litbook

Non-fiction


Мюнхен 1970-1972+1

Кровавая олимпийская бойня и предшествовавшая ей вакханалия антисемитского террора в Германии в широком историческом контексте

О том, как Европа и Германия вскармливали левый и палестинский террор, о неизвестных и потрясающих деталях кровавой бани мюнхенской Олимпиады, о паутине рэкета, накинутой на европейские авиакомпании с помощью "Черного банкира", о малоизвестных терактах 1970 года в Германии и преступном бездействии немецких и швейцарских властей и их сотрудничестве с террористами.

Олимпиада и неонацисты

В моей прошлой статье речь шла, в частности, о том, какими надуманными "сенсациями" журнал "Шпигель" заполняет "летнюю дыру". Одной из таких "сенсаций" стала информация о том, что на Олимпиаде в Мюнхене палестинским террористам, оказывается, вовсю "помогали неонацисты". Теперь эта же "информация" с подачи "Шпигеля" в статье, посвященной захвату заложников 40-летней давности, стоит на видном месте и в левой Википедии, в начале статьи о захвате заложников. Сразу вслед за этим, еще до описания всех событий, следует указание на то, что в ходе операции возмездия "Гнев Б-жий" нехороший Моссад убил как минимум двух невинных жертв. Обычно в качестве невинной жертвы всегда приводят пример марокканского официанта Бучики, которые агенты Моссада приняли за Саламе, хотя давным-давно известно, что Бучики тоже был членом "Черного сентября". В качестве единственного примера помощи неонацистов приводится тот факт, что киднепперам помогал некий Вилли Поль, немецкий националист, который снабдил их поддельными паспортами и возил главаря банды Абу Дауда по Мюнхену и на конспиративные встречи во Франкфурт и Кельн, сам в этих встречах не участвуя и не зная даже, для чего именно Абу Дауд приехал в Германию. Эта информация перетиралась "Шпигелем" и другими СМИ, ссылавшимися на него, несколько недель, причем нигде даже не упоминается, в какой именно неонацистской организации состоял Поль.

Между тем, вся эта "сенсационная" информация известна уже давным-давно. Вилли Поль, давно выбывший из среды экстремистов и ставший довольно успешным писателем, об этом эпизоде своей биографии рассказал еще в 1979 г. в вышедших в Швейцарии под псевдонимом Плесс мемуарах "Ослепленный. Из подлинных записок террориста". С Абу Даудом его познакомил вор, террорист и грабитель банков Удо Альбрехт, которого тоже скорее можно отнести к левым террористам, чем к правым. В 1970 году Альбрехт вместе с другими немецкими левыми в тот самый "черный сентябрь" воевал на стороне Арафата против правительственных войск Иордании, попал в плен и был вызволен оттуда специально приехавшим за ним главой немецкого МИДа Вишневским.

Позже Поль писал сценарии для ряда сериалов, с успехом шедших по немецкому телевидению, таких, как „GroЯstadtrevier“ и „Tatort“. Правда, хотя роль Поля в Мюнхене-72 сводилась лишь к тому, что он возил Абу-Дауда по Германии и помог ему добыть фальшивые документы, позднее он действительно участвовал в организации новых терактов палестинцев. По заданию главы разведки ООП Вилли Поль должен был подготовить захваты заложников в Кельнском соборе и ратушах крупных немецких городов. В конце октября 1972 года Поля и его сообщника Абрамовского задержали в Мюнхене и нашли у них автоматы, ручные гранаты и другое оружие, происхождение которого свидетельствовало об их причастности к деятельности палестинских убийц. Кроме того, у них было найдено письмо с угрозами расправы от "Черного сентября", адресованное судье, который вел процесс по делу трех выживших террористов, взявших в заложники израильских спортсменов. Однако, несмотря на все доказательства, Вилли Поля осудили только за незаконное хранение оружия и приговорили в 1974 г. к двум годам и двум месяцам тюрьмы, которые он уже успел к тому времени отсидеть. Выдвинутое против него обвинение, что он хотел с помощью шантажа вызволить из тюрьмы вышеупомянутого Удо Альбрехта, доказать не удалось. Уже через 4 дня после приговора Поль вышел из тюрьмы и смылся в Бейрут, где, впрочем, вскоре посвятил свою жизнь писанию детективов и политтриллеров.

А между тем, есть куда более интересные фигуры и организации, роль которых в событиях сентября 1972 г. малоизвестна, не прояснена или проясняется только сейчас. В частности, буквально пару недель назад были рассекречены документы следствия, дипломатические депеши, а также протоколы заседаний правительства Германии, которые от администрации канцлера, федеральной и баварской служб защиты конституции, а также министерства иностранных дел получил тот же "Шпигель".

Читая эти документы, порой хочется протереть глаза и спросить: эти люди и вправду были такими идиотами или их кто-то подкупил? Если бы процесс над организаторами, участниками и соучастниками этой кровавой бойни проходил сейчас (а такого процесса в Германии никогда не было, преступление произошло, а вместо судебного процесса был только "осуждамс" в адрес Моссада, которому пришлось самому восстанавливать справедливость), думается, что на скамье подсудимых, помимо непосредственных участников и организаторов, должны были оказаться:

- левые немецкие террористы из групп RAF, "Тупамарос" и "Зюдфронт",

- многочисленные немецкие чиновники, начиная с канцлера Вилли Брандта и главы МВД Ганса-Дитриха Геншера до начальника мюнхенской полиции Манфреда Шрайбера,

- палестинские вожди Арафат, Аббас, Абу Дауд и Вади Хаддад, а также

- их хозяева, спонсоры и покровители из КГБ, Штази и арабских стран.

Ссылаясь на рассекреченные документы, "Шпигель", в частности, пишет, что в полицию поступали предупреждения, причем настолько четкие и конкретные, что объяснить бездействие властей сложно. В частности, немецкое посольство в Бейруте сообщало в депеше от 14 августа 1972 года, что палестинская сторона собирается устроить "некий инцидент" на Олимпийских играх. Министерство иностранных дел, получив это уведомление, 18 августа передало его органам госбезопасности. Итальянская газета "Corriere della Sera" вслед за "Шпигелем" сообщает, что были и другие предупреждения со стороны немецких спецслужб о вероятном теракте, однако все они были проигнорированы. Факт, который тщательно скрывался 40 лет.

За несколько месяцев до олимпиады работавший в мюнхенской полиции доктор судебной психологии Георг Зибер подготовил по ее заданию серию возможных сценариев терактов во время олимпиады («Прогноз 21»). Среди 26 вариантов прогнозов, включавших теракты со стороны различных группировок, начиная с баскской ЭТА и заканчивая Организацией освобождения Палестины (ООП), был и тот, который практически полностью был реализован 5 сентября 1972 года. Тогда начальник мюнхенской полиции Шрайбер просто высмеял Зибера ("Полицейские психологи нужны только для того, чтобы их прибить", шутил он), а после бойни полиция уволила Зибера и все его сценарии были конфискованы и уничтожены. Когда Ведомство по защите Конституции запросило их, Шрайбер ответил, что эти сценарии "нигде не могут найти".

По информации "Шпигеля", немецкие спецслужбы были уверены, что палестинская группировка “Черный сентябрь” настолько плохо подготовлена, что не смогла найти себе даже номеров в гостинице, так как не бронировала их заранее, а все гостиницы города были заняты болельщиками. И плюнули на нее. Немецкая разведка не приняла во внимание даже тот факт, что 2 сентября журнал "Gente" прямым текстом сообщил, что террористы из “Черного сентября” планируют на Олимпийских играх громкий теракт.

“Мы должны избегать самокритики и взаимных обвинений”, - заявил тогда один из чиновников германского МИДа на внутреннем совещании, которое состоялось на следующий день после трагедии. "С этого момента, - заключает "Шпигель", - эти слова, кажется, стали девизом правительства".

После провала операции по освобождению заложников власти пытались избавиться от свидетельств своих ошибок, уничтожив часть документов. Также 40 лет скрывалось, что после провала операции мюнхенская прокуратура начала расследование в отношении главы полиции Манфреда Шрайбера по подозрению в убийстве из-за халатности.

Далее, как следует из рассекреченного в июле 2012 года отчета Ведомства по защите Конституции, дортмундская полиция зафиксировала встречу Поля и Абу Дауда в Дортмунде, вела за обоими слежку и передала эти сведения федеральному Ведомству по защите Конституции, Бундескриминаламту (федеральному Управлению полиции) и земельным криминаламтам. Но никаких выводов и последствий это не имело, Абу Дауд продолжал разъезжать по Германии, как ни в чем не бывало, и встречаться, с кем захочет. С кем он встречался во Франкфурте и Кельне, так и не выяснено, полностью исключить можно лишь то, что это были непосредственные киднепперы, которые прилетели в Мюнхен и никуда из него не отлучались. Однако с большой долей вероятности можно предположить, что в этих встречах принимали участие палестинские лоббисты в Германии Франги и Эль-Хинди и члены RAF и франкфуртских "Революционных ячеек" во главе с Вильфридом Бёзе (к ним принадлежал и Йошка Фишер). Но об этом - в последующих главах.

Фильм Георга Хафнера

Все это это время немецкая пресса кормила читателей сказками о том, как прекрасна была Олимпиада до теракта и каким неожиданным и вероломным было вторжение палестинских террористов, свалившихся чуть ли не с неба. В реальности же оно было ничуть не более неожиданным и вероломным, чем нападение Гитлера на СССР. К сентябрю 1972 года палестинский и левый антисемитский террор уже более трех лет обживались в Германии, не встречая в ней ни малейшего сопротивления. Этой на удивление неизвестной странице немецкой истории посвящен недавно показанный по каналу ARD документальный фильм Георга Хафнера "Мюнхен 1970", являющийся не только весьма интересным и информативным, но и редчайшим для левого немецкого телевидения обвинением властей в преступном бездействии перед террористической угрозой и слепоте на левый глаз. Да и к самому Хафнеру прозрение приходило постепенно все эти годы, например, когда он узнал, что Дитер Кунцельман, одна из икон левого движения и кумир его юности, якшался с убийцами его дяди и, вероятно, сам имеет отношение к страшному теракту.

Я, в те годы - молодой мюнхенский оболтус с модными левыми убеждениями, рассказывает про себя Хафнер. Все эти убеждения укладываются в чрезвычайно примитивную черно-белую картину мира: Америка - абсолютное зло, ну, а я, как и все, на стороне добра и мы скандируем имя нашего героя: "Хо-Ши-Мин!" И еще: "USA-SA-SS!". Любой, кто за Израиль, - для нас империалист. Всем этим умело пользуются палестинские пропагандисты в студенческой среде, они тогда уже выигрывали у Израиля пропагандистскую войну в одни ворота. Приехавшего в Германию главу израильского МИДа Аббу Эбана студенты засвистели и заулюлюкали ("Ха-ха-ха - Аль-Фатах уже тут!", - кричали они) и власти попросили его больше не приезжать.

Автор фильма - один из немногих "шестидесятников", у кого это "очарование зла" сменилось разочарованием, большинство из них не поумнело и по сей день. Поколение своих отцов они любили гневно обличать, называя "фашистами", но при этом сами были фашистами в куда большей степени. Как говорил итальянский социалист Игнацио Силоне, "Если фашизм вернется, он не будет называть себя фашизмом. Нет, он назовет себя антифашизмом!". Именно так и происходило с левыми от 60-х до наших дней.

Именно в 1970 году в Германии произошла крупнейшая после Холокоста серия антисемитских терактов с участием террористов ООП и немецких левых. Поколение 1968 года, которое продолжает воспеваться немецкими СМИ, образовало общий фронт борьбы с арабскими убийцами. Люди, о которых повествует фильм, находятся в пенсионном возрасте, многие из них (убийцы, поджигатели, бомбисты) отсидели тюремные сроки, но они, как говорилось некогда о Бурбонах, "ничего не забыли и ничему не научились". Высказываются в фильме и тогдашние работники Моссада, которые с ужасом наблюдали не только за этим сотрудничеством немецких левых и арабских террористов, но и за категорическим отказом правивших в начале 70-х социал-либеральных правительств Вилли Брандта и Гельмута Шмидта пресечь и это сотрудничество, и полную безнаказанность действовавших в Германии агитаторов и убийц ООП и ФАТХа. Достаточно сказать, что когда перед мюнхенской Олимпиадой Вилли Брандту предложили ввести меры безопасности и контролировать поток туристов, он заявил: "Я не позволю портить мне Игры мира!". Даже полицейским на Играх было запрещено носить оружие, и это в год самого разгара борьбы с "первым поколением" RAF. Главным для Брандта было погасить в памяти чудовищную берлинскую Олимпиаду 1936 года с ее пропагандистским шоу и свастиками, а в итоге вышло нечто еще более чудовищное. По сути дела, фильма Хафнера - прямое обвинение немецкой политической элиты того времени в потворстве террору и убийству его собственного дяди.

Вся эта вакханалия левого и палестинского террора началась 9 ноября 1969 года в Берлине, в день годовщины "Хрустальной ночи", когда немецкие левые (группа "Тупамарос Западный Берлин") подложили мощнейшую бомбу в здании берлинской еврейской общины, где собралось множество народу. Я уже писал о том, что эта бомба тогда лишь чудом не взорвалась. Сконструировал бомбу сексот Ведомства по охране Конституции Петер Урбах, пару месяцев назад скончавшийся в Америке (и, таким образом, немецкие спецслужбы заранее знали о предстоящем теракте), а идея взорвать эту бомбу принадлежала Дитеру Кунцельману, зоологическому антисемиту и главе "Тупамарос" (историк Вольфганг Краусхаар, описывающий роль Урбаха, впоследствии поставлявшего табельное оружие Ведомства по защите Конституции многим немецким террористам, приходит к выводу, что это ведомство явилось повивальной бабкой RAF, подобно тому, как царская охранка сама выпестовала Гапона и Азефа). Летом 1969 года, за несколько месяцев до этого события, Кунцельман и его группа "Тупамарос Западный Берлин" отправились в Иорданию, где в течение трех месяцев прошли полную боевую подготовку в одном из палестинских боевых лагерей, включающую изготовление бомб с часовым механизмом, и общались с Арафатом и Фаруком Каддуми. С тех пор Кунцельман был главным "смотрящим" ФАТХа по Германии и регулярно призывал "забить священную корову Израиль". Его известнейшее высказывание того времени: "Мы заменим тупой филосемитизм революционной солидарностью с ФАТХом!". Друг и соратник Кунцельмана, также "легендарный" (как его величает немецкая пресса) Фритц Тойфель тогда же переселился в Мюнхен и основал там боевую террористическую группу "Тупамарос Мюнхен", мечтая взорвать один из олимпийских объектов Мюнхена.

Кунцельман был также лидером и главным идеологом знаменитой берлинской "Коммуны 1". "Коммуна 1" была аналогом американских хиппи и битников, только если хиппи и битники принципиально занимались любовью вместо войны, то их немецкие подражатели занимались и любовью, и войной. Хотя они, в подражание американскому оригиналу, тоже ходили голыми, произвольно совокуплялись каждый с каждым и курили марихуану. Некоторые из них, включая самого Кунцельмана, довольно скоро перешли с марихуаны на героин. Семью они считали "ячейкой, в которой зарождается фашизм". Первое время в "Коммуну 1" входили и главные лидеры "Внепарламентской оппозиции" Руди Дучке и Бернд Рабель. Разведенная жена хозяина квартиры, где поначалу жили коммунары, Дагмар Энценсбергер, вошла в коммуну вместе с 9-летней дочкой Танаквил, которую "коммунары" тут же развратили.

Кунцельман, которого в коммуне называли "патриархом", отменил любую частную собственность и вместо нее ввел "принцип удовольствия". Коммунары носили длинные волосы и маоистскую униформу. Сексом они занимались на глазах у всех и быстро перешли на групповой секс.

Левое немецкое телевидение много лет регулярно посвящает коммунарам передачи, где рассказывает о них с нескрываемой симпатией и восхищением. Разумеется, разгульный секс сопровождался и политическими провокациями: то они собирались бросать дымовые шашки в американского вице-президента Хемфри (полиция предотвратила это), то в церквях раздавали цитатники Мао, то распространяли листовки, в которых призывали поджигать универмаги, чтобы "дать людям почувствовать ощущение Вьетнама". Вслед за этим Андреас Баадер и Гудрун Энсслин, которые тоже посещали Коммуну-1, действительно подожгли два универмага, с чего и началась "славная" деятельность RAF.

Кроме всего прочего, Дитер Кунцельман был и остается зоологическим антисемитом. Он яростно призывал своих соратников "освободиться от еврейского заскока (Judenknacks), чтобы стать настоящими революционерами". В тюрьму Кунцельман попал только в 1970 году - за поджог дома редактора газеты "Бильд". С 1983 по 1985 год он был депутатом берлинского парламента от партии зеленых, а затем долго работал в адвокатском праксисе одного из нынешних лидеров зеленых Ганса-Кристиана Штребеле, также зоологического антисемита, одного из адвокатов RAF (Фракции Красной Армии), причем он защищал самого Андреаса Баадера. В 1980 году Штребеле был осужден к полутора годам тюремного заключения за создание системы нелегальной коммуникации заключенных из RAF, а сегодня он заседает в комиссии Бундестага, контролирующей спецслужбы, что ярчайшим образом характеризует степень полевения и разложения всей немецкой политической системы. Как свидетельствуют протоколы Штази, Штребеле, старый друг обер-фашиста Хорста Малера, в 70-е годы активно поддерживал и террористов ООП, а в 1991 году он, тогда глава партии зеленых, публично приветствовал нападение Саддама Хуссейна на Израиль.

Что касается Кунцельмана, то он до сих пор страдает болезненным тщеславием и не может вытерпеть, чтобы о нем долго не писали, а потому и поныне занимается дешевыми провокациями: то закидает яйцами берлинского бургомистра, то разместит в газете объявление о своем самоубийстве, отчего и получил прозвище "политклоун".

Все началось с попытки угона Боинга-707 израильской компании "Эль-Аль", летевшего в Лондон с пересадкой в Мюнхене. На борту самолета среди других пассажиров находились тогда 46-летняя израильская и германская кинозвезда Ханна Марон, а также 24-летний актер Ассаф Даян, сын знаменитого министра обороны Моше Даяна, с подружкой (следователи поначалу предполагали, что самолет был выбран террористами именно из-за него, но позже отказались от этой версии).

Трое террористов (два палестинца из Иордании и египтянин), судя по билетам, летели из Парижа в Рим с пересадкой в Мюнхене. Самолет "Эль-Аль" летел из Тель-Авива в Лондон также с посадкой в Мюнхене. Из его 70 пассажиров лишь 15 собирались лететь дальше в Лондон. Трое киднепперов планировали взять этих пассажиров в заложники, когда они будут покидать терминал и садиться в автобус на летном поле. Самолеты "Эль-Аль" тогда уже сопровождал сотрудник спецслужб, отвечающий за безопасность, но он, согласно инструкции, остался на борту.

Пассажиры спокойно пили кофе, командир "Эль-Аль" Ури Коэн показывал Ханне Марон игрушку, которую он купил в Duty Free своему ребенку. Потом объявили посадку и Ури Коэн пошел к выходу. Не дойдя до него всего пары метров, он вдруг увидел перед собой двух арабов с перекошенными от злобы лицами. Один из них держал в руке зеленую гранату, а другой целился в него из пистолета и закричал: "I've got a bomb. You can't do anything!" ("У меня бомба, вы ничего не можете сделать!").

Однако Ури Коэн, уверенный в себе гигант ростом в 1 метр 98 см, был иного мнения. Он набросился на араба с гранатой, применил борцовский прием, скрутил ему руку и прикрылся им от его товарища с пистолетом.

Третий террорист, усатый египтянин Эль-Ханафи, очевидно, понял, что захват самолета сорван, и принялся исполнять запасной план. Он бросился к автобусу, который уже был заполнен пассажирами. Водитель автобуса, увидев вооруженного египтянина, повел себя трусливо: он открыл ему дверь, пригнулся и выскочил из автобуса.

В это время в зале ожидания Коэн боролся на полу с арабом, которому его товарищ помог освободиться. Граната, с которой уже до этого была сорвана чека, выскользнула у него из руки и покатилась к окну. Через 6 секунд она взорвалась. Разразилась паника, многие пассажиры были ранены. Ханне Марон взрывом оторвало правую ногу и она, окровавленная, ползала по полу среди осколков стекла. У Ури Коэна было разорвано правое предплечье. Ассаф Даян успел выскочить в открытую дверь терминала и не пострадал.

А в это время усатый египтянин швырнул другую гранату в открытую дверь автобуса. Ближе всех к ней оказался молодой инженер из Тель-Авива, учившийся в Мюнхене, Ариэль Катценштайн. Рядом с ним находились его отец и брат. Ариэль, не задумываясь, бросился на гранату и накрыл ее своим телом. Ариэль погиб, но своим невероятно мужественным поступком он спас жизни отцу, брату и другим пассажирам. Тем не менее, многие из них были ранены, отец Ариэля, Хайнц Катценштайн, довольно тяжело.

В это время к месту происшествия уже бежал пограничный патруль, вооруженный "вальтерами". В зале ожидания началась перестрелка, один из арабов побежал в женский туалет и забаррикадировался там.

На летном поле египтянин, отскочивший от автобуса, увидел в 10 метра от себя вооруженного пограничника. Он запрыгнул за стоявшую рядом машину и открыл стрельбу. Перестрелка продолжалась, пока у обоих не кончились патроны. После этого египтянин снова забежал в зал ожидания, вытащил из сумки гранату, уже третью в этот день, но она взорвалась у него в руке, и ему оторвало руку по локоть. В это время к залу ожидания бежали два полицейских, вооруженных автоматами.

Так закончилось первое вооруженное противостояние арабских террористов и евреев на немецкой земле и первая же попытка арабов в Германии угнать израильский самолет. У арабов при себе были найдены тексты, которые они должны были прочесть, первый - еще в зале ожидания, когда заложники окажутся под их контролем: "Мы являемся командующими Активного комитета освобождения Палестины. Всем поднять руки вверх и исполнять наши приказы! Иначе мы взорвем бомбу, и все вы будете убиты! А теперь - все в автобус, мы отъезжаем. Требуйте от вашего сотрудника безопасности в самолете сдаться, иначе мы взорвем самолет!".

Второй текст предназначался для прочтения уже на борту: "Добрый вечер, дамы и господа, леди и джентльмены, говорит заместитель командующего 112-го подразделения мученика Омара Састади Активного комитета освобождения Палестины. От имени палестинской революции мы взяли этот самолет под свой контроль и переименовали его в "Палестина-2". Если вы будете исполнять наши приказы, с вами ничего не случится. Отказ подчиняться приведет к взрыву самолета".

По сути дела, угон самолета был предотвращен лишь благодаря мужеству израильского летчика Ури Коэна.

Ханна Марон, которой взрывом гранаты оторвало ногу, долго балансировала на грани жизни и смерти. Тяжелые увечья получили и другие пассажиры. У Ариэля Катценштайна, другого настоящего героя этих событий, трое детей остались сиротами. И насколько же наглыми и циничными были действия правительства Брандта, которое, даже не устроив судебного процесса, просто выслало всех трех палестинских террористов из Германии! Этого потребовал немецкий МИД, опасавшийся ссориться с арабами, официальное объяснение этому гласило: "Мы желаем способствовать умиротворению ситуации на арабском пространстве". Брат Ари Катценштайна Юваль обратился с просьбой к президенту Германии Хайнеману не отпускать террористов на свободу. Хайнеман милостиво выслушал его, но никаких действий не предпринял. Мужественный летчик Ури Коэн в фильме Хафнера говорит горькие слова: "Я надеялся, что Европа сможет извлечь урок из этих трагедий, ведь терроризм - это не только израильская беда, а наша общая. Увы, я ошибался".

Поджог еврейского дома для престарелых в Мюнхене

Попытка захвата израильского самолета в аэропорту "Mьnchen-Riem" произошла 10 февраля 1970 года, а всего через три дня, 13 февраля, в Мюнхене пылало здание еврейской общины и находящегося на его территории здания дома для престарелых, на верхнем этаже которого жили еврейские студенты. Поджог произошел в шабат и потому все жильцы были дома. Поджигатели облили подъезд канистрами бензина и подожгли. Другого выхода не было, поэтому спастись через дверь никто не мог. Когда молодая работница дома для престарелых Руфь Штайнфюрер возвращалась в него в это время, она увидела языки пламени и людей, в отчаянии стоявших в проеме окон. Другие в это время карабкались на крышу, надеясь спастись там. Один человек, Макс Блюм, выпрыгнул из окна.

"Когда я выходила из дома, - вспоминает Руфь Штайнфюрер, - то на втором этаже увидела старого Давида Якубовича с чемоданами. Он собирался навсегда покинуть Германию и улететь к сестре в Израиль. "Разве Вы летите не сегодня?", - спросила я его. "Что ты, сегодня же шабат. Я лечу через два дня".

Больше Руфь Штайнфюрер не увидела Давида Якубовича живым. Он сгорел заживо, в Израиль попали только его чемоданы.

Общие итоги поджога: Семеро стариков дома для престарелых - жертвы Холокоста - погибли, сгорев или задохнувшись дымом, множество других получили тяжелые увечья.

Виновных в поджоге официально тогда так и не нашли (но на всякий случай списали это преступление на неизвестных неонацистов), хотя многочисленные улики, которые приводит в своем фильме Георг Хафнер, однозначно свидетельствуют, что поджог совершила группа "Тупамарос Мюнхен" во главе с Фритцем Тойфелем и при соучастии Кунцельмана и родственная ей группа "Зюдфронт". Той же версии придерживается и мюнхенский прокурор Томас Штайнкраус-Кох. Один из террористов РАФ, Герхард Мюллер, вспоминает разговор между двумя обер-террористками РАФ Гудрун Энсслин и Ирмгард Мюллер, любовницей Тойфеля и членом группы "Тупамарос Мюнхен", тоже проходившей обучение в палестинских лагерях в 1969 году. Убийство стариков, жертв Холокоста, было столь чудовищным, что вызвало возмущение даже у обычно безжалостной и бесчувственной Энсслин, дочки пастора, которая кричала на Мюллер: "Свиньи! Вы должны сказать спасибо, что покушение (на еврейскую общину) в Берлине удалось свалить на правых!". Собственно, члены группы "Тупамарос" и не скрывали своего участия в поджоге, но в пропагандистских целях в своих листовках вопили тогда о "новом поджоге Рейхстага, устроенном специально для организации охоты на врагов Израиля".

Известный историк Гётц Али, написавший рецензию на фильм Хафнера, обнаружил дальнейшие доказательства того, что поджог еврейского дома для престарелых был делом рук немецких "новых левых" и с возмущением задается вопросом: с того времени прошло уже больше 40 лет, почему Ведомство по защите Конституции, BND, МВД и Бундесканцлерамт до сих пор упорно отказываются рассекретить материалы расследования по этому делу?

Взрыв самолета Swissair c 47 жертвами и друзья "умиротворителя ситуации на арабском пространстве" Вилли Брандта

После поджога прошло всего 4 дня, как в мюнхенском аэропорту были задержаны еще три палестинских террориста, намеревавшихся захватить или взорвать самолет австрийской авиакомпании. Один из пилотов случайно обнаружил в их багаже бомбу и оружие. Эти террористы принадлежали к той же группе, что и первая троица, пытавшаяся захватить самолет "Эль-Аль". Их тоже послал главный "смотрящий" Арафата по Европе и Северной Америке "симпатичный врач" Исам Сартави, глава "Активного комитета освобождения Палестины", которого позже принимал у себя Вилли Брандт, называя его "своим другом". Надо ли говорить о том, что и эти террористы были отпущены Германией без суда и следствия?! Ну, а "симпатичный врач" Сартави, видимо, в знак благодарности за это объявил Германию "враждебной территорией", а палестинские бомбы он называл "нашими визитками". Другими друзьями Зартави были австрийский канцлер, еврей-антисионист Бруно Крайский и полоумный израильский "борец за мир" Ури Авнери. В конце 70-х Сартави решил завязать с террором и добиваться уничтожения Израиля путем "мирных переговоров". После этого он попал в черный список Абу-Нидаля, но какое-то время его не трогали благодаря покровительству Арафата. Как только Арафат в 1983 году дал отмашку, один из киллеров Абу-Нидаля тут же прикончил Сартави в одном из отелей в Португалии.

Сартави был весьма близок и с Абдаллой Франги, в те годы - главой Генерального союза палестинских студентов в Европе, который был главным европейским лоббистом Арафата. Позднее Франги был представителем ООП от Лиги арабских государств в Бонне, а с 1993 по 2005 год - генеральным консулом Палестинской автономии в Германии, имел теснейшие связи с главами МИД Германии Вишневским, Геншером и Йошкой Фишером и весьма близко дружил с вице-канцлером Германии Юргеном Меллеманом, главой Общества немецко-арабской дружбы, усердно отмывавшим миллионы нефтедолларов арабских шейхов и лоббировавшим в Германии их интересы (после снятия с него депутатской неприкосвенности и отдачи под суд за финансовые махинации и неуплату налогов Меллеман покончил с собой в 2003 году). Одним из самых близких друзей и соратников Франги начала 70-х был лидер палестинских студентов в Германии Амин Эль-Хинди. Эль-Хинди впоследствии признавался, что знал о предстоящем захвате израильских олимпийцев. Не приходится сомневаться, что посвящен в операцию был и его шеф Франги, чья организация после событий Олимпиады была запрещена в Германии (а уж это при тогдашней тотальной безнаказанности о чем-то да говорит).

Но самое страшное произошло еще через несколько дней. Во франкфуртский магазин "Оптика" зашли два молодых парня, которые купили у хозяина несколько высотомеров.

Это были палестинцы, обучавшиеся в Германии. Третий, главный, ждал их за дверью (позже к ним присоединился и четвертый, Бадави Явхер). Идея была проста и почти гениальна. К высотомерам прикрепили бомбы, которые должны были сработать, когда самолет набирает высоту и стрелка высотомера отклоняется, и оба этих механизма засунули в транзисторные приемники, упаковали в бандероли и отправили авиапочтой в Израиль. Перед этим палестинцы протестировали бомбы с высотомерами в окрестностях Франкфурта.

Первый высотомер с бомбой попал в самолет Austrian Airline, вылетавший в Израиль из Франкфурта. При наборе высоты бомба взорвалась, но, очевидно, другой багаж смикшировал взрыв. Обшивка самолета была пробита, но самолет не загорелся, летчики вовремя заметили, что обшивка прорвана, и сумели благополучно приземлиться в том же Франкфурте. 33 пассажира отделались легким испугом.

Другая бомба попала в самолет швейцарской компании Swissair, вылетевший 21 февраля 1970 года из Цюриха в Тель-Авив. В этом самолете сидел родной дядя автора фильма - звездный репортер телеканала ZDF Рудольф Кризоли. Кризоли было неполных 38 лет, у него была жена и двое маленьких детей, он освещал войну во Вьетнаме и прошел там огонь и воду. Однажды американский вертолет, в котором летел Кризоли, был сбит вьетнамскими коммунистами, но Кризоли выжил и шутил потом, что теперь ему уже ничего не страшно. ZDF послал его в Израиль для освещения тамошних событий. До Израиля ни Кризоли, ни его спутники не долетели. Всех их разорвало при взрыве на мелкие клочки. Полиция не сумела потом найти ни трупы, ни крупные обломки, поскольку их просто не было. Горящий самолет упал в лесу через 20 минут после взлета и взорвался. Второй пилот Арман Этьен успел только крикнуть два раза в отчаянии: "Goodbye everybody!" От 47 тел осталось 2400 фрагментов, большинство из них снимали с деревьев, самый большой весил меньше килограмма.

Среди 47 погибших 13 были гражданами Израиля. Ответственность за теракт взял на себя Народный фронт освобождения Палестины (НФОП), марксистская организация, напрямую управлявшаяся КГБ.

Высотомеры, отправленные убийцами в обоих самолетах с мюнхенского почтамта, удалось найти и идентифицировать. Их показали по телевизору, где их и увидел франкфуртский оптик, сразу узнавший свой товар. Он позвонил в полицию. Двух убийц быстро нашли и арестовали. Они указали на третьего, который и возглавлял операцию. Его звали Суфиан Каддуми и он был родным братом Фарука Каддуми, главы Политбюро ООП и генсека ФАТХа. Фарук Каддуми был правой рукой Арафата и перед смертью Арафат назначил его своим преемником в политическом завещании. Суфиан Каддуми после теракта скрылся в Иордании, неподалеку от своего старшего брата. Израиль потребовал от Германии и Швейцарии обратиться к властям Иордании и Египта с требованием выдачи Каддуми и Явхера, скрывшегося в Египте, но ни Германия, ни Швейцария и не думали этого делать.

Ну, а теперь, дорогой читатель, почти риторический вопрос на "усвоение материала": а что сделала Германия с теми двумя, которых нашли и арестовали, убийцами 47 ни в чем не повинных людей?

Совершенно верно: их просто выслали на родину, не устраивая над ними никакого процесса! А компенсации жертвам теракта вынуждена была платить компания Swissair, хотя по-хорошему эти деньги стоило бы вычесть из зарплат "умиротворителей арабского пространства" Брандта и Геншера.

Швейцария - правовое государство?

Швейцарская прокуратура также отказалась от процесса и впоследствии просто закрыла дело о взрыве, хотя это был самый страшный теракт за всю историю Швейцарии и несмотря на то, что по таким делам нет срока давности. В Германии, как заявила франкфуртский прокурор Дорис Меллер-Шой, материалы дела были потеряны! В Швейцарии же материалы дела до сих пор, уже 42 года, по неизвестным никому причинам строго засекречены, несмотря на протесты родственников жертв. Следователь, ведший это дело в Швейцарии, Роберт Акерет, в декабре 1970 года лично передал 165-страничный отчет госпрокурору Гансу Вальдеру. В отчете значатся фамилии всех четырех подозреваемых. "Для меня это необъяснимая загадка, почему процесс над преступниками так и не был проведен, - говорит Акерет. - В Берне с 1971 года вокруг этого дела существует просто заговор молчания".

Поражает и другой факт: ордера на арест Каддуми и Явхера подписаны... 25 марта 1995 года, ровно через 25 лет после теракта, хотя следователь Акерет требовал их уже через 2 дня после открытия дела. Ларчик открывается просто: в связи с 25-летним юбилеем журналист Вальтер Зенн начал вести собственное независимое расследование. Испугавшись этого, прокурорша Дель Понто и выписала ордера на арест. Но уже через 5 лет дело было закрыто. В постановлении о его закрытии стоит фраза, заставляющая сильно усомниться в том, что Швейцария - правовое государство. Вот она: "Дело закрывается, поскольку в связи с терактом имели место угрозы и шантаж против швейцарских госучреждений".

В связи с этим нужно вспомнить еще одно дело. За год до взрыва лайнера Swissair, 18 февраля 1969 года, четверо палестинцев устроили стрельбу по самолету "Эль-Аль" в швейцарском аэропорту Клотен. Один из них в перестрелке с полицией был убит, трое арестованы и приговорены к многолетним срокам заключения. Однако уже 1 октября 1970 года все трое были освобождены и отправлены в Каир.

Их дело вел тот же следователь, Роберт Акерет. "То, как были тогда выпущены осужденные судом террористы, недостойно правового государства", - говорит он сегодня.

Журналисты швейцарской газеты "Беобахтер" ("Наблюдатель") раскопали еще один удивительный факт. Как известно, в конце 1988 года по приказу лучшего друга авиапассажиров полковника Каддафи над шотландским Локкерби был взорван самолет Pan-Am-Jumbo с 270 пассажирами на борту. Следователи, ведшие это дело, в мае 1989 года приезжали в Швейцарию. Как выяснилось, они исходили из того, что мощнейшая бомба в самолете Pan-Am-Jumbo - дело рук палестинца Марван Абдель Разака Креезата. Очевидно, что бомбу, взорванную над Швейцарией, тоже смастерил Креезат, помощник палестинского лидера Ахмеда Джибрила. 67-летний Креезат и сегодня преспокойно живет в Аммане. Даже встреча с шотландскими следователями не подвигла швейцарскую прокуратуру к тому, чтобы открыть расследование против Креезата, работавшего тогда в иорданской авиакомпании, и это несмотря на то, что в конце 1989 года Креезат был опрошен следователями ФБР в том же Аммане и среди прочего рассказал им, что в начале 70-х создал множество бомб, соединенных с высотомером, и не один самолет был взорван таким способом.

Но и это еще не все! 26 октября 1988 года немецким спецслужбам удалось захватить 16 активистов НФОП, был среди них и Креезат. Тогда он смастерил 5 бомб, встроенных в телевизоры и радиоприемники. 4 из них немцам удалось найти и обезвредить. Пятую бомбу найти так и не удалось. Большинство следователей до сих пор уверено, что пятая бомба как раз и взорвала самолет Pan-Am-Jumbo над Локкерби в декабре того же года. Однако немцы уже через 15 дней после задержания отпустили Креезата (!), хотя на него уже было выписано несколько международных ордеров на арест, начиная с покушения на самолет "Эль-Аль" в Риме в 1972 году, и он разыскивался Интерполом! Причина заключается в том, пишет автор "Беобахтера" Отто Хохштеттлер, что Креезат к тому времени стал двойным агентом и работал на иорданские спецслужбы и немецкую BND, что доказывают многочисленные протоколы его допросов.

"Черный банкир" Жено

Журналисты в связи с делом о взорванном самолете Swissair раскопали и еще грязнейшую историю, о которой говорил и Хафнер, связанную с жившим в швейцарской Лозанне "Черным банкиром" Франсуа Жено. Еще в 30-е годы Жено, член нацистской партии, вел финансовые дела дяди Арафата и друга Гитлера, нацистского преступника, муфтия Иерусалима Мохаммеда аль-Хуссейни, который считал его своим душеприказчиком.

Жено встречался с Гитлером и был близким другом Йозефа Геббельса и также его душеприказчиком. Именно Жено опубликовал геббельсовские дневники. Помимо авторских прав на тексты Геббельса, Жено владел также авторскими правами и на тексты Гитлера и Бормана. Помимо их бесценных творений, Жено издавал и финансировал в арабских странах многочисленные антисемитские пасквили, "Майн кампф" и "Протоколы сионских мудрецов". Накопившиеся у Жено огромные активы среди прочего пускались на оказание финансовой помощи любимцу фюрера "лионскому мяснику" Клаусу Барбье (знаменитому своими зверствами шефу лионского гестапо) и Адольфу Эйхману. На свои деньги Жено отбивал героев Рейха от "сионистских" охотников Симона Визенталя и супругов Кларсфельд. Более того, Жено сам во время войны был финансовым агентом Рейха в нейтральной Швейцарии. Используя наработанные каналы, после крушения Рейха он создал межконтинентальную сеть эвакуации нацистов в дальние страны, от Марокко до Аргентины, - знаменитую организацию "ODESSA". С его помощью удалось скрыться многим известным нацистам, от Алоиза Бруннера до доктора Менгеле.

В 1958 г. Жено запустил в Женеве сеть арабских банков в целях спонсирования и ведения счетов арабских националистических групп вроде Фронта национального освобождения Алжира (в 1962-м его назначат директором Арабского Народного Банка в Алжире, а потом едва не казнят за растрату, спасло его лишь вмешательство египетского диктатора Насера). В шестидесятые Жено водит близкую дружбу с палестинскими лидерами, особенно - членами политбюро Народного фронта освобождения Палестины и лично с Жоржем Хабашем и Карлосом Шакалом. В обход всех израильских блокад палестинские боевики получали оружие на дотации своего женевского покровителя. Ну, и его, естественно, не забывали, ибо что, что, а уж деньги у Арафата и компании всегда водились немалые. Наконец, уже в 90-е мсье Жено был одним из тайных кураторов закрытого в 2002 г. банка "Аль-Таква", финансировавшего "Аль-Каиду" и "ХАМАС".

И что же, спросит меня наивный читатель, "с таким талантом - и на свободе??" Ни грязные финансовые махинации, ни отрицание Холокоста, ни прямое участие в террористической деятельности - ничего из этого списка так и не заинтересовало швейцарскую юстицию? Нет, отчего же: прослушивали его телефонные разговоры, почитывали его переписку - ну, так, на всякий случай, чтобы можно было потом содрать взятку пожирнее. Жено был не кем-нибудь, у него были обширные связи со спецслужбами, многих из этих людей он, как считалось, имел на содержании (разумеется, доказать это не только никому не удалось, но никто и не пытался). Полуофициальное объяснение контактов со столь грязной личностью звучало так: нам же надо иметь контактную персону для связи с террористами, а поэтому на свободе Жено нам будет гораздо полезнее, чем в тюрьме.

Какое это имеет отношение к нашей истории? Да самое прямое: после взрыва авиалайнера компании Swissair Жено встречался с целым рядом правительственных чиновников и "убедил" их замять дело, не трогать НФОП (ответственный за взрыв самолета) и не требовать выдачи Каддуми. "Убедил" он их на свой манер - с помощью чемоданов с наличными, о чем говорит в своем фильме и Георг Хафнер. Убедившись в своей полной безнаказанности, Жено стал вести себя еще наглее. Через 2 года, когда Вади Хаддад, второй человек в НФОП, угнал самолет "Люфтганзы", летевший из Бомбея во Франкфурт, Жено передал требования киднепперов о выкупе в 5 миллионов долларов. Но особо близко задружил Жено с Карлосом Шакалом. В конце 80-х, когда Шакал был уже не у дел и прятался у Асада-старшего, Жено регулярно посещал его в Дамаске, а потом и в Судане, последнем прибежище знаменитого террориста. Говорят, что Черный банкир и "застучал" его французам за какую-то услугу.

Однако Жено встречался не только с прокурорами. От имени палестинских террористов он вел переговоры и с многочисленными авиакомпаниями. Как пишет в своей книге "Человек в тени: от Геббельса до Карлоса Шакала" немецкий журналист Вилли Винклер, Жено требовал от авиакомпаний денег, чтобы с их самолетами в будущем не случилось того же, что с лайнером Swissair, летевшим в Тель-Авив. И ни одна авиакомпания не отказалась платить такие откаты, что в фильме Хафнера подтверждает и генерал Моссада Эфраим Лапид. В итоге благодаря Жено была создана мощная система палестинского рэкета по всему миру. Из-за палестинцев авиакомпании вынуждены были повышать цены на билеты, чтобы покрыть свои издержки, платить откаты Арафату и его компании и увеличивать меры безопасности. Но большинство авиапассажиров, переплачивающих за билетов, все равно по привычке винили во всех своих бедах Израиль.

Взрывом самолета Swissair закончилась крупнейшая серия антисемитских нападений, которую только знала Германия. Большинство из них произошло в Мюнхене в феврале 1970 года. Если бы немецкие власти адекватно отреагировали на происшедшее, вместо того, чтобы засовывать голову в песок, освобождать преступников и замалчивать случившееся, лишь бы не выносить мусор из избы, кровавой бойни на Олимпиаде в том же Мюнхене через 2 года можно было избежать.

(Продолжение следует)

Рейтинг:

+1
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1015 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru