litbook

Поэзия


Живущие после0

Деннис Нурксе родился в 1949 году. Американский поэт эстонского происхождения (в 1928 году его семья эмигрировала в Канаду из СССР). Дважды лауреат Национального фонда поддержки искусства США, автор восьми книг стихов. Преподавал литературное мастерство в университетах Нью-Йорка и Майами, а также на курсах для заключенных. В настоящее время преподает в Колледже Сары Лоуренс в Нью-Йорке.

 

Валентин Емелин родился в Москве. Кандидат химических наук, магистр общественного управления. Переводит с английского, шведского и норвежского. Живет и работает в Арендале (Норвегия).

 

 

 

ПСАЛОМ ДЛЯ ЧТЕНИЯ С ЗАКРЫТЫМИ ГЛАЗАМИ

 

Неведенье пронесет меня до последних дней

через города язвы, соленые устья рек,

кишащих медузами, как когда-то извне

отец пронес меня от машины наверх,

до белой постели, а я так и не знал,

проснулся ли я, или все это вижу во сне.

 

 

РАЗЛУКА НА СОЖЖЕННОМ ОСТРОВЕ

 

Братья и сестры, живущие после нас,

не бойтесь нашего одиночества,

изжеванного мяча, компостерных дырок,

прокушенных псом в оранжевом фрисби.

 

Не скорбите о змее воздушном, запорошенном пылью,

о старой бечевке, обвившей лодыжку, о сломанных крыльях.

 

Мы жили в супружестве, мы касались друг друга

руками, и волосами, лишенными ощущенья,

но осязаемыми роскошно; и обещаньями.

 

Мы вмяли в песок следы от велопокрышек

– они не для вас – эта окаменелая спичка

есть последняя статуя нашего Короля.

 

Мы жили меж Лебедем и Орионом,

обижаясь на то, что Плеяды размыты,

в доме, как у соседей – точно таком же:

окна лесенкой, неистребимые муравьи,

телевизор – окошко в мозг,

болтающий без передышки, терраса

красного дерева с видом на океан.

 

Все было покрыто песком; даже швы

кружевного белого платья, кружка ребенка

под крышкой, часы под стеклом, деловые бумаги.

 

И мы были – как вы, или старались. Разделили наш клад

(сиенскую брошку и цельномраморный шарик),

глубоко процарапали имена, и отправились к дому, назад,

наши пути разошлись, но наш брак продолжался без нас,

в завихрениях голоса чаек.

 

 

НОЧЬ В БРУКЛИНЕ

 

Мы расстегнули пуговицу,

выключили свет,

и на этой узкой постели

построили город –

водонапорные башни, цистерны,

битум крыш раскаленных,

парки, отстойники, вены дорог,

Канарси, запутанные каналы,

подводные горы и побережье,

острова и утесы, еще один континент,

только с помощью наших ладоней

и кончиков языков, наконец,

создали саму темноту,

должен был наступить рассвет,

и мы закрыли глаза,

вели отсчет про себя,

пока солнце не встало,

и нам не пришлось все разобрать,

поскольку в мире мог быть

только один Бруклин.

 

 

ПРОСПЕКТЫ ЦЕНТРАЛЬНОГО КУИНСА, ИСПОЛОСОВАННЫЕ ДОЖДЕМ

 

Это плохо кончается, этот бокал вина,

прежде чем выпьешь –

надо прикончить предшествующий до дна,

прежде чем пригубить – глотаешь,

прежде чем осушить бутылку,

ее заливаешь в глотку,

прежде чем лечь нагими в постель,

мы разводимся, прежде чем отдохнуть,

мы стареем, все кончается хаосом,

ну не прелестно ли? Это –

прошлое, когда мы просыпаемся,

мы – лики взирающих из

светлых, стрельчатых окон,

невстретившиеся любовники,

несуществующие соперники,

единые в свете сияния,

не исчезающего с рассветом.

 

Перевод c английского Валентина Емелина

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1015 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru