litbook

Non-fiction


Десять дней на Аляске. Путевые заметки0

Veni, Vidi, Vici

Пришёл, увидел, победил.

Юлий Цезарь

Читатель, который прочитает очерк, надеюсь, пополнит свои знания о самом большом, 49-м штате Америке. В основу очерка положены личные впечатления автора о десятидневном путешествии, о встречах с людьми и удивительной природой национальных парков и городами в центральной и южной частях Большой Земли - Grand Land, как её называют индейцы.

Сидя в самолёте, который рано утром вылетел из Балтимора, я задал себе уже в который раз мучивший меня вопрос: «Зачем я завлёк своих друзей в путешествие по северному углу страны, где им будет не так комфортно, как в поездках на Карибские острова, в Западные штаты или в Европу». Есть же у меня опыт многолетних командировок в Сибирь, на Дальний Восток и на Север России. Какой уж был там комфорт? И тут же себе отвечаю: «Правильно сделал. Пусть сами оценят незабываемую, строгую и часто суровую красоту Севера».

Из разговоров северян и по своим впечатлениям знаю, как притягивает, манит красота северных снежных гор, бескрайность лесов и тундры, туманы над болотами летом и безмолвие снежных полей зимой. Часто в погоне за льготами и большими деньгами мои знакомые и коллеги по работе и учёбе уезжали из ленинградских и московских насиженных мест на Север и оставались там на долгие годы.

Посмотрю, что скажут мои друзья, когда мы приземлимся через десять дней в ставшем нам родным Балтиморе.

***

Сделав две промежуточные посадки и трижды меняя самолёт, больший на меньший, через 14 часов после вылета из Балтимора мы вышли из самолёта в Fairbanks. Был по местному времени вечер, но солнце стояло высоко, упоительно нежно грело, и не было жаль, что мы утром покинули по-августовски душный родной город. В уютном современном аэропорту нас встретили представители компании Princess Tour, и через несколько минут, после короткой поездки на автобусе, мы расселились в комфортабельной гостинице в глубине сосновой рощи на берегу реки Chena.

Наш маршрут – Нам выпало увидеть край земли

***

По привычке, выработанной годами, не ложиться спать по приезде на новое незнакомое место, а идти смотреть ближайшие окрестности, зову друзей гулять. А нам завтра вставать в 6 утра и начинать плановый тур! Однако никаких возражений - все согласны. Солнце по-прежнему ярко светит, и нет никакого намёка, что календарный день на исходе. Простая мысль, что мы у Полярного круга на 65°с.ш. и сопутствует нам полярный день, на удивление, приходит не сразу. Учили ли мы географию в школе? И тут же за этой мыслью вспомнились рассказы Джека Лондона, клондайкская лихорадка, как русские продали Аляску Америке, что русская Чукотка совсем близко, а её губернатор - олигарх Абрамович, а также вспомнились путешествия Беринга и что пролив Беринга – бывшая перемычка между Американским континентом и Азией, через которую, возможно, произошло заселение Американского континента азиатскими племенами…

Все эти сведения наперебой пересказывали друг другу, любуясь на спокойное течение широкой реки. Из-за изгиба речного русла показался колёсный пароход. Наверное, всё же не пароход, а судно с дизельным двигателем. Но кто знает: может быть, здесь, на краю континента, с золотоискательских времён сохранился пароход-динозавр. Позже прочитали, что туристические компании предлагают туры по Аляскинским рекам Chena и Tanana на таком настоящем пароходе. Вполне современно. Не ищем больше золото, а ищем туристов!

Свернули по грунтовой дороге в ближайший лес, но быстро его покинули. Комары! Возвращаемся к реке.

В тайге звенит знакомый гул мошки,

на глаз накинулись войска лихих волнушек,

по тихой глади северной реки скользит каяк…

и ухо ворожит лесной мотив от кваканья лягушек.

И действительно, вода тёплая, волнушки, как желто-розовые цветы, рассыпались по поляне, а по реке, перегоняя друг друга, пронеслись каяки, которые мы бы хотели назвать байдарками. Однако каяк отличается от байдарки. Это эскимосское каноэ (обычно для одного гребца), сделанное из шкуры тюленя, которая натянута на деревянный или костяной каркас. Палуба полностью закрыта, за исключением небольшого люка (дыры), в которую залезает «наездник».

Много лягушек, которые трудолюбиво квакают и, наверное, будут мешать спать. Усталость даёт о себе знать, да и неразумно было бы проспать завтрашнее путешествие в национальный парк Denali.

***

Утро ничем не отличалось от вечера. Солнце по-прежнему ярко сияло, но только с противоположной стороны. Спали при неплотно задёрнутых шторах. Мы с женой ленинградцы-петербуржцы и привыкли к белым ночам, больше того, скучаем летом без них. А южане, приезжавшие в июне-июле в Ленинград, говорили, что в белые ночи плохо спится. Нам спалось хорошо.

7 часов утра. Выходим из гостиницы и видим длинную вереницу автобусов, стоящих в два ряда, чтобы отвезти туристов на железнодорожный вокзал. Предстоит четырёхчасовая поездка от Fairbanks до национального парка Denali. Организация тура не предполагает путешествие в специально организованных группах, поэтому у нас не было постоянных коллег-туристов. Каждый из нас получал при прибытии на новое место конверт, в котором содержалась программа пребывания и номера автобусов, которые либо возят на экскурсии по выбору, или перевозят из одного пункта следования в другой. Удобно. Всё ясно и никому с волнением не надо задавать вопросы: «Где? Куда? Когда?» Поэтому без вопросов мы садимся в свой автобус.

Точно в 7:15 отправляемся, и водитель-экскурсовод начинает свой рассказ о Fairbanks. Это уместно, так как город, из-за позднего прилёта, мы посмотреть и исследовать не успели. Узнаём, что Fairbanks - изначально бывшая торговая точка (по памяти: в русских книгах такие торговые точки называли факториями), основан всего 102 года назад именно в этом месте капитаном E.T.Barnette, потому что река Chena выше по течению мелководна и мало пригодна для торгового судоходства. Но годом позже (1902 г.) в окрестностях фактории нашли золото, и город захлестнула волна золотоискателей. Вторая страница в истории фактории была связана с прокладкой Аляскинского хайвэя, который был нужен для связи Аляски с метрополией и военным строительством в этом штате в годы Холодной войны. И наконец третья – в шестидесятые годы (1968 г.) – в связи с открытием нефтяных месторождений на берегу Арктического Океана (или Северного Ледовитого, как было написано на советских картах) в заливе Prudhoe Bay. Но об Аляскинском нефтепроводе расскажу позже, когда мы до него доберёмся.

А откуда взялось название Fairbanks? Ещё в самолёте я пытался решить эту лингвистическую загадку. Fairbanks состоит из двух английских слов Fair и Banks. Ярмарка и Банки? Или иначе: честные, законные берега? Откуда это сочетание? И должно ли оно что-то означать? Оказалось, что никакого исследования проводить не нужно – это имя сенатора Charles Warren Fairbanks от штата Индиана, позже вице-президента в администрации президента США Теодора Рузвельта.

Напряжённо слушаем водителя (в разных штатах есть свои особенности в произношении), а за окном привычная одноэтажная Америка. Есть и уютные дома-коттеджи, торговые молы и банки с примелькавшимися названиями, прекрасная асфальтированная дорога со светофорами. Где мы? На Аляске или в Оклахоме, жители которой сидят рядом с нами в автобусе и два дня будут путешествовать с нами по одному и тому же маршруту? Проезжаем Downtown. На площади перед Convention Center памятник аборигенам «Unknown First Family (Неизвестная Первая Семья)»- звучит как аналог памятника Неизвестному Солдату. Ещё пара кварталов и вокзал.

Автобус подъезжает не к зданию вокзала, а прямо к двухэтажному вагону – нашему пристанищу на следующие несколько часов. Но не просто к вагону, а дверь в дверь. Пассажиру надо сделать только пару шагов, чтобы войти в вагон. Какая забота! Но она оправдана: продуманная, спокойная и безопасная схема. С этим ёще не раз мы будем сталкиваться и удивляться. Но к хорошему привыкаешь быстро.

Железная дорога, по северной части которой нам предстоит ехать в течение нескольких часов, единственная на Аляске. Она соединяет незамерзающий порт Seward на берегу залива Воскресение (Resurrection Bay), фиорда, глубоко врезанного в берег морского Аляскинского залива (Gulf of Alaska), – и Fairbanks, город на центральном плато, в котором мы находимся и который де-факто является географическим центром Большой земли (Grand Land).

Устраиваемся в вагоне у зеркальных окон на втором этаже. Завтракаем. Напитки, чай, кофе, еда к вашим услугам, но за ваши деньги. Питание туристов не включено в наземную часть тура. А цены? Они сумасшедшие: стакан чая $1.75. Но что прикажете делать? Ответ простой - слушать объяснения экскурсовода по радио, что не просто, если свободно не владеешь английским языком, или читать информационные брошюры, или... смотреть в окно.

За окном почти сразу исчезает город, и фотографы пристраиваются к окнам, чтобы запечатлеть аляскинский пленэр. Не могу охарактеризовать открывающуюся картину: тайга или тундра? На горизонте цепь аляскинских гор (Alaska Range), вблизи живописные болота и рощи полярных елей, переходящие в большие массивы леса. Полярная ель напоминает стройную, грациозную девушку, а когда их много – незабываемый по красоте танцевальный ансамбль или парад войск, где превалирует порядок и стройность.

Из окна поезда: тундра, строй полярных елей

Пару часов картина не меняется, и, пользуясь «перерывом», читаю брошюру об аляскинской железной дороге. Толчком для строительства дороги послужило, конечно, золото, открытое на реке Юкон в 1898 году, а затем и открытие месторождений угля и меди. Назначение дороги - соединить богатый промысловый район с портом.

В строительстве дороги были драматические моменты: дороговизна и трудности строительства в условиях севера сделали необходимой национализацию железнодорожной компании Alaska Northern Railway Company и передачу её в ведение правительства Соединённых Штатов. Строительство «Government Road» началось в 1915 году. Однако Конгресс то утверждал финансирование дороги, то отказывал.

В 1923 году президент Хардинг присутствовал на церемонии завершения строительства. Хардинг надеялся, что путешествие на Аляску поднимет его популярность и престиж. Дело в том, что его президентство с первого до последнего дня было связано со скандалами, в которых было замешано его окружение. В поездке он заболел и позже в Сан-Франциско умер. Историки до сих пор спорят о причине смерти: была ли вызвана болезнь нервным расстройством или гриппом, или инфарктом, или отравлением?

Железная дорога способствовала развитию региона, а в годы Второй мировой войны была достроена окончательно и обеспечила снабжение военных объектов. В послевоенные годы она была реконструирована, а после сильнейшего землетрясения восстановлена. Большую роль дорога сыграла при сооружении нефтепровода.

В январе 1985 года, после трёх лет переговоров, федеральная администрация возвратила дорогу компании Alaska Railroad Corporation. В дальнейшем предполагается развитие приватизированной дороги, чтобы соединить Аляску с Канадой.

Пока читал газеты и брошюры, горы плотнее придвинулись к поезду, и вот мы уже ползём над крутым ущельем, где бьётся и кипит золотоносная река Nenana River. В одном месте она сливается с Tanana River.

Город Nenana, первый на нашем пути, лежит на берегу этих двух рек и происходит, как и река Nenana, от индийского слова Nenashna, которое означает: лагерь между двух рек. Стараюсь всё время обращать внимание на происхождение названий, от понимания имён возникает сопричастность к истории и романтике освоения неизведанного. Волей-неволей приходится применять английское написание географических имён - под рукой нет русской карты.

На небольшом островке видны корпуса горного завода. «Промывают золотоносную породу», – соображаем коллективным разумом. Мы едем в предпоследнем вагоне и на поворотах из окна можем видеть «голову» поезда. Наш поезд напоминает издалека вагоны детской железной дороги. Романтика!

Поезд вползает в гору, преградившую путь, и выныривает из неё на несколько минут, чтобы снова погрузиться в другую. Мы не страдаем клаустрофобией, но туннели скучны и…опасны? Не так уж давно мы читали о катастрофе в альпийском туннеле. Слава Богу, наши туннели короткие. Если с самолёта смотреть, то, наверное, можно увидеть и голову и хвост змеи-поезда, пронзающего гору. Но мы не на самолёте, а на высокой горе, и внизу показывается городок, где проведём сегодняшний день и ночь.

***

Городок - это ворота Denali National Park and Preserve, парка и заповедника, простирающегося по огромной территории в 24281 кв.км. В Denali находится и самый высокий горный пик Америки Мак-Кинли (McKinley) 6195 м, а также горы в 5000 м (Foraker), 4000 м (Silverthrone) и 3500м (Russel). Наиболее известна гора Мак-Кинли, которую индейцы племени Athabascan называют Denali, или Великая гора, или Самая высокая гора. Гора имеет два пика: Южный – более высокий и Северный – в 3,5 км от Южного. Большая часть этих пиков покрыта льдом и снегом весь год. Облака закрывают вершины летом в течение 75% времени. Но нам повезло, и мы увидели пики во всей их красе. Но в этом пояснении я забежал вперёд.

Нас привезли в туристический центр. Здесь гостиницы, рестораны и станции отправки автобусов, вертолётов и лодок по выбранным маршрутам. Только плати и все прелести национального парка перед тобой.

Мы же отказываемся от оплаченной экскурсии по парку (входит в программу тура), а выбираем дорогую по стоимости 10-ти часовую поездку по тундре, по которой проложена единственная в парке 91-мильная грунтовая дорога. По ней мы проедем от въезда в парк до точки, из которой открывается вид на замечательную панораму Аляскинских гор (Alaska Range) и гору Мак-Кинли.

 

А мы пошли звериною тропою

туда, где плачут летом ледники,

чтоб любоваться снежною горою

Мак-Кинли, по-индейски Denali

Устали очень, но не пожалели. Наш водитель, экскурсовод-биолог, ежегодно приезжает в Denali. Он возит экскурсии и, кроме того, выполняет научную работу по изучению популяции медведей-гризли, которых мало осталось на земле. Мы думали, что гризли - это чёрные медведи. Ошибались! Они коричневые.

И вот первая встреча с гризли. Медведица с детёнышем идёт по дороге навстречу нашему небольшому автобусу. Водитель тормозит, останавливаемся, и примолкшие, затаив дыхание, как заправские охотники, но... с фотоаппаратами и биноклями, ждём приближения медведей. Их наше присутствие не смущает. Они медленно огибают автобус (мы им не интересны!) и спускаются с придорожного пригорка в кустарник. Там ягоды, трава и корни – основная пища медведей. За один день медведь может съесть до 2 тысяч ягод. Не пренебрегают медведи и мясом: охотятся на лосей и оленей. В Denali популяция медведей составляет 300-350 особей. Поэтому встреча с ними на огромной территории парка – редкость.

Медведица идёт на встречу с нами

Вспомнилась другая встреча с медведем в лесу на Псковщине, когда мы с женой собирали грибы. Все, к счастью, кончилось благополучно. Медведь, услышав крик жены, бросился наутёк. Я успел увидеть только его спину.

На Аляске туристская судьба многократно дарила нам встречи с обитателями парка: дорогу пересекла пушистая рыжая лиса, постоянно поодиночке попадались в поле зрения олени и лоси, а кое-кто через бинокль видел на вершинах холмов белоснежных горных козлов. Волков не видели, но экскурсовод рассказывал о конкуренции между волками и гризли в охоте на животных. В брошюре, подаренной нам биологом, есть фотография схватки волка и гризли за обладание останками оленя.

Постоянно меняющийся рисунок горных кряжей, долин с разноцветной растительностью, рек, то бурных, то спокойных, рощ полярных елей, скал удивительного цвета, от чёрного до ярко-жёлтого, – держал в напряжении в течение всей прогулки. Пиком прогулки, конечно, был другой пик – Мак-Кинли. Но о нём я уже поторопился рассказать выше.

По дороге разговорились с участниками экскурсии. Среди них оказалась и русскоязычная пара из Канады. Обменялись впечатлениями от увиденного и сошлись во мнении, что природа Аляски восторгает так же, как и природа Британской Колумбии и Альберты – провинций Канады, которые мы посетили в прошлом году. Тогда нам казалось, что концентрация красоты в этих провинциях невероятна. Но есть ли вообще критерий красоты?

Аляскинский пленер

***

Второй «рабочий» день начался ранним утром. Из программы путешествия было известно, что этот день трудный. Предстояло провести его в пути с остановками каждые два-три часа. Было тепло, и мы с радостью увидели, что нас ждёт комфортабельный автобус с кондиционером. Вчерашний автобус по Denali не был комфортным – обычный школьный автобус.

Водитель, красивый и стройный великан, с окладистой белой бородой, уроженец Миссури, также, как наш экскурсовод по Denali, приезжает летом каждый год на Аляску для заработка, но он не учёный, а пенсионер.

От Denali на юг в Анкоридж (Anchorage) ведёт George Park Highway, но скоро наш автобус круто сворачивает с него на восток. Дорога Denali Highway грунтовая, но не пылящая, проходит по совершенно безлюдной долине. Только дважды нам встретились крохотные деревни из нескольких домов как места для промежуточных остановок охотников и путешественников на автомобилях и в машинах-домах, а также таких, как мы, участников туров. В этих деревнях можно приобрести еду, купить сувениры и размять затёкшие от долгого сидения ноги.

Деревни автономны. Имеют собственные источники энергии и системы связи. Дома отапливаются дровами. Мы смогли здесь поесть мороженое и прикупить сувениров, а также наблюдать колку дров механическим топором – ХХI век!

Механический топор. Лесничий занят заготовкой дров

Сувениры подчас необычны. Изделия сделаны из бивней моржей, которые пролежали в земле тысячи лет и, по сути дела, являются ископаемыми. Материал сувенира пористый, необычайно лёгкий и удивительного серо-голубого цвета. Изделия дорогие. Этим промыслом занимаются эскимосы. Соблазн приобрести велик.

Покупки послужили поводом поговорить с экскурсоводом о народах, населяющих Аляску.

Во-первых, это индейцы, которые в основном живут на островах и вдоль юго-восточного побережья. Многие занимаются промыслом рыбы и охотой.

Другой крупной популяцией являются эскимосы. Они пришли на Аляску из Азии около двух тысяч лет назад и расселились по берегу Арктического океана и Берингова моря. Они невысокого роста с бронзово-коричневой кожей. Некоторые их них думают, что они индейцы. Эскимосы хорошо адаптированы для жизни в условиях Севера. В школьных учебниках моей юности были фотографии их жилищ из льда и кожи животных. Но теперь такие жилища, как и прежний образ жизни эскимосов и индейцев, – достояние истории, по крайней мере, на современной американской Аляске. Слово Eskimo означает «едок сырого мяса», но смысл этого слова сегодня также потерял своё значение. Охота и рыболовство, как и у индейцев, древний промысел этого народа.

А что же вокруг по дороге? Справедливости ради, надо отметить однообразие пейзажа. Сделали много снимков. Однако долина с реками и озёрами и окружающими её горами великолепна, но и от красоты устаёшь.

В зените дня свернули круто к югу.

Пейзаж всё тот же: горы, реки, лес.

Жилья не видно. Взгляд скользит по кругу

и тщетно ищет северных чудес.

Путь наш теперь по Richardson Highway, который соединяет знакомый нам Fairbanks с Valdez, городом на берегу залива Prince William Sound. Здесь впервые мы увидели трубу аляскинского нефтепровода. Блестящая на солнце лента, которая тянется вдоль шоссе, будет сопровождать нас на всём пути до Valdez.

Труба – изобретение века, коль нефти захотел, то из трубы налей

С этим трубопроводом связано моё первое посещение Аляски несколько лет тому назад. Тогда с группой инженеров-нефтяников из России, по приглашению компании Alyeska (древнее индейское название страны), я знакомился с этим уникальным сооружением, которое называли «стройкой века». Назначение трубопровода – перекачивать нефть с месторождения, открытого в 1968 году на берегу Арктического океана в заливе Prudhoe Bay, в незамерзающий глубоководный (глубина – около 270 м) порт Valdez, из которого танкеры доставляют нефть в порты Соединенных Штатов.

Почему эту «трубу» назвали стройкой века, зачем её построили, когда есть арабская нефть и известно, что Америка не стремится к разработке своих природных источников сырья, сохраняя богатство страны для будущих поколений и оберегая природу?

Во время ближневосточной войны 1973 года арабские страны-экспортёры нефти наложили эмбарго на поставку нефти Америке и Голландии в отместку за поддержку Израиля. Цены на нефть возросли в четыре раза, и стало очевидным, что нефть будет сильным средством давления на страны-покупатели.

В 1974 году американский Конгресс принимает решение о строительстве нефтепровода, которое началось в апреле 1974 года и закончилось в июне 1977 года. Первый танкер с нефтью отправился из Valdez в августе. К этому времени эмбарго уже не существовало, и тогда казалось, что Америка заложила фундамент своей нефтяной независимости от арабского мира.

По политическому давлению Америки на Израиль, который в одиночку противостоит арабскому окружению и ненависти, мы видим насколько эфемерна эта «независимость».

Строительство ($8 млрд) потребовало от проектировщиков поиска оригинальных решений. Ещё нигде не прокладывался нефтяной трубопровод по такому сложному горному рельефу в условиях арктического климата (через три горных кряжа и 800 рек), в сейсмической зоне, по территории, на 75% с вечной мерзлотой. Надо было не только позаботиться о перекачке нефти, но и об охране уникальной окружающей среды: обеспечить сохранность нефтепровода при землетрясениях (исключить утечку нефти), предотвратить оттаивание вечной мерзлоты (тепло от трубы не должно привести к оседанию почвы и изменению климата) и не препятствовать миграции животных. Все эти условия были выполнены.

Конструкции нефтепровода поражают простотой и изящностью решений: высокие опоры от 1,5 до 5 метров обеспечивают проход по ним крупным животным; специальные теплоотводящие стержни защищают вечную мерзлоту от оттаивания; зигзагообразные участки трубы предохраняют трубопровод от землетрясений и резких колебаний температуры, изменяющих его линейные размеры. Диаметр трубы 1205 мм. Длина 800 миль.

Автоматическая система управления прогнозирует величину потока нефти в любом сечении трубы и сравнивает её с фактическим потоком, позволяя тем самым мгновенно узнавать об утечке нефти. За многие годы эксплуатации нефтепровода таких случаев не было, но если бы были, система клапанов мгновенно перекрыла бы повреждённый участок.

На станциях перекачки нефти (их 11) принят вахтовый метод обслуживания. Персонал находится на станции две недели. Быт коммунистический. От каждого по способностям – каждому по потребности. На станциях, кроме трёх систем аварийной связи, включая спутниковую, имеются вертолёт, пожарные машины и машины скорой помощи. В бытовых помещениях исключительная чистота и порядок. Питание великолепное. Это утверждаю по собственному впечатлению.

Месторождением на Prudhoe Bay владеют несколько нефтяных гигантов, и все пользуются этой одной трубой. Поэтому на отгрузочном терминале в Valdez сконструирована уникальная по точности установка по учёту нефти, загружаемой в танкер, чтобы «не обидеть» производителей при их расчётах друг с другом.

Туристам, конечно, все секреты трубы не показывают и не рассказывают, но дают возможность в одном месте на трассе подойти к конструкции и сделать фотографии на память.

Я увлёкся рассказом об уникальной трубе, а нам надо продолжать путешествие. День закончился прибытием в гостиницу на берегу реки Copper River в пределах ещё одного национального парка Wrangell – Saintelias National Park and Reserve.

Wrangell – Saintelias National Park – самый большой национальный парк Америки. Он больше, чем штаты Массачусетс, Род-Айленд и Коннектикут, вместе взятые; 9 из 16 самых высоких горных вершин страны находятся на территории парка. Площадь парка – 13 миллионов акров. Парк лежит между двумя горными кряжами Chugach Mountains и Wrangell Mountains. Экскурсионное путешествие по парку занимает 13 часов. Таким резервом времени мы не обладали и вынужденно отложили изучение парка до следующего года. Наше знакомство с ним ограничилось любованием снежными вершинами горных пиков. На закате дня и на рассвете «сахарные головы» трёх вершин Mount Drum (4 км), Mount Wrangell (4,5 км) и Mount Stanford (свыше 5 км), освещённые солнцем, ностальгически напомнили Кавказ и двуглавый Эльбрус.

***

Третий день застал на пути к Valdes. По мере приближения к перевалу Thompson Pass через Chugach Mountains туман, сопровождавший нас большую часть пути, стал настолько густым, что исчезло представление о движении по дороге, казалось, плывём в сюрреалистическом пространстве. Погодой в этих местах командует древний ледник.

Солнце поднялось выше, туман рассеялся, и мы вскоре увидели гигантский бело-голубой язык ледника, парящий и ползущий в созданное им же озеро.

Древний ледник

Ледники бело-голубого цвета с длинным языком, достигающим океанской воды, покрывают более чем 75 тысяч квадратных миль территории США, и большинство из них находится на Аляске. Ледники рождаются за счёт снега, выпадающего зимой, который затем летом несколько успевает растаять. Так как ледник получает снежную пищу год за годом, то нижние слои снега прессуются и, не выдерживая давления новых порций, начинают движение по склону.

Осталось разобраться почему снег голубой? Ледниковый лёд абсорбирует все цвета светового спектра, кроме голубого, который отражается и делает ледник в глазах наблюдателя бело-голубым.

Эта наша первая встреча с ледником задержала экскурсию. Только внезапно начавшийся дождь позволил загнать туристов в автобус к полному удовольствию водителя, который торопился, чтобы вовремя доставить нас в порт для пересадки на корабль-катамаран.

Спускаясь с гор, проехали по глубокому каньону Keystone Canyon, который вполне оправдывает своё название. По дну каньона течёт быстрый «кипящий» поток. Великолепное зрелище - мрачное и грандиозное. И, наконец, Valdes.

Осмотра Valdes не было, но я был здесь раньше и имел об этом городе представление и поделился о нём с друзьями.

Valdes называют Швейцарией Аляски. Он был основан в 1898 году как самый северный незамерзающий порт для переброски товаров золотоискателям, хотя для доставки товаров надо было преодолеть труднопроходимый ледник. Сейчас Valdes известен, в первую очередь, своим терминалом для отгрузки нефти. В его танках хранится около 9,18 миллионов баррелей сырой нефти. Время загрузки танкера, включая его швартовку, откачку балласта, загрузку нефтью и отплытие составляет 18 часов. Это рекордная цифра. Танкеры эскортируются специальными судами для предотвращения катастроф в пределах залива.

Всемирную известность город приобрёл в марте 1989 года, во время катастрофы танкера Exxon Valdes, наскочившего на риф и получившего пробоину. Тогда в залив вылилось 11 миллионов галлонов нефти. Тысячи волонтёров со всего мира приняли участие в устранении последствий крупнейшей экологической катастрофы.

***

Прошли перевал и спустились к заливу.

Закончился долгий наземный маршрут.

Теперь – Океан, он не грозный по виду,

так Тихий с Великим по-братски живут.

Корабль-катамаран – небольшой паром, который перевозит жителей двух прибрежных городов через залив. На палубе холодно, и общаться с природой уютнее через стекло, поэтому туристы прильнули к окнам в закрытых салонах.

Первым залив Prince William Sound посетил знаменитый капитан Кук в 1778 году. Он назвал залив в честь английского принца. Исследовал же залив и его берега George Wancouver, именем которого назван канадский город-порт и остров. Площадь залива 10 тысяч квадратных миль, включая фиорды, протоки и острова, а также 100 000 ледников. Самый большой и известный Columbia Glacier имеет в ширину 4 мили и свыше 200 футов (около 70 м) высоты по переднему фронту.

Плывём среди ледяной шуги, попадаютя крупные хрустально-белые и грязно-чёрные льдины, оторвавшиеся от ледников. Нельзя забывать, что мы видим только одну десятую поверхности льдины над водой, и наш капитан это тоже помнит. Корабль ловко «увёртывается от небольших айсбергов». Через бинокль можно наблюдать на берегу стада морских львов, а в воде – головы тюленей. Много островов. В протоках видны рыбацкие суда. Путина. Лов лосося (в Америке мы привыкли его называть salmon).

По радио объявили, что с капитанского мостика виден кит, но мы его своими фотоаппаратами засечь не успели.

Залив Prince William Sound. Ласковый, когда он без тумана

Через 2,5 часа причалили в порту Whittier, маленьком рыбаловецком городе. Под мелким, но плотным дождём пересели в автобусы и сквозь гору по узкому туннелю перебрались на шоссе, ведущее в города Анкоридж и Seward. Это был довольно скучный отрезок путешествия. Некоторое развлечение доставил зоопарк, где в открытых вольерах паслись бизоны, олени, лоси и медведи, нуждающиеся в помощи людей. После встреч с этими животными на просторах национальных парков зоопарк вызывал неприятие несмотря на его гуманное назначение.

Не по душе мне этот зоопарк,

в краю лесов и заповедных парков,

где те же звери бродят без дорог

и не приемлют от людей подарков.

Несвобода имеет свой горький вкус.

***

Океанский лайнер Sun Princess принял нас на исходе дня. На корабль прошли без задержки, благодаря тому, что все формальности исполнили на пароме. Каюты оказались небольшими, но со всеми удобства для современного путешественника.

Sun Princess, большой круизный корабль длиной почти в треть километра с 15 палубами, вмещает около трёх тысяч пассажиров и членов экипажа. Есть два ресторана, два буфета а ля шведский стол, несколько баров, кафетериев, два киноконцертных зала, аукционные залы, где продаются картины, размещённые на стенах салонов, игровых комнат и в коридорах, а также два бассейна, прогулочная палуба и прекрасно оснащённые спортивные залы для сохранения формы после искушений корабельной кухни.

Поздно вечером корабль отчалил. Ночь и день проведём в плавании. Будем знакомиться с красотами залива Glacier Bay – ледниками, которые рушатся и сползают в воду. Залива достигли утром, обогнув остров Chichagof Island, через пролив Icy Strait (я перевёл название как ледяная щель). Первым этот узкий пролив прошёл капитан George Wancouver в 1794 году, но в то время Glacier Bay был маленьким «зубом во рту ледяных кряжей» St.Elias и Fairweather Британской Колумбии, провинций Канады. Почти через 100 лет, другой моряк-исследователь Joun Muer заново открыл Glacier Bay и нашёл, что залив на 40 миль отодвинулся от пролива Icy Strait. Сегодня это расстояние выросло до 60 миль.

В самом северном углу кармана Glacier Bay мы достигли ледника Margerie Glacier, который сползает с этих гор. Margerie Glacier туристы посещают с 1880 года.

Ледник Margerie Glacer

Белоснежный Margerie Glacier ледяной стеной, как будто иссеченной рубцами, обращён к воде. Вид захватывающий. А когда глыбы льда отрываются от материнского тела, подточенные водой и летним солнцем, и плюхаются в океан, раздаётся не только гром от всплеска воды в виде фейерверка белесо-голубых струй, но и восторженный крик наблюдателей удивительного зрелища.

 

Дрейфуем, ждём, когда обвалится ледник,

который миллионы лет к воде сползает

и ластится к любимой, телом к ней приник,

она ж в ответ его целует и ласкает.

Корабль долго дрейфует вдоль ледника, давая возможность фотографам поймать отрыв льда от ледниковой крепости. Ждать этого момента иногда приходится долго, а иногда несколько взрывов раздаются в течение одной минуты.

***

Поздно вечером вышли из залива, и Sun Princess взял курс на порт Skagway – воротам к золотым полям Аляски для тысяч старателей, которые хлынули на Аляску и в провинцию Юкон (Канада) в надежде на быстрое обогащение. А всё началось с августа 1896 года, когда George Washington Carmack и его два индейских компаньона Skookum Jim и Tagish Charlie нашли золото в притоке Klondike River на канадской северной территории Юкон (Yukon).

Skagway открывал кратчайший путь на Клондайк, но не самый лёгкий. Около 100 лет назад маршрут по короткой, но трудной тропе через Белый перевал (White Pass) был основным для бессчётного числа золотоискателей. Многие из них погибли на этой коварной тропе. За первый год золотой лихорадки через город прошли 30 000 старателей. Среди них был и Джек Лондон.

Для Skagway золотая лихорадка была благом, и в 1898 году он был самым большим городом Аляски с населением в 20 000 человек.. В городе построили много отелей, салунов, танцевальных залов и игорных домов. Но когда через два года золотая лихорадка пошла на убыль, Skagway быстро потерял своё значение. Сейчас осталось 1000 постоянных жителей. Город живёт за счёт туристов и бережно хранит реликвии прошлого: постройки времён золотой лихорадки и паровоз исторической железной дороги, ведущей на White Pass.

Нам не удалось насладиться городом удачи, так как шёл дождь, но мы всё же прошли по его главной улице Brodway и сделали снимки на память.

***

Корабль по-прежнему лавирует между островами в узких проливах, но неуклонно движется к югу. В открытый океан не выходим. Маршрут вдоль западного побережья Аляски среди фиордов носит название Inside Passage (Внутренний проход). Следующая однодневная стоянка в Juneau – столице Аляски.

В 1880 году два геолога Joe Juneau и Richard Harris с помощью индейских проводников мучительно долго искали золото в этих местах: взбирались на горы, пересекали стремительные ручьи и преодолевали неисчислимые трудности. Однако в ущелье Серебряный лук (Silver Bow Basin) они всё же нашли золото.

На месте их открытия возникла третья в мире по богатству «золотая шахта». К концу второй мировой войны в ней добыли золота более чем на 150 миллионов долларов. Шахта истощилась, и её закрыли. Однако город, основанный Joe Juneau, стал столицей штата. В нём живет 30 000 человек. Курьёз, но по площади территории, которая относится к городу, он один из самых больших городов мира - 3 248 квадратных мили. Только аляскинские города (новый курьёз!) Keruna, Sweden и Sitka превышают площадь Juneau.

Два любопытных факта сопутствуют рассказу об истории города. Его первоначальное название – Harrisburg, по имени одного их первооткрывателей прииска. Richard Harris был единственным, кто мог писать и составить заявку об открытии. Однако, имя Harrisburg не привилось. Во время одной большой забастовки на прииске толпа из 300 бастующих создала палаточный лагерь и назвала его Rockwell. Это было вторым именем города. Но и оно продержалось недолго. Вскоре его стали называть Juneau по имени второго открывшего золото геолога, и это название сохранилось до нашего времени. Второй факт связан с тем, что Joe Juneau и Richard Harris не стали богатыми людьми благодаря своему открытию. Joe Juneau разорился и умер в канадском Юконе. Денег хватило только, чтобы отправить тело и похоронить его в городе, который он основал.

Juneau не показался нам привлекательным: типичный небольшой столичный город со всеми атрибутами губернаторской власти. Туристы могут посетить музей и историческое здание Сената.

После отплытия из Juneau в проливе Stephens Passage на корабле произошло чрезвычайное событие. Заболела одна из пассажирок, и потребовалась её срочная эвакуация. По радио объявили о случившимся и сказали, что вызван вертолёт из Juneau, который заберёт больную для операции. Пассажиров просили не посещать верхнюю кормовую палубу, на которой служба безопасности корабля будет готовиться к приёму вертолёта.

Через полчаса прилетел вертолёт. Естественно, что толпа пассажиров с настроенными фотоаппаратами и камерами ждала его появления. Сенсация!

Некоторое время вертолёт завис над палубой, потом из его чрева появилась люлька, которую спустили на тросе. Больную погрузили в люльку и через минуту подняли в вертолёт. Вертолёт улетел, а позже радио оповестило о благополучно сделанной операции и что жизнь больной вне опасности. Любопытно, что при отправке больной вблизи борта корабля стояли четыре аквалангиста, готовых вмешаться в ситуацию, если бы люлька сорвалась в воду.

В течение всей процедуры ожидания вертолёта и эвакуации больной корабль не останавливал движения. Среди островов, мимо которых проходило судно, был и остров Баранова, на котором в 1804 году Александр Баранов, торговец пушниной, основал поселение на месте древней индейской деревни Tingit, назвав её Новый Архангел. Поселение уже насчитывало 3000 жителей, в то время когда Сан-Франциско был всего лишь миссионерской деревней. Теперь поселение носит название Ситка, и в нём бережно сохраняется место Castle Hill (Замок на холме), где размещалась контора Баранова и где произошла в 1867 году церемония передачи владения Аляской от России Соединённым Штатам Америки.

***

А на рассвете в дымке появляется Ketchigan. Этот порт – центр рыбной промышленности Аляски. Здесь находится большинство предприятий по консервированию лосося. И это хорошо чувствуется: запах рыбы стойко присутствует в воздухе. Гавань наполнена рыболовецкими судами. Сотни рыбаков и рабочих приезжают в эти места на время путины из разных мест Америки и Канады для ловли лосося и работы на фабриках.

Много и рыбаков-любителей. С одним из них мы летели в самолёте, и он рассказал, что каждый год прилетает сюда рыбачить. А на вопрос, что он делает с пойманной рыбой, получили ответ, что есть сервис, который принимает от рыбаков рыбу и отправляет её по указанному адресу в замороженном, охлаждённом, разделанном или оригинальном виде. Никаких проблем. Только лови!

Kitchigan

 Экзотика! В протоке видим рыб. Лосось идёт на нерест

Индейцы племени Tingit в этих местах с древних времён ловят рыбу. В реках и протоках в разное время года мечут икру пять видов лосося. Индейцы называют нерест Kitchsk-hin, что означает «метание икры». Отсюда и название города. Как и многим начинаниям на Аляске, толчок к развитию города оказало открытие золотых и медных приисков. Позже в окрестностях возникли и предприятия по обработке древесины и выработке целлюлозы. В годы Второй мировой войны Ketchigan был базой военно-морского флота. Сейчас в городе 8500 жителей. Много индейцев, и имеется небольшая еврейская община, около 300 семей (подтверждения этой цифры в справочной литературе автор не нашёл).

Теперь о том что мы увидели в городе. В первую очередь, это тотемы, многометровые столбы с вырезанным и раскрашенным орнаментом, повествующим о племени, которому принадлежит столб. Такой столб, своеобразная летопись о жизни племени или семьи, возник во времена, когда индейцы не имели письменности. Но традиция рассказа о племени с помощью тотема сохранилась до наших дней. Значение тотема не ограничивается, однако, функцией носителя истории. Тотемы создавались и как талисманы для защиты от грозных сил природы или врагов.

Второй достопримечательностью был ход лосося на нерест. Рыба заполнила протоки настолько, что слова «как сельди в бочке» будут наиболее точным определением того, что мы увидели.

Большие рыбины, головы которых были направлены только в одну сторону, сторону противоположную течению, стояли в воде, готовясь к прыжку через двухметровый порожистый перекат. И вдруг, этот момент невозможно предугадать, большая серебристая рыба взлетает и перепрыгивает бурный стремительный водосток. За ним, на другой стороне водостока, она уже без сил и стоит в воде без движения. Но отдохнуть надо – впереди новый водосток, и так до места нереста – колыбели своего рождения. Можно часами наблюдать этот удивительный инстинкт. Но борьба за потомство не проходит для рыб без потерь, многие из них гибнут.

Гуляя по городу, в котором много сувенирных и ювелирных магазинов, разговорились с хозяином одной лавки. Узнали, что его семья приехала на Аляску их Хельсинки ещё в позапрошлом веке, в период золотой лихорадки. Бизнес у него потомственный. В Хельсинки он никогда не был, поэтому мне доставило удовольствие похвалить город его предков, где я бывал. Хозяин же в ответ захотел тоже что-то сделать приятное и спросил, не будет ли нам интересно узнать, что сейчас в Ketchigan гостит Роман Абрамович – губернатор Чукотки, а его чёрная яхта стоит неподалёку от нашего корабля. Нам, естественно, это было интересно, и мы в подарок получили газету со статьёй об Абрамовиче.

Чёрная яхта действительно стояла близко, и удалось разглядеть на её борту вертолёт. Владелец яхты в поле зрения бинокля не попал. Мелькнула мысль, что ему в критической ситуации не долго плыть до Америки.

Можно ещё многое рассказать о Ketchigan, но настало время подвести итог путешествию.

Наша группа. Автор – четвёртый слева

***

Последняя ночь нашего путешествия порадовала фантастической красотой вечернего заката. Смена красок, невероятные оттенки, резко обозначенные очертания облаков и призрачные, скрывающиеся в вечерней дымке берега и острова были чудным подарком – эпилогом путешествия.

 

Закаты и восходы. Тишина.

Лишь метроном от дизеля считает:

какая миля пройдена.

Плывём. И суета куда-то уползает.

Утро встретило ещё одним подарком: панорамой канадского Ванкувера в лучах восходящего солнца.

Ванкувер

 

Рассвет. Ванкувер. Не нужны слова,

чтоб видеть, как красив канадский город.

Мы здесь проездом и, ступив едва

на берег ласковый, прощаемся надолго.

Примечание:

Исторические и географические сведения почерпнуты из нескольких путеводителей и объяснений экскурсоводов, записаны автором и переведены им на русский язык.

 

___
Напечатано в журнале «Семь искусств» #1(38) январь 2013 — 7iskusstv.com/nomer.php?srce=38
Адрес оригиначальной публикации — 7iskusstv.com/2013/Nomer1/Aronzon1.php

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1016 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru