litbook

Non-fiction


Учёба в университете аль-Азхар+1

Учить ислам… за рубежом. По-видимому, мало кто связывает с этим волнующим и радующим известием мысль о бесчисленных трудностях, что поджидают молодого человека на чужбине. Мы рисуем себе дальние страны и полные приключений путешествия. Мы надеемся, что все наши проблемы останутся дома, а там, далеко, нам удастся начать новую безоблачную жизнь и построить качественно новые отношения с людьми, которые уж непременно ждут нас с распростертыми объятиями.

Что в действительности толкает наших ребят совершить столь серьезный шаг и отправиться в неизвестность? (Заметим, наш разговор лишь о тех, кто самостоятельно ищет учебы в странах арабо-мусульманского Востока.) Несомненно, многими движет стремление к высоким идеалам. Это и страстное желание вникнуть в суть ислама, и сладость мысли о постижении религиозных тайн из первоисточников, и светлые мечты о возможности изучения священных текстов на языке оригинала. Кто-то мечтает о распространении тех сокровенных знаний у себя на родине, кто-то видит себя в роли проводника между культурами и народами, кто-то представляет себя ответственным работником духовного управления мусульман. Все это замечательно и похвально, но на высокие идеалы простых смертных не могут не накладывать свой отпечаток наши повседневные заботы и проблемы: кто-то не желает службы в вооруженных силах, кому-то не удалось пройти по конкурсу в вуз, кто-то отчаялся найти работу по интересу, а кому-то и вовсе кажется несправедливым то общество, в котором он живет. Не следует забывать и о силе воздействия общественного мнения: наша страна выбирается из тяжелого кризиса, молодежи сложно попасть в вуз, практически невозможно своими силами найти достойную работу, разрушены и забыты высокие идеалы традиционного в наших краях ислама, учеба за границей – это престижно, заграница – это всегда рай. А тут, как бальзам на сердце, – решение сразу всех проблем: весьма своевременный выезд из лихорадящей страны с возможностью учиться в райском уголке и, конечно же, широкие перспективы будущей работы с «заграницей».

 

*  *  *

Почти десять лет назад Государственный комитет по науке РБ организовал выезд первой партии башкирских ребят для учебы в исламском университете аль-Азхар (Египет). Их было десять человек. Они должны были жить и учиться в Каире на стипендию кувейтского благотворительного фонда аль-Бабтин. Как осуществлялся отбор, не вполне ясно, но, по-видимому, предпочтение отдавалось выпускникам республиканских гимназий. С сожалением нужно отметить, что по самым разным причинам подавляющая часть тех ребят оставила учебу.

Часто бывает так, что у претендентов на учебу требуют множество самых разных бумаг (удостоверение личности, документы об образовании, медицинские справки). Естественно, что все они должны быть переведены как минимум на английский язык с желательным подтверждением точности и законности перевода либо у нотариуса, либо в духовном управлении. Обидно то, что в арабских странах эти документы не представляют интереса и не имеют никакого веса. Они просто должны быть, и все. Никого не интересует, сколько времени, сил и средств потрачено на подготовку тех бумаг. Впрочем, страстно желая любой ценой выехать на учебу, молодой человек не задумывается о таких «мелочах».

Итак, если согласие на прием со стороны какого-либо официального учебного заведения получено, об этом ставится в известность посольство соответствующего государства в России и непосредственно сам приглашаемый. Многие ждут такого приглашения долгие месяцы и даже годы, пребывая все это время в полной неизвестности о своей дальнейшей судьбе на новом поприще. Далее развитие событий вполне ясно. Необходимо оформить загранпаспорт и попасть в соответствующее посольство в Москве. Там перепроверят информацию о вашем приеме на учебу и выдадут (не бесплатно, естественно) визу на право въезда в их государство. Не всегда обязательно лично идти в посольство. Это могут сделать представители приглашающей стороны либо представитель духовенства, поддерживающий отношения с посольством. Получив визу, вам остается лишь купить билет, если этого не делает приглашающая сторона, и добраться до ожидающего вас учебного заведения.

В последние годы возможность выезда для учебы в странах исламского мира заметно расширилась, и многие отчаянные молодые люди уже не прибегают к посреднической помощи. Эти смельчаки не ждут приглашений – им достаточно иметь загранпаспорт, минимальную сумму средств на дорогу и обустройство, необходимую (пусть даже поверхностную) информацию об условиях приема в избранное учебное заведение и повод попасть в необходимую страну. Информацию об учебе можно получить через студентов-земляков. В некоторые учебные заведения можно заранее выслать документы и заявление по почте, но, как показывает практика, вероятность рассмотрения частных обращений практически равна нулю. Поэтому ребята и предпочитают личное присутствие при подаче всех бумаг и собственное «курирование» всего, что связано с их приемом. Вместе с тем личное присутствие, серьезно повышая шансы, еще не может гарантировать поступление на учебу. Что касается повода для въезда, то самое простое (и относительно недорогое) – это купить туристическую путевку. При этом официально вы становитесь туристом, и уже никто не помешает в получении въездной визы с правом хотя бы минимального пребывания в стране.

Наверное, нет государства, где не учились бы представители обширного постсоветского пространства. Удаленность от дома сближает людей, имеющих хоть что-то общее, поэтому вполне естественно, что впервые прибывший за границу обратится за помощью к любому русскоязычному, считая его почти братом. Если же обнаружатся действительно земляки (например, из одной республики), то братство становится более близким и многообещающим. Часто новички, прибывшие по собственной инициативе, на то и рассчитывают: никто не откажет земляку в оказании посильной помощи, которая может заключаться в предоставлении ночлега, питания и всяческого содействия при подаче бумаг на учебу. Однако новичку не следует расслабляться. Он должен быть готов к борьбе за место под солнцем и всегда полагаться лишь на свои собственные силы. Новичок не должен забывать, что может быть серьезной обузой для других, если полностью переложит бремя заботы о себе на чужие плечи. К сожалению, примеры непонимания всей серьезности положения существуют. Думается, что причина подобной безответственности – в привычке смотреть на жизнь с порога уютного отчего дома.

Совершенно очевидно, что выезжать на учебу без приглашения на руках весьма рискованно и чревато самыми серьезными последствиями. Все это необходимо серьезно обдумать и тщательно взвесить, находясь еще дома. Необходимо найти в себе мужество на время отложить в сторону молодецкую горячность и суметь спокойно обсудить свои намерения с родителями, с духовными работниками.

 

*  *  *

Наверное, Арабская Республика Египет – одна из немногих стран исламского мира, где существует реальная возможность устроиться на учебу и жить, опираясь лишь на свои собственные силы и средства. Конечно же, это очень и очень непросто, но возможно.

Отдельная тема – благотворительные организации и фонды, поддерживающие студентов. Насколько известно, официально подобных организаций в Каире – порядка десяти. Среди них есть те, что обеспечивают студентов сразу и жильем, и питанием, и небольшой стипендией. Другие предоставляют только жилье и стипендию. Третьи поддерживают студентов лишь ежемесячной стипендией или выдачей продовольственного пайка. Кроме того, весьма распространены частно-индивидуальные формы поддержки студентов различными спонсорами.

Попасть на обеспечение той или иной организации, уже находясь в Каире, можно лишь при официальном зачислении на учебу в университет аль-Азхар. Итак, все дороги ведут в… аль-Азхар.

Мы не знаем ни одного человека, кому было бы отказано обучаться в этом древнейшем исламском учебном заведении. Это невероятно, но количество принимаемых неограниченно. Прием документов ведется круглый год, не прекращаясь даже в летние месяцы, а начать учебу можно сразу после оформления всех формальностей (которые, однако, иногда затягиваются до нескольких месяцев). Вступительные экзамены в аль-Азхаре, как и в других исламских университетах, не предусмотрены.

Первым условием приема документов на рассмотрение является законность нахождения в стране, т. е. наличие в паспорте визы. Виза, как известно, ограничивается определенным сроком, длительность которого определяется целью визита. Если вы приехали как турист, то действие такой визы может быть законным до нескольких недель. Далее (за определенную плату) ее следует обновить в официальной паспортной службе. Студентам выдается годовая виза, после чего обновляется при наличии подтверждения из университета о продолжении учебы.

Среди бумаг, подаваемых вместе с заявлением о приеме, – ксерокопии паспорта (естественно, заграничного, а российский здесь не пригодится, и его лучше оставить дома), фотографии и специальные анкетные листы с особыми марками, свидетельствующими об уплате специализированных взносов. Ни один из документов в подлиннике не следует оставлять даже на малый срок. Возможно, из этого правила и существуют исключения, но об этом лучше проконсультироваться у специалистов российского консульства в Египте. Еще раз отметим, что все ваши аттестаты, дипломы, грамоты и рекомендации из дома здесь действенной роли не играют.

Отдельно отметим, и пусть это не будет для вас неожиданностью, что вас здесь никто не ждет и вы, пардон, никому здесь не нужны. С вами будут говорить на повышенных тонах, как с непонятливым ребенком, невзирая ни на пол, ни на возраст, ни на образование, ни на гражданство. На вас не будут обращать внимания. Ваши документы будут кидать со стола на стол и терять среди бумаг тысяч таких же, как вы, абитуриентов со всего мира. Вас будут бесконечно просить прийти «завтра» или «на следующей неделе», абсолютно не интересуясь, где и на какие средства вы будете ждать этого «завтра», которое может повторяться до бесконечности. Никого не будет волновать ваше незнание языка, а ваши высокие устремления будут вновь и вновь безнадежно биться в попытке найти понимание и сочувствие. Как ни печально, но эти факты подтвердит любой из наших студентов. Единственное, что можно рекомендовать в такой ситуации, – это оставить эмоции и запастись терпением, если ваше желание учиться здесь было действительно искренним.

 

*  *  *

Не секрет, что плодотворность учебы в немалой степени зависит от знания структуры обучения в данном институте или университете. Разобраться в этом необходимо еще до зачисления на учебу. Это поможет сохранить время и наиболее рационально распределить усилия.

Правила обучения при университете аль-Азхар весьма запутанны и достаточно непостоянны. Если их стержень остается в какой-то мере незыблемым, то многочисленные правила второстепенной важности изменяются как минимум раз в год. Часто это дезориентирует студентов и является причиной дополнительных переживаний и затрат.

В исламском университете аль-Азхар существуют десятки самых разных факультетов, выбрать и поступить на которые можно, лишь пройдя программу обучения специализированной «аль-азхаровской» средней школы. Подобные школы распространены как на территории Египта, так и за его пределами. При подаче заявления для поступления на желаемый факультет выпускник такой школы должен предоставить соответствующие документы. Насколько известно, на территории Российской Федерации специализированные средние школы с программой аль-Азхара отсутствуют, а потому нашим ребятам не остается ничего иного, кроме прохождения соответствующей учебы непосредственно в Египте.

Обучение в такой школе, или институте, как ее называют, состоит из трех уровней по три учебных года в каждом: «Специальное обучение» (дираса хасса), «Подготовительный институт» (маахад идадий), «Институт второй ступени» (маахад санауий).

Первый трехгодичный уровень рассчитан на то, чтобы дать новичку минимальную языковую базу и начать знакомить с основами религиозных знаний. Большое многоэтажное здание для этого уровня расположено отдельно и являет собой подобие «накопителя» новоиспеченных студентов-учащихся перед их дальнейшим распределением согласно индивидуальной подготовке каждого. Зачисленный проходит поверхностное и очень быстрое собеседование (здесь могут попытаться поговорить с вами на арабском языке, узнать имя, страну, могут предложить написать одно-два предложения), после которого его определяют на первый, второй или третий учебный год данного уровня. Собеседование это ровным счетом ничего не значит, поскольку, как правило, более года на данном уровне никто не задерживается.

Новичку определяют класс, куда каждый день, кроме пятницы, он должен будет приходить на учебу. Обычно в каждом классе сидят по 20–30 человек, хотя по бумагам их может числиться в два, три и более раз больше. Здесь собираются люди самых разных национальностей, возрастов, способностей, интересов и уровней безграмотности (некоторые не имеют представления о таблице умножения, а иные искренне уверены, что в России говорят по-английски). Многие игнорируют учебу на данном уровне и числятся здесь лишь формально, ожидая возможности перейти на следующие ступени. За классом, как правило, закреплен один постоянный преподаватель. На уроках не возбраняется разговор на отвлеченные темы, но в основном – это чтение несложных учебных текстов, разбор простейших морфологических и синтаксических особенностей языка, хоровое чтение небольших отрывков из Корана и прослушивание рассказов на религиозные темы.

Официальный учебный год здесь начинается с 1 октября, но учебные группы пополняются до самой весны. Уроки начинаются в 8:00 и заканчиваются уже около 11–12. Домашние задания практически отсутствуют. То есть вас, конечно, могут заставить что-то переписать из учебника в тетрадь или ответить на какие-то вопросы, но результатами этих стараний никто не поинтересуется. Редко кто приходит на занятия вовремя. Опоздания весьма обычны и со стороны преподавателей. Похоже, что никто особо не напрягается и не переживает за отсутствие строгого распорядка. Создается впечатление, что основная масса преподавателей (а это выпускники педагогического и языкового факультетов аль-Азхара) незнакома с существованием самого понятия «методика преподавания языка для иностранцев». Все это делает учебу скучной, неплодо-творной и непривлекательной. Впрочем, несправедливым будет не отметить, что среди учителей есть горстка педагогически одаренных, искренне верующих и самоотверженно трудящихся на благо ислама и мусульман.

Большая часть новичков вынуждена искать возможность дополнительного обучения языку. Весьма кстати в этой связи распространение в Каире целой сети языковых центров для иностранцев. Такие центры открываются лишь на коммерческой основе и никакого отношения к университету аль-Азхар не имеют. Руководство «Специального обучения» весьма недоброжелательно смотрит на своих естественных конкурентов, но не в силах запретить в них учебу. Обучение в них недешево, но новичкам не остается ничего другого. Отметим, что преподавание и в подобных центрах зачастую далеко от рациональности и здравости, хотя в них по крайней мере пытаются соблюдать дисциплину и строгие распорядки. В итоге прилежные студенты вынуждены посещать и аль-Азхар, и специальные языковые курсы, сильно распыляясь вместо сосредоточивания на чем-то одном.

Учебный год заканчивается в конце апреля – начале мая. Устраивается некое подобие экзамена. Все письменно отвечают на одни и те же вопросы. Листочки с ответами сдаются, и их дальнейшая судьба никому не известна. Результаты, если они вообще выявляются, не сообщаются. На следующий учебный год всех переводят автоматически, и никаких новых бумаг уже оформлять не надо.

Как показывает практика, первый уровень предфакультетной подготовки не выполняет в нужной мере своей задачи. В знакомстве с основами сложного арабского языка новички вынуждены рассчитывать только на себя. Возможно, лучшим решением этой проблемы служила бы основательная подготовка языковой базы у себя на родине. Поступление в аль-Азхар, пусть даже и на начальные уровни подготовки, с предварительным знанием языка решало бы множество самых разных проблем.

Единственный раз для всех учащихся первого уровня подготовки предоставляется возможность испытать свои знания на так называемом «приемном экзамене» (имтихан аль-кабул). В принципе, это двухэтапный экзамен. Он охватывает программу всех трех уровней предфакультетной подготовки. По результатам такого экзамена можно автоматически перейти даже на последний год третьего уровня. Все зависит от индивидуальной подготовленности, знания программы и… везения.

Первый этап такого экзамена – устный. Каждого студента опрашивает комиссия из нескольких преподавателей во главе с шейхом. Обычно в комиссии отсутствуют преподаватели первого уровня подготовки, и вероятность встретить знакомого учителя близка к нулю. Здесь задаются самые разные вопросы – начиная от математики, географии, грамматики и заканчивая религиозными вопросами юридической направленности. Естественно, вас опросят и по Корану. Нужно не столько знать наизусть большие объемы, сколько уметь правильно и красиво прочитать заученное. Действительные критерии оценки на таком экзамене неизвестны. Весьма распространены случаи недооценки одаренных и знающих ребят наряду с незаслуженной переоценкой совершенно неподготовленных новичков. Анализы результатов таких экзаменов за прошедшие несколько лет наталкивают на мысль о неком подобии лотереи, где нет места здравой логике.

По результатам устного этапа вступительного экзамена студентов распределяют на первый, второй и третий год второго уровня подготовки, т. е. – в «подготовительный институт». Очень редко кого-то оставляют на прежнем уровне «специального обучения», что, впрочем, не сильно расстраивает таких студентов, т. к. за ними – вторая попытка вступительного экзамена на следующий год. И вообще, пока вы числитесь на первом уровне, за вами сохраняется право участия во вступительном экзамене, который проводится в начале каждого нового учебного года. Но если вы переступили ступень и попали хотя бы на уровень II/1 – право участия в таком экзамене теряется, поскольку в «подготовительном институте» и в «институте второй ступени» действует другая схема экзаменов.

На второй, письменный, этап могут зайти лишь те, кто лучше других прошел устный этап и попал на уровень II/3. Это более серьезный и сложный этап. Студентов экзаменуют несколько дней подряд по 7–8 предметам, входящим в программу последнего уровня предфакультетной подготовки. Результаты таких экзаменов можно считать более объективными, ведь что написано пером, то…

Итак, в результате «просева» пестрой студенческой массы на вступительном экзамене ряды II и III уровней подготовки заметно пополняются новичками. Влившись в ряды студентов своих новых уровней лишь к концу декабря – началу января (середина учебного года), они вынуждены прикладывать все возможное, чтобы нагнать программу и успеть подготовиться к экзаменам. Учеба здесь намного серьезнее и организованнее, чем на уровне «специального обучения», и напоминает нечто среднее между общеобразовательной школой и вузом у нас. Здесь достаточно строго соблюдаются расписание уроков и внутренние распорядки, ответственно подходят к посещению занятий. В конце учебного года проводятся письменные экзамены по всем проходимым предметам (с правом одной пересдачи). Студенты, завалившие более двух предметов, остаются на второй год.

Каждый учебный год в «подготовительном институте» и «институте второй ступени» студенты проходят в среднем по пятнадцать предметов. Основной упор – на язык и знание основ религиозных наук (хотя есть и общеобразовательные предметы). Каждый год наизусть сдается около тридцати страниц текста Священного Корана. В течение года домашние задания как таковые отсутствуют. Уроки напоминают лекции в российских вузах, с той лишь разницей, что поощряется переспрашивать и уточнять неясное. Некоторые преподаватели пытаются разбудить в студентах интерес к дискуссии по объясняемой теме, но из этого редко получается что-то полезное, поскольку подавляющая часть студентов лишь пассивно владеют языком (т. е. способны воспринимать и понимать устную и письменную речь, но затрудняются формировать свои мысли на чужом языке). Возможно, пассивное владение языком – основная проблема иностранных студентов аль-Азхара, только незначительная часть которых может похвастаться своими активными знаниями.

Для учащихся, успешно завершивших уровень и сдавших соответствующие экзамены, сразу предоставляется возможность пройти экзамены за следующий учебный год. В случае удовлетворительной сдачи всех предметов за оба учебных года студент автоматически переводится на первый год третьего уровня, «перепрыгнув» таким образом один учебный год. Других попыток сэкономить время на данных уровнях не предоставляется.

Хочется добрыми словами отметить самоотверженный труд основной части преподавателей данных уровней, искренне стремящихся дать студентам все возможное. Многие из них по доброте и открытости порой напоминают родителей.

 

*  *  *

Какое счастье испытывает человек, пройдя наконец-то все перипетии учебы на подготовительных уровнях, томление в ожидании результатов выпускных экзаменов и бесчисленные хождения при подаче бумаг для зачисления на желаемый факультет. Ожидание учебы непосредственно в университете по тревожности напоминает ожидание появления ребенка: скоро ли, все ли в порядке, не будет ли каких-то неожиданностей? В конце концов настает день, когда почти со слезами на глазах вы узнаете об удовлетворении просьбы вашего зачисления в ряды полноправных студентов одного из факультетов аль-Азхара.

Первое, что вы должны сделать на факультете, – получить студенческий билет. Для этого необходимо сдать кровь на подтверждение отсутствия ВИЧ-инфекции и вирусов гепатита, представить личные фотографии и оплатить сборы. Эти, казалось бы, простые операции отнимают много времени и сил из-за полнейшего отсутствия порядка. Новоиспеченным студентам, которых сотни и сотни, никто не разъясняет, что же от них все-таки требуется. Никто толком не знает, что, кому и когда необходимо предъявить из бумаг. Добраться до представителей администрации для расспросов из первоисточников не представляется возможным из-за огромного числа студентов всех четырех курсов сразу, толпящихся у всех подходов к учебной части. Местные и иностранцы смешались в одной общей массе с единственным желанием: поскорее оформить и подать все необходимые бумаги для получения студенческого билета. Можно представить, какой хаос и нервотрепка царят на протяжении нескольких недель в начале каждого нового учебного года.

Купить необходимые книги и начать посещать лекции можно, не дожидаясь получения студенческого билета. Книги продаются в специальных киосках при каждом факультете. Эти учебные пособия составляются только докторами самого университета аль-Азхар. Они часто переиздаются и заменяются, поэтому каждый учебный год по многим предметам студенты одного и того же курса изучают и сдают что-то новое. Нужно отдать должное труду профессоров – авторов университетских учебников. Они прорабатывают и представляют в доступной форме (но это совсем не значит, что в упрощенной и поверхностной) анализ множества работ мусульманских мыслителей. Они обобщают многовековой опыт исламской мысли и делают возможным для студентов знакомство с взглядами самых разных школ на те или иные теологические проблемы. Они открыли и готовы поделиться многими секретами сокровенных религиозных знаний, которые утолили бы страждущие души искателей вселенских истин.

На факультетах существуют и свои библиотеки, но книги, по которым читаются лекции и сдаются экзамены, распространяются лишь через киоск. Профессора, будучи авторами тех пособий, материально заинтересованы в приобретении книг всеми студентами. На некоторых факультетах даже ведется строгий учет тех студентов, которые оплатили и приобрели книги. Вполне официально им обещают дополнительные баллы на экзаменах. При этом некоторые учебники начинают продавать не с начала учебного года, а уже ближе к экзаменам (например, за месяц или менее). Кто-то считает, что это делается с целью предотвратить возможность ксерокопирования книг друг у друга, что, естественно, не выгодно их авторам (которые уверены, что нехватка времени перед экзаменами вынудит каждого купить готовый учебник, а не ждать появления копий). Для иностранцев, чей родной язык не арабский, такое затягивание – серьезная проблема. Можно сказать, что в этом плане мне повезло – на нашем факультете (теология) больших задержек с книгами не происходит. Большая часть книг написана четким и ясным языком, имеет хорошую полиграфию. Последнее немаловажно, особенно для неарабов. Вместе с тем попадаются учебники с явными опечатками и ошибками даже в цитатах из Корана, что, естественно, недопустимо. В некоторые учебники сразу вложены бланки для рефератов, которые необходимо представить в течение семестра.

Учебный год здесь, как и в российских вузах, состоит из двух семестров. В каждом семестре, в зависимости от специализации, проходят по семь-восемь предметов. Во время сессий каждый из предметов сдается письменно, и лишь некоторые (обычно один или два) выносятся на устный экзамен.

На факультете теологии для первого курса отведен отдельный этаж с десятью классами и одним большим лекционным залом. Везде очень пыльно и грязно, влажных уборок практически не проводят. Классы вмещают около тридцати человек (хотя по спискам в каждом из них должно быть более сотни). Для каждого студента – отдельный стул и небольшой столик. Каждому классу – свое расписание, по которому в день предусмотрено три-четыре урока по два часа. Это непривычно для нас и крайне утомительно, т. к. перемен не предусмотрено. По правилам, студенты закреплены за своим классом, но в действительности это редко кто соблюдает. Обычно студенты идут туда, где читается лекция по интересующему предмету либо занятие ведет наиболее уважаемый доктор. Такое положение дел не способствует укреплению порядка и подрывает плодотворность учебного процесса.

Очень часто какие-то из докторов опаздывают или не приходят вообще. Студенты тех классов, дабы не сидеть зря, «пробиваются» в другие аудитории, где уже читаются лекции. Лишь незначительная часть лекторов требует соблюдения тишины и порядка. Вполне обыденным считается вход и выход из класса прямо во время лекции. Нормальным здесь считают гул во время урока, который иногда настолько интенсивен, что лектора можно расслышать лишь с очень близкого расстояния. Источник гула, естественно, – сами студенты в классах и коридорах. Признаюсь, что присутствовать в день более чем на двух лекциях (четыре часа без перемен) я был не в состоянии. Т. е., конечно, можно находиться в классе сколько угодно долго, но при этом нужно превозмогать сильную головную боль и смириться с тем, что с трудом слышимые слова доктора уже невозможно воспринимать и запоминать.

В течение семестра вы предоставлены самому себе. Никто не интересуется вашей посещаемостью, а на уроках как-то не принято высказывать свое мнение. Студенты просто слушают лекцию, лишь изредка что-то записывая или подчеркивая прямо в учебнике (часть докторов практически не выходят за их рамки, и такие лекции подобны простому озвучиванию написанного в книге). Впрочем, многие из докторов мастерски раскрывают сложнейшие проблемы и умеют легко донести до молодых умов заковыристые вопросы религиозных знаний. К нашему немалому удивлению, среди лекторов были и слепые доктора. Их выступления по красочности и четкости нисколько не уступали лекциям других профессоров. Да наградит их Аллах за столь самоотверженный труд!

Примерно за две недели до сессии и начала экзаменов учеба на факультете замирает. В последние учебные дни в коридорах – как в муравейнике: все переписывают друг у друга так называемый «мукаррар». По каждому предмету доктора определяют наиболее важные темы, которые, скорее всего, будут вынесены на экзамен. Порой студентам вменяют прочитать, разобраться в материале и запомнить лишь две трети от общего объема книги. Такие необходимые минимумы и называют «мукаррар».

Экзамены проводят недели две-три подряд. Площадей классов, лекционных залов и коридоров не хватает – столы со стульями ставят прямо на улице под шатрами, быстро возводимыми специально на время сессии. Экзамены проводят в две смены: первая – с десяти до часу дня, вторая – после обеда. По номеру студенческого билета каждый отыскивает свою комиссию и отведенное специально для нее постоянное в данную сессию место. Примечательно, что все студенты одного факультета и курса сдают экзамен одновременно и пишут ответы на вопросы одинакового для всех билета. На каждую комиссию – свой ответственный наблюдатель, которого меняют каждый день. Он следит за своими двадцатью-тридцатью студентами, а по окончании экзамена собирает у них работы, которые пишутся в индивидуальной папочке для ответов. Промежуток между экзаменами – от одного до трех дней. Говорят, что кому-то удается списывать, но на моей практике подобного встречать не приходилось.

Результаты обеих сессий сообщаются лишь в конце учебного года – в июле или августе. Понятие пересдач проваленных экзаменов не существует. Единственный предмет, для которого до недавнего времени была предусмотрена вторая попытка, – это Коран. Начиная с 2005 года пересдача экзамена по Корану была отменена. Иностранные студенты (неарабоязычные) обязаны сдавать наизусть на первом курсе – два «джуза», на втором – четыре, на третьем – шесть, на четвертом – восемь (40, далее – 80, 120 и 160 страниц текста Священного Писания соответственно). Напомним, что Коран разделен на тридцать «джузов» (частей). Студенты-арабы к окончанию университета должны заучить Коран наизусть полностью. Коран все сдают и письменно, и устно. Письменный экзамен состоит обычно из четырех вопросов. В каждом из них вменяется продолжить начатый случайным аятом Священный текст. Объем ответа на вопрос приблизительно равен одной странице оригинала.

Студент переводится на следующий курс при суммарном провале не более двух предметов. Обидно повторять курс (целый учебный год!) вновь ради сдачи нескольких (например, трех) непройденных ранее экзаменов. Однако таковы правила аль-Азхара, и, очевидно, они имеют под собой какие-то основания.

Любопытно отметить, что результаты экзамена по Корану рассматриваются как имеющие право «заступничества». Это означает, что баллы за Коран (сверх минимально необходимых для зачета) могут покрыть «прорехи» по другим предметам. И если студент недобрал сколько-то баллов для сдачи по одному из них, но имеет «лишние» баллы за Коран, их используют как «заплатку». Таким образом, Коран может «вытянуть» за собой другие проваленные дисциплины (но не более двух). Это единственная поддержка тем, кто неуверенно прошел какие-то предметы, но прекрасно знает Коран.

После зимней сессии следуют небольшие каникулы в полторы-две недели. Летний отдых официально прекращается 1 октября. Некоторые иностранные студенты прибывают на учебу лишь за месяц (и даже менее) до начала экзаменов, а по окончании сессии вновь разлетаются по домам. Удивительно, но многие из них успешно проходят экзамены и благополучно переводятся на следующий курс.

 

*  *  *

Изучение современной исламской теологии подразумевает знакомство с рядом самых серьезных дисциплин, практически каждая из которых уже давно исследуется как самостоятельная наука. Основные направления здесь – арабский язык, теология с основами вероубеждения (акыда), а также духовная и светская практика жизни в исламе (шариат). Именно по этим трем направлениям и специализируются будущие богословы в университете аль-Азхар, чьим стержнем следует считать три факультета: факультет арабского языка, факультет теологии, факультет шариата.

Классический арабский язык, язык Корана и сунны, является естественным инструментом изучения ислама. Овладение им в должной мере представляет серьезный труд как для иностранцев, так и для самих арабов, современный разговорный язык которых существенно отличается от классического. Именно поэтому студенты аль-Азхара вообще, и учащиеся на факультете арабского языка в частности, должны достаточно подробно изучить следующие отрасли языковых знаний: морфология, синтаксис, литература, поэзия и основы поэтической метрики, секреты искусства красноречия.

Задачей теологического факультета является всестороннее исследование основных и незыблемых источников ислама – Корана и сунны – на предмет формирования внутренних убеждений личности. Среди корановедческих дисциплин здесь изучают собственно корановедение (как самостоятельную науку), общую теорию и методы подходов к пониманию Корана, практику аналитического и тематического толкования Корана, а также теорию и практику чужеродности, несвойственной объективному и непредвзятому подходу к толкованию Корана. К хадисоведческим дисциплинам относят следующие: собственно хадисоведение (как самостоятельная отрасль теологических знаний), аналитическое и тематическое исследование хадисов, общее и аналитическое исследование биографии пророка Мухаммада, знакомство с личностями передатчиков хадисов (из числа сподвижников пророка) с их особенностями в сборе и передаче хадисов. Наряду с этим на факультете изучаются и смежные с теологией дисциплины, в числе которых классическая логика, общая философия, исламская философия, обществоведение, мировые религии и верования, современные идеологические течения.

Факультет шариата специализируется в исследовании Корана и сунны на предмет законотворчества, т. е. выведения законов, регулирующих духовную и обыденную жизнь индивида, семьи и общества в целом. Словом, здесь готовят богословов-юристов, богословов-законоведов. На факультете подробно изучают общую теорию исламского законотворчества, практический шариат (с его незыблемой основой и многочисленными разногласиями в деталях), современные фетвы исламских богословов по спорным вопросам, касающимся практических достижений современной науки (прежде всего в области экономики, биологии и медицины), сравнительный шариат, сопоставляющий законы ислама со светскими законами некоторых западных государств. Наиболее глубоко изучается практический шариат, включающий в себя следующие основные разделы: духовно-культовая практика, семейные отношения, общественные отношения, меры наказаний за тяжкие прегрешения-преступления.

На факультете арабского языка студенты имеют возможность специализироваться по трем направлениям: классический арабский, журналистика и история. На факультете теологии – по четырем: корановедение, хадисоведение, вероубеждение и философия, проповедование ислама. На факультете шариата – по двум: практический и сравнительный шариат.

Таков перечень основных (но не всех) дисциплин и специализаций, входящих в программу подготовки богословов аль-Азхара. Не так давно, лишь несколько десятилетий назад, университет заметно расширился, открыв двери целого ряда новых факультетов: обществоведения, медицины, инженерии, иностранных языков, педагогики.

 

*  *  *

Известно, что человеку более свойственно подмечать недостатки в других, нежели в себе, так же как раздавать советы окружающим, пропуская мимо ушей справедливые поучения и наставления даже близких людей. Является ли это нормой, или это порок, – вопрос к психологам, но подобные качества в какой-то мере присущи и автору данных строк (который никак не может определенно ответить даже самому себе: с какой целью были начаты эти «Записки» и насколько объективна их информация). Нечто внутри толкает раскрыть стандарты студенческих трудностей в попытке прийти к неким выводам, облегчающим пребывание и обучение вдали от дома.

Что касается повседневных трудностей, не связанных непосредственно с процессом обучения, то наиболее серьезными из них представляются жилищно-материальная проблема и проблема столкновения различных менталитетов.

Первая из них звучит элементарно просто: где и на какие средства поселиться, на что и как питаться. Здесь возможны два крайних варианта (и множество промежуточных): либо это пребывание и обучение целиком на личные средства, либо полностью за счет благотворительных организаций. Последнее – наиболее привлекательно, но может чрезмерно закрепощать дополнительными обязанностями и правилами, которые вы будете вынуждены соблюдать ради непрерывности финансирования.

Если нет возможности рассчитывать на личные средства (а это серьезные расходы), надежда лишь на благотворительные фонды, все вопросы с которыми лучше решить еще на родине. Очень важно получить официальное, четко и однозначно составленное приглашение, находясь еще дома. Необходимо принять в расчет, что никакая организация не предоставит вам ни сразу, ни позже всего того, что входит (на ваш взгляд) в число первейших необходимостей. В любом случае необходимо иметь личные средства, дополняющие или, при необходимости, заменяющие стипендию.

При работе с благотворительными организациями не следует упускать из виду, что наибольшего (но не безграничного) доверия могут заслуживать лишь крупные официальные государственные образования. Мелкие частные фонды, предлагая порой более привлекательные материальные условия, нельзя относить к числу стабильных. Порядки и требования в них могут оказаться более «экзотичными», часто и непредсказуемым образом изменяться. Небольшой совет из практики: не следует выказывать удивление или недовольство сложившимися там порядками, не стремитесь вмешиваться в их работу, не пытайтесь что-либо изменить, не проявляйте высокомерия, но и не теряйте человеческого достоинства, даже оказавшись в унизительной ситуации.

Столкновение различных менталитетов (мировосприятий, взглядов на жизнь) также является здесь серьезной проблемой. Она достаточно остро проявляется в повседневных отношениях внутри пестрой студенческой массы, на учебе и в общении с местным населением. Имеет место проявление примитивного национализма. У людей разнящиеся шкалы приоритетов и ценностей, разные понятия о культуре и образованности, порой круто различающиеся привычки и обычаи. Наверное, подобные явления не выходят за рамки социальной естественности. Возможно, единым мерилом здесь может служить лишь неподдельная искренность.

Среди трудностей, касаемых учебы, можно выделить два основных направления: неродной язык и непривычная система образования. Слабое, пассивное знание арабского языка не лучшим образом отражается на качестве обучения. Лучшее, что можно рекомендовать в данных условиях, – это серьезная подготовка языковой базы еще у себя на родине. Только тогда основные усилия возможно направить на анализ и запоминание, а не рассеиваться на элементарный перевод и домысливание. На подобные проблемы накладывает свой отпечаток и существующая «двойственность» языка: местный диалект существенно отличается от языка классики и образования. Приходится привыкать и к диалекту, поскольку не все преподаватели даже в университете излагают материал на классическом арабском.

Что касается непривычности системы образования, то наибольшим пробелом здесь видится отсутствие текущего контроля и корректировки получаемых знаний. На протяжении всего учебного года никто не интересуется, понимает ли иностранный студент вообще, так ли понимает, запоминает ли, в силах ли изложить свои мысли на чужом языке (или хотя бы на родном).

 

*  *  *

Сколько молодых людей оставляют родные края в поиске вечных знаний и мудрости! С чем встречаются они на чужбине? Как влияют странствия на их дальнейшие судьбы? Возможно, об этом когда-нибудь расскажут более подробно и интересно, продолжив начатый нами разговор.

Рейтинг:

+1
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 995 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru