litbook

Non-fiction


Прекрасная компания0

Трудно сказать, кто получает больше удовольствие: рассказчик или слушатель. Точно знаю, что воспоминания о прошлом доставляют многим какое-то особое наслаждение. Посудите: погружаясь в прошлое, повествующий вспоминает, смакует, живет второй раз в том возрасте, из которого он уже давно ушел. При этом, как говорила моя мама: «дерцельт мит але пищевкес а майсе ун хоб… а мехае» (рассказывая со всеми подробностями, получает удовольствие – идиш). Порой рассказчик додумывает, сочиняет, вносит элементы комедии или трагедии и выдает «на-гора» то, что попросту называется мемуары. И неважно, это устный или письменный рассказ. Главное чтобы попался вежливый, внимательный, благодарный и заинтересованный слушатель или читатель. Вот тогда-то погружение в прошлое удается.

Я люблю вспоминать прошлое и, как правило, начинаю свой рассказ словами: «вот, помню, было….»

На днях человек, профессионально знающий толк в литературе, порекомендовал мне прочитать «свеженькую», только что изданную книгу Ицхокаса Мераса.

– Просто чудо книга! А как издана! И перевод превосходный! Чудесные иллюстрации! Автор – твой известнейший бывший земляк – не требует рекомендации. Читай и получай удовольствие. А еще лучше – купи книгу!

Друзья знают, что я собираю книги с давних времен. Они уже заполнили пространство моей квартиры. Даже владея компьютером и имея планшетку для чтения книг, я предпочитаю читать книгу, держа её в руках. А уж поставив прочитанную книгу на полку, получаю еще одного друга. Получить нового друга в моем возрасте – большое дело. К несчастью, мы сегодня больше теряем, чем находим.

Ицхокас Мерас! Боже! Как давно состоялось мое знакомство с этим писателем! Как же я восхищалась, читая его книги в те наши далекие шестидесятые. Он был Открытием в литературе! Откровенное, до боли терзающее воображение повествование, короткие, как выстрел, диалоги. Он писал правду о трагедии моего народа в дни войны. Он знал, о чем пишет! Не по рассказам, не понаслышке. Сам в детские наши годы попал в мясорубку тех трагических лет.

Ицхокас родился в городе Кельме Шауляйского уезда Литвы 8 октября 1932 года. Было ему почти девять лет, когда в 1941 году родителей и других его родственников зверски убили литовские пособники нацистов. Работая над своей книгой «Легенды моей семьи», вникая в трагедию одной из семей моего рода, я по документам изучила и словно воочию представила, как это было. Бывшие «добрые» литовские соседи, которые еще вчера, приподнимая шляпу, здоровались с соседями-евреями, жили и работали рядом, летом 1941 года, еще до того как немцы вошли в города Литвы, набрасывались на тех, кого можно было безнаказанно растерзать и грабить. Звериное нечеловеческое начало в те дни торжествовало.

ЫИ нашу хорошую знакомую Руту, когда ей было девять месяцев, в корзине с грязным бельём под покровом ночи вынесла, рискуя своей жизнью и судьбой своей семьи, литовская женщина. Она спасла и вырастила не только Руту, но и ее потомство – двоих прекрасных сыновей, внуков, которые сегодня живут в Израиле.

После окончания Каунасского политехнического института Ицхокас Мерас работал инженером, одновременно начал писать и публиковаться.

Предполагаю, что в его семье говорили на языках идиш, литовском, а может быть, и на русском, но свои произведения он начал и продолжает писать на литовском языке. Не могу утверждать, но кажется мне это не только потому что он учился, разговаривал и получил высшее образование на литовском языке. Это своего рода дань и благодарность тем людям, которые его спасли.

Первое его произведение, которое я прочитала, был роман «Ничья длится мгновение». Это было в 1963 году. Роман меня поразил до глубины души. Я перечитывала его несколько раз, переживая тяжелый по силе описания поединок не на жизнь, а на смерть между еврейским подростком и немецким офицером. Поединок не на равных, не за победу, а за само право остаться на этом свете. Я ходила по узким улочкам старого города Вильнюса, искала место, где было гетто, заходила в дома, где жили согнанные – нет, загнанные – люди. Их убивали только за то, что они родились евреями. Переживая все это, я холодела от ужаса ожидания смерти, ощущала внутри страх и унижение. Я закрывала глаза – и видела, как жили в то страшное время мои соплеменники. Нет, меня по счастью, не было в оккупированном Вильнюсе, но я пережила в детстве ту войну, а то, что пережито в детстве, нельзя забыть. Дети Сдерота и других израильских городов, травмированные ежедневными обстрелами, уже сегодня больны страхом. Они не смогут забыть гул сирены на всю свою дальнейшую жизнь.

Война преследует меня всю жизнь.

В 1966 году был опубликован еще один шедевр Ицхокаса Мераса «На чем держится мир».

На чем держится мир? Вечный вопрос!

«На трех китах? На четырех слонах? На могучих плечах мужчин?» – этими словами начинает автор книгу.

Мой ответ: Мир держится на любви! Это тот ответ, в котором я уверена. Это доказано всей историей человечества.

Помню, я тогда прочитала – проглотила книгу в одну ночь! И сегодня, перед тем как писать этот рассказ, я нашла ту книгу в Интернете и перечитала с начала до конца за одну ночь. И тогда, и сегодня я восхищаюсь мастерством Ицхокаса Мераса. Это книга о жизни и подвиге простой литовской женщины Вероники, которая спасала детей. Она их не выбирала, не отбирала по национальному признаку. Она их спасала по признаку материнства, потому что только на материнской любви держится мир. Еврейского мальчика выкормила своим молоком, литовского – потому что его родителей сослали в Сибирь, русскую девочку – потому что ее просто оставили на земле одну, и немецкого мальчика, потому что он был ребенком врагов. Одного, своего родного, не смогла спасти. Его убил его же родной отец. Принял за, спасаемого Вероникой, еврея и убил.

Сегодня можно задавать вопросы, разбираться и даже додумывать, почему герои этой книги в той или иной обстановке не поступали так, как, казалось бы, надо поступить. Почему тема еврейства явно не дописана (по нашим сегодняшним меркам)? Можно, но не нужно! Мы-то знаем, что такое «всевидящее око» режима, при котором мы жили. В доказательство предлагаю мои «мемуары».

 

Эстер Альперина-Свердлова. 1965

В те годы я работала главным библиографом в областной Калининградской библиотеке. Ежемесячно на радио в программе «В мире книг» мы проводили библиографические обзоры литературы. В очередной обзор под названием «Хотят ли русские войны» (помните слова из очень популярной в то время песни на слова Евгения Евтушенко) я включила книги о войне. По согласованию с редактором передач, как обычно, начитала его для трансляции. В прямой эфир передачи тогда не шли.

Как давно это было! В тот день, первого сентября, я провожала дочку «первый раз в первый класс!» Сегодня, наши внуки, ее дети уже заканчивают университеты. А тогда…. Нарядные детишки с цветами и бантами, смущенные, напряженные, настороженные отправлялись в путь. Я делала два дела сразу: глазами следила за торжественностью момента провожания в школу, а к уху прижимала маленький транзисторный приемник, стараясь не пропустить время передачи.

В школе прозвенел первый звонок, а в приемнике ведущий диктор объявил: «Очередную передачу "в мире книг" ведет главный библиограф областной библиотеки Эсфирь Абрамовна Альперина». Под звуки упомянутой песни начинаю рассказ: «"Хотят ли русские войны? Спросите вы у тишины… Спросите вы у тех солдат, что под березами лежат…" Сегодня я хочу вам представить новые книги о войне. Анатолий Кузнецов. Его книга "Бабий Яр" описывает трагедию, произошедшую в годы войны в Киеве. Роман Ицхокаса Мераса "На чем держится мир" повествует о событиях 1941 года в Литве. И еще одна книга Марите Рольникайте "Я должна рассказать", которую называют дневником литовской Анны Франк».

И вдруг в приемнике – щелчок. Пауза. Тишина! Через секунду слышу музыку Чайковского. Увертюра к балету «Лебединое озеро». Я кручу свой транзистор, перескакиваю со станции на станцию… Исчез мой голос. Детишки входят в школу, я машу рукой дочке и с досадой думаю, что в очередной раз не справилась с этим новоявленным чудом техники под названием транзистор. Бегу в библиотеку и сразу – к телефону.

– Надежда Ивановна (редактор радио)! У меня приемник испортился. Вместо моего обзора классическую музыку слушала!

– Это не у тебя приемник испортился, а у меня голова с плеч летит. Заодно и у тебя может полететь! Быстро в студию. Будут разбираться!

Стремглав лечу в радиостудию и застаю свою прекрасную редакторшу в растрепанном виде.

– На нашу с тобой беду сегодня передачи шерстил занудливый проверяющий из Обллита. Этот придурок вырубил передачу, приговаривая: «Какого черта ты туда русских приплела? Одну жидовню под русскую песню поставили! Ну и компания у тебя подобралась! Кто такие Ицхокас Мерас, Марите Рольникайте? Я уже не говорю об этом Анатоле Кузнецове, от которого даже у Суслова голова болит! И все это читает кто – Эсфирь Абрамовна! Собрала компанию! Где ты там русских видела? Будем разбираться!»

Надежда Ивановна все это выпалила с возмущением, а потом, понизив голос до шепота: «Даст Бог, пройдет без последствий! Пока сделаем перерыв. Никаких обзоров твоих книг! Понятно?»

Поня-я-ятно! Я шла на работу, переживала и вдруг подумала: что значит плохая компания? Очень даже не плохая компания! В ХОРОШУЮ КОМПАНИЮ я попала! И сегодня, только услышала имя Ицхокаса Мераса, подтверждаю: в очень хорошую компанию я попала. Подумать только: Ицхокас Мерас, Марите Рольникайте, Анатолий Кузнецов, Евгений Евтушенко.

Где они сегодня?

 

Ицхокас Мерас

 

В 1972 году Ицхокас Мерас репатриировался в Израиль. Еще до отъезда из Литвы успел написать и опубликовать книги «Полнолуние» (1966), «Стриптиз, или Париж-Рим-Париж» (1971).Уже в Израиле была издана книга «Сара» (1984), и другие. Его произведения изданы на 20 языках.

В Израиле он был председателем Объединения олим из СССР в Израиле (1974-1975). Многие годы является членом правления Общественного Совета по культуре и искусству при Министерстве просвещения и культуры Израиля, председатель Союза русскоязычных писателей (1977-1981). Преподавал в колледже Бейт-Берл, в школе и колледже сети ОРТ. Творчество Мераса отмечено рядом премий, в том числе Международной литературной премией «За выдающиеся достижения в области литературы Катастрофы». Литва наградила его званием Кавалера Ордена Великого князя Гедиминаса. И, наконец, сейчас он – почетный гражданин города Холона.

И вот наш соотечественник Ицхокас Мерас в конце прошлого 2012 года отпраздновал свой восьмидесятилетний юбилей, а совсем недавно опубликовал и новую книгу – «На полпути. Избранные рассказы». С чем я его от всей души поздравляю и от всей души желаю ему долгих лет здоровья и творческих успехов.

 

 

 

Евгений Евтушенко

Что касается биографии и творчества поэта Евгения Евтушенко, другого героя моей несостоявшейся радиопередачи, они достаточно хорошо описаны во многих справочных источниках. Мне хочется только напомнить, что в 1961 году в стихотворении «Бабий Яр» он написал:

 

Еврейской крови нет в крови моей.

Но ненавистен злобой заскорузлой

я всем антисемитам,

как еврей,

и потому -

я настоящий русский!

И еще, что он неоднократно приезжал и читал свои стихи в Израиле.

Рольникайте Марите (на литовском), Рольник Маша Гиршо (на идиш) родилась в 1927 году в городе Клайпеда, в Литве. Училась в гимназии города Плунге. С начала немецкой оккупации Литвы, в июне 1941 года, оказалась в Вильнюсском гетто. Там погибли ее мать, сестра и брат. В 1943 году была узницей нацистских концлагерей Штрасденхоф (под Ригой) и Штуттхоф, близ Данцига. В гетто и лагерях Рольникайте вела дневник и писала стихи на идиш.

 

 

 

Марите Рольникайте

 

После освобождения в марте 1945 года вернулась в Вильнюс. Она прозаик и публицист, пишет на русском, литовском и идиш. Широкую известность писательнице принесла автобиографическая повесть «Их муз дерцейлн» («Я должна рассказать»). Литовской Анной Франк назвали Машу именно в то время. В книге рассказано о трагической судьбе одаренной девочки, которой удается выжить в нечеловеческих условиях лишь благодаря упорной воле к жизни. Из интернета узнала, что Мария Григорьевна сейчас живет и творит в Санкт-Петербурге.

Анатолий Кузнецов. В 2009 году в Киеве на пересечении улиц Фрунзе и Петропавловской, на Куренёвке, открыт памятник писателю. Это скульптура мальчика в одежде военных лет, при свете фонаря читающего прилепленный на стене указ оккупационных властей. Ни для кого не было секретом его содержание: «Все жиды города Киева и его окрестностей должны явиться в понедельник 29 сентября на угол Мельниковской и Дегтяревской улиц (возле кладбища). Взять с собой документы, деньги, ценные вещи, а также теплую одежду, белье и прочее. Кто из жидов не выполнит это распоряжение и будет найден в другом месте, будет расстрелян…»

 

Анатолий Кузнецов

В конце 60-х Анатолий Кузнецов выехал в Лондон и остался там навсегда. Неприятие советской действительности, правдивое отражение обстоятельств гибели евреев, описанных очевидцем трагедии в Бабьем Яру, было встречено властями и функционерами от литературы в штыки. Перипетии, связанные с изданием книги «Бабий Яр», стали одной из основных причин конфликтов писателя с властью. В эмиграции он еще писал, работал на радио «Свобода», но от всего пережитого скончался, не дожив даже до 50. О нем много писали, судили-рядили. Но он увековечил себя книгой «Бабий Яр».

…Вот так имя Ицхокаса Мераса всколыхнуло во мне былое. Описав памятный эпизод из давно минувших дней, я и сегодня уверена, что «компания», собранная мной из любимых авторов, действительно прекрасна.

 

Приложение

 

Случилось! Нашла только что изданную книгу Ицхокаса Мераса. Без остановки прочитала. Восхитилась.

Пишу в нескольких словах, потому что много и длинно писать после книги «На полпути» - неприлично.

Лично мое мнение, а точнее, восприятие: поэтическая проза высочайшего качества.

Каждый рассказ – жизнь. Заглядывая в самую суть темы, Ицхокас ведет за собой, заставляет думать, находить истину, вопрошать, соглашаться или оставаться в недоумении: как могло быть такое? Каждое слово - точно, порой скупо, на своем месте.

На полпути - это, слава Богу, не предварительные итоги. Это отправная точка дальнейших удивлений, которые ждут почитателей творчества Ицхокаса Мераса. Не буду утомлять пересказом текста. Читайте! Причём не раз и не два. Его нужно не пробегать взглядом, а вчитываться.

В начале моих воспоминаний я написала, что, найдя хорошую книгу, получаю друга. Не Знакомого, не Приятеля, а Друга. У него нет понятия времени, занятости, безразличия. К Другу можно обращаться за помощью, за советом. С ним можно спорить, переспросить, не согласиться, увидеть что-то новое. Он не для разового употребления. Грустно - протяни руку, сними с полки книгу. Найдешь ли ответ, уведет ли от забот, погрузит в другую жизнь - не имеет значения. Так бывает, когда беседуешь с Другом!

Спасибо, Ицхокас Мерас! Тот мастер, с которым я познакомилась в 1965 году в городе Вильнюсе, кого в те годы хотела порекомендовать слушателям как Открытие, сегодня из Иерусалима, без цензорского ока, от души советую: читайте!

7 января 2013 г.

 ___

Напечатано в «Заметках по еврейской истории» #2(161) февраль 2013 berkovich-zametki.com/Zheitk0.php?srce=161
Адрес оригинальной публикации — berkovich-zametki.com/2013/Zametki/Nomer2/Sverdlova1.php

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 997 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru