litbook

Культура


Верить или не верить*0

 

Религиозные диспуты в Одессе

Двадцатые годы прошлого века в России. Закончилась гражданская война. Закончилась полной победой большевиков. Советская власть прочно установилась. Большевики, наряду с попытками решения огромных экономических проблем, занялись рядом сложных социальных /идеологических проблем, среди них: как уничтожить влияние религии, ликвидировать поголовную неграмотность, решить множество национальных вопросов в многонациональном государстве. Началась борьба с религиозным "мракобесием". В докладе В.И.Ленину[2] в мае 1920 года А.В.Луначарский писал: "...Крупные города подходят к тому законченному типу антисоветского города, который мы и видим в Одессе. Одесса наиболее ярко выраженный город спекулянтов, какой я видывал на всём пространстве Российской и Украинской республик. Я мало знаю здешнюю буржуазию. Это... какой-то хлам, весьма показным образом разодетый,.. и даже во мне, человеке, как известно, весьма мягком, возбуждающий неудержимое желание прибегнуть к самым крутым мерам". По-видимому, Одесса была вполне готова к ещё необъявленному НЭПу. Началась борьба с религиозным "мракобесием". Взрывали соборы, громили монастыри "по требованию рабочих". Одесса, будучи большим многонациональным городом с христианским и еврейским большинством, стала одним из главных центров антирелигиозной борьбы. Собор в центре Одессы был взорван. В 1925 году Одесская Бродская синагога была превращена в клуб имени Розы Люксембург. Проводилось множество демонстраций под лозунгом "Бога нет!".

Партия создала секции национальных меньшинств, включая еврейскую секцию (евсекцию), для распространения идей Октябрьской революции среди еврейских трудящихся масс. Установление НЭПа временно ослабило антирелигиозную борьбу. Появилась иллюзия свободы, которая в Одессе привела к множеству публичных дебатов в открытых форумах на разные серьёзные и не очень серьёзные (о вреде рукопожатий) темы.

Конечно, наиболее значительными были инспирированные "воинствующими безбожниками" и евсекцией и организованные властями антирелигиозные дебаты под лозунгом "Верить или не верить". Состоялось семь таких дебатов. Сегодня мы назвали бы их серией. Их тематика и дискуссии всё ещё злободневны. Для участия в дебатах были приглашены известные публике лица, в большинстве, выдающиеся учёные, врачи и религиозные деятели.

В первых четырёх дебатах антирелигиозную сторону представлял профессор А. А. Сухов, Христианскую религию - священник Додонцев и Иудаизм - раввин Ш. Я. Гликсберг. Позднее к антирелигиозной стороне присоединились академик Д. К.Третьяков и профессоры Карташев и Фефер. В пятом и шестом дебатах христианскую веру представлял священник А. И. Введенский. Главные участники пришли к этому моменту разными путями.



А. А. Сухов, Ш. Я. Гликсберг, А. И. Введенский

Александр Афанасьевич Сухов[3] (1881-1944) был видным меньшевиком. Ему приходилось дискутировать с В. И. Лениным о путях развития Русской революции. Его даже называли "Русским Бебелем". Часто читал лекции в помещении Одесского Оперного тетра. Был многократно арестован. Написал книгу "Религия в свете современного знания".

Академик Академии Наук Украины Дмитрий Константинович Третьков[4] (1878-1950) - зоолог-морфолог, доктор биологических наук. Профессор Новороссийского (Одесского) университета. Возглавлял Зоолого-биологический институт. Часто выступал с публичными лекциями. В 1948 году был обвинён в содействии "лженаучному вейсманистскому антимичуринскому направлению в науке".

Раввин Шимон Яаков Гликсберг[5] (1870-1950) - с 1906 г. раввин беднейшего района Одессы Молдаванки и после Революции главный раввин Одессы. Один из основателей "Мизрахи"[6], делегат Первого Съезда Русских Сионистов в Минске, Шестого Съезда Сионистов в Базеле, Съезда Украинских Евреев. Он регулярно проповедовал в Большой Синагоге, Явне и других синагогах. Когда организаторы предложили ему участвовать в дебатах о религии, он подумал и отказался, считая, что публичные дебаты на религиозные темы не приличествуют для раввина. Фактором, который в конечном счете определил его участие в первых дебатах, было опубликование антисемитами утверждений, что революцию сделали евреи, и современное преследование религии в России является результатом еврейского влияния. Он говорил: "...Кто защитит еврейскую религию? Священники? А раввины будут отсиживаться по домам и не пойдут защищать иудаизм? Это только укрепит антисемитизм!"

Александр Иванович Введенский[7] (1889-1946), священник, впоследствии, Митрополит, выдающийся деятель Обновленческой Православной Церкви Русской Ортодоксальной Церкви. Необычайно широко образованный, он участвовал в многочисленных диспутах с А. В. Луначарским. Профессор и Ректор Московской Богословской Академии.

Незримым участником дебатов в Одессе был Анатолий Владимирович Луначарский [8](1875-1933), Народный Комиссар Просвещения в правительстве Ленина. К его мнению часто обращались участники.



Д.К.Третьяков, Я.М.Зильберберг, А.В.Луначарский

Первые четыре из семи дебатов были посвящены основным религиозным и антирелигиозным взглядам, представленным соответствующими сторонами. Первые дебаты проходили в зале пехотного училища, последующие - в зале артиллерийского училища. Они не были объявлены и проводились в помещениях, закрытых для публики. Они имели особенно важное значение, так как аудитория включала армейскую элиту и вновь испечённых молодых офицеров Красной Армии, изучавших в офицерских школах, помимо военной стратегии и тактики, основы марксизма-ленинизма, на котором базировалась Советская власть и новый жизненный уклад. Профессор А. А. Сухов прочитал научную лекцию, содержание которой, в основном, совпадало с тем, что присутствующие уже слышали от своих преподавателей. Значительно более трудной была задача религиозных деятелей, которые, несмотря на трудности, не могли не использовать представившуюся возможность повлиять на антирелигиозные взгляды офицеров. Представьте группу дисциплинированных военных с заранее сформированной точкой зрения, которым преподносятся религиозные теории, противоположные их новым взглядам. Священник и раввин пытаются переубедить их, представить другую картину мира. По свидетельству Баруха Бар-Тиквы[9], раввин поразил слушателей своим глубоким знанием философии, науки, мировой литературы, и особенно классической русской литературы. Поставленная цель была достигнута. Но главное было впереди.

Пятые и шестые дебаты происходили на городском стадионе Одессы и в знаменитом цирке. Объявление о них было помещено во всех газетах и расклеено на афишных столбах. Тема дебатов "Верить или не верить" глубоко волновала жителей Одессы. Стадион и цирк были переполнены. Люди всех возрастов, различных слоёв и классов общества собрались на поле стадиона, заполнили до отказа зал и в ложи театра.

Профессор А.А.Сухов и академик Д.К.Третьяков в своих выступлениях, главным образом, критиковали религиозные обычаи, но не религию. А.И.Введенский в своей речи цитировал коммунистическую литературу, речи К.Маркса и статьи В.И.Ленина. Он никогда не обращался к теме дебатов: относительно веры в целом.

Раввин Ш.Я.Гликсберг, как свидетельствует Барух Бар-Тиква, произнёс исчерпывающую, хотя и краткую, речь об основах веры и иудейской религии. Он провёл параллель между дебатами в прошлом и настоящем. В то время, когда в далёком прошлом представители различных религий спорили о том, какая из них ближе к вечной истине, сейчас участники призваны ответить на вопрос о необходимости верить в существование Создателя, а также, он добавил, что духовное бытие является, чем-то, что достигается интеллектом и воспринимается человеческим рассудком и вовсе не требует веры. Все философы и великие мыслители, которые поднялись из тёмных глубин Земли с помощью интеллекта и просвещения, например, Сократ, Декарт, Ньютон и другие, признавали существование духовной действительности, которая выше природы и управляет физическим миром. "Человечество нуждается в вере, потому что наука со всеми её достижениями не в состоянии поддержать дух человека и поддержать его душу. Обе идеи: древняя о вере в Б-га и новая социалистическая - стремятся объединить отдельные части человечества. Основание для такого объединения было заложено в Торе евреев: "Люби своего соседа, как самого себя". В течение многих тысяч лет вера строила этот духовный туннель, который проходит сквозь и соединяет горы, которые отделяют людей друг от друга..." Далее Раввин продолжал, и толпа вслушивалась в каждое его слово: "Мудрец Ориген сказал, что человеческая культура была создана двумя народами, евреями и греками: греки дали человечеству поэзию и философию, и евреи - духовное единство и братскую любовь. Однако, Мудрец Дарместерер не согласен с ним и говорит: "Евреи дали миру обе, поэзию и философию: поэзию - в Теилим (Книга Псалмов) и философию - в Невиим (Книга Мудрецов)". Слова Раввина были встречены бурными аплодисментами. Толпа с огромным вниманием слушала это представление, полностью отличающееся от того, что говорили предшествующие докладчики.

Небольшое отступление. Интересующемуся читателю рекомендуется прочитать имеющийся на Интернете текст диспута А.В.Луначарского с Митрополитом А.И.Введенским 21 сентября 1925 года в Ленинграде. Следуя этому совету, вы будете поражены глубиной и широтой их интеллектуальной дискуссии. В других дебатах (согласно Журналу Ортодоксальной Мысли "Традиции") А.В.Луначарский заявил: "Моя вера в коллективную ответственность даёт мне такую силу для будущего, которую невозможно получить ни от какой религии". На это другой участник дебатов раввин Ш.Я.Гликсберг ответил: "Вера, о которой Вы говорите, определённо религиозная".

Возвращаясь к нашим дебатам. Отвечая на слова Д.К.Третьякова, который доказывал, что вера является препятствием на пути революции, потому что она ослабляет силу пролетариата, и если человек верит в Б-га, это только естественно, что он не способен быть революционером, раввин Гликсберг сказал: "Конечно, это личное мнение Д.К.Третьякова, и я могу привести имена многих профессоров, которые могли бы доказать противоположное. Они показали бы установленные свидетельства того, что вера является высшей ступенью в развитии человека, так как вера всегда идёт рука об руку с мудростью, культурой и искусством, улучшает отношения между людьми и подымает их дух. Давно было известно, - продолжал раввин,- что всё зависит от места и влияния окружающей обстановки. Мудрец Таред в своей книге "Правила имитации" говорит, что имитация (подражание) управляет всем в физическом мире, и всё подчиняется ей, и по правде говоря, мы не имеем независимых мнений. В почти всех наших теориях можно найти семьдесят пять процентов влияния окружения, каждый подражает своему соседу, соглашается с ним и следует за ним. Куда бы вы ни повернулись, вы найдёте только правила "моды", обычаи места и не более. В нашей стране теперь существует тенденция ругать веру, и, как результат, академик Третьяков также ругает её. Если бы он был за границей, он бы, определённо, по-другому говорил о вере. К сожалению, он не приводит никаких свидетельств в поддержку своей точки зрения. Какая польза отрицания Б-га для пролетариата? Насколько это укрепляет его дух и улучшает его тело и душу?.."

В заключение своей речи раввин Гликсберг сказал, что Мудрецы (Невиим) являются славой человечества. "Они были революционерами, которые боролись за социальную справедливость. Они поднимали свой голос против правящего класса. Действительно, мы говорим: "Бедного человека ягнёнок...", упоминая притчу, рассказанную Мудрецом Натаном Царю Давиду. Или другую историю, в которой Элияѓу упрекает Царя Ахава: "Вы убили, чтобы унаследовать...". И кто возвысил голос против эксплуатации слабых сильными, если не Мудрецы Израиля?! Слова, которые мы слышим в наши дни от революционеров против насилия над слабыми, теряют всякую силу, если сравнить их с огненными словами, сказанными Мудрецами их правителям. Как видно вера не охладила их революционный пыл, более того, вера в действительности увеличила их силу".

Конечно, такая страстная защита веры произвела глубокое впечатление на слушателей. Барух Бар-Тиква слышал дебаты, он там был, и это очень важно ещё и потому, что он отразил в своих мемуарах мнение простых одесситов. По словам Бар-Тиквы, после дебатов к раввину подошла еврейская женщина и сказала, что его речи прояснили значение религии для всех, "затуманенные глаза просветлели", сказала она. В школах, где дети учатся, они слышали совершенно другое.

Таким образом, цель дебатов была достигнута. Верующие защитили свою веру. "Воинствующие безбожники" и евсекция были разочарованы.

Теперь мы подходим к седьмым, последним, дебатам. Эти дебаты носили совершенно особый характер: одна тема - обрезание.

Они были представлены обществом "Друг детей" как диспут-лекция, который должен был происходить в здании знаменитого Одесского Оперного Театра. Кто бы ни присутствовал там, никогда не забудет этот день. Два одессита, присутствовавшие в зале, опубликовали свои воспоминания: известный кинематографист Григорий Колтунов и публицист Барух Бар-Тиква. Григорий Колтунов изобразил с неподдельным юмором и искусством рассказчика (Елена Каракина) печали и страсти участников в повести "Диспут о вреде обрезания"[10]. Бар-Тиква написал воспоминания современника "Раввин Гликсберг в Религиозных диспутах в Одессе", необыкновенно серьёзную статью о защите иудаизма. В данной статье использованы их материалы наряду с другими опубликованными источниками.

Когда стало известно о предстоящем диспуте, возбуждение евреев Одессы было невозможно описать. Основная реклама - афиша, огромного размера была изготовлена обществом "Воинствующих безбожников". Чтобы убедиться в правдивости слухов о диспуте, приезжали и приходили люди с Молдаванки, Пересыпи, Слободки-Романовки, Фонтанов и даже с нееврейских Холодной и Бурлачей Балок. Среди евреев, заинтересованных в традициях и защите своей веры, страх вызывали возможные результаты дебатов, которые в то время могли иметь важность закона. Беспокойство возросло ещё сильнее, когда по слухам профессор А. А. Сухов и Д. К. Третьяков, наряду с другими, намериваются снова выступить с антирелигиозной стороны. Однако А.А.Сухов и Д.К.Третьяков отказались дебатировать с "опасным оппонентом", раввином Гликсбергом, после чего устроители "завербовали" мохеля раввина Бибергаля, чтобы представлять еврейскую религиозную общину. Раввин Израиль Бибергаль был одним из знаменитых экспертов в своей профессии (22 октября 1941 года в оккупированной Одессе здание румынского штаба было взорвано. Ион Антонеску приказал казнить 200 коммунистов за каждого убитого офицера. Раввин Израиль Бибергаль был повешен. Тогда же был повешен мой отец, Давид Львович Краснер). Он гордился тем, что сделал 48 тысяч обрезаний. И так случилось, что когда родился сын у профессора Зильберберга, знаменитого хирурга с мировым именем, он позвал Бибергаля, чтобы сделать обрезание. Говорили, что когда он закончил операцию, профессор Зильберберг сказал мохелю: "Теперь Вы тоже Зильберберг". Несмотря на всё сказанное, Бибергаль не выделялся как оратор и плохо владел русским языком. Поэтому лидеры еврейской общины Одессы были крайне обеспокоены относительно его миссии. В то же время дополнительные детали стали известны. Профессоры Зильберберг и Гиммельфарб будут участвовать в дебатах, представляя медицинский мир. Эти имена в значительной мере успокоили евреев. Они знали, что доктор Цви Гиммельфарб, Секретарь Сионистского Комитета в Одессе, председателем которого был Менахем Усышкин, являлся важной публичной фигурой.

Многие одесские евреи знали профессора Зильберберга[11] как "профессора с еврейским сердцем". Утром в день дебатов раввин Гликсберг и раввин Абрахам Кацнелленбоген[12] посетили профессора Зильберберга, чтобы духовно поддержать его. Они пришли в его дом на Преображенской улице. Его личный госпиталь размещался здесь же. Он встретил их в белом переднике на пути в операционную комнату. Увидев их, он остановился на пороге операционной и приветствовал их с большим уважением. Раввин Гликсберг начал говорить: "Будущее Иудаизма в ваших руках, и наши сердца полны страха в ожидании результатов ..." Профессор коротко ответил: " Не беспокойтесь! Мы не подорвём основы нашего существования..." Они покинули профессора успокоенными. Однако, было решено, что они не могут довольствоваться только этим, и что они должны постараться получить входной билет в Театр для раввина Гликсберга (помните, он не был приглашён устроителями дебатов). Один из членов "Мишелану" достал билет...

В этот вечер зал Одесского Оперного Театра был переполнен. Тысячи людей собрались вокруг великолепного здания. Некоторые пришли из любопытства. Но многие были здесь, потому что, будучи родителями, "осмелившимися" сделать брис для их сыновей, они боялись наказания. И наказание было бы тяжёлым. Их исключали из профсоюза, лишая возможности зарабатывать на жизнь. Не быть членом профсоюза означало не иметь работы.

После вступительного слова, открывшего дебаты, выступили докладчики доктор Левинсон и кандидат общественных наук Ю.Девушкинд. Их речи были направлены против обрезания как "националистического абсурда". Они говорили о "жестоком пережитке древнего мира", операции, "проливающей кровь младенцев без какой-либо пользы". Они не только осудили обрезание, но и выступили против запрета есть треф, а также против многих других еврейских обычаев. Их доклады не произвели заметного впечатления на публику.

Затем поднялся профессор Зильберберг, который на основе научного свидетельства доказал огромную полезность этой операции, её важность как значительного фактора в уменьшении случаев сексуально передаваемых болезней среди мужчин. Он закончил свою речь: "Я буду доволен, если весь развитый мир примет эту операцию". После него профессор Гиммельфарб продолжил серьёзный научный анализ и привёл слова Гейне: "Еврей потерял всё, и только свою Тору он сохранил от пожара". Профессор завершил со следующими словами: "Заповедь обрезания является драгоценным камнем, который народ Израиля пронёс через две тысячи лет Рассеяния, как подарок народам мира". Громовые аплодисменты сопровождали слова профессоров Зильберберга и Гиммельфарба.

Слово получил мохель раввин И.Бибергаль. И хотя он не обладал, как раньше отмечалось, ораторским талантом, его слова имели вес и юмор даже после выступлений представителей медицинского мира. Текст его речи приводят Григорий Колтунов (повторен в переводе на английский в книге Анны Штерншис[13]) и Барух Бар-Тиква. Здесь приводится текст, основанный на их воспоминаниях. Мохель указал на толпу молодых людей в театре и сказал: “Вы хотите знать, что я думаю об этом вопросе? Что я могу сказать? Операция, которую я делаю, очень короткая - чик, и готово. Но если такие светила, такие звёзды говорят, что это нехорошо, что это вредно - возможно это и так. Но для справедливости я должен сказать, что как я посмотрю на этот зал, на это количество пришедших сюда, так я вижу, что на девяносто процентов - это моя продукция! И я спрашиваю мою продукцию и пришедших с нею дам. Кто от этого чувствует себя хуже?”

Зал взревел: "Браво Бибергаль!" Мохель закончил выступление словами: "Мы были обрезаны, и мы будем обрезаны!". В зале было очень шумно. Все были возбуждены. Неожиданно среди выкриков и громких шуток раздались возгласы: "Раввин Гликсберг! Поднимитесь на сцену! Мы хотим слышать раввина!" Представители Евсекции растерялись и не смогли изменить ход событий. Раввин Гликсберг не пропустил возможности защитить еврейскую религию, встал во весь рост и сказал: «Когда публика зовёт, я обязан следовать её требованиям». Он взошёл на сцену.

На классическом русском языке, вопреки требованию евсекции говорить на языке идиш, он привёл сжатое описание одной из главных заповедей Торы, служащей как важный инструмент, знак святости и чистоты еврейского народа. Продолжая, раввин подчеркнул, что "Совершенно не нужно говорить о пользе обрезания, потому что мы уже слышали то, что профессоры Зильберберг и Гиммельфарб сказали о громадном значении этой операции и её пользе для тела и для защиты от опасностей различных болезней. Всё, что нам осталось сказать это воздать хвалу научному миру. Советская Республика вверила этим профессорам самые большие медицинские институты страны. Я абсолютно уверен, уважаемые граждане, что всякий раз, когда у вас возникнет медицинский вопрос, вы, определённо, попросите совет профессоров Зильберберга и Гиммельфарба, а не профессоров Сухова, Третьякова и других, знание которых находится в областях, в которых они сами эксперты, но не в медицине и хирургии.

В этот момент из публики был задан вопрос: "Если, после всего, это правда, что профессоры из медицинского мира доказали, тогда почему другие народы, европейцы, культурные люди, не делают обрезание?!" "Ваш вопрос требует ответ, - сказал раввин Гликсберг, - на него нужно ответить. Если настоящая культура состоит не только в наружном блеске, но также и в самоулучшении, очистке воздуха, засорённого ложными верами, то культура еврейского народа была впереди своего времени и впереди других народов. Она внесла большой вклад в мировую культуру. Давно известно, что в отношении обычаев и идей евреи не всегда согласны с большинством других культурных народов. И многие не согласны с обрезанием. Однако те же культурные народы получили много от еврейского народа, среди другого, они взяли у него одного разочаровавшегося еврейского мужчину, и теперь все колокола звонят в его честь (имеется в виду Иисус Христос). И действительно, евреи, от которых произошёл этот "Бен-Элоѓим" ("Сын Б-га"), не согласны о нём со многими культурными народами".

Раввин продолжал: "Еврейский народ дал много человечеству. Миру физики он дал Альберта Эйнштейна, миру философии - Баруха Спинозу, почитаемого во всём мире. Луначарский, первый Министр Образования Советского Правительства, сказал в одной из своих речей: "Если бы евреи дали миру только Баруха, этого было бы достаточно".

Раввин закончил свои слова сильным и громким голосом "А вам, большевики, он дал Карла Маркса! Социалисты всего мира поклоняются ему, еврею Марксу". Конец его выступления потонул в море аплодисментов. Все встали и приветствовали раввина Гликсберга (Бар-Тиква).

Очевидно, что этот диспут не достиг поставленной евсекцией цели: опорочить один из основных обычаев иудаизма. Однако, аналогичные диспуты происходили в Одессе и позднее до конца 20-х годов. Одновременно стали популярными инспирированные евсекциями суды против еврейских религиозных обычаев. Члены евсекции диктовали мельчайшие детали этих судов. Характерным был суд, описанный Феликсом Зинько в очерке "Мудрый ребе". Суд над Матьяшом из этого очерка лёг в основу суда в рассказе И. Бабеля "Карл-Янкель". Антирелигиозная компания была в разгаре.

Примечания и Источники

[1] Александр Гликсберг последние десять лет занимается исследованиями, относящимися к жизни еврейского населения Одессы в ХХ веке, используя архивные, опубликованные и неопубликованные источники, а также личный опыт. Александр Гликсберг по образованию инженер с двумя специальностями. Руководил 15 осуществлёнными разработками автоматизированных предприятий в СССР (шесть изобретений, золотая медаль ВДНХ). В США был директором инженерных организаций двух хайтек компаний. Написал более 20 научных статей в журналах и брошюрах. Опубликовал ряд переводов на русский язык. Настоящая статья является главой из готовящейся книги. Александр Гликсберг является внуком раввина Ш. Я. Гликсберга, раввина Одессы с 1906 г. и её Главного Раввина в 1917-1937 гг.

[2] Доклад Луначарского Ленину и надпись Ленина. Краткий отчёт об общем политическом положении Николаевской и Одесской губерний. Май, 1920. ЦПА ИМЛ, Ф.2, оп. 1,ед. хр. 14179.

[3] В. А. Смирнов. Реквием ХХ века. Часть II, Одесса, Астропринт, 2003. Дело А. А. Сухова.

[4] Мовчан В. А. Дмитро Костянтинович Третьяков, Київ, 1946

[5] Гликсберг Шимон Яаков, Википедия. Раввин Шимон Яков Гликсберг. Еврейская Одесса. (Русский перевод А.Гликсберг). Всемирные Одесские Новости, #1 (75), Март 2010. "Bamishor", 20-27 April 1944 (Hebrew).

[6] Rabbi Shimon Ya'akov Halevi Gliksberg. The Ha'avar (Tha Past), 1955

[7] Митрополит Александр Введенский (1889-1946). Церковный Некрополь, 2011.

[8] Луначарский А.В. Христианство или коммунизм. Диспут с митрополитом А.Веденским. Л. 1926. С. 45-75.

[9] Baruch Bar-Tikva. Rabbi Rashi Gliksberg in the Faith Debates in Odessa. (Memories of the Period), Ha'avar (The Past). Book 19, 1972. Tel-Aviv. (Russian translation by A. Gliksberg)

[10] Г. Я. Колтунов. Пятый грех / записки полуинтеллигента. Предисловие Е. Каракиной. ГКТП Одесскнига, Одесса, 1998.

[11] Я. М. Зильберберг. Профессор Яков Владимирович Зильберберг: Врач, учёный, личность. Журнал он-лине "Вестник, # 5, (290), 28 февраля, 2002 г.

[12] Раввин Абрахам Кацнелленбоген, Адмур Луцка (1881 - 1943), отец Баруха Бар-Тиквы.

[13] Anna Shternshis. Soviet and Kosher. Jewish Popular Culture in the Soviet Union, 1923-1939. Indiana University Press, 2006.

 

 

Напечатано в «Заметках по еврейской истории» #10(79) октябрь 2013 berkovich-zametki.com/Zheitk0.php?srce=79

Адрес оригинальной публикации — berkovich-zametki.com/2013/Zametki/Nomer10/Gliksberg1.php

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 998 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru