litbook

Поэзия


Зайчик особого назначения+4

СМЕРТЬ ШЕИ

И вот его уволили с производственной стороны,
как отрицательно ударный фактор трудового почина.
И вот он нес домой свои руки – руки были пусты и дрянны,
и он думал пустыми руками – ну, какой я теперь мужчина?
И он сжимал и разжимал кулаки – руки занять,
и видел проходящие шеи с поднятыми воротниками.
И одну тонкую весеннюю шейку – так, чтоб тоску унять, –
свернул пустыми дрянными руками.

 
* * *
Поднимаешь руку, чтобы остановить такси,
и, сколько ни голосуй, сколько ни голоси,
тебе не везет, тебя не везут,
пионерский салют
перерастает в пионерский зуд,
с таким багажом ловить такси – бесполезный труд.

Но ты стоишь и голосуешь над поднятой целиной,
как тебя учили на школьной линейке,
не изменяя родине с чужою страной,
где, вздыхая на скамейке,
прогуливаясь под луной,
голодные немецкие дети играют прямо на трассе
на углу Канатной и Волькенштрассе.

Саночки, сумочки, семечки, шашечки на спине,
нолик, вышитый крестиком, портфель на ремне.
Помаши мне, машине, вслед, и я тебе помашу.
Пионерский тебе салют. Капут тебе, мальчишу.

 
АНЕ

Если ты вся свет,
значит все остальное тьма.
Если тебя нет,
значит, кто-то сошел с ума.
В сошедшем с ума
начинается ядерная зима.
Птицы перестают петь,
перестают летать самолеты,
встречающие спрашивают, кто ты,
провожающие просятся в спину смотреть.
Если ты дышала, как свет,
а утром стала новостью страшной в газете,
если они ничего не знают о свете,
это оттого, что у них семь бед.
А ты вся седьмое небо, где бы ты сейчас ни была.
И я слышу твое дыхание. И ты все так же светла.

 
* * *
Мишка-дурачок ходит в парикмахерскую только зимой.
Снимает пальто, виски приглаживает,
и сразу за кем-нибудь ухаживает,
и каждая парикмахерша шутит: – Он мой.
А он их всех, Мишка, он скалит зубы,
греется возле них, будто они трубы
отопительного Мишкиного сезона,
его соколиной охоты, его мерлезона,
Мишка называет себя перманентом,
люто ревнует девочек к их клиентам,
допоздна стрижется зимой
и не уходит домой.

 
* * *
Небольшая комната, уходящая в глубину
двора,
означает страну,
в которой жили еще вчера.

Пальто с каракулевым воротником,
похожее на пожилую болонку,
означает дубленку.
По ком

звонит колокол означает Омон Ра.
Лето означает, что будет зима.
Ботаника значит свет, а не ботаника – тьма.
Сегодня не означает то, что было вчера.

Машина победа
означает, что победил бумер,
квартира деда
означает, что жил бы дольше, да скоро умер.

Дружба налогоплательщиков
означает Кавказ,
резня означает болельщиков,
скорую тушит спецназ.

Девочка в длинной юбке
означает, что Любочка голая.
Поцелуй в губки
означает, что юбка трехполая.

В принципе, любое фуфло
что-то да означает.
Снег вчерашний растает,
значит, летом будет тепло.

 
* * *
приплывала девочка
ладная как лодочка
только кверху донышком

 
* * *
отступать некуда –
позади точечная застройка,
хуже некуда –
впереди острая заточка.
дедушка говорит шитье-бытье перекройка.
дедушка говорит дошли до ручки и точка.

у дедушки одна нога здесь, другая ТАМ,
он говорит я им ничего не отдам.
люди выродились,выросли ироды,
у них в душе котлованы вырыты.

кто дедушке врет, тому строительный камень в рот,
но у застройщика рот шире ворот,
а точечная беда влазит в любые ворота.

 
* * *
Откуда ты родом? Лески? Дубки?
Разжатые раскулаченные кулаки.
Только и боялась – у страха картинка в глазах велика –
огромного не по росту яростного быка.
Колхозный бодливый бык, дощечка на лбу,
закрывает глаза животному, бодающему голытьбу.
Те, кто тайком целуются в лесках, в дубках,
только и думают о бодливых быках.
Как она от него бежала, шлепая ботами,
как он ей потом снился с глазами, налитыми бычьей кровью,
как они поженились с бутылкой вина и шпротами
и жили одними пирожками, одной любовью.
Они верили всему на свете в советской газете,
потом кто-то из них догадался, откуда берутся дети.
В стране советов совет да любовь да совет,
замечательный белый свет.
На всем белом свете она боялась только быков,
бык ведь забодает и был таков.
И, глядя в глаза (зачем только сняли дощечку?) своему внуку,
она испытывает ту же муку.

 
* * *
Потому что Кашпировский лечил, а он не знал –
это от Бога, от Иисуса Христа для людей канал,
это от Бога, в превосходной степени ДНК,
помноженной на длину ленты траурного венка.
То, что видишь, видишь Его глазами, своим не верь.

Вот страшное, Он ЗНАЕТ об этом тоже:
за порогом тектонического разлома живет чешуйчатый зверь.
Спаси и помилуй, Боже!
Во время линьки зверь сбрасывает рога, очищается от копыт,
примеряет траурные ленты никто не забыт.
Это шпорцевый период, зверь ласков, но опасен вдвойне,
насылает порчу, определяет, беде быть или войне.
И тогда у телевизоров замирает заговоренная страна,
и тогда в стране разгорается загипнотизированная война,
и тогда Кашпировский лечит людей от людей от потерь,
такой, значит, сигнал, что чешется линяющий зверь.

 
* * *
Вот смешно – показали пальчик.
Вот сладко – карамель и печенье.
Вот с левой лапки встает зайчик
особого назначения.

 

Людмила Херсонская – поэт, переводчик. Окончила Одесский государственный университет. Публикации в журналах “Новый мир”, “Интерпоэзия”, “Крещатик”, “Новый берег”, и др. Живет в Одессе.

Рейтинг:

+4
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1015 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru