litbook

Поэзия


Живой родник+1

                    *   *   *

Листья осени, как мазки,

На небесном холсте сыром.

Сколько света в них и тоски,

Умирающего в живом!

Лист срывается. Вместе с ним

И Земля кружит меж миров...

И под небом плывут одним

Шелест листьев, звучанье слов…

 

 

                    *   *   *

Из леса выступил он в поле,

Как войска первый богатырь,

Расправил плечи на приволье

И оглядел земную ширь.

У богатырского разъезда

Колосья пиками встают.

Ночами яркие созвездья

Вновь расцветают, как салют.

А дуб несёт дозор свой ратный

В коре — кольчуге боевой.

И крона, словно плащ крылатый,

Шумит над буйной головой...

Так богатырь выходит биться,

Врага встречая грудь на грудь.

И Куликову полю снится

России богатырский путь.

 

 

  СКВОЗЬ  ПОЛОГ  НОЧИ

 

Как возвышали дух ребячий

Ночные звёзды в вышине!

Струился Млечный путь блестящий,

Как наша речка в тишине.

Играли под луною блёстки

И матовая глубина,

И за рекою — отголоски

Пасущегося табуна.

А ночь распахивала полог,

Прошитый падавшей звездой.

И ель сквозь тысячи иголок

Процеживала дух лесной.

И звёзды августовской ночи

В мальчишечьи вплетались сны,

Как матерей родные очи,

Что светом ласковым полны.

 

 

            ДЕТИ  И  СТАРИКИ

 

Как я люблю детей и стариков

За откровение и за наивность!..

Договориться с ними так легко,

Им тоже так нужна твоя взаимность.

Мы часто их обходим стороной,

Мол, мир иной и странности иные...

Но нарастают годы за спиной,

И мы уже становимся седыми.

На лавочку присядешь отдохнуть —

И тут как тут малыш протянет руки.

И разве можешь в сторону взглянуть

И не приветить дедушкина внука?

Тебя он видит, верно, в первый раз,

Он всех на свете добрыми считает,

И не отводит любопытных глаз,

Улыбкой на улыбку отвечает.

А рядом с ним —

Почтенный человек:

Довольны оба радостью общений...

Ребёнок —

К солнцу рвущийся побег,

Старик —

Вершина жизненных свершений.

 

 

  ПРОЩАНИЕ  С  ОБИТЕЛЬЮ

 

       Памяти трёх иноков

 

Трудились монахи без устали,

Обитель свою возродив,

Не пусто уж в Оптиной Пустыни,

И значит — не пусто в груди.

Всплывает под божьими ликами

Всё прошлое монастыря…

Святые и старцы великие,

На вас и держалась земля!

В молитвенном шёпоте сосен,

И в храме, и в тихом скиту

Всё слышится имя — Амвросий,

Амвросий — свеча на ветру.

Горит она неугасимо

Для страждущих всех прихожан.

И новое имя — Василий

Цветы повторяют, дрожа.

Им вспомнилась Пасха Христова,

Кровавые пятна зари,

Последнее иноков слово —

Упали в туман звонари.

Качнулся лишь колокол звонницы

Над жизнью их всей молодой.

Ушли. И обитель-бессонницу

Навеки забрали с собой.

И Оптина им — колыбелью,

Дорогой, ко храму Творца;

Лампады, смиренные кельи…

И подвиг один до конца!

 

 

              СТАРИЦА

 

               Когда-нибудь, когда-нибудь

               Не будет зарослей над речкой,

               И станет выглядеть увечкой

               Она, неся отбросов муть...

                                      Игорь Северянин

 

Хоть водицы испить,

Хоть ушицы сварганить,

Речка, реченька —

Милый душевный приют...

Но пришли экскаваторы

Берег таранить

И зафыркал мотор

В голубую струю.

И загнали речонку

В пробитую яму,

Чтобы новое русло она обрела.

Но вода, как в испуге,

Закружила в проране,

Словно дикая лошадь,

Закусив удила.

Спотыкалась она,

Будто силилась сбросить

Нежеланного яростного ездока...

И бурлила, не ведая шири и плёса,

Только камни, как шпоры,

Сжимали бока.

И уткнулась куда-то

В песок головою,

Не осилив забравшего силы пути...

Поросло её старое русло травою,

Родничков уже в старице мне не найти.

Только раннею и полноводной весною,

Когда снова в округе растают снега,

Хлынет старица мутным потоком —

Тесно ей,

Словно ощупью ищет свои берега.

 

 

МЕДСЕСТРА

Единственному в России памятнику

военной медсестре

 

Приходят подруги,

Цветы ей приносят.

И праздничным утром

Наряды пестрят.

Ока под Калугой

То в зелень, то в просинь.

Лишь в серой шинели

Всегда медсестра.

Вот-вот и поднимется

Вслед за пехотой,

И только накидка

Мелькнёт за плечом.

И в бронзе, как в плоти,

Ты снова в работе,

Ни страх, ни усталость

Тебе нипочём.

Опять к изголовью

Ты тихо склонилась,

Сердечную боль мою

Чтобы унять.

В косынке, в пилотке

Спасённым ты снилась,

А из-под пилотки —

Задорная прядь.

Цветы увенчали

Гранит обелиска

И светлой печалью

На лица легли...

От тысяч спасённых

Поклон тебе низкий,

Поклон тебе низкий —

До самой земли!

 

 

             КОЛОДЕЦ

 

Он выше ведёрка не был —

Давно покосился сруб.

Он помнил под знойным небом

Тепло пересохших губ.

Ведёрко со звоном билось

В студёный покой воды.

И где-то на дне светились

Вечерние две звезды.

И кланялись люди низко,

Как другу, ему всегда...

В ведёрках на коромыслах

Покачивалась вода.

Когда утоляли жажду,

Когда уходили в путь —

Он всем помогал отважно,

Со дна не поднявши муть.

И нету ему замены —

Встречает людей, роднит...

И голубою веной

В нём бьётся живой родник.

 

 

 

Рейтинг:

+1
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1015 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru