litbook

Культура


Комментарии к сказке Антуана де Сент-Экзюпери 0

ПРЕДИСЛОВИЕ КОММЕНТАТОРА

Наверное, самая первая и, возможно, самая верная мысль, возникающая в связи с любой попыткой комментирования «Маленького принца», выражается максимально просто – «здесь комментарии излишни».

Действительно, небольшой текст объемом чуть более полутора печатных листов, менее чем за семь десятилетий своего существования не просто завоевал сердца сотен миллионов детей и взрослых, но стал чем-то большим, чем просто удачная детская миниатюра. Буквально каждый факт, связанный с историей появления «Маленького принца» проливает на каждое слово этой сказки какой-то удивительный свет.

Здесь и трагически краткий жизненный путь автора, завершившийся чуть более чем через год после первой публикации, и общее количество его переводов на иностранные языки (по данным Википедии – 198) уступает только количеству переводов Библии. Удивительно даже то, что написанная в разгар самой кровопролитной из произошедших на Земле войн сказка, казалось бы, не предназначенная для демонстрации каких-то языковых изысков, считается многими филологами наилучшим пособием для начинающих изучать французский язык.

И, тем не менее, огромная популярность и цитируемость отдельных фраз из сказки (трудно представить человека, не знающего, что «Самого главного глазами не увидишь» или «Ты в ответе за тех, кого приручил») не отрицает того факта, что сказка очень трудна для понимания, причем она трудна в самых своих основаниях. Даже ее главные герои, вроде бы имеющие вполне определенные праобразы в жизни Антуана де Сент-Экзюпери, сохраняют по отношению к ним ощутимую и трудно понимаемую дистанцию.

На первый взгляд, кажется вполне естественным, что характер Розы был списан с жены Сент-Экзюпери Консуэло, но тогда совершенно непонятно, почему столь желанный для Маленького принца барашек угрожает Розе? Еще менее понятен Лис, живущий среди развалин и учащий Маленького принца зоркости сердца. Да и сам Маленький принц, традиционно рассматривающийся в качестве alter ego автора – чему он собирался учиться у Пьяницы или Дельца и почему Фонарщик представляется ему более разумным, чем обитатели всех других планет?

К этим вопросам каждый из нас приходит своим путем.

Когда-то, когда я впервые обнаружил в отцовской библиотеке «Маленького принца», эта книжка не произвела особого впечатления. И тогда мой отец сказал фразу, смысл которой раскрывается передо мной до сих пор: «Не торопись! Там все не так просто!».

Когда, повзрослев, я вновь обратился к этой сказке, она привела меня в совершенный восторг. Было чувство, что на нескольких десятках страниц содержалась энциклопедия человеческой морали и нравственности. Отец поздравил меня с первым шагом к пониманию «Маленького принца», но повторил все ту же фразу: «Не торопись! Там все не так просто!».

Весьма вероятно, что именно эта фраза, в основе которой понимание неисчерпаемости «Маленького принца», и привела меня к необходимости – пусть хотя бы попытки – толкования «Маленького принца» в контексте продолжающей не одно тысячелетие традиции толкования Торы. Возможно, это покажется странным и не вполне логичным, но есть три соображения, которые заставляют думать об этом всерьез.

Во-первых, один из не слишком популярных биографических фактов, касающихся А. де Сент-Экзюпери, состоит в том, что основы его широкого гуманитарного образования были заложены в религиозных учебных заведениях. Вполне вероятно, что наряду с христианской традицией, безусловно, являвшейся для Сент-Экзюпери главной, обучаясь в иезуитском колледже Сент-Круа в Мансе, он вполне мог усвоить и начала иудейской религиозной традиции, всегда находившейся в центре внимания иезуитов.

Другим, не менее значительным фактом, стало понимание того, что текст сказки заслуживает углубленного и целостного понимания, в котором найдется место даже таким «странным» (по крайней мере, на первый взгляд) художественным приемам, как двойное посвящение или заключение.

Наконец, во всей истории не только создания «Маленького принца», но и самой судьбы Сент-Экзюпери вплоть до ставшего легендой исчезновения, было ощущение какой-то высшей тайны, чего-то бесконечно важного и удивительного, о чем сегодня еще невозможно говорить определенно.

Будем считать, что этот опыт комментирования «Маленького принца», безусловно, сугубо предварительный и крайне несовершенный, представляет собой лишь попытку приоткрыть дверь в тот мир, который впервые был явлен человечеству на страницах Торы, и с тех пор лишь просвечивает через страницы самых великих книг, одаривая нас совершенно неповторимым ощущением прикосновения к Истине.

31 июля 2012 г.

 

Антуан де Сент-Экзюпери
 

Маленький Принц (Le[1] Petit[2] Prince[3])
 

Перевод Норы Галь

 

ЛЕОНУ[4] ВЕРТУ[5]

Прошу детей простить меня за то, что я посвятил эту книжку взрослому. Скажу в оправдание: этот взрослый — мой самый лучший друг[6]. И еще: он понимает все на свете, даже детские книжки[7]. И наконец, он живет во Франции, а там сейчас голодно и холодно. И он очень нуждается в утешении[8]. Если же все это меня не оправдывает, я посвящу свою книжку тому мальчику, каким был когда-то мой взрослый друг[9]. Ведь все взрослые сначала были детьми, только мало кто из них об этом помнит[10]. Итак, я исправляю[11] посвящение:

 

ЛЕОНУ ВЕРТУ,

когда он был маленьким[12]

Антуан де Сент-Экзюпери

 

МАЛЕНЬКИЙ ПРИНЦ

I

Когда мне было шесть лет[13], в книге под названием «Правдивые истории», где рассказывалось про девственные леса, я увидел однажды удивительную картинку. На картинке огромная змея[14] — удав — глотала хищного зверя. Вот как это было нарисовано:

 

В книге говорилось: «Удав заглатывает свою жертву целиком, не жуя. После этого он уже не может шевельнуться и спит полгода подряд, пока не переварит пищу»[15].

Я много раздумывал о полной приключений жизни джунглей и тоже нарисовал цветным карандашом свою первую картинку. Это был мой рисунок №1. Вот что я нарисовал:

 

Я показал мое творение взрослым и спросил, не страшно ли им[16].

— Разве шляпа страшная[17]? — возразили мне. А это была совсем не шляпа. Это был удав, который проглотил слона[18]. Тогда я нарисовал удава изнутри[19], чтобы взрослым было понятнее. Им ведь всегда нужно все объяснять. Вот мой рисунок №2:

 

Взрослые посоветовали мне не рисовать змей ни снаружи, ни изнутри[20], а побольше интересоваться географией, историей, арифметикой и правописанием. Вот как случилось, что шести лет я отказался от блестящей карьеры художника. Потерпев неудачу с рисунками №1 и №2, я утратил веру в себя[21]. Взрослые никогда ничего не понимают сами, а для детей очень утомительно без конца им все объяснять и растолковывать[22].

Итак, мне пришлось выбирать другую профессию, и я выучился на летчика. Облетел я чуть ли не весь свет. И география, по правде сказать, мне очень пригодилась. Я умел с первого взгляда отличить Китай от Аризоны[23]. Это очень полезно, если ночью собьешься[24] с пути.

На своем веку я много встречал разных серьезных людей. Я долго жил среди взрослых. Я видел их совсем близко. И от этого, признаться, не стал думать о них лучше[25].

Когда я встречал взрослого, который казался мне разумней и понятливей других[26], я показывал ему свой рисунок №1[27] — я его сохранил и всегда носил с собою. Я хотел знать, вправду ли этот человек что-то понимает[28]. Но все они отвечали мне: «Это шляпа». И я уже не говорил с ними ни об удавах, ни о джунглях, ни о звездах. Я применялся к их понятиям. Я говорил с ними об игре в бридж и гольф, о политике и о галстуках. И взрослые были очень довольны, что познакомились с таким здравомыслящим[29] человеком.

 

II

Так я жил в одиночестве[30], и не с кем было мне поговорить по душам. И вот шесть лет назад пришлось мне сделать вынужденную посадку в Сахаре. Что-то сломалось в моторе моего самолета[31]. Со мной не было ни механика, ни пассажиров, и я решил, что попробую сам все починить, хоть это и очень трудно. Я должен был исправить мотор или погибнуть[32]. Воды у меня едва хватило бы на неделю[33].

Итак, в первый вечер я уснул на песке в пустыне, где на тысячи миль вокруг не было никакого жилья. Человек, потерпевший кораблекрушение[34] и затерянный на плоту посреди океана, и тот был бы не так одинок. Вообразите же мое удивление, когда на рассвете меня разбудил чей-то тоненький голосок[35]. Он сказал:

— Пожалуйста... нарисуй мне барашка[36]!

— А?..

— Нарисуй мне барашка...

Я вскочил, точно надо мною грянул гром[37]. Протер глаза. Начал осматриваться. И вижу — стоит необыкновенный какой-то малыш и серьезно меня разглядывает.

Вот самый лучший его портрет, какой мне после удалось нарисовать[38]. Но на моем рисунке он, конечно, далеко не так хорош, как был на самом деле. Это не моя вина. Когда мне было шесть лет, взрослые внушили мне, что художника из меня не выйдет, и я ничего не научился рисовать, кроме удавов — снаружи и изнутри.

 

Итак, я во все глаза смотрел на это необычайное явление[39]. Не забудьте, я находился за тысячи миль от человеческого жилья[40]. А между тем ничуть не похоже было, чтобы этот малыш заблудился[41], или до смерти устал и напуган[42], или умирает от голода и жажды[43]. По его виду никак нельзя было сказать, что это ребенок, потерявшийся в необитаемой пустыне, вдалеке от всякого жилья[44].

Наконец ко мне вернулся дар речи, и я спросил:

— Но... что ты здесь делаешь?[45]

И он опять попросил тихо и очень серьезно:

— Пожалуйста... нарисуй барашка...

Все это было так таинственно и непостижимо, что я не посмел отказаться[46]. Хоть и нелепо это было здесь, в пустыне, на волосок от смерти, я все-таки достал из кармана лист бумаги и вечное перо[47]. Но тут же вспомнил, что учился-то я больше географии, истории, арифметике и правописанию, — и сказал малышу (немножко даже сердито сказал), что не умею рисовать. Он ответил:

— Все равно. Нарисуй барашка.

Так как я никогда в жизни не рисовал баранов, я повторил для него одну из двух старых картинок, которые я только и умею рисовать, — удава снаружи. И очень изумился, когда малыш воскликнул:

— Нет, нет! Мне не надо слона в удаве! Удав слишком опасный, а слон слишком большой. У меня дома все очень маленькое. Мне нужен барашек. Нарисуй барашка.

И я нарисовал.

 

Он внимательно посмотрел на мой рисунок и сказал:

— Нет, этот барашек совсем хилый. Нарисуй другого.

Я нарисовал.

 

Мой новый друг мягко, снисходительно улыбнулся[48].

— Ты же сам видишь, — сказал он, — это не барашек. Это большой баран. У него рога...

Я опять нарисовал по-другому.

 

Но он и от этого рисунка отказался.

— Этот слишком старый. Мне нужен такой барашек, чтобы жил долго[49].

Тут я потерял терпение — ведь надо было поскорее разобрать мотор[50] — и нацарапал вот что:

И сказал малышу:

— Вот тебе ящик[51]. А в нем сидит твой барашек.

 

Но как же я удивился, когда мой строгий судья[52] вдруг просиял:

— Вот такого мне и надо! Как ты думаешь, много он ест травы?

— А что?

— Ведь у меня дома всего очень мало[53]...

— Ему хватит. Я тебе даю совсем маленького барашка.

— Не такого уж маленького... — сказал он, наклонив голову и разглядывая рисунок. — Смотри-ка! Мой барашек уснул[54]...

Так я познакомился с Маленьким принцем.

 

III

 

Не скоро я понял, откуда он явился. Маленький принц засыпал меня вопросами, но, когда я спрашивал о чем-нибудь, он будто и не слышал[55]. Лишь понемногу, из случайных, мимоходом оброненных слов мне все открылось[56]. Так, когда он впервые увидел мой самолет (самолет я рисовать не стану, мне все равно не справиться), он спросил:

— Что это за штука?

— Это не штука. Это самолет. Мой самолет. Он летает.

И я с гордостью объяснил, что умею летать. Тогда малыш воскликнул:

— Как! Ты упал с неба?[57]

— Да, — скромно ответил я[58].

— Вот забавно[59]!..

И Маленький принц звонко засмеялся, так что меня взяла досада[60]: я люблю, чтобы к моим злоключениям относились серьезно. Потом он прибавил:

— Значит, ты тоже явился с неба. А с какой планеты?

«Так вот разгадка его таинственного появления здесь, в пустыне[61]!» — подумал я и спросил напрямик:

— Стало быть, ты попал сюда с другой планеты?

Но он не ответил. Он тихо покачал головой, разглядывая самолет:

— Ну, на этом ты не мог прилететь издалека[62]...

И надолго задумался о чем-то. Потом вынул из кармана барашка и погрузился в созерцание этого сокровища[63].

Можете себе представить, как разгорелось мое любопытство[64] от странного полупризнания о «других планетах». И я попытался разузнать побольше:

— Откуда же ты прилетел, малыш? Где твой дом? Куда ты хочешь унести барашка?

Он помолчал в раздумье, потом сказал:

— Очень хорошо, что ты дал мне ящик: барашек будет там спать по ночам[65].

— Ну конечно. И если ты будешь умницей, я дам тебе веревку, чтобы днем его привязывать. И колышек[66].

Маленький принц нахмурился:

— Привязывать? Для чего это?[67]

— Но ведь если его не привязать, он забредет неведомо куда и потеряется.

Тут мой друг опять весело рассмеялся:

— Да куда же он пойдет?

— Мало ли куда? Все прямо, прямо, куда глаза глядят.

Тогда Маленький принц сказал серьезно:

— Это ничего, ведь у меня там очень мало места[68].

И прибавил не без грусти:

— Если идти все прямо да прямо[69], далеко не уйдешь...

IV

Так я сделал еще одно важное открытие: его родная планета вся-то величиной с дом[70]!

Впрочем, это меня не слишком удивило. Я знал, что кроме таких больших планет, как Земля, Юпитер, Марс, Венера[71], существуют еще сотни других, которым даже имен не дали, и среди них такие маленькие, что их и в телескоп трудно разглядеть. Когда астроном открывает такую планетку, он дает ей не имя, а просто номер. Например, астероид 3251[72].

 

У меня есть серьезные основания полагать, что Маленький принц прилетел с планетки, которая называется "астероид Б-612[73]". Этот астероид был замечен в телескоп лишь один раз, в 1909 году, одним турецким астрономом.

 

Астроном доложил тогда о своем замечательном открытии на Международном астрономическом конгрессе. Но никто ему не поверил, а все потому, что он был одет по-турецки. Уж такой народ эти взрослые!

К счастью для репутации[74] астероида Б-612, правитель Турции велел своим подданным под страхом смерти носить европейское платье. В 1920 году тот астроном снова доложил о своем открытии. На этот раз он был одет по последней моде - и все с ним согласились[75].

 

Я вам рассказал так подробно об астероиде Б-612 и даже сообщил его номер только из-за взрослых. Взрослые очень любят цифры. Когда рассказываешь им, что у тебя появился новый друг[76], они никогда не спросят о самом главном. Никогда они не скажут: «А какой у него голос[77]? В какие игры он любит играть[78]? Ловит ли он бабочек[79]?» Они спрашивают: «Сколько ему лет[80]? Сколько у него братьев? Сколько он весит[81]? Сколько зарабатывает его отец[82]?» И после этого воображают, что узнали человека. Когда говоришь взрослым: «Я видел красивый дом из розового кирпича, в окнах у него герань, а на крыше голуби», - они никак не могут представить себе этот дом. Им надо сказать: «Я видел дом за сто тысяч франков», - и тогда они восклицают: «Какая красота!»

Точно так же, если им сказать: «Вот доказательства, что Маленький принц на самом деле существовал - он был очень, очень славный, он смеялся, и ему хотелось иметь барашка. А кто хочет барашка, тот уж конечно существует»[83], - если сказать так, они только пожмут плечами и посмотрят на тебя как на несмышленого младенца[84]. Но если сказать им: "Он прилетел с планеты, которая называется астероид Б-612", - это их убедит, и они не станут докучать вам расспросами[85]. Уж такой народ эти взрослые. Не стоит на них сердиться. Дети должны быть очень снисходительны к взрослым[86].

Но мы, те, кто понимает, что такое жизнь, - мы, конечно, смеемся над номерами и цифрами[87]! Я охотно начал бы эту повесть как волшебную сказку. Я хотел бы начать так:

"Жил да был Маленький принц. Он жил на планете, которая была чуть побольше его самого, и ему очень не хватало друга[88]..." Те, кто понимает, что такое жизнь, сразу увидели бы, что это гораздо больше похоже на правду.

Ибо я совсем не хочу, чтобы мою книжку читали просто ради забавы[89]. Сердце мое больно сжимается, когда я вспоминаю моего маленького друга, и нелегко мне о нем говорить. Вот уже шесть лет, как мой друг вместе с барашком меня покинул. И я пытаюсь рассказать о нем для того, чтобы его не забыть. Это очень печально, когда забывают друзей. Не у всякого был друг[90]. И я боюсь стать таким, как взрослые, которым ничто не интересно, кроме цифр. Еще и потому я купил ящик с красками и цветные карандаши[91]. Не так это просто - в моем возрасте вновь приниматься за рисование, если за всю свою жизнь только и нарисовал что удава снаружи и изнутри, да и то в шесть лет! Конечно, я стараюсь передать сходство как можно лучше. Но я совсем не уверен, что у меня это получится. Один портрет выходит удачно, а другой ни капли не похож. Вот и с ростом то же: на одном рисунке принц у меня чересчур большой, на другом - чересчур маленький[92]. И я плохо помню, какого цвета была его одежда[93]. Я пробую рисовать и так и эдак, наугад, с грехом пополам[94]. Наконец, я могу ошибиться и в каких-то важных подробностях. Но вы уж не взыщите. Мой друг никогда мне ничего не объяснял. Может быть, он думал, что я такой же, как он. Но я, к сожалению, не умею увидеть барашка сквозь стенки ящика. Может быть, я немного похож на взрослых. Наверно, я старею.

V

Каждый день я узнавал что-нибудь новое о его планете, о том, как он её покинул и как странствовал. Он рассказывал об этом понемножку, когда приходилось к слову. Так, на третий день[95] я узнал о трагедии с баобабами[96].

Это тоже вышло из-за барашка. Казалось, Маленьким принцем вдруг овладели тяжкие сомнения, и он спросил:

— Скажи, ведь правда, барашки едят кусты?

— Да, правда.

— Вот хорошо!

Я не понял, почему это так важно, что барашки едят кусты. Но Маленький принц прибавил:

— Значит, они и баобабы тоже едят[97]?

Я возразил, что баобабы — не кусты, а огромные деревья, вышиной с колокольню, и, если даже он приведет целое стадо слонов, им не съесть и одного баобаба.

Услыхав про слонов, Маленький принц засмеялся:

— Их пришлось бы поставить друг на друга...

 

А потом сказал рассудительно:

— Баобабы сперва, пока не вырастут, бывают совсем маленькие.

— Это верно. Но зачем твоему барашку есть маленькие баобабы?

— А как же! — воскликнул он, словно речь шла о самых простых, азбучных истинах.

И пришлось мне поломать голову, пока я додумался, в чем тут дело.

На планете Маленького принца, как на любой другой планете, растут травы полезные и вредные. А значит, есть там хорошие семена хороших, полезных трав и вредные семена дурной, сорной травы. Но ведь семена невидимы. Они спят глубоко под землей, пока одно из них не вздумает проснуться. Тогда оно пускает росток; он расправляется и тянется к солнцу, сперва такой милый и безобидный. Если это будущий редис или розовый куст, пусть его растет на здоровье. Но если это какая-нибудь дурная трава, надо вырвать ее с корнем, как только ее узнаешь. И вот на планете Маленького принца есть ужасные, зловредные семена... это семена баобабов. Почва планеты вся заражена ими. А если баобаб не распознать вовремя, потом от него уже не избавишься. Он завладеет всей планетой. Он пронижет ее насквозь своими корнями. И если планета очень маленькая, а баобабов много, они разорвут ее на клочки.

 

— Есть такое твердое правило, — сказал мне позднее Маленький принц. — Встал поутру, умылся, привел себя в порядок[98] — и сразу же приведи в порядок свою планету. Непременно надо каждый день выпалывать баобабы, как только их уже можно отличить от розовых кустов: молодые ростки у них почти одинаковые. Это очень скучная работа, но совсем не трудная.

Однажды он посоветовал мне постараться и нарисовать такую картинку, чтобы и у нас дети это хорошо поняли.

— Если им когда-нибудь придется путешествовать, — сказал он, — это им пригодится. Иная работа может и подождать немного, вреда не будет. Но если дашь волю баобабам, беды не миновать. Я знал одну планету, на ней жил лентяй. Он не выполол вовремя три кустика...

Маленький принц подробно мне все описал, и я нарисовал эту планету. Я терпеть не могу читать людям нравоучения. Но мало кто знает, чем грозят баобабы, а опасность, которой подвергается всякий, кто попадет на астероид, очень велика — вот почему на сей раз я решаюсь изменить своей обычной сдержанности[99]. «Дети! — говорю я. — Берегитесь баобабов!» Я хочу предупредить моих друзей об опасности, которая давно уже их подстерегает, а они даже не подозревают о ней, как не подозревал прежде и я. Вот почему я так трудился над этим рисунком, и мне не жаль потраченного труда. Быть может, вы спросите: отчего в этой книжке нет больше таких внушительных рисунков, как этот, с баобабами? Ответ очень прост: я старался, но у меня ничего не вышло. А когда я рисовал баобабы, меня вдохновляло сознание, что это страшно важно и неотложно.

 

VI

О Маленький принц! Понемногу я понял также, как печальна и однообразна была твоя жизнь. Долгое время у тебя было лишь одно развлечение — ты любовался закатом. Я узнал об этом наутро четвертого дня[100], когда ты сказал:

— Я очень люблю закат[101]. Пойдем посмотрим, как заходит солнце[102].

— Ну, придется подождать[103].

— Чего ждать?

— Чтобы солнце зашло.

Сначала ты очень удивился, а потом засмеялся над собою и сказал:

— Мне все кажется, что я у себя дома[104]!

И в самом деле. Все знают, что, когда в Америке полдень, во Франции солнце уже заходит[105]. И если бы за одну минуту перенестись во Францию, можно было бы полюбоваться закатом. К несчастью, до Франции очень, очень далеко. А на твоей планетке тебе довольно было передвинуть стул на несколько шагов. И ты опять и опять смотрел на закатное небо, стоило только захотеть...

— Однажды я за один день видел заход солнца сорок три раза!

И немного погодя ты прибавил:

— Знаешь... когда очень грустно, хорошо поглядеть, как заходит солнце...

— Значит, в тот день, когда ты видел сорок три заката[106], тебе было очень грустно?

Но Маленький принц не ответил.

 

VII

На пятый день[107], опять-таки благодаря барашку, я узнал секрет Маленького принца. Он спросил неожиданно, без предисловий, точно пришел к этому выводу после долгих молчаливых раздумий:

— Если барашек ест кусты, он и цветы ест?

— Он ест все, что попадется.

— Даже такие цветы, у которых шипы?

— Да, и те, у которых шипы.

— Тогда зачем шипы?

Этого я не знал. Я был очень занят: в моторе заело один болт[108], и я старался его отвернуть. Мне было не по себе, положение становилось серьезным, воды почти не осталось, и я начал бояться, что моя вынужденная посадка плохо кончится.

— Зачем нужны шипы[109]?

Задав какой-нибудь вопрос, Маленький принц уже не отступался, пока не получал ответа. Неподатливый болт выводил меня из терпенья, и я ответил наобум:

— Шипы ни за чем не нужны, цветы выпускают их просто от злости[110].

— Вот как!

Наступило молчание. Потом он сказал почти сердито:

— Не верю я тебе! Цветы слабые. И простодушные[111]. И они стараются придать себе храбрости. Они думают: если у них шипы, их все боятся...

Я не ответил. В ту минуту я говорил себе: "Если этот болт и сейчас не поддастся, я так стукну по нему молотком, что он разлетится вдребезги". Маленький принц снова перебил мои мысли:

— А ты думаешь, что цветы...

— Да нет же! Ничего я не думаю! Я ответил тебе первое, что пришло в голову. Ты видишь, я занят серьезным делом.

Он посмотрел на меня в изумлении.

— Серьезным делом?!

Он все смотрел на меня: перепачканный смазочным маслом, с молотком в руках, я наклонился над непонятным предметом, который казался ему таким уродливым.

— Ты говоришь, как взрослые! — сказал он.

Мне стало совестно. А он беспощадно прибавил:

— Все ты путаешь[112]... ничего не понимаешь!

Да, он не на шутку рассердился. Он тряхнул головой, и ветер растрепал его золотые волосы.

— Я знаю одну планету, там живет такой господин с багровым лицом. Он за всю свою жизнь ни разу не понюхал цветка. Ни разу не поглядел на звезду. Он никогда никого не любил. И никогда ничего не делал. Он занят только одним: складывает цифры. И с утра до ночи твердит одно: "Я человек серьезный! Я человек серьезный!" — совсем как ты. И прямо раздувается от гордости. А на самом деле он не человек. Он гриб.

— Что?

— Гриб[113]!

Маленький принц даже побледнел от гнева.

— Миллионы лет у цветов растут шипы. И миллионы лет барашки все-таки едят цветы. Так неужели же это не серьезное дело - понять, почему они изо всех сил стараются отрастить шипы, если от шипов нет никакого толку? Неужели это не важно, что барашки и цветы воюют друг с другом? Да разве это не серьезнее и не важнее, чем арифметика толстого господина с багровым лицом? А если я знаю единственный в мире цветок, он растет только на моей планете, и другого такого больше нигде нет, а маленький барашек в одно прекрасное утро вдруг возьмет и съест его, и даже не будет знать, что он натворил[114]? И это все, по-твоему, не важно?

Он густо покраснел. Потом снова заговорил:

 

— Если любишь цветок - единственный, какого больше нет ни на одной из многих миллионов звезд[115], — этого довольно: смотришь на небо - и ты счастлив. И говоришь себе: "Где-то там живет мой цветок..." Но если барашек его съест, это все равно как если бы все звезды разом погасли! И это, по-твоему, не важно![116]

Он больше не мог говорить. Он вдруг разрыдался[117]. Стемнело. Я бросил работу. Я и думать забыл про злополучный болт и молоток, про жажду и смерть. На звезде, на планете — на моей планете по имени Земля, — плакал Маленький принц, и надо было его утешить. Я взял его на руки и стал баюкать. Я говорил ему: "Цветку, который ты любишь, ничто не грозит... Я нарисую твоему барашку намордник... Нарисую для твоего цветка броню... Я..." Я не знал, что еще ему сказать. Я чувствовал себя ужасно неловким и неуклюжим. Как позвать, чтобы он услышал, как догнать его душу, ускользающую от меня[118]... Ведь она такая таинственная и неизведанная, эта страна слез...

 

VIII

Очень скоро я лучше узнал этот цветок. На планете Маленького принца всегда росли простые, скромные цветы - у них было мало лепестков, они занимали совсем мало места и никого не беспокоили. Они раскрывались поутру в траве и под вечер увядали[119]. А этот пророс однажды из зерна, занесенного неведомо откуда[120], и Маленький принц не сводил глаз с крохотного ростка[121], не похожего на все остальные ростки и былинки. Вдруг это какая-нибудь новая разновидность баобаба? Но кустик быстро перестал тянуться ввысь, и на нем появился бутон[122]. Маленький принц никогда еще не видал таких огромных бутонов и предчувствовал, что увидит чудо. А неведомая гостья, скрытая в стенах своей зеленой комнатки, все готовилась, все прихорашивалась. Она заботливо подбирала краски. Она наряжалась неторопливо, один за другим примеряя лепестки. Она не желала явиться на свет встрепанная, точно какой-нибудь мак. Она хотела показаться во всем блеске своей красоты. Да, это была ужасная кокетка! Таинственные приготовления длились день за днем. И вот однажды утром, едва взошло солнце, лепестки раскрылись.

 

И красавица, которая столько трудов положила, готовясь к этой минуте, сказала, позевывая:

— Ах, я насилу проснулась... Прошу извинить... Я еще совсем растрепанная[123]...

Маленький принц не мог сдержать восторга:

— Как вы прекрасны[124]!

— Да, правда? - был тихий ответ. - И заметьте, я родилась вместе с солнцем.

Маленький принц, конечно, догадался, что удивительная гостья не страдает избытком скромности, зато она была так прекрасна, что дух захватывало!

А она вскоре заметила:

— Кажется, пора завтракать. Будьте так добры, позаботьтесь обо мне...

 

Маленький принц очень смутился, разыскал лейку и полил цветок ключевой водой.

Скоро оказалось, что красавица горда и обидчива, и Маленький принц совсем с ней измучился. У нее было четыре шипа[125], и однажды она сказала ему:

— Пусть приходят тигры, не боюсь[126] я их когтей!

 

— На моей планете тигры не водятся, - возразил Маленький принц. - И потом, тигры не едят траву.

— Я не трава[127], - тихо заметил цветок.

— Простите меня...

— Нет, тигры мне не страшны[128], но я ужасно боюсь сквозняков. У вас нет ширмы?

 

"Растение, а боится сквозняков[129]... очень странно... - подумал Маленький принц. - Какой трудный характер у этого цветка".

— Когда настанет вечер, накройте меня колпаком. У вас тут слишком холодно. Очень неуютная планета. Там, откуда я прибыла...

Она не договорила. Ведь ее занесло сюда, когда она была еще зернышком. Она ничего не могла знать о других мирах[130]. Глупо лгать, когда тебя так легко уличить! Красавица смутилась, потом кашлянула раз-другой, чтобы Маленький принц почувствовал, как он перед нею виноват:

— Где же ширма?

— Я хотел пойти за ней, но не мог же я вас не дослушать!

Тогда она закашляла сильнее: пускай его все-таки помучит совесть!

Хотя Маленький принц и полюбил прекрасный цветок, и рад был ему служить, но вскоре в душе его пробудились сомнения. Пустые слова он принимал близко к сердцу и стал чувствовать себя очень несчастным.

 

— Напрасно я ее слушал, - доверчиво сказал он мне однажды. - Никогда не надо слушать, что говорят цветы. Надо просто смотреть на них и дышать их ароматом[131]. Мой цветок напоил благоуханием всю мою планету, а я не умел ему радоваться. Эти разговоры о когтях и тиграх... Они должны бы меня растрогать, а я разозлился...

И еще он признался:

— Ничего я тогда не понимал! Надо было судить не по словам, а по делам[132]. Она дарила мне свой аромат, озаряла мою жизнь. Я не должен был бежать[133]. За этими жалкими хитростями и уловками надо было угадать нежность[134]. Цветы так непоследовательны! Но я был слишком молод, я еще не умел любить.

IX

 

Как я понял, он решил странствовать с перелетными птицами[135].

В последнее утро он старательней обычного прибрал свою планету. Он заботливо прочистил действующие вулканы[136]. У него было два действующих вулкана. На них очень удобно по утрам разогревать завтрак. Кроме того, у него был еще один потухший вулкан[137]. Но, сказал он, мало ли что может случиться! Поэтому он прочистил и потухший вулкан тоже. Когда вулканы аккуратно чистишь, они горят ровно и тихо, без всяких извержений. Извержение вулкана - это все равно что пожар в печной трубе, когда там загорится сажа. Конечно, мы, люди на Земле, слишком малы и не можем прочищать наши вулканы. Вот почему они доставляют нам столько неприятностей[138].

Потом Маленький принц не без грусти вырвал последние ростки баобабов. Он думал, что никогда не вернется. Но в то утро привычная работа доставляла ему необыкновенное удовольствие. А когда он в последний раз полил чудесный цветок и собрался накрыть колпаком, ему даже захотелось плакать.

 

— Прощайте, - сказал он.

Красавица не ответила.

— Прощайте, - повторил Маленький принц.

Она кашлянула. Но не от простуды.

— Я была глупая[139], - сказала она наконец. - Прости меня. И постарайся быть счастливым.

И ни слова упрека. Маленький принц очень удивился. Он застыл, растерянный, со стеклянным колпаком в руках. Откуда эта тихая нежность?

— Да, да, я люблю тебя, - услышал он. - Моя вина, что ты этого не знал. Да это и не важно. Но ты был такой же глупый, как я. Постарайся быть счастливым[140]... Оставь колпак, он мне больше не нужен.

— Но ветер...

— Не так уж я простужена... Ночная свежесть пойдет мне на пользу. Ведь я - цветок.

— Но звери, насекомые... — Должна же я стерпеть двух-трех гусениц[141], если хочу познакомиться с бабочками. Они, наверно, прелестны. А то кто же станет меня навещать? Ты ведь будешь далеко. А больших зверей я не боюсь. У меня тоже есть когти.

И она в простоте душевной показала свои четыре шипа. Потом прибавила:

— Да не тяни же, это невыносимо! Решил уйти - так уходи.

Она не хотела, чтобы Маленький принц видел, как она плачет. Это был очень гордый цветок...

 

X

Ближе всего к планете Маленького принца были астероиды 325, 326, 327, 328, 329 и 330[142]. Вот он и решил для начала посетить их: надо же найти себе занятие, да и поучиться[143] чему-нибудь.

 

На первом астероиде жил король[144]. Облаченный в пурпур и горностай, он восседал на троне, очень простом и все же величественном.

— А, вот и подданный! - воскликнул король, увидав Маленького принца.

"Как же он меня узнал? - подумал Маленький принц. - Ведь он видит меня в первый раз!"

Он не знал, что короли смотрят на мир очень упрощенно: для них все люди - подданные.

— Подойди, я хочу тебя рассмотреть, - сказал король, ужасно гордый тем, что он может быть для кого-то королем.

Маленький принц оглянулся - нельзя ли где-нибудь сесть, но великолепная горностаевая мантия покрывала всю планету. Пришлось стоять, а он так устал... И вдруг он зевнул.

— Этикет не разрешает зевать в присутствии монарха, - сказал король. - Я запрещаю тебе зевать.

— Я нечаянно, - ответил Маленький принц, очень смущенный. - Я долго был в пути и совсем не спал...

— Ну, тогда я повелеваю тебе зевать, - сказал король. - Многие годы я не видел, чтобы кто-нибудь зевал. Мне это даже любопытно. Итак, зевай! Таков мой приказ.

— Но я робею... я больше не могу... - вымолвил Маленький принц и густо покраснел.

— Гм, гм... Тогда... тогда я повелеваю тебе то зевать, то...[145]

Король запутался и, кажется, даже немного рассердился.

Ведь для короля самое важное - чтобы ему повиновались беспрекословно. Непокорства он бы не потерпел. Это был абсолютный монарх. Но он был очень добр, а потому отдавал только разумные приказания.

"Если я повелю своему генералу обернуться морской чайкой, - говаривал он, - и если генерал не выполнит приказа, это будет не его вина, а моя".

— Можно мне сесть? - робко спросил Маленький принц.

— Повелеваю: сядь! - отвечал король и величественно подобрал одну полу своей горностаевой мантии[146].

Но Маленький принц недоумевал. Планетка такая крохотная. Где же тут царствовать?

— Ваше величество, - начал он, - позвольте вас спросить...

— Повелеваю: спрашивай! - поспешно сказал король.

— Ваше величество... Где же ваше королевство[147]?

— Везде, - просто ответил король.

— Везде?

Король повел рукою, скромно указывая на свою планету, а также и на другие планеты, и на звезды.

— И все это ваше? - переспросил Маленький принц.

— Да, - отвечал король.

Ибо он был поистине полновластный монарх и не знал никаких пределов и ограничений.

— И звезды вам повинуются? - спросил Маленький принц.

— Ну конечно, - отвечал король. - Звезды повинуются мгновенно. Я не терплю непослушания.

Маленький принц был восхищен. Вот бы ему такое могущество! Он бы тогда любовался закатом не сорок четыре раза в день, а семьдесят два, а то и сто, и двести раз, и при этом даже не приходилось бы передвигать стул с места на место! Тут он снова загрустил, вспоминая свою покинутую планету, и, набравшись храбрости, попросил короля:

— Мне хочется поглядеть на заход солнца... Пожалуйста, сделайте милость, повелите солнцу закатиться...

— Если я прикажу какому-нибудь генералу порхать бабочкой с цветка на цветок, или сочинить трагедию, или обернуться морской чайкой и генерал не выполнит приказа, кто будет в этом виноват - он или я?

— Вы, ваше величество, - ни минуты не колеблясь, ответил Маленький принц.

— Совершенно верно, - подтвердил король. - С каждого надо спрашивать то, что он может дать. Власть, прежде всего, должна быть разумной. Если ты повелишь своему народу броситься в море, он устроит революцию[148]. Я имею право требовать послушания, потому что веления мои разумны[149].

— А как же заход солнца? - напомнил Маленький принц: раз о чем-нибудь спросив, он уже не отступался, пока не получал ответа.

— Будет тебе и заход солнца. Я потребую, чтобы солнце зашло. Но сперва дождусь благоприятных условий, ибо в этом и состоит мудрость правителя.

— А когда условия будут благоприятные? - осведомился Маленький принц.

— Гм, гм, - ответил король, листая толстый календарь. - Это будет... гм, гм... сегодня это будет в семь часов сорок минут вечера[150]. И тогда ты увидишь, как точно исполнится мое повеление.

Маленький принц зевнул. Жаль, что тут не поглядишь на заход солнца, когда хочется! И, по правде говоря, ему уже стало скучновато.

— Мне пора, - сказал он королю. - Больше мне здесь нечего делать[151].

— Останься! - сказал король: он был очень горд тем, что у него нашелся подданный, и не хотел с ним расставаться. - Останься, я назначу тебя министром.

— Министром чего?

— Ну... правосудия[152].

— Но ведь здесь некого судить!

— Как знать, - возразил король. - Я еще не осмотрел всего моего королевства. Я очень стар, для кареты у меня нет места, а ходить пешком так утомительно...

Маленький принц наклонился и еще раз заглянул на другую сторону планеты.

— Но я уже посмотрел! - воскликнул он. - Там тоже никого нет.

— Тогда суди сам себя, - сказал король. - Это самое трудное. Себя судить куда труднее, чем других. Если ты сумеешь правильно судить себя, значит, ты поистине мудр[153].

— Сам себя я могу судить где угодно, - сказал Маленький принц. - Для этого мне незачем оставаться у вас.

— Гм, гм... - сказал король. - Мне кажется, где-то на моей планете живет старая крыса. Я слышу, как она скребется по ночам. Ты мог бы судить эту старую крысу. Время от времени приговаривай ее к смертной казни. От тебя будет зависеть ее жизнь. Но потом каждый раз надо будет ее помиловать. Надо беречь старую крысу: она ведь у нас одна[154].

— Не люблю я выносить смертные приговоры[155], - сказал Маленький принц. - И вообще мне пора.

— Нет, не пора, - возразил король.

Маленький принц уже совсем собрался в дорогу, но ему не хотелось огорчать старого монарха.

— Если вашему величеству угодно, чтобы ваши повеления беспрекословно исполнялись, - сказал он, - вы могли бы отдать мне благоразумное приказание. Например, повелите мне пуститься в путь, не мешкая ни минуты... Мне кажется, условия для этого самые что ни на есть благоприятные[156]...

Король не отвечал, и Маленький принц немного помедлил в нерешимости, потом вздохнул и отправился в путь.

— Назначаю тебя послом[157]! - поспешно крикнул вдогонку ему король.

И вид у него при этом был такой, точно он не потерпел бы никаких возражений.

"Странный народ эти взрослые", - сказал себе Маленький принц, продолжая путь.

 

XI

 

На второй планете жил честолюбец.

— О, вот и почитатель явился[158]! — воскликнул он, еще издали завидев Маленького принца.

Ведь тщеславные люди воображают, что все ими восхищаются.

— Добрый день, — сказал Маленький принц. — Какая у вас забавная шляпа.

— Это чтобы раскланиваться, — объяснил честолюбец. — Чтобы раскланиваться, когда меня приветствуют. К несчастью, сюда никто не заглядывает.

— Вот как? — промолвил Маленький принц: он ничего не понял.

— Похлопай-ка в ладоши, — сказал ему честолюбец.

Маленький принц захлопал в ладоши. Честолюбец приподнял шляпу и скромно раскланялся.

«Здесь веселее, чем у старого короля», — подумал Маленький принц. И опять стал хлопать в ладоши. А честолюбец опять стал раскланиваться, снимая шляпу.

Так минут пять подряд повторялось одно и то же, и Маленькому принцу это наскучило.

— А что надо сделать, чтобы шляпа упала[159]? — спросил он.

Но честолюбец не слышал. Тщеславные люди глухи ко всему, кроме похвал.

— Ты и правда мой восторженный почитатель[160]? — спросил он Маленького принца.

— А как это — почитать?

— Почитать — значит признавать, что на этой планете я всех красивее, всех наряднее, всех богаче и всех умней.

— Да ведь на твоей планете больше и нет никого!

— Ну, доставь мне удовольствие, всё равно восхищайся мною!

— Я восхищаюсь, — сказал Маленький принц, слегка пожав плечами, — но какая тебе от этого радость?

И он сбежал от честолюбца.

«Право же, взрослые — очень странные люди», — только и подумал он, пускаясь в путь.

 

XII

 

На следующей планете жил пьяница. Маленький принц пробыл у него совсем недолго, но стало ему после этого очень невесело.

Когда он явился на эту планету, пьяница молча сидел, уставясь на полчища бутылок — пустых и полных.

— Что это ты делаешь? — спросил Маленький принц.

— Пью, — мрачно ответил пьяница.

— Зачем?

— Чтобы забыть.

— О чем забыть? — спросил Маленький принц. Ему стало жаль пьяницу.

— Хочу забыть, что мне совестно, — признался пьяница и повесил голову[161].

— Отчего же тебе совестно? — спросил Маленький принц. Ему очень хотелось помочь бедняге.

— Совестно пить![162] — объяснил пьяница, и больше от него нельзя было добиться ни слова.

И Маленький принц отправился дальше, растерянный и недоумевающий.

«Да, право же, взрослые очень, очень странный народ», — подумал он, продолжая путь[163].

 

XIII

 

Четвертая планета принадлежала деловому человеку. Он был так занят, что при появлении Маленького принца даже головы не поднял[164].

— Добрый день, — сказал ему Маленький принц. — Ваша сигарета погасла.

— Три да два — пять. Пять да семь — двенадцать. Двенадцать да три — пятнадцать. Добрый день. Пятнадцать да семь - двадцать два. Двадцать два да шесть — двадцать восемь. Некогда спичкой чиркнуть. Двадцать шесть да пять — тридцать один. Уф! Итого, стало быть, пятьсот один миллион шестьсот двадцать две тысячи семьсот тридцать один.

— Пятьсот миллионов чего?

— А? Ты еще здесь? Пятьсот миллионов... Уж не знаю чего... У меня столько работы! Я человек серьезный, мне не до болтовни! Два да пять — семь...

— Пятьсот миллионов чего? — повторил Маленький принц: спросив о чем-нибудь, он не отступался, пока не получал ответа.

Деловой человек поднял голову.

— Уже пятьдесят четыре года я живу на этой планете, и за все время мне мешали только три раза. В первый раз, двадцать два года тому назад, ко мне откуда-то залетел майский жук. Он поднял ужасный шум, и я тогда сделал четыре ошибки в сложении. Во второй раз, одиннадцать лет тому назад, у меня был приступ ревматизма. От сидячего образа жизни[165]. Мне разгуливать некогда. Я человек серьезный. Третий раз... вот он! Итак, стало быть, пятьсот миллионов...

— Миллионов чего?

Деловой человек понял, что надо ответить, а то не будет ему покоя.

— Пятьсот миллионов этих маленьких штучек, которые иногда видны в воздухе.

— Это что же, мухи?

— Да нет же, такие маленькие, блестящие.

— Пчелы?

— Да нет же. Такие маленькие, золотые, всякий лентяй как посмотрит на них, так и размечтается. А я человек серьезный. Мне мечтать некогда.

— А, звезды?

— Вот-вот. Звезды.

— Пятьсот миллионов звезд? Что же ты с ними со всеми делаешь?

— Пятьсот один миллион шестьсот двадцать две тысячи семьсот тридцать одна. Я человек серьезный, я люблю точность.

— Что же ты делаешь со всеми этими звездами?

— Что делаю?

— Да.

— Ничего не делаю. Я ими владею.

— Владеешь звездами?

— Да.

— Но я уже видел короля, который...

— Короли ничем не владеют. Они только царствуют. Это совсем не одно и то же.

— А для чего тебе владеть звездами?

— Чтобы быть богатым.

— А для чего быть богатым?

— Чтобы покупать еще новые звезды, если их кто-нибудь откроет.

"Он рассуждает, почти как тот пьяница", — подумал Маленький принц.

И стал спрашивать дальше:

— А как можно владеть звездами?

— Звезды чьи? — ворчливо спросил делец.

— Не знаю. Ничьи.

— Значит, мои, потому что я первый до этого додумался.

— И этого довольно?

— Ну конечно. Если ты найдешь алмаз, у которого нет хозяина, — значит, он твой. Если ты найдешь остров, у которого нет хозяина, - он твой. Если тебе первому придет в голову какая-нибудь идея, ты берешь на нее патент: она твоя. Я владею звездами, потому что до меня никто не догадался ими завладеть.

— Вот это верно, — сказал Маленький принц. — А что же ты с ними делаешь?

— Распоряжаюсь ими, — ответил делец. — Считаю их и пересчитываю. Это очень трудно. Но я человек серьезный.

Однако Маленькому принцу этого было мало.

— Если у меня есть шелковый платок, я могу повязать его вокруг шеи и унести с собой, — сказал он. — Если у меня есть цветок, я могу его сорвать и унести с собой. А ты ведь не можешь забрать звезды!

— Нет, но я могу положить их в банк.

— Как это?

— А так: пишу на бумажке, сколько у меня звезд. Потом кладу эту бумажку в ящик и запираю его на ключ.

— И все?

— Этого довольно.

"Забавно! — подумал Маленький принц. — И даже поэтично. Но не так уж это серьезно".

Что серьезно, а что несерьезно — это Маленький принц понимал по-своему, совсем не так, как взрослые.

— У меня есть цветок, — сказал он, — и я каждое утро его поливаю. У меня есть три вулкана, я каждую неделю их прочищаю. Все три прочищаю, и потухший тоже. Мало ли что может случиться. И моим вулканам, и моему цветку полезно, что я ими владею. А звездам от тебя нет никакой пользы...

Деловой человек открыл было рот, но так и не нашелся что ответить, и Маленький принц отправился дальше.

"Нет, взрослые и правда поразительный народ", — простодушно говорил он себе, продолжая путь.[166]

 

XIV

 

Пятая планета была очень занятная. Она оказалась меньше всех. На ней только и помещалось что фонарь да фонарщик[167]. Маленький принц никак не мог понять, для чего на крохотной, затерявшейся в небе планетке, где нет ни домов, ни жителей, нужны фонарь и фонарщик. Но он подумал:

«Может быть, этот человек и нелеп. Но он не так нелеп, как король, честолюбец, делец и пьяница. В его работе всё-таки есть смысл. Когда он зажигает свой фонарь — как будто рождается еще одна звезда или цветок. А когда он гасит фонарь — как будто звезда или цветок засыпают. Прекрасное занятие. Это по-настоящему полезно, потому что красиво[168]».

И, поравнявшись с этой планеткой, он почтительно поклонился фонарщику.

— Добрый день, — сказал он. — Почему ты сейчас погасил фонарь?

— Такой уговор, — ответил фонарщик. — Добрый день.

— А что это за уговор?

— Гасить фонарь. Добрый вечер.

И он снова засветил фонарь.

— Зачем же ты опять его зажег?

— Такой уговор, повторил фонарщик.

— Не понимаю, — признался Маленький принц.

— И понимать нечего, — сказал фонарщик. — Уговор есть уговор. Добрый день.[169]

И погасил фонарь.

Потом красным клетчатым платком[170] утёр пот со лба и сказал:

— Тяжкое у меня ремесло. Когда-то это имело смысл. Я гасил фонарь по утрам, а вечером опять зажигал[171]. У меня оставался день, чтобы отдохнуть, и ночь, чтобы выспаться...

— А потом уговор переменился?

— Уговор не менялся, — сказал фонарщик. — В том-то и беда! Моя планета год от года вращается всё быстрее, а уговор остаётся прежний.

— И как же теперь? — спросил Маленький принц.

— Да вот так. Планета делает полный оборот за одну минуту, и у меня нет ни секунды передышки. Каждую минуту я гашу фонарь и опять его зажигаю.

— Вот забавно! Значит, у тебя день длится всего одну минуту!

— Ничего тут нет забавного, — возразил фонарщик. — Мы с тобой разговариваем уже целый месяц.

— Целый месяц?!

— Ну да. Тридцать минут. Тридцать дней. Добрый вечер!

И он опять засветил фонарь.

Маленький принц смотрел на фонарщика, и ему все больше нравился этот человек, который был так верен своему слову. Маленький принц вспомнил, как он когда-то переставлял стул с места на место, чтобы лишний раз поглядеть на закат. И ему захотелось помочь другу.

— Послушай, — сказал он фонарщику. — Я знаю средство: ты можешь отдыхать когда только захочешь...

— Мне всё время хочется отдыхать, — сказал фонарщик.

Ведь можно быть верным слову и всё-таки ленивым.

— Твоя планетка такая крохотная, — продолжал Маленький принц, — ты можешь обойти её в три шага. И просто нужно идти с такой скоростью, чтобы все время оставаться на солнце. Когда тебе захочется отдохнуть, ты просто все иди, иди... И день будет тянуться столько времени, сколько ты пожелаешь.

— Ну, от этого мне мало толку, — сказал фонарщик. — Больше всего на свете я люблю спать[172].

— Тогда плохо твоё дело, — посочувствовал Маленький принц.

— Плохо мое дело[173], — подтвердил фонарщик. — Добрый день.

И погасил фонарь.

«Вот человек, — сказал себе Маленький принц, продолжая путь, — вот человек, которого все стали бы презирать — и король, и честолюбец, и пьяница, и делец. А между тем из них всех он один, по-моему, не смешон[174]. Может быть, потому, что он думает не только о себе».

Маленький принц вздохнул.

«Вот бы с кем подружиться, — подумал он ещё. — Но его планетка уж очень крохотная[175]. Там нет места для двоих...»

Он не смел себе признаться в том, что больше всего жалеет об этой чудесной планетке ещё по одной причине: за двадцать четыре часа на ней можно любоваться закатом тысячу четыреста сорок раз!

 

XV

 

Шестая планета была в десять раз[176] больше предыдущей. На ней жил старик, который писал толстенные книги[177].

— Смотрите-ка! Вот прибыл путешественник! — воскликнул он, заметив Маленького принца.

Маленький принц сел на стол, чтобы отдышаться. Он уже столько странствовал[178]!

— Откуда ты? — спросил старик.

— Что это за огромная книга? — спросил Маленький принц. — Что вы здесь делаете?

— Я географ, — ответил старик.

— А что такое географ?

— Это ученый, который знает, где находятся моря, реки, города, горы и пустыни[179].

— Как интересно! — сказал Маленький принц. — Вот это настоящее дело!

И он окинул взглядом планету географа. Никогда еще он не видал такой величественной планеты.

— Ваша планета очень красивая, — сказал он. — А океаны у вас есть?

— Этого я не знаю, — сказал географ.

— О-о... — разочарованно протянул Маленький принц. — А горы есть?

— Не знаю, — повторил географ.

— А города, реки, пустыни?

— И этого я тоже не знаю.

— Но ведь вы географ!

— Вот именно, — сказал старик. — Я географ, а не путешественник. Мне ужасно не хватает путешественников. Ведь не географы ведут счет городам, рекам, горам, морям, океанам и пустыням. Географ — слишком важное лицо, ему некогда разгуливать. Он не выходит из своего кабинета. Но он принимает у себя путешественников и записывает их рассказы. И если кто-нибудь из них расскажет что-нибудь интересное, географ наводит справки и проверяет, порядочный ли человек этот путешественник[180].

— А зачем?

— Да ведь если путешественник станет врать, в учебниках географии все перепутается. И если он выпивает лишнее — тоже беда.

— А почему?

— Потому что у пьяниц двоится в глазах. И там, где на самом деле одна гора, географ отметит две.[181]

— Я знал одного человека... Из него вышел бы плохой путешественник, — сказал Маленький принц.

— Очень возможно. Так вот, если окажется, что путешественник — человек порядочный, тогда проверяют его открытие.

— Как проверяют? Идут и смотрят?

— Ну нет. Это слишком сложно. Просто требуют, чтобы путешественник представил доказательства. Например, если он открыл большую гору, пускай принесет с нее большие камни[182].

Географ вдруг разволновался:

— Но ты ведь и сам путешественник! Ты явился издалека! Расскажи мне о своей планете!

И он раскрыл толстенную книгу и очинил карандаш. Рассказы путешественников сначала записывают карандашом. И только после того как путешественник представит доказательства, можно записать его рассказ чернилами.

— Слушаю тебя, — сказал географ.

— Ну, у меня там не так уж интересно, — промолвил Маленький принц. — У меня все очень маленькое. Есть три вулкана. Два действуют, а один давно потух. Но мало ли что может случиться...

— Да, все может случиться, — подтвердил географ.

— Потом, у меня есть цветок.

— Цветы мы не отмечаем, — сказал географ.

— Почему?! Это ведь самое красивое!

— Потому, что цветы эфемерны.

— Как это - эфемерны?

— Книги по географии — самые драгоценные книги на свете, — объяснил географ. — Они никогда не устаревают. Ведь это очень редкий случай, чтобы гора сдвинулась с места. Или чтобы океан пересох. Мы пишем о вещах вечных и неизменных.

— Но потухший вулкан может проснуться, — прервал Маленький принц. — А что такое «эфемерный»?

— Потух вулкан или действует — это для нас, географов, не имеет значения, — сказал географ. — Важно одно: гора[183]. Она не меняется.

— А что такое «эфемерный»? — спросил Маленький принц, ведь раз задав вопрос, он не отступался, пока не получал ответа.

— Это значит: тот, что должен скоро исчезнуть.

— И мой цветок должен скоро исчезнуть?

— Разумеется.

«Моя краса и радость недолговечна, — сказал себе Маленький принц, — и ей нечем защищаться от мира: у неё только и есть что четыре шипа. А я бросил её, и она осталась на моей планете совсем одна!»

Это впервые он пожалел о покинутом цветке. Но мужество тотчас вернулось к нему.

— Куда вы посоветуете мне отправиться? — спросил он географа.

— Посети планету Земля, — отвечал географ. — У неё неплохая репутация[184]...

И Маленький принц пустился в путь, но мысли его были о покинутом цветке.

 

XVI

Итак, седьмая планета[185], которую он посетил, была Земля. Земля - планета непростая! На ней насчитывается сто одиннадцать королей (в том числе, конечно, и негритянских[186]), семь тысяч географов, девятьсот тысяч дельцов, семь с половиной миллионов пьяниц, триста одиннадцать миллионов честолюбцев - итого около двух миллиардов взрослых.

Чтобы дать вам понятие о том, как велика Земля, скажу лишь, что, пока не изобрели электричество, на всех шести континентах приходилось держать целую армию фонарщиков - четыреста шестьдесят две тысячи пятьсот одиннадцать человек.

Если поглядеть со стороны, это было великолепное зрелище. Движения этой армии подчинялись точнейшему ритму, совсем как в балете.

Первыми выступали фонарщики Новой Зеландии и Австралии. Засветив свои огни, они отправлялись спать. За ними наступал черед фонарщиков Китая. Исполнив свой танец, они тоже скрывались за кулисами. Потом приходил черед фонарщиков в России и в Индии. Потом - в Африке и Европе. Затем в Южной Америке. Затем в Северной Америке. И никогда они не ошибались, никто не выходил на сцену не вовремя. Да, это было блистательно.

Только тому фонарщику, что должен был зажигать единственный фонарь на Северном полюсе, да еще его собрату на Южном полюсе - только этим двоим жилось легко и беззаботно: им приходилось заниматься своим делом всего два раза в год.

XVII

Когда очень хочешь сострить, иной раз поневоле приврешь. Рассказывая о фонарщиках, я несколько погрешил против истины. Боюсь, что у тех, кто не знает нашей планеты, сложится о ней неверное представление. Люди занимают на Земле не так уж много места. Если бы два миллиарда ее жителей сошлись и стали сплошной толпой, как на митинге, все они без труда уместились бы на пространстве размером двадцать миль в длину и двадцать в ширину. Все человечество можно бы составить плечом к плечу на самом маленьком островке в Тихом океане[187].

Взрослые вам, конечно, не поверят. Они воображают, что занимают очень много места. Они кажутся сами себе величественными, как баобабы. А вы посоветуйте им сделать точный расчет. Им это понравится, они ведь обожают цифры. Вы же не тратьте время на эту арифметику[188]. Это ни к чему. Вы и без того мне верите.

 

Итак, попав на Землю, Маленький принц не увидел ни души и очень удивился. Он подумал даже, что залетел по ошибке на какую-то другую планету. Но тут в песке шевельнулось колечко цвета лунного луча[189].

— Добрый вечер, — сказал на всякий случай Маленький принц.

— Добрый вечер, — ответила змея.

— На какую это планету я попал?

— На Землю, — сказала змея. — В Африку.

— Вот как. А разве на Земле нет людей?

— Это пустыня. В пустынях никто не живет. Но Земля большая.

Маленький принц сел на камень и поднял глаза к небу.

— Хотел бы я знать, зачем звезды светятся, — задумчиво сказал он. — Наверно, затем, чтобы рано или поздно каждый мог снова отыскать свою. Смотри, вот моя планета — прямо над нами... Но как до нее далеко[190]!

— Красивая планета, — сказала змея. — А что ты будешь делать здесь, на Земле?

— Я поссорился со своим цветком, — признался Маленький принц.

— А, вот оно что...

И оба умолкли.

 

— А где же люди? — вновь заговорил наконец Маленький принц. — В пустыне все-таки одиноко...

— Среди людей тоже одиноко, — заметила змея.

Маленький принц внимательно посмотрел на нее.

— Странное ты существо, — сказал он. — Не толще пальца...

— Но могущества у меня больше, чем в пальце короля, — возразила змея.

Маленький принц улыбнулся.

— Ну, разве ты уж такая могущественная? У тебя даже лап нет. Ты и путешествовать не можешь...

— Я могу унести тебя дальше, чем любой корабль[191], — сказала змея.

И обвилась вокруг щиколотки Маленького принца, словно золотой браслет.

— Всех, кого я коснусь, я возвращаю земле, из которой они вышли, — сказала она. — Но ты чист и явился со звезды[192]...

Маленький принц не ответил.

— Мне жаль тебя, — продолжала змея. — Ты так слаб на этой Земле, жесткой, как гранит[193]. В тот день, когда ты горько пожалеешь о своей покинутой планете, я сумею тебе помочь[194]. Я могу...

— Я прекрасно понял, — сказал Маленький принц. — Но почему ты все время говоришь загадками?

— Я решаю все загадки[195], — сказала змея. И оба умолкли[196].

 

XVIII

 

Маленький принц пересёк пустыню и никого не встретил. За всё время ему попался только один цветок — крохотный, невзрачный цветок о трех лепестках[197]...

— Здравствуй, — сказал Маленький принц.

— Здравствуй, — отвечал цветок.

— А где люди? — вежливо спросил Маленький принц.

Цветок видел однажды, как мимо шёл караван[198].

— Люди? Ах да... Их всего-то, кажется, шесть или семь. Я видел их много лет назад. Но где их искать — неизвестно. Их носит ветром. У них нет корней — это очень неудобно[199].

— Прощай, — сказал Маленький принц.

— Прощай, — сказал цветок.

 

XIX

Маленький принц поднялся на высокую гору. Прежде он никогда не видал гор, кроме своих трёх вулканов, которые были ему по колено. Потухший вулкан служил ему табуретом[200]. И теперь он подумал: «С такой высокой горы я сразу увижу всю планету и всех людей». Но увидел только скалы, острые и тонкие, как иглы.

 

— Добрый день, — сказал он на всякий случай.

«Добрый день... день... день...» - откликнулось эхо.

— Кто вы? — спросил Маленький принц.

«Кто вы... кто вы... кто вы... - откликнулось эхо.

— Будем друзьями, я совсем один, — сказал он.

«Один... один... один...» — откликнулось эхо.[201]

«Какая странная планета! — подумал Маленький принц. — Совсем сухая, вся в иглах и солёная[202]. И у людей не хватает воображения. Они только повторяют то, что им скажешь... Дома у меня был цветок, моя краса и радость, и он всегда заговаривал первым».

 

XX

Долго шел Маленький принц через пески, скалы и снега и наконец набрел на дорогу. А все дороги ведут к людям.

— Добрый день, — сказал он.

Перед ним был сад, полный роз[203].

— Добрый день, — отозвались розы.

И Маленький принц увидел, что все они похожи на его цветок.

 

— Кто вы? — спросил он, пораженный.

— Мы — розы, — отвечали розы.

— Вот как... — промолвил Маленький принц.

И почувствовал себя очень-очень несчастным. Его красавица говорила ему, что подобных ей нет во всей Вселенной. И вот перед ним пять тысяч точно таких же цветов в одном только саду!

«Как бы она рассердилась, если бы увидела их! — подумал Маленький принц. — Она бы ужасно раскашлялась и сделала вид, что умирает, лишь бы не показаться смешной. А мне пришлось бы ходить за ней, как за больной, — ведь иначе она и вправду бы умерла, лишь бы унизить и меня тоже...»

А потом он подумал: «Я-то воображал, что владею единственным в мире цветком, какого больше ни у кого и нигде нет, а это была самая обыкновенная роза. Только всего у меня и было что простая роза да три вулкана ростом мне по колено, и то один из них потух, и, может быть, навсегда... Какой же я после этого принц[204]?..»

Он лег в траву и заплакал.

 

XXI

Вот тут-то и появился Лис[205].

— Здравствуй, — сказал он.

— Здравствуй, — вежливо ответил Маленький принц и оглянулся, но никого не увидел.

— Я здесь, — послышался голос. — Под яблоней[206]...

 

— Кто ты? — спросил Маленький принц. — Какой ты красивый!

— Я Лис, - сказал Лис.

— Поиграй со мной, — попросил Маленький принц. — Мне так грустно[207]...

— Не могу я с тобой играть, — сказал Лис. — Я не приручен.

— Ах, извини, — сказал Маленький принц.

Но, подумав, спросил:

— А как это — приручить?

— Ты нездешний, — заметил Лис. - Что ты здесь ищешь?

— Людей ищу, — сказал Маленький принц. — А как это — приручить?

— У людей есть ружья, и они ходят на охоту. Это очень неудобно! И ещё они разводят кур. Только этим они и хороши. Ты ищешь кур?

— Нет, - сказал Маленький принц. — Я ищу друзей. А как это — приручить?

— Это давно забытое понятие, — объяснил Лис. — Оно означает: создать узы[208].

— Узы?

— Вот именно, — сказал Лис. — Ты для меня пока всего лишь маленький мальчик, точно такой же, как сто тысяч других мальчиков. И ты мне не нужен. И я тебе тоже не нужен. Я для тебя только лисица, точно такая же, как сто тысяч других лисиц. Но если ты меня приручишь, мы станем нужны друг другу. Ты будешь для меня единственный в целом свете. И я буду для тебя один в целом свете...

— Я начинаю понимать, — сказал Маленький принц. — Есть одна роза... Наверно, она меня приручила...

— Очень возможно, — согласился Лис. — На Земле чего только не бывает.

— Это было не на Земле, — сказал Маленький принц.

Лис очень удивился:

 

— На другой планете?

— Да.

— А на той планете есть охотники[209]?

— Нет.

— Как интересно! А куры там есть?

— Нет.

— Нет в мире совершенства[210]! — вздохнул Лис.

Но потом он опять заговорил о том же:

— Скучная у меня жизнь. Я охочусь за курами, а люди охотятся за мною. Все куры одинаковы, и люди все одинаковы. И живется мне скучновато. Но если ты меня приручишь, моя жизнь словно солнцем озарится. Твои шаги я стану различать среди тысяч других. Заслышав людские шаги, я всегда убегаю и прячусь. Но твоя походка позовет меня, точно музыка, и я выйду из своего убежища. И потом — смотри! Видишь, вон там, в полях, зреет пшеница? Я не ем хлеба. Колосья мне не нужны. Пшеничные поля ни о чем мне не говорят. И это грустно! Но у тебя золотые волосы. И как чудесно будет, когда ты меня приручишь! Золотая пшеница станет напоминать мне тебя. И я полюблю шелест колосьев[211] на ветру...

Лис замолчал и долго смотрел на Маленького принца. Потом сказал:

— Пожалуйста... приручи меня!

— Я бы рад, — ответил Маленький принц, — но у меня так мало времени[212]. Мне ещё надо найти друзей и узнать разные вещи.

— Узнать можно только те вещи, которые приручишь, — сказал Лис. — У людей уже не хватает времени что-либо узнавать. Они покупают вещи готовыми в магазинах. Но ведь нет таких магазинов, где торговали бы друзьями, и потому люди больше не имеют друзей. Если хочешь, чтобы у тебя был друг, приручи меня!

— А что для этого надо делать? — спросил Маленький принц.

— Надо запастись терпеньем, - ответил Лис. — Сперва сядь вон там, поодаль, на траву — вот так. Я буду на тебя искоса поглядывать, а ты молчи. Слова только мешают понимать друг друга. Но с каждым днем садись немножко ближе...

Назавтра Маленький принц вновь пришел на то же место[213].

 

— Лучше приходи всегда в один и тот же час, — попросил Лис. — Вот, например, если ты будешь приходить в четыре часа, я уже с трех часов почувствую себя счастливым. И чем ближе к назначенному часу, тем счастливее. В четыре часа я уже начну волноваться и тревожиться. Я узнаю цену счастью! А если ты приходишь всякий раз в другое время, я не знаю, к какому часу готовить свое сердце... Нужно соблюдать обряды.

— А что такое обряды? — спросил Маленький принц.

— Это тоже нечто давно забытое, — объяснил Лис. — Нечто такое, отчего один какой-то день становится не похож на все другие дни, один час - на все другие часы. Вот, например, у моих охотников есть такой обряд: по четвергам они танцуют с деревенскими девушками. И какой же это чудесный день — четверг! Я отправляюсь на прогулку и дохожу до самого виноградника. А если бы охотники танцевали когда придется, все дни были бы одинаковы, и я никогда не знал бы отдыха.

Так Маленький принц приручил Лиса. И вот настал час прощанья.

— Я буду плакать о тебе, — вздохнул Лис.

— Ты сам виноват, — сказал Маленький принц. — Я ведь не хотел, чтобы тебе было больно; ты сам пожелал, чтобы я тебя приручил...

— Да, конечно, — сказал Лис.

— Но ты будешь плакать!

— Да, конечно.

— Значит, тебе от этого плохо.

— Нет, — возразил Лис, — мне хорошо. Вспомни, что я говорил про золотые колосья.

Он умолк. Потом прибавил:

— Поди взгляни ещё раз на розы. Ты поймешь, что твоя роза - единственная в мире. А когда вернешься, чтобы проститься со мной, я открою тебе один секрет. Это будет мой тебе подарок.

Маленький принц пошел взглянуть на розы.

— Вы ничуть не похожи на мою розу, — сказал он им. — Вы ещё ничто. Никто вас не приручил, и вы никого не приручили. Таким был прежде мой Лис. Он ничем не отличался от ста тысяч других лисиц. Но я с ним подружился, и теперь он — единственный в целом свете.

Розы очень смутились.

— Вы красивые, но пустые, — продолжал Маленький принц. — Ради вас не захочется умереть. Конечно, случайный прохожий, поглядев на мою розу, скажет, что она точно такая же, как вы. Но мне она одна дороже всех вас. Ведь это её, а не вас я поливал каждый день. Её, а не вас накрывал стеклянным колпаком. Её загораживал ширмой, оберегая от ветра. Для неё убивал гусениц, только двух или трех оставил, чтобы вывелись бабочки. Я слушал, как она жаловалась и как хвастала, я прислушивался к ней, даже когда она умолкала. Она — моя.

И Маленький принц возвратился к Лису.

— Прощай... — сказал он.

— Прощай, — сказал Лис. — Вот мой секрет, он очень прост: зорко одно лишь сердце[214]. Самого главного глазами не увидишь.

— Самого главного глазами не увидишь, - повторил Маленький принц, чтобы лучше запомнить.

— Твоя роза так дорога тебе потому, что ты отдавал ей все свои дни.

— Потому что я отдавал ей все свои дни... — повторил Маленький принц, чтобы лучше запомнить.

— Люди забыли эту истину, — сказал Лис, — но ты не забывай: ты навсегда в ответе за всех, кого приручил. Ты в ответе за твою розу.

— Я в ответе за мою розу... — повторил Маленький принц, чтобы лучше запомнить.

 

XXII

— Добрый день, - сказал Маленький принц.

— Добрый день, - отозвался стрелочник.

— Что ты делаешь? - спросил Маленький принц.

— Сортирую пассажиров, - отвечал стрелочник. - Отправляю их в поездах по тысяче человек зараз - один поезд направо, другой налево[215].

И скорый поезд, сверкая освещенными окнами, с громом промчался мимо, и будка стрелочника вся задрожала.

— Как они спешат! - удивился Маленький принц. - Что они ищут?

— Даже сам машинист этого не знает, - сказал стрелочник.

И в другую сторону, сверкая огнями, с громом пронесся еще один скорый поезд.

— Они уже возвращаются? - спросил Маленький принц.

— Нет, это другие, - сказал стрелочник. - Это встречный.

— Им было нехорошо там, где они были прежде?

— Там хорошо, где нас нет, - сказал стрелочник.

И прогремел, сверкая, третий скорый поезд.

— Они хотят догнать тех, первых? - спросил Маленький принц.

— Ничего они не хотят, - сказал стрелочник. - Они спят в вагонах или просто сидят и зевают. Одни только дети прижимаются носами к окнам.

— Одни только дети знают, что ищут, - промолвил Маленький принц. - Они отдают все свои дни тряпочной кукле, и она становится им очень-очень дорога, и, если ее у них отнимут, дети плачут...

— Их счастье, - сказал стрелочник[216].

 

XXIII

— Добрый день, — сказал Маленький принц.

— Добрый день, — ответил торговец.

Он торговал самоновейшими пилюлями, которые утоляют жажду. Проглотишь такую пилюлю — и потом целую неделю не хочется пить[217].

— Для чего ты их продаешь? — спросил Маленький принц.

— От них большая экономия времени, — ответил торговец. — По подсчетам специалистов, можно сэкономить пятьдесят три минуты[218] в неделю.

— А что делать в эти пятьдесят три минуты?

— Да что хочешь.

«Будь у меня пятьдесят три минуты свободных, — подумал Маленький принц, — я бы просто-напросто пошел к роднику...»[219]

 

XXIV

Миновала неделя с тех пор, как я потерпел аварию, и, слушая про торговца пилюлями, я выпил последний глоток воды[220].

— Да, - сказал я Маленькому принцу, - все, что ты рассказываешь, очень интересно, но я еще не починил самолет[221], у меня не осталось ни капли воды, и я тоже был бы счастлив, если бы мог просто-напросто пойти к роднику[222].

— Лис, с которым я подружился...

— Милый мой, мне сейчас не до Лиса!

— Почему?

— Да потому, что придется умереть от жажды[223]...

Он не понял, какая тут связь. Он возразил:

— Хорошо, если у тебя когда-то был друг, пусть даже надо умереть. Вот я очень рад, что дружил с Лисом...

"Он не понимает, как велика опасность. Он никогда не испытывал ни голода, ни жажды. Ему довольно солнечного луча..."

Я не сказал этого вслух, только подумал. Но Маленький принц посмотрел на меня и промолвил:

— Мне тоже хочется пить... Пойдем поищем колодец[224]...

Я устало развел руками: что толку наугад искать колодцы в бескрайней пустыне? Но все-таки мы пустились в путь[225].

Долгие часы мы шли молча. Наконец стемнело и в небе стали загораться звезды. От жажды меня немного лихорадило, и я видел их будто во сне. Мне все вспоминались слова Маленького принца, и я спросил:

— Значит, и ты тоже знаешь, что такое жажда?

Но он не ответил. Он сказал просто:

— Вода бывает нужна и сердцу[226]...

Я не понял, но промолчал. Я знал, что не следует его расспрашивать.

Он устал. Опустился на песок. Я сел рядом. Помолчали. Потом он сказал:

— Звезды очень красивые, потому что где-то там есть цветок, хоть его и не видно...

— Да, конечно, - сказал я только, глядя на волнистый песок, освещенный луною.

— И пустыня красивая... - прибавил Маленький принц.

Это правда. Мне всегда нравилось в пустыне. Сидишь на песчаной дюне. Ничего не видно. Ничего не слышно. И все же тишина словно лучится[227]...

— Знаешь, отчего хороша пустыня? - сказал он. - Где-то в ней скрываются родники...

Я был поражен. Вдруг я понял, почему таинственно лучится песок. Когда-то, маленьким мальчиком, я жил в старом-престаром доме - рассказывали, будто в нем запрятан клад. Разумеется, никто его так и не открыл, а может быть, никто никогда его и не искал. Но из-за него дом был словно заколдован: в сердце своем он скрывал тайну[228]...

— Да, - сказал я. - Будь то дом, звезды или пустыня - самое прекрасное в них то, чего не увидишь глазами.

— Я очень рад, что ты согласен с моим другом Лисом, - отозвался Маленький принц.

Потом он уснул, я взял его на руки и пошел дальше. Я был взволнован. Мне казалось, я несу хрупкое сокровище. Мне казалось даже, ничего более хрупкого нет на нашей Земле. При свете луны я смотрел на его бледный лоб, на сомкнутые ресницы, на золотые пряди волос, которые перебирал ветер, и говорил себе: все это лишь оболочка. Самое главное - то, чего не увидишь глазами...

Его полуоткрытые губы дрогнули в улыбке, и я сказал себе: трогательней всего в этом спящем Маленьком принце его верность цветку, образ розы, который лучится в нем, словно пламя светильника[229], даже когда он спит... И я понял, он еще более хрупок, чем кажется. Светильники надо беречь: порыв ветра может их погасить[230]...

Так я шел... и на рассвете дошел до колодца.

 

XXV

— Люди забираются в скорые поезда, но они уже сами не понимают, чего ищут, — сказал Маленький принц. — Поэтому они не знают покоя и бросаются то в одну сторону, то в другую...

— Потом прибавил:

— И все напрасно...

Колодец, к которому мы пришли, был не такой, как все колодцы в Сахаре. Обычно здесь колодец — просто яма в песке. А это был самый настоящий деревенский колодец. Но деревни тут нигде не было, и я подумал, что это сон.

— Как странно, — сказал я Маленькому принцу, — тут все приготовлено: и ворот, и ведро, и веревка...

Он засмеялся, тронул веревку, стал раскручивать ворот. И ворот заскрипел, точно старый флюгер, долго ржавевший в безветрии[231].

 

— Слышишь? — сказал Маленький принц. — Мы разбудили колодец, и он запел...

Я боялся, что он устанет.

— Я сам зачерпну воды[232], — сказал я, — тебе это не под силу.

Медленно вытащил я полное ведро и надежно поставил его на каменный край колодца. В ушах у меня еще отдавалось пенье скрипучего ворота, вода в ведре еще дрожала, и в ней играли солнечные зайчики.

— Мне хочется глотнуть этой воды, — промолвил Маленький принц. — Дай мне напиться...

И я понял, что он искал!

Я поднес ведро к его губам. Он пил, закрыв глаза. Это было как самый прекрасный пир. Вода эта была не простая. Она родилась из долгого пути под звездами, из скрипа ворота, из усилий моих рук. Она была как подарок сердцу. Когда я был маленький, так светились для меня рождественские подарки: сияньем свеч на елке, пением органа в час полночной мессы, ласковыми улыбками.

— На твоей планете, — сказал Маленький принц, — люди выращивают в одном саду пять тысяч роз... и не находят того, что ищут...

— Не находят, — согласился я.

— А ведь то, чего они ищут, можно найти в одной-единственной розе, в глотке воды...

— Да, конечно, — согласился я.

И Маленький принц сказал:

— Но глаза слепы. Искать надо сердцем.

Я выпил воды. Дышалось легко. На рассвете песок становится золотой, как мед[233]. И от этого тоже я был счастлив. С чего бы мне грустить?..

— Ты должен сдержать слово, — мягко сказал Маленький принц, снова садясь рядом со мною.

— Какое слово?

— Помнишь, ты обещал... намордник[234] для моего барашка... Я ведь в ответе за тот цветок.

Я достал из кармана свои рисунки. Маленький принц поглядел на них и засмеялся:

— Баобабы у тебя похожи на капусту...

А я-то гордился своими баобабами!

— А у лисицы твоей уши... точно рога! И какие длинные!

И он опять засмеялся.

— Ты несправедлив, дружок. Я ведь никогда и не умел рисовать — разве только удавов снаружи и изнутри.

— Ну ничего, — успокоил он меня. — Дети и так поймут.

И я нарисовал намордник для барашка. Я отдал рисунок Маленькому принцу, и сердце у меня сжалось.

— Ты что-то задумал и не говоришь мне...

Но он не ответил.

— Знаешь, — сказал он, — завтра исполнится год, как я попал к вам на Землю... — И умолк. Потом прибавил: — Я упал совсем близко отсюда... — И покраснел.

И опять, бог весть почему, тяжело стало у меня на душе. Все-таки я спросил:

— Значит, неделю назад, в то утро, когда мы познакомились, ты не случайно бродил тут совсем один, за тысячу миль от человеческого жилья? Ты возвращался к месту, где тогда упал?

Маленький принц покраснел еще сильнее.

А я прибавил нерешительно:

— Может быть, это потому, что исполняется год?..

И снова он покраснел. Он не ответил ни на один мой вопрос, но ведь когда краснеешь[235], это значит "да", не так ли?

— Неспокойно мне... — начал я.

Но он сказал:

— Пора тебе приниматься за работу. Иди к своей машине. Я буду ждать тебя здесь. Возвращайся завтра вечером...

Однако мне не стало спокойнее. Я вспомнил о Лисе. Когда даешь себя приручить, потом случается и плакать.

  XXVI

Неподалеку от колодца сохранились развалины древней каменной стены[236]. На другой вечер, покончив с работой, я вернулся туда и ещё издали увидел, что Маленький принц сидит на краю стены, свесив ноги[237]. И услышал его голос.

— Разве ты не помнишь? — говорил он. — Это было совсем не здесь.

Наверно, кто-то ему отвечал, потому что он возразил:

— Ну да, это было ровно год назад, день в день, но только в другом месте[238]...

Я зашагал быстрее. Но нигде у стены я больше никого не видел и не слышал. А между тем Маленький принц снова ответил кому-то:

— Ну конечно. Ты найдешь мои следы на песке. И тогда жди. Сегодня ночью я туда приду[239].

До стены оставалось двадцать метров[240], а я все ещё ничего не видел.

После недолгого молчания Маленький принц спросил:

— А у тебя хороший яд? Ты не заставишь меня долго мучиться?

Я остановился, и сердце мое сжалось, но я все ещё не понимал.

— Теперь уходи, — сказал Маленький принц. — Я хочу спрыгнуть вниз[241].

 

 

 

Тогда я опустил глаза да так и подскочил! У подножья стены, подняв голову к Маленькому принцу, свернулась желтая змейка, из тех, чей укус убивает в полминуты.

Нащупывая в кармане револьвер, я бегом бросился к ней, но при звуке шагов змейка тихо заструилась по песку, словно умирающий ручеек, и с еле слышным металлическим звоном неторопливо скрылась меж камней[242].

Я подбежал к стене как раз вовремя и подхватил моего Маленького принца. Он был белее снега[243].

— Что это тебе вздумалось, малыш! — воскликнул я. — Чего ради ты заводишь разговоры со змеями[244]?

Я развязал его неизменный золотой шарф[245]. Смочил ему виски и заставил выпить воды. Но не смел больше ни о чем спрашивать. Он серьезно посмотрел на меня и обвил мою шею руками. Я услышал, как бьется его сердце, словно у подстреленной птицы. Он сказал:

— Я рад, что ты нашёл, в чем там была беда с твоей машиной. Теперь ты можешь вернуться домой...

— Откуда ты знаешь?!

Я как раз собирался сказать ему, что, вопреки всем ожиданиям, мне удалось исправить самолет[246]!

Он не ответил, он только сказал:

— И я тоже сегодня вернусь домой[247].

 

Потом прибавил печально:

— Это гораздо дальше... и гораздо труднее[248]...

Все было как-то странно. Я крепко обнимал его, точно малого ребенка, и, однако, мне казалось, будто он ускользает, его затягивает бездна, и я не в силах его удержать...

Он задумчиво смотрел куда-то вдаль.

— У меня останется твой барашек. И ящик для барашка. И намордник...

Он печально улыбнулся.

Я долго ждал. Он словно бы приходил в себя.

— Ты напугался, малыш...

Ну ещё бы не напугаться! Но он тихонько засмеялся:

— Сегодня вечером мне будет куда страшнее...

И опять меня оледенило предчувствие непоправимой беды. Неужели, неужели я никогда больше не услышу, как он смеётся? Этот смех для меня - точно родник в пустыне.

— Малыш, я хочу ещё послушать, как ты смеёшься...

Но он сказал:

— Сегодня ночью исполнится год. Моя звезда станет как раз над тем местом, где я упал год назад...

— Послушай, малыш, ведь все это - и змея, и свиданье со звездой - просто дурной сон, правда?

Но он не ответил.

— Самое главное — то, чего глазами не увидишь... — сказал он.

— Да, конечно...

— Это как с цветком. Если любишь цветок, что растет где-то на далекой звезде, хорошо ночью глядеть в небо. Все звезды расцветают.

— Да, конечно...

— Это как с водой. Когда ты дал мне напиться, та вода была как музыка, а все из-за ворота и веревки. Помнишь? Она была очень хорошая.

— Да, конечно...

— Ночью ты посмотришь на звезды. Моя звезда очень маленькая, я не могу её тебе показать. Так лучше. Она будет для тебя просто - одна из звезд. И ты полюбишь смотреть на звезды... Все они станут тебе друзьями. И потом, я тебе кое-что подарю...

И он засмеялся.

— Ах, малыш, малыш, как я люблю, когда ты смеёшься!

— Вот это и есть мой подарок... Это будет как с водой...

— Как так?

— У каждого человека свои звезды. Одним — тем, кто странствует, — они указывают путь. Для других это просто маленькие огоньки. Для ученых они — как задача, которую надо решить. Для моего дельца они — золото. Но для всех этих людей звезды — немые. А у тебя будут совсем особенные звезды...

— Как так?

— Ты посмотришь ночью на небо[249], а ведь там будет такая звезда, где я живу, где я смеюсь, — и ты услышишь, что все звезды смеются. У тебя будут звезды, которые умеют смеяться![250]

И он сам засмеялся.

— И когда ты утешишься — в конце концов всегда утешаешься[251], — ты будешь рад, что знал меня когда-то. Ты всегда будешь мне другом. Тебе захочется посмеяться со мною. Иной раз ты вот так распахнешь окно, и тебе будет приятно... И твои друзья станут удивляться, что ты смеёшься, глядя на небо. А ты им скажешь: «Да, да, я всегда смеюсь, глядя на звезды[252]!». И они подумают, что ты сошел с ума. Вот какую злую шутку[253] я с тобой сыграю...

Он опять засмеялся.

— Как будто вместо звезд я подарил тебе целую кучу смеющихся бубенцов...

И он опять засмеялся. Потом снова стал серьезен:

— Знаешь... сегодня ночью... лучше не приходи.

— Я тебя не оставлю.

— Тебе покажется, что мне больно. Покажется даже, что я умираю. Так уж оно бывает. Не приходи, не надо.

— Я тебя не оставлю.

Но он был чем-то озабочен.

— Видишь ли... это ещё из-за змеи. Вдруг она тебя ужалит... Змеи ведь злые. Кого-нибудь ужалить для них удовольствие.

— Я тебя не оставлю.

Он вдруг успокоился:

— Правда, на двоих у неё не хватит яда...

В ту ночь я не заметил, как он ушел. Он ускользнул неслышно. Когда я наконец нагнал его, он шел быстрым, решительным шагом.

— А, это ты... — сказал он только.

И взял меня за руку. Но что-то его тревожило.

— Напрасно ты идешь со мной. Тебе будет больно на меня смотреть. Тебе покажется, будто я умираю, но это неправда...

Я молчал.

— Видишь ли... это очень далеко. Мое тело слишком тяжелое. Мне его не унести.

Я молчал.

— Но это все равно что сбросить старую оболочку. Тут нет ничего печального[254]...

Я молчал.

Он немного пал духом. Но все-таки сделал ещё одно усилие:

— Знаешь, будет очень славно. Я тоже стану смотреть на звезды. И все звезды будут точно старые колодцы со скрипучим воротом. И каждая даст мне напиться...

Я молчал.

— Подумай, как забавно! У тебя будет пятьсот миллионов бубенцов, а у меня — пятьсот миллионов родников...

И тут он тоже замолчал, потому что заплакал.

— Вот мы и пришли. Дай мне сделать ещё шаг одному.

И он сел на песок, потому что ему стало страшно.

 

Потом он сказал:

— Знаешь... моя роза... я за неё в ответе. А она такая слабая! И такая простодушная. У неё только и есть что четыре жалких шипа, больше ей нечем защищаться от мира.

Я тоже сел, потому что у меня подкосились ноги. Он сказал:

— Ну... вот и всё...

Помедлил ещё минуту и встал. И сделал один только шаг. А я не мог шевельнуться.

Точно желтая молния мелькнула у его ног. Мгновенье он оставался недвижим. Не вскрикнул. Потом упал — медленно, как падает дерево[255]. Медленно и неслышно, ведь песок приглушает все звуки.

 

XXVII

И вот прошло уже шесть лет... Я ещё ни разу никому об этом не рассказывал. Когда я вернулся, товарищи рады были вновь увидеть меня живым и невредимым. Грустно мне было, но я говорил им:

— Это я просто устал...

И всё же понемногу я утешился. То есть не совсем[256]... Но я знаю: он возвратился на свою планетку, ведь, когда рассвело, я не нашёл на песке его тела[257]. Не такое уж оно было тяжелое. А по ночам я люблю слушать звёзды. Словно пятьсот миллионов бубенцов[258]...

Но вот что поразительно. Когда я рисовал намордник для барашка, я забыл про ремешок[259]! Маленький принц не сможет надеть его на барашка. И я спрашиваю себя: что-то делается там, на его планете? Вдруг барашек съел розу?

Иногда я говорю себе: нет, конечно, нет! Маленький принц на ночь всегда накрывает розу стеклянным колпаком, и он очень следит за барашком... Тогда я счастлив. И все звёзды тихонько смеются.

А иногда я говорю себе: бываешь же порой рассеянным[260]... Тогда все может случиться! Вдруг он как-нибудь вечером забыл про стеклянный колпак или барашек ночью втихомолку выбрался на волю... И тогда бубенцы плачут...

Все это загадочно и непостижимо. Вам, кто тоже полюбил Маленького принца, как и мне, это совсем-совсем не всё равно: весь мир становится для нас иным оттого, что где-то в безвестном уголке Вселенной барашек, которого мы никогда не видели, быть может, съел незнакомую нам розу[261].

Взгляните на небо. И спросите себя: жива ли та роза или её уже нет? Вдруг барашек её съел? И вы увидите: всё станет по-другому...

И никогда ни один взрослый не поймет, как это важно!

 

Это, по-моему, самое красивое и самое печальное место на свете. Этот же уголок пустыни нарисован и на предыдущей странице, но я нарисовал еще раз, чтобы вы получше его разглядели[262]. Здесь Маленький принц впервые появился на Земле, а потом исчез[263].

Всмотритесь внимательней, чтобы непременно узнать это место, если когда-нибудь вы попадете в Африку, в пустыню[264]. Если вам случится тут проезжать, заклинаю вас, не спешите[265], помедлите немного под этой звездой! И если к вам подойдет маленький мальчик с золотыми волосами, если он будет звонко смеяться и ничего не ответит на ваши вопросы, вы, уж конечно, догадаетесь, кто он такой. Тогда очень прошу вас! — не забудьте утешить меня в моей печали. Скорей напишите[266] мне, что он вернулся[267]...

 

ПОСЛЕСЛОВИЕ КОММЕНТАТОРА

 

Вероятно, самым правильным и точным послесловием к «Маленькому принцу» должны были бы стать слова о том, что сам жанр послесловия не является здесь уместным. Мы вполне отдаем себе отчет, что если в нашем комментарии и встречаются какие-то значимые находки (в еврейской религиозной традиции есть очень емкое слово – «хидуш», т.е. новый поворот в понимании известного текста), то нами затронут лишь самый поверхностный смысл того, что представляет собой эта короткая сказка в духовной истории человечества.

И, все же, со всеми приличествующими случаю оговорками, попытаемся подвести некоторые итоги. И ключом к этому завершающему рассуждению может стать собственная фраза, оброненная самим А. де Сент-Экзюпери, говорящая о его бесконечной увлеченности «судьбами духовного мира». Попытаемся же услышать и понять эти судьбы, открывающиеся в 10 заповедях «от Маленького принца».

1. Заповедь искупления: Нарисуй мне барашка…

С чего начинается духовный опыт человека? Сент-Экзюпери отвечает на этот вопрос очень просто и ясно: нужно «нарисовать барашка». Барашек – символ пасхальной жертвы должен быть нарисован, а это значит, что важна здесь не сама жертва, но готовность к ее принесению, к тому, чтобы отдать созданное тобою самим – другому…

2. Заповедь памяти: Значит, ты тоже явился с неба…

О чем должен знать и помнить человек для того, чтобы оставаться человеком – об очень простом: он ТОЖЕ явился с неба. Человеческое существование продолжается до тех пор, пока он осознает, что какая-то часть его души привнесена в этот мир извне, что она принадлежит высшему миру, который, «глазами не увидишь», но который единственный способен придать смысл нашему повседневному существованию.

3. Заповедь повседневного усилия: Есть такое твердое правило, сказал мне позднее Маленький Принц. Встал поутру, умылся, привел себя в порядок – и сразу же приведи в порядок свою планету.

Мир и человек связаны тысячами незримых нитей. Тот порядок, который мы наводим в окружающем мире, отражается в нашей душе, и наоборот, то, как мы взращиваем и совершенствуем свою душу, отражается в мире. Духовная жизнь зарождается вне этого мира, но ее полнота и совершенство достигаются здесь, во внешнем физическом мире, трагическом и прекрасном.

4. Заповедь встречи: Знаешь, когда очень грустно, хорошо поглядеть, как заходит солнце…

Все библейские традиции едины в понимании: день начинается вечером. И в этом очень важный духовный и нравственный смысл: расставание – есть всегда начало нового. Грусть, и чем глубже, тем вернее, не лечится пустым и фальшивым оптимизмом, но только обращением к новому дню, к тому, что скрыто за горизонтом нашего повседневного опыта.

5. Заповедь познания: Миллионы лет у цветов растут шипы. И миллионы лет барашки все-таки едят цветы. Так неужели же это не серьезное дело – понять, почему они изо всех сил стараются отрастить шипы, если от шипов нет никакого толку?

Многие десятилетия (и даже столетия) Европа была одержима страстью к познанию мира. И Маленький принц не призывает отказаться от познания, он лишь пытается обратить нас к подлинным вопросам – вопросам мессианской эры. Сами не осознавая того, мы находимся в пространстве и времени сбывшихся и сбывающихся пророчеств, и сознание этого – в нашей ответственности.

6. Заповедь любви: Ничего я тогда не понимал! Надо было судить не по словам, а по делам. Она дарила мне свой аромат, озаряла мою жизнь. Я не должен был бежать. За этими жалкими хитростями и уловками надо было угадать нежность. Цветы так непоследовательны! Но я был слишком молод, я еще не умел любить.

Что значит – уметь любить? Маленький принц дает вполне определенный ответ: научиться понимать; судить не по словам, а по делам и, конечно, «угадывать нежность». Мы можем задать следующий вопрос – а почему в любви так много таинственного и необъяснимого – и ответ на этот вопрос абсолютно ясен: именно потому, что наша, человеческая любовь, есть – лишь отсвет той любви, корни которой вне нас и выше нас…

7. Заповедь зрения: Прощай, — сказал Лис. — Вот мой секрет, он очень прост: зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь.

Но что есть и наше зрение, как не зрение глубинных истин, недоступных нашему взгляду? Зоркость сердца, мудрость сердца – рождаются не от физического усилия, но от причастности к тайне, объединяющей всех.

8. Заповедь исправления (тшувы): Пора тебе приниматься за работу. Иди к своей машине. Я буду ждать тебя здесь. Возвращайся завтра вечером…

Как бы далеко не уносила нас фантазия, подлинность духовной жизни обнаруживает себя в усилии по преобразованию себя, своей внутренней «машины», и тогда – нас будут ждать, нам откроется новый мир и новая жизнь.

9. Заповедь утешения: И когда ты утешишься — в конце концов всегда утешаешься, ты будешь рад, что знал меня когда-то. Ты всегда будешь мне другом. Тебе захочется посмеяться со мною. Иной раз ты вот так распахнешь окно, и тебе будет приятно... И твои друзья станут удивляться, что ты смеёшься, глядя на небо. А ты им скажешь: «Да, да, я всегда смеюсь, глядя на звезды!».

«Служи Господу в радости» – так говорили об этом хасидские цадики. Духовная жизнь – это жизнь радостного человека, принимающего мир и умеющего «смотреть на звезды».

10. Заповедь прощания: Вот мы и пришли. Дай мне сделать ещё шаг одному.

Именно потому, что последняя, эта заповедь, вероятно, является и самой важной. Как бы сильны и мудры мы не были, как бы высоко не увлекали нас фантазии, мы должны понимать, что не являемся хозяевами этого мира. И, чем значительнее и серьезнее то, о чем мы думаем и к чему стремимся, тем большую роль в этом играет чудо, «шаг навстречу», всегда ожидаемый, но тем более удивительный.

Ну что же: исполним и эту заповедь, и пусть каждый сделает свой собственный шаг к звездам. А, может быть, просто, перевернув последнюю страницу, обратимся вновь к знакомым с детства словам: «Прошу детей простить меня за то, что я посвятил эту книжку взрослому…»

 

Примечания 


[1] Le – определенный артикль, выражающий отношение к предмету и лицу, уже известному адресату сообщения. Здесь проявляется двойственность – с одной стороны, употребление определенного артикля вполне соответствует нормам европейских языков (и, в частности, французского языка). Но, в контексте последующего, речь идет о том Принце, имя которого не вызывает разночтений, явление которого ожидается всеми, т.е. Принц – Машиах.

[2] Мотив малости тесно связан с мотивами восхваления В-вышнего, его величия и мощи и, что представляется в данном контексте, наиболее важным – взращиванием спасения. Как говорится в Амиде: «Господь мой! Уста мои открой, и рот мой произнесет хвалу Тебе. Благословен Ты, Господь, Бог наш и Бог отцов наших, Бог Авраама, Бог Ицхака и Бог Яакова, Бог великий, могучий и грозный, Бог всевышний, Который дарует блага и обретает все, и помнит добрые дела отцов, и по любви приводит избавителя к сыновьям их сыновей ради Имени Своего. Ты — Царь, помогающий, спасающий и защищающий. Благословен Ты, Господь, щит Авраама! Ты могуч вовеки, Господь, Ты оживляешь мертвых. Ты велик в спасении… Он дает пропитание живым по доброте Своей, оживляет мертвых по великому милосердию Своему, поддерживает падающих и исцеляет больных, освобождает узников и хранит верность Свою спящим в прахе. Кто сравнится с Тобой, Могучий? И кто сравнится с Тобой, Царь умерщвляющий и оживляющий, взращивающий спасение». Малость – есть свидетельство о том, что Машиах уже присутствует в этом мире, но его мощь скрыта, и она лишь предназначена к тому, чтобы открыться в полной мере. В этой связи, «малость» - есть, скорее, свидетельство духовного состояния мира.

[3] Мотив взаимоотношений Короля и Принца – является одним из важнейших во всех традициях, при этом, Король всегда воплощает универсальное Первоначало, от которого удаляется и впоследствии к которому возвращается Принц. Но, странным образом, в «Маленьком Принце» - король является вполне «случайным» персонажем, появляющимся лишь в одной из глав. В каком-то смысле, сказка А. де Сент-Экзюпери – о принце, оставшемся без короля. И, если традиционный сюжет хасидских притч – о поиске королем своего принца воплощает различные варианты притчи о Блудном Сыне, то сказка «Маленький Принц» говорит о времени сокрытия, когда «Для чего ты скрываешь лицо Твое и зачем ты считаешь меня врагом Твоим» (Иов, 13:24).

[4] Биографические факты о Леоне Верте крайне скудны: ВЕРТ Леон [Léon Werth, 1879—] — французский романист, эльзасец, по убеждениям социалист-пацифист. Его известность в лит-ре основана на романах "Clavel soldat" и "Clavel chez les Majors" (Клавель у старейшин, 1917—1918, изд. 1922), в которых изображаются переживания солдата-интеллигента во время войны 1914—1918. Эти произведения построены в виде ряда набросков и зарисовок, объединенных восприятием главного персонажа. Другие его романы: "La Maison Blanche" (Белый дом, 1914), "Yvonne et Pijalbet", "Les amants invisibles" [1926]. На русский яз. переведен "Клавель солдат" (ЗИФ, М., 1926). Верт неоднократно высказывался в пользу Советской России». Для нас, тем не менее, гораздо значительнее непрямые, но символические смыслы его имени: весьма важно, что имя «Леон» означает «лев», но именно львом благословляет Яаков Иеѓуду (Брейшит 49): «8: Тебя, Иеѓуда, восхвалят братья твои; рука твоя на хребте врагов твоих; поклонятся тебе сыны отца твоего. 9: Молодой лев – Иеѓуда, от насильства ты, сын мой, удалился. Преклонился, лег он как лев и как леопард, кто посмеет потревожить его? 10: Не отойдет скипетр от Иеѓуды, и законодатель из среды потомков его, пока не придет в Шило, и ему повиновение народов». Таким образом, несомненна связь между благословением Яакова Иеѓуде – льву и посвящением сказки – Леону.

[5] Фамилия Werth – очевидно, принадлежит ашкеназскому еврею, и происходит от немецкого слова Wert – стоимость, значение. В сочетании «Леону Верту» это звучит как «Льву Достойному», т.е. в самом сочетании имени и фамилии содержится намек на Иеѓуду – достойнейшего сына Яакова, из среды которого и законодатель (царь Шломо), и Машиах. Немаловажно и то, что современное название религиозных евреев – иеhуди – так же восходит к имени Иеhуды.

[6] Йешая (глава 43): (1) И ныне так говорит Г-сподь, сотворивший тебя, Иааков, и создавший тебя, Йисраэйль: не бойся, ибо Я спас тебя, (2) Я призвал тебя по имени твоему, Мой ты! Когда переходить будешь через воды – с тобой Я, и через реки – они не потопят тебя, когда сквозь огонь пойдешь – не обожжешься, и пламя не сожжет тебя; (3) Ибо Я – Г-сподь Б-г твой, Святой Йисраэйля, Избавитель твой; в выкуп за тебя отдал Египет; Куш и Севу – взамен тебя. (4) Из-за того что дорог ты в очах Моих, почтен был и Я возлюбил тебя, отдам людей за тебя и народы – за душу твою.

[7] Понимать все на свете, т.е. владеть всеми языками – это особый дар. Смысл этого дара проясняется через: Брейшит (Глава 7) (1) И был на всей земле один язык и слова одни. (2) И случилось: двинувшись с востока, они нашли долину в земле Шинар, и поселились там. (3) И сказали друг другу: давай наделаем кирпичей и обожжем огнем. И стали у них кирпичи вместо камней, а горная смола была у них вместо глины. (4) И сказали они (друг другу): давайте построим себе город и башню, главою до небес; и сделаем себе имя, чтобы мы не рассеялись по лицу всей земли. (5) И сошел Г-сподь посмотреть город и башню, которые строили сыны человеческие. (6) И сказал Г-сподь: ведь народ один и язык один у всех; и вот что начали они делать; а теперь для них не будет недостижимо все, что бы они ни задумали сделать? (7) Сойдем же, и смешаем там язык их, чтобы они не понимали речи друг друга. (8) И рассеял их Г-сподь оттуда по всей земле; и они перестали строить город. (9) Поэтому наречено ему имя Бавэл, ибо там смешал Г-сподь язык всей земли, и оттуда рассеял их Г-сподь по лицу всей земли. Иначе говоря, Леон Верт – из тех, кто не творил себе город и башню, и не делал себе имя. Его имя – дано и благословенно.

[8] Йешая (глава 66): (12) Ибо так сказал Г-сподь: вот Я простираю к нему (Машиаху), как реку, мир и, как поток разливающийся, – богатство народов, и питаться будете, на стороне (у плеча) носимы будете и на коленях лелеяны. (13) Как утешает человека мать его, так Я утешу вас, и в Йерушалаиме утешены будете. (14) И увидите, и возрадуется сердце ваше, и кости ваши, как зелень, расцветут, и откроется рука Г-сподня рабам Его, и разгневается Он на врагов Своих.

[9] Зхарья (Глава 10): (6) И сильным сделаю дом Йеѓуды, и дому Йосэйфа помогу, и возвращу их, ибо Я сжалился над ними, и будут они, как (в те времена, когда) Я не покидал их, ибо Я – Г-сподь Б-г их, и Я отвечу им. (7) И станет храбрецом Эфрайим, и возвеселится сердце их, как (от) вина, и увидят (это) сыновья их, и радоваться будут, ликовать будет сердце их в Господе. (8) И засвищу им (созову их), и соберу их, когда выкуплю их, и умножатся они, как умножались. (9) И рассею их между народами, и в отдаленных местах будут вспоминать обо Мне, и жить будут дети их, и возвратятся. (10) И возвращу Я их из страны египетской, и из Ашшура соберу их, и в страну Гилад и в Леванон приведу их, и не хватит им (места). (11) И пройдет Он морем в Египет, и вздыбит в море волны, и иссохнут глубины реки (Нилуса) и унижена будет сила Ашшура, и власти Египта не станет. (12) И укреплю их в Господе, и во имя Его ходить будут, – слово Г-спода. Упоминание детей (сыновей) как символ возвращения и освобождения.

[10] Дварим (Глава 4): (9) Только берегись и весьма оберегай душу твою, чтобы не забыл ты тех дел, которые видели глаза твои, и чтобы не ушли они из сердца твоего во все дни жизни твоей; и поведай о них сынам твоим и сынам сынов твоих: (10) (О) дне, когда ты стоял пред Г-сподом, Б-гом твоим, при Хорэйве, когда сказал мне Г-сподь: собери ко Мне народ, и Я возвещу им слова Мои, чтобы научились они бояться Меня во все дни, которые они живут на земле, и чтобы учили и сынов своих.

[11] Мотив «исправления», как мы убедимся дальше, является одним из ключей к пониманию «Маленького Принца». Исправление – это не только то, что касается текста, но, в первую очередь, Мира. А. де Сент-Экзюпери показывает один из образов того, как исправление тиккун может быть достигнуто.

[12] Двойственное посвящение одному и тому же человеку содержит несколько намеков. Во-первых, здесь содержится недвусмысленное указание на то, что весь текст нужно рассматривать, как минимум, в двух смыслах – «во взрослом», т.е. предметно-фактическом, и «в детском», т.е. мессианском, религиозном. Во-вторых, что не менее важно, согласно Торе, дважды повторенное – являет собой особую завершенность, наполненность и благословение: Брейшит (41:32): А повторился этот сон у фараона дважды, потому что уготовано это В-сильным, и В-сильный вскоре исполнит это. И еще: Числа 20:11: И поднял Моше руку свою, и ударил по скале посохом своим два раза, и обильно потекла вода, и пило общество, и скот его. И еще: (Ийов 33:14): Потому что единожды говорит Б-г, и дважды, (а человек) не видит этого; (Ийов 40:5) Однажды говорил я, – не буду (более) отвечать, даже дважды, но больше не буду.

[13] Весьма интересно указание на то, что автору было «шесть лет». Возраст может показаться случайным, если не учитывать, что именно в течение шести дней был, согласно библейской традиции, создан мир. В этом отношении, книга «Правдивых историй», которая тогда могла существовать, могла повествовать лишь о до-человеческом прошлом (об этом же говорится и в авторской ремарке: «… где рассказывалось про девственные леса»).

[14] Упоминание о змее сразу же, в контексте Торы, адресует нас к сюжету грехопадения. Однако, думается, что связь здесь гораздо глубже. Дело в том, что одна из наиболее почитаемых египетских богинь Рененутет (или Рененут), богиня плодородия и хранительница собранного урожая, вскармливающая своим молоком младенца-фараона, часто изображалась в виде змееголовой женщины. Аналогичная символика существовала в отношении греческой богини Афины. Более важным в этом отрывке является факт «заглатывания жертвы» удавом, т.е. двойственный символ земной власти и греха. Однако, есть еще один слой интерпретаций, связанный с гематрией слова «нахаш» (на иврите – змей). Числовое значение этого слова совпадает с числовым значением слова «Машиах», т.е. змей – это некоторое «извращенное» значение Машиаха, равно как и наоборот – Машиах – есть окончательное исправление того, что было привнесено «нахашем». Здесь содержится намек на начало индивидуальной духовной истории – через соприкосновение с унижающим, «извращенным» понятием Машиаха, спасения.

[15] Шмот (Глава 7): (8) И говорил Б-г, обращаясь к Моше и Аарону, так: (9) «Когда скажет вам фараон: дайте доказательство в подтверждение о себе! Скажешь ты Аарону: возьми посох свой и брось его перед фараоном – и станет посох крокодилом (змеем)» (10) И пришли Моше и Аарон к фараону, и сделали так, как повелел Б-г, и бросил Аарон свой посох перед фараоном и перед слугами его, и стал он крокодилом (змеем) (11) И призвал фараон мудрецов и чародеев – и сделали они, волхвы египетские, чарами своими то же: (12) И бросили каждый свой посох, и стали посохи крокодилами, и поглотил посох Аарона их посохи. (13) Но укрепилось сердце фараона, и не послушал он их, как и предсказывал Б-г. Мотив «поглощения целиком» очевидным образом выводит описание из «естественного плана», т.к. указывает, как и в случае посоха Аарона – на некоторую «иноприродность» поглощения.

[16] Не страшно ли им? – вопрос, как везде в сказке, существует на нескольких уровнях. На первом, очевидном плане, речь идет о страхе перед поглощением, т.е. ситуацией, когда даже самые крупные существа (слоны) оказываются поглощены змеем (грехом). Проблема страха – есть проблема духовного статуса «взрослых»: говорится в Исход (20:17): И сказал Моше народу: Не бойтесь, ибо для того, чтобы вас возвысить, явился Все-ильный, и чтобы страх перед ним был у вас, дабы вы не грешили». Иначе говоря, страх – имеет определенное назначение – предостережение от греха. Отсутствие страха у «взрослых» - одна из важнейших характеристик времени: «взрослые посоветовали мне не рисовать змей ни снаружи, ни изнутри, а побольше интересоваться географией, историей, арифметикой и правописанием».

[17] Здесь прослеживается аллюзия на «дело в шляпе», т.е. уже завершенного дела, которое не подлежит исправлению и изменению. Однако, существует и более глубокий уровень этой фразы: речь идет о новой эпохе («Эпохе раскрытия»), в которую вступило человечество, но которую в состоянии принять лишь «дети», видящие «слона в удаве». Взрослые же не в состоянии понять и принять новую эпоху даже тогда, когда все становится открытым (когда удав уже нарисован изнутри, чтобы «взрослым было понятнее»). Очевиден и христианский подтекст этой фразы: «(2) Иисус, призвав дитя, поставил его посреди них (3) и сказал: истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное (Мтф. Гл. 18)

[18] В прошлом под слоном часто понимался бегемот. Говорится в Книге Иова (Гл. 40): (15) Вот бегемот, которого Я создал, как (и) тебя; траву, как вол, он ест. (16) Вот, сила его в чреслах его, и мощь его в мускулах живота его. (17) Вытягивает хвост свой, подобно кедру; жилы бедер его сплелись. (18) Остов его – трубы медные; кости его, как прут железный. (19) Он – начало творений Б-жиих; только Сотворивший его (может) приблизить (к нему) меч свой. (20) Ибо горы приносят ему корм, и все звери полевые играют там. (21) Под лотосами он лежит, под тростником и в болоте укрывается. (22) Лотосы покрывают его своею тенью; окружают его ивы ручья. (23) Вздуется ли река – не страшно ему; остается спокоен, хотя бы Йардэйн устремился в пасть его. (24) Кто ухватит его возле глаз, багром пробьет (ему) нос? (25) Можешь ли вытащить ливйатана удой и веревкой (леской) прижать ему язык? (26) Проденешь ли тростник ему в нос и шипом проколешь ли щеки его? (27) Станет ли он множить мольбы, и будет ли говорить с тобою кротко? (28) Заключит ли он с тобой договор, возьмешь ли его в рабы навек? (29) Станешь ли играть с ним, как с пташкой, и свяжешь ли его (на забаву) девицам твоим? (30) Будут ли торговать им товарищи (ловли), разделят ли его между Кенаанскими купцами? (31) Пронзишь ли стрелами кожу его, и рыбацкой острогой – голову его? (32) Положи на него длань твою, помни бой (этот) и более (его) не затевай. В этом отношении, страх ребенка объясняется тем, что символ непокорности никаким природным силам, оказывается проглоченным удавом. Другое толкование может быть связано с тем, что удав – это символ Ливьятана (Левиафана), и слон – символ бегемота, таким образом, два образа (земной и водный) Божественной мощи оказываются «проглоченными» друг другом.

[19] Здесь содержится неявная ссылка на пророчество от Ионы (Гл.2): (1) И повелел Господь большому киту поглотить Иону, и был Иона во чреве этого кита три дня и три ночи. (2) И помолился Иона Господу Богу своему из чрева кита (3) и сказал: к Господу воззвал я в скорби моей, и Он услышал меня; из чрева преисподней я возопил, и Ты услышал голос мой. (4) Ты вверг меня в глубину, в сердце моря, и потоки окружили меня, все воды Твои и волны Твои проходили надо мною. (5) И я сказал: отринут я от очей Твоих, однако я опять увижу святый храм Твой. Объяли меня воды до души моей, бездна заключила меня; морскою травою обвита была голова моя. (7) До основания гор я нисшел, земля своими запорами навек заградила меня; но Ты, Господи Боже мой, изведешь душу мою из ада. (8) Когда изнемогла во мне душа моя, я вспомнил о Господе, и молитва моя дошла до Тебя, до храма святаго Твоего. (9) Чтущие суетных и ложных богов оставили Милосердаго своего, (10) а я гласом хвалы принесу Тебе жертву, что обещал, исполню: у Господа спасение!»

[20] Здесь содержится скрытый намек на времена, о которых говорится в Торе (Книга «Дварим», Гл. 32): (19) И увидел Бог, и вознегодовал, ибо разгневали его сыны и дочери Его. (20) И сказал Он: «Сокрою лик мой от них, увижу каков будет конец их, ибо поколение изменников они, сыны, в которых нет верности. (21) Они досаждали мне небогом, гневили Меня суетой своей, а Я буду досаждать им ненародом, народом подлым гневить буду их. (22) Ибо пылающий огонь – гнев Мой, и сжигает он до глубин преисподней, и пожирает он землю и плоды ее, и опаляет подножия гор. (23) Нашлю Я бедствия на них, все свои стрелы выпущу в них. (24) Изнурены они будут голодом и охвачены жаром и мором лютым, и зуб звериный нашлю я на них и яд ползучих гадов. (25) Извне будет губить меч, а из домов – ужас, и юношу, и девицу, ребенка и человека седовласого». Удав – это, одновременно, символ «народа подлого», т.е. низменного, пресмыкающегося в прахе, и «зуба звериного», и «яда ползучего гада». Кроме того, здесь прослеживается важный для Сент-Экзюпери мотив – гибель будет приходить извне, и изнутри – так же и удав изображен им и извне, и изнутри.

[21] Двойственность этого жеста: «утратить веру в себя», т.е. совершить «битуль» (отстранение своего «я» во имя В-вышнего) и, одновременно, утрата веры как аспект утраты себя.

[22] Брейшит (40: 8) Они сказали ему: нам виделись сны, а истолковать их некому. Иосиф сказал им: не от Бога ли истолкования? Расскажите мне. Способность истолкования – невозможна без веры, атрибут «детского» - религиозного отношения к действительности.

[23] Думается, что упоминание Китая и Аризоны рядом неслучайно. Аризона находится в Западном полушарии, а Китай – в Восточном, т.е. когда в Аризоне (7 часов раньше времени по Гринвичу) ночь, в Китае (+ 8 позже времени по Гринвичу) – день. Об этом говорится в одном из благословений, повторяемых в ежедневных молитвах: «Благословен Ты, Господь, Б-г наш, владыка Вселенной, наделивший сердце мое способностью отличать день от ночи!»

[24] Иносказательно здесь говорится о «духовной ночи», в которой человеку легко «сбиться с пути». Но, важно и то, что (Дварим, 27:18) «Проклят сбивающий слепого с пути! И весь народ скажет амен!», иначе говоря, с пути сбивается тот, кто имеет изначальную наклонность к этому.

[25] Здесь содержится намек на фрагмент Гл. 13 из книги «Дварим»: (7) Если будет уговаривать тебя брат твой, сын матери твоей, или сын твой, или дочь твоя, или жена лона твоего, или друг твой задушевный, тайно говоря: «пойдем и будем служить божествам иным, которых не знал ты и отцы твои», (8) Из божеств народов, которые вокруг вас, близких к тебе или далеких от тебя, от одного края земли до другого, (9) То не соглашайся с ним и не слушай его; и да не пощадит его глаз твой, и не жалей и не прикрывай его, (10) Но убей его: рука твоя первой да постигнет его, чтобы умертвить его, а рука всего народа после.

[26] Говорит Моше в «Дварим» (4:6) об установлениях и законах Торы: «Храните же и исполняйте, ибо это – мудрость ваша и разум ваш на глазах всех народов, которые, лишь услышав обо всех этих установлениях, скажут: «Как мудр и разумен народ этот великий!».

[27] Важен порядок рисунков: рисунок №1 означает «этот мир», в котором подлинные вещи выступают в своем скрытом качестве («шляпа») и рисунок №2 означает «мир грядущий» (олам-ха-ба), в котором вещи раскрываются. Способность видеть вещи в их подлинном значении, т.е. в рисунке №1 увидеть №2 – это свидетельство особого рода духовного знания и видения.

[28] Нехемия (Глава 8): (1) И весь народ как один человек собрался на площади перед Водными воротами, и сказали они Эзре, писцу, чтобы принесли книгу Торы Мошэ, которую Б-г заповедал Йисраэйлу. (2) И в первый день седьмого месяца принес Ззра, священник, Тору пред собрание – как мужчинам, так и женщинам, и каждому, кто понимает, слушая. (3) И читал он ее на площади против Водных ворот от рассвета до полудня перед мужчинами и женщинами и понимающими; и слух всего народа (приклонен был) к книге Торы. Понимающие – это знающие Тору и «преклоненные» к Ней.

[29] Говорит Царь Соломон в «Притчах» (3:19 – 22): (19) Господь премудростью основал землю, небеса утвердил разумом; 20: Его премудростью разверзлись бездны, и облака кропят росою. (21) Сын мой! Не упуская их из глаз твоих; храни здравомыслие и рассудительность, (22) и они будут жизнью для души твоей и украшением для шеи твоей.

[30] Одиночество – совершенно определенно, имеет отношение и к проблеме отсутствия общения (общности) с другими и, что не менее важно – как свидетельство своего рода «духовного не-бытия».

[31] Как и везде, здесь помимо прямого смысла, существует и некоторое духовное измерение: «что-то сломалось в моторе моего самолета», т.е. в сердце моего жизненного пути. Как говорится в главе Ноах (Книга Бытия, Гл. 8): «И обонял Бог благоухание приятное, и сказал Б-г в сердце своем: «Не буду более проклинать землю за человека, ибо помысел сердца человека зол от молодости его, и не буду более поражать все живущее, как я сделал»

[32] Альтернатива «исправить мотор или погибнуть» на самом деле относится не к физическому бытию, но носит духовный характер. Речь идет о «тиккун олам» (дословно, исправлении мира), достигающимся через тшуву (раскаяние, возвращением к Всевышнему) и освобождение «искр святости», рассыпанных в мире.

[33] Здесь происходит интересное совмещение мотивов: с одной стороны, за неделю был создан этот мир; с другой стороны, Тора часто уподобляется воде, которая спускается с самых вершин Единства В-вышнего – в земной мир. Подобное сравнение можно заметить и в Псалмах Давида (Псалом 147): «Посылает речь Свою на землю: быстро слово Его бежит. Снег дает, подобно шерсти, иней, словно пепел, рассыпает. Бросает лед Свой кусками, перед морозом Его кто устоит? [Но] пошлет Он слово Свое – и все растает, обратит Он ветер Свой – потекут воды. Возвестил Он слова Свои Яакову, уставы и законы Свои – Израилю.»

[34] «Человек, потерпевший кораблекрушение» - здесь содержится намек на историю Пророка Ионы – как известно, он был единственной причиной бури, и как только он был выброшен за борт, буря утихла. Иными словами, именно он потерпел кораблекрушение (в метафорическом смысле – утрата веры и неисполнение того, к чему он был призван). Одновременно, Автор отсылает нас ко всему множеству смыслов, связанных с Книгой Ионы, в том числе: ее пророческой миссии (как известно, многие моряки, видя чудесное избавление от бури, уверовали в Б-га), его одиночества (несмотря на то, что корабль был полон, причиной испытаний был только он, и после избавления от него, испытания прекратились), и, наконец, его положения в чреве «рыбы» («посреди океана»).

[35] Иносказательно, здесь говорится об истории Яакова (Глава Ваеце, Брейшит, гл. 28): «10: И вышел Яаков из Беэр-Шевы, и пошел в Харан. 11: И пришел в одно место, и переночевал там, ибо зашло Солнце, и взял из камней этого места, и сделал изголовье себе, и лег на том месте. 12: И снилось ему: вот, лестница стоит на земле, а верх ее достигает неба, и вот, ангелы В-сильного восходят и спускаются по ней». Важным различием является то, что во сне Яакову открывается В-сильный. Напротив, автор пишет о своем беспредельном одиночестве.

[36] В этом фрагменте интересно переплетаются негативная заповедь (Шмот 20, Гл. 20): «4: Не делай себе изваяния и всякого изображения того, что на небе наверху, и того, что на земле внизу, и того, что в воде ниже земли. 5: Не поклоняйся им и не служи им, ибо Я – Б-г, В-сильный твой, Б-г ревнитель, карающий за вину отцов до третьего и четвертого поколения, тех, кто ненавидит меня. 6: И творящий милость на тысячи поколений любящим меня и соблюдающим заповеди мои». Важно, что автор должен нарисовать не себе, но – встреченному малышу. Одновременно, разъясняется и смысл предыдущего «отказа от блестящей карьеры художника». В этой же главе говорится (Шмот, 20:21): Жертвенник на земле сделай мне, и приноси на нем жертвы всесожжения и мирные жертвы твои, мелкий и крупный скот; во всяком месте, где я разрешу упоминать имя Мое, я приду к тебе и благословлю тебя». Рисунок барашка – это заместительная жертва, которая влечет благословение.

[37] Указание на громоподобие детского голоса только на первый взгляд кажется странным, почти абсурдным. Говорится в Шмот (19:16): И было – на третий день, когда наступило утро, загремели громы, и засверкали молнии, и облако густой скрыло гору, и шофар затрубил очень громко, и содрогнулся весь народ, который был в стане». Здесь одновременно происходит и сближение (гром, необходимость протереть глаза – от света), и отделение – малыш является одному человеку.

[38] Весь фрагмент посвящен достаточно сложным отношениям «смотрения – изображения»: проснувшийся Автор видит, как малыш рассматривает его и просит изобразить барашка, после чего Автор изображает самого малыша. Сама ситуация соединения – взаимного рассмотрения и барашка возвращает нас к «Акедат Ицхак» - связыванию Ицхака: (Брейшит, гл. 22). 8: И сказал Авраам «Всесильный усмотрит себе ягненка для жертвы всесожжения». И пошли оба (Авраам и Ицках) вместе. 9: И пришли на место, о котором сказал ему Всесильный. И построил там Авраам жертвенник, и разложил дрова, и связал Ицхака, сына своего, и положил его на жертвенник, поверх дров. 10: И простер Авраам руку свою, и взял нож, чтобы зарезать сына своего. 11: Но ангел Бога воззвал к нему с неба и сказал: «Авраам! Авраам!» и он сказал «Вот я!» 12: «Не заноси руки твоей на отрока и не делай ему ничего; ибо узнал я теперь, что ты боишься Всесильного, когда ты не щадил сына, твоего единственного, ради Меня. 13: И поднял Авраам глаза свои, и увидел – вот ягненок, сзади зацепившийся рогами своими в чаще; и пошел Авраам, и взял ягненка, и принес его в жертву всесожжения вместо сына своего. 14: И нарек Авраам место тому: «Бог усмотрит», а ныне о нем говорят «На этой горе открывается Бог».

[39] Важен аллегорический смысл происходящего: необычайность явления связана с тем, что сбывается Пророчество от Малахи (Гл. 3:24) Вот, Я пошлю к вам Илию пророка пред наступлением дня Господня, великого и страшного. Маленький принц предстает в плаще (мантии), которая была оставлена Пророком Элияѓy – пророку Элише при вознесении, как знак передачи пророческого дара.

[40] Здесь вновь Автор возвращается к констатации духовной катастрофы, произошедшей в его поколении (Ишайя, Глава 40): (21) Разве не знаете? Разве не слышали вы? Разве не сказано вам от начала? Разве не поняли вы оснований земли? (22) (Он) Тот, кто восседает над кругом земли, и жители ее, как саранча, (пред Ним); Он распростер небеса, как тонкую завесу, и раскинул их, как шатер для жилья. (23) (Он) Тот, кто обращает князей в ничто, судей земли ничтожеством делает. (24) Как будто не были посажены они, не были посеяны, как будто не укоренился в земле ствол их; лишь дунул Он на них – высохли они, и вихрь, как соломинку, уносит их» В духовном смысле, пустыня – есть ощущение полной покинутости и одиночества.

[41] Автор сразу понимает, что малыш – не заблудился, т.е. его духовное состояние не допускает самой возможности блуждания, т.е. блуда.

[42] В этой строке содержится намек на стих из книги Брейшит (Гл. 25): (29) И сварил Яаков кушанье; а Эйсав пришел с поля усталый. (30) И сказал Эйсав Яакову: дай мне поесть из красного, красного этого, ибо я устал. Поэтому дано ему прозвание Эдом. Иносказательно, говорится о том, что Маленький принц – не устал, т.е. он не относится к Эйсаву (царству Эдома).

[43] Здесь содержится намек на повествование из книги «Бемидбар» (Гл. 20) (2) И не было воды для общины, и собрались они против Моше и Аарона. (3) И спорил народ с Моше, и сказали так: о, если бы умерли тогда и мы, когда умерли братья наши пред Г-сподом. (4) И зачем привели вы общество Г-сподне в эту пустыню, чтобы умереть здесь нам и скоту нашему? (5) И для чего вывели вы нас из Египта? Чтобы привести нас в это дурное место, место, лишенное посева и смоковниц, и винограда, и гранатовых яблок, (где) и воды нет для питья? (6) И отошел Моше и Аарон от народа ко входу шатра соборного, и пали на лица свои, и явилась им слава Г-сподня. (7) И Г-сподь сказал Моше, говоря: (8) Возьми посох и созови общину, ты и Аарон, брат твой, и скажите скале пред глазами их, чтоб дала она из себя воду: и извлечешь ты для них воду из скалы, и напоишь общину и скот их. Маленький принц не чувствует себя жаждущим, потому что источник воды открыт для него.

[44] «…вдали от всякого жилья» - есть характеристика духовного состояния Автора, поскольку говорится у Исайи (40:22) о Всевышнем: «Он есть Тот, Который восседает над кругом земли, и живущие на ней - как саранча пред Ним; Он распростер небеса, как тонкую ткань, и раскинул их, как шатер для жилья».

[45] Говорится в Коэлет (Экклезиаст, Гл. 8): «(1) Кто подобен мудрому и кто знает смысл вещи? Мудрость человека озарит его лицо, и крепость его лица изменится. (2) Я (говорю): Уста царские соблюдай и по речению клятвой Богу. (3) Не спеши от Его лица уйти, не стой при дурном, ибо все, что пожелает, содеет. Потому что реченье Царя властно, и кто скажем Ему: Что Ты делаешь?»

[46] Говорится у Иеремии (Гл. 25) «(28) Если же они откажутся взять чашу из руки твоей, чтобы пить, то скажи им: так сказал Господь Цваот: вы непременно выпьете!», т.е. невозможно отказаться от того, что предназначено свыше.

[47] Аллегорически здесь говорится о роли Моше («вечное перо»), который, согласно еврейской традиции, записал Тору от первой и до последней буквы под диктовку Всевышнего.

[48] Говорится в Книге Иисуса, сына Сирахова (бен Сиры) (Гл. 29): «(11) Но к бедному ты будь снисходителен, и милостынею ему не медли» - речь идет о духовной бедности, в которой герой повествования встречает Маленького Принца.

[49] Понимание этого «спора о барашке» можно понять в свете 12 главы Исхода (Шмот): (1) И сказал Бог, обращаясь к Моше и Аарону в стране египетской, так: (2) «Месяц этот для вас – начало месяцев, первый он у вас из месяцев года. (3) Скажите всему обществу Израиля так: в десятый день этого месяца пусть возьмет себе каждый по ягненку на отчий дом, по ягненку на дом. (4) А если семья слишком малочисленна, чтобы съесть ягненка, путь возьмет он вместе с ближайшим соседом – по числу душ в соответствии с мерой еды каждого объединитесь, чтобы есть ягненка. (5) Ягненок без телесного порока, самец, не достигший года, да будет у вас – из овец или из коз берите. (6) И да будет он храним вами до четырнадцатого дня этого месяца, и тогда пусть зарежет его все собрание общества Израиля во второй половине дня. (7) И пусть возьмут крови его, и нанесут на оба косяка и на притолоку в домах, в которых будут его есть». Итак, барашек должен быть «без телесного порока» (т.е. не хилым), «не достигший года» (т.е. не взрослый баран) и чтобы он «был храним до четырнадцатого дня этого месяца», т.е. до Песаха, или до времени Освобождения (прихода Мессии).

[50] В этой фразе, как почти во всех фрагментах сказки, Автор говорит об извечном противоборстве двух мотивов в жизни современного человека. Это, с одной стороны, мотив греха и смерти: «Горе вам, потерявшим терпение! Что будете вы делать, когда Господь посетит?» (Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова, Гл. 2:14) и «О смерть! Отраден твой приговор для человека, нуждающегося и изнемогающего в силах, для престарелого и обремененного заботами обо всем, для не имеющего надежды и потерявшего терпение» (Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова, Гл. 41:3, 4). С другой стороны, мотив утешения и прихода Мессии: «Но Избавитель их силен, Господь Цваот его имя; Он разберет дело их, чтобы успокоить землю и привести в трепет жителей Вавилона» (Иер., 50:34). Кроме того, «разобрать мотор» следует понимать аллегорически – все последующее будет своеобразной «разборкой» мотора автора – его Сердца.

[51] Ящик – это аллегория ковчега.

[52] Говорится у Исайи о мессианском времени (Гл. 51): «(4) Внемлите Мне, народ Мой, и племя Мое, слушайте! Ибо Тора от Меня выйдет (в мир), и правосудие Мое, как свет, изолью (на) народы. (5) Близка справедливость Моя, вышло спасение Мое, и силами Моими народы судить буду; на Меня надеяться будут острова и на мышцу Мою полагаться. (6) Поднимите к небесам глаза ваши и посмотрите на землю внизу, потому что небеса, как дым, рассеются, и земля, как одежда, истлеет, и жители ее так же умрут, а спасение Мое вовек пребудет, и справедливость Моя не уничтожится».

[53] Здесь содержится намек на разговор Яакова и Лавана из Книги Брейшит (Гл. 30) : 29 И сказал ему [Яаков]: ты знаешь, как я служил тебе, и каков стал скот твой при мне; 30 ибо мало было у тебя до меня, а стало много; Г-дь благословил тебя с приходом моим; когда же я буду работать для своего дома?

[54] Книга Бытия (Брейшит) заканчивается словами: «И умер Йосеф ста десяти лет от роду. И набальзамировали его, и положили в ковчег в Египте» (Брейшит, Гл. 50:26), но перед тем говорит Йосеф: (24) И сказал Йосеф братьям своим: Я умираю, а Всесильный непременно вспомнит о вас и выведет из этой страны в страну, о которой поклялся он Аврааму, Ицхаку и Яакову» (25) И взял Йосеф клятву с сынов Израиля, сказав: «Когда вспомнит В-сильный о вас, вынесите мои кости отсюда».

[55] Говорится в Псалмах (66:18) «Если бы замышлял я преступление в сердце своем, не услышал бы Владыка мой! (19) Но Бог услышал, внял молитве моей». «Неуслышанность» - есть атрибут духовного поражения.

[56] Намек на то, что слова Маленького Принца требуют толкования, чтобы стало ясно Откровение.

[57] Вопрос и удивление Маленького принца становятся понятными в связи с Книгой Пророка Исайи (Ишайя 14:12): Как пал ты с неба, утренняя звезда, сын зари, низвержен на землю, вершитель судеб народов!» (имеется в виду падший ангел)

[58] Скромность становится понятной в связи с (Послание к Римлянам, 12:3) «По данной мне благодати, всякому из вас говорю: не думайте о себе более, нежели должно думать; но думайте скромно, по мере веры, какую каждому Бог уделил».

[59] Говорится в Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова (бен Сиры, 32:14) «Так забавляйся и делай, что тебе нравится; но не согрешай гордым словом»

[60] Говорится в Книге Премудрости Соломона: (12:27): «Ибо, что они сами терпели с досадою, то же увидев на тех, которых считали богами и чрез которых были наказываемы, они познали Бога истинного, Которого прежде отрекались знать» - досада есть еще одно свидетельство духовного состояния человека в современном мире.

[61] Упоминание пустыни, как места раскрытия Маленького Принца – неслучайно. Говорится в Книге Дварим (Гл. 32): (9) Ибо доля Бога – народ Его, Яаков – область удела Его. (10) Нашел Он его в стране пустынной и в хаосе воя пустыни; ограждал Он его, опекал его, берег его, как зеницу ока Своего. (11) Как орел стережет гнездо свое, над птенцами парит, расправляет крылья свои, берет каждого, носит на крыле своем. (12) Бог один водил его, и нет с ним богов чужих.

[62] Иносказательно здесь говорится о том, что тот, кого видит перед собой Маленький принц, не может слишком сильно отличаться от остальных (он – не издалека).

[63] Говорится в Книге Премудрости Соломона (6:12): «Премудрость светла и неувядающая, и легко созерцается любящими ее, и обретается ищущими ее». Созерцаемая Премудрость заключается в глубочайшем разделении мира Автора – его физической близости этому миру и знанию об Искуплении, т.е. знанию, почерпнутому из Божественного источника.

[64] Разгоревшееся любопытство – очередное свидетельство близости «дня гнева» Говорится в Пророчестве Ишайяу (Гл. 13) «(6) Рыдайте, ибо день Господа близок, идет как разрушительная сила от Всемогущего. (7) Оттого руки у всех опустились, и сердце у каждого человека растаяло. (8) Ужаснулись, судороги и боли схватили их; мучатся, как рождающая, с изумлениям смотрят друг на друга, лица у них разгорелись». Любопытство можно понимать в следующей связи (Третья Книга Ездры; 9:13): «Ты не любопытствуй более, как нечестивые будут мучиться, но исследуй, как спасутся праведные, которым принадлежит век и ради которых век, и когда».

[65] Говорится в Пророчестве Ишайяу: (21:11, 12): «Кричат мне с Сеира: сторож! Сколько ночи? Сторож! Сколько ночи? Сторож отвечает: приближается утро, но еще ночь. Если вы настоятельно спрашиваете, то обратитесь и приходите». Слова Маленького принца можно понимать так, что будет еще не одна ночь.

[66] Здесь содержится явный намек на порядок жертвоприношений, установленный Всевышним в Книге Исхода (Гл. 35): (4) И сказал Моше всему обществу сынов Израиля: «Вот что повелел Бог, сказав: (5) Возьмите у себя приношение для Бога, всякий щедрый сердцем пусть принесет приношение Богу: золото, и серебро, и медь, (6) И голубую шерсть, и багряницу, и червленицу, и лен, и козью шерсть, (7) И окрашенные в красный цвет бараньи шкуры, и шкуры тахашей, и дерево акации, (8) И масло для освещения, и благовонные снадобья для масла помазания и для ароматного воскурения, (9) и камни ониксы, и драгоценные камни для эйфода и для хошена. (10) И всякий мудрый сердцем среди вас пусть придет и сделает все, что повелел Бог: (11) Шатер, и покрытии, и покрывало, и крючки для них, и балки, и засовы его, и столбы его, и подножия. (12) Ковчег и шесты его, крышку и завесу; (13) стол и шесты его, и все его принадлежности, и хлеб, который будете класть на него. (14) И менору для освещения, и принадлежности ее, и светильники ее, и масло для освещения, (15) И жертвенник для воскурения благовоний, и шесты его, и масло для помазания, и полог при входе в шатер; (16) Жертвенник Всесожжения, и медную решетку, которая на нем, шесты его и все его принадлежности, умывальник и подножие его, (17) Занавесы для ограды двора, столбы его, и подножия для них, и полог при входе во двор шатра; (18) Колья для шатра, и колья для ограды двора, и веревки для них; (19) Служебные одежды для служения в святилище, священные одежды Аарону-когену, и одежды сыновьям его для служения».

[67] Удивление Маленького Принца можно понять из стиха Торы (глава Ваехи Книги Бытия, в которой Яаков благословляет своих сыновей и, в их числе, Иеhуду, Гл. 49): «(10) Не отойдет скипетр от Йеhуды, и законодатель из среды потомков его, пока не придет в Шило, и ему повиновение народов. (11) К виноградной лозе привязывает он осленка своего и к лозе нежной сына ослицы своей; моет в вине одежду свою, и в крови гроздьев одеяние свое». Именно из колена Иеhуды произойдет Мессия, но Мессия должен привязать осленка к виноградной лозе, т.е. осуществить привязку грубой материальности, которую олицетворяет осел – к древу жизни (виноградной лозе). Барашек, олицетворяющий самого Мессию – не требует «привязки», его служение гораздо более высокого уровня и является свидетельством избрания. Говорится в Главе Ваера (Книга Бытия, Гл. 22): « (4) На третий день поднял Авраhaм глаза свои и увидел это место издали. (5) И сказал Авраhам своим отрокам: «Сидите здесь при осле, а я и этот отрок пойдем вот туда и поклонимся, и возвратимся к вам». (6) И взял Авраhам дрова для жертвы всесожжения, и положил на Ицхака, сына своего, а в руку взял огонь и нож, и пошли оба вместе. (7) И сказал Ицхак Авраhаму, отцу своему, говоря: «Отец мой». И сказал тот: «Вот я, сын мой!». И сказал он: «Вот огонь, и дрова, Где же ягненок для жертвы всесожжения?». (8) И сказал Авраhам: «Всесильный усмотрит себе ягненка для жертвы всесожжения, сын мой». И пошли оба вместе». Привязывание осленка – дело рук человеческих, но судьба ягненка от начала и до конца – дело Всесильного, и любое привязывание – это вмешательство в планы Всесильного. Ягненок – не может «потеряться», и герой здесь свидетельствует о своей недостаточной духовной развитости.

[68] Мотив малости (недостатка) места, травы – один из ключевых во всей сказке. Говорится в Дварим (Второзаконие, гл. 11): (22) Ибо если вы будете соблюдать все заповеди сии, которые заповедую вам исполнять, будете любить Господа, Бога вашего, ходить всеми путями Его и прилепляться к Нему, (23) то изгонит Господь все народы сии от лица вашего, и вы овладеете народами, которые больше и сильнее вас; (24) всякое место, на которое ступит нога ваша, будет ваше; от пустыни и Ливана, от реки, реки Евфрата, даже до моря западного будут пределы ваши; (25) никто не устоит против вас: Господь Бог ваш, наведет страх и трепет пред вами на всякую землю, на которую вы ступите, как Он говорил вам.»

[69] Дискуссия о прямом пути очевидно связана с образом «прямого пути» в Торе, который сопоставляется мудрости, чистоте, добру, неколебимости и др. Говорится у Исайи (Гл. 59) о грехах Израиля: «(8) Пути мира они не знают, и нет суда на стезях их; пути их искривлены, и никто, идущий по ним, не знает мира. (9) Потому-то и далек от нас суд, и правосудие не достигает до нас; ждем света, и вот тьма, - озарения, и ходим во мраке. (10) Осязаем, как слепые стену, и, как без глаз, ходим ощупью; спотыкаемся в полдень, как в сумерки, между живыми - как мертвые. (11) Все мы ревем, как медведи, и стонем, как голуби; ожидаем суда, и нет его, - спасения, но оно далеко от нас.». Маленький Принц сознает всю глубину падения, в котором находится окружающий его мир.

[70] Говорится в Брейшит (12:1): И сказал Господь Авраму: пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего [и иди] в землю, которую Я укажу тебе. Здесь содержится намек на будущие странствия Маленького принца.

[71] Упоминание планет, названия которых омонимичны именам богов из римского Пантеона неслучайно. Говорится в Книге Дварим (Гл. 7): « (6) Ибо народ святой ты у Бога, Всесильного твоего: тебя избрал Бог, Всесильный твой, чтобы ты был Ему народом, избранным из всех народов, что на лице земли (7) Не потому, что многочисленнее вы прочих народов, возжелал вас Бог и избрал вас, ведь вы малочисленнее всех народов (8) Но из любви Бога к вам и ради соблюдения им клятвы, которую он дал отцам вашим, вывел Бога вас рукою мощною и освободил тебя из дома рабства, из-под власти фараона, царя египетского». Планетка Маленького Принца значима не своими размерами, но тем, что она – дом Маленького Принца.

[72] Интересно происхождение этого номера. Некоторые литературоведы считают, что замысел «Маленького принца» появился у Сент-Экзюпери в самом начале Второй мировой войны, в которую Франция вступила в 1939 году. Известно, что Тора была дарована на Синае в 1312 году до н.э. Соответственно, дарование Торы произошло за 1312 + 1939 = 3251 лет до написания «Маленького принца». В этом может быть скрыт определенный ключ к произведению: оно подобно астероиду, отстоящему на 3251 единицы от Первоисточника – Синайского Откровения.

[73] В этом наименовании важен и буквенный код (буква Б – первая буква Торы, книга «Брейшит»; именно этой буквой начинаются благословения – «Барух»), и номер – 612 – это число, на единицу меньшее общего количества заповедей, следующих из Торы – 613. В этом можно усмотреть намек, что Маленький принц, сам по себе – есть заповедь Торы. Именно Мессия «исполняет» Тору, т.е. делает ее завершенной.

[74] Несмотря на то, что общепринятое значение слова «репутация» соотносится с человеком, автор использует его дважды только в отношении астероида Б-612 и Земли («у нее неплохая репутация»). Иносказательно здесь цитируется мысль еврейских мудрецов, утверждавших, что каждый человек должен говорить «Ради меня создан мир». И приход Мессии – также для человека; именно в этом отношении, земля людей (название другой книги А. де Сент-Экзюпери), точно так же, как и астероид Б-612 обладают репутацией, т.е. достойны уважения.

[75] История об открытии астероида Б-612 турецким астрономом и сообщение об этом на «Международном астрономическом конгрессе» - явная отсылка к наиболее известному еврейскому лже-мессии Шабтаю Цви, сначала провозгласившему себя Мессией («открывшему астероид Б-612»), а затем – под действием обстоятельств принявшему ислам. В известном смысле, изложение у Автора пародирует и переиначивает историю: сначала Цви, будучи одет в евр(оп)ейскую одежду, вызывал доверие у огромного числа евреев из самых разных стран, но затем, после принятия ислама и («переодевания в турецкую одежду») предстал в качестве обманщика.

[76] Одна из самых известных строк из «Песни песней», аллегорически повествующая об отношениях Всевышнего и Израиля, звучит так: ««Я принадлежу моему другу, а мой друг мне» (Гл. 6, стих 3)». Именно это и есть самое главное, чем не принято интересоваться.

[77] Здесь содержится намек на сюжет дарования Торы (Книга Исход, Гл. 19): «18 Гора же Синай вся дымилась оттого, что Господь сошел на нее в огне; и восходил от нее дым, как дым из печи, и вся гора сильно колебалась; 19 и звук трубный становился сильнее и сильнее. Моисей говорил, и Бог отвечал ему голосом». И еще говорится во Второзаконии (Гл. 4): «(12) И говорил Бог с вами из огня: голос его слышали вы, но образа не видели, только голос. (13) И объявил он вам союз свой, который повелел вам исполнять, десять заповедей, и написал их на двух каменных скрижалях».

[78] Игра – один из наиболее амбивалентных символов Божественного присутствия. Говорится в Книге Исхода о грехе золотого тельца (Гл. 32): «(6) На другой день они встали рано и принесли всесожжения и привели жертвы мирные: и сел народ есть и пить, а после встал играть. (7) И сказал Господь Моисею: поспеши сойти [отсюда], ибо развратился народ твой, который ты вывел из земли Египетской; (8) скоро уклонились они от пути, который Я заповедал им: сделали себе литого тельца и поклонились ему, и принесли ему жертвы и сказали: вот бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли Египетской!». Но, говорится в Псалме 87: «(5) О Сионе же будут говорить: «такой-то и такой-то муж родился в нем, и Сам Всевышний укрепил его». (6) Господь в переписи народов напишет: «такой-то родился там». (7) И поющие и играющие, - все источники мои в тебе». В этом отношении, раскрывается смысл вопроса – о том, какие именно игры любит новый друг.

[79] Иносказательно здесь говорится о бабочках – душах, которые освобождаются из кокона – тела. Говорится среди ежедневных утренних благословений: «Бог мой! Душа, которую Ты даровал мне, чиста. Ты сотворил ее, Ты создал ее, Ты вдохнул ее в меня и Ты поддерживаешь ее существование во мне и в будущем заберешь ее у меня, а затем вернешь ее мне в грядущие времена». Иными словами, выражается уверенность в том, что каждая душа будет принята и сохранена Всесильным до грядущего времени, т.е. прихода Мессии.

[80] Здесь аллегорически упоминается один из ключевых вопросов, разделяющих религиозное и научное мировоззрение: сколько времени (сколько лет) существует Мир.

[81] Вопросы о количестве братьев (ближних) и весе (количестве) – иносказательное воспроизведение традиционной полемики между иудеями и христианами о достоверности Откровения. Согласно традиции, считается, что Синайское Откровение было обращено к 600000 душ сразу во всех поколениях; а Откровение Христа было изначально обращено к 12 Апостолам с тем, чтобы быть затем проповедано по всей Земле. Автор неявным образом полемизирует с этими подсчетами, рассматривая их, как свидетельства «взрослости», т.е. отсутствия живой веры.

[82] Вопрос о заработке отца можно понимать в нескольких смыслах: и как превалирование грубой материальности в сознании современника, и более тонко – как вопрос о возможном вознаграждении (души) за труд изучения Торы. Говорится в трактате Мишны «Пиркей Авот» (Гл. 2): «(15) Раби Тарфон говорит: «День короток, а работы много и работники ленивы, но вознаграждение велико и хозяин торопит». (16) Он говорил: «Не тебе завершить работу, но и не волен ты освободиться от нее. Если ты много изучал Тору, то дадут тебе большое вознаграждение, ибо надежен Тот, кто повелел тебе трудиться и даст тебе вознаграждение за работу, но знай, что вознаграждение праведникам в жизни грядущей».

[83] Иносказательно здесь говорится о том, что только тот, кто «желает барашка», т.е. готов принести жертву, может считаться человеком. Все древние праведники (Ноах, Авраам, Ицхак, Яаков) «ставили жертвенники», впоследствии именно жертвоприношения становятся основой храмовой службы.

[84] Аллегорически здесь рассматривается проблема прихода Мессии: взрослые, т.е. люди позитивного, научного мировоззрения рассматривают это как невозможное событие. Напротив, для детей, т.е. людей, живущих верой, приход Мессии – является ожидаемым и вполне реальным событием.

[85] Говорится у Иеремии (6:16) о грехах Израиля: «Так говорит Господь: остановитесь на путях ваших и рассмотрите, и расспросите о путях древних, где путь добрый, и идите по нему, и найдете покой душам вашим. Но они сказали: «не пойдем»». Иносказательно, отсутствие расспросов (духовных интересов) – есть один из атрибутов духовной поврежденности.

[86] Говорится в Притчах Соломона (19:11): «Благоразумие делает человека медленным на гнев, и слава для него - быть снисходительным к проступкам». Именно дети – более благоразумны, чем взрослые; их снисходительность есть слава, т.е. благословение.

[87] «Насмешка» над цифрами и номерами – аллегория того, что во времена Машиаха гематрия (т.е. изучение тайных смыслов Торы в соответствии с числовыми значениями входящих в состав слов букв) окажется ненужной, поскольку все тайны будут раскрыты.

[88] Здесь намек на Евангелие от Иоанна (гл. 3), где повествуется об Иоанне и Иисусе. Иоанн («друг Жениха») говорит: (29) Имеющий невесту есть жених, а друг жениха, стоящий и внимающий ему, радостью радуется, слыша голос жениха. Сия-то радость моя исполнилась. (30) Ему должно расти, а мне умаляться. Иносказательно, здесь – о встрече человеческого и Божественного.

[89] Естественной и основной противоположностью забаве является учение. В этом смысле, высказывание Автора следует понимать, что его книжку следует читать – для учения, т.е. она может и должна осмысливаться как часть более общего Учения.

[90] Говорится в Шмот (25:20): И будут крувы с простертыми вперед, приподнятыми крыльями. Крылья их должны прикрывать крышку, а лица их будут обращены друг к другу и слегка склонены вниз, к крышке. Два крува как символ земного и небесного должны быть обращены друг к другу в знак искомого Единства – и это есть важнейший урок книги.

[91] Здесь вновь содержится аллегорическое описание ковчега. Согласно преданию, когда Тора была дарована, все земля на Синае, мгновенно покрылась разноцветными цветами.

[92] Аллегорически, здесь присутствует очень важная мысль – невозможно человеку оценить то, что ему дается Всевышним. Иногда это кажется чересчур большим (особенно, когда речь идет об испытаниях), иногда – чересчур маленьким (особенно, когда речь идет о благословении). Главное – это сознание того, что наше восприятие не задает подлинный масштаб события. Говорит Всевышний через Исайю (Гл. 55): (8) Мои мысли - не ваши мысли, ни ваши пути - пути Мои, говорит Господь. (9) Но как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших.

[93] Здесь неслучайно говорится об одежде: В Книге Брейшит говорится о том, что сделали братья после продажи Йосефа ишмаэльтянам: (Гл. 37) (31) И взяли одежду Иосифа, и закололи козла, и вымарали одежду кровью; (32) и послали разноцветную одежду, и доставили к отцу своему, и сказали: мы это нашли; посмотри, сына ли твоего эта одежда или нет. Здесь содержится важный намек на временное сокрытие Машиаха, через которое придется пройти и Маленькому принцу.

[94] Аллегорически здесь говорится о том, что любая попытка изображения повреждена грехом (Вторая Заповедь требует: «(4) Не делай себе изваяния и всякого изображения того, что на небе вверху, и того, что на земле внизу, и того, что в воде ниже земли»).

[95] Символика третьего дня раскрывается в Книге Брейшит (Гл.1): (11) И сказал Всесильный: «Да произрастит земля зелень, траву семеноносную, дерево плодовитое, производящее по роду своему плод, в котором семя его на земле» и стало так. (12) И произвела земля зелень, траву семеноносную по роду своему и дерево плодовитое, в котором семя его по роду его. И увидел Всесильный, что это хорошо. (13) И был вечер, и было утро: день третий. Далее, Автор намекает на фундаментальное различие между травой, которая благословенна («пусть его растет на здоровье») и баобабом-деревом, которое нужно вырвать, пока он «не завладел планетой». Говорится в Книге Исхода (Гл. 34): (13) Но жертвенники их (языческих народов) разбейте, священные колонны их сокрушите, деревья, которым они поклоняются, срубите. (14) Ибо да не поклонишься ты божеству иному, ибо имя Бога – «Ревнитель», Бог-Ревнитель Он.

[96] Говорится в Книге Бытия (Гл. 18) об Аврааме: (1) И открылся ему Бог в Элоней-Мамрэ, а он сидел у двери шатра, когда зноен был день. (2) И поднял он глаза свои, и увидел: вот три человека стоят возле него, и увидев, он побежал навстречу им от двери шатра, и поклонился до земли, (3) И сказал: «Господа мои! Если я нашел милость в глазах твоих, не пройди мимо раба твоего». В Талмуде Раби бар Ханина говорит: «Был третий день после обрезания, и Святой, благословен Он, пришел справиться о его здоровье» [Бава мециа 86 б]. Таким образом, противопоставлено: под одним деревом праведнику открывается Единый, множественные деревья – (символ «священной рощи» язычников) – это символ трагического опустошения и разъединения. Именно баобабы изображены на гербах Сенегала и Центральной Африканской Республики.

[97] Лишение баобаба статуса дерева объясняется религиозными причинами: согласно Галахе, деревом считается растение, ствол и ветви которого сохраняются из года в год. Между тем, именно потому, что баобабы – выкорчевываются Маленьким принцем, как сорная трава (говорится в Псалме 92): (8) Когда разрастаются нечестивые, как трава, и процветают все творящие беззаконие, (это для того), чтобы быть истребленными навеки… (13) Праведник, как пальма, расцветет, как кедр в Леваноне, возвысится. (14) Насажденные в доме Г-споднем, во дворах Б-га нашего расцветут они. (15) Еще (и) в старости расти будут, станут тучны и сочны, (16) Чтобы возвещать, что справедлив Г-сподь, крепость моя, и нет в Нем несправедливости.

[98] Важно, что «умывание» и «приведение себя в порядок» следуют друг за другом. Аллегорически, здесь говорится о необходимости сочетания физического очищения (умывание) с духовным (приведение себя в порядок), иначе говоря, молитвой.

[99] Говорится в Притчах Соломона (Гл. 10:19) При многословии не миновать греха, а сдерживающий уста свои – разумен.

[100] Символика четвертого дня связана с отделением дня и ночи (Книга Брейшит): (14) И сказал Всесильный: «Да будут светила в пространстве неба для отделения дня от ночи, да будут они знамениями и для времен, и для дней и годов. (15) И да будут они светилами в пространстве небесном, чтобы светить на землю» и стало так. (16) И создал Всесильный два светила великих: светило большее для владения днем, и светило меньшее для владения ночью, и звезды. (17) И поместил их Всесильный в пространстве небес, чтобы светить на землю, (18) и чтобы владеть днем и ночью, и чтобы отделять свет от тьмы. И увидел Всесильный, что это хорошо. (19) И был вечер, и было утро: день четвертый». Согласно традиционным толкованиям, Израиль олицетворяет Луну, т.е. ночное светило, и, в этом отношении, ожидание заката – ожидание выхода Луны – есть ожидание нового дня. Один из дней – и должен стать днем Освобождения (Геулы).

[101] Говорится в первом разделе Талмуда (Трактат «Брахот», Тосефта [1; 1]) «С какого времени читают «Шма» вечером – с того времени, когда возвращаются люди домой после вечерней трапезы по пятницам – слова раби Меира; мудрецы же полагают, с того времени, когда когены получают право есть свои возношения. Признак этого времени – появление звезд». Маленький принц любил закат, поскольку это – время для вознесения молитвы. Еще – там же говорится, что «Исход из Египта поминается по ночам» (Брахот, Тосефта [1; 10]).

[102] Говорится у Пророка Амоса (Гл. 8:9) о «Днях гнева»: И будет в тот день – сказал Господь Бог, - и заставлю солнце закатиться в полдень и омрачу средь ясного дня. И еще: (11) Вот наступают дни, – сказал Господь Бог, – когда пошлю Я голод на землю: не бесхлебицу и безводье, а (голод и жажду) внимать словам Господним. (12) И будут бродить они от моря к морю и с севера к востоку, скитаться будут в поисках слова Господня, но не найдут (его).

[103]Автор говорит о том, что еще не пришло время, однако Маленький принц свидетельствует, что «на его планете уже солнце зашло».

[104] Здесь содержится намек на то, что Земля уже готова к раскрытию Мессии (Маленький Принц чувствует себя, «как дома»).

[105] Здесь содержится намек не столько на географическое, сколько на духовное время. Франция, претерпевшая гораздо больше во время двух мировых войн, в гораздо большей степени, готова к раскрытию, чем Америка, где еще только полдень.

[106] По-видимому, число 43 содержит намек на 1943 год – год публикации «Маленького принца». Вся предыдущая история представлялась из этого времени – бесконечным разрушением, и именно поэтому 43 заката символизируют величайшую и – невысказанную – скорбь.

[107] Весьма важно, что символика пятого дня раскрывается в следующих стихах Торы, посвященных описанию Шестого Дня Творения (глава Брейшит): (1:30) «А всем животным земли и всем птицам небесным и всякому пресмыкающемуся по земле, в котором душа живая, всякая зелень травная для пищи, и стало так». Возможно, причина этого – в необходимости обеспечения связности повествования (на пятый день сотворены и благословлены твари небесные и пресмыкающиеся). Возможно, в этом есть некоторая уступка распространенному убеждению, согласно которому животные были сотворены на день раньше, чем человек (шестой день). Тора учит, что и животные, и человек были сотворены в один и тот же – шестой день, но животные – несколько ранее.

[108] Болт может быть аллегорическим изображением шеста, необходимого для постройки Мишкана, передвижного Храма. Противоречия между Маленьким принцем и Автором имеют смысл противоположности между мицвой, исполняемой человеком и Откровением, являющемся свыше. Автор говорит о серьезности собственного человеческого усилия, Маленький принц – о необходимости принятия Откровения.

[109] Иносказательно здесь говорится о «болтах» и «шипах» как креплениях для брусьев Скинии Завета. Вопрос Маленького принца связан с его миссией. Расхождение Маленького принца и Автора носит вполне принципиальный характер: раздражение Автора связано с тем, что произошла поломка, которую он не в состоянии исправить (разрушение Храма), и он говорить о пути дальнейшего падения («стукнуть, чтобы все разлетелось вдребезги»). Мысль Маленького принца – направлена на понимание смысла того падения, которое произошло, и нахождению пути к исправлению.

[110] Злословие – один из тягчайших грехов. Говорится в Книге Бытия: (6:5) «И увидел Господь [Бог], что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время»

[111] Говорится в Псалме (115:6) Хранит Господь простодушных: я изнемог, и Он помог мне.

[112] Обвинение в путанице раскрывается в свете пророчества Исайи: (Гл. 8): (11) Ибо так сказал мне Г-сподь силою руки (пророчества), предостерегая меня, чтобы не следовать путем этого народа, говоря: (12) «Не считайте заговором всего того, что этот народ считает заговором; и не бойтесь того, чего он боится; и не страшитесь. Г-спода Ц-ваота, – (13) Его святите, и Он – страх ваш, и Он даст вам силу! (14) И будет Он святилищем, и камнем преткновения, и скалою преграждающей для обоих домов Йисраэйля, и западнею и тенетами для жителей Йерушалаима. (15) И споткнутся о них многие, и упадут, и разобьются, и запутаются в тенетах, и будут пойманы». Но, не менее важен и намек на Главу «Ваера» (Книга Бытия, Гл. 22): (13) И возвел Авраам очи свои и увидел: и вот, позади овен, запутавшийся в чаще рогами своими. Авраам пошел, взял овна и принес его во всесожжение вместо [Исаака], сына своего.

[113] Иносказательно, здесь противопоставляется цветок, имеющий небесное происхождение, и гриб, имеющий исключительно земное происхождение и даже не нуждающийся в солнечном свете. Существование гриба обеспечивают другие растения, и в этом отношении, гриб есть символ высшей степени забвения источника жизни; он не упоминается в описании Творения, а его существование обеспечивается паразитировании на созданных до этого деревьях.

[114] Один из лейтмотивов Маленького принца – забота о барашке и цветке и страх того, что барашек может съесть цветок, не зная, что он натворил. Здесь – намек на Мессию, спасение, которое одинаково важно и для христиан (барашек), и для иудеев (роза). Одновременно, свидетельства о приходе Мессии для иудеев и христиан разнятся, в связи с чем, Маленький Принц беспокоится о том, что христианский Мессия может сделать невозможным спасение для иудеев.

[115] Говорит Господь в Книге Исхода (Гл. 4:22), обращаясь к Моше: И скажи фараону: так говорит Господь [Бог Еврейский]: Израиль есть сын Мой, первенец Мой. Утверждение Израиля, как возлюбленного и единственного, содержится во всех книгах Торы.

[116] Беспокойство Маленького принца о том, чтобы барашек не съел цветок (розу) раскрывается в связи с тем, что барашек (агнец) есть один из фундаментальных символов христианского Мессии (Христа), а роза – каббалистический символ Израиля. И барашек, и роза – в равной степени важны для Маленького принца, но между ними существует опасное соперничество – барашек может «съесть» розу, а роза – выпускает шипы. Именно тайна глубочайшего взаимного неприятия Израиля и Христа волнует Маленького принца, ее разрешение – есть важнейшее условие его утешения, но она остается непонятой Автором (людьми).

[117] Говорится у Иезекиля (21:12): «Стенай и рыдай, сын человеческий, ибо он - на народ Мой, на всех князей Израиля; они отданы будут под меч с народом Моим; посему ударяй себя по бедрам.» Маленький принц рыдает не о себе, но о розе (Израиле).

[118] Невозможность человеческого утешения для Маленького принца – намек на слова Псалма (76:3) «В день скорби моей ищу Господа; рука моя простерта ночью и не опускается; душа моя отказывается от утешения.»

[119] Аллегорически здесь говорится о грешниках (Псалмы, 91:8) Тогда как нечестивые возникают, как трава, и делающие беззаконие цветут, чтобы исчезнуть на веки.

[120] Один из постоянно повторяющихся мотивов еврейской религиозной традиции – фундаментальное различие между Израилем и народами мира: душа Израиля является составной частью Всевышнего и сохраняет связь со своим Первоисточником («этот росток пророс из зерна, занесенного неведомо откуда»).

[121] Говорится в Пророчестве Исайи (Гл. 53:2) «Ибо Он взошел пред Ним, как отпрыск и как росток из сухой земли; нет в Нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему». Отсутствие привлекательности вначале – не есть отсутствие избрания.

[122] Упоминание бутона весьма важно в связи с главным смыслом повествования. Говорится в «Песне песней» (2:12) о времени Исхода: «Бутоны (ницаним) показались на земле». Слово «бутон» (на иврите «ницан») однокоренное с названием месяца Исхода – Нисаном и имеет общие буквы со словом «нисим» (чудеса). Здесь также содержится намек на чудесный характер грядущего освобождения.

[123] Аллегорически говорится у Йехезкела (Гл. 16) об избрании Израиля – Всевышним: «(7) Десятитысячекратность, как растению полевому, даровал Я тебе. И выросла ты, и стала большая, и явилась в драгоценных украшениях – груди достигли совершенства, и волосы твои отрасли, но ты (была) нага и непокрыта. (8) И Я проходил мимо тебя, и Я увидел тебя, и вот, время твое – время любви; и Я простер крыло Мое над тобой, и прикрыл наготу твою; и поклялся тебе, и вступил в союз с тобой, – слово Г-спода Б-га, – и ты стала Моею».

[124] Говорится в «Песне Песней» (2:10): Возлюбленный мой начал говорить мне: встань, возлюбленная моя, прекрасная моя, выйди!

[125] Роза и четыре шипа – крест – символ розенкрейцеров. Но, не менее важно, что цветок – женского рода, и четверо праматерей у Израиля – Сара, Ривка, Рахель и Лея. Говорится у Иеремии (Гл. 31:15): Так говорит Господь: голос слышен в Раме, вопль и горькое рыдание; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться о детях своих, ибо их нет. Здесь – намек на страдания иудейских праматерей (шипы), которые будут терзать сердце Машиаха.

[126] Мотив бесстрашия перед лицом земных опасностей является одним из ключевых в иудаизме. С этим призывом Всевышний обращается к каждому из праотцев Израиля. Говорит Всевышний к Аврааму: (Брейшит, 15:1): «После сих происшествий было слово Господа к Авраму в видении [ночью], и сказано: не бойся Авраам; Я твой щит; награда твоя [будет] весьма велика» Говорит Господь к Ицхаку: (Брейшит 26:24) «И в ту ночь явился ему Господь и сказал: Я Бог Авраама, отца твоего; не бойся, ибо Я с тобою; и благословлю тебя и умножу потомство твое, ради [отца твоего] Авраама, раба Моего.» Говорит Господь к Яакову: (Брейшит 28:13): «И вот, Господь стоит на ней (земле) и говорит: Я Господь, Бог Авраама, отца твоего, и Бог Исаака; [не бойся]. Землю, на которой ты лежишь, Я дам тебе и потомству твоему»

[127] Говорится в Псалме (90:6): Ты как наводнением уносишь их (людей); они - как сон, как трава, которая утром вырастает, утром цветет и зеленеет, вечером подсекается и засыхает. Иносказательно, здесь говорится о траве – как символе преходящего, быстро увядающего.

[128] Здесь содержится намек на бесстрашие Даниила и его чудесное спасение изо рва со львами.

[129] В отличие от земных опасностей, сквозняк (ветер) всегда есть дело Господа. Говорится в книге Исхода (10:13): «И простер Моисей жезл свой на землю Египетскую, И Господь навел на сию землю восточный ветер, продолжавшийся весь тот день и всю ночь. Настало утро, и восточный ветер нанес саранчу». И далее (10:19): «И воздвигнул Господь с противной стороны западный весьма сильный ветер, и он понес саранчу и бросил ее в Чермное море: не осталось ни одной саранчи во всей стране Египетской»

[130] Здесь содержится намек на одну из фундаментальных идей иудаизма: сотворенности души – В-вышним; более того, самый корень души – есть частичка В-вышнего, погруженного в телесную оболочку. В этой связи, именно память о своем Первоисточнике и желание вернуться к нему – есть основа религиозного чувства.

[131] Говорится в Песне Песней Соломона (Гл. 4:11): Сотовый мед каплет из уст твоих, невеста; мед и молоко под языком твоим, и благоухание одежды твоей подобно благоуханию Ливана!

[132] Здесь намек на фрагмент из Нового Завета (Первое послание Иоанна, 3:18) «Дети мои! станем любить не словом или языком, но делом и истиною»

[133] Говорится в Книге Ионы (Гл. 1:3) «И встал Иона, чтобы бежать в Таршиш от лица Господня, и пришел в Яфо, и нашел корабль, отправлявшийся в Таршиш, отдал плату за провоз и вошел в него, чтобы плыть с ними в Таршиш от лица Господа». Иносказательно, бегство – это временное отступление от своего предназначения.

[134] Многие отмечают вздорный и склочный характер еврейского народа, проявляющийся в быту, но одновременно, отмечают необыкновенную внутреннюю красоту и благородство, которыми наполнена его душа.

[135] В этой строке содержится два намека. С одной стороны, на момент творения мира, в котором человек призван играть роль нарекающего: (Брейшит, Гл. 2:19): Господь Бог образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привел [их] к человеку, чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей. Другой намек – на времена Машиаха (Третья книга Ездры, 5:6): Тогда будет царствовать тот, которого живущие на земле не ожидают, и птицы перелетят на другие места. В этой сказке «перелетные птицы» обозначают ангелов. Как сказано (Псалом 91): (9) Ибо Ты, (сказал): Г-сподь, – оплот мой, Всевышнего сделал ты обителью своей. (10) Не случится с тобой беды, и бедствие не приблизится к шатру твоему, (11) Потому что ангелам Своим Он заповедает о тебе – хранить тебя на всех путях твоих. (12) На руках они понесут тебя, чтобы не споткнулась о камень нога твоя. (13) На льва и на аспида наступишь, топтать будешь льва и дракона.

[136] «Прочистил вулканы» иносказательно здесь говорится о мистической практике очищения клипот; в частности, вулкан – есть «эш митлакахат» - огонь пожирающий, который должен быть очищен.

[137] «Два действующих вулкана» - представляют собой намек на две ветви вероучения – иудаизм и христианство. «Один потухший вулкан» символизирует скрытую Истину, которая может стать явной в любой момент («мало ли что может случиться!»).

[138] Вулкан – здесь – намек на дарование Торы. Говорится в Книге Исхода (Гл. 19): (16) И вот, на третий день, при наступлении утра, были громы и молнии и облако густое на горе, и звук шофара (рога) весьма сильный; и вздрогнул весь народ, который в стане. (17) И вывел Моше народ навстречу Б-гу из стана, и стали у подошвы горы. (18) А гора Синай дымилась вся от того, что сошел на нее Г-сподь в огне; и восходил дым от нее, как дым из печи, и тряслась вся гора чрезвычайно. (19) И звук шофара становился сильнее и сильнее. Моше говорил, и Б-г отвечал ему голосом. Два действующих вулкана – это два Откровения, данных Израилю и всему остальному миру, а недействующий вулкан («мало ли что может случиться!») – это раскрытие Машиаха, которое еще не наступило.

[139] Говорится во Второзаконии (32:6): «Сие ли воздаете вы Господу, народ глупый и несмысленный? не Он ли Отец твой, Который усвоил тебя, создал тебя и устроил тебя?»

[140] Постарайся быть счастливым – иносказательно здесь говорится не о счастье, но о праведности, которые, согласно Традиции – связаны.

[141] Говорится у Исайи (Гл. 33) (3): От грозного гласа Твоего побегут народы; когда восстанешь, рассеются племена (4) и будут собирать добычу вашу, как собирает гусеница; бросятся на нее, как бросается саранча. Иносказательно, «знакомство» с гусеницами – есть неизбежное свидетельство прихода Машиаха.

[142] Вместе с Землей (седьмая планета), астероиды, о которых говорится в сказке символизируют семь нижних сфирот: Хесед, Гвура, Тиферет, Нецах, Ход, Йесод, Малхут. Путешествуя по этим планетам, Маленький принц совершает схождение в мир (Малхут – Земля – конечная точка его путешествия).

[143] Поучиться – аллегорически здесь говорится о Талмуде (корень – «лилмод», учиться). Кстати, рассказы о встречах Маленького принца на разных планетах, по стилю и структуре напоминают Гмару – нарративную часть Талмуда.

[144] Король – аспект величия и добра (Хесед). Однако, как следует из всех состоявшихся разговоров, на пути Маленького принца возникают «клипот» - оболочки нечистоты.

[145] Здесь содержится ирония по поводу еврейской традиции находить во всяком действии законодательную основу (мицву).

[146] Здесь содержится намек на «Цимцум» - каббалистическую идею сжатия В-высшнего, для того, чтобы мир и человек обрели свое место в бытии.

[147] Здесь содержится намек на мидраш, повествующий о разговоре Авраама с царем Нимродом. Сказал царь Нимрод Аврааму: «Разве ты не знаешь, что я всемогущ, что мне поклоняются и солнце, и луна, и звезды, и планеты, и люди?». Сказал ему Авраам: «Таков вечный закон, что со дня сотворения мира восходит солнце на востоке и заходит на западе. Если завтра ты заставишь солнце взойти на западе и сесть на востоке, я поверю, что ты владыка мира. И еще, если ты всемогущ, тебе наверняка известны все тайны; если так, скажи мне тотчас, что у меня на сердце и что я собираюсь делать» (Быт. Р. XXXVIII).

[148] Здесь намек на «земную» власть короля. Как известно (Исход, 14:21): «И простер Моисей руку свою на море, и гнал Господь море сильным восточным ветром всю ночь и сделал море сушею, и расступились воды.». Евреи благополучно преодолели море, зато египтяне были потоплены.

[149] Иносказательно, здесь содержится сюжет о противостоянии человеческой разумности и Божественной веры.

[150] Интересно, что король называет время, в точности соответствующее названию наиболее популярной еврейской песни: «7 – 40».

[151] В мире человеческой разумности чудо невозможно, в нем Машиаху «нечего делать».

[152] Иносказательно, здесь говорится о необходимости соединения Хесед – величия и Гвуры – строгости (символ правосудия). Королю (Хесед) не хватает Правосудия (Гвуры).

[153] Помимо простого смысла – мудрость как способность к правильному суждению, в первую очередь, о себе, здесь есть еще один смысл. Говорится в Книге Исход (35:10) И всякий из вас мудрый сердцем пусть придет и сделает все, что повелел Господь. Иными словами, мудрость – еще и послушание воле В-вышнего.

[154] В Трактате Талмуда «Псахим», посвященном обсуждению законов праздника Песах и связанных с этим поисков и уничтожения квасного, говорится во второй Мишне: «Не опасаются во время бдикат-хамец, что крыса перетащила хамец из одного помещения, где еще не производили бдикат-хамец в помещение, где бдикат-хамец уже закончили, или с одного места на другое, другое место в том же помещении» Рашбам объясняет это так: поскольку не все делают бдикат-хамец одновременно, если так думать, то придется учитывать, что хлеб может быть перенесен крысой и из другого дома и даже из другого города. Иносказательно, крыса выступает в качестве опасности загрязнения уже очищенного. В этом смысле, нынешнее время характеризуется тем, что крыса еще может совершить «преступление», но за него она должна быть помилована.

[155] Говорится в Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова (38:22): "Вспоминай о приговоре надо мною, потому что он также и над тобою; мне вчера, а тебе сегодня".

[156] Здесь содержится несколько сниженная аллегория исхода евреев из Египта, когда фараон (пар’о) говорит Моше и Аарону (Исход 12:31): «И призвал [фараон] Моисея и Аарона ночью и сказал [им]: встаньте, выйдите из среды народа моего, как вы, так и сыны Израилевы, и пойдите, совершите служение Господу [Богу вашему], как говорили вы;». Маленький принц получает приказ уйти только после нескольких обращений, а освобождению предшествует разговор о смертной казни крысы (гибель первенцев), после чего возникают «благоприятные условия» для того, чтобы Маленький принц «пустился в путь».

[157] Говорится в Притчах Соломона (13:18) «Худой посол попадает в беду, а верный посланник – спасение». Здесь содержится намек на предназначение путешествия Маленького принца.

[158] Говорится в Псалмах (30:7) Ненавижу почитателей суетных идолов, но на Господа уповаю. Иносказательно здесь говорится о Второй заповеди «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, что на земле внизу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им; ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвёртого [рода], ненавидящих Меня, и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои.». Одновременно, образ честолюбца – это оболочка нечистоты сфиры Тиферет, означающей красоту, великолепие.

[159] Говорится в Книге Бытия (14:10) В долине Шиттим было много смоляных ям. И цари Содомский и Гоморрский, обратившись в бегство, упали в них, а остальные убежали в горы. Падение шляпы – аллегорически падение язычника.

[160] Говорится в Псалме (30: 7) «Ненавижу почитателей суетных идолов, но на Господа уповаю».

[161] В каббалистическом смысле, пьяница означает клипу, связанную со сфирой Гвура (строгость, страх). Пьяный страшится своего греха, но не может его преодолеть, погружаясь в бесконечную бессмысленность.

[162] Говорится в Талмуде (Трактат Эрувин, 61а): ««Чем отличается захмелевший от пьяного? Захмелевший – это тот, кто может говорить перед царем, а пьяный – тот, кто не может говорить перед царем». Статус «пьяного» подчеркнут автором именно для указания, что пьяный – лишен возможности молиться («говорить перед царем»), и его переживание стыда – есть переживание бессмысленности и безотрадности его существования.

[163] Поверхностный (внешний) смысл этого отрывка отсылает нас к экзистенциальному переживанию стыда, который следует из совершаемых действий, и порождает их продолжение. Однако, на более глубоком уровне, сюжет отсылает сразу к двум ключевым сюжетам Книги Брейшит – грехопадению Адама и Хавы и опьянению Ноаха. Говорится об Адаме и Хаве до грехопадения (Брейшит, 2:25): И были они оба наги, человек и жена его, и не стыдились. Имеется в виду, что стыд – есть атрибут грехопадения. Впоследствии, именно стыд считается «великая препона и железная стена, установленная перед всеми преступлениями» (Орхот Цадиким). Или: «Если некто совершает преступление и стыдится этого, - ему прощаются все его грехи» (Брахот 12б) и еще: «Стыдливый – в Ган-Эдене» (Авот 5:20).

Однако, ясно и то, что стыд пьяницы – не целительный, но обреченный, поскольку он, в полном смысле слова, бесконечен. Говорится в Пророчестве Иеремии (Гл. 48) о Моаве: (25) Отсечен рог Моава, и мышца его сокрушена, говорит Господь. (26) Напойте его пьяным, ибо он вознесся против Господа; и пусть Моав валяется в блевотине своей, и сам будет посмеянием. О Моаве же известно, что царь Моава Балак (Валак) призвал злодея Бильама проклясть Израиль, но Бильам благословил Израиль. Поэтому говорится во Второзаконии (23:3): Аммонитянин и Моавитянин не может войти в общество Господне, и десятое поколение их не может войти в общество Господне вовеки. Таким образом, своим одиночеством и беспомощностью пьяница избывает не только свое одиночество, но более глубокий грех – проклятие Израиля.

[164] Делец означает клипу сфиры Нецах (уверенность в победе) – он уверен в своем успехе, но эта уверенность не имеет никакого отношения к реальности, и поэтому она – пуста. Это – пустая оболочка, «клипа».

[165] Поверхностный смысл фразы связан с «гиподинамией». Но, на более глубоком уровне – «сидение» - есть духовная приниженность, неспособность «выйти» (подобно тому, как выведен был Авраам, когда Господь открыл ему свое благословение).

[166] Поверхностный смысл отрывка достаточно очевиден: делец занят пересчитыванием звезд, которое кажется ему серьезным делом, но, в действительности, бессмысленно, поскольку «не создает уз». На более глубоких уровнях, здесь Автор затрагивает огромное количество талмудических проблем:

    Что значит царствовать и владеть; Должен ли владелец знать свое имущество; Как можно владеть тем, что никому не принадлежит; Можно ли владеть звездами; Связано ли владение имуществом и принесение пользы?

Решение этих проблем требует специального обсуждения, однако некоторые наиболее общие принципы можно сформулировать вкратце.

В-первых, говорится в Книге Брейшит (гл. 1): (14) И сказал Всесильный: «Да будут светила в пространстве неба для отделения дня от ночи, да будут они знамениями и для времен, и для дней и годов. (15) И да будут они светилами в пространстве небесном, чтобы светить на землю» и стало так. (16) И создал Всесильный два светила великих: светило большое для владения днем, и светило меньшее для владения ночью, и звезды. (17) И поместил их Всесильный в пространстве небес, чтобы светить на землю, (18) и чтобы владеть днем и ночью, и чтобы отделять свет от тьмы. И увидел Всесильный, что это хорошо. (19) И был вечер, и было утро: день четвертый. Звезды, так же как и Солнце и Луна – творения Всесильного, и предназначены для отделения света от тьмы, но не могут быть ничьей собственностью.

Во-вторых, Господь Бог дает (Втор. 1:21): «Вот, Господь, Бог твой, отдает тебе землю сию, иди, возьми ее во владение, как говорил тебе Господь, Бог отцов твоих, не бойся и не ужасайся», но нигде не говорится о том, что небо или звезды могут быть даны во владение человеку.

В-третьих, говорит Господь Бог к Аврааму: (Брейшит, гл. 15): (5) И вывел его вон и сказал [ему]: посмотри на небо и сосчитай звезды, если ты можешь счесть их. И сказал ему: столько будет у тебя потомков. (6) Авраам поверил Господу, и Он вменил ему это в праведность. Отсюда вывод: благословение дается только тем, кто верит, но не пересчитывает звезды.

В-четвертых, говорится во Второзаконии (Гл. 4: 19) «И дабы ты, взглянув на небо и увидев солнце, луну и звезды [и] все воинство небесное, не прельстился и не поклонился им и не служил им, так как Господь, Бог твой, уделил их всем народам под всем небом», т.е. звезды – принадлежность Господа, и, является в этом отношении «Кодашим», т.е. священным и неделимым имуществом.

В-пятых, даже если рассматривать звезды как приобретенное имущество, одна десятая его часть должна быть отделена, без этого приобретение невозможно.

[167] В каббалистическом отношении, фонарщик представляет собой сфиру Ход – искренность и серьезность. Фонарщик искренно исполняет условие уговора, но это не приносит никому счастья и спасения – ни ему самому, ни миру.

[168] Рассказывают, к Ребе РаШаБу (Шалому Дов-Беру) пришел хасид с вопросом: Что значит быть хасидом? Ответил Ребе: Хасид похож на фонарщика. Фонарщик зажигает фонари, которые ещё не горят, а хасид - еврейские души, которые нужно зажечь. Спросил хасид: Надо ли зажигать фонарь, стоящий в пустыне? - Да, - сказал Ребе. - Первое: для людей, чтобы видели, как бедна пустыня: нет в ней ни деревца, ни кустика. Но когда ты зажигаешь фонарь - то и пустыня видит себя, свою обнажённость, свою бедность... И снова задал хасид свой вопрос: А надо ли зажигать фонарь, стоящий в открытом море? - Да, - сказал Ребе. - Фонарщик должен сбросить одежду, прыгнуть в бушующее море, доплыть до фонаря и зажечь его своим факелом.

[169] Одно из основоположений иудаизма «исполним и поймем» (Шмот, 19:8) И весь народ отвечал единогласно, говоря: всё, что сказал Господь, исполним [и будем послушны]. И донес Моше слова народа Господу. Иносказательно, исполнение предшествует пониманию. В этом отношении, исполнение Торы – не должно быть понятно, есть множество заповедей, которые не имеют никакого определенного физического смысла (например, об очищении пеплом рыжей телицы), однако должны исполняться.

[170] «Красный клетчатый платок» - намек на то, о чем говорится неоднократно в Книге Шмот: покрывала для шатра Откровения делается из красных бараньих шкур.

[171] Намек на жертвоприношения, которые совершались утром и после полудня (вечером).

[172] Говорится в Притчах Соломона (20:13) «Не люби спать, чтобы тебе не обеднеть; держи открытыми глаза твои, и будешь досыта есть хлеб». Иносказательно здесь говорится о духовной трезвости, которая предотвращает грех. Несмотря на исполнение мицвы, фонарщик находится во власти других пороков.

[173] Духовный статус фонарщика гораздо выше, чем у обитателей прочих планет, но и он – грешит, ибо любит спать. Говорится в Притчах Соломона (20:13) Не люби спать, чтобы тебе не обеднеть; держи открытыми глаза твои, и будешь досыта есть хлеб. И еще (6:9) Доколе ты, ленивец, будешь спать? когда ты встанешь от сна твоего? Духовный сон порождает отчаяние («Плохо мое дело»).

[174] Говорится во Второзаконии (Гл. 28) (36) Отведет Господь тебя и царя твоего, которого ты поставишь над собою, к народу, которого не знал ни ты, ни отцы твои, и там будешь служить иным богам, деревянным и каменным; (37) и будешь ужасом, притчею и посмешищем у всех народов, к которым отведет тебя Господь. Иными словами, быть смешным – это тоже самое, что и быть притчею (Автор пишет притчами), и все герои притч выглядят смешными – именно в силу забвения Господа.

[175] Иносказательно здесь говорится о евреях, которые по слову В-вышнего (Второзаконие, 28:58) «Если не будешь стараться исполнять все слова закона сего, написанные в книге сей, и не будешь бояться сего славного и страшного имени Господа Бога твоего»… (28:65) Но и между этими народами не успокоишься, и не будет места покоя для ноги твоей, и Господь даст тебе там трепещущее сердце, истаивание очей и изнывание души; (28:66) жизнь твоя будет висеть пред тобой, и будешь трепетать ночью и днем, и не будешь уверен в жизни твоей; (28:67) от трепета сердца твоего, которым ты будешь объят и от того, что ты будешь видеть глазами твоими, утром ты скажешь «о, если бы пришел вечер!», а вечером скажешь «о, если бы наступило утро!».

[176] Иносказательно здесь – фонарщик исполнял только заповеди, связанные со временем, но «старик», живущей на другой планете и «написавший толстенные книги» (намек на Талмуд) исполняет в 10 раз больше, нежели фонарщик. Однако, у каждого из них есть доля в будущем мире, поскольку (Пиркей Авот, 4:2) «мицва влечет за собой мицву; так что награда за мицву – мицва».

[177] Намек на создателей Талмуда – таннаев и амораев; полный текст Талмуда включает около 80 томов. Вообще, географ – описатель ландшафта, но здесь следует понимать это как духовную деятельность. Одновременно, географ символизирует сфиру Йесод – стремление к истине и ее закреплению в мире.

[178] Намек на то, что Маленький принц обогатился подлинным знанием. Как говорится в Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова (34:10) «Кто не имел опытов, тот мало знает; а кто странствовал, тот умножил знание.»

[179] Здесь содержится намек на то, что «планета географа» - это страна Торы и Талмуда, в которой говорится о «морях, реках, городах, горах и пустынях» и в физическом, и в духовном смысле. Например, море Суф, четыре реки для орошения Ган-Эдена, городах Сдоме (Содоме) и Аморе (Гаморра), горах – Синае, египетской пустыне и др.

[180] Иносказательно здесь говорится о мудрецах Торы, принимающих постановления только на основании показателей свидетелей. При этом, особое значение играет соблюдение правил опроса свидетелей, и доверие к их словам.

[181] Аллегорически здесь говорится о том, что изначально одна гора (Арарат, Синай) – есть гора спасения и благословения. Упоминание двух гор рядом (Второзаконие, Гл. 27: 12, 13) означает благословение одних и проклятие других.

[182] Намек на договор Иакова и Лавана: «И сказал Иаков родственникам своим: наберите камней. Они взяли камни, и сделали холм, и ели [и пили] там на холме. [И сказал ему Лаван: холм сей свидетель сегодня между мною и тобою.]» (Бытие, 31:46). И еще: говорится во Второзаконии (Глава 27) «(2) И когда перейдете за Иордан, в землю, которую Господь Бог твой дает тебе, тогда поставь себе большие камни и обмажь их известью; (3) и напиши на [камнях] сих все слова закона сего, когда перейдешь [Иордан], чтобы вступить в землю, которую Господь Бог твой дает тебе, в землю, где течет молоко и мед, как говорил тебе Господь Бог отцов твоих. (4) Когда перейдете Иордан, поставьте камни те, как я повелеваю вам сегодня, на горе Гевал, и обмажьте их известью; (5) и устрой там жертвенник Господу Богу твоему, жертвенник из камней, не поднимая на них железа; (6) из камней цельных устрой жертвенник Господа Бога твоего, и возноси на нем всесожжения Господу Богу твоему, (7) и приноси жертвы мирные, и ешь [и насыщайся] там, и веселись пред Господом Богом твоим; (8) и напиши на камнях [сих] все слова закона сего очень явственно.» Иначе говоря, цельный необработанный железом камень – это символ нерушимости Завета.

[183] «Гора, которая не меняется» – намек на Синай и Откровение, которое было дано, не может быть изменено.

[184] Здесь намек на комментарий Раши, который утверждал, что первый стих Торы («Вначале сотворения В-сильным неба и земли …») следует понимать, как «Ради Израиля сотворил Всесильный небо и землю…» А в Вавилонском Талмуде говорится (Санхедрин, 37а) «Каждый из людей обязан говорить: ради меня создан мир».

[185] Седьмая планета – Земля. Говорится, что Шаббат (седьмой день недели) был задуман первым, но создан последним. Так и «Земля людей» была задумана первой, но открылась для Маленького принца последней. Одновременно, Земля есть низшая точка путешествия Маленького принца, сфира Малхут, содержащая в себе опасность смерти и уничтожения. Немаловажно и то, что Малхут проявляется в речи или действии, но говоря о Земле, автор постоянно свидетельствует о пустоте и молчании, которые окружают Маленького принца.

[186] Замечание о «негритянских королях» следует понимать иносказательно. Считается, что именно Хам, отец Кнаана является прародителем негритянских народов, и о Хаме говорится: (24) Ной проспался от вина своего и узнал, что сделал над ним меньший сын его, (25) и сказал: проклят Ханаан; раб рабов будет он у братьев своих (Брейшит, гл. 9). В этом отношении, негритянский король – символ «ненастоящего» короля, короля из рабов. В этом контексте, указание на негритянское происхождение части королей есть лишь намек на фальшивость земных королей, как таковых.

[187] Фрагмент о малости человечества связан с историей сотворения мира и человека: все люди произошли от одного корня – Адама. В этом отношении, указание на человечество, как на толпу, двадцать миль в длину и ширину (напомним, что сказка написана в середине двадцатого века!) – есть не только указание на малочисленность человечества, но и на его единство.

[188] Намек на существующую противоположность между верой в Единого и науками, ассоциирующимися с языческой (греческой) мудростью.

[189] «Колечко цвета лунного луча» - намек на часы, поскольку именно Луна избрана для того, чтобы быть указателем времени (Пс. 103:19): Он сотворил Луну для указания времен, Солнце знает свой запад.

[190] М.Бубер приводит хасидскую притчу (с. 54): Один из хасидских цадиков Рабби Шалом рассказывал: «В Талмуде (Брахот, 58b) идет речь о мудреце, который постиг тайны звезд и говаривал, что пути звезд на небесах для него столь же ясны и знакомы, как улицы родного города Нehaрдеа. Ах, если бы мы могли сказать, что на улицах нашего города мы находим свой путь так же легко, как на небесном своде! Потому что добиться того, чтобы тайная жизнь Господа ясно сияла в этом нижнем мире, этом материальном мире, – вот это есть высшая мудрость и высшее мастерство»

[191] В Книге Ионы говорится (Гл. 1): (3) И встал Иона, чтобы бежать в Таршиш от лица Господня, и пришел в Яфо, и нашел корабль, отправлявшийся в Таршиш, отдал плату за провоз и вошел в него, чтобы плыть с ними в Таршиш от лица Господа. Здесь содержится намек на то, что если Маленький принц будет удаляться от своего предназначения, могущество змеи будет ему помощью.

[192] Важно, что змея впервые говорит о том, что Маленький принц «явился со звезды». Здесь содержится намек на имя первого лже-Машиаха в еврейской истории – Бар-Кохбы (сын звезды).

[193] Намек на то, что говорится о Моше (Второзаконие, 8:15): «Который провел тебя по пустыне великой и страшной, где змеи, василиски, скорпионы и места сухие, на которых нет воды; Который источил для тебя [источник] воды из скалы гранитной». Высечь из гранитной скалы воду (заповедь Торы) – свойственно Машиаху.

[194] Намек на сюжет исхода. Говорится в Книге Дварим (Второзаконие; 8:15) о Моше: «Который провел тебя по пустыне великой и страшной, где змеи, василиски, скорпионы и места сухие, на которых нет воды; Который источил для тебя [источник] воды из скалы гранитной». Однако, в отличие от Моше, который высек в пустыне воду, змея обещает избавление от жажды смертью.

[195] Все пророчества о пришествии Машиаха носят аллегорический («загадочный») смысл. Так, говорится в Иезекиля (17:2) «сын человеческий! предложи загадку и скажи притчу к дому Израилеву». Змея, свернувшаяся кольцом, есть аллегория времени, начавшегося и заканчивающегося соблазном, одновременно оказывающегося спасением и смертью, разрешающими все загадки. Неудивительно, что во всей сказке, Маленький принц превосходит, в духовном отношении, всех – и персонажей, живущих на планетах, и Лиса, и розу, и даже Автора, но только змея – оказывается непревзойденной; именно змее Маленький принц обязан своим исчезновением и утешением.

[196] «Умолкли» - амбивалентный символ конца времени.

[197] «о трех лепестках» - аллегорическое изображение Троицы, божественного присутствия в логике христианского откровения.

[198] «шел караван» - намек на продажу Йосефа – мидитьянам. Говорится в Книге Брейшит (37:28): И когда проходили люди Мидьяна, купцы, они вытащили, и подняли Йосефа из ямы, и продали Йосефа за двадцать сребреников ишмаэльтянам, которые отвели Йосефа в Египет; т.е. цветок – безучастный свидетель происходящего. В более глубоком смысле, цветок о трех лепестках – свидетель трагической истории взаимодействия Йосефа (под которым здесь следует понимать Израиль) и мидьян (ишмаэльтян), в которой есть и общие корни (ишмаэльтяне – потомки Ишмаэля, сына Авраама), и покупка Йосефа в рабство и продажа его в Египет (Брейшит, 37:36), и связь с Моше (священник мидьян Итро – тесть Моше) и окончательная война на уничтожение (Числа, Гл. 31).

[199] Говорится у Иезекиля (17:9) «Скажи: так говорит Господь Бог: будет ли ей успех? Не вырвут ли корней ее, и не оборвут ли плодов ее, так что она засохнет? все молодые ветви, отросшие от нее, засохнут. И не с большою силою и не со многими людьми сорвут ее с корней ее». – намек на состояние не-укорененности, которое есть следствие духовного поражения.

[200] Намек на то, что даже в сокрытом состоянии («потухший вулкан»), Истина является основанием для Маленького принца.

[201] Аллегорически здесь раскрывается ключевая молитва иудаизма «Шма, Исроэль!» (Слушай, Израиль!). В заглавной фразе также содержится три фрагмента:

Шма, Исроэл! (Слушай, Израиль!; у автора – «Добрый день!»)

Адонай Элогейну (Господь Бог – Всесильный; у Автора – «Кто вы», он не знает никого и ничего, что не было бы Им);

Адонай Эхад (Господь Бог – Един; у Автора – «Один»).

[202] Упоминание соли очень важно, как амбивалентный символ – с одной стороны, соль необходима для хлебных жертвоприношений, с другой, соль – символ горечи и разрушения. Говорится в «Шофтим» (9:45): «И сражался Авимелех с городом весь тот день, и взял город, и побил народ, бывший в нем, и разрушил город и засеял его солью»

[203] Намек на Ган-Эден. Говорится в Вавилонском Талмуде (Хагига, 16b) «Мудрецы учили: четверо [мудрецов] вошли в Пардес. Бен Азай, Бен Зома, Ахер (Элиша бен Абуя) и рабби Акива. Сказал им рабби Акива [перед их восхождением]: «Когда вы входите в место из чистого мрамора, не говорите: «Вода! Вода!», ибо сказано: говорящий ложное не устоит пред глазами Моими (Псалтирь 101:7)». Бен Азай взглянул [на божественное присутствие] — и умер. О нем говорит Писание: тяжела в глазах Господа смерть благочестивых Его (Пс. 116:15). Бен Зома взглянул — и повредился [в уме]. И о нем говорит Писание: найдя мед, ешь его в меру, не то пресытишься им и изблюешь его (Притч. 25:16). Ахер вырвал саженцы [и стал еретиком]. Рабби Акива вошел с миром и вышел с миром» (4).

[204] Созерцание сада святости наполняет Маленького принца сомнением – «какой я после этого принц?», т.е. он сомневается в своей миссии.

[205] Говорится в Плаче Иеремии о времени после разрушения Храма (Гл. 5:18) Оттого, что опустела гора Сион, лисицы ходят по ней; и в Пророчестве Иезекиля (Гл. 13:4): Пророки твои, Израиль, как лисицы в развалинах. В обоих случаях, упоминание лисиц – свидетельство разрушений и физических, и духовных. Однако же, известен из Талмуда рассказ о р. Акиве:

В другой раз шли они в Иерушалаим. Когда дошли до(горы) Цофим, разорвали они одежды свои. Когда дошли до Храмовой горы, увидели лисицу, выходящую из Святая святых. Начали они плакать, а рабби Акива – смеяться. Сказали ему: - Акива, всегда ты удивляешь - мы плачем, а ты смеешься. Сказал им: - А вы почему плачете? Сказали ему: - Как не плакать нам о месте, о котором написано "чужой, который приблизится - умрет" (Бемидбар 1:51)?!Ведь лисица выходит оттуда! Исполняется: "Вот из-за чего боль в нашем сердце, вот почему темно в глазах наших: из-за горы Цион разрушенной; лисицы бродят по ней." (Эйха5: 17-18) Сказал им: - Я потому смеюсь, ибо написано: "И взял я себе верных свидетелей: Урию, ко×ена, и Зхарию бен Иверехеяу." ( Иешая×у 8:2 )Что общего у Урии и Зхарии? Что сказал Урия? "...(так сказал Господь Цваот:)"Цион будет вспахан, как поле, и Иерушалаим превратится в груды развалин, а Храмовая гора - в лесные холмы". (Ирмия×у26:18)Что сказал Зхария? "Так сказал Господь Цваот: "Еще будут сидеть старики и старухи на площадях Иерушалаима..." ( Зхария 8:4 ).

Сказал Господь: - У Меня двое верных свидетелей этих. Если осуществились слова Урии - осуществляться слова Зхарии, а если упразднены слова Урии - упразднятся слова Зхарии. Радовался, что осуществились слова Урии, ибо слова Зхарии должны осуществиться на том же языке. Сказали ему: - Акива, утешены мы. Акива, утешены мы." ( Сифрей Дварим, изд. Финкельштейна, 43, с.94-95) Не вдаваясь в тонкости понимания этого отрывка, появление лисиц в развалинах храма – это исполнение одного (печального) пророчества, но это же – свидетельство будущего исполнения другого (радостного) пророчества.

[206] Еще один намек на то, что все происходит в Ган-Эдене. Говорится в Шир-а-Ширим (Песня Песней, Гл. 2: 3) Как дерево-яблоня среди лесных деревьев, Возлюбленный мой среди парней. Я наслаждалась под сенью Его и плод Его был сладок. В Каббале, нижняя сфира «Малхут», означающая физический мир, именуется «Священным яблоневым садом».

[207] «мне так грустно» - еще один намек на рассказ о р. Акиве.

[208] «Узы» - сложный амбивалентный символ. С одной стороны, узы упоминаются в первой же заповеди (Левит, 26:13) «Я Господь Бог ваш, Который вывел вас из земли Египетской, чтоб вы не были там рабами, и сокрушил узы ярма вашего, и повел вас с поднятою головою» и Псалме (128:4): «Но Господь праведен: Он рассек узы нечестивых». С другой стороны, основа иудейского мировоззрения – молитва «Шма, Исраэль!»: ее первый отрывок называют «Каббалат Оль Малхут Шамаим» - принятие ярма небес. Неоспоримым фактом является забвение уз, т.е. и неспособность современных поколений к принятию «Кабалат Оль», и, одновременно – к освобождению.

[209] Говорится в последней главе книги Брейшит (Ваехи, Гл. 49) об Йосэфе: «(22) Росток плодоносный Йосэф, плодоносный над источником; ветви его простираются над стеною. (23) И огорчали его, и стреляли, и враждовали на него стрельцы; (24) И тверд остался лук его, и прытки были мышцы рук его, поддержанные Владыкой Яакова, оттого пастырем стал и твердыней Исраэйлевой». По мнению Раши, стрельцы – это иносказательное обозначение клеветников. С точки зрения Сончино и Гирша, стрельцы – обозначение братьев, ревнующих Йосэфа; в то время, как, возвысившись, Йосэф не пользуется возможностью отомстить братьям («тверд остался лук его»). В этом отношении, охота представляет собой обобщенный образ бессмысленных и безрезультатных хлопот, свойственных этому миру.

[210] Говорится в Плаче Иеремии (Гл. 2:15) Руками всплескивают о тебе все проходящие путем, свищут и качают головою своею, о дщери Иерусалима, говоря: «это ли город, который называли совершенством красоты, радостью всей земли?». Отсутствие совершенства – это духовный атрибут времени.

[211] Жатва колосьев – символ мессианского времени в Библии. Говорится у Исайи (17:5) «То же будет, что по собрании хлеба жнецом, когда рука его пожнет колосья, и когда соберут колосья в долине Рефаимской» и у Ошии (6:11) «И тебе, Иеуда, назначена жатва, когда Я возвращу плен народа Моего».

[212] Недостаток времени – один из лейтмотивов «Маленького принца». Времени остается мало – не в физическом, но в духовном смысле, и это характеризует наши поколения.

[213] Иносказательно здесь говорится о постепенном приближении Машиаха, который не может явиться внезапно, но он должен приблизиться, приобретя друзей (тех, кто его ожидает).

[214] Зоркость сердца – один из глубочайших и амбивалентных символов. Говорится в «Шма»: «Люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всей душою твоей, и всем существом твоим. И будут эти слова, которые Я заповедовал тебе сегодня, в сердце твоем, и повторяй их сыновьям твоим, и произноси их, сидя в доме твоем, находясь в дороге, ложась и вставая; и повяжи их как знак на руку твою, и будут они знаками над глазами твоими, и напиши их на дверных косяках дома твоего и на воротах твоих.

И будет так: если послушаетесь Моих повелений, которые Я даю вам сегодня, [послушаетесь], любя Господа, Бога вашего и служа ему всем сердцем вашим и всею душой вашей, то дам Я дожди земле вашей в срок: дождь после сева и дождь перед жатвой, — и соберешь ты свой хлеб, и вино свое, и масло олив своих. И дам траву на поле твоём для скота твоего, и будешь ты есть досыта.

Берегитесь, чтобы ваши сердца не поддались соблазну, чтобы не свернули вы с пути и не стали служить другим божествам и поклоняться им, иначе разгневается на вас Господь и замкнёт небеса, и не будет дождя, и земля не станет приносить свои плоды. И исчезнете вы вскоре с лица благодатной земли, которую Господь даёт вам. Примите эти Мои слова сердцем вашим и душою вашей, и повяжите их как знак на руку вашу, и будут они знаками вашими. И научите им сыновей ваших, чтобы все вы произносили их, сидя в доме своём, находясь в дороге, ложась и вставая; и напишите их на дверных косяках дома твоего и на воротах твоих, чтобы вы и сыновья ваши жили в стране, о которой Господь клялся вашим отцам, [обещав] даровать [её] им так долго, как долго существуют небеса над землей.

И сказал Господь Моисею: Обратись к сынам Израиля и скажи им, чтобы во всех поколениях делали они себе кисти-цицит на углах одежды и вплетали в каждую кисть-цицит голубую нить. И она будет у вас в кисти-цицит, и увидев её, вы будете вспоминать все заповеди Господа и исполнять их; и не будете блуждать, влекомые сердцем и глазами вашими, которые совращают вас. Дабы помнили вы и исполняли все заповеди Мои и были святы перед вашим Богом».

[215] Говорится во Второзаконии (5:32) «Смотрите, поступайте так, как повелел вам Господь, Бог ваш; не уклоняйтесь ни направо, ни налево». Уклонение направо и налево – есть символ греха.

[216] Говорится в Псалме 29 (6) «ибо на мгновение гнев Его, на всю жизнь благоволение Его: вечером водворяется плач, а на утро радость». Для верующих («детей») счастье – и в слезах, поскольку они будут утешены, но для неверующих («взрослых») нет избавления от пустоты и бессмысленности («они спят в вагонах или просто сидят и зевают»).

[217] Говорится в мидраше «Однажды мудрец Торы плыл вместе с богатыми купцами на корабле. Настала буря, и корабль затонул, а пассажиры спаслись. Когда спасшиеся пришли в город, то ни у кого не было ни денег, ни товаров, чтобы продать и купить пропитание, но только мудрец Торы пришел в синагогу, где спорили о трудном месте из Гемары (Талмуда), и дал исчерпывающее толкование. Ему оказали уважение и предложили еду и должность в общине». Заключается этот мидраш фразой: «Тора – лучший товар». «Проглотишь пилюлю – и целую неделю не хочется пить» - отсутствие духовной жажды есть один из важнейших атрибутов современности; аллегорически здесь говорится о чтении главы Торы, которые изучаются в течение целой недели.

[218] Число «53» на 1 единицу больше количества недель в обычном году (весь год длится 52 недели и 1 день), и на одну единицу меньше числа глав Торы. Кроме того, основная книга хасидизма – «Тания», раздел «Книга средних» содержит именно 53 главы. Вообще, название «Книга средних» связано с тем, что большинство людей не относятся ни к праведникам, чья жизнь всецело посвящена исполнению заповедей и добрых дел, ни к злодеям, чья жизнь посвящена нарушению заповедей. Таким образом, перед «средним» всегда присутствует выбор – исполнить ли заповедь, либо ее нарушить. Как говорит торговец Маленькому принцу на вопрос, что делать в эти 53 минуты – «да что хочешь». Ответ Маленького принца – пойти к роднику, т.е. к Торе. Говорит Моше (Второзаконие, гл. 32, 1:3) «(1) Внимай, небо, я буду говорить; и слушай, земля, слова уст моих. (2) Польется как дождь учение мое, как роса, речь моя, как мелкий дождь на зелень, как ливень на траву. (3) Имя Господне прославляю; воздайте славу Богу нашему».

[219] Проблема, которая ставится здесь Автором – соотношение между Торой, полученной в результате «торговли», т.е. систематического усвоения Устной Традиции, когда знание оплачивается временем и усилиями ученика и ничем не стесняемым излиянием Б-жественной Шхины, подобной дождю и ручьям. Машиах (Маленький принц) – соответствует достижению такого духовного уровня, когда знание принимается всей душой и всем телом, подобно воде из ручья, одновременно, становясь доступным и открытым для всех.

[220] Говорится в Талмуде: «Рассказывают о р. Гуна, который зашел в дом р. Нахмана. Спросили его: «Как тебя зовут?» Ответил: «Рав Гуна». Сказали ему: «Сядь, господин, на тахту» (во время трапезы сидели на тахте). Подали ему бокал, и выпил он вино в два глотка. Спросили его: «Почему, когда сказали тебе сесть на тахте, ты повиновался?». Сказал им: «Все, что говорит тебе хозяин дома, — выполняй». Спросили его: «Почему ты выпил бокал в два глотка?». Отвечал: «Выпивающий свой бокал одним глотком — жаден, двумя — вежлив, тремя глотками — невежда»». Выпить глоток – означает жадность, речь идет о духовной жажде, поразившей спутника Маленького принца.

[221] Я еще не починил самолет – намек на то, что главные духовные проблемы Автора еще не разрешены.

[222] Автор еще не может «просто-напросто пойти к роднику», т.е. его восприятие Божественного мира еще не достигло уровня единства и целостности.

[223] «Умереть от жажды» - это можно понимать не только в физическом смысле, но и в духовном. Именно обострение духовной жажды – есть важнейший признак прихода мессианских времен.

[224] Говорится в Книге Исхода (2:15) «И услышал фараон об этом деле и хотел убить Моисея; но Моисей убежал от фараона и остановился в земле Мадиамской, и [придя в землю Мадиамскую] сел у колодезя.» Колодец – есть не только символ физического спасения от жажды, но и духовного развития. Вообще, колодце, начиная со времен Авраама – символ еврейской духовности. Говорится об Аврааме (Бытие, Гл. 26), что его рабы выкапывали колодцы, а позднее филистимляне завалили их и засыпали землею. И было позднее (26:18) «И вновь выкопал Исаак колодези воды, которые выкопаны были во дни Авраама, отца его, и которые завалили Филистимляне по смерти Авраама [отца его]; и назвал их теми же именами, которыми назвал их [Авраам,] отец его.». Здесь – колодец – символ возобновляющегося благословения.

[225] Говорится в Псалмах (6:1) «Ибо знает Господь путь праведников, а путь нечестивых погибнет».

[226] Вода для сердца – аллегорическое обозначение Торы.

[227] Здесь содержится намек на то, что многие чудеса и духовные сокровища, включая Тору, были явлены именно в пустыне. Маленький принц во всей своей внешней слабости и внутренней силе и великолепии тоже обретается в пустыне.

[228] Аллегорически здесь говорится о «Доме Израиля», в котором хранится особый «клад» - Б-жественное присутствие (Шхина). Его никто не находит и, вполне возможно, не хочет искать, но тайна его сердца – сохраняется неизменной.

[229] Говорится в Книге Левит (Глава 24) (2) «прикажи сынам Израиля, чтоб они принесли тебе елея чистого, выбитого, для освещения, чтобы непрестанно горел светильник» и еще (4) «на подсвечнике чистом должны они ставить светильник перед Господом всегда».

[230] М.Бубер рассказывает хасидскую притчу (с. 65): «Один молодой раввин пожаловался рабби Исроэлу: «В часы, посвященные занятиям, я вижу свет и ощущаю жизнь, но стоит мне отложить книги в сторону, как все куда-то исчезает. Что же мне делать?» Рабби из Ружина на это ответил: «Представь, как человек идет лесом в темную ночь, и вот у него появляется попутчик с фонарем, но на перекрестке их пути расходятся, и этому человеку снова надо двигаться ощупью, в темноте и в одиночестве. Однако, если у человека есть свой светильник, ему нечего бояться тьмы».

[231] Безветрие – аллегория забвения. Ветер – от Господа, безветрие – символ заброшенности и одиночества человека.

[232] Говорится во Второзаконии (Глава 29) «10 Все вы сегодня стоите пред лицом Господа Бога вашего, начальники колен ваших, старейшины ваши, [судьи ваши,] надзиратели ваши, все Израильтяне, 11 дети ваши, жены ваши и пришельцы твои, находящиеся в стане твоем, от секущего дрова твои до черпающего воду твою, 12 чтобы вступить тебе в завет Господа Бога твоего и в клятвенный договор с Ним, который Господь Бог твой сегодня поставляет с тобою,» Аллегорически, Автор говорит об участии в Завете («черпающий воду твою»).

[233] Намек на слова Исхода (16:31): «И нарек дом Израилев хлебу тому имя: манна; она была, как кориандровое семя, белая, вкусом же как лепешка с медом.». Мед – символ сладости праведного пути.

[234] Намордник – то, что находится на голове. Иносказательно здесь говорится о «тфиллин шель рош», головном тфиллине, для изготовления которого используются кожаные ремни, и который каждый еврей (в том числе, и Машиах) должен надевать утром, во время чтения «Шма».

[235] Говорится у Исайи (24:23) о днях избавления: «И покраснеет луна, и устыдится солнце, когда Господь Саваоф воцарится на горе Сион и в Иерусалиме, и пред старейшинами его будет слава».

[236] Намек на развалины Храма.

[237] Маленький принц сидит «свесив ноги», т.е. без обуви. Говорится в объяснении к Мишне 5 (Трактат Брахот): «Напротив восточных ворот нельзя вести себя легкомысленно. Как было сказано в введении к объяснению этой мишны, нам заповедано чтить храм Всевышнего, испытывая к нему благоговейный ужас: "И Моего святилища бойтесь" (Ваикра 19, 30); и сказали мудрецы: "Не самого святилища ты боишься, но Того, Кто заповедал тебе бояться святилища". Исходя из этого, мишна учит нас, что нельзя проявлять легкомыслие в виду Восточных ворот Храма, ведь они [находятся] на одной линии со [входом в] Святая Святых. Восточные ворота находятся на прямой линии с воротами, ведущими в Двор женщин, затем в Двор Израиля, со входом в само здание Храма и входом в его внутреннее помещение. Пишет Рамбам (Законы о Храме 7, 7): "Несмотря на то, что — из-за наших грехов — Храм сегодня не существует, заповедь чтить Святилище Всевышнего остается в силе точно так же, как и тогда, когда Храм существовал... В Торе сказано (там же): "Мои субботы храните и Моего святилища бойтесь" — точно так же, как заповедь соблюдения субботы дана навсегда, заповедь чтить Храм дана навсегда. Так что несмотря на то, что Храм разрушен, святость его остается неповредимой". Нельзя входить на Храмовую гору с [дорожным] посохом в руках, обутым — то есть с обувью на ногах, [опоясанным] дорожным поясом — с кошельком для денег, с пылью на ногах — ноги входящего на Храмовую гору должны быть чисты. Нельзя использовать [Храмовую гору] как проходной двор. То есть нельзя проходить через Храмовую гору для того, чтобы сократить себе путь. И уж тем более [нельзя] плевать [на ней]. Барайта, которую цитирует гемара, говорит: «Если уж на Храмовую гору нельзя входить в обуви, в которой нет ничего зазорного (потому что ее носят, чтобы предохранить ноги от повреждений. — Рамбам), то ясно, что плевок, в котором всегда есть нечто зазорное, запрещен на Храмовой горе» (Брахот 626)».

[238] Намек на возвращение Израиля в Иерусалим, которое должно произойти в конце времен. Одновременно, здесь содержится намек на то, что дарование Торы (раскрытие Божественного замысла) происходит на Синае («в другом месте») по отношению к тому месту (Храмовая гора), где установлен Храм.

[239] Известно, что Храмовая гора под названием гора Мория была местом, где состоялось связывание Ицхака. Авраам впоследствии назовет это место «Господь усмотрит» (Бытие, 22:14).

[240] Говорится в Книге Левит (27:5) об оценке души каждого, кто захочет посвятить душу Господу: «от пяти лет до двадцати оценка твоя мужчине должна быть двадцать сиклей, а женщине десять сиклей» - намек на то, что Маленький принц еще мал и ему не исполнилось 20 лет («не вошел в возраст»).

[241] Здесь содержится намек, что время Мессии еще не пришло, потому что будет во время Мессии, как сказано у Исайи (11:8): «И младенец будет играть над норою аспида, и дитя протянет руку свою на гнездо змеи».

[242] Говорится в Книге Дварим (27:5) «и устрой там жертвенник Господу Богу твоему, жертвенник из камней, не поднимая на них железа», железо и его звуки – символ разрушения Храма и неисполнения заповедей.

[243] Говорится в Притчах Соломона (25:13) «Что прохлада от снега во время жатвы, то верный посол для посылающего его: он доставляет душе господина своего отраду.». Снег – символ очищения.

[244] «Разговоры со змеями» - здесь намек на сюжет грехопадения.

[245] Шарф – намек на талит, золотой цвет – соответствует царскому достоинству Мессии.

[246] Иносказательно здесь говорится о двух уровнях исправления: исправление сердца и пути (Иеремия, 7:3): «Так говорит Господь Ц-ваот, Б-г Израилев: исправьте пути ваши и деяния ваши, и Я оставлю вас жить на сем месте»; и, одновременно, начала исправления Храма»: (Четвертая Книга Царств, 12:5): «пусть берут священники себе, каждый от своего знакомого, и пусть исправляют они поврежденное в храме, везде, где найдется повреждение» (именно поэтому Маленький принц уже знает об исправлении).

[247] М.Бубер приводит такую хасидскую историю (С. 67). Вот что говорил Рабби из Ружина в «Субботу обращения»: Ошия (14:2) говорит: «Обратись, Израиль, к Господу Богу своему.» Это было сказано всему миру, и всем сущим на небесах и земле, поскольку все, что было создано, все слуги Всевышнего, ангелы, серафимы, небесные существа, священные сферы, все вплоть до престола самого Бога, все должно совершить обращение». Сказав это, Рабби Исраэль, обратился к самому себе: «О, Исраэль, обратись, Израиль, к Господу, Богу своему».

[248] М.Бубер приводит такую хасидскую историю (с. 62). Толкуя слова Писания: «Когда кто-нибудь из вас захочет принести жертву Богу…» (Лев. 1:2), рабби из Ружина сказал: «Только тот, кто приносит себя в жертву Богу, может называться человеком».

[249] М.Бубер приводит такую хасидскую притчу. Однажды, когда Рабби Ружин был еще мальчишкой, он прогуливался во дворе в пятницу к вечеру, когда хасиды уже начали собираться для встречи субботы. Один из хасидов, подойдя к нему, спросил: - Почему ты не заходишь в дом? Ведь суббота уже началась. – Суббота еще не началась – ответил он. – А откуда ты знаешь? – спросил хасид. – В субботу – ответил мальчик – небо всегда становится новым, а пока я не вижу, что оно обновилось. Иносказательно, суббота – эра Машиаха.

[250] Звезды – один из символов благословения Израилю. Говорил об этом Господь и Аврааму, и Ицхаку, и Яакову. Об этом же говорится и в Книге Исхода (32:13): «вспомни Авраама, Исаака и Израиля [Иакова], рабов Твоих, которым клялся Ты Собою, говоря: умножая умножу семя ваше, как звезды небесные, и всю землю сию, о которой Я сказал, дам семени вашему, и будут владеть [ею] вечно.». Но смеющиеся звезды – символ окончания времен. Говорится в Псалме (58:9) «Но Ты, Господи, посмеешься над ними; Ты посрамишь все народы.»

[251] Говорится у Исайи (Ишаяу, Гл. 28) о наступлении времени Машиаха: «(1)Утешайте, утешайте народ мой, говорит Б-г ваш. (2) говорите к сердцу Иерусалима и возвещайте ему, что исполнилось время борьбы его, что за неправды его сделано удовлетворение, ибо он от руки Господней принял вдвое за все грехи свои. (3) Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте в степи стези Богу нашему; (4) всякий дол да наполнится, и всякая гора и холм да понизятся, кривизны выпрямятся и неровные пути сделаются гладкими; (5) и явится слава Господня, и узрит всякая плоть [спасение Божие]; ибо уста Господни изрекли это.

[252] Здесь содержится намек на Откровение, данное Аврааму: (Брейшит, Гл. 15): «(4) И было слово Господа к нему, и сказано: не будет он твоим наследником, но тот, кто произойдет из чресл твоих, будет твоим наследником. (5) И вывел его вон и сказал [ему]: посмотри на небо и сосчитай звезды, если ты можешь счесть их. И сказал ему: столько будет у тебя потомков».

[253] Говорится в Книге Брейшит (Гл. 19:14) «И вышел Лот, и говорил с зятьями своими, которые брали за себя дочерей его, и сказал: встаньте, выйдите из сего места, ибо Господь истребит сей город. Но зятьям его показалось, что он шутит». Шутка открывает подлинный замысел Господа, и, одновременно, воспринимается как злобная насмешка грешниками.

[254] М.Бубер приводит хасидскую историю (С. 76). Рабби Давид-Моше говорил со слезами на глазах: «Сказано, что «Моше был скромнейшим из людей, что на земле» (Чис. 12:3) Как нам следует понимать это? Ведь Бог говорил с ним напрямую, и заслуги его столь велики – как же он может полагать себя незначительнее других? Причина этого вот в чем: на протяжении тех сорока дней, которые Моше пробыл на горе, его тело сделалось чистым и светящимся, подобно телам ангелов. После этого сказал Моше сам себе: Разве важно, если я, чье тело очищено, буду служить Господу? Но если это будет делать каждый из сынов Израиля, все еще одетый в плоть – насколько важнее, когда это будет он, а не я».

[255] Падающее дерево – символ духовного поражения того, кто недостаточно укоренен. Праведник являет собой гармоническое сочетание корней (веры во В-сильного), ствола (добрых дел) и плодов (потомков и результатов исполнения заповедей).

[256] Говорится у Исайи (51:3) «Так, Господь утешит Сион, утешит все развалины его, и сделает пустыни его, как рай, и степь его, как сад Господа; радость и веселие будут в нем, славословие и песнопение». Полное утешение – возможно лишь после исполнения всех пророчеств. И еще (там же, гл. 51:12) «Я, Я Сам Утешитель ваш».

[257] Говорится в Книге Второзакония (гл. 34) «(5) И умер там Моисей, раб Господень, в земле Моавитской, по слову Господню; (6) и погребен на долине в земле Моавитской против Беф-Фегора, и никто не знает места погребения его даже до сего дня». Недоступность места погребения – свидетельство исчерпанности миссии пророка.

[258] Говорится о Мирьям (в христианской традиции, Мариам, сестре Арона и Моисея, Книга Исход): «(20) И взяла Мариам пророчица сестра Аронова в руку свою тимпан, и вышли за нею все женщины с тимпанами и ликованием (21) И воспела Мариам перед ними: пойте Господа, ибо высоко превознесся Он, коня и всадника ввергнул в море». Бубенцы – признак окончательного освобождения, в переносном смысле, явления Мессии.

[259] Ремешок – намек на «тфиллин шель рош» - кожаный ремешок, надеваемый во время молитвы. Иносказательно здесь говорится о том, что христианский Мессия может «по неосторожности» съесть розу, но этого не произойдет, если он будет провозглашать «Шма, Исроэл», для чего необходимо надеть тфиллин.

[260] Поверхностный смысл этой фразы предполагает психологическое объяснение: рассеянные люди чаще допускают ошибку. Но, глубинный смысл связан с идеей рассеяния, как наказания за грех. Говорится в Книге Бытия о наказании строителей Вавилонской башни (11:8): «И рассеял их Господь оттуда по всей земле; и они перестали строить город [и башню].»

[261] Намек на то, что мир, в котором нет Израиля – это совсем другой мир, который не мог бы существовать так, как он существует сейчас.

[262] Нарисовал еще раз, чтобы вы получше его разглядели – здесь, так же как и в посвящении, содержится намек на то, что каждое из слов Автора содержит внутренние смыслы, которые не могут быть поняты без специального «разглядывания» и разгадывания.

[263] В этом предложении содержится очень важная и глубокая идея: Мессия сопровождает весь процесс освобождения, но его присутствие в мире – условно, и непостоянно.

[264] «Если вы когда-нибудь попадете Африку, в пустыню» - намек на египетское рабство (галут), в котором находится весь Израиль и все человечество. Уступительная конструкция с «если» является лишь намеком на то, что люди различаются тем, способны ли они осознать свою жизнь как освобождение из галута (Египта), связанное с движением по пустыне, либо нет.

[265] Говорится у Иеремии (17:16) «Я не спешил быть пастырем у Тебя и не желал бедственного дня, Ты это знаешь; что вышло из уст моих, открыто пред лицом Твоим»

[266] напишите мне – этот глагол впервые появляется в сказке в последней строке. До этого, и дети и взрослые, рисуют, рассказывают, смотрят на закат, считают, но не пишут. Написание – есть участие в творении мира (Письменная Тора – «Тора шебекитав»), поэтому пожелание-повеление «написать», т.е. стать со-участником освобождения мира достойно только тех, кто встретится с Маленьким Принцем.

[267] То, что задумано вначале, явлено в конце (согласно устной традиции, все дни недели были созданы ради Субботы, но Суббота – последний день недели). На вопрос – ради чего написана сказка «Маленький принц»? – отвечают – ради возвращения (тшувы). Здесь парадоксальным образом соединяются мотивы возвращения – прихода Мессии и возвращения (тшувы), которое должен совершить каждый.


___
Напечатано в альманахе «Еврейская старина» #4(75) 2012 —berkovich-zametki.com/Starina0.php?srce=75
Адрес оригиначальной публикации — berkovich-zametki.com/2012/Starina/Nomer4/Bermus1.php

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1016 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru