litbook

Non-fiction


Центр ХАБАДа. Фрагмент главы из книги «Иерусалим в Украине. О городе Кременчуге Полтавской Губернии» *0

I Первым центром ХАБАДа, ныне одного из самых многочисленных течений в иудаизме, было белорусское местечко Лиозно – там проживал его основатель раввин Шнеур Залман (известный также как Алтер Ребе – в переводе с идиша Старый Учитель) и там, собственно, на исходе 18-го века ХАБАД возник. С переездом раби Шнеура Залмана в близлежащие Ляды, туда соответственно переместился и центр движения, где он находился вплоть до средины 1812 года. Третьим же по счету центром ХАБАДа принято считать Любавичи, также небольшое белорусское местечко, в котором на протяжении более столетия проживали пять поколений его духовных лидеров. Тем не менее, фактически, вслед за Лядами центром ХАБАДа был Кременчуг и только после него известные всему еврейскому миру Любавичи. Именно в Кременчуг из Ляд переехал вместе с семьей раби Дов Бер – сын и приемник раби Шнеура Залмана на посту лидера движения и именно в Кременчуге уже будучи главой ХАБАДа постоянно (выделено автором) проживал вместе с близкими с конца месяца тевет 5573 года (конец декабря – начало января 1813) вплоть до первых чисел июня того же года,. Причиной переезда раби Дов Бера из родной Белоруссии в Украину послужило решение отца. Раби Шнеур Залман, как известно, являлся непримиримым противником Наполеона Бонапарта. Поэтому, когда французские войска в 1812 году вторглись на территорию Российской империи и вплотную приблизились к Лядам, он, чтобы ничего не оставить захватчикам, сжег свой двор и вместе со всей семьей присоединился к отступающему обозу русской армии. Столь острая и, на первый взгляд, странная неприязнь основателя ХАБАДа к французскому императору объясняется довольно просто. Лидер французов, который проводимыми реформами содействовал позитивным переменам в социальном и экономическом положении еврейского населения, нес в широкие массы идею избавления общества от религии. Такая политика, по глубокому убеждению Алтер Ребе, для евреев была губительна, ибо вела их к утрате самобытности. Смириться с подобной перспективой автор «Тании» не мог. Он говорил: «Если победит Бонапарт, то увеличится богатство Израиля и слава Израиля, но отдалятся сердца Израиля от Отца их Небесного. Если же победу одержит Александр (российский император, прим. автора) то хоть и увеличится бедность Израиля и будет унижена слава Израиля, однако прикрепятся сердца Израиля к Отцу их Небесному». Поэтому во время войны пожилой уже раби Шнеур Залман проявил удивительную энергию и незаурядный организаторский талант, когда создавал сеть добровольных разведчиков из евреев и призывал своих многочисленных последователей оказывать всяческое содействие русскому царю. II Из-за отутствия каких-либо свидетельств сегодня доподлинно не известно, почему основатель ХАБАДа местом своего дальнейшего проживания избрал именно Кременчуг. Но вполне вероятно, что на его решение повлияли, как минимум, два момента. Первый – это уверенность в недосягаемости Кременчуга для французских захватчиков и второй – наличие в городе одной из крупнейших еврейских общин России. Однако, как бы там ни было, но сам факт выбора раби Шнеуром Залманом Кременчуга, однозначно указывает на то, что уже в начале 19-го столетия Кременчуг был известным в еврейской духовной среде городом. К глубокому сожалению, добраться до конечной цели вынужденного путешествия основателю ХАБАДа не довелось. Преодолев большую часть изнурительного пути, он тяжело заболел и ночью, на исходе субботы, 24 числа месяца тевет 5573 года (27 декабря 1812 года) в возрасте 67 лет скончался в селе Пены Слободско-Украинской губернии (ныне Курская область). Родные похоронили его в Гадяче, небольшом уездном городе Полтавской губернии недалеко от Кременчуга. Тем не менее в Гадяче семья раби Шнеура Залмана не осталась, а поселилась, как он того хотел, в Кременчуге, где и пробыла вплоть до переезда в Любавичи. III За тот непродолжительный период, пока Кременчуг служил ценром ХАБАДа, в нем произошли, по крайней мере, три примечательных в истории движения события. Событие первое – на исходе месяца тевет Дов Бер принял на себя пост Ребе (духовного лидера движения), возглавив после раби Шнеура Залмана его последователей. И хотя нигде не указано, что произошло столь знаменательное событие непосредственно в Кременчуге, в этом достаточно легко убедиться, сопоставив имеющиеся факты: - известно, что главой ХАБАДа раби Дов Бер стал в конце месяца тевет 5573 года (декабрь, 1812 года), то есть сразу же после смерти отца раби Шнеура Залмана (Шнеур Залман, как отмечалось выше, ушел из жизни 24 числа); - в письме, написанном в период между месяцами тишрей и тевет 5574 года (сентябрь 1813 – январь 1814 годов), Дов Бер отмечает, что в день кончины отца он находился по пути в Кременчуг, куда был послан найти жилье, - в то же время, из письма, написанного им раннее, а именно зимой 5573 года (1813 года), видно, что о смерти раби Шнеура Залмана он узнал будучи уже в самом городе. Телеграф и телефон к тому периоду еще не изобрели. Значит горькую весть раби Дов Бер мог получить только после похорон отца (у евреев оттягивать похороны не принято). Следовательно, все семь дней траура по покойному (обряд шива) он, как требует того традиция, безвыездно провел в Кременчуге. Вместе с тем, как отмечено ранее, пост Ребе Дов Бер принял в конце месяца тевет, в котором всего 29 дней. Значит главой хасидов ХАБАДа он мог стать лишь в Кременчуге, что и требовалось доказать. Событие второе – будучи уже в ранге Ребе, Дов Бер принял в Кременчуге делегацию царского правительства, прибывшую к нему в связи с кончиной отца. Во время приема он поднял перед представителями власти вопрос о выделении евреям дополнительных земель и таким способом содействовать распространению среди них занятий сельским хозяйством. Предыстория той встречи такова. Узнав о смерти раби Шнеура Залмана, министр по военным делам созвал совещание, на котором, желая достойно оценить роль основателя ХАБАДа в победе России над Наполеоном, решил составить соболезнование и с официальной делегацией отправить его семье покойного. В состав правительственной делегации, направленной в Кременчуг, вошли представители власти Чернигова, Полтавы и Одессы. Документ, который они привезли Дов Беру, кроме прочего, содержал вопрос: каким образом государство может воздать должное раби Шнеуру Залману за тот огромный вклад, который он внес в победу царя над врагом. Раби Дов Бер на встрече ничего не попросил для себя лично. Однако, воспользовавшись случаем, выразил пожелание, чтобы руководство страны больше внимания уделяло нуждам еврейского населения и предприняло конкретные шаги по изменению к лучшему его экономического положения. В частности, он просил предоставить евреям участки земли с целью более широкого приобщения их к земледелию. Как показало время, просьба Среднего Ребе (так хасиды называли и называют раби Дов Бера) не осталась без внимания. Для создания новых еврейских земледельческих колоний (первые были основаны еще до войны с французами) правительство выделило дополнительные земли в районе Херсона. Таким образом получил развитие проект, задуманный и начатый еще раби Шнеуром Залманом. И, наконец, событие третье. Именно В Кременчуге, исполняя царское Положение «О устройстве Евреев» от 1804 года, предписывавшему евреям, в числе прочих требований, принять постоянную фамилию, раби Дов Бер взял фамилию Шнеури, а Менахем Мендл, известный также под именем Цемах Цедек (внук раби Шнеура Залмана и приемник раби Дов Бера на посту Ребе) фамилию Шнеурсон7. Таким методом оба решили обозначить свою близкую связь с раби Шнеуром Залманом. В письме от 6 числа месяца ияр 5699 года (25 апреля 1939 года) раби Йосеф Ицхак Шнеерсон, шестой глава любавических хасидов, так описывает произошедшее: «Органы власти в Кременчуге, зная о стараниях Старого Ребе в годы войны быть полезным правительству, очень хорошо относились к его семье,. И даже во время исполнения постановления о принятии фамилий семье Старого Ребе на выбор фамилии было дано около двух месяцев в то время, как другим только несколько дней. Мой пра-прадедушка Средний Ребе выбрал себе фамилию Шнеури, а прадедушка Ребе Цемах Цедек – Шнеурсон»8. Таким образом, можно с полным основанием утверждать: известная всему еврейскому миру фамилия Шнеерсон, которую носили четыре поколения духовных лидеров ХАБАДа, имеет кременчугские корни. IV В рассматриваемый период наблюдался подъем хасидского движения и хасиды из разных мест, признав в раби Дов Бере своего лидера, посещали Кременчуг. Одни просили его остаться в Украине, другие – вернуться к себе на родину в Белоруссию. Средний Ребе посчитал нужным вернуться и после праздника Шавуот (в 1813 году его отмечали 4-го июня) вместе с семьей отправился в Любавичи, где основал новый, четвертый по счету, центр ХАБАДа. Раби Дов Бер прожил в Кременчуге недолго, всего несколько месяцев, однако, как показало время, пребывание его там не прошло бесследно. Идеи раби Шнеура Залмана прочно овладели умами местных евреев и Кременчуг с течением лет занял одно из самых почетных мест в списке хасидских городов Российской империи. Наглядной иллюстрацией сказанному служит письмо Седьмого главы ХАБАДа Менахема Мендела Шнеерсона одному из своих адресатов Давиду Адлеру. В нем Любавический Ребе, в частности, писал: «...Вдвойне мне было приятно читать , что господин помнит о том, что происходит из семьи Моисеевых, известной хасидской семьи из известного хасидского города Кременчуга». Письмо датировано месяцем ав 5732 года (июлем 1972 года). Как видим, Любавическй Ребе определил Кременчуг не как «известный еврейский город», а как «известный хасидский город» (выделено автором). В рассматриваемом случае данное замечание существенно и вот почему. Обычно, в повседневной жизни, хасидами называют добропорядочных людей, и не только, между прочим, евреев. К примеру, «хасидей а-олам» (праведниками Мира) назывют на иврите тех, кто спасал евреев от преследования нацистов в годы второй мировой войны. Что же касается раввинистической литературы, то в ней хасидами считают, во-первых, исключительно евреев, а во-вторых, лишь тех, кто отличается особым усердием в соблюдении предписанных Торой законов. Синагога «Центр Роар ХАБАД» и памятник кременчужанам-жертвам Холокоста В Кременчуге. Фото 2013 года. Следовательно, назвав Кременчуг известным хасидским городом, ребе Менахем Менл Шнеерсон тем самым подчеркнул, что в нем проживало много хасидов, иными словами евреев, для которых служение Всевышнему - цель и смысл бытия, и которые своим поведением определяли характер общины. Напечатано в «Заметках по еврейской истории» #9(178)сентябрь2014 berkovich-zametki.com/Zheitk0.php?srce=178 Адрес оригинальной публикации — berkovich-zametki.com/2014/Zametki/Nomer9/Shepetovsky1.php

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1015 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru