litbook

Проза


Мотанка0

Игорь и Юля любили друг друга так сильно, что испытывали страх. Молодым людям казалось, что столь сильное чувство способна остановить лишь смерть. И пускай им было рано об этом думать, но щемящая тревога порой омрачала бесценные мгновения их совместного счастья.
– Что с тобой? – спросила Юля, заметив, как он побледнел.
– Всё нормально, – улыбнулся Игорь, вынув ключ из замка зажигания.
Он посмотрел через окошко машины на пятиэтажный дом с фасадом из окрашенного кирпича и отыскал глазами тёмные окна своей квартиры. Улыбка против воли исчезла с его лица.
– Точно, всё нормально?
Игорь поцеловал девушку:
– Всё не просто нормально. Всё отлично! Ведь ты сейчас со мной.
Они встречались уже месяц, и он первый раз привёз Юлю к себе. Девушка, сжимая букет белых роз, бежала за ним по лестнице. Едва они разделись, Игорь принялся показывать гостье свою квартиру. Через длинный коридор они прошли в уютную кухню, стены которой были выложены кафелем цвета кофе с молоком, заглянули в санузел с белоснежной чугунной ванной, размер которой казался больше стандартного и наталкивал на мысли о том, что в ней должно быть очень приятно лежать и плескаться вдвоём, и на её широких углах Юля сразу присмотрела места для свечей. Полки дубового шкафа гостиной пестрели корешками книг, а напротив кожаного дивана расположился домашний кинотеатр. Игорь собрал ладонью белый сноп из ткани полупрозрачной занавеси, и аккуратно отодвинул в сторону, чтобы открыть балконную дверь и впустить свежий воздух в комнату. Юля полубоком высунулась на балкон и восхищённым взглядом окинула вид на уютный вечерний двор. Когда экскурсия дошла до спальни, с большой двуспальной кроватью, они в ней надолго задержались. Где-то в полночь Игорь встал с постели, чтобы проверить дверь, которая оказалась незапертой, и поставить цветы в вазу. Вернувшись, он лёг в постель, и только собрался чмокнуть возлюбленную в щёку, как она вздрогнула и проснулась. Приподнявшись на матрасе, она встревоженно посмотрела в сторону Игоря и, тяжело ворочая языком после пробуждения, произнесла:
– Зачем? Зачем ты мне это сказал?!
Он сразу понял, что ей приснился кошмар и попытался успокоить девушку. Юля резко схватила его запястье, так словно он хотел не погладить её, а ударить.
– Я ничего не говорил!
– Ты сказал: убирайся отсюда!
На его лице отразилось беспокойство.
– Тебе приснилось!
Во мраке глаза проснувшейся девушки приобрели осмысленность. Она поцеловала его руку с тыльной стороны и отпустила.
– Да, точно приснилось. Голос был женским, – вспомнила она, спрятав ладони под подушкой.
– Вот и хорошо, – кивнул он.
– Если ты только не прячешь здесь женщин…
– Утром я разрешу проверить тебе все шкафы и закутки квартиры, а сейчас спи, – распорядился он, улыбнувшись.
Юля послушно закрыла глаза, и он поцеловал её.
Игорь вскоре уснул, а она ещё долго ворочалась – так, словно Морфей не решался взять в свои объятия девушку на непривычном для них обоих месте.
Утром запах кофе разбудил Юлю, и она, боясь опоздать на работу, подскочила с кровати. Игорь, стряпая завтрак, услышал пронзительный девичий крик и опрометью выскочил из кухни в гостиную. Девушка застыла перед журнальным столиком, скатерть которого была усыпана лепестками роз. Некоторые стебли оказались, словно нарочно, сломаны.
– Зачем ты это сделал? – спросила она.
– Я ничего с ними не делал!
– А кто тогда? – спросила она.
Игорь растерянно пожал плечами. Он хорошо помнил, как ставил букет в вазу перед сном – тот был целым и свежим. Любые догадки относительно того, что случилось с букетом, порождали самые неприятные версии, и он решительно их откинул.
– Никто с ними ничего не делал! Наверное, такие цветы подсунули, не пережили даже ночь, – нашёлся он.
– Может, ты их уронил? – девушка выпрямила согнутый пополам стебель, который тут же, едва она перестала его поддерживать, откинулся вниз под непосильной тяжестью бутона.
– Вроде бы не ронял, – ответил Игорь. – Я куплю тебе новые цветы. Не переживай! – попросил он, прижимая к себе девушку.
Они переместились в кухню, пора было завтракать и спешить на работу. Игорь трудился в небольшой строительной фирме – работа не особенно нравилась, но пока устраивала. Юля работала продавщицей в спортивном магазине торгового центра, где они и познакомились. Девушка тайком читала книгу новомодного философа, и парень, словив её за этим занятием – разговорился с ней, и пригласил в театр. Юля заканчивала заочное обучение в университете и мечтала о чём-то большем, так же, как и он. Найдя друг друга, они поняли, что, как бы ни складывалась их дальнейшая жизнь и карьера – им уже повезло. В личной жизни они были счастливы и старались это счастье оберегать.
В машине Юля была задумчива – он списал это на недосып. Вечером, купив после работы новые цветы, он встретил девушку, и они снова поехали к нему.
Ночью кошмары продолжили мучить Юлю. Зловещие голоса, грозящие ей из углов спальни и требующие от неё убираться отсюда, сосредоточились в одном месте и даже обрели плоть. Грозная фигура возвышалась у изножья кровати и, забравшись на неё, поползла к девушке. Она была одета в мешковину, на лице маска, перечёркнутая крест-накрест широкой лентой с мрачным орнаментом. Юля хотела закричать, но руки в тканых рукавицах закрыли ей рот, и она начала задыхаться. Игорь спал крепким сном, не подозревая об отчаянной борьбе. Юля протянула руку к маске и сорвала ленту, закрывавшую её глаза. Увиденное было столь ужасно, что девушка проснулась. Она села в кровати и прикоснулась рукой к мирно спящему Игорю. Он не реагировал, и тревожный страх овладел девушкой. Она положила руку ему на грудь и сразу успокоилась, ощутив биение сердца и мерное дыхание лёгких. Юле показалось, что за ней снова кто-то наблюдает. Обернувшись, она увидела на комоде перед кроватью куклу-мотанку. Кукла с чёрным крестом вместо лица вызвала у неё иступлённый ужас. Девушка подошла к комоду, и схватив невесомую куклу, спрятала её в шкафчике гостиной, заперев дверь спальни.
Она уже готова была заснуть, как вдруг дверь спальни резко распахнулась настежь, и в проёме застыла фигура в человеческий рост, костюм которой в точности повторял внешний облик изгнанной из спальни куклы-мотанки.
Но, наверное, это всё-таки был сон. Юля в этот момент спала, свернувшись калачиком.
Утром Игорь решил сделать Юле приятный сюрприз и принёс завтрак в постель. Девушка пригубила кофе и поставила маленькую чашку на блюдце с таким звоном, словно хотела разбить кофейную посуду.
Он спросил, что случилось, но девушка не видела его. Она смотрела на куклу, возвышавшуюся на  прежнем месте, посреди комода.
– Зачем ты снова её здесь поставил? Мне снились кошмары из-за неё!
Игорь равнодушно глянул на куклу и покачал головой:
– Я не трогал её.
Девушка с недоверием покосилась на молодого человека.
– Я только собрал разбросанные книги на ковре, а к ней даже не прикасался. Тебе, наверное, приснилось…
Юля не знала, что ответить. Она помнила, что прятала куклу в шкаф, и разбросанные книги свидетельствовали об этом. Но в голове был такой сумбур, что она сама сомневалась в себе.
– Как мы можем быть вместе, если ты обманываешь меня? – спросила она. – Ты точно не трогал её?
– Точно! Клянусь! Смысл мне врать из-за такой ерунды?
Действительно, врать было не из-за чего, и Юля легко поверила ему.
Вечером того же дня она, собрав дома необходимые вещи, переехала к нему. Осваиваясь в квартире, она каждый раз испытывала дискомфорт в спальне. Когда читала книгу в свете торшера – ей казалось, что кукла смотрит на неё. Когда, взгромоздившись на ненадёжную конструкцию из двух табуретов, Юля вытирала пыль на шкафу, вставая на цыпочки, чтобы достать самые дальние закутки, ей показалось, что мотанка стоит иначе, чем раньше, словно обернулась в её сторону. В выходной день, оставшись одна, она, поливая на подоконнике цветы, снова почувствовала за собой слежку, и обернувшись, встретила устремлённый на себя крест. Теперь кукла была повёрнута в сторону, противоположную шкафу – это было трудно оправдать случайностью, и Юле было боязно вылезать из-за занавеси, разделявшей их, точно похоронный саван.
Капли воды упали на ламинат между босых ног девушки. Она не заметила, что жидкость пролилась из горлышка неловко опущенной лейки. Юля резко дёрнула занавесь и, подойдя к комоду, взяла мотанку в руки. Сидя на кровати, она разглядывала куклу, прощупывая её, и понятно, что не нашла никаких механизмов, способных привести её в движение.
Кукла была сшита и связана из белого полотенца, и одета в клетчатую чёрно-белую рубашечку и пышную юбку из чёрной джинсовой ткани; наряд такой имел мало общего с народными костюмами. Ленты, делившие лицо на четыре части, проходя от лба к подбородку и вдоль глаз, были траурного цвета с мрачным орнаментом в готическом стиле. На шее висело подобие мониста – связка обычных женских браслетов из бус и камушков, какие носят на запястьях с весенне-летними нарядами. Юля попробовала отодвинуть в сторону ленту – та оказалась не пришитой. Из-под ленты на девушку уставились большие чёрные глаза! Холодок прошел по спине Юли – глаза, конечно, были не настоящими, вышитыми из чёрных ниток с нанизанными бисеринками, но производили гипнотическое действие. Тело девушки отяжелело, а потом перестало подчиняться ей. Застыв с куклой в руках, она сидела на кровати и до неё доносились голоса, фонящие по углам комнаты, и в этих потусторонних угрозах отчётливо было слышно последнее предупреждение, требование убираться из этой квартиры, сулящее в случае невыполнения – смерть!
Лицо куклы заколебалось маревом перед глазами девушки и начало увеличиваться, поднимаясь, как дым от костра. Из транса Юлю вывела острая боль, и она, вскрикнув, уронила мотанку на пол. Подушечка указательного пальца сочилась кровью. «Скорей всего, пронзила одной из булавок», – думала она, промывая рану под краном. Когда она зашла в спальню – кукла возвышалась на прежнем месте, но она не помнила, сама ли её туда поставила или нет.
Юля поборола желание спрятать мотанку – клин клином вышибают, нужно было просто перебороть в себе страх перед ней. Ничего эта кукла не может сделать, и привыкнуть к её присутствию будет более действенным способом борьбы, чем просто прятать её.
Юля читала в кровати книги по психологии, и поглядывала на куклу. Несколько дней ничего странного не происходило, не было кошмаров, и она перестала замечать её. Игоря на один день отправляли в командировку, и на вопрос – желает ли она остаться у него или поехать к своей маме, Юля уверено ответила, что побудет эти дни у него.
Проводив Игоря на вечерний поезд, девушка в непривычном одиночестве поужинала перед телевизором. Читая книгу, она, дав отдых глазам, незаметно заснула. Ей снились ножи, отвертки, полотенца – всё это хранилось в шухлядках кухонного стола, которые она отодвигала, словно искала что-то, но не вещь, а ответ на вопрос. Ей слышался зловещий раскатистый смех, но проснулась она от приятной мелодии, слушая которую, не хотелось вставать, и она бы спала дальше, если бы не знала, что эта романтическая мелодия установлена на звонки от Игоря.
– Алло, любимая – всё в порядке?
Ей хотелось ответить ему, но воздуха в легких не было. Встрепенувшись, она резко встала на кровати и почувствовав запах газа, бросила телефон на постель и мигом выбежала из спальни.
Игорь кричал в трубку, а Юля, ворвавшись в кухню, не включая свет, услышала шум газа из конфорки и, подойдя к плите, перекрыла газовый ключ на трубе.
Настежь открыв рамы кухонного окна, она случайно опрокинула горшочки с цветами, которые со звоном обрушились на кафель. Девушка, проветривая квартиру, везде распахнула окна и даже парадную дверь.
Включив свет, она обнаружила, что забыла выключить конфорку, или та просто провернулась. Или… Нет, про куклу она даже не хотела думать, но недобрый смех, звучавший во сне, снова доносился до неё. Как доносился звонок Игоря, сбрасывавшего вызов и снова звонившего.
– Ты спас мне жизнь! – сказала она, и поведала о случившемся.
– Я не мог не позвонить! Хочешь, я вернусь? – взволнованным голосом произнёс он.
– Нет, что ты! Не стоит!
Произошедшее теперь казалось ерундой, но она вздрогнула, посмотрев на мотанку, возле которой лежала опрокинутая их общая с Игорем фотография. Забрав из спальни фоторамку и подушку с одеялом, девушка устроилась на диване в гостиной.
Следующую ночь она провела у себя дома, с мамой. А на следующий день Игорь вернулся и, достав из бара шампанское, предложил выпить за её спасение.
– Давай без алкоголя! – отказалась Юля. – Я хочу быть трезвой, чтобы понимать, что всё происходящее – не плод воспалённого воображения.
Ночью Игорь, засыпая, крепко держал Юлю в объятиях, а девушка смотрела на куклу.
Это была ещё одна бессонная ночь. Кошмары с новой силой навалились на Юлю так, словно злая сила, после неудачной попытки уничтожить девушку в отсутствие Игоря, решила досадить ей таким способом.
Связывая происходящее с мотанкой, девушка решила побольше разузнать о подобных куклах, и направилась в краеведческий музей, где когда-то их видела.
Старый паркет скрипел под ногами, Юля скользила взглядом по стендам с фотографиями и экспозициями, воссоздающими быт людей, живших в этих местах сотни лет назад. Безликий манекен в красном платке и вышитом национальном костюме застыл возле деревянной прялки, сабли, ятаганы и мушкеты висели за стеклом, как противопожарные принадлежности, дожидающиеся своего часа. Девушка прошла в комнату, где хранились различные игрушки из глины, музыкальные инструменты, и было несколько кукол мотанок самого неказистого вида. Возле двери, на стульчике, сидел работник музея – пожилой седовласый мужчина, которого она решила расспросить про кукол.
Мужчина прошёл к экспозиции, рывком открыл замок и извлёк одну из кукол, которую любезно протянул девушке. Юля с благоговением взяла игрушку-оберег и рассмотрела её на свету, который пыльными конусами проникал в это полутёмное помещение через мутное окно с деревянными переплётами.
Ничего особенного в мотанке не было – тряпка тряпкой, незамысловато связанная в виде человеческой фигурки.
– Обычаю делать такие куклы – уже несколько сотен лет, – сказал музейный работник, прокашлявшись. – Он пришёл к нам в стародавние времена с Востока. В бедных семьях они заменяли игрушки детям, но основное предназначение – обереги. Их делали с самыми разными целями, и во многом магические свойства куклы зависели от человека, который её создавал.
Юля провела указательным пальцем по полоске закрывавшей глаза мотанки.
– Скажите, а почему у неё нет глаз?
Мужчина кивнул, всем видом одобряя прозвучавший вопрос:
– Обрядным куклам не делали глаза – это считалось очень плохо.
Вышитые глаза мотанки, выглянувшие из почти траурных лент, вновь мелькнули в памяти Юли, и ей стало не по себе.
– Откуда у тебя эта кукла? – спросила Юля у Игоря во время ужина, рассказав о посещении музея.
– Мама подарила! – ответил он и, с недоумением глядя на девушку, сказал. – Нет там никакого злого духа! Тоже мне придумали…
– Отвези её к маме. Или выкинь, – попросила Юля.
Он насупился и вышел из за стола, вернувшись вскоре с мотанкой в руках.
– Тебя пугает эта тряпочка, связанная в виде человечка? – усмехнувшись, спросил он и подбросил куклу в руке. – Если развязать – тряпка не будет тебя пугать?
– Лучше выкинь, тряпке место на свалке! – ответила Юля.
Игорь вышел в коридор, и входная дверь хлопнула за ним.
Юля прижалась к оконному стеклу и вскоре увидела Игоря, направляющегося к мусорным контейнерам. Его рука замерла в воздухе, но не решилась отпустить куклу. Он задумчиво посмотрел на мотанку и, достав из кармана телефон, кому-то позвонил. Следующий его звонок был адресован Юле – он сообщил о том, что ненадолго съездит к маме.
Мама пыталась накормить Игоря, извлекая из холодильника то кастрюлю с супом, то казанок с жарким, но он отказывался от ужина. Увидев яблочную вертуту, он согласился присесть за стол, выпить чай.
– Эта кукла тебе дорога? – спросила мать, ставя чайник.
– Очень, я не могу её выкинуть, – покачал головой он.
– Ты не хочешь рассказать своей девушке про неё?
– Думаю, что сейчас этого не стоит делать… Юле постоянно снятся какие-то кошмары, и она связывает это с мотанкой. Если я расскажу про куклу – она лишь утвердится в своем мнении, и я буду виноват. Пусть лучше эта кукла будет у тебя.
Мать поставила перед ним чашку с тарелкой и нарезала угощение большими ломтями.
– Девушки зачастую впечатлительны. А ещё есть женская интуиция, когда ничего не понимаешь, но чувствуешь так, словно кто-то на ухо правду нашёптывает…
– Вот-вот, – согласно кивнул Игорь. – Я думаю, что исчезнет кукла – исчезнут и проблемы.
Вскоре Игорь отодвинул от себя чашку с тарелкой и начал собираться домой. Мать не хотела отпускать его с пустыми руками и вручила сумку, наполненную банками с домашними закрутками фруктов и вареньем. Едва он зашёл к себе, чмокнув Юлю в щёку, в коридоре зазвонил телефон, и он, сняв трубку, услышал голос матери. Женщина не могла найти куклу и подумала, что сын передумал оставлять её. Игорь осторожно поглядывая на Юлю, ответил маме, что ничего не забирал.
Повесив трубку, он озабоченно покосился на сумку, привезённую от мамы. Кроме законсервированных банок, там ничего не было, и он упрекнул себя за легковерность.
Ночью Юле приснилось, как со скрипом открывается дверь спальни, и что-то приближается к ней. Она всматривалась в черноту проёма, но ничего не видела. Чувство тревоги пробудило её ото сна, и девушка, глядя на дверь, привыкла к темноте, и переведя взгляд на комод, едва не закричала, увидев на нём мотанку.
Она растолкала Игоря. Он, проснувшись, включил свет и, взяв в руки куклу, не мог поверить, что она снова оказалась в квартире, да ещё и на старом месте. Его пугала не столько кукла, сколько он сам. Если до этого он мог обвинять Юлю в домыслах, то теперь боялся того, что с ним происходит нечто, неподвластное ему. Он пытался вспомнить, как брал куклу, но все действия последнего вечера помнились ясно, чуть ли не до секунды, не было ни одного мгновения, позволившего бы ему заподозрить, что он потерял над собой контроль. Но как же тогда?..
– Не могу в это поверить! – несколько раз повторил он на кухне.
– Но мне теперь веришь?
Юля закурила сигарету из пачки, забытой друзьями Игоря. Облокотившись на кухонную столешницу за спиной, она глубоко вдыхала дым, глаза бегали по сторонам, иногда останавливаясь на молодом человеке, согнувшемся на табурете.
– А может, ты просто разыгрываешь меня? – спросила девушка. – Признайся – это розыгрыш! Тебе нравится издеваться надо мной!
– Ничего подобного, – ответил он, качая головой.
– Врёшь!
– Не вру! Клянусь – не вру! – с обидой в голосе выпалил Игорь.
– Хорошо, раз клянёшься говорить правду, скажи – откуда у тебя эта кукла?
Он посмотрел на девушку затравленным взглядом и опустил глаза в пол.
– Подарок.
– Это я знаю. Чей?
– Бывшей девушки.
Глаза Юли округлились, хотя в этот момент она поняла, что всё это время подозревала нечто подобное.
Игорь достал из навесного шкафчика бутылку коньяка и, плеснув немного в стакан, рассказал про подарок:
– У меня была девушка по имени Варвара. Она очень любила меня. И я её, – он осёкся, глянув на Юлю, потянувшуюся за новой сигаретой. – Однажды она подарила мне эту куклу, и просила дать клятву, что я эту куклу буду всегда хранить, как память о ней, что бы ни случилось. Мы не собирались расставаться, всё шло к свадьбе, но случилось так.., – голос его задрожал, – что она погибла. Возвращаясь поздним вечером от подруги, она не справилась с управлением на обледеневшей дороге и попала в аварию. Это были первые дни зимы, её крохотную малолитражку в гармошку расплющило о столб.
– Мне очень жаль, что так вышло, – сказала Юля, глядя на Игоря. – Эта мотанка – её колдовской оберег. Она продолжает воздействовать на тебя, через этот предмет.
Он покачал головой, не соглашаясь с ней, а Юля несколько раз утвердительно кивнула:
– Скажи, ты её ещё любишь? Если любишь – эта кукла будет держать тебя в плену, и ты против воли можешь начать совершать поступки, по сравнению с которыми перепрятывание этой игрушки покажется ерундой. Ты ещё любишь её?
Игорь, глядя на Юлю, молчал.
Сигарета догорала в руке девушки.
– Тебя я больше люблю, чем её, – наконец ответил он.
– Но её ещё любишь!
Юля раздавила окурок в медной пепельнице.
– Пока ты не разлюбишь её, кукла будет иметь власть над тобой. Избавься от неё!
Девушка взяла со столика свой мобильный телефон и заказала такси.
Игорь пытался её остановить, но Юля была непоколебима. А когда он предложил отвезти её, она наотрез отказалась и принялась спешно собираться.
Игорь, проглотив комок в горле, взглядом из окна провожал такси, увозящее девушку. Когда машина скрылась, он взял в руки мотанку и снова вспомнил данную когда-то клятву – хранить её. Варвара наделила оберег магическими свойствами, но это не пугало его. Даже самые рациональные девушки склонны верить в гадания и приметы, но он, даже будучи выше всего этого, не мог нарушить слово и выкинуть куклу. Держа её на руках, он проводил пальцем по монисту, когда-то украшавшему запястье девушки, иногда в те моменты, когда на ней ничего, кроме этого браслета, не было. Чёрная джинсовая юбочка напоминала о старых джинсах, обтягивавших её бедра на первых свиданиях. С новой силой он вспоминал Варвару и, поставив куклу на прежнее место, уснул. И бывшая девушка явилась ему во сне, там, где была неразличима граница между грезами и явью. Он говорил с ней, они снова были вместе, и он давал ей новые обещания. Проснувшись, он не помнил детали сна и даже не сразу понял, что в постели он один.
Юля, хоть и уехала от Игоря, ни на минуту о нём не забывала, как не забывала и о кукле. Непривычно одинокий вечер первого дня без своего любимого она решила посвятить поиску информации о куклах-мотанках. Она нашла женщину средних лет, которая занималась их изготовлением, и договорилась о встрече на следующий день.
Это была суббота, день, когда в центре города особенно много праздношатающегося народа. Юля, пряча руки в изящной шёлковой шали, шла по Приморскому бульвару мимо скамеек, облюбованных пожилыми людьми и влюблёнными парами, вдоль прилавков, заполненных всевозможным рукоделием, за которыми стояли молодые женщины, участницы ярмарки хэнд-мейда. Чего там только не было – часы со стеклянными циферблатами самых необычных форм – от хвостатых рыб и пузатых котов до зелёных бутылок с пейзажами вместо этикеток, многочисленные фигурки, выдутые из разноцветного стекла, окружали пока ещё пустые фоторамки с обрамлением из переплетённых цветов. Декупаж покрывал всевозможные поверхности от цинковых ведёр и бидонов до спичечных коробков, самодельная бижутерия поражала своим разнообразием. На одном столе буквально росли деревца разных размеров и родов, украшенные вместо листьев сверкающими самоцветами, другой стол был разделен полочками на несколько горизонтальных уровней, и на этой лесенке, укрытой серебристой скатертью, как в садах Семирамиды, стояли корзинки с цветами из бисера, от лютиков и ромашек до гвоздик и цветущих кактусов. На каждом втором столе был зоопарк из мягких игрушек, выполненных в разных техниках – зайцы и слоники, котики и популярные мишки-тедди, без которых не обходилась ни одна подобная ярмарка. Оглядев столик с куклами в кружевных нарядах и шляпках, Юля обернулась на окрик и увидела за столом с куклами-мотанками чуть полную, темноволосую женщину в рубашке, вышитой национальными мотивами. Многочисленные мотанки на витрине скучились, как зайцы в лодке деда Мазая, и не внушали страх, ведь они были такими же красивыми и яркими, как и всё вокруг, да и сама хозяйка не походила на мастерицу, способную вдохнуть в свои творения зло.
– Я вас узнала по фотографии, – сказала она.
– Здравствуйте, Квитана, – произнесла Юля её необычное имя, которое вряд ли было настоящим, но бесспорно шло цветущего вида женщине.
Мастерица предложила отойти в сторону пообщаться, и они, купив капучино у водителя переоборудованного под кофе-бар пикапа, устроились на скамеечке.
– Вы хотите приобрести мотанку? – спросила Квитана.
– Я хочу избавиться от неё, – возразила Юля и, увидев удивление на лице женщины, вкратце поведала ей приключившуюся историю.
Квитана, слушая, лишь качала головой, и поглядывала на своих кукол, словно думала, что и от них можно ожидать чего-то недоброго.
– Всё понятно с этой куклой. Это любовный оберег на верность, призванный оберегать любимого человека от измен и соперниц. Такая кукла очень ревнива и опасна для других девушек. Он должен вернуть эту мотанку бывшей возлюбленной и попросить уничтожить.
– Той девушки нет в живых, – ответила Юля.
– Есть фотография куклы?
– Я не подумала о том, чтобы её снять, да мне и не хотелось бы подобное фото носить с собой, – пояснила Юля, прикусив губу. – Но там есть одна особенность, которая может быть важной… Под лентой у неё вышиты глаза.
Квитана медленно покачала головой:
– Это нельзя ни в коем случае делать! Мотанки – ритуальные по своему назначению куклы, их специально делали без глаз. Считается, что мотанка, созданная для колдовства, с глазами отбирает часть души у того человека, который её сделал. А когда человек этот умирает – его душа переселяется в мотанку. Душа той девушки переселилась в эту куклу!
Юля содрогнулась от услышанного и натянула на плечи шаль, ей было жутко от того, что погибшая девушка могла наблюдать за ними все эти дни. И до сих пор наблюдает за Игорем.
– Та девушка погибла, скорей всего, из-за куклы, глаза, отбирающие часть души – ослабляют человека, рассеивают его внимание!
– Она разбилась за рулём, – подтвердила предположение мастерицы Юля.
– Всё сходится, – кивнула Квитана.
– И что мне теперь делать?
– Нужно вернуться к нему и самой выкинуть куклу. Парень вряд ли сам сможет избавиться от неё – мотанка влияет на него.
Юле страшно было представить, что Игорь находится под влиянием какой-то куклы, в которой к тому же обитает дух его погибшей возлюбленной.
– И это ещё не всё! – сказала Квитана. – Парень твой в серьёзной опасности! Кукла эта не только оберегает от соперниц – она хочет с ним соединиться на том свете! Душа у этой девушки достаточно сильная, чтобы покинуть мотанку. И раз она так сильно его хочет – то найдёт способы довести до гибели!
Юля вспомнила, как чуть не задохнулась от газа, и побледнела. Уж если на неё кукла повлияла, то Игорь, который, по её мнению, неосознанно перекладывал эту куклу – тем более находился в опасности.
Нельзя было терять ни минуты!
– Мне нужно идти, – сказала Юля, поднимаясь со скамейки.
– Если будет нужна помощь, вот.., – Квитана протянула визитку. – Поторопись, душа этой девушки не может долго существовать в двух мирах. Но будь осторожна!
Распрощавшись с мастерицей, девушка сразу направилась к Игорю, укоряя себя в том, что бросила его наедине с куклой. Только бы не было поздно! Он не открывал дверь, и она, подёргав ручку двери, набрала его номер, и взволнованно ждала ответа.
– Ты дома? – услышала она его вопрос.
Игорь, купив цветы, подъехал к Юле, чтобы помириться, и включив поворот, уже высматривал место для парковки. Он удивился и одновременно обрадовался, узнав, что девушка стоит под его дверью.
– Никуда не уходи! Я скоро буду, – сказал он.
Юля присела на скамеечке перед детской площадкой. Она глядела на малышей, облепивших качели, и соседей, выгуливающих собак, и не верила в реальность происходящего. Вспомнились школьные годы, когда она с подружками гадала на Крещение, во время этих занятий она чувствовала, что у знакомого мира появляется пугающая изнанка, на которую, тем не менее, так хотелось посмотреть, и казалось, что мир станет серым без неё.
Пока девушка окуналась в воспоминания, подъехал Игорь. Парень, выбравшись из машины, достал с заднего сиденья букет осенних цветов и с довольным видом направился к своей возлюбленной.
Расцеловавшись, они немного посидели на скамейке, и Юля поведала о встрече с мастерицей.
– Если эта кукла действительно может угрожать, то мои клятвы недействительны. Выкинь её! – твёрдо произнёс Игорь, протянув ключи.
Он остался внизу, а девушка поднялась в квартиру и, разобравшись с замками, осторожно вошла внутрь.
Мотанка возвышалась на своём месте, глядя чёрным крестом в стену над изголовьем кровати. Девушка нашла в кухне кулёк и брезгливо запихнула в него куклу.
Когда она вышла из парадной, Игорь почти демонстративно отвернулся в сторону, и она, пройдя к мусорным контейнерам, пропихнула кулёк в скопившуюся горку мусора.
– Теперь я буду твоей куклой! – радостно объявила Юля.
Он обернулся и заключил девушку в объятия. Целуясь, она приоткрыла глаза и увидела, как бродяга, вытянув кулек из контейнера, рассматривает куклу.
– Идём ко мне! – прошептал Игорь.
– Да, конечно! – сказала она.
В парадной, когда Игорь закрывал дверь, Юля успела разглядеть мужчину уходящего с выкинутой куклой. Игорь же взял девушку на руки и поднял на свой этаж.
До следующего дня они не выходили из квартиры. Юля смотрела на комод, не веря, что всё-таки избавилась от куклы, и думала о бродяге, забравшем её. Игорь тоже временами размышлял о кукле, испытывая угрызения совести из-за того, что позволил её выбросить. Обоим теперь казалось, что они приписывали мотанке сверхъестественные качества, которыми та не обладала. Избавиться от куклы оказалось совсем несложно.
Вечером они пошли в кино на романтическую комедию, и Юля смеялась, чего с ней давно не было. Игорь нежно улыбался, глядя на неё в полумраке и весь сеанс держа за руку. Они вышли из кинотеатра, и казалось, что романтическое настроение фильма выплеснулось оттуда вслед за ними и распространилось на весь город. Домой они не спешили, весёлая музыка продолжала звучать в ушах, но вскоре в парадной словно кто-то сменил пластинку, и эта новая мелодия навевала тревогу. Юля, переодевшись, зашла в гостиную и увидела, что лицо Игоря, застывшего на пороге спальни – чернее тени.
Она догадалась раньше, чем он произнёс:
– Она там!
Девушка хотела пройти в спальню, но он преграждал ей путь:
– Ты мне не веришь?
Юля, протиснувшись мимо, заглянула в спальню и увидела мотанку, невозмутимо стоявшую на старом месте.
Девушка не могла вообразить, как утащенная бродягой кукла оказалась здесь снова. Разве что Игорь сам смастерил её, но Юля понимала, что хоть этот вариант и был более реалистичным, на самом деле всё было не так.
– На ней пару пятнышек крови, – многозначительно сообщил Игорь.
Дрожь прошла по спине Юли. Он взял девушку за руку и потащил в кухню, закрывая за собой двери.
– Надо сжечь её! – шепнул он ей на ухо
– Надо было ещё вчера это сделать! – прошептала в ответ она.
– Да кто знал! Не могу ничего понять…
Их лица радостно просияли от такого простого решения. Игорь, приободрившись, прижал к себе Юлю и заговорщицки прошептал:
– Поехали, сделаем это в каком-нибудь заброшенном месте…
Юля покачала головой:
– Я не хочу, чтоб ты с ней ездил!
Игорь согласился:
– Хорошо, здесь будет быстрее и надёжней. Я сгоняю за бензином, сожжём её в старой кастрюле. Сможешь побыть одна?
Юля кивнула:
– Возвращайся скорей!
Игорь побежал вниз, а Юля, на цыпочках пройдя в спальню, посмотрела на мотанку. Лицо перечёркнутое чёрным крестом, внушало такой страх, словно крышка гроба стояла перед их кроватью. Потусторонний ужас охватил девушку и она, дрожа, на ватных ногах, вернулась в коридор. Сидя на краешке стула, она изнывала от нетерпения в ожидании Игоря.
Он принёс небольшую канистру и поставил на кафель в ванной. Юля приготовила спички – картонный коробок в руках стал мокрым.
Игорь прошёл в спальню и крикнул:
– Её нет!
Услышав это, Юля испытала злость. Вбежав в спальню, она посмотрела на пустой комод, заглянула за дверь. Игорь открыл шкаф, явно надеясь найти в нём кого-то, кто перекладывал куклу. Но в шкафу не было ни человека, ни куклы.
Едва он закрыл зеркальные дверцы, Юля радостно закричала:
– Она под кроватью! Я видела отражение!
Мотанка, действительно, отразилась в зеркале, только когда они сняли покрывало и полезли её доставать, исчезла.
Юля вытряхнула покрывало и тщательно его осмотрела, надеясь что кукла зацепилась за него каким-то образом, но не нашла её.
Она посмотрела под занавесью, под батареей отопления. Заглянула за комод, но и там её не было, да и не должно было быть.
– Я вижу! На шкафу! – крикнул Игорь.
Юля, встав на цыпочки, ничего не увидела, и, только несколько раз подпрыгнув, заметила светлое пятно под потолком и залезла на матрас кровати. Мотанка смотрела на Юлю, стоя прямо посередине шкафа, так словно её водрузили туда для красоты.
Игорь поставил возле шкафа табуретку и полез за куклой.
– Не спускай с неё глаз! – крикнул он.
– Я слежу за ней! – бойко отозвалась девушка.
Табуретка зашаталась под Игорем, Юля бросилась поддержать его.
– Тьфу-ты! Что-то я разнервничался… – посетовал он и, переведя дыхание, снова потянулся за куклой.
Юля запрыгнула на кровать и уже знала, что его ждёт неудача.
– Куклы нет! Что за чертовщина?! – не мог поверить он.
Игорь, ухватившись руками за карниз шкафа, подтянулся на нём и убедился, что там пусто. Мебельная конструкция задрожала под весом молодого мужчины, грозясь обрушиться, и он спрыгнул прямо на табурет, который завалился вместе с ним на ковёр. Юля с ужасом смотрела на Игоря, который поднялся с пола как ни в чём не бывало.
– Ты ничего не сломал?
– Ерунда! Всё в порядке! – отмахнулся Игорь, подмигнув ей.
С фонариком он оглядел пространство между стеной и тыльной стороной шкафа.
– Как сквозь землю провалилась! Может у нас была групповая галлюцинация?
Юля приложила указательный палец к губам:
– Ты слышал?
Игорь прислушался, и ему тоже показалось, что где-то в кухне раздался звук.
– Может быть, ветер?
– Сейчас посмотрим, что за ветер! – решительно сказала Юля.
Заперев спальню, они направились в кухню. Юля по очереди проверяла выдвижные шкафчики с полотенцами и посудой. Звякнувший ящичек со столовыми приборами она несколько раз открыла и закрыла, подумав, что именно этот звук, бьющихся друг об друга вилок и ножей, слышала из спальни.
– За холодильником! – крикнул Игорь.
Юля обернулась, успев разглядеть кусочек куклы, провалившейся за холодильник, словно упавшее с вешалки полотенце.
– Сейчас проверим, что это за массовая галлюцинация у нас! – сказала Юля.
– Ты тоже успела разглядеть?
– Это была она!
Молодые люди отодвинули от стены холодильник, за которым ничего не было.
– Я понимаю, что она может бегать! – сказал Игорь. – Ну ладно, пусть бегает! Но как она умудряется прятаться?
– Но зато теперь мы точно знаем, что это не мы её перепрятываем! – попыталась найти что-то хорошее в происходящем Юля.
– Ага! – согласился Игорь. – А то я думал, что у меня проблемы с головой.
Он натянуто улыбнулся, и ещё раз заглянув за холодильник, затолкал его на место.
– Может быть, она боится? – спросил Игорь.
Юля кивнула:
– Просто скажи ей, что всё кончено.
Вымученная улыбка сошла с лица Игоря:
– Варвара, выходи! Не бойся, мы не будем тебя сжигать. Я отвезу тебя к твоим родителям…
Юля, слушая его, утвердительно кивала.
– Я люблю Юлю! Ничто не изменит этого!
Девушка, внимательно смотревшая на пол, перевела взгляд на Игоря, но не успела ему ответить.
В квартире погас свет.
– Чёрт! Наверное, пробки выбило! – хриплым голосом произнёс Игорь. – Тут старая проводка, а мы включили все лампочки в квартире.
– Я не думаю, что это пробки. Не ходи!
В кромешной тьме он нашёл её руку и крепко сжал, притянув девушку к себе.
– Это правда, что ты сказал?
– Чистая правда, – прошептал он ей на ухо.
Их губы слились в поцелуе. Было приятно и одновременно боязно оттого, что где-то под ногами скрывалась ожившая кукла.
– Я мигом, – сказал он, выпустив Юлю из рук.
Смутный очерк его фигуры растворился во мраке. Было слышно, как чиркнула спичка.
В дрожащем свете огня Игорь нашёл причину. Как он и предполагал – выбило пробку. Едва он опустил язычок рубильника, вместе со светом раздался пронзительный крик, сопровождаемый вознёй.
Игорь пулей метнулся в кухню. Юля, прижав руки к груди, смотрела расширенными от ужаса глазами на пол. У её ног, на кафеле, валялся окровавленный кухонный нож.
– Ты ранена?
– Она пыталась забраться на меня – я её скинула!
– Надо обработать рану!
Юля уселась на кухонный стол и подняла юбку выше колена. Игорь сел перед ней на табуретку и осмотрел сочащийся кровью порез. Он пришёлся на левую икру и оказался неглубоким. Девушка вскрикнула от жалящего прикосновения йода.
– Потерпи, – попросил он, и дуя на рану, обработал её и перевязал.
Юля сжав зубы, мужественно перенесла боль, не переставая думать о кукле:
– Что будем делать? – спросила она.
– Думаю, не стоит здесь оставаться. Переночуем у моей мамы. Там и решим.
Юля поняла, что другого выхода у них нет. Ночевать здесь было так же опасно, как в аквариуме с ядовитой змеёй. Девушка могла снова вернуться к себе, но не хотела оставлять Игоря.
– Жди здесь, не слазь со стола! Я соберу необходимые вещи, и поедем.
Оглядываясь, Игорь шёл по коридору. Его привлек запах бензина, и он, заглянув в ванну, чтобы забрать канистру, увидел падающую на пол спичку!
Канистра была открыта – кукла хотела устроить пожар!
За шторками ванны что-то шевелилось. Игорь, глядя на петельки, играющие на натянутой веревке, не решался раздвинуть шторки.
Закрыв канистру, он глубоко вдохнув, отодвинул край занавески.
Куклы не было.
Едва он это заметил, что-то толкнуло его в бок, и он повалился в ванну, чуть не сорвав занавески.
Выбравшись, он схватил канистру, и вернувшись к Юле, жестом дал ей понять, что пора уходить.
Они выключили везде свет, и внимательно глядя под ноги, вышли в парадную и закрыли дверь.
Спускаясь по лестнице, они продолжали оглядываться. Игорь даже вывернул карманы куртки и капюшон, дабы удостовериться, что мотанка не забралась в них. Всё было чисто.
Во дворе они трусцой побежали к машине.
– Окно! Ты оставила открытым окно? – спросил он, садясь в авто.
Юля подняла глаза на фасад и увидела болтающуюся раму кухонного окна, за которым ветер, как паруса, надувал занавеску.
– Нет, я не трогала его! – возразила девушка.
Игорь мрачно кивнул, заподозрив худшее, и завёл машину.
Юля, устраиваясь в кресле, поправила салонное зеркальце и вскрикнула. На заднем сиденье она увидела мотанку.
– Мне показалось, что она была здесь! – перегнувшись через спинку сиденья, девушка осматривала салон.
– Раз показалось, значит, так оно и было на самом деле! – произнёс Игорь и, заглушив авто, вытащил на всякий случай ключ.
Они выбрались из машины и осмотрели салон, уделив особое внимание пространству под сидениями.
– Всё чисто!
– Или она хорошо спряталась… – заметил Игорь.
– Извини, наверное, мне просто показалось, от страха…
Они сели в машину и тронулись.
– Вот мама удивится, – задумчиво сказал Игорь, выруливая со двора.
Юля посмотрела на часы – было начало десятого.
– Не ожидала с ней познакомиться при таких обстоятельствах.
Дорога была свободной, и они быстро преодолевали расстояние. Внедорожник перед ними притормозил, делая правый поворот. Игорь резко вывернул руль на левую полосу, чтобы не влететь в него.
– Не работают тормоза! – крикнул он, давя на педаль.
Впереди зажёгся красный сигнал светофора, и он пролетел перед тронувшимися авто, как между зубцами пилорамы. Одна машина резко затормозила, остановившись, как вкопанная. От сигнальных гудков они чуть не оглохли.
Игорь бил по педали тормозов, надеясь, что они заработают. Но скорость не падала, ему приходилось лавировать между припаркованными в крайней полосе машинами и авто на дороге. Юля, вжавшись в сиденье, смотрела на приближающийся красный шар над очередным перекрёстком. В последний момент он стал зелёным, и она облегчённо выдохнула.
Игорь свернул с главной дороги на второстепенную, и, царапая правый бок машины о кусты, тормозил ручником. Юля, прикрыв лицо рукой, тревожно смотрела на ветки, бьющие стёкла машины, точно плети. Наконец авто остановилось.
– Приехали! – сказал он, переводя дыхание.
Юля выудила из кармашка визитку мастерицы, и рассматривала её в тусклом свете от приборов управления.
– Придётся вызвать такси. Машиной займусь завтра.
– Не стоит ехать к маме! Тут есть адрес женщины-мастера, минут за пятнадцать мы до неё дойдём.
Игорь понимал, что у мамы они вряд ли спрячутся, а значит, надо искать какие-то способы борьбы с куклой. Им нечего было ей противопоставить, и приходилось надеяться на помощь извне.
– Идём к этой доброй ведьме, – согласился он, и они вышли из машины.
Квитана жила в районе частной застройки, и пройдя пару кварталов, они пошли по неровной дороге, хаотично засаженной кустами и деревьями, мимо одно-двухэтажных домов, огороженных заборами.
– Как твоя ножка?
– Идти могу, – ответила Юля.
Девушка уже и забыла, что нога её ранена и при ходьбе действительно немного болела.
Зелёные глаза сверкнули во мраке, и они заметили приближающегося к ним здоровенного пса, если не овчарку, то наверняка её помесь. Игорь навёл фонарик на морду зверя, и они поняли, что ничего хорошего от этой собаки не стоит ожидать.
– Только нельзя бежать! – крикнула Юля, тем не менее, припустив.
Игорь побежал вслед за ней, свет фонарика прыгал по земле, высвечивая их ноги. Собака, зарычав, ускорилась, отталкиваясь от земли могучими лапами.
Молодые люди бежали, ожидая, что в любое мгновение в них вонзятся острые зубы. Собака их настигла, и тут же отпрянула в сторону – за забором яростно лаял огромный пёс, просунув морду между кольев ограды.
Игорь обнял Юлю и сказал:
– Идём! Собака не будет преследовать нас, они агрессивны только на своей территории.
– Там тоже могут быть собаки, – испуганно сказала она.
– Волков бояться – в лес не ходить, – пошутил он. – Мы уже почти пришли.
Они шли по проезжей части, озираясь на заборы, за которыми окрестные псы устроили настоящий гвалт, сопровождая их до дома мастерицы.
Окна Квитаны обнадёживающе горели, но кнопки звонка на воротах не было. Юля набрала номер женщины, но та не брала трубку. Если сигнальный звонок её телефона не был отключён – она вполне могла не слышать его из-за своего ротвейлера, который, прыгая на цепи, лаял на незваных гостей, поднявших переполох в квартале.
– Что будем делать? Попробуем пройти мимо пса? – упавшим голосом спросила она.
– Есть вариант попроще, – сказал Игорь и нагнулся к дорожке перед воротами, чтобы насобирать камушков.
Складывая камушки в ладонь, он увидел, как закачались стебли цветов в палисаднике у дороги, так, словно какой-то зверёк прошмыгнул там. Или спрятался.
Он подошёл к вызвавшему подозрения месту, но там ничего не было. Ни кошки, ни…
Чуть дальше от того места, где застыл Игорь, дёрнулись лопухи.
– Что там? – спросила Юля.
– Боюсь, мы не одни пожаловали в гости! – заметил Игорь, возвращаясь к ней.
Камушки сделали своё дело, и Квитана, открыв дверь, узнала Юлю и пригласила ночных гостей в дом.
У мастерицы было уютно, благоухало пряными травами, на окнах висели вышитые занавески, и везде было много кукол-мотанок. Угостив молодых людей чаем, хозяйка выслушала историю их злоключений.
– Никогда не встречалась с подобным, только в книжках читала, – удивлённо сказала она, и прибавила: – Да не смотрите так на моих кукол, они не нападут на вас!
Игорь отвёл взгляд от куклы, а Юле, сидящей напротив окна, кукла, наоборот, померещилась в чёрном проёме. И снова шипящие голоса зашумели в её голове, казалось, они исходят от мотанок мастерицы, недовольных тем, что в окно смотрит мотанка, преследовавшая гостей.
Квитана, словно почувствовав то же, что и Юля, встала со стула и прошагала к окну. Собака снова разлаялась, так что видение Юли было небезосновательным.
Мастерица что-то прошептала в окно, до них только долетела фраза: «ишь, расшалилась!», и вернулась за стол.
– Что же нам делать? – спросила Юля. – Есть какое-то средство?
– Вам противостоит очень сильный оберег, – озабоченно сказала Квитана.
– Ну, это мы заметили… – одновременно ответили гости.
– А как звали девушку, подарившую куклу? – задумавшись о чём-то, спросила Квитана.
– Варвара, – ответил Игорь.
Мастерица изменилась в лице и, заламывая руки, произнесла:
– Ох, я знала одну Варвару. Редкое имя. Эта девушка просила меня помочь ей сделать оберег. У неё был сильный характер, и сама она была чуть ли не ведьмой.
– Она рассказывала, что в роду у неё было много женщин, занимающихся травничеством, приворотами, – вспомнил Игорь.
– Нелегко вам будет, – снова вздохнула мастерица. – И хоть была она злым человеком, парня своего сильно любила. От этого и оберег её сильный.
– Что же нам делать? – спросила Юля.
– Способ противостоять ей есть, – сказала Квитана. – Ты должна в противовес ей сделать свой оберег.
Мастерица поднялась со стола и вернулась с большой книгой, обложка которой была украшена изображениями мотанок.
– Древняя книга? – восхищённо спросил Игорь.
Квитана покачала головой и скептически улыбнулась:
– Знания в ней древние, но сама книга не изъедена червями и не пропитана кровью. Долгие годы я собирала эти знания по всей стране и напечатала в нескольких экземплярах.
Квитана открыла книгу на главе, посвящённой изготовлению мотанок.
– Я объясню тебе, как сделать свой оберег. Я к нему не буду прикасаться. Тебе придётся вышить глаза на кукле, а это ослабит тебя, лишит интуиции. Чтобы усилить связь между вами – тебе нужно будет дать ей какие-то свои вещи, украшения. Когда небезопасная связь с куклой будет не нужна, её будет легко оборвать. Это всё необходимые, но всё-таки производственные мелочи. Главное не это…
– А что? – с тревогой спросила Юля.
– Если твой оберег не справится – ты можешь погибнуть! Готова ли ты рискнуть? Любишь ли ты своего молодого человека? Если нет – это будет безнадёжная попытка. А если любишь – достаточно ли сильно, чтобы твой оберег смог противостоять мотанке Варвары?
Сила мотанки, которую сделала Варвара, нарушала все физические законы и внушала страх. Юля на мгновение задумалась и, устремив взор на Игоря, уверенно произнесла:
– Да, я люблю его! Мой оберег будет сильным от этого.
Молодой человек, глядя на свою возлюбленную, готовую умереть ради него, покачал головой:
– Нет, я против! Я не хочу, чтобы кто-то ради меня погибал, рисковал жизнью! Если этот оберег так назойлив – лучше нам просто расстаться! Это не твоя проблема!
– Эта проблема уничтожит твою жизнь, – сказала мастерица.
– А я тебя спасу, – сказала Юля. – Это моё решение – сделать куклу. Я не погибну, и ты не погибнешь!
Игорь решительно встал из-за стола и направился к входной двери, схватив на ходу свою куртку.
Юля бросилась за ним и догнала уже во дворике.
– Остановись! Что ты делаешь! – возмущённо крикнула она.
– Я не хочу, чтобы ты это делала! – ответил он, обернувшись к девушке.
Юля шагнула к нему и вцепилась в рукав куртки.
– Она всё равно доберётся до меня! – произнесла девушка. – Лучше встретить её, приняв бой.
Игорь задумчиво смотрел на Юлю. Глаза девушки решительно сверкали, за спиной ветер хлопал входной дверью.
– Думаю, ты права, – согласился он.
Они вернулись в дом.
– Не теряем времени, – сказала мастерица, беря книгу под мышку. – Тебе потребуется вся ночь.
Она за руку отвела Юлю в свою мастерскую – прохладное помещение, заставленное большими цветами в горшках и украшенное мотанками. Расстелив на полу коврик, она положила на него книгу и зажгла вокруг свечи.
– Тут я тебя оставлю, – произнесла она. Взяв со стола тетрадь, она открыла её на закладке и протянула девушке: – Будешь делать всё, как здесь написано…
Снабдив Юлю наставлениями, она вернулась к Игорю. Мастерица отвела его в небольшую комнатку для гостей, и помогла устроиться.
Игорь ворочался на старом матрасе и глаз не мог сомкнуть. Нарядная мотанка на столике в темноте стала чёрно-белой и зловещей. Глядя на неё, он ждал, что вот-вот она выкажет признаки жизни или, исчезнув, внезапно окажется возле него.
Несколько раз он вставал с кровати и осторожно выглядывал в окно. Рассматривая двор Квитаны, он увидел подозрительную фигуру, напоминавшую мотанку размером с человеческий рост. Поднимающийся от земли туман прятал её ноги, и молодой человек, почувствовав на себе тяжёлый взгляд, спрятался за оконный откос. Разглядывая оттуда грозную фигуру, он вскоре понял, что его напугало чучело, стоящее посреди огородных грядок.
Юля тем временем, сидя на коврике, шила и перевязывала свою мотанку. В танцующем свете свечей она придирчиво оценивала получившуюся работу и снова и снова переделывала, добиваясь совершенства. Размотав перевязанную рану на щиколотке, она вплела окровавленный бинт в туловище своей куклы. Чёрными нитками вышивая глаза мотанки и продевая в нить изумрудные бисеринки, она до боли напрягала свои глаза – глаза куклы должны были быть похожими на её глаза. Пожертвовав шалью ради кукольной юбки, она также надела на мотанку свои серёжки, а браслетом украсила её шею.
Юля сидела на коврике с оберегом, как с грудным ребёнком на руках, и вместо колыбельной проговаривала заклинания. Едва забрезжил рассвет и пропел соседский петух, Игорь вошёл в комнату и, обняв девушку, спросил:
– Готово?
Юля встретилась с ним взглядом и кивнула. Он провёл пальцем по перетянутому красной лентой лику изготовленной куклы и ещё крепче прижал к себе девушку. Ему не хотелось разжимать объятия, и так же сильно, как в это раннее утро, он обнимал Юлю поздним вечером у себя дома. Они лежали на кровати, разметав в стороны одеяло с покрывалом, а изготовленная девушкой мотанка стояла в изножье кровати, охраняя покой влюблённых.
После бессонной ночи они незаметно задремали. Юля вздрагивала в объятиях Игоря, ей снилось, что мотанка Варвары проникла в квартиру, и готовится причинить им зло.
Мотанка Юли в изголовье кровати пришла в движение и покинула спальню. Серая фигура застыла над кухонным столом, выбирая ножи. Кукольная рука прикоснулась к ней и, ухватившись за голову, сняла ткань, легко, как капюшон. Из-под ткани высыпались чёрные волосы, и женщина, обернувшись, уставилась на мотанку Юли злым взглядом. Девушка не знала, как выглядела Варвара, но была уверена, что в реальности бывшая невеста её жениха была именно такой. Перед ней стояла Варвара. А перед Варварой она! Неизвестно как это произошло, но теперь и Юля была без маски, и немного неловко ощущая себя в кукольном костюме, смотрела на свою соперницу.
Юля понимала, что это не совсем сон. Но щелчок дверного замка прозвучал на самом деле, и она, проснувшись, обнаружила отсутствие мотанки в изножье постели.
– Нашей куклы нет, – сказала она Игорю, разбудив его.
– Мы остались без оберега? – растеряно произнёс он, и попытался включить свет.
Свет не включался. Он поднялся с кровати, и подёргав ручку замка, не смог открыть дверь.
– Они там! – сказала Юля.
В доказательство её словам, из-за двери донёсся шум, как будто что-то упало. Игорь снова дёрнул ручку запертой двери.
Юля вскрикнула и схватилась за горло, словно кто-то невидимый её душил.
Игорь метнулся к девушке, не понимая, что происходит, но верно догадываясь.
Откуда-то, по всей видимости из кухни, снова донёсся шум и звон разбитой посуды, всё говорило о том, что там идёт борьба.
Юле снова вспомнились слова мастерицы Квитаны: «если твой оберег не справится – ты можешь погибнуть!». Но оберег справлялся, удушье отпустило девушку!
– Я не могу ждать! Надо что-то делать! – нервничал Игорь.
Он подскочил к окну, явно просчитывая возможность пробраться через окно на балкон гостиной.
– Не надо, ты ничего не добьёшься своим вмешательством! – остановила его Юля.
Игорь сел на кровать, обняв девушку. Удушье больше не мучило её, но возможно, это не было связано с борьбой за дверью напрямую, а случилось от нервного перенапряжения. Она сама этого не знала, как не знала о том, что происходило за дверью, и к чему всё это приведёт.
Юля встала с кровати и крадущимися шагами прошла к двери, приложив к ней ухо.
– Что там? – спросил он.
– Мне кажется, всё кончилось, – ответила она.
– Не надо, не открывай! – попросил Игорь, увидев, что рука Юли легла на ручку двери.
У них обоих возникла уверенность, что дверь больше не заперта.
– Нам придётся открыть эту дверь, – сказала она голосом, не предполагавшим возражений.
Игорь протянул руку к проводу настольной лампы и, нащупав выключатель, несколько раз нажал на него. Свет не зажёгся, и это не внушило ему оптимизма.
– Давай откроем вместе, – попросил он.
Его рука легла поверх её руки, и надавив на ручку замка, они открыли дверь.
В руке Игоря загорелся фонарик, которым он водил по ковру гостиной. Тонкий луч высветил лоскуток – невозможно было понять, чей. Больше ничего, кроме поваленных на пол стульев, они не увидели и, крепко держась за руки, переместились в коридор.
Причина отсутствия электричества оказалась в выбитом предохранителе. Игорь повернул рубильник, и они зажмурились от яркого света. В кухне им открылись следы яростной борьбы – кусок размотанной ткани белел на кафеле между осколками посуды, а с ножки опрокинутой табуретки свисал джинсовый лоскуток от кукольной юбки. Несколько бисеринок от вышитых глаз темнели возле плинтуса, Игорь, наклонившись, взял их в руки и увидел, что они чёрного цвета.
– Смотри! – крикнула Юля.
На кухонном столе гордо возвышалась мотанка. Девушка схватила её и прижала к груди – это был её оберег.
То, что осталось от мотанки Варвары, они собрали в коробку, добавив туда фотографии бывшей девушки, а также пару галстуков, которые та подарила Игорю, и даже носовой платок. Они вынесли коробку в безлюдное место, чтобы сжечь.
– Честно говоря, мне не верилось, что твой оберег справится, – признался Игорь, вороша палкой костёр из старых вещей и пожухлых листьев.
Чёрный дымок поднимался над огнём, растворяясь в прохладном осеннем воздухе.
– Иначе не могло быть, ведь никто не любит тебя больше, чем я! – сказала Юля, и лицо её просияло, озаряя сумрак.
Игорь знал, что она говорит правду. Поднявшись от костра, в котором догорала часть его прошлого, он шагнул к Юле.
– Ты рисковала жизнью ради меня. Я теперь не знаю, как мне доказывать свою любовь…
– Это был небольшой риск. Моя кукла была сильнее, потому что ею двигала любовь. А любовь – более сильное чувство, чем ревность.
Игорь понял, почему мотанка Юли была непобедима. Держась за руки, они смотрели на догорающий костёр.
Дома Юля установила свой оберег в изножье кровати. Талисман напоминал молодым влюблённым о смертельных испытаниях, которым были подвергнуты их чувства, и охранял покой будущих новобрачных.

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 995 авторов
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru