litbook

Проза


Маленькая пьеса и три стихотворения0

ВОЛК

(маленькая пародийная пьеса в пяти действиях, сочиненная по мотивам английской сказки «Три поросенка» ко Дню театра 1985 года для глазовской театральной студии И.В.Маслова и опубликованная в 2001 г. в московском репертуарном театральном журнале «Я вхожу в мир искусств»)

Действие первое. Бытовая драма с небольшим тяготением к музыкальной мелодраме.

Звучит песня «Без меня тебе, любимый мой …» в исполнении Аллы Пугачевой. Действие происходит в волчьем жилище в английском лесу.
Появляются Волк и Волчица.

Волк.
           Все, леди, все, покончено навек
           С теченьем мутным серых волчьих будней.
           Что может быть тоскливее и скудней,
           Чем жить в лесу, где рыщет человек!

Волчица.
            Но, милый сэр, ведь Вам не по летам
            Стремиться к жизни новой. Ну, куда Вы?

Волк.
            Ах, леди, полноте, взгляните, волкодавы
            За мной давно уж мчатся по пятам.
            Скажите, ну какой же будет толк
            С охотником столкнуться мордой к морде.
            Я буду прямо, как Альберто Сорди,
            Большой, смешной, печальный, только Волк.
            Того не лучше – лапу до кости
            Порвать стеклом бутылки из-под виски.
            Ах, леди, в здешней жизни много риска.
            Не может слишком долго мне везти.

Волчица.
            Куда же Вы? А как же волчий долг?
            Без нас везде Вам будет жизнь не слаще.
            Кто завтра зайца в логово притащит?
            К тому ж волчатам нужен папа-Волк…

Волк.
            Все зайцы, зайцы! Зайцы на обед,
            На первый завтрак, на второй, на ужин.
            На сером свете, кажется мне, хуже
            Зайчатины и пищи вовсе нет.
            Когда ж судьба захочет поднести
            Козленка, ради обновленья пищи,
            Мгновенно семерых тебе припишут.
            Ах, леди, я решил от Вас уйти.


Действие второе. Психологический детектив с элементами социальной драмы.

Действие происходит в соседнем английском лесу.

Волк.  В лесу соседнем заново начать
            Решил я жизнь. И стал я санитаром.
            Больным лосям, оленям слишком старым
            Я должен был страданья облегчать.
            Со мной несли врачебный этот груз
            Один эсквайр с молоденькой подругой
            И злобный незадачливый зверюга,
            Брюзга и циник, кажется, француз.

Рядом с Волком появляются Эсквайр, его подруга и Француз. Вся компания рассаживается, образуя некое подобие советской кинематографической версии английского аристократического семейства.

Волк.
           Уставшие от тяжкого труда,
           Под утра мы садились у камина.
           Лосятину жевали, оленину …
           И вот однажды …
           (Обращается к своим коллегам: Эсквайру, его подруге и Французу.)
          Право, господа,
          Сегодня превосходный просто день …

Эсквайр.
          Отличная, прекрасная погода …

Подруга.
           И солнце на вершине небосвода,
           А вместе с тем присутствует и тень …

Эсквайр (обращается к Волку).
           Сэр, кстати, Вы слыхали, что сэр Лис
           У общества Медведиц-пуританок
           На днях купил сто штук консервных банок
           И сделал превосходнейший сервиз.

Волк.
           Грядет реформа сервиса берлог.
           Хотя все это непростое дело …

Подруга.
            Взгляните, сэры, небо потемнело.
            Сейчас в лесу, пожалуй, будет смок.

Подруга Эсквайра делает глоток вина и умирает.

Волк, Эсквайр, Француз (хором).
             Миледи?!!!

Эсквайр (после небольшой паузы).

            Что пишут? (Разворачивает газету.)
            Просто ужас! Соловей
            Склевал червя! Нет, это не годится!
            Нам нужно по-английски всем трудиться,
            По принципу «лежачего не бей» …

Эсквайр делает глоток вина и умирает. Волк и Француз в замешательстве смотрят друг на друга, затем на Эсквайра.

Волк и Француз (вместе).
             Сэр?!!!

Француз (после небольшой паузы, с французским акцентом).
             Я ненавижу этот соловьи –
             Все песни пой и вверх, а сам так мелок.
             Я ненавижу этот рыжий белок –
             Все лезут више. О, как се ля ви!
             Какой-такой меня попутал бес
             В ваш край приплыть, где каждый вор и ворка,
             Где англицкий ваш этот поговорка:
             Нужны два щепки, а рубят весь лес …

Француз делает глоток вина и умирает. Волк озадаченно смотрит на него.

Волк.
           Мусью?!!!
           Отравлены все кем-то наповал.
           Средь нас один убийцей оказался.
           Все умерли, а я в живых остался …
           Убийца я?!! … Но я не убивал!
           Расследую еще раз все. Итак,
           Убиты все, в живых остался я лишь.
           И как на ситуацию ни взглянешь,
           Убийца – я! Неужто это так?!!
           Где зеркало? Хочу взглянуть на лик
           Убийцы и в глазах его порыться.
           А может быть мне лучше будет скрыться?
           Прощай, Уэлс! Плыву на материк!


Действие третье. Героико-романтический мюзикл.

Действие происходит на бриге.

Волк.  Прощай, прощай, родимая земля,
            Оплот любви, традиции и веры!
            Под видом очень крупной крысы серой
            На этот бриг сумел пробраться я.
            Я с крысами был вежлив и учтив,
            Не лез за всякой коркою с клыками,
            С крысиными сошелся вожаками
            И принят был в сплоченный коллектив.

Крысиный вожак.
            Волками друг для друга иногда
            Бывают люди, лютые от боя.
            Для крысы же создание любое –
            Такая ж крыса серая всегда.
            Из бочки рома жгучего налей!
            Черед веселья буйного и песни!
            Чем легкое веселье легковесней,
            Тем недругам придется тяжелей!

Крысы и Волк (поют песню на музыку М.Дунаевского к мюзиклу «Три мушкетера».
             Не уплывают крысы с корабля,
             А, значит, кораблю пока – удача.
             В нас капитан наш верит, вуаля,
             Подальше все запасы свои пряча.

             Пора, пора, порадуемся на своем веку,
             С крысиным только ядом не спутать бы муку.
             Пока, пока, по камбузу расставим мы дозоры,
             Нам нужно быть все время начеку.

Волк.
           И в этот миг корабль веселый наш
           Вдруг как-то необычно закачало,
           Что на морском жаргоне означало –
           Пираты взяли нас на абордаж.

(Продолжается песня корабельных крыс.)
           Готовьте к бою острые резцы,
           Нам вражеские крысы – не преграда!
           Смелей вперед, в атаку, храбрецы!
           Пиратские припасы нам награда!
           Пора, пора, порадуемся на своем веку!
           С крысиным только ядом не спутать бы муку.
           Поба, поба, побаивается нас неприятель
           А значит, быть резцам в его боку.

Волк.
           Но силы оказались неравны.
           Враги две трети наших быстро съели,
           А те из нас, кто чудом уцелели,
           К исходу битвы были пленены.
           Ужаснейшая казнь меня ждала.
           Но провиденье вовремя явилось –
           В меня креолка юная влюбилась
           И жизнь мою от гибели спасла.

Волк и Креолка поют дуэтом.

Волк.
            Миледи, развязали Вы меня,
            Но новые опутывают путы –
            Меня огонь любви сжигает лютый,
            А я ведь Волк – я так боюсь огня!

Креолка.
            Могла ли я несчастнейшая знать,
            Что встречусь здесь с таким красивым Волком.
             (Обращается к Волку.)
             Клянитесь, сэр, что юную Креолку
             Вы будете все годы вспоминать …

Волк (после любовной паузы).
              Во тьме не разглядел я чудный лик.
              Была миледи крысой иль волчицей?
              Увы, мне нужно было торопиться,
               И я, нырнув с борта, покинул бриг.

Появляется Акула.

Акула (обращается к Волку).
              Good morning, сэр! Полиция и суд,
              Морская служба и береговая
              В убийстве Вас давно подозревают.
              Констебль Акула, так меня зовут.

Волк (Акуле).
            Я плаваю, констебль, как поплавок,
            И Вам не затащить меня в пучину!
         (Зрителям.)
            Бой был жесток, спасли меня дельфины
            И вынесли на этот островок.


Действие четвертое. Сатира.

Действие происходи на острове трех поросят.

Волк.
            Очнувшись,встал на лапы я с трудом,
            Ломило кости, мучил сильный кашель,
            Глаза слепило мокрой снежной кашей.
            Я весь продрог … и вдруг увидел дом!
            О, хэппи-энд! Живые существа!
            Впустите Волка бедного погреться!
            Я очень болен, некуда мне деться.
            Я весь продрог, я жив едва-едва.

Наф-Наф.
             Нуф-Нуф, ты слышишь? Что за суета
             На улице, там, возле нашей двери?

Нуф-Нуф.
              Какого принесло еще к нам зверя?
              Наш дом лишь для домашнего скота!

Волк.
             Впустите же, меня всего трясет!
             Хоть ноздри затыкай, да нету ваты.
             Так жирненько … А!.. О!.. Так розовато
             Оттуда поросятинкой несет.

Наф-Наф.
             Ниф-Ниф, как будто вправду там шумок …

Волк.
             Я голоден, я болен, весь пылаю!

Ниф-Ниф.
              Все тихо, брат, собаки только лают.

Волк.
             Впустите же меня, я весь промок!

Нуф-Нуф.
              Тут, братцы, я подумал поутру …

Волк.
              Впустите на часок хоть, полечиться!

Нуф-Нуф.
              Как быть нам, если волк к нам постучиться?

Волк.
              О, сжальтесь! А иначе я умру!

Наф-Наф.
             Что думать тут? Впустили б мы его …

Волк.
             О, запахи! Лишаюсь я рассудка!

Нуф-Нуф.
             А если этот волк голодный жутко?

Волк.
            О, бедное я волчье существо!

Ниф-Ниф.
              Тогда б ему мы дали желудей.

Волк.
              Нет мочи больше запах этот нюхать!

Наф-Наф.
              А если съест, к примеру, он Нуф-Нуфа?

Волк.
            Откройте дверь. Я Волк, а не злодей …

Нуф-Нуф.
            Ну, что вы, нынче – овцы говорят –

Волк.
            Откройте, завтра встану с петухами …

Нуф-Нуф.
             Взаимопонимание с волками.

Волк.
            И заплачу вам парочкой ягнят.

Наф-Наф.
             Ниф-Ниф, ты слышишь, что за суета?

Волк.
             Впустите же, скорей, откройте двери…

Ниф-Ниф.
              Какого принесло еще к нам зверя?

Поросята (хором).
              Наш дом лишь для домашнего скота!


Действие пятое. Драма отчуждения, переходящая в мелодраму, затем в мюзикл.

Действие происходит по-прежнему на острове трех поросят.

Волк (зрителям).
            Глухое отчуждение кругом.
            Стена, стена … Напрасны все стенанья.
            И не пробить барьер непониманья
            Ни волчьим, ни свинячим языком.
            Но есть труба! На крыше – дымоход!
            Так пусть же будет подвиг вместо бегства!
            И что с того, что мне известен с детства
            Судьбы моей печальнейший исход!

Гром, молния. Свет гаснет, загорается. Все действующие лица выходят на сцену. Волка несут на поднятых руках.

Хор.
          Какой герой! Он вылетел в трубу,
          Сюжету посвятив свою судьбу!
          Мы называли серым его часто,
          А он лучом был света в нашей чаще!
          Нам нужно в Книгу Красную природы
          Навечно занести его породу!

Волчица.
          Мой милый, где ж ты голову сложил?

Хор.
          Шевелится! Он, кажется, ожил!

Волк оживает. Все участники представления поют финальную песню.

Песня.
           Законы смешения жанров зубрил,
           Как будто репризы нащупывал тему –
           Глядел в небеса, лоб, споткнувшись, разбил.
           Смотреть стал под ноги – наткнулся на стену.

           Потом разбирался, где грех, а где смех,
           Где слезы, где дождик, и в чем же растраты?
           А время летело без всяких помех,
           Поскольку, какие ж помехи крылатым!

           Отмерило то, чего не миновать –
           Все тонны ума и безумства все граммы.
           Комедией стала себя называть
           Суровая дама минувшая драма.

           Знакомых актеров чуть-чуть попытал –
           Что мыслят о жанровой сей круговерти? –
           Пока режиссер, стиснув лоб, бормотал:
           «Да где ж тут актеры? Тут прыгают черти».

           Потом разбирались, где грех, а где смех,
           Где слезы, где дождик и в чем же растраты?
           А время летело без всяких помех,
           Поскольку, какие ж помехи крылатым!

Опубликовано в журнале «Я вхожу в мир искусств (пьесы для детей и юношества)». № 7, 2002 г.
         

ТРИ СТИХОТВОРЕНИЯ


***

Я нюансы любил и оттенки,
Только в играх преследовал цели.
Мысли, даже припертые к стенке,
Без труда находили в ней щели.
И придумав другие скрижали
И другие окраины Рима,
Мои мысли играть продолжали
Иронично, бесстрастно, терпимо.
Но, как видно, была лишь прологом
Эта призрачность мира цветного,
И сюжет о едином и многом
В пору варваров Рима любого
Перестал быть старинной цитатой
Про борьбу между духом и телом,
Про игру барельефов и статуй.
И ареной стал мир черно-белый.
                                                                


Флюгер, или Сказка про культуролога

Улицы эти пустот и симметрий создатель
Сбил аккуратно в бочонок и сам в нем повис,
И, как дитя, улыбаясь, вертел иногда указатель
На обязательный Верх и такой же незыблемый Низ.

Вскоре пустоты наполнил он памятью, чтобы
Гирьками запахов милых и прочих нетленных следов
С универсалиями высоколобых
Уравновесить возделывание личных садов.

Символом тайны – неведомой внешней природы –
Стали бессмертные образы крышки и дна –
Мирроточенье янтарными каплями меда,       
Властные смыслы подтеков рассола и пятен вина.

В дни, когда Флюгер менял сквозняка направленье
И монотонно скрипел на священной оси,
Кто-то – по старой привычке – поймать дуновенье
Тщился наивно, а кто-то шептал: «Упаси».

Я же, в ряды группируя значений оттенки -
Меда, рассола, вина - со  своим сквознячком
Накоротке полз по ладно сколоченной стенке
Или искал ее стыки, на Флюгере сидя верхом. 


Про бунтаря

Когда крадется немощь к старым драмам
И по зубам роль тигров лишь пижамам,
Слывет бунтарство лучшим из лекарств
От действия прокисших государств.
Да вот беда – дороги к нашим Храмам
Все те же поутру после бунтарств.

В начале Дел, продукт эпохи славной,
Бунтарь наш чист и сердцем и умом.
Потом продукт становится дерьмом.
А в смысле переносном и прямом
Быть чистым для дерьма – вопрос не главный.

Главней, конечно, наше естество –
Ну, то есть, при любом изничтоженьи
Бацилл и прочей нечисти броженья
Работать нужно на опереженье,
Но не опережая status quo.

Чтоб гордо – после всех tabula rasa[i] –
Мы восклицали: «Та еще зараза –
Что ЕЙ по барабану – НАМ отпад!
Хоть Слово изначальное, хоть Фраза –
Курилка жив! Опять ПОЛУраспад!»

Господь дал меру Робинзону Крузо,
Чтоб знал он, ЧТО есть горнему обуза,
Рассчитывая дольнего предел.
А наш – удел свой мысля как надел –
Из дола своего с аршином пуза
Взбирается на горний передел.

[i] tabula rasa – чистый лист; с чистого листа.

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Комментарии (1)
Алексей Зырянов [редактор] 16.06.2013 23:12

«...Во тьме не разглядел я чудный лик.
Была миледи крысой иль волчицей?..»
- Попутать волка с крысой — ну, ничего себе задумка!

А во втором действии что, пропаганда пагубности употребления вина?
Как вроде бы мораль есть в пьесе, но всё не до конца, без умозаключений.

0 +

Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 1014 автора
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru