litbook

Проза


Сядем на дорожку...0

I

– Сядем на дорожку, – скомандовал  муж мне и маме.

Все вещи уже были  загружены в машину,  осталось  взять мою любимую маленькую сумочку с документами и деньгами. Мама ещё хлопотала на кухне.

– Мам, бросай всё, иди к нам, – повторил Саша.

– Иду, сынок, – торопливо, вытирая руки о фартук, усаживалась на табуретку мама.

Народная традиция «сесть на дорожку» стала нашей семейной.

Тишина. Сидим, молчим каждый о своём.

Я вспомнила, как 23 года назад, на третий день моего  знакомства, теперь уже с мужем, и первый день знакомства его с моими родителями, за обедом  Саша поднял бокал с шампанским и сказал:

– Уважаемые папа и мама! Мы решили пожениться!

Тогда тоже стало тихо,  и все замерли, как в немой сцене в пьесе «Ревизор».

Я была поражена не меньше родителей. Такой прыти от молодого человека, которого я едва знала, не ожидала.

Первый оттаял мой отец, он залпом выпил шампанское, встал и сказал:

– Давай–ка выйдем… Сынок!

Отец с Сашей ушли на кухню, мы с мамой остались в комнате. Сидели, затаив дыхание, но о чём говорили мужчины, не было слышно.

Вышел отец.

– Теперь ты иди сюда, – позвал он меня.

Мы с Сашей поменялись местами. На кухне отец сложил свой богатырский кулак и поднял его на уровне моего лица со словами:– Если ты будешь дурить голову парню, то получишь от меня это, – и  кулак уперся мне в нос.

– Поняла?

– Поняла,– кротко ответила я.

Мы с двумя моими младшими сестренками обожали отца, с детства привыкли его слушаться. Даже новое платье без его одобрения не надевали.

Впоследствии, когда отец  вводил Александра в круг своих знакомых, говорил: «Знакомьтесь, мой сын, Александр».  Моя мама стала лучшим другом  Саши.  В день  свадьбы она  сказала: «Что бы у вас ни стряслось, я всегда буду на стороне сына!»  И если  в нашей  молодой семье возникали какие–то разногласия, муж говорил: «Звони маме, она рассудит!»   Понятно, что звонить было бесполезно. Разногласия больше не возникали, а авторитет мужа стал беспрекословным.     

– Всё, поехали! – команда мужа вернула меня из воспоминаний.

– Да, мам, пока,– мы поцеловались.

– С Богом, мои дорогие, с Богом! Что вас  всё время в глухомань тянет? Медвежьегорск... одно  название чего стоит,– причитала мама.

 

II

Александр о рыбалке в Карелии мечтал давно. Моряк по образованию, рыбак со стажем, педант по натуре – он тщательно готовился к этой поездке.

Купил мотор для резиновой лодки, огромный тубус на машину. Оформил  документы лодку. Оснастил её по последнему слову техники: укрепил дно и  установил специальные колёса. С ними очень удобно, особенно когда лодка  гружёная. На определённой глубине колёса опускаются  в воду, и легко выкатываешь лодку на берег.

Для меня рыбалка настоящее испытание. К этому путешествию  я тоже готовилась, только морально. Сколько раз  уговаривала  мужа, чтобы он ехал в мужской компании. Ответ один: «Мне с тобой интересно». Я понимаю, кто будет помогать Саше нести два подводных ружья или длиннющие ласты или свинцовый пояс или бегать за воблером, потому что один зацепился за корягу и навсегда остался на дне, а второй забыт в машине, от которой мы уже ушли очень далеко. Да… без меня ни какой рыбалки не получится!

На отдыхе стараемся ничего не планировать. Встаём и смотрим, как говорится «куда ветер дует», но он дует всегда в Сашину сторону. Рассвет встречаем чаще всего уже в лодке, завтракаем в лодке.  Днем спим обязательно, но редко в помещении, как правило – это опушка хвойного леса. Вечером опять рыбалка, а ночью подводная охота с мощным подводным фонарём. Такое расписание дня тяжеловато для моего организма, но все физические нагрузки – ничто по сравнению с новыми впечатлениями и  открытиями.

  

III

Карелия большая. Долго искали по Интернету, куда отправиться. Понравились отзывы о рыбалке на Сегозере. Нашли сайт,  забронировали дом. Разработали маршрут: Домодедово – Паданы (1500 км).  На ночёвку планировали остановиться около монастыря Александра Свирского.

Как спланировали, так всё и получилось.  Утром выехали, вечером были в монастыре. Утром следующего дня поклонились мощам Александра Свирского, днём заехали в Медвежьегорск и до  конечного пункта с. Паданы ехали три часа по грунтовой дороге. Пыльно и тряско…

«Хорошо, что мы всё взяли с собой» – подумала я, только одна навязчивая мысль крутилась  в голове: «А если прихватит аппендицит!? Три часа, пока доедет машина скорой помощи, три часа по кочкам обратно, Господи, спаси!»

Заселяемся. Дом оказался не тот, о котором договаривались. Очень старый, снаружи  была табличка со звездой, значит, здесь когда-то жил участник Великой Отечественной Войны.

Внутри стоял жуткий запах только что съехавших  пьяных рыбаков.

– Меня сейчас стошнит, – сказала я мужу, – умоляю, давай вынесем кровать и всё тряпьё на  терраску.

Александр  устало посмотрел на меня, но он знал: то, что я сказала, могло случиться. Собрав последние силы после долгой поездки, мы отнесли  все  хозяйские подушки и одеяла на террасу. Хорошо, что она была вся дырявая, и запах вытягивало на улицу. С прописанной кроватью было сложнее, но и она оказалась во дворе дома.

Я быстро вымыла полы, протерла стены и потолок. Саша  надул наш двуспальный  матрац, постелили свое бельё. Стало очень уютно. При таких переменах дом потянул на две звезды.

– Наташ, пока светло, пойдём к озеру,– сказал  Саша.

– Идём, идём! Самой не терпится посмотреть!

 Озеро встретило нас лёгкой волной и розово-фиолетовыми бликами, которые плавно перетекали с волны на волну. Было в этом что-то убаюкивающее, и мы поняли, что просто валимся  с ног. Присели на мостик.

– Красиво-то как! Спасибо тебе, Саш, – и я звонко поцеловала его в щёку.

Мы обратили внимание на удобный пологий песчаный сход в воду, а чуть  дальше  нашей бухты начинались  уже скалистые берега. Вдоль всего берега стояли лодки.  Щемило сердце от увиденной красоты и… мусора, валявшегося  под ногами. Ещё первозданную красоту нарушали стоявшие на берегу пять джипов с номерами Евросоюза. Как потом мы узнали – это прибалты, которых наша принимающая сторона «закинула» на острова. Озеро постепенно  успокоилось, блики стали темно–синими и слились в одно огромное тёмное  пятно.

Тишину нарушили коровы. Они прошли рядом с нами, гремя колокольчиками.

– Саш, ты видел? Какие большие колокольчики у коров!  Наверное, им от старых кораблей рынды повесили! В ушах звенит!

– Коровы вовремя появились, а то бы  мы с тобой  уснули на этом мосту. Ночью будет холодно, идём, растопим печь,– сказал Александр.

– Ты умеешь?

– В деревне у бабули такая же была!

Взяли в сарае дрова. Саша открыл одну заслонку и сказал:

– Это свинство когда-нибудь закончится!?

При других  обстоятельствах, я бы никогда не узнала, что в русских печках так много отверстий спереди, сбоку и даже сзади. Все они были забиты бытовым мусором.

Долго ли коротко ли, но растопили печь, согрели воды,  ополоснулись в тазике…  Хорошо! Легли спать. Саша уснул моментально, а мне не спалось.

Почему-то  вспомнилось  Воронежское водохранилище. Мы с Сашей  поехали туда  на ночную подводную рыбалку. Сколько  там мусора!! Если его собрать, то Японии можно было бы подарить  остров с красивым названием Женоров.  Моя подруга была в Японии и  рассказывала, что японцы  делают себе сушу,  перерабатывая отходы.

А если собрать мусор со всех наших водоемов и лесов, каждому японцу по острову получится!

Вспомнилась давняя  семейная прогулка по нашему подмосковному  лесу на майские праздники, когда наш сын был маленький, годика четыре. Бутылки, пакеты и окурки под каждым кустом!

– Мама, у леса нет рук, как он уберёт мусор? – спросил сын.

– Никак, сынок, так всё и останется,–  грустно ответила я.

Мой малыш крепко сжал в кулачке палочку от леденцовой конфеты и выбросил её только дома.

 «Мусор, мусор… Надо переключиться, а то не усну, – подумала я,– Греция, на следующий год едем, здорово! Дай Бог, чтобы получилось… но утром надо всё-таки убрать берег...»

Теперь о нашей принимающей стороне. Вечером мы их не видели, в дом нас проводила девушка. Утром, после уборки территории, сели во дворе нашего дома. Видим, из дома напротив, который стоял выше нашего, на пригорке, съезжает мужчина.  Он скользил в резиновых тапках по мокрой траве как на лыжах. Сильно  размахивал руками, ловил равновесие, чтобы не упасть.

«Наверное, в окно нас увидел, – предположила я, –  зачем так рисковать здоровьем?»

– Саша,  у тебя деньги с собой? Смотри, как торопится, – съязвила я.

– Я Сергей, – мужчины обменялись рукопожатием,–  Михаил сейчас подойдет. Откуда–то изнутри ко мне доносился шёпот: «Похож на человека, который сидел…» – но, зная, какая я резкая в суждениях, тут же отогнала от себя эту мысль.

– Как устроились?– спросил он.

– Нормально! –  резко, в один голос  ответили мы. Очень не хотелось вспоминать вчерашнее заселение.

–  Вот за проживание, – Саша отдал деньги.

Мы всё-таки  спросили,  почему дом не тот, о котором договаривались заранее. Сергей ответил честно, что к ним едет большая компания,  и они решили, что нам двоим как раз подойдет дом с одной звездой.

Подошёл второй мужичок Михаил – молодой, невысокий, говорил с нами вполоборота.  Сказать, что говорил, нельзя. Михаил с трудом выдавливал из себя слова. Странные, хмурые мужички, – сделала я свой вывод. Был один нюанс, который нас насторожил. Мужички почему-то не дали ключа от дома.

Саша спросил про местные обычаи: как  в  селе  с воровством, нужно ли лодку уносить с берега и прятать мотор, запирать дом? На что  Сергей  с Михаилом в один голос эмоционально сказали: «Да вы что! У нас тут всё под контролем! Посмотрите, все лодки стоят на берегу с моторами!»

Теперь,  действительно, можно выдохнуть свободно. Нравы, как  в Европе: можно оставлять машину  и дом не запертыми, лодку  с мотором на берегу – фантастика! Вот какой удивительный край эта Карелия!!

Как здорово, что мы здесь!            

Только шёпот изнутри наводил во мне туман, говорил, что  сумочку с деньгами и документами, а также дорогой фотоаппарат надо  всегда  носить с собой! Какая  же я  недоверчивая, опять о людях нехорошо думаю, но ничего не могла с собой поделать!                                                                                                     

Большая компания  так и не приехала. В дом заселилась парочка среднего возраста. На машине номера подмосковные, как потом оказалось, пара из города Видное. «Как тесен мир! – обрадовалась я. –  Соседи! Здорово, вечерами будем вместе рыбу коптить».

Парочка оказалась совсем дикая. Избегали общения. За всю неделю мужу один раз удалось поговорить о рыбалке. Женщину мы не видели в лицо, она быстро исчезала и всегда отворачивалась.

«Любовники, – шепнул мне мой внутренний голос, – а прячется, потому что меня знает».

«Замолчи! Когда же ты успокоишься?! – ругала я сама себя.– Люди приехали в такую даль, чтобы слиться с природой, им никто  не нужен. Нам тоже с мужем никто не нужен».

Тут я сразу подумала о сыне. Как нам нужен Димка, наш сын! Мы планировали уехать  с ним в Карелию. Он должен был придти из армии пятого июля, а в конце месяца у нас  начинался отпуск. Хотели, чтобы сынок  отдохнул, да и  мужу легче, когда два водителя, но у  Димки  были свои планы. Он  сразу устроился на работу, а мы поехали в Карелию одни.

 

IV

Отдых! Наконец-то не надо строить никаких планов. Пойдем на лодке или поедем  на машине, на речку или озеро, за ягодами или только рыбалка – решаем буквально на пороге.

В Карелии нам не спалось, вставали рано, брали  удочки и бидон. На лодке уходили далеко. Исследовали озеро, протоки, острова, но могли разом забыть про рыбалку и ягоды, бросали якорь в красивой бухте,  загорали и купались.

Саша оказался очень удачливым рыболовом, он поймал все виды рыб, которые водятся в этом районе: окуня, язя, щуку, форель, кумжу (местные называют её лосось с ударением на первом слоге) и хариуса. В один из дней, рыбачили на реке и повстречали большую компанию рыбаков. Оказалось, они из  подмосковного города Королёв, можно сказать земляки. Не случайно рыбаки оказались все в одном месте. Здесь у реки порог, вода бурлит. По приметам должен быть хариус.

Пять рыбаков из Королёва и мой Саша блеснят.  У мужа клюет, он снимает с крючка маленькую рыбку  и отпускает.

– Кого поймал? – спрашивают ребята.

– Форель радужная, маленькая,  – ответил Саша.

– Слушай, – говорят, – ты  следующую не отпускай, дай посмотреть.

 В тот день Саша поймал несколько  форелей  и хариуса. Мы сами удивлялись такому везению. Если рыбы для нас двоих было много, отдавали в деревне бабулькам. Сергей, наша принимающая сторона,  сказал как-то, что  мы не ленивые, вот и уловы хорошие.   На самом деле разгадка была в другом.

На следующий день опять пошли на реку. Мне надоело прыгать по круглым скользким валунам, сказала  мужу, что сегодня сижу на камне и читаю. 

Взяла   житие и акафист Александру Свирскому, который купили в монастыре. В конце  акафиста обращаю внимание на  фразу: «…рыбарем ловитву чудесно умноживый».

 «Так вот кто нам  помогает!!» –  окрылённая этим открытием, побежала к мужу. Как бабочка,  я порхала с камня на камень. 

– Саша, Саша!– кричала я.

– Ты чего орёшь!?– осадил меня муж и уже мягче добавил:  – Рыбалка всё-таки!

– Читай,– шёпотом сказала я. Взяла у него удочку и дала книгу.

– Вот тут, – показала я пальцем нужный абзац.

– Да… на обратном пути  заедем к Александру Свирскому, скажем спасибо!

Карелия – удивительный край!

Несмотря на наш принцип свободного  парения на отдыхе, одну поездку Александр спланировал ещё дома.  Бывает же такое, смотрел свою любимую телепередачу о рыбалке, и в ней рассказывали о  Сегозере, куда мы собрались ехать, а именно,  речь шла о Кечь-Губе, что там рыбы больше и она крупнее. Саша, как бывший моряк, понял, что без карты не обойтись. Нашел в Интернете, распечатал спутниковую карту озера, отметил место старта и конечный пункт  Кечь-Губа.

«Смешно, – думала я. – Одно озеро, а в какой-то его Губе рыба крупнее. Ох уж эти рыбаки-сказочники!»

Подходил день  нашего дальнего плавания на Губу. Вечером у Сергея и Михаила арендовали деревянную лодку. На нашей плыть было опасно. Озеро непредсказуемо, волна поднималась моментально: полный штиль через полчаса мог превратится в шторм. У нас такой опыт уже был. Чуть не утонули. Пошли на близлежащие острова, плывём, как говорится гладь да благодать, но через полчаса ветер поменял направление  и начался  шторм. Поднялась волна, да  такая, что стало заливать лодку. Саша дал какую–то ёмкость, чтобы я вычерпывала воду. Мотор не справлялся, и, если бы не морская практика Александра управления судном, последствия были бы непредсказуемыми.

 

V

Итак, идём на Губу. Утро. На озере штиль. Время пути в один конец два часа. Проплываем знакомые острова. Островов на озере много и они все разные, не только по размеру, но и по внешнему виду: плоские или  скалистые, без растительности или покрытые густым лесом. В основе островов лежат  различные скалистые породы. Берег острова  может быть очень гладким, как будто залили бетоном, или наоборот – слои породы, разломанные  на мелкие частички.

На острове, который  проплывали сейчас, мы были днём раньше. Он  плоский, состоит из круглых гладких камней,  похож на огромное гнездо со страусиными белыми яйцами, блестящими на солнце.

 Моё   внимание привлёк большой круглый камень на острове.

 – Саша, давай причалим,– попросила я.– Смотри, какой  интересный камень. Это  доисторическая  гигантская кукушка подбросила его. Надо запечатлеть.

– Ох, сказочница. Хорошо, причалим, – согласился муж.

Подплывали долго, под водой были огромные камни,  чтобы не сесть на них и не пропороть дно, мне пришлось свеситься  вниз головой с носа лодки и выкрикивать мужу: «право руля… лево руля…»

С берега доносились редкие крики чаек, несколько птиц парили над нами.

– Разведчики, – предположила я.

– Саша, посмотри  как красиво! Белый остров и белые чайки. Мы приземляемся на другую планету!– фантазировала я.

– Не отвлекайся, следи за форватером, а то придётся робинзонить на этих яйцах.

Я быстро  представила, что лодка продырявилась, и мы зависли на острове. Несколько ярких картинок дождя, холода и голода – и моё зрение улучшилось  на несколько единиц, очки можно было убрать в сумочку.

Причаливаем. Как только мы  сошли на остров, чайки начали орать все сразу. Их оказалось так много, что от  крика  мы   не слышали друг друга.

– Давай, шустрее лезь на свой камень,– скомандовал Саша.

– Мне самой никак, подсади, пожалуйста, – и тут же отвернулась, чтобы не видеть недовольное лицо мужа. «Ничего, он отходчивый, сейчас как встану на камне, сам потом будет любоваться фотографией».

С трудом вскарабкалась. Камень вверху был кривой, стоять неудобно, села. При этом уже сто раз  ожалела, что мне пришла в голову мысль забраться на него.

Чайки орали всё громче и громче. Начинала болеть голова.

– Всё? Получилось?– изо всех сил крикнула я, –  Сними меня отсюда!

– Слезай сама! Разворачивайся и сползай на животе и бегом отсюда!

Быстро отчалить не удалось. Ветер дул в сторону острова, и нас сносило на камни, а хотелось быстрее уплыть, подальше от этой яичной планеты.

– Саш, дай  посмотрю, как я там получилась.

– Кукла такая раньше была, – начал муж.

«Кукла, – подумала я, – не зря, значит, карабкалась».

– На чайник или самовар  сверху сажали, чтобы не остыл, – закончил он свою мысль.

Посмотрела: правда, похоже, и мы рассмеялись от души.

Теперь  проплывали мимо  этот инкубатор,  и второй раз высаживаться на него не хотелось.

По воде пошла рябь, на горизонте появились серые облака, плыть ещё долго…  внутренний голос шепчет, что будет шторм.

– Вон, смотри, видишь два бугорка, показалась Кечь-Губа, – сказал муж, – Еще полтора часа,  и мы на месте.

– Еще полтора часа, и начнется дождь, – пробурчала я.

Два бугорка постепенно превратились в две горы.  Мы, наконец, пришли в пункт назначения.

В этом краю  на островах  уже была осень. Листья на деревьях жёлтые.  Кусты черники стояли без ягод  с ярко–красной листвой.  Белый мох  создавал впечатление только что выпавшего снега.

 Любуюсь  осенним пейзажем в  начале  августа, у Саши  тем временем натянулась леска, удилище выгнулось.

– Ничего себе,– сказал  муж,– такого у меня ещё не было, какой–то крупняк.

– Ничего себе,– подумала я,– просто кино какое–то! Обещали на Губе большую рыбу, и вот тебе, пожалуйста, почти уже в тарелке.

Пока я так  рассуждала, в воздухе раздался крик, стон, ругань   мужа –  оборвалась леска.

 …на лице Александра  застыло   отчаяние.

«Трофей уплыл, – шепнул мне внутренний голос. – Замри!»

В воздухе раздавалось: «Дурак...  зачем я…  надо было…»

 А я подумала: «Как всё рядом, везение и неудача, штиль и шторм, лето и осень».

 Карелия – удивительный край!

– Саша, нельзя так расстраиваться из-за какой-то рыбы. Высади меня на остров, надо зафиксировать для истории летнюю дату и осенний пейзаж.

 Побродила, возвращаюсь, а в лодке уже целый кукан моих любимых окуньков.

Погода портилась, вода почернела, начала подниматься волна.

Портиться стало и наше настроение.

– Саша, сворачивай удочки, опять попадем в шторм,– с металлом в голосе сказала я.

– Сейчас, последний раз закину…

«Надо его как-то переключить, надеется, что клюнет  трофейная  рыба. Увы, это не кино!» 

– Давай я тебя покормлю,– предложила я.

– Собирай на стол, я сейчас.

А сам всё забрасывал и забрасывал удочку.

Попался маленький язь, он был весь в крови, и почему-то он пищал.

– Он плачет, отпусти его, – заныла  я.

– Плохо зацепился за крючок, все равно погибнет, не отпущу, и хватит мне нервы трепать, я сам знаю, что делать!

Между тем совсем потемнело, мне стало  грустно.

«Ненормальная, –  сказал  мой внутренний голос.– Ловить ей жалко, а есть вкусно!»

Саша завел мотор, я достала икону Богородицы, и мы  взяли курс на Паданы. На горизонте светило солнце. Мне очень хотелось обогнать тучи и уплыть от них подальше. «Богородице Дево, Радуйся, Благодатная Мария, Господь с Тобою...» – шептала я.

 

Нам удалось немного опередить тучи,  небо разделилось на две части: яркое солнечное и черное с низкими облаками. Волна всё равно поднялась и стала закручиваться в «барашки», как на море.

Дождь в пути не застал, но потом лил всю ночь и следующий день!

Вечером к нам зашли Сергей и Михаил.

– Саш, дай твою лодку латышей с островов забрать.

– Мужики, не обижайтесь, не дам.

Из своего опыта мы знали, что пять лошадей – это  слабый мотор для  Сегозера, да и лодка не годится, тем более, когда непогода. Не зря же мы сами брали у них в аренду деревянную лодку.

– У вас же три мотора есть, такие же.

– Сдохли.

– Вот и мой угробите, – ответил муж.

«Да, – подумала я,– нас мужички с домом надули, а вот прибалты влипли похуже».

 

VI

Из-за дождя, на следующий день на озеро не пошли. Позавтракав, Саша решил идти рыбачить на реку. Дождь лил стеной. Мой внутренний голос метал гром и молнии, но я молча упаковалась в дождевик.

На реке я всё-таки немного покапризничала, выбрала плоский широкий камень, сказала,  что с него не сойду. Дождевик длинный, прилипал к сапогам. Я боялась запутаться в нём и упасть на камни.

Саша согласился со мной   и один  пошел блеснить вдоль реки. Стою, наслаждаюсь  мелодией дождя. Пейзаж вокруг как на картинах Клода Моне.  Ловлю себя на том, что мой внутренний голос молчит – вот оно счастье! Даже не помню, когда был такой душевный покой?!

 – Интересно, а где Саша?

 Смотрю вдоль берега реки, вижу точку, наверное, это он. Точка как-то странно движется, прищуриваюсь, вроде руками машет. «Похоже, зовет», – подумала я.

«Иду! Иду!» – пробурчала  себе по нос.

Чем ближе я подходила, тем  отчетливее  было видно, как светится мой муж.

– Смотри! – он показал на камень. Там лежала большая темная рыба.

– Вот это да! Красивая какая, в крапинку!

– Это лосось!!

– Ура!!– так было радостно, что, наконец, Саша поймал свою трофейную рыбу!

Тут же набираю по телефону сына:

– Сынок, папа поймал большую рыбу, лосось!

– Поздравляю! Передай привет!

Сын от всего сердца радовался за отца.

Звоню своим сестрёнкам, они близнецы Люба и Люда.

– Девчонки, Сашка лосось поймал!

– Большую?

– Да, килограмма два!

– Хватит  с вас! Каждый день свежую рыбу едите, эту нам привезите!

– Хорошо, только как это сделать, чтобы не испортилась?

– Придумаете что-нибудь, ждём!  

Возвращаемся в село, а наши мужички  Сергей с Михаилом тут как тут, как чуяли.

– Как рыбалка?

 Саша достает  свой трофей…

– Ща, мы вам её поможем потрошить. Неси мокрое полотенце и соль, – скомандовал мне Сергей.

«Что-то они очень внимательные сегодня к нам», – подумала я.

 Только успела за солью сходить, а на столе уже рыба отдельно, икра отдельно.

Мужички подсказали, как приготовить икру и сохранить рыбу.

Позже, из своей любимой телепередачи мы узнали, что наша трофейная рыба называлась кумжа, и ловится она именно во время дождя!  Кто подтолкнул тогда Александра в дождь идти рыбачить? Теперь мы знаем!

Стали думать об отъезде, деньги уже, можно сказать, закончились. Осталась неизведанной только одна река, которая впадала в Сегозеро на другой стороне от нашего берега. Мы не могли уехать, не  побывав на ней.

Поднимались вверх по течению. Сначала  река была полноводной и широкой, шли на моторе. Потом  стали появляться огромные валуны, мы перешли на вёсла. Был момент, когда Саша тащил лодку волоком по воде, а я шла по берегу.  Удивительно, в дельте этой реки была весна!  Берег топкий, на черном  иле росла низкорослая ярко–зелёная трава, мелкие желтые и розовые цветочки, похожие на подснежники, но главное, в воздухе  пахло весной! Было  как в  известной сказке, где встретились все времена года.

Карелия – удивительный край!     

Мы все  дальше  плыли по реке, видели тропы животных, которые шли на водопой через широкое поле, я фотографировала следы, чтобы показать нашему  знакомому охотнику.   

 

VII

Дома нас опять встречали мужички. Спросили когда уезжаем.

– Деньги заканчиваются,– сказал Саша, – поэтому завтра.

            Вечером начали собирать вещи. Вдруг в  куртке Саша находит три тысячи рублей. Сашина заначка, про которую он  забыл. Я очень люблю его маленькие клады, они всегда кстати, но не в этот раз.

            – Так, классно, ещё можем на денёк задержаться, – сказал Саша. –  Пойду с утра на Губу.

У меня всё похолодело внутри. С мужичками заранее  надо оговаривать аренду лодки. Получается, что Саша пойдёт на своей резиновой! Ужас!

– Саш, включи мозг, нельзя идти туда на нашей лодке.  Ты сам вчера, что мужичкам говорил?

– Я один пойду, лодка будет не гружёная, мотору легче. Всё, я решил!

 «Господи, помилуй!» – твердила я.

Проснулась  с тяжёлым сердцем. Вот он уйдет,  а мой внутренний голос сведет меня с ума окончательно!

Саша собрался и ушёл. Через несколько минут возвращается.

– Едем домой!

– А... не… – я потеряла дар речи.

– Собирайся! Плыть не на чем! Лодку украли!

Тут я почувствовала острую боль в душе, обиду за мужа.

– Так, – начинаю я, и понимаю, что всё, что скажу бессмысленно, но говорю:

– Давай вызовем милицию.

– Наташ, лучше  молчи! Никто ничего не будет делать! Поехали, тебе сказал!

 Я понимала, что  Александру хотелось поскорее уехать, чтобы никого не видеть.

Он благородный, сильный, может достойно перенести случившееся, но я – нет. Как это без разборок!

– Саш, чужих тут не было, лодку украли, сам понимаешь кто. Пойдём к ним.

– Я тоже так думаю, но лодку, скорее всего, ночью отогнали на остров. Нам её  не найти, и милиция не будет заниматься этой мелочёвкой. Поехали, тебе сказал!

Если бы я тогда послушалась мужа, то ничего бы не произошло.

Все последующие события излагаю по просьбе друзей.

– Про это должна знать вся страна!– просили они.

Слушай, Страна!

Выхожу на улицу, а тут Сергей к нам идет.

– Уезжаете?

– Нет, – отвечаю я,– лодку украли. Как в милицию  позвонить?

– Ща, Михаила позову.

Пришёл Михаил с равнодушным лицом, что ещё больше меня убедило в их причастности. Всё как-то гладко получалось: просили мужички лодку –  мы не дали, накануне интересовались, когда уезжаем, равнодушные лица.  Вы можете представить, что у ваших гостей что-то украли, а  мне  маска спокойно отвечает, как позвонить в милицию.

– Мы задержимся, платить не будем, – сказала я.

– Как это бесплатно! А ну уматывайте! – разъярился Сергей.

«Ага, зацепило, – порадовалась я, –  наконец-то появились эмоции».

– Слушай, Серёга,– начала я переговоры. – Давай по-хорошему договоримся, отдайте лодку.

– Ты чё, охренела, звони в милицию 112, да я на детектор могу…

– Не лечи меня, – глухо оборвала  я его. «Странно, откуда у меня эта фраза», – подумала я.

Серёга  тут же притих, очень внимательно посмотрел на меня. В его прищуренных глазах загорелись огоньки азарта. По ним  я поняла, что не для того  они лодку  воровали, чтобы её отдать.

Но тут же оборвала себя: «Господи, прости! За руку-то я никого не поймала!»

Муж тем временем ходил по берегу.

Звоню в милицию, зная, что всё напрасно, но остановиться не могу.

 – Капитан Каледин, слушаю вас!

Откуда-то из памяти всплывает совет  свояка. Он говорил, если хотите, чтобы на звонок среагировали, всегда требуйте, чтобы представились.

Я с металлом в голосе говорю человеку, который мне представился:

– Представьтесь, пожалуйста!

Внутренний голос кричит: «Тебе уже представились!!!»

– Вас плохо слышно,– соображаю добавить.

На другом конце очень вежливо  повторяют:

– Капитан Каледин, слушаю вас!

– Говорит  Брылёва Наталья Вадимовна, пришлите наряд в  село Паданы, дом сорок шесть, украдена лодка, – сказала я голосом Левитана.

Вдруг, вижу, бежит муж, садится  в машину и что-то мне кричит.

– Что случилось?– спросила я, но вопрос и пыль от колес нашей машины  повисли  в воздухе. Саша  уехал.

Звоню мужу:

– Что случилось?

– Из сарая, который у озера,  вытащили  мотор, погрузили  в машину, еду за ними.

– Поняла, –  набираю телефон 112, но связи не было. Разбираться в причине  не было времени. Бегу к соседям из  Видного. Стучу, не открывают.

– Откройте, пожалуйста! – кричу я.         

Выходит сонный  мужчина в трусах, прошу у него телефон, он мнется, объясняю, что у нас украли лодку и надо позвонить в милицию, а на моем телефоне закончились деньги.

– Проходите, – пригасил меня в дом.

Пока он ходил за телефоном, я заглянула в комнату, там стояла женщина ко мне спиной.

– Здравствуйте, – говорю я. В ответ тишина. «Наверно, я тихо вошла и тихо  говорю, она не  слышит», – предположила я.

– Здравствуйте, – громко повторила я. Женщина не повернулась и ничего не сказала.

«Точно, любовники», – согласился со мной внутренний голос.

Мужчина дал телефон, я набрала номер 112.

– Капитан Каледин, слушаю вас.

– Говорит Брылёва, я только что звонила. Это у нас украли лодку с мотором.

Мы видели, как наш мотор погрузили в машину. Муж их преследует.

Не успела я закончить фразу, как показалась  наша машина.  Саша медленно вылез и пошёл в дом.

– Извините, перезвоню.

Я отдала телефон мужчине, извинилась и тоже пошла домой.

– Наташ, поехали. Глупо всё, лодку не вернуть, мотор тоже.

– Саш, неудобно как-то, милиция скоро будет. Люди в такую даль приедут, а нас нет. Успокоиться надо, нельзя в таком состоянии за руль. Поедем на почту денег на телефон положим.

 – Хорошо, ты помнишь, что у меня загранпаспорт. Наряд приедет, заявление будешь писать от себя.

Перед отъездом в Карелию мы  вспомнили, что  уже полгода как должны были сдать паспорт на обмен по возрасту – сорок пять лет.

Через час после случившегося, к нам  подъехал  исполняющий обязанности участкового Дмитрий. Мы ему рассказали  всё подробно. Дмитрий сказал, что Сергей и Михаил – известные личности, особенно Сергей. «Да, мой внутренний голос тогда не ошибся».

Еще Дмитрий сказал, что воровство в деревне  страшное, но ничего изменить нельзя, круговая порука.

 Звоним сыну.

 – Сынок, нас обокрали.

– Машину угнали?

– Лодку….

– Как папа?

– Нормально…

– Вы когда домой?

– Завтра, у нас  денег-то осталось только на бензин, хорошо, что папа вчера у себя  нашел три тысячи рублей.

 – Хорошо, ждем вас послезавтра.

 

VIII

Наряд приехал из Медвежьегорска в пять часов вечера.

Из серой «буханки» вышли три симпатичных мужчины: дознаватель, криминалист и кинолог с собакой.

«Какие  интеллигентные лица – нам повезло, хороший наряд приехал!» – и я спокойно вздохнула – выдохнула.

Мужчины представились. Муж с криминалистом и кинологом пошли на озеро.

Я с дознавателем Сергеем – в дом.

Сергей был немного похож на композитора Игоря Крутого.

– Сергей, извините, что мы вас напрягаем, сами всё понимаем, но уехать просто так не смогли.

– Все документы буду оформлять я. Вы прочитаете и подпишете. Вам самой надо заполнить только заявление, – сухо сказал Сергей.

– Ваша фамилия, имя, отчество?

– Брылёва Наталья Вадимовна.

– Ваш паспорт, документы на лодку и мотор. Рассказывайте всё по порядку, в котором часу вы обнаружили пропажу.

– В семь часов утра муж пошел на озеро и увидел, что лодки нет, – начала я.

Сергей записал мой рассказ. Спросил, кого мы подозреваем. Когда я заполняла бланк заявления, он обратил мое внимание на пункт, где была ссылка на статью  о даче  ложных показаний. Все формальности были закончены.

Сергей спросил: первый ли мы раз в Карелии? Как наши впечатления о крае на фоне случившихся событий?

– Карелия – удивительный край! Ничто не может затмить эту красоту. Мы в прошлом году отдыхали  за границей, поэтому потеряли бдительность. Много лет назад сделали себе зарубку на носу, что у нас на Родине расслабляться нельзя, даже если ты на отдыхе. Сами виноваты, забылись!

– В связи с чем сделан такой вывод, были неприятности?

– Нет, гостеприимные всегда были хозяева.  Например, в Астрахани  нас сразу предупредили, что мужичков вороватых много, поэтому  спать надо в лодке, а мотор класть под голову. «Удивительный человек, ведь у него полно более важной работы, помимо нашей несчастной лодки, плюс дорога тяжёлая, ехали к нам три часа в эту дыру, а он спокойно слушает мои рассказы. Всё-таки я неисправимая болтушка».

– Документы ваши подам сегодня следователю, попрошу завести дело быстрее, так как вы уезжаете. Приезжайте завтра в милицию  Медвежьегорска. В городе, в фотоателье, скиньте на диск  с вашего фотоаппарата фотографии лодки и мотора.

Вышли во двор, там нас ждали остальные мужчины.

Мы с Сашей  поблагодарили сотрудников милиции. Наряд сел в машину и уехал.

– Вот любишь ты людей напрягать.

– Саш, сделали всё правильно, может для других пригодится, и нам легче забыть будет.

– Саш, меня мучает один вопрос, можно  спросить?

– Спрашивай, – улыбнулся муж.

– Что для тебя больнее: рыба, сошедшая тогда на Губе или  кража лодки?

– Лодку жалко, конечно, но больнее за рыбу.

 Саша ещё раз  проговорил, что надо было отпустить леску, а я...

 – А по ощущениям, – перебила его я, – та рыба, которая сорвалась, она была больше этой?

– Гораздо…

 

IX

Утром мы  выехали рано.

Выезжаем из села. Переезжаем последний  мост. Наш взгляд падает на что-то большое, гладкое, чёрное на отмели реки, недалеко от моста с правой стороны. Место неприглядное. Вода и грязь.  Не можем понять, что это такое. Саша прижимается к обочине, сбрасывает газ. Смотрим, черное копошится.

Мы  в недоумении. Вдруг чёрное поднимается и превращается в подводного охотника в костюме с капюшоном и ружьём.

– Никогда бы не подумал, что в этом месте можно что-то увидеть под водой, не то что бы  подстрелить, – рассуждает  муж. – Наташ! Это прибалт! Я его по костюму узнал. Не пойму, чего он сюда забрался.

– Профессионал, – поддерживаю разговор.

– Он подходил ко мне, когда я лосось поймал, спрашивал, где я ловил, –вспоминал Александр. – Я сказал, что река за мостом, но это в другой стороне.

– Саш, получается, это из-за тебя человек  в  грязи охотится!

Мы согнулись от смеха.

– Теперь полетим! Лодки с мотором нет – машине легче, – пошутил Александр.

«Слава тебе, Господи! На  сердце нет тяжести от вчерашних событий», – подумала я.

 – Наташ, давай не поедем в милицию, надоело всё, время потеряем, проторчим там полдня.

– Саш, время жалко, но в милицию  ехать надо.

Приехали в Медвежьегорск к девяти утра. Нас пригласила следователь.

Ещё раз всё ей повторили, подписали, извинились. Время потратили немного, около двух часов. Вышли на улицу. Солнышко. Я вздохнула полной грудью, и дыхание моё остановилось. Рядом со зданием милиции стоял магазин «Сувениры».

– Саш, давай зайдем, нашим сувенирчики купим.

– Наташ, ты когда думать начнёшь? Денег нет, а если что с машиной в дороге случится?

– У Марины день рождения, давай посмотрим.

Марина – моя подруга, она мне про Японию рассказывала. Саша крёстный её дочери,  можно сказать родня. Заходим. Потратила я в том магазине всю Сашину заначку.

Муж в шоке, денег только на бензин.

 

X

 Едем.

 Вдруг Саша берёт мою сумочку, стягивает её с меня и бросает на заднее сидение.

У меня вспыхнуло возмущение:

– Она, что тебе мешает?– начала я.

– Тебе мешает, готовь завтрак, есть хочется,– сказал муж.

– Так бы сразу и сказал,–  я стала доставать продукты.

– Бутерброд с сыром, колбасой?

– С колбасой.

– Чай–кофе?

– Кофе.

Наклоняюсь, термос в ногах. Тут резкое торможение, головой упираюсь в торпеду.

Поднимаю голову и вижу:  в окне с Сашиной стороны лохматое  и усатое лицо  мужчины.  Человек  стал орать, да так громко, что я не могла разобрать, что ему  надо.

Мне на колени что-то упало, смотрю – кольцо.

– Саша, что происходит?! Это кто? Ты зачем остановил машину!?

 Начинаю разбирать слова:

– Я югослав, брат умирает, дайте денег, хотя бы тысячу...

 «Когда кто-то умирает, надо звонить  в службу спасения», – подсказывал мне мой внутренний голос. Я потянулась рукой на заднее сидение  за своей сумочкой.

  Тут   югослав стал падать на колени, как мне показалось, потому что его голова опустилась ниже окна.

 Саша сказал, что денег нет, отдал кольцо, закрыл окно и медленно тронулся.

Я набираю 112 – связи нет. Опять набираю, связи нет.

Через  километра два  на телефоне высветились антенны. Дозвонилась по 112.

– Старший лейтенант Михайлов, слушаю вас!

–  Это Брылёва Наталья Вадимовна. На трассе Мурманск-Москва,  на выезде из города Медвежьегорск, что-то случилось с иностранцами, просят денег, – попробовала я четко описать ситуацию.

– Женщина, это цыгане. Мы знаем. Вы куда едете?

– В Москву,– ответила я.

– Вот и езжайте прямо.

– Саша, мне сказали, что это цыгане, и про них знают...  Зачем ты остановился?

Муж сказал, что на обочине стояли две машины. У  одного человека  была повязка,  и он  подумал, что что-то случилось.

Я открываю сумочку, чтобы убрать мобильный телефон и вижу, что она пуста – ни денег, ни документов!

– Саша, нас обокрали! Документов и денег нет!

– Смотри внимательно, куда-нибудь сунула и не видишь.

– Куда я могу сунуть, я всегда кладу всё в сумочку, ты же знаешь.

 Саша съезжает на обочину и резко тормозит.

– Развели! Как лоха развели! Столько раз слышал про такие случаи!! А сам повелся!! Поэтому он и орал как резаный и кольцо кидал, отвлекал, пока второй тихо открывал заднюю дверь. Что делать? Документы им не нужны. Скорее всего, в том месте и скинули. Денег нет! На что заправляться? Поехали, сувениры сдадим, как раз хватит до дома добраться.

– Вот, видишь, как хорошо, что я денег много на сувениры потратила. Можно сказать выгодное вложение. А то бы  всё украли.

Саша разворачивается, я набираю 112.

– Старший лейтенант Михайлов, слушает!

– Это Брылёва, я только, что вам звонила  про цыган, они нас обокрали. Нет ни денег, ни документов. Что нам делать?

– Езжайте в милицию, там зафиксируют кражу.

– Никакой милиции, сдаем  сувениры, и домой!– сказал Саша.

– А как же мы без документов поедем?– поинтересовалась я.

 Тут Саша увидел впереди, на противоположной стороне дороги, на приличном расстоянии от нас,  машины цыган на том же месте,  где нас и обокрали.  Муж сбавил скорость.

– Вот смотри, – начал рассуждать  он, – подъедем, нас двое, а  их толпа, порезать могут.

– На той стороне карман, машины стоят, попросим мужиков нам помочь.

 Разворачиваемся, заезжаем в карман, стоят две машины, люди отдыхают, двое мужчин и две женщины.

– Здравствуйте! Мужики, там впереди две машины с цыганами, они у нас деньги и документы вытащили. Поможете?

– Поехали, – без раздумья  сказали ребята и прыгнули в машины.

Опять разворачиваемся, и нас уже много.

Не успели подъехать к цыганам, как они трогаются с места и уезжают.

Мы остановились. Саша поблагодарил ребят, извинился. Они уехали, а мы стали искать паспорта  в траве у обочины. Ничего не нашли. Опять разворачиваемся в сторону Медвежьегорска и едем сдавать сувениры.

– Так, давай поедим, доставай бутерброды.

 Саша едет медленно, я готовлю еду. Притормозили, вдруг в окне появляется  та же лохмато-усатая рожа и стучит в окно.

Саша останавливается, открывает окно и спокойно говорит:

– Деньги  и паспорта верни.

Цыган  нас узнает, убегает, прыгает  в машину и на большой скорости уезжает.

 Мы разворачиваемся  и начинаем преследовать. Едем в  сторону Москвы.

 В это время  я набираю 112 – связи нет.

– Они специально встают там, где нет связи, – предположил Саша.

Дозваниваюсь…

– Капитан Корнеев, слушаю вас!

– Это Брылёва, я вам звонила. Это нас обокрали цыгане. Мы  преследуем машину.

– Назовите марку и номер у преследуемой машины. На каком километре вы находитесь?– спросили меня.

– Номеров пока не видно, далеко. Серебристый Опель. Номера увидим, перезвоню.

К машине, которую мы преследовали, присоединилась ещё одна – вишнёвый Мерседес. Он резко  выехал с обочины и на большой скорости шёл за Опелем. Нам никак не удавалось догнать их, чтобы прочитать номера.

–  Доставай фотоаппарат, фотографируй номера! Приблизь и звони 112! – скомандовал муж.

Фотоаппарат я достала,  включила, но у меня так сильно тряслись руки, что никак не могла сфокусироваться на машинах. Вдруг, видимости не стало совсем, как будто на стекло машины натянули матовую плёнку. Мы въехали в полосу дождя. Ливень.

– Саш, кому расскажешь, не поверят. Дождь ещё на нашу голову!

– Хватит сопли жевать, дай фотоаппарат!

Саша берёт у меня фотоаппарат, несмотря на опасный участок дороги, выжимает газ до двухсот км в час, открывает окно и на ходу одной рукой рулит, другой фотографирует.

– На, смотри! Получилось?

Я приблизила. Номера машин очень хорошо читались. Это были номера Евросоюза. Набираю 112.

– Это Брылёва, запишите номера машин, и начинаю диктовать.

Вдруг вишнёвый Мерседес сбавляет скорость и начинает с нами выравниваться. Открывает на ходу окно, Саша делает то же самое  и говорит: «Верните паспорта и деньги».

Молодой, холёный мужчина в бордовой кожаной куртке говорит:

– В милицию звонили?

– Нет,– отвечает муж.

А я в этот момент диктую номера на 112.

Молодой мужчина закрыл окно и на огромной скорости стал от нас удаляться.

– Наташ, ты совсем не соображаешь,– начал раздражаться на меня Саша.

– Так получилось, извини.

Муж сбавил скорость.

– Скоро бензин закончится. Нам нет смысла за ними гнаться. Поехали сувениры сдавать, – и тут же крикнул:

– Смотри! Похоже, они свернули с трассы.

Дождь закончился так же внезапно, как  и начался.

Мы сворачиваем на просёлочную дорогу.

Озеро. Три рыбака: старичок, мальчик лет 10 и мужчина средних лет укладывали снасти в  мотоцикл с коляской.

– Мужики, здесь не проезжал серый Опель и вишнёвый Мерседес?

– Да, только что.

– Они у нас деньги украли и документы, поможете, если что?

– Конечно, – не задумываясь, ответили рыбаки.

Вот тут мне впервые стало страшно по-настоящему за этих рыбаков:

«Из-за каких-то трех тысяч рублей подвергаем людей опасности!»

– Саша, не надо, поехали.

Но было поздно, нам навстречу ехали цыгане. Саша успел  перегородить дорогу машиной, но оставалось место между обочиной и нашей машиной. Там, расставив руки в стороны, встала я. Мерседес  начал медленно втискиваться в это пространство и вплотную приблизился ко мне.

Я легла на капот вишнёвого Мерседеса и заорала что есть силы:

–  Паспорта и деньги!!! Паспорта и деньги!!! – при этом кулаком колотила по капоту.

Машины цыган остановились и из них вышли: Лохматая рожа с усами, холёный мужчина и… женщины с детьми.

Женщины стали причитать громким плаксивым голосом:

– Мамо, мамо!! – и что-то ещё на своем языке.

 Потом сели в машины и тихонько поехали со мной, лежащей на капоте.

 Пришлось слезть. Машины уехали. Мы поблагодарили рыбаков. Все вздохнули с облегчением, что всё так  мирно закончилось. Главное – все целы и здоровы!!!

Выезжаем на трассу и направляемся  опять в Медвежьегорск,  сдавать сувениры. Время  третий час дня. Звоню ребёнку:

– Сынок, нас обокрали!

– Мам, не понял, ты про лодку?

– У нас  только что украли деньги и документы!

– Как папа?

– Нормально, гоняется по трассе за ворами.

– Мам, езжайте домой! Мне за вас страшно. С деньгами что-нибудь придумаем!

– Сынок, не расстраивайся, мы сейчас сувениры сдадим, деньги будут. Пока!

– Наташ, мы бы уже к дому подъезжали, – сказал Саша, – это всё ты: милиция, милиция…

– Сил больше нет, давай поедим.

Я наклоняюсь вперёд за бутербродами и слышу:

– Вот это да! Впервые так  рад видеть наш ДПС!

Поднимаю голову и вижу: стоит машина ДПС, милиционер с автоматом в положении готовности и две припаркованные машины на обочине: серый Опель и вишнёвый Мерседес!

Подъезжаем, подходим к сотрудникам ДПС.

– Это мы звонили и преследовали эти машины.

– Знаем.

– Они у нас украли документы и деньги.

– Сейчас подъедет опергруппа, сделают досмотр. Мы не имеем права.

 Женщины-цыганки с воем подходят к нам с мужем, начинают гладить и причитать: «Мамо!!! Мамо!!!» – и дальше на своем языке.

Сотрудник ДПС автоматом делает границу между нами и ними.

Подъезжает серая «буханка», из неё выходят  три симпатичных мужчины.

Впереди шел Сергей – дознаватель, который приезжал к нам в Паданы.

Увидел нас:

– Опять вы?! Что теперь случилось?

– Нас обокрали, – ответили мы с улыбкой во весь рот.

– Что украли на этот раз? – спокойно, не отвечая улыбкой на наши счастливые лица,  спросил Сергей.

– Деньги и паспорта.

– Сколько денег?

– Три тысячи рублей, это всё что у нас было, надо доехать до дома.

– Какими купюрами была сумма?

– Две купюры  по пятьсот рублей и две по 1000 рублей.

– Паспорта я ваши знаю.

– Нужны понятые. Остановите машину, – обратился он к сотрудникам ДПС.

Остановили машину, из неё вышли нашего возраста мужчина и женщина, спросили: что случилось?

Сергей дознаватель спросил, смогут ли они быть понятыми при обыске машин?

Женщина и мужчина сразу согласились, дали свои документы для оформления протокола. Пока шло оформление, я им  вкратце рассказала нашу историю, начиная с лодки.

Опергруппа  приступила к досмотру машины. Вытащили вещи: много грязного тряпья в тюках. Цыганки начали выть, мужики цыганские орать, дети плакать.

Перетрясли всё, денег нет. Тогда я предложила посмотреть в памперсе у ребёнка! И очень пожалела, что открыла рот, потому что лицо у Сергея стало очень сердитым.  Не успел он мне ответить, как одна цыганка прорвалась через автомат  и  засунула мне в сложенные на груди руки свернутые деньги. Пачка была толстенькая.

– Сергей, мне деньги нужны! Надо доехать  до дома! Лишнего не надо, можно я возьму только три тысячи рублей?

– Нельзя, верните деньги,– строго сказал Сергей.

Параллельно с досмотром в служебной машине проходил допрос лохматого цыгана. Туда же пригласили и мужа.

Наших  денег и документов в машине не оказалось, зато оперативники нашли забитые под завязку бардачки с новыми купюрами евро, упакованные пачками.

Сергей скомандовал, чтобы все  ехали в отделение. Сели по машинам.

Вдруг в мое окно стучат, смотрю, а это холёный молодой цыган, я его про себя бароном назвала. Саша открыл окно. Барон дает мне одну из тех толстых пачек евро, которые у них нашли в машине. У меня глаза полезли на лоб. Барон говорит: «Бери деньги, не надо в милицию». Я взяла толстую пачку денег. Это были евро в банковской упаковке толщиной три-четыре сантиметра.

– Саша, умоляю, давай возьмём! На эти деньги купим тебе  корабль! Никто не видит! 

Муж берет у меня деньги и отдает обратно барону.

– Такого случая больше не будет! Наши три тысячи никто не отдаст!!! – заныла я.

Барон вернулся в свою машину.

Тем временем запела  сирена, кортеж двинулся  в Медвежьегорск. Первая машина ДПС, за ней  Опель и Мерседес с цыганами, потом мы и  замыкала группу серая «буханка» с опергруппой.

Приехали в отделение. Цыгане высыпали из машин, орут, воют, дети плачут.

У дежурного фуражка от удивления на затылок съехала.

– Куда мне этот табор девать? – спросил он у Сергея.

– Мужчин по одному в кабинеты, на допрос и заполнение документов. Женщин оставить с детьми в коридоре.

При этом  его едва было слышно из-за крика цыган.

Мы  с мужем и Сергеем тоже зашли в кабинет  для оформления документов. Сергей сказал, что помнит все наши данные и сам  всё оформит. Мне дал бланк заявления.

Внезапно открывается дверь,  вбегают цыганки с детьми, начинают ползать, хватать Сергея и моего мужа за руки и целовать быстро и  часто, начиная от пальцев рук и заканчивая плечами.

Одна цыганка падает на колени передо мной, гладит и причитает:

«Мамо! Мамо!» За цыганками вбегает дежурный с фуражкой на затылке. С трудом удалось  вывести женщин  из кабинета. Дверь закрыли изнутри на ключ.

 – Мужчины, когда бы вам так целовали руки, – решила пошутить я.

Но, увидев очень серьезные лица, пожалела, что опять открыла рот. Продолжаем заполнять документы.

Тут Саша соображает, что надо идти сдавать сувениры.

– Сергей, можно я пойду, сдам сувениры, денег нам не видать, да и магазин скоро закроется.

– Да, конечно, – ответил Сергей.

Саша ушёл. Прошло минут пять он  возвращается в кабинет, волосы слегка приподняты, глаза расширены.

 – Что случилось? – спрашивает Сергей.

 Саша мнется.

 – Тебе не хотят деньги за сувениры отдавать? – спрашиваю я.

 Тут Саша очень робко, неуверенно говорит:

– Наташ, а ты уверена, что деньги и паспорта были в сумочке?

– А где же ещё! – недоумевала я.

Сергей встает и говорит мужу: «Идёмте».

Я осталась в кабинете одна, время уже шестой час.

Вернулись в  кабинет  муж и Сергей. В руках у Саши паспорта и деньги!

– Саня, как здорово, где ты их нашёл!? – радостно воскликнула я.

– В сувенирах! – грубо ответил муж.

Тут до меня стало доходить, что в магазине Саша меня торопил, я впопыхах засунула в пакет  всё вместе. Так же до меня стало доходить, что из-за моей рассеянности я напрягла столько людей! Ужас охватил меня!!

– Сергей, извините, мне стыдно.

На лице дознавателя  Сергея  не дрогнул ни один мускул. Он достал ещё один бланк и сказал:

– Теперь пишите отказное заявление.  По телефону дал распоряжение не допрашивать  лохматого цыгана.

Я очень быстро заполнила документ. На прощание пригласила Сергея к нам в Домодедово, тем более что адрес наш он хорошо знает.

– Еще раз извините!

– Ничего, – сказал Сергей. – Теперь цыгане стороной будут объезжать Медвежьегорск! Благодаря Вам! Пожалуйста, езжайте прямо до Москвы и нигде не останавливайтесь, так всем спокойнее будет.

Мы вышли из отделения милиции уставшие. Толпа радостных цыган обступила нас. Гладили и говорили: «Мамо! Мамо!»

Сели в машину.  Едем, молчим, каждый в своих мыслях.

Тут Саша говорит:

– Наташ, а посмотри на эту ситуацию глазами цыган:

«Попросили денег, не дали.  Оказалось, что попали на семью русских рэкетиров,  которые стали требовать паспорта и деньги!!!  Убегаем, они преследуют! Даем русские деньги – не берут! Думаем – мало. Даем пачку евро – не берут! Опять мало. Наверное, хотят отобрать у нас все деньги! Тащат в милицию, потом ничего не берут и отпускают!  Ну и люди!»

Нас накрыл смех, да такой, что не хватало воздуха, текли слезы,  а мы опять и опять заходились…

Звоню сыну.

– Сынок, мы деньги  и документы нашли! Приедем, расскажем, очень смешная история получилась!

– Ждём, будет вкусный ужин!

Остановиться нам всё-таки пришлось, так как  было поздно. Очень удачно, как и планировали, около монастыря Александра Свирского. Мест в гостинице уже не было. Мы остановились у бабульки в частном секторе. Она нам сказала, что в семь часов утра  будут открывать мощи святого. Уставшие, мы не могли уснуть, так как раскаты смеха ещё долго сотрясали нас.

Утром поклонились Александру Свирскому, поблагодарили его за всё и счастливые отправились домой.

 

Через год...

 

– Сядем на дорожку,– скомандовал Саша.

– Опять, в такую даль, – начала было причитать мама.

– Мам, мы же в Грецию, через 4 часа будем на месте, не переживай.

Тишина.

Я вспомнила Крит, Корфу. Как нас встретит Кассандра? Конечно, всё будет здорово, но друзей своих ничем не удивим.

Вот поедем рыбачить в Сибирь! Возможно, будет новый рассказ!

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 995 авторов
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru