litbook

Проза


Джерри+2

 

Джерри был поросёнком, что жил на ферме у дяди Джима. Джерри оказался по-настоящему удачливой маленькой свинкой потому, что ему посчастливилось стать единственным выжившим после той ночной бойни, которую учинила его собственная мать: закончив свою кровавую трапезу, она завалилась спать, тогда как Джерри лежал в углу загона без единой царапины. Весь выводок был съеден заживо, и одному Богу известно, что же заставило мордастую Медею остановиться. Так или иначе, утром дядя Джим забрал Джерри с места трагедии и позвал меня посмотреть на поросёнка, который выжил. Что ужасно, дядя Джим планировал обезглавить Джерри сразу же после нашей встречи. Он был прагматичным фермером и не хотел тратить силы на искусственное вскармливание одного жалкого животного. К счастью для Джерри, на этот раз я выступил его спасителем. Я пообещал заботиться о малютке и тратить всё своё время на его воспитание. Я каждое лето проводил на ферме у дяди Джима и, хоть я и сам был ребёнком, неплохо разбирался в хозяйстве. Дядя Джим преподнёс мне Джерри в качестве подарка и даже согласился помочь построить специальный загон для поросёнка в сарае для дров. Таким образом, пережив избиение младенцев и избежав топора дяди Джима, маленький Джерри дважды обманул смерть и нашёл себе покровителя.

 

   Наша дружба продлилась недолго. Джерри умер в возрасте двух месяцев безо всякой на то причины. Честно сказать, к тому моменту весь мой первоначальный родительский энтузиазм иссяк. Джерри больше не производил впечатления задорной свинки: он превратился в здоровенного хряка Джеральда, который весил больше, чем я, принимая во внимание тот факт, что меня сложно было назвать худым мальчиком. Никаких больше игр, никакого веселья - я целыми днями занимался откармливанием машины по переработке помоев. Я уже хотел просить дядю Джима снять эту ношу с моих плеч, как вдруг Джерри скончался, оставив меня в смятении, которое росло с осознанием того, что поросёнок, переживший столько злоключений, умер, находясь под моей опекой. Может показаться странным, что потеря скучной свиньи тронула меня до глубины души, но не стоит забывать, что я привык к Джерри, и, что главное, я был довольно чувствительным мальчиком. Слёзы текли рекой, когда я увидел закоченелую тушку Джерри в его свинарнике. Рыдая, я побежал обратно домой, но не сказал дяде Джиму, что случилось на самом деле. Не столько я боялся его реакции, сколько осознавал, что если я приму смерть свиньи, мне также придётся признать, что весь мой труд пошел насмарку. 

 

   Я долгое время скрывал случившееся. Довольно скоро от тушки пошел страшный смрад, чувствовавшийся далеко за пределами сарая, где Джерри мирно разлагался. Когда эта невыносимая вонь покрыла собой всю территорию фермы дяди Джима, он обнаружил тело. Я боялся, что буду жестоко наказан за то, что сразу же не рассказал о произошедшем, но дядя Джим меня даже не отругал. Он просто спросил, не хочу ли я помочь ему разобраться с одним грязным дельцем. Я быстро понял намёк, у меня не было возможности отказаться. Мы надели марлевые повязки, которые абсолютно не помогали бороться с рвотным рефлексом, погрузили в тачку то, что осталось от Джерри, и отвезли его останки к месту последнего пристанища. После того, как мы закопали Джерри, дядя Джим несколько минут стоял без движения, а затем спросил, действительно ли я усвоил урок, который нужно извлечь из всей этой истории. Мне показалось, что он решил наложить на меня запланированное ранее наказание, и я приготовился терпеливо слушать его поучающую речь. Предвосхищая её, я решил заявить, что теперь уж мне точно всё понятно: нужно с максимальным усердием заботиться о тех, за кого я поручился, необходимо перестать врать и стараться оправдывать ожидания каждого, кто доверится мне в будущем. Я тогда подумал, что попал в цель, но дядя Джим, похоже, не был удовлетворён моими выводами. Он никогда не стеснялся в выражениях: "Дерьмо собачье! Оставь это для детей и философов, в таких принципах меньше жизни, чем в пятачке этой дохлой свиньи. Я тебе могу дать один практический совет. Если что-то умерло, ты это быстрее закопай или сожги. Можно притворяться слепым болваном лишь до тех пор, пока отвратный запах не начнёт сводить тебя с ума. Тебе в любом случае придётся избавиться от мёртвого тельца, но если затянуть с этим, то тогда это будет стоить тебе куда больших нервов и, возможно, твоего завтрака". Насколько я помню, скрытого метафорического смысла в словах дяди Джима я не увидел. Хотя он, вероятно, никакого дополнительного значения в свой совет и не вкладывал. Было уже поздно, и мы молча пошли домой. Дорога меня сморила, и я заснул, как только добрался до своей кровати.

 

   Я проснулся посреди яркой усеянной васильками лужайки. Солнечного света было столько, что он казался всепоглощающим и осязаемым. Моим глазам потребовалось некоторое время, чтобы адаптироваться, и после того, как размытые линии приобрели отчётливые очертания, мне удалось рассмотреть светящуюся поляну. Я увидел, как маленький Джерри и другие счастливые поросята играют вокруг матери, с любовью наблюдающей за происходящим. Мне было радостно от того, что их семья вновь воссоединилась. Но тут произошло необъяснимое. Внезапно Джерри меня заметил, на секунду остановился, а затем начал бежать. Не знаю, почему, но в тот самый момент жуткий страх стал заполнять моё сердце и завладевать каждой клеточкой моего тела. Я пытался бежать назад прочь от несущейся в моем направлении свиньи, но ноги отказывались слушаться. Наблюдая за приближающейся опасностью, я понял, что абсолютно беспомощен. Я силился позвать кого-то, но каждый мой крик тонул на дне живота. К тому моменту, как Джерри оказался на расстоянии нескольких метров от меня, он вырос в несколько раз и выглядел, как какой-то адский зверь в свете неба, окрасившегося в кроваво-красный свет. Лужайка горела под копытами существа, которое не оставляло за собой ничего, кроме выжженной земли. Полутьма окончательно поглотила Божественный свет и продолжала затекать в меня через все органы чувств, питая первобытный страх внутри. На секунду мне показалось, что у меня получилось вернуть контроль над своими движениями, и я использовал этот момент, чтобы сделать шаг в противоположенном направлении. Удивительно, сзади меня одиноко стояла деревянная дверь, показавшаяся мне подозрительно знакомой. Я толкнул дверь, пихнул себя внутрь и захлопнул её за собой, оставив моего страшного преследователя с другой стороны.

 

   Я оказался в том самом сарае, где прятал Джерри до того, как дядя Джим его обнаружил, с той лишь разницей, что здесь почему-то было куда более просторно. Пока я думал, как та дверь могла привести меня сюда, я забыл о погоне. К моему ужасу, очень скоро я понял, что сарай, скорее всего, станет для меня не спасительным пристанищем, а могилой. Неожиданно дверь заскрипела и медленно отворилась. В мгновение ока я бросился в дальний угол и стал вглядываться во тьму, зияющую через открытую дверь. Существо с маленькими рожками передвигалось на задних копытах и явным образом напоминало мне то, что я видел на картинке в своей детской Библии. С другой стороны, крошечные черные глазки и большие уши наводили меня на мысли о борове, которого я некогда знал. Я, пожалуй, не смогу описать тот ужас, который я испытал, когда оно начало говорить голосом то походящим на низкое бормотание, то поднимающимся до пронзительного визга. Будучи ребёнком, я всегда мечтал уметь разговаривать с животными, но свою первую беседу с представителем другого вида я рисовал себе совсем не так. Было некуда бежать, я снова оцепенел и ждал, пока моя печальная доля настигнет меня. Тем временем рогатая свинья, обладающая даром речи, начала говорить: "Ты неудачник! Как можно было не суметь взрастить меня, самого удачливого кабана из когда-либо живших, и в то же время так подвести своего любящего дядю, который дал тебе прекрасную возможность доказать, что ты чего-то стоишь? Ты не способен на что-либо значительное и всегда разочаровываешь людей". Подобные мысли посещали меня и прежде, но тот факт, что сейчас их озвучила говорящая свинья, глубоко меня оскорбил: "Это неправда! Только ты так думаешь!" Сказав это, я начал осознавать, что сарай на самом деле был амфитеатром, полным внимательных зрителей - "Вот и доказательство!"

 

   Все места были заняты близнецами Джерри, каждый на своей стадии разложения. Хорошо знакомый тлетворный запах усилился и стал абсолютно невыносимым. Все мёртвые свиньи выкрикивали нечто оскорбительное в мой адрес. Одна относительно свежая из первого ряда ревела, расталкивая остальных: "Парни, вы знаете, почему родители всё ещё привозят его на ферму каждое лето? Это потому, что у жалкого придурка так и не появились друзья в городе!" Не так давно я сам к этому пришел и знал, что это было правдой. Слова ранили меня, но я старался не подавать вида. Я знал, что они хотели сломить мой дух, и если бы у них получилось, для меня это был бы конец. "Он себя не уважает, - продолжал другой крик из толпы. - Я знаю, как тяжело он воспринимает то, что он низкого роста. Всегда приподнимается на цыпочках, чтобы казаться выше! Выглядит он при этом, как один большой комплекс неполноценности! Мы должны разделаться с ним хотя бы из жалости!" Очередная инвектива шла от животного настолько прогнившего, что узнать в нём свинью было решительно невозможно: "Он с самого начала был таким никудышным, никто не захочет с ним остаться, он всегда будет один!" Это задело нечто сокровенное во мне. Свой самый большой страх я хорошо знал.

 

   Я выслушал многих, и после этого мысль о смерти стала казаться мне освободительной. Никогда прежде я не чувствовал себя так одиноко и подавлено. Всё, что я услышал, стоя на той сцене, было отражением моей скрытой неуверенности, тщетных ожиданий, потерянных надежд и досадных ошибок. Мне казалось, что я одновременно вижу все мертвые тела моей собственной памяти. С некоторыми я был хорошо знаком, они уже давно стали неотъемлемой частью меня, о существовании иных я не подозревал. Подобно органической материи, мертвые воспоминания разлагаются (т.е. увядают) с течением времени, и продукт их распада так же ядовит. Чем дольше они находят своё место в сознании, тем больше страхов и сожалений они там зарождают. Тогда я почти ничего не знал об их истинной природе, зачастую я думал, что имею дело с моей любовью к ностальгии и склонностью всё романтизировать. Но когда я разом увидел всех их, я осознал, насколько губительно влияние мертвых воспоминаний в действительности. Не важно, что именно говорили мои хрюкающие обвинители, каждый из них черпал силы из моего внутреннего чувства незащищенности, ресурса поистине неистощимого. Давление росло, а оскорбительные выкрики становились всё громче, заставляя меня поверить в то, что я близок к поражению. Тысячи гнетущих образов из моей памяти нашли своё воплощение в ревущей толпе полусгнивших животных вокруг меня, и я знал об этой связи. Всё вот-вот должно было закончиться, как вдруг, словно благословение, ко мне пришла спасительная мысль, дав силы обороняться. Я вспомнил о том, что о мертвых телах мне сказал дядя Джим и спросил себя, можно ли сжечь отжившие своё пагубные воспоминания. Но откуда мне было знать, как именно это сделать?

 

   Сначала я пробовал забывать. Но чем сильнее я старался, тем больше я вспоминал. Отвратительная толпа бесновалась, наблюдая за тем, как меня терзает моя собственная память. Затем, я пытался убежать прочь, но не нашёл никакого выхода из круглой арены. Всё мертвое снаружи и внутри торжествовало, чувствуя свою силу. Я упал на колени, будучи не в силах сопротивляться. Конечно, мне было немного грустно от того, что совет дяди Джима не сработал, но усталость сделала своё дело, и кроме покоя и смирения я больше ничего не чувствовал. Последнее, о чём я подумал перед тем, как закрыл глаза, было то, что я не хочу больше бороться с собственным сознанием. Тогда мне показалось, что я принял в себе всё то, что прежде безуспешно пытался спрятать или изменить, будто бы отпустил все болезненные сожаления и старые страхи. Тут наступила тишина. Не знаю, было ли это то самое горящее пламя, которое я так хотел разжечь, но свет, что я видел сквозь закрытые веки, становился всё ярче и ярче, пока я не открыл глаза и не увидел слепящее утреннее солнце через форточку в моей комнате. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя и провести черту между реальностью и вымыслом. Но стала ли эта история менее реальной от того, что она мне приснилась? Некоторые вещи, которые приходили мне в голову днём или становилось снами ночью, порой ощущались не то, чтобы реальными, но даже живыми. Особенно, если они помогали мне открыть что-то в себе. Так бывало часто. Не знаю, может ли послужить примером этот сон, но когда я проснулся, вышел на улицу и вдохнул свежий летний воздух, я не думал ни о Джерри, ни о каких-либо мертвых телах.

 

Aleksei Shilov

JERRY

   Jerry was a little piggy that lived at uncle Jim's cattle farm. Jerry was one really lucky piglet since he was the only survivor of his own mom's midnight cannibalistic attack: right after she finished her deadly meal she fell asleep while Jerry was lying in the corner of the pen with no single scratch. The whole farrow was eaten alive and god only knows what made the snouty Medea stop. Anyway uncle Jim took Jerry from the massacre scene in the morning and called me to witness the piggy who lived. Unfortunately uncle Jim was planning to behead Jerry right after our rendezvous from considerations of low benefits one artificially fed pig could give. Good for Jerry, I came up as his savior now. I promised to take care of an infant and devote all my time to Jerry's upbringing. I used to spend every summer at uncle Jim's farm and although I was a kid myself I knew the basics well. Uncle Jim gave me Jerry as a present and even agreed to help me to set up a special enclosure for the piglet in the woodshed. Thus having survived the slaughter of the innocents and escaped uncle Jim's hatched little Jerry managed to cheat death two times in a row and find a guardian.


   Our friendship didn't last long. Jerry died at the age of 2 months for no apparent reason. To be honest at that time I wasn't as enthusiastic about Jerry as I was when I adopted him. He didn't make an impression of a joyful piggy anymore: Jerry turned into a chubby hog Jerald weighting more than I did considering I wasn't a skinny boy. No more games, no more fun - appeasing the hunger of a slops consuming machine didn't appeal to me at all. I was already thinking of asking uncle Jim to take this burden off my shoulders when Jerry deceased leaving me in deep frustration, which grew as I realized that Jerry who had went through so many misfortunes died being under my wardship. It may seem strange that the loss of a boring pig touched me to the heart but keep in mind that I got used to Jerry and above all I was quite a sensitive boy. I couldn't help crying when I saw Jerry's numb body in his pigsty. I ran back home in tears but didn't tell uncle Jim what happened. I couldn't let Jerry go although he was no more alive than a stone. Not only I was afraid of uncle Jim's reaction but first of all I had an idea that if I accept the death of the pig I would also have to admit all my effort had gone to waste.


   I was concealing the case as long as I could. Eventually the pig started to stink so that the putrid smell spread far beyond the bounds of the shed where Jerry was peacefully decomposing. When that unbearable stench covered almost all the territory of uncle Jim's farm he found the body. I was afraid I would be severely grounded for not telling uncle Jim about a dead hog hidden on his plot but he didn't even tell me off. He simply asked me if I wanted to help him with some dirty business, I understood everything immediately and didn't feel like refusing. We put gauze bandages on, which didn't help much to fight the vomiting reflex. Then we lifted that what used to be Jerry on the barrow and took his remains to the last resort. After we buried Jerry uncle Jim remained motionless for several minutes and then asked me if I really saw the lesson I should learn from this whole story. I thought that uncle Jim decided to impose a suspended punishment and prepared to hear his moralistic speech patiently. Anticipating his move, I said that I really did realize that I should always apply all my diligence to look after those who I promised to take care of. I also mentioned that I would never lie again and would try to live up to expectations of everyone who puts trust in me in future. I felt like I scored a hit but it looked like uncle Jim wasn't satisfied with my conclusions. He never minced words: "Bullshit. Leave it for little kids and ancient philosophers, there is less life in such principles than the dead pork's snout has now. There's one rather practical advice I can give you however. If something's died bury or burn it as fast as you can. You can only act like a blind moron until you start to smell a shitty stink coming from the place where the body is kept. Then you would have to get rid of it anyway but it would cost you much more nerves and your breakfast probably". As far as I remember I didn't spot any secret metaphorical sense of what uncle Jim told me although he himself didn't necessarily imply an additional meaning apart from the literal one in his advice. It was late already and we went home in silence. I got really sleepy on the go and dropped off immediately after I reached my bed.


   I woke up on a bright cornflower meadow. There was so much sunshine that it seemed all-absorbing and tangible. It took some time for my eyes to adapt to the light and after the blazing lines got a clear discernible shape I managed to descry the luminous lawn. I saw little Jerry and other happy piglets playing round their lovingly watching mother. It was great to see him and his family reunited. Suddenly Jerry caught sight of me, stopped for a second and then started to run. I don't know why but the next moment gripping terror filled my heart and took control over every cell of my body. I tried to run back from the pig but my legs refused to move. Watching the danger approaching, I was absolutely helpless. I tried to call for aid but every shout sank at the bottom of my stomach. By the moment Jerry was just a few meters away from me he grew several times in size and looked like an infernal animal in light of the sky turned blood-red. The lawn burned under the beast as it ran leaving nothing but the scorched earth behind. Holy brightness finally merged into semi-darkness, which leaked in me through all senses and nourished the dreadful fear inside. For a second I felt like I took myself in hand and I used that moment to turn back and force a step in the opposite direction. Surprisingly there was a wooden door right behind me that looked queerly familiar. I pulled the door, pushed myself in and closed it leaving my hellish persecutor outside.


   I found myself in the same shed where I had been hiding Jerry before uncle Jim discovered him with the only exception that this one was much more spacious. I was thinking of how the door I just opened could lead to this place and forgot about the chase for a minute. To my consternation, very soon I understood that the shed was rather my tomb than a saving shelter: suddenly the door creaked and opened slowly. In a flash I rushed in the far corner and started to peer into the gloom yawning through the open door. The creature that entered the room moved uprightly on its hind hoofs, had little horns and clearly resembled one I saw in my illustrated children's bible, whereas its small black button-eyes and big ears made me think about a hog I used to know. I can hardly describe the terror I experienced when it started to talk keeping on varying in voice from high squealing to low and heavy mumble. As a kid I always wanted to understand animals speech and to be able to talk to them but that wasn't quite a way I imagined my first conversation with a member of another species. There was nowhere to run, I got torpid once again and was waiting for my doleful fate to come as the devil-pig with the gift of eloquence began the speech: "You're a loser, how could you fail to bring up me, the luckiest boar ever lived, and disappoint your loving uncle who gave you a perfect chance to prove yourself at the same time? You are not capable of doing anything somewhat significant and you always let people down". I had such thoughts of myself before but the fact that someone else, even a talking pig, voiced them offended me deeply: "That's not true! You're the only one who thinks so!" Having sad that I started to realize that the shed was actually an amphitheatre full of attentive spectators -"Evidence!"


   All the places were taken by the copies of Jerry each one on his own stage of putrefaction. Well known sickening smell intensified extremely and became absolutely unbearable. Each dead pig yelled something insulting at me. One relatively fresh from the first row screamed shouting down the others: "Do you guys know why parents still bring him to the farm every year? That's because this pitiful prick didn't manage to make any friends in the city!" I came to it not long ago myself and knew that was true, this made those words hurt badly but I tried not to give a sign. I understood they wanted to brake my spirit and once they would succeed that would be the end for me. "He doesn't respect himself," continued another bawl from the crowd. "I know how hard he takes the fact he's short. He always walks on his tiptoes in order to look higher! Makes him look like one big inferiority complex though, we should put him out of his misery!" One more invective came from a pig so rotten you would hardly guess what it used to be alive: "He's been such a failure since the beginning, no one would like to stay with him, he'll always be alone". This one touched probably the thinnest string of my soul, I knew my biggest fear.


   I listened to many of them and after that I thought I would take death as an absolution. I never felt so lonely and oppressed, everything I heard standing on that scene surrounded by those disgusting half-decayed pigs was the reflection of my hidden diffidence, unfulfilled expectations, lost hopes and disappointing mistakes - I felt like I was seeing all dead bodies of my own memory at once. Some were so old that they became an integral part of me, others I never knew existed. Just like any organic matter they decompose (i.e. fade) with the pace of time and the product of their decay is equally poisonous as that of once living being. The longer they find their place in your mind, the more regrets and fears they instigate and it's common for all dead memories disrespectful of age. At that time I didn't know much about their true nature however, I usually confused it with nostalgia. But having seen and heard them all at a time, I understood how harmful for the consciousness their influence really is. No matter what exactly my porky accusers were saying, every Jerry exploited my inner insecurity, a resource hardly exhaustible. The pressure grew while offensive shouts got louder making me think I'm close to defeat. Thousands of unwanted reflections from my memory were embodied in these yelling rotten animals around me and I knew about the connection between them. Obviously that would be the end if it wasn't for a blessing that came upon me in the form of a thought almost as material as a real defensive weapon. I remembered what uncle Jim told me about dead bodies and asked myself whether the "bury & burn" strategy would work with those of my memory. But how could I know what was "burn" in terms of the mental?


   First, I tried to forget. But the harder I forced myself, the more I recalled. The abominable crowd raged in triumph as my own memory tortured me. Second, I wanted to run away but I didn't find any escape from the round arena. The dead both on the inside and the outside rose up vigorously. I fell on my knees being inept to resist further.  Although I was a bit sad that uncle Jim's advice didn't work, overall I was tired, calm and humble - I didn't worry anymore. The last thought that flashed in my head before I closed my eyes was that I no longer want to fight with my own mind: I accepted everything about myself I used to hide or hate but couldn't change, I felt like I let go of all painful regrets and persistent fears. Then came the silence. Not sure if it was the burning flame I wanted to ignite but the light I saw through the eyelids became brighter and brighter until I opened my eyes and realized that was the blinding morning sunlight coming from the window in my room. It took me several seconds to recover my senses and draw a line between fact and fiction. However did the fact this whole story was just a dream mean it became less real? For me, some dreams sleeping or waking have always been real or even living identities. Especially if they helped me to discover something about myself. They often did. Not sure if that night's dream was the case but when I woke up, went outside and inhaled fresh summer air I didn't think neither about Jerry nor dead bodies of any kind.

                                        St. Petersburg, Russia

Шилов Алексей Евгеньевич (лучше Шилов Лёша). Родился в 1993 году в Санкт-Петербурге. Окончил филологический факультет СПбГУ. На последнем курсе завёл дневник, вскоре на его страницах стали появляться небольшие рассказы.

 

                                                                                                                    

Рейтинг:

+2
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1015 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru