и сын, и люди, которые приклеились к его спине! Амика, сердце мое, росиночка моя! Да будь я проклят вместе с моей женой и сыном, и людьми, которые приклеились к его спине! (Он валится на пол с сердечным приступом.)

Мать: Держись, Йоко! Я иду!

Дверь распахивается. С топором в руках появляется мать. Она набрасывается на жалобно стонущих конгрессменов, и рубит их на куски.

XXII

Комната Йоко.

Мать (сидя у изголовья постели Йоко): Йоко! Йоко! Как ты себя чувствуешь, сын?

Йоко: Мне плохо… (Все еще не приходя в сознание, он ощупывает спину рукой, потом начинает ощупывать кровать рядом с собой. Резко просыпается.) А конгрессмены, их больше нет?

Мать (спокойно): Да, они мертвы. Увидишь, мы скоро будем счастливы, ты и я.

Йоко (волнуясь): Ты их убила? Всех?

Мать: О, это было не трудно… Просто надо было как следует дать по этой куче. Ты и представить себе не можешь, какие они неловкие! И кроме того, убежать же они не могли… Но дом, дом был в таком беспорядке!!! Я мыла, скребла, мыла, скребла, чуть все руки себе не стерла! Но теперь - ни пятнышка.

Йоко (хлопает в ладоши): Тем лучше! О, мама, как я счастлив, что отделался от них!

Мать (обнимая его): Большой мой мальчик! Схожу-ка я за бутылочкой хорошего игристого, попразднуем…

Она выходит.

Голос доктора Ферзена: Старая карга ни за что не пропустит случая приложиться к бутылке!

Йоко: Кто тут?

Голос Подзи: Чтоб она подавилась своим игристым!

Йоко: Кто это? Где вы?

Голос Ванды: Ку-ку, Йоко! Угадай, где мы, леденчик мой!

Голос Пан Тона: Ты что думал, так легко отделаешься?

Йоко (заглядывает под кровать): Вы спрятались? Стали привидениями?

Голос профессора Кранка: Привидениями? Что за идиот! Когда культуры нет, то ей и взяться неоткуда. Вы только послушайте! Он верит в привидения!

Голос д-ра Ферзена: Посмотри на свою левую руку, Йоко.

Йоко: Ну и что с ней, с моей левой рукой?

Голос доктора Ферзена: Она сейчас даст тебе пощечину, чтобы научить правилам хорошего тона. Нужно говорить "господин доктор Ферзен"!

Левая рука Йоко дает Йоко пощечину.

Голос сэра Барнета: Ноги Йоко, поднимайтесь!

Йоко: Нет!!!

Голос Ванды: Теперь, член. Пусть встанет. Хорошо. Пусть снова встанет…Ладно, хватит…

Йоко: Это невозможно… Как же вы вернулись?

Обхватывает голову руками.

Голос сэра Барнета: Мы и не возвращались. Мы внутри твоего бренного тела.

Голос Ванды: Внутри тебя, дорогуша!

Голос профессора Кранка: От имени конгрессменов, я объявляю ваше тело нашей собственностью, Йоко. Теперь вы будете нашим отелем "Конкордиа"!

Йоко: Мама!

Мать (появляется с двумя бокалами игристого): Знаешь, Йоко, ровно три года назад ты поступил на работу в цистерну господина Борота!

Голоса конгрессменов: С юбилеем тебя, Йоко!

КОНЕЦ

Перевод Ольги Кустовой.

Рейтинг:

+1
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 1003 автора
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru