litbook

Политика


Возвращение «на пожар»…0

Глава 25 (часть 1) готовящегося объединенного издания томов I и II «Миссии русской эмиграции»

(предыдущие главы см. в 28–37 выпусках)

 

Зарубежная Россия не была для эмигрантов самоцелью и всегда жила не для себя, а исключительно для своего Отечества, в надежде туда вернуться после его освобождения от коммунистических оккупантов и включиться в восстановление русской жизни [1]. А.В. Карташев писал об этом с тревогой: «Страшная ответственность падает на живущие русские поколения... Россия освободится в хаос новых потрясений... С чем явимся мы — ревнители Св. Руси в эту неописуемую минуту российского освобождения? С ясными планами созидания, с продуманной техникой действий, или только с одними добрыми эмоциями? На пожар с голыми руками: без топора, без ведра, без воды...» [2].

Хаос новых потрясений и пожар были предвидены им точно, как и Ильиным. Основные планы созидания в эмиграции также были продуманы (см. гл. 17–18 и далее). А вот «пожарников» к этому моменту в русском зарубежье уже практически не осталось. Да и места им в хаосе потрясений новая постсоветская власть предоставлять не стремилась, можно было вернуться только в ряды оппозиции к ней, соединяясь с внутренней патриотической «эмиграцией» уже в самой «свободной» России.

Из «первой волны» до возможности возвращения дожили лишь потомки, которые теперь поехали в Россию в основном как иностранцы для бизнеса и работы в различных западных представительствах и фирмах, и лишь немногие были носителями русского духа и описанной миссии. Из «второй волны» — на какие средства и куда было возвращаться людям в преклонном возрасте?..

Конечно, возвращение русской эмиграции в Россию не обязательно происходило как личный переезд, оно началось еще в нелегальном подсоветском самиздате и особенно в конце «перестройки» в виде перепечатки эмигрантских текстов и официального появления статей, книг, каталогов, сборников, посвященных эмиграции, хотя далеко не всегда с должным отбором верного и ценного. Это могло стать возвращением того главного, что эмиграция могла дать России. Однако в общем эйфорическом пиетете перед ранее «запретным плодом» с Запада преобладала разношерстная валовая продукция, в том числе в совпатриотическом искажении. Показательна в этом отношении книга В. Костикова (пресс-секретаря Ельцина, ранее сотрудника советских пропагандных и внешнеполитических служб) [3], наша рецензия на которую озаглавлена: «Книга о той эмиграции, которая примирилась с коммунистической властью» [4]. Это книга о немногочисленном круге деятелей леволиберальных взглядов и совпатриотов, к миссии русской эмиграции не имеющих отношения и даже противостоявших ей, — однако автор выдал их за суть русского зарубежья. Таким образом, советская «реабилитация» русской эмиграции началась с попытки лишить ее своей миссии.

«Третья волна» хотя в основном и не собиралась возвращаться, тем не менее была самой молодой по возрасту, и ее «возвращенцы» преобладали как в публикациях, так и личными визитами в тесном сотрудничестве с новой властью. С возвращения этой нерусской эмиграции и приходится начать нашу последнюю главу, упомянув также о внедрении в постсоветскую Россию некоторых экзотических метастаз. Это необходимая иллюстрация тех разрушительных сил, о которых предупреждал И.А. Ильин, — и это та атмосфера, в которой с неравными силами пришлось на родину пробиваться подлинно русскому опыту и наследию зарубежья.

 

На белом коне в «страну папуасов»...

Мы уже отметили в главе 23, что «третья эмиграция» мало чем отличалась от тех ее не эмигрировавших единомышленников, которые сейчас доминируют в СМИ и государственных структурах РФ. Поэтому с их помощью возвращение «третьей эмиграции» — в информационной, издательской, культурной сфере — произошло в преобладающей мере по сравнению с русским идейным наследием зарубежья.

В марте 1987 г. ведущие западные газеты опубликовали «Письмо десяти» эмигрантов («Пусть Горбачев представит нам доказательства»), сомневающихся в искренности горбачевской «гласности».

Авторы письма писали, что цель Горбачева:

«произвести максимум впечатления на общественность при минимуме настоящих уступок... гласность помогает руководству СССР вновь привлечь к себе внимание советской общественности и одновременно улучшить собственный имидж за рубежом...

В конце концов, никто не мешает Советскому Союзу выпускать книги и пластинки эмигрантов, показывать их фильмы, пьесы и полотна. Если бы советским людям позволили делать выбор самостоятельно, эмигрантам-писателям и художникам не понадобились бы закулисные переговоры с властями. Прошлое можно забыть, но как “забудешь” о том, что партия по-прежнему вездесуща и контролирует все — особенно когда вы ощутили на Западе вкус свободы?..

На Западе не понимают главного: если бы советские лидеры действительно были бы настроены на радикальные перемены, им пришлось бы начать с отказа от правящей идеологии. Идеология — то самое ядро советской системы, что не позволяет стране отклоняться от маршрута слишком далеко и слишком надолго... Пока официальная доктрина не предусматривает возможности мира с “классовыми врагами”, о каком подлинно “мирном сосуществовании” с “буржуазными” странами можно говорить?.. Если Запад воспримет новую политику за чистую монету, он сосредоточится на внешних симптомах, игнорируя саму болезнь...» (Василий Аксенов, Владимир Буковский, Александр и Ольга Зиновьевы, Эдуард Кузнецов, Юрий Любимов, Владимир Максимов, Эрнст Неизвестный, Юрий Орлов и Леонид Плющ) [5].

Цель этого письма была скорее обличительная и предназначена для западной публики, на что привычно отреагировал главный советский орган, — газета «Правда»: «Кучка отщепенцев в преддверии великого праздника — 70-летия Октября — пытается швырнуть поток грязи в наш светлый дом. Не выйдет!» [6]. Осудили письмо и видные представители "перестроечной" интеллигенции. Но, к удивлению подписавших, оно было полностью опубликовано с полемическим комментарием Е. Яковлева в тогдашнем авангардном рупоре «перестройки» — газете «Московские новости», вступившей в диалог с этими представителями «третьей волны». Вскоре началась ее легализация под покровительством главного идеолога «перестройки» — члена Политбюро ЦК КПСС А.Н. Яковлева серией официальных совместных встреч «третьеэмигрантов» и их советских единомышленников-западников на зарубежных симпозиумах и конференциях (в Копенгагене, Барселоне, Страсбурге, Нью-Йорке, Риме...). На первую такую советско-эмигрантскую конференцию 2-4 марта 1988 г. в Копенгагене были приглашены В. Аксенов, Б. Вайль, А. Гладилин, Л. Копелев с супругой Р. Орловой-Копелевой, К. Любарский, А. Синявский с супругой М. Розановой, Е. Эткинд; советский историк-реформатор Ю.Н. Афанасьев огласил тогда формулу, по которой СССР был готов принять эмигрантов:

«Страна пережила... трагические этапы своей истории, в том числе войну, которую Сталин вел против своего народа. Все эти события привели к тому, что многие мои соотечественники разбросаны по всему миру», но «...хотелось бы обратиться с призывом к консолидации, несмотря на то, что наши взгляды различны, подумать о возможности единения вот на какой почве.

Первое — признание реальности существования советской власти, хотя бы в том смысле, в котором признает ее президент Рейган, когда встречается с Горбачевым. Второе: эта реальность в нынешнем виде ни нас, ни вас не устраивает, не устраивает она и руководство нашей партии, поэтому и идет перестройка. Сегодняшняя специфика советской жизни — невероятная острота столкновений противоположных мнений. Мой призыв к консолидации означает признание и заинтересованность в успехе нашей перестройки» [7]. Далее Афанасьев положительно оценил деятельность таких эмигрантов, как Л. Копелев и Е. Эткинд. (Курсив наш. — М.Н.)

В целом речь Афанасьева можно было бы тогда расценить как тактический шаг «реформаторов» по демонтажу власти КПСС. Ибо в официальном русле они могли демонтировать систему лишь по определенным правилам, иначе им пришлось бы уйти со своих влиятельных постов в диссиденты. Их «правила игры» были просты: не затрагивать идеологию — единственную легитимацию власти КПСС — и проводить антисоциалистические по сути реформы под лозунгом «дальнейшего совершенствования социализма». Это было своего рода «положительное двоемыслие», которое многими «реформаторами» применялось уже не для укрепления тоталитаризма, а для его безболезненного демонтажа. Эмиграция была ограничена в этой деятельности одним, официальные «реформаторы» — у которых открылись неизмеримо большие возможности — другим. Но в правильном сочетании эти ограничения могли бы компенсироваться, а плюсы складываться. Только при этом не следовало забывать, что эмиграция — союзник не только официального реформаторства, но и бескомпромиссной русской политической оппозиции в стране. Роль этих истинных подвижников была наиболее важна как духовный фактор противостояния, как оазисы исцеления в больном теле. Они прежде всего нуждались в технической и информационной поддержке, в защите гласностью со стороны эмиграции.

К тому же западнические представления горбачевской команды о направлении демонтажа тоталитарного строя вели лишь к разрушительной капитуляции (в частности, идеолог «перестройки» Яковлев выступил тогда же против празднования 1000-летия Крещения Руси). Горбачевские реформаторы были готовы допустить и приглашали к участию в «перестройке» лишь ту часть эмиграции, которая согласится не предъявлять принципиальных требований к основам их власти и поддержит ее. Упомянутые Афанасьевым Е. Эткинд и Л. Копелев стали наиболее известными из политических эмигрантов, кто предложенные правила игры принял.

Так, Эткинд в своем докладе «Единство советской литературы» заявил на этой конференции, что «Ленин, человек образованный, признавал и за идеологическим противником право на обладание культурой». А в конце своего доклада очень по-ленински разделил эмигрантскую периодику, по ее отношению к «перестройке», на прогрессивную и реакционную, «клокочущую от ярости». К первой он отнес журналы, в которых сам состоит членом редколлегии. А в реакционные «судороги прошлого» зачислил даже «Вестник РСХД». И Солженицыну досталось место среди «сеятелей ненависти»; при этом плюралист Эткинд великодушно призвал советских коллег «обличать Солженицына сколько угодно», но всё же и таких извергов упоминать в энциклопедии [8].

Копелев также лояльно отметился в советском журнале: «Эмигрантские “посиделки” для нас довольно быстро отпали. Потому, в частности, что там просто неинтересно. То же относится к эмигрантским периодическим изданиям, за исключением, пожалуй, “Форума” (Мюнхен) и “Синтаксиса” (Париж). Вся остальная эмигрантская печать стоит именно на такой позиции: здесь, на Западе, свободная русская литература, а там, в Союзе, — угнетенная, приспосабливающаяся и даже вообще несуществующая» [9].

Вспомним слова Ф. Светова о литераторах «третьей эмиграции»: «Феномен здесь в удивительном сближении, даже общности элитарной советской интеллигенции с диссидентствующей эмигрантской культурой, нашедшей в себе смелость вырваться из ненавистной им страны, оставшись по сути той же самой, обнажившей то, что их почитатели до поры тщательно скрывают» [10]. То есть причины эмиграции у многих были в основном личными, а не принципиальными идейными, и это сразу же проявилось в годы «перестройки».

Как только у них вновь появились возможности вернуть былое положение в СССР — оказалось, что их всех против их воли «выслали», «выпихнули», «выдворили», «изымали из России, изгоняли», «поставили ультиматум: уехать в пять дней» — утверждают почти все они в позе несправедливо гонимых страдальцев. Даже те, кто слезно умолял своих западных коллег вызвать «для чтения лекций», выезжая при этом с максимально возможным багажом и семьей в полном составе... (Лишь в интервью Н. Коржавина встретилось честное объяснение: «Меня никто не выдворял, никто даже не намекал мне, что я должен уехать... Уехал я потому, что мне было невыносимо душно...» [11].)

Более того: в надежде на обретение прежних материальных позиций в «демократизирующемся» горбачевском СССР начались отмежевания многих «третьеэмигрантских деятелей» от собственных прежних антисоветских писаний и от политической эмиграции.

Войнович отрицает «антисоветскую» направленность своих произведений и заявляет: «Тот барьер, который сейчас стоит между моими книгами и советскими читателями, — искусственный... Я стремлюсь к оздоровлению советского общества» [12].

Аксенов также уверяет, что «никогда не был антисоветчиком» [13].

Синявский уверяет, что любит Родину, и напоминает свою бессмертную фразу: «у меня с Советской властью были чисто стилистические разногласия» [14]. (Его супруга М. Розанова на вопрос «почему вы любите Родину» ответила анекдотом про двух глистов[15]...)

Художник М. Шемякин, эмигрировавший из-за «несоответствия нормам социалистического реализма» (так он писал в автобиографии), оправдывается: «Меня сочли врагом социализма, но это неверно... Следует гордиться многими достижениями социалистического реализма» [16].

Даже знаменитый русофоб А. Янов заявил, что «по сути, был выслан из страны», что среди своих западных коллег-советологов он якобы «имел репутацию русофила» и «опровергал резидента Рейгана», и готов возглавить «международный штаб российского переходного периода» [17].

«Изгнанный» режиссер-невозвращенец, обращается к Горбачеву: «Я верю в серьезные намерения вашего правительства по устранению несправедливости прошлого правления. С уважением — Ю. Любимов» [18] (в мае 1988 г. вернулся в СССР)...

Только «прошлого правления»? И неужели оно было плохо лишь тем, что было «несправедливо» лично к нему?

В этом видна та самая, подмеченная Ф. Световым, родственность таких эмигрантов с «элитарной советской интеллигенцией», для которых коммунистический режим становится плохим лишь с того момента, когда перестает считаться с их элитарностью. Помнится, у члена Союза советских писателей Войновича принципиальный конфликт с советской властью начался из-за квартиры: Войнович отказался уступить ее полковнику КГБ С. Иванько, что и живописал в своем произведении «Иванькиада, или Рассказ о вселении писателя Войновича в новую квартиру» (было опубликовано в США в 1976 г.).

Разумеется, подобные «третьеэмигрантские изгнанники» нашли уже в горбачевском СССР теплый прием. В конце «перестройки», а тем более после 1991 г., каждый их визит на родину превращался в триумф. Вайль и Генис так описывают свои чувства от посещения разрушенной страны, сравнивая каждого эмигранта с богатеньким Миклухо-Маклаем в стране папуасов: «Только в России мы начинаем по-настоящему гордиться новой родиной [Америкой]. Похоже, эта гордость и есть тайная цель поездки... Только гуляя по Красной площади или Крещатику, эмигрант расправляет свои мощные, как у белоголового орла, крылья. Он наконец понял, зачем уехал из России: чтобы вернуться сюда гражданином Соединенных Штатов Америки» [19].

Соответственный завистливый комплекс неполноценности перед такими «свободными и богатенькими» эмигрантскими знаменитостями возник и у недавней советской элиты. А со стороны перекрасившейся номенклатуры КПСС (она составила и основную кадровую часть новой посткоммунистической власти) это была не просто реабилитация тех, кого еще недавно называли «отщепенцами», но и реабилитация самих себя: мол, мы уже не такие, мы вступаем в «цивилизованную общечеловеческую семью».

При этом реформаторы-западники в эйфории от западной поддержки не отделяли от Запада и старую русскую эмиграцию, надеясь на ее политическое и экономическое содействие «перестройке». Постановлением Президиума ВС РСФСР от 25.01.1991 г. за подписью Ельцина было объявлено о подготовке Конгресса соотечественников, «учитывая исключительное значение этого вопроса для духовного, культурного и социально-экономического возрождения Российской Федерации». В разосланных материалах Оргкомитета Конгресса сказано, что «За рубежом проживает около 20 млн наших бывших соотечественников, многие из которых хотят участвовать в экономическом и культурном возрождении Родины»; «мы хорошо знаем, какой мощный духовный и интеллектуальный потенциал накоплен в Российском зарубежье», — писал председатель Оргкомитета М.Н. Толстой, надеясь среди прочего на «развитие деловых контактов, осуществление совместных благотворительных акций». Приводится и обращение Б.Н. Ельцина к эмигрантам: «ваши знания, опыт и сопричастность будут приняты с благодарностью. Только совместными усилиями мы возродим наше Отечество!» [20]. Приглашали на Конгресс в основном знаменитостей из «третьей эмиграции», что вызвало протесты в патриотической печати [21].

Конгресс соотечественников собрался в Москве в августе 1991 г. как раз в дни ельцинского путча против попытки советского правительства (сформировавшего ГКЧП) остановить разрушение СССР. Новая власть устранила все преграды возвращению эмигрантов-антикоммунистов. Однако активность тех или иных эмигрантских структур на родине зависела не от их полезности и верности России, а в первую очередь от размеров их финансирования. Иногда эти факторы хотя бы отчасти совпадали — как, например, у движения кадетских корпусов, у НТС, у открывавшихся на родине приходов РПЦЗ. Другие могли полагаться лишь на пенсии и заработки своих эмигрантских руководителей-энтузиастов (как, например, «Витязи», РИСО, ВМС). Учитывая западническую идеологию новой власти, силы подлинно русской эмиграции были несоизмеримы с масштабом ее задач.

Восторженный прием нашло американское Радио «Свобода», которое сыграло огромную роль в успехе ельцинского путча: «В эфире Москвы в те августовские дни царствовало радио “Свобода”», ведшее передачи прямо из Белого дома; PC и мировые средства информации распространяли не соответствовавшие действительности сенсационные сообщения о штурме и гибели людей «на баррикадах у Белого дома», — так, психологическим давлением, «радио “Свобода” и Би-Би-Си победили КГБ и КПСС» [22]. После успешного ельцинского путча Б. Парамонов радостно заявил в своей радиопрограмме «Русская идея», что это событие стало и крахом «русской идеи» [23]. В благодарность Ельцин указом от 27.8.1991 г. распорядился легализовать эту антирусскую радиостанцию в РФ и предоставить помещения для открытия бюро РС в Москве с корпунктами на территории РСФСР.

Московское бюро «Свободы» возглавил «третьеэмигрант» Савик Шустер, затем он одновременно также стал ведущим на наиболее западническом (и даже антихристианском) телеканале НТВ, а местный комментатор «Свободы» В. Кулистиков совершил взлет до первого заместителя гендиректора государственного телеканала «Россия». Приведем свидетельство Шустера об идеологическом единстве всех этих «духовнообразующих» СМИ в РФ:

«Исходя из своего опыта, считаю, что реально независимых СМИ не бывает... Наша идеология — это открытое общество, либеральный строй, экономический и политический». На вопрос, мог бы работать на канале ТВ-6, отвечает: «Конечно. А почему нет? “Медиа-Социум”, Чубайс, олигархи, Евгений Киселев — абсолютно, как у нас принято говорить, либеральная тусовка. Что бы мне запрещало работать на ТВ-6? И на РТР мог бы. И на ОРТ мог бы. И на радио “Свобода” мог бы. Какие проблемы?» [24].

Еще один из таких вернувшихся вездесущих телевизионных «интеллектуалов», А. Гордон, откровенно объявляет на государственном канале свое творческое кредо: «Бога больше нет... Если есть поток света, то почему мне не быть потоком тьмы...» [25].

«Свобода» стала доминировать в российском радиоэфире во всех волновых диапазонах и через местную трансляцию во многих городах. Российские сотрудники РС подбирались соответствующие. В частности, «религиозную» программу «Свободы» стал вести работающий под «христианина» сектант Я. Кротов, выдающий такие перлы об антихристианских «перформансах» питомцев Гельмана: «Верующий человек должен радоваться кощунству. Пока топчут иконы, это означает, что еще помнят, что есть икона. Кощунство — значит, у человека что-то теплится в душе» [26].

Пропагандируемые «Свободой» диссидентские авторитеты стали открыто издавать свои журналы и газеты (на всё те же американские деньги из National Endoument for Democracy, называемые теперь «грантами» [27]), в которых преследуют те же американские цели, наподобие «Экспресс-хроники» А. Подрабинека:

«Спросите у любого сторонника этой концепции: “А почему, собственно, необходимо, чтобы Россия была великой державой?” — и вы не услышите в ответ ничего, кроме невразумительного бормотания о великой истории, необъятных территориях и особом месте в мире. Идея великой России замешана на уязвленном самолюбии... Для того чтобы трезво оценить место России в сегодняшнем мире, надо выкинуть из головы навязчивые идеи русского мессианства, а из сердца — пламенную любовь к Родине...» [28].

 

«Через инфильтрацию его души и воли...»

Из подобных американских структур отметим также парижскую газету «Русская мысль», которая переиздавала материалы «Экспресс-Хроники», и другие подобные издания. Эта газета была самой распространенной в Европе, объединяя эмиграцию на антикоммунизме и на поддержке диссидентского движения в России. С приходом на пост главного редактора католички И.А. Иловайской-Альберти в 1980-е гг. газета постепенно превратилась в «третьеэмигрантскую» с прокатолическим уклоном. В конце «перестройки» к финансированию газеты подключился Ватикан и усилилась критика традиционного Православия. В годы правления Ельцина газета, представляя политические интересы США и прозелитические интересы Ватикана, стала тиражироваться в Москве (50 000 экз.) и рассылалась в библиотеки и видным деятелям сначала бесплатно, затем по подписке, при поддержке Государственной библиотеки иностранной литературы (где в 1993 г. обосновались московское бюро «Русской мысли» и Фонд Сороса).

В 1999 г. на проходившем в России Всемирном конгрессе русской прессы («третьеэмигрантской» и изданий «ближнего зарубежья») «Русская мысль» была награждена благодарственной грамотой президента РФ Ельцина (другим лауреатом стало «Новое русское слово» — орган Брайтон бич) [29]. После смерти Иловайской (2000 г.) газета сменила несколько владельцев-редакторов и вновь стала чисто эмигрантской, но уже для новой эмиграции как пророссийский партнер «Росзарубежцентра» при МИД РФ. Именно такие лояльные издания в основном представляют теперь русскую эмиграцию на разных конгрессах соотечественников вкупе со множеством изданий «четвертой» эмиграции, имеющих бытовое значение для иммигрантов, навсегда покидающих Россию.

Можно отметить и откровенно инославные структуры с участием русскоговорящих иностранцев и эмигрантов, которые с начала 1990-х гг. развили в РФ активную деятельность, поскольку располагали для этого финансовыми средствами. Это «Христианский церковно-общественный канал», в который вошли радиостанции «София», «Благовест», «Дар». Финансовую поддержку им оказала также католическая организация «Церковь в беде», организационную — факультет журналистики МГУ. Передачи ориентируются на обновленческие и экуменические круги («одна из главных этических задач канала — преодоление косности и агрессивности в сознании современника») при активном участии местных обновленцев [30]: прот. Иоанна Свиридова, о. Георгия Чистякова, игумена Иннокентия (Павлова) — последний прямо проповедует присоединение к «постхристианскому американо-европейскому цивилизационному пространству» и клеймит русскую идею как «русский бред» [31]. С их помощью в Москве стал тиражироваться эмигрантский католический журнал «Символ» на русском языке, издаваемый Славянской библиотекой в Париже. Во всех городах РФ появилось множество русскоговорящих адвентистов, баптистов и других протестантов (часто из русских немцев).

США особенно поощряют насаждение в РФ любых сект и с этой целью предприняли огромные усилия, не только финансовые, но и правовые, чтобы повлиять на законодательство РФ о религиях. Причину этого объяснил автор-католик Ф. Штаркман упомянутой газете «Русская мысль»: «По мнению американцев, Россия представляет собой одну из величайших угроз для безопасности США... Поэтому главная задача заключается в снижении этой угрозы. Американская внешняя политика может достигнуть своей цели, способствуя переменам в России: окончательному отказу от единого мировоззрения и движению к плюралистическому обществу. У русских сильно чувство национального самосознания, и русская политика всегда определялась некоторой единой идеологией. Русские религиозные традиции также ведут к укреплению национального чувства... Все эти особенности способствуют сплочению русских против Америки, которое можно предотвратить, поощряя плюрализм во всех областях человеческой жизни, прежде всего в идеологической и религиозной. Таким образом, Америка заинтересована в укреплении и росте в России нерусских религий и философий, в том числе и католицизма, который является мощной международной силой» [32].

            Это уже иллюстрация к предвидению И.А. Ильина: «Естественно, что религиозные противники национальной России ожидают себе полного успеха от российского расчленения: во множестве маленьких “демократических” республик воцарится, конечно, полная свобода религиозной пропаганды и конфессионального совращения, “первенствующее” исповедание исчезнет, всюду возникнут дисциплинированные клерикальные партии и работа над конфессиональным завоеванием “бывшей России” закипит» [33].

            В области «внедрения в Россию мировой закулисы» с целью «овладеть русским народом через малозаметную инфильтрацию его души и воли», стал особенно активен угнездившийся в «Иностранке» упомянутый Фонд Сороса, который с 1992 г. поддерживал в РФ все «демократизирующие» инициативы и СМИ, в том числе «прогрессивные» эмигрантские (например, ту же «Русскую мысль» и журнал «Континент» с оплатой части его тиража для российских библиотек), которые укладываются в его глобальный проект «Открытого общества». Сорос тратил на это огромные деньги, создав сеть своего фонда во многих странах. Поспособствовав демократическим революциям в странах Восточной Европы, он заявил: «Необходимо доказать недостижимость конечной истины» [34], то есть отменить ее и заменить деньгами.

«Экономическое поведение пронизывает все сферы деятельности... художественные и моральные ценности могут быть представлены в денежном выражении. Это позволяет применять принципы рыночного механизма по отношению к таким далеким областям, как искусство, общественная жизнь, политика или религия... Сфера действия рыночного механизма расширяется до предельных границ... Эвтаназия, генная инженерия и “промывка мозгов” становятся возможными практически. Наиболее сложные функции человека, такие, как мышление, могут быть разделены на составные части и искусственно воспроизведены...

Вероятно, наиболее удивительной чертой идеально меняющегося общества является распад личных отношений... ни одна из существующих связей не является окончательной и отношение людей к стране, семье и друзьям полностью зависит от их собственных решений... органическая структура общества дезинтегрирована до такой степени, когда ее атомы, то есть индивиды, свободно плавают... Друзья, соседи, мужья и жены становятся если не взаимозаменяемыми, то по крайней мере легко заменяются лишь немного худшим (лучшим) вариантом. В условиях конкуренции они также становятся предметом выбора... Личные контакты в целом могут потерять свое значение, точно так же, как более совершенные средства коммуникации сокращают необходимость физического присутствия» [35].

Для достижения «Открытого общества» «необходим мировой порядок, который бы пропагандировал и защищал принципы открытого общества» [36].

Вот еще примечательные признания Сороса: «Я горжусь тем, что я еврей... такая вещь, как еврейский гений, существует». Он считает, что его проект «Открытого общества» связан с его еврейством, поскольку евреи всегда стремились к универсальному миру, открытому для передвижения, и заявляет: «Я очень хочу оказать влияние на ход истории... У меня безусловно были некоторые сверхчеловеческие фантазии... Время от времени у меня возникали идеи о богоподобности и мессианстве» [37]. (Аналогия, действительно, просматривается...)

Представитель фонда Сороса в Москве, директор Государственной библиотеки иностранной литературы Е. Гениева не стесняется заявить в интервью, что от вида православных икон она «вздрагивает», зато может «замечательно молиться в синагоге» [38]. При «своей» Государственной библиотеке Гениева открыла «Духовную школу золотого розенкрейцера» — оккультный лекторий по наставлению россиян на «путь возрождения бессмертной души, осуществляемый с помощью излучений и сил Универсального света...» [39]. Разумеется, и эмигрантское масонство заторопилось просвещать Россию «светом» Люцифера — «поборника человеческого права против божественной деспотии» — так прославляли сатану в парижской масонской ложе на рю Пюто (8, rue Puteau). Об этом пораженный масон первой эмиграции Н.П. Вакар писал своему шефу:

«23 января [1924]... в храме на rue Puteau состоялось Собрание, посвященное “прославлению Сатаны”... Это подлинно был не то сатанинский Акафист, не то миссионерская проповедь сатаниста. Речь была именно так построена не только с внутренней, но и с внешней стороны (каждый абзац кончался напевным ритурнелем “О, Satan, Frfere des hommes”!) [“О, Сатана, Брат людей”]... Докладчик... заявил, что “сатана... поборник человеческого права против божественной деспотии”, “истинный источник света” и т.п.» [40].

22 января 1991 г. именно по адресу этой парижской ложи на рю Пюто масоны через Радио «Свобода» призвали жителей СССР устанавливать контакт для вступления в их организацию. Ведущая радиопередачи Ф. Салказанова заверила слушателей, что «лживые измышления» о масонстве «могли возникнуть только в мозгу кретина». Представители ложи подчеркнули, что «главная цель масонов — способствовать моральному, духовному усовершенствованию общества». Считая образцом такого совершенства США, они напомнили, что «в основу США... с самого начала были заложены масонские принципы». Поэтому, заявили они, сегодня «Россия более других стран нуждается... в масонах», ибо «то, к чему сегодня стремится страна, соответствует масонским принципам». Более того: нет «сегодня иной, чем масонство, структуры, способной обеспечить формирование настоящих граждан; этого не сможет сделать Церковь... этого не смогут сделать и новые политические партии, которым еще не хватает... демократической зрелости... Сегодня всем понятно, в том числе и советским руководителям, если они хотят приступить к реформам, — что распространение масонства в России представляет собой реальный шаг, ведущий к духовному и материальному благосостоянию».

С целью «способствовать распространению масонства в России» и отстроить там масонскую структуру — на рю Пюто была создана специальная ложа «Александр Сергеевич Пушкин». Ибо, как напомнили масоны, устраивать новые ложи самим нельзя: только под руководством вышестоящих. В конце передачи Салказанова дважды, по буквам, повторила адрес и выразила надежду, что писать по нему будут и женщины: «можно будет создать русскую женскую ложу» [41].

Год спустя французский журнал «Экспресс» в статье «Масоны завоевывают Восток» сообщил об открытии многих лож в странах Восточной Европы, при покровительстве новых посткоммунистических правительств. Журнал сообщил, что благодаря популяризации масонства по Радио «Свобода» во французские ложи стали приходить письма из Вильнюса, Баку, Киева. В 1991–1992 гг. в РФ, — как подчеркивает журнал: в обстановке «абсолютной секретности» и «тщательного отбора», — были открыты ложи «Северная звезда» (от «Великого Востока Франции»), «Новиков" (от «Великой Ложи Франции», в дни августовского «путча» 1991 г.), ложа «Гармония» (от «Великой Национальной Ложи Франции»). В 1992 г. открылась еще одна атеистическая ложа — «Свободная Россия» (в начале года в ней было 28 человек), а летом — отпочковался российский орден «Великий Восток России» [42].

Отметим и так называемые «правозащитные» организации, отпочкованные в РФ от эмигрантских структур и занятые в РФ «борьбой с антисемитизмом» и насаждением «толерантизма» к мигрантам и сектам. Это прежде всего «Московское бюро по правам человека» (директор А. Брод), открытое в 1990 г. как финансируемый из США филиал «Объединения комитетов в защиту евреев в СССР» [43]. И, к сожалению, «Российская секция» Международного общества прав человека (основанного в 1970-е гг. членами НТС во Франкфурте) — в Москве руководимая соплеменником А. Брода В.Новицким с теми же целями борьбы против «антисемитизма» и «русского фашизма». (И тот и другой в 2005–2006 гг. вместе с еврейскими лидерами Б. Лазаром, А. Гербер и проч. трижды безуспешно пытались возбудить соответствующее уголовное дело против автора этих строк, однако прокуратура не нашла в наших публикациях «антисемитизма» и «фашизма» [44].)

Заканчивая обзор действующих в РФ русскоязычных структур и СМИ, в той или иной мере связанных с эмигрантами, отметим, что в начале 1990-х гг. в РФ началось тиражирование «третьеэмигрантских» журналов «Время и мы», «Стрелец» и др., а при МГУ был также открыт русскоязычный еврейский университет при участии «израильских» репатриантов.

В этом легионе чуждого нашествия, имеющем лишь формальное отношение к русской эмиграции, но выдаваемом за нее, отметим также вернувшегося «Эдичку» Лимонова, который, характеризуя себя «как писателя, принадлежащего к школе “дёрти реализм”», стал передавать братьям по перу в РФ свои впечатления об увиденной после долгого перерыва России («она мне кажется такой чужой») и свои познания, накопленные в эмиграции: «У меня какой-то спокойный цинизм по отношению к людям. Сказать, что я их люблю, нельзя... Христианство — религия, прибывшая в русские снега с Ближнего Востока совершенно неизвестно по какому поводу. Кстати, одно из несчастий России, по-моему, в том, что религию в свое время выбрали не ту. А для себя я бы выбрал скорее буддизм» [45].

Однако выбрал Лимонов не буддизм, а анархо-троцкизм. Он основал в РФ в 1993 г. «Национал-большевицкую партию» на принципе «сексуального комфорта» в отношениях между партийцами (все женщины общие, все мужчины тоже, при равноправии всех сексуальных ориентаций). В своей газете «Лимонка» вместе с порнографическими рассказами и антикапиталистическими воззваниями он предложил такую программу устройства общества:

«Я ... написал книгу “Дисциплинарный санаторий”, где размышлял над устройством современного общества... что чего же мы, НБП, хотим, какое общество хотим построить...

Надо отбирать людей для новой нации. Пусть она будет называться как-то иначе, пусть не русские, а, скажем, “евразийцы” или “скифы”. Не суть важно, но новую нацию на других принципах, не по цвету волос или глаз, а по храбрости, верности принадлежности к нашей общине. Нужны будут дети от новых людей. Много детей нужно будет, чтобы нация быстро выросла. Потому нужно разрешить многие виды семьи: те, что ведут к небывалому размножению. Разрешить полигамию, свободные содружества. Женщины должны бесконечно беременеть и приносить плоды. Детей же будет содержать и воспитывать община. И жить и воспитываться они будут среди взрослых уже с возраста, ну скажем, десяти лет. Образование станет коротким и будет иным. Мальчиков и девочек будут учить стрелять из гранатомётов, прыгать с вертолётов, осаждать деревни и города, освежёвывать овец и свиней, готовить вкусную жаркую пищу, и учить писать стихи. Будут спортивные состязания, борьба, свободный поединок, бег, прыжки...

Будем ли мы производить оружие? Конечно, будем. Будем вести войны. Но не такие, как прежде, не фронт на фронт. Наши будут просачиваться на их территории, знакомить людей с нашим образом жизни и идеями, и самые здоровые и сильные из них станут нашими, нашей нацией. А потом будут вторгаться наши отряды и добивать несогласных. Нам нужна будет земля. Мёрзлая России захвачена лапами нетворческих тупых администраторов, нищих духом. Нужно уйти из России, свить гнездо на свежих центральных землях, отвоевать их и там дать начало новой невиданной цивилизации свободных воинов, сплочённых в вооружённую общину. Кочующих по степям и горам, воюющих в южных государствах... Вооружённую общину можно будет назвать “государство Евразия”. Так осуществятся мечты “евразийцев” 30-х годов. С нами захотят быть многие. Возможно, мы завоюем весь мир. Люди будут погибать молодыми, но это будет весело. Трупы героев будем сжигать.

А какой смысл совершать революцию, если её цель только захватить министерские посты, вульгарные кабинеты. Мы должны будем сменить всё. И придумать себе нового Бога, возможно какой-нибудь тунгусский метеорит, или железную планету в холоде Космоса. Нашим Богом будет тот, кто даровал нам смерть. Может, нашим Богом будет Смерть» [46]. (Затем этот текст стал предисловием к программной книге Лимонова «Другая Россия. Очертания будущего», 2003.)

В постсоветском духовном вакууме партия Лимонова своим нигилизмом и эпатажными акциями привлекла немало сторонников из молодежи, противящейся новой лживой власти, но не имеющей представления о верном пути к правде... В 2001 г. Лимонову и еще нескольким национал-большевикам были предъявлены обвинения в незаконном хранении оружия и призывах к свержению конституционного строя, весной 2003 г. он был приговорен к четырем годам лишения свободы, но через несколько месяцев условно-досрочно освобожден, и это лишь добавило ему известности. Центральные государственные СМИ регулярно предоставляют Лимонову телеэфир для комментариев наряду с ведущими думскими политиками.

Перечисленные выше метастазы худшего, что имелось в эмиграции, активно внедрялись в постсоветскую РФ и создавали превратное представление о русском зарубежье, дискредитируя его и подпитывая тезисы советской пропаганды о службе эмиграции антирусским силам. Поэтому первоначальная эйфория от возвращения эмигрантов даже у наиболее трезвомыслящих «демократов» сменилась разочарованием. Не только Шафаревич [47], но и, например, В. Топоров высказал опасение, что от возвращения такой эмиграции, как Радио «Свобода», «мы получим не просто американизацию духовной жизни, но американизацию самого дурного пошиба» и превращение страны «в сырьевой придаток Запада» [48]. А. Латынина уже удивлялась «моде умильно смотреть на эмиграцию без особого разбора», когда эмигрантские корифеи приезжают лишь для менторских поучений, но по-настоящему никто не вернулся: «Если не считать двух-трех знаменитостей, согласившихся получить московские квартиры, не расставаясь, разумеется, с зарубежным гражданством. Не мы ли переживали, как праздник, первые встречи политэмигрантов с оставшимися в метрополии?.. Знакомая журналистка пытала меня после встречи с Буковским: ну как нам относиться к этим героическим личностям, когда они несут вздор?.. Вот и попытаемся понять загадку непостижимой терпимости к Лимонову, особенно невероятной на фоне нашей общей нетерпимости...» [49].

Буковский, подданный Великобритании, впрочем, был готов вернуться в РФ сразу в президенты и, протестуя против того положения ельцинской конституции, что «люди, не жившие в России последние 10 лет, не могут баллотироваться на пост президента», — отряс прах Отечества со своих ног: это «дало мне основания отказаться от российского гражданства и не ездить туда больше» [50].

Из критиков этого паноптикума и его нашествия на Россию, однако не дотягивающих до миссии русской эмиграции, упомянем еще двух подписантов упомянутого «Письма десяти», у которых все же проявилось русское неприятие системы западных ценностей, навязываемых России ельцинскими «реформаторами».

Основой деятельности В. Максимова до 1991 г. был протестный нигилизм — и против советской власти, и против западных «носорогов». Положительной программы (кроме общих слов о «демократических нормах») он, к сожалению, не имел, тем более традиционной русской идеологии, и позицию «Русской партии» в «перестройке» не поддерживал, позволяя своим авторам в «Континенте» нападки на ее деятелей без различения их достоинств и ошибок. Постоянно называя себя «христианином» в первых интервью советским изданиям, В. Максимов в то же время высказывается в 1989 г. в пользу западнического авангарда «перестройки»: «...так называемые “правые” меня мало интересуют, они, надо отдать должное, верны себе, исповедуют те же, неприемлемые для меня ценности, на том же убогом профессиональном уровне» — в отличие от «Московских новостей», «Апреля» и «Огонька» [51]... В 1990 г. Максимов говорит, что «нужно общенациональное примирение» [52], однако вновь исключает из союзников патриотические силы: «...блок патриотических движений России получил ничтожно малое количество голосов... А ведь согласитесь, программа патриотических сил — это не программа “Памяти”. Она более широкая, более приемлемая по терминологии, содержит немало разумного». Тем не менее: «Узнав о результатах выборов, я был просто восхищен моральным здоровьем нашего народа...» [53].

А увидев плоды этих «выборов», при ельцинском режиме Максимов становится его противником в стане патриотов. Среди прочего он стал автором газеты «Правда», то есть поддержал даже коммунистическую оппозицию Ельцину, с соответствующим покаянием за то, что «целился в коммунизм, а попал в Россию». И он уже стал возмущаться «чудовищным симбиозом», когда бывшие диссиденты-правозащитники (Якунин, Ковалев, Любарский, Боннэр) грабят Россию вместе с «кандидатом в члены Политбюро» и «генералом КГБ», а «профессор марксизма ленинизма» (Бурбулис) «обучает Россию воинствующему антикоммунизму»: «Мы выдержали и в конце концов преодолели власть коммунистов, но вот сумеем ли мы, в состоянии ли окажемся преодолеть власть мафии, когда преступная олигархия новой бюрократии овладеет (если уже не овладела!) всеми ее рычагами...» [54].

Сам Владимир Емельянович так и не вернулся в Россию (умер в Париже от рака в 1995 г.), но после 1991 г. произошло его литературное возвращение. Редакцию «Континента» («я вам скажу откровенно: кончилось финансирование» [55]) Максимов, в сущности отойдя от своего детища, передал в 1992 г. в Москву писателю И.И. Виноградову, при котором журнал приобрел либерально-космополитический облик с налетом христианства, мало чем отличаясь от прочих демократических толстых журналов. Финансирование получил от одного из российских банков, а, по крайней мере, один из номеров (№ 102) оплатило посольство США в Москве.

Из подписавших в 1987 г. «Письмо десяти» в «красную» патриотическую оппозицию вошел, разумеется, и А.А. Зиновьев. В «Письме» он вместе с другими критиковал Горбачева за верность социалистической идеологии, однако вскоре стал отмежевываться от антисоветских взглядов: «Я диссидентом не был никогда, хотя меня упорно причисляли к ним» [56]. В 1990 г. Зиновьев был восстановлен в советском гражданстве, в связи с чем заявил: «Советский коммунизм возник не после 1917 года. Он уходит своими корнями во всю русскую историю... Лучший период в ее истории — советский период... Я не просил, чтобы мне возвращали мое гражданство. И в Россию не вернусь. Я не признаю такой России, какая она сегодня. Меня отвергла Россия Брежнева, а я отвергаю Россию Горбачева и Ельцина» [57]. Зиновьев действительно имел «истинно-советские» идеалы, однако противником реального советского режима все-таки был и написал против него много обличительных книг, начиная с глумливых «Зияющих высот» (где назвал свою страну и свой народ неприличным словом), лишенных в то же время положительных русских идеалов. В 1999-м он все-таки вернулся, найдя себе много почитателей как яркий антизападник, в чем, разумеется, на своем уровне кому-то оказался полезен.

Вернулось в Россию и немало «правой» макулатуры, например, в 1990-е гг. огромным успехом пользовались книги Г.П. Климова, в своей сексуальной юдофобии дошедшего до хулы на Христа...

 

«С чем явимся мы — ревнители Св. Руси?»

Перейдем к возвращению русской православной эмиграции, которая хотя и была разной, но все же непримиримой к коммунистической идеологии по духовным причинам. (Следует сделать оговорку, что в результате разрушения СССР образовалось так называемое «ближнее зарубежье» из бывших советских республик, в котором на своей родной земле, но не по своей воле, за пределами РФ оказались отрезанными десятки миллионов русских людей, к тому же ущемляемых в правах по национальному признаку. Считать их эмигрантами нет оснований, — это части единого русского народа, незаконно расчлененного по большевицким границам. Постсоветские правители РФ бросили их всех на произвол судьбы, насильно сделав «эмигрантами» на их родной земле...)

Для иллюстрации атмосферы и условий, в которых происходило возвращение русской православной эмиграции, приведем хотя бы два впечатляющих высказывания видных представителей правящего слоя РФ:

М. Полторанин (в 1992 г. министр печати и заместитель председателя правительства РФ): «Русская идея — это как чирей, который вызревает, когда в народе не все в порядке» [58].

А. Кох (в 1996–1997 гг. председатель Государственного комитета Российской Федерации по управлению государственным имуществом; заместитель председателя правительства РФ): «Сейчас Россия появилась, а она никому не нужна (смеется). В мировом хозяйстве нет для нее места... Россия никому не нужна, не нужна никому Россия, поймите (смеется)... Русские ничего заработать не могут... Они так собой любуются, они до сих пор восхищаются своим балетом и своей классической литературой XIX века, что они уже не в состоянии ничего сделать». Для России Кох прогнозирует следующее: «Сырьевой придаток. Безусловная эмиграция всех людей, которые могут думать... Далее — развал, превращение в десяток маленьких государств... Я, откровенно говоря, не понимаю, почему хаос в России может стать угрозой всему миру. Только лишь потому, что у нее есть атомное оружие?.. Чтобы отобрать у нее атомное оружие, достаточно парашютно-десантной дивизии. Однажды высадиться и забрать все эти ракеты к чертовой матери... армия не в состоянии оказать никакого сопротивления» [59].

Им была «не нужна» Россия, ради которой жила русская эмиграция и которую стремилась спасать. Их интересовало только личное обогащение за счет утилизации России. И в первую очередь ее надо было спасать от таких правителей...

Возвращение русской части зарубежья на родину также началось через установившиеся контакты с единомышленниками из православно-патриотических кругов. Эти связи укреплялись на различных съездах, которые многим обеспечили те «посадочные площадки» на родине, где такие эмигранты и их труды, их стремление поддержать здоровые силы на родине только и могли быть восприняты.

Наиболее крупным и плодотворным был устроенный «Витязями» съезд с 28 апреля по 1 мая 1990 г. в старинном замке в бельгийском городке Натуа под названием: «Какой быть России?» [60]. В нем участвовали представители трех разных кругов патриотической общественности: официально печатающиеся в СССР авторы (В.А. Солоухин, В.Г. Бондаренко, П.Г. Паламарчук, А.В. Фоменко, Л.Г. Баранова-Гонченко, сотрудник «Журнала Московской Патриархии» В.А. Никитин), неформальные российские деятели (В.Н. Тростников, В.В. Антонов) и эмигранты. Последние, естественно, преобладали: руководители съезда от «Витязей» (А.Д. Шмеман, Е.В. Апраксина, Н.Н. Селезнева), руководители НТС и «Посева» (Р.Н. Редлих, Е.Р. Миркович, Н.Н. Рутыч, Г.А. Рар), РСХД и "Вестника РХД" (К. Ельчанинов, Н.А. Шмеман), «Вече» (О.А. Красовский), ОРЮР (П.С. Бенигсен, Д.Г. Рар), духовенство различных юрисдикций — всего около 180 человек. Участвовать могли все желающие с оплатой пребывания, однако в явном меньшинстве оказались пытавшиеся затевать идеологическую полемику «третьеэмигранты» и их единомышленники из «перестроечного» авангарда (А. Латынина), западные советологи и советские журналисты. (Именно на этом съезде и возник замысел данной книги о русской эмиграции, предложенный ее будущему автору писателем из Москвы П.Г. Паламарчуком. Первый том вышел два года спустя.)

Даже если взгляды собравшихся не во всем совпадали (например, в церковных вопросах) — всех объединило чувство ответственности за стремительные перемены на родине и необходимость противостояния разрушительным антирусским силам. С этого времени началось самиздатское тиражирование всех упомянутых эмигрантских изданий в СССР (во многом благодаря структуре Русского Христианского Демократического Движения В.В. Аксючица, народного депутата РСФСР 1990–1993).

Что касается русских эмигрантских организаций, то после падения власти КПСС, когда открылась возможность возвращения в Россию и деятельности на родине, главное оправдание нахождения эмиграции на чужбине потеряло прежний смысл. Те немногие, которые еще существовали, встали перед вопросом, что делать дальше. В сущности, ответов могло быть три: 1) прекратить существование, в том числе по возрастным причинам; 2) переосмыслить свои задачи и продолжить существование в качестве образований чисто эмигрантского, земляческого типа, по возможности стараясь быть полезными России в зарубежье; 3) переезжать в Россию для продолжения своей деятельности или, если это затруднено по бытовым причинам, — по крайней мере, создавать в России и поддерживать из зарубежья свои структуры в надежде на их последующее самостоятельное развитие; это уже было не возвращение самих эмигрантов, а перенос структур их организаций с обрастанием людьми на родине.

Даже если последние два варианта соприкасались друг с другом, выделим все же те эмигрантские круги и структуры, которые пошли по пути активной работы в России [61]. Не ставя себе здесь целью анализировать их идеологические различия, отметим наиболее заметные из них. Начнем с устроителей упомянутого бельгийского съезда.

Национальная Организация «Витязей» (НОВ) — молодежная организация, созданная в 1934 г. Н.Ф. Федоровым для воспитания эмигрантской молодежи в более национальном духе, чем имевшиеся другие организации (скауты и РСХД). Девиз: «За Русь, за Веру!». Изначально принимались дети из различных православных юрисдикций с соответствующим духовным окормлением.

С начала1990-х гг. работа НОВ стала развиваться и в России. В зависимости от личных инициатив разных деятелей из эмиграции создаваемые спонтанно в РФ отряды также относились к различным церковным юрисдикциям. Например, при окормлении духовенством РПЦЗ первых лагерей на Дону (с организационной поддержкой предпринимателя В.П. Мелихова) традиция была монархическая, а в С.-Петербурге возобладал более либеральный дух «парижской юрисдикции», а также окормляющего духовенства из РПЦ МП [62]. В 1992 году при Братстве св. вмц. Анастасии Узорешительницы в С.-Петербурге начались занятия с ребятами, а в 1994 г. петербургскими «Витязями» при помощи инструкторов из Парижа и Брюсселя был проведен первый летний лагерь в с. Велье Псковской области. Затем в деревне Рождество на реке Великой под Пушкинскими горами был построен большой стационарный лагерь.

Официальной устоявшейся структурой НОВ считается возглавляемая давним центром в Париже (после смерти основателя НОВ Н.Ф. Федорова в 1984 г. главным начальником НОВ до 1994 г. был А.Д. Шмеман, затем его дочь Н.А. Шмеман и др.; с 2009 г. А.Н. Селезнев). В 2006 г. под Ардатовом прошел первый Всероссийский слет Витязей, в 2008 г. — второй. К 75-летию НОВ в августе 2009 г. в Петербурге был устроен съезд с участием главного начальника и витязей из Нижегородской области, Иркутска, Суоярви, Подольска и Парижа. К 2014 г. лагеря витязей проводятся в десятке регионов от Карелии до Байкала [63].

Помимо проведения детско-юношеских лагерей, действуют субботние и воскресные школы для изучения Закона Божия и Родиноведения; НОВ издает свои журналы («Костер» и др.), учебные пособия и справочники, песенники, религиозную литературу. Зарубежный штаб НОВ в течение многих лет оказывает отделам в РФ финансовую поддержку благодаря проводимым в эмиграции благотворительным мероприятиям (престижные балы «Витязей» и др.).

Движение «Витязей» в РФ сразу же попытались оседлать представители властных структур РФ. Когда это не удалось, они попытались перехватить название, зарегистрировав в РФ «Ассоциацию Витязей» (под руководством Н.Н. Немчинова) на основе военно-патриотических и военно-спортивных клубов. Эта Ассоциация с отделами во многих регионах в своих документах заявляет о своей преемственности от зарубежных «Витязей», однако православное понимание России в программе отсутствует. «Идеология их военных традиций близка к официальной совпатриотической, и по этой причине никакой связи в зарубежным центром “Витязей” нет», — говорится в официальном заявлении парижского штаба НОВ.

Организация Российских Юных разведчиков (ОРЮР) — молодежная организация скаутской традиции, принесенной в Россию с Запада в 1909 г. В эмиграции, благодаря молодым скаутским руководителям, состоявшим в НТСНП, дух и смысл ОРЮР стал другим. Цель — воспитание эмигрантской молодежи в русском духе, сохранение традиций национального внешкольного воспитания и возвращение их на родину. Идейная направленность в разных странах порою зависела от мировоззрения местных руководителей, как консервативного, так и демократического толка. С 1990 г. по инициативе эмигрантов стали создаваться отряды ОРЮР в разных местах России.

К осени 1996 г. в ОРЮР существовали четыре зарубежных отдела, а также обособленный Аргентинский, и четыре отдела в России. Многие руководители ОРЮР в РФ стремились к интеграции с международным скаутским движением, к расширению спортивно-туристической, игровой и досуговой деятельности. Настороженное и даже негативное отношение многих российских руководителей вызывали идейные ценности ОРЮР, сложившиеся в эмиграции, особенно касавшиеся непримиримого отношения к преступлениям советской власти и почитания антибольшевицкого сопротивления. Традиции Белого движения и Дни Непримиримости, проводившиеся при активном участии петербургских руководителей ОРЮР, вызывали острые споры среди российских руководителей. СССР воспринимался этими руководителями в РФ как естественное продолжение российской государственности, однако очень немногие эмигранты видели в этом опасность для развития ОРЮР в России.

Проблема заключалась в том, что в 1990–1992 гг. при создании организации в РФ эмигранты, руководствуясь количеством, а не качеством, принимали в руководительский состав каждого, кто называл себя православным верующим и патриотом, систематическим идейным воспитанием будущих российских руководителей эмигранты не занимались.

Устав ОРЮР не предусматривал съезда нескольких отделов — только поместные для каждого отдела или съезд всей организации. Тем не менее в ноябре 1996 г. в Москве руководители четырех отделов из РФ, собравшись на собственный съезд, в присутствии нескольких руководителей-эмигрантов из США, внесли в Устав для российских отделов радикальные исправления, исключив, в частности, упоминание о ценности традиций антибольшевицкого сопротивления и борьбы с мировым злом. Всё это считалось «вредным влиянием НТС». Одновременно встал вопрос о том, что организация в России должна существовать отдельно от отделов ОРЮР за рубежом. Лидером большинства стал руководитель-администратор М. Дроздов, не скрывавший своих симпатий к «державе» СССР и советским достижениям. Руководство ОРЮР в эмиграции согласилось со всеми принятыми решениями. Часть руководителей (примерно 10 отрядов, что составляло около четверти российской организации) отказались признавать законность «смены вех», потребовав сохранения старого Устава и зарубежных традиций. До разрешения конфликтной ситуации они образовали Российский отдел во главе с молодым петербургским историком, членом НТС и начальником Дроздовского отряда скаутов-разведчиков К.М. Александровым. Российский отдел поддержало и Крымское представительство ОРЮР.

Два года продолжалась тяжба, так как зарубежное руководство во главе со Старшим Скаутмастером М. Данилевским мучительно решало вопрос — какая из «двух» ОРЮР подлинная. Однако, поскольку за организацией Дроздова стояло большинство, решение было принято в их пользу, после чего начался процесс стремительной идейной деградации ОРЮР в России. В 1998 г. руководители расформированного Российского отдела, не желая «менять вехи», были вынуждены покинуть ряды ОРЮР и создали две связанных друг с другом организации: Национальную Организацию Добровольцев (НОрД) «”Русь” во главе с начальником дружины из Обнинска О.О. Денисенко и Корпус Разведчиков во главе с К.М. Александровым. НОрД “Русь” действует до сих пор, а Корпус Разведчиков прекратил существование в 2004–2005 годах» [64].

Помимо упомянутых выше молодежных движений, в РФ существует Национальная организация русских скаутов-разведчиков (НОРС) с центром в Петрозаводске и отделами в двух десятках регионов. Есть и другие подобные, которые заявляют о своей преемственности от дореволюционного и эмигрантского скаутизма, например, в материале НОРС с изложением его истории от 1920-х до 1970-х гг. [65] Однако, судя по всему, эта и другие подобные организации в РФ возникли самостоятельно, без организационного участия эмиграции, заполнив опустевшее место прежних пионерских организаций, в русле официальной работы властей РФ и Церкви с молодежью (на основании «Закона о государственной поддержке детских и молодежных объединений»).

Объединение Кадет Российских Кадетских Корпусов за рубежом (с центром в США) с 1990-х гг. установило активные контакты с патриотически настроенными военными в России с целью передачи традиций и восстановления кадетских корпусов. Создан Фонд поддержки кадетских корпусов, в который 1 млн. долларов пожертвовал известный предприниматель Б.А. Иордан (сын кадета-эмигранта). Издававшийся в США журнал «Кадетская перекличка» (под ред. А.Б. Иордана и Ю.И. Шидловского), стал тиражироваться в РФ. В августе-сентябре 1998 г. был проведен первый (XVI) кадетский съезд в России (С.-Петербург и Москва) под председательством Н.И. Андрушкевича из Аргентины:

«Этот съезд стал историческим, потому что он впервые прошел в России, потому что нам, белым русским, впервые удалось открыто высказать то, во что мы верим, на русской земле.

“Обращение к русскому народу”, наши выступления и доклады отразили веру в Россию, в ее великое будущее. Мы осудили коммунизм и всех тех, кто предал на растерзание человеконенавистнической советской власти русский народ, кто попрал веру православную, кто участвовал в разделении Единой и Неделимой России, кто предал в руки преступной разбойничьей шайки Царя-Мученика с его семьей.

Мы помолились за всех белых воинов, погибших в гражданской войне, и тех, кто продолжил борьбу с интернациональными преступниками во время Второй мировой войны. Мы отслужили молебен Новомученикам и Страстотерпцам российским» [66].

В этих словах можно видеть идеологическую программу, которую предложили осуществить в России выпускники эмигрантских кадетских корпусов. При их попечительстве в РФ открылось более 30 кадетских корпусов в Москве и Московской области (четыре), С.-Петербурге, Новочеркасске, Ростове-на-Дону, Волжском, Вологде, Воронеже, Калининграде, Краснодаре, Новгороде, Оренбурге, Пензе, Серпухове, Новосибирске, Томске, Барнауле, Перми, Ростове (Ярославской обл.), Омске, Красноярске, Иркутске, Горно-Алтайске, Улан-Удэ, Иваново, Южно-Сахалинске, Якутске. Общее число кадет достигает 10 тысяч. Образован Общественный Совет директоров кадетских корпусов (первый председатель — директор Сибирского кадетского корпуса генерал-лейтенант Н.В. Бордюг). Деятельность корпусов поддерживается многими губернаторами и военными структурами РФ; около 10 корпусов включены в систему Министерства образования РФ.

Однако и тут возникли проблемы с совпатриотической идеологией у большинства российских руководителей. Фактически во многих случаях были возрождены советские суворовские и нахимовские училища с некоторыми внешними атрибутами дореволюционных кадет. Вследствие официального статуса всех этих корпусов их идеология стала официальным смешением традиций дореволюционной Российской армии, Белой армии и революционной красной армии, уничтожавшей Россию, однако защитившей СССР в советско-германской войне. В этой войне интересы народа и компартии частично совпали, что стало основой всей преемственности посткоммунистической РФ от СССР с возвеличиванием советских достижений и замалчиванием их страшной цены. Большинство зарубежных кадет толерантно отнеслись к этому красному наследию как неизбежному временному, навязываемому властью вопреки желанию многих офицеров-воспитателей, надеясь на его преодоление в будущем...

Русский Обще-Воинский Союз (РОВС) был создан в 1924 г. ген. Врангелем для сохранения Белых армий в эмиграции. Всегда считал себя чисто военной патриотической организацией, стоящей над партиями и идейными разногласиями эмигрантов. Большинство членов были монархистами. По возрастным причинам, когда в 1990-е гг. от РОВСа в зарубежье остались чисто символические члены и руководители, несколько человек в России из симпатии к Белому движению решили сохранять традиции РОВСа и образовали соответствующие структуры [67].

В 1992 г. Россию посетил из США председатель РОВСа поручик В.В. Гранитов (возглавивший Союз в 1988 г.). Он сказал: «Свое боевое значение кадра Белой армии РОВС выполнил во время Второй Мировой войны, а еще раньше — в испанскую гражданскую войну 1936-1939 гг. Но в настоящее время кадры РОВСа имеют значение, конечно, чисто символическое. Потому, что осталось нас очень мало, и те, кто остались, уже в преклонном возрасте. Борьба вооруженная, слава Богу, сейчас и не нужна. А наша задача теперь: передать нашим младшим братьям здесь, в России, то, чем мы жили, тот дух, в котором мы были воспитаны и который является вечным духом для Российского Государства. И только благодаря нему, мы надеемся, это государство возродится... Я надеюсь, что наш девиз “За Веру, Царя и Отечество”, когда-нибудь станет девизом возрожденной Русской Армии».

В сентябре 1993 г. в РФ было создано первое представительство РОВСа. В том же году в Россию было перенесено из США издание журнала «Наши Вести», основанного в 1945 г. в Австрии как орган Союза Чинов Русского Корпуса. В феврале 1996 г. был открыт 1-й Отдел РОВСа в России под руководством И.Б. Иванова. В настоящее время в ряде городов РФ, а также стран Русского Зарубежья действуют отделы, отделения и представительства РОВСа с официальным печатным органом «Вестник РОВС» и электронным журналом «Перекличка».

Основные цели их работы: распространение сведений о дореволюционном прошлом России, Русской Армии, Белом движении и Белой идеологии, патриотическое воспитание и военная подготовка российского юношества, разъяснение роли Русской Православной церкви в истории России и содействие возрождению Православия в народе, очищение русской жизни от коммунистического наследия, в частности — возвращение городам и улицам прежних дореволюционных названий и уничтожение памятников революционным вождям.

В ходе этой своей работы активисты РОВСа в РФ с горечью констатировали, что «для сегодняшних “демократов” Белая идея столь же враждебна и смертельно опасна, как и для коммунистов». Примером этого стало отношение ко дню 7 ноября, который власти РФ оставили как государственный праздник, лишь переименовав его в «День примирения и согласия», и ко дню Советской армии 23 февраля, который оставлен главным воинским праздником страны как «День защитника Отечества». Российское руководство РОВСа вступило в резкую идеологическую конфронтацию с властями РФ, породив в зарубежье дискуссию о целесообразности деятельности в таких условиях. Процитируем из «Википедии»:

«Во второй половине 1990-х — 2000-е гг. РОВС вступил в острое идейное противостояние с эмигрантскими группировками, выступавшими за прекращение борьбы, примирение и сотрудничество с установленной в России после 1991 г. властью. Это противостояние вылилось в призывы со стороны сменовеховской части русского зарубежья к закрытию зарубежной части РОВСа и других старых антикоммунистических организаций как утративших свою актуальность. В результате этого нажима В.А. Вишневский, недолго в 2000 г. занимавший пост председателя РОВСа, провёл опрос с целью выяснения мнения о дальнейшей судьбе зарубежной части Союза. Опрос показал, что за закрытие РОВСа выступили некоторые члены Объединения зарубежных российских кадетских корпусов, уже сотрудничающие с властями России, в том числе имеющие крупные бизнес-интересы в России (А.Б. Иордан и др.). Напротив, ветераны Союза во главе со старейшим из них, последним георгиевским кавалером Гражданской войны, профессором Н.В. Федоровым, а также вся активная часть Союза объявили саму постановку вопроса о ликвидации РОВСа “изменой Белому Делу” и выступили за продолжение работы. В итоге Вишневский какого-либо приказа о закрытии или реорганизации не отдал и к этому вопросу более не возвращался. После его смерти в должность председателя, на основании ранее отданного приказа и “Положения о РОВСе”, вступил его первый заместитель И.Б. Иванов, сторонник продолжения борьбы. Такой результат не устраивал сменовеховскую часть эмиграции, и через некоторое время она попыталась объявить о “закрытии” РОВСа, якобы исходящем от уже покойного Вишневского (ссылаясь на его частное письмо, где он утверждал, что “к сожалению, организация как таковая естественно, без официальных распоряжений, умерла”. На какой-либо официальный приказ Вишневского противники РОВСа сослаться не смогли, за отсутствием такового). Руководство РОВСа официально опровергло эту провокацию» [68].

В 2014 г. добровольцы РОВСа приняли участие в обороне Новороссии. Члены РОВСа во главе с И.Б. Ивановым участвовали в защите г. Славянска, отличились в боях под Николаевкой. Вскоре после отступления из г. Славянска Иванов в чине майора был назначен на пост начальника Политуправления штаба ополчения Донецкой Народной Республики, однако через некоторое время был отстранен от этой должности, так как его позиция устраивала далеко не всех в политическом руководстве ДНР. После 5 июля чины РОВСа принимали участие в боях за г. Донецк.

К традиции эмигрантского РОВСа идейно близки в РФ несколько изданий военно-патриотической тематики, объявившие себя в 1990-х гг. идейными продолжателями соответствующих эмигрантских изданий: журнал «Новый часовой» (гл. ред. А.В. Терещук, С.-Петербург), журнал «Военная быль» (А.С. Кручинин, Москва). В этой же традиции издаются: серия томов (документы, воспоминания, статьи) «Материалы по истории Русского Освободительного Движения» (власовского) (под ред. А.В. Окорокова и С.И. Дробязко, Москва), книги в серии «Российский военный сборник», представляющие творческое наследие военной эмиграции как актуальное для современной армии (редакторы полковники А.Е. Савинкин и И.В. Домнин, Москва).

Конгресс Русских Американцев, оставаясь земляческой организацией в США, в мае 1993 г. на своем 9-м съезде принял Программу:

«Падение коммунистической власти не избавило, к сожалению, страну от тяжелого наследия семидесятилетнего ига... Поэтому, в это тяжелое для русского народа время, мы обязаны сосредоточить все наше внимание и все наши силы на оказании ему посильной помощи и духовной поддержки...

Содействовать духовной революции в России — восстановлению православной морали и русского патриотизма и борьбе с марксизмом-ленинизмом в сознании населения России... Способствовать экономическому возрождению России на основах частного предпринимательства... Продолжать гуманитарную помощь... минуя государственные структуры... Сотрудничать с представителями теперешнего правительства только тогда, когда это сотрудничество касается исключительно интересов русского народа (например — в деле защиты русского населения “ближнего зарубежья” от местных шовинистов)... Устанавливать контакты и находить пути сотрудничества с русскими патриотическими силами, работающими на благо русского народа... Разъяснять американским общественности и правительству, что сильная национальная Россия в интересах Америки, и бороться с продолжающейся русофобией в прессе и правительственных кругах...» [69].

КРА организовал поставки в РФ гуманитарной помощи («Морской мост в Россию» [70]) и сбор эмигрантской литературы для российских библиотек. В ноябре 1995 г. делегация КРА приехала в Москву для участия в Парламентских слушаниях с целью «создания режима наибольшего благоприятствования русской эмиграции для созидательной деятельности на благо России». Председатель Главного правления КРА отметил в дальнем зарубежье различие между патриотической русской эмиграцией и непатриотичной «русскоязычной», а в «ближнем зарубежье» — «русское население должно иметь право на самоопределение, вплоть до возвращения в состав России (Крым, восточная Украина, западный Казахстан и др.)» [71]. Разумеется, эта позиция КРА не нашла понимания у властей РФ, и делегация была очень разочарована...

Выходивший в Нью-Йорке журнал «Русское возрождение», принадлежавший ранее к Зарубежной Церкви и близкий к КРА, стал издаваться в Москве своим основателем, о. Александром Киселевым, одним из духовников РОА, который в 1991 г. перешел в МП и жил на покое в Москве, в Донском монастыре (умер в 2001 г.), а редакцией стала руководить его дочь в Нью-Йорке.

Парижское издательство YMCA-Press в 1990 г. (в юрисдикции Константинопольского патриархата) открыло свое представительство в Москве сначала при Государственной библиотеке иностранной литературы. Напомним, что издательство YMCA-Press было создано в Париже в 1920-е гг. в «демократической» юрисдикции митр. Евлогия, отколовшегося от Русской Зарубежной Церкви и позже присоединившегося к Константинопольскому Патриархату в виде особой Православной Архиепископии. После войны издательство YMCA-Press поправело, в 1970–1980-е гг. печатало много ценных православных материалов и самиздатских авторов из России.

С 1991 г. издательство имеет филиал в Москве под названием «Русский путь» (директор В.А. Москвин); издает книги мемуарно-исторической, литературно-критической, художественной, религиозно-философской тематики. С 1992 г. в Москве тиражируется парижский журнал «Вестник Русского Христианского Движения» (гл. редактор Н.А. Струве). (Член редколлегии «Вестника» поэт Ю.М. Кублановский стал сотрудником редакции «Нового мира».) В 1995 г. в отдельном большом здании создана Библиотека-фонд Русское Зарубежье, финансируемая правительством Москвы. Такому успеху YMCA-Press в решающей степени помог своим авторитетом А.И. Солженицын (о его возвращении далее скажем особо). Он передал в эту Библиотеку свои архивные собрания, регулярно поступают пополнения из русской эмиграции от КРА и частных лиц через посольства РФ.

«Множество ценных изданий поступило от о. Николая Солдатёнкова, А.Л. и М.В. Сметанкиных (Франция), И.Н. и Т.И. Тимахович, С.Н. и К.И. Забелиных, Р.Б. Середа, Р.В. Полчанинова, Ю.И. Шидловского, Т.С. Зигерн-Корн (США), от Е.Б. Хорнеффер-Никольской, С.Н. Крикорьяна (Швейцария), от Общества Памяти Ветеранов Великой Войны в Лос-Анджелесе (США), Ассоциации потомков эмигрантов «Русские Южина» (Южин, Франция) и других обществ и соотечественников. В фонде достаточно полно представлена продукция многих известных издательств Зарубежья, среди которых YMCA-Press, «Возрождение», «Медный Всадник», «Пламя», «Издательство имени Чехова», «Посев», «Слово». Собрана коллекция редчайших изданий «ди-пи», печатавшихся в 1940-х гг. в лагерях для перемещенных лиц» [72].

Опираясь на эту базу, издательство YMCA-Press под руководством Н.А. Струве устроило десятки выставок YMCA-Press в областных центрах РФ и снабдило своими изданиями десятки библиотек во многих городах России. Следуя давней традиции, оно сотрудничает в России преимущественно с либеральными православными кругами, невзирая на юрисдикционные различия. Однако от вхождения в Московскую патриархию «парижская» юрисдикция отказалась, и ей даже пришлось обороняться от попыток МП захватить эмигрантские храмы во Франции: в Каннах, Биарице, Ницце (храм был отнят) и др. (Говоря об этой юрисдикции, отметим также, что с 1989 г. в Москве при посредничестве о. Александра Меня была налажена трансляция радиостанции «Голос Православия», руководимой в Париже протоиереем Борисом Бобринским и финансируемой швейцарской организацией «Вера во втором мире» [73].)

При всей несомненной важности Библиотеки-фонда Русское Зарубежье им. А.И. Солженицына (в котором трудятся уважаемые люди), к сожалению, эта деятельность по-прежнему ведется преимущественно в духе либеральной «парижской» школы. Характерна оценка первого тома данной книги (а тем самым и понимание миссии русской эмиграции) руководителем издательства YMCA-Press: «М. Назаров испытал влияние крайне правых православных кругов карловацкой ориентации и, несмотря на старание быть объективным, видит миссию русской эмиграции сквозь их призму... От своих менторов М. Назаров унаследовал масономанию. Настоящий вопрос занимает в книге место, совершенно не соответствующее реальному значению масонства в эмиграции. До Революции среди либеральных политических, финансовых и общественных деятелей (особенно в кадетской партии) было много масонов. Большинство из них остались масонами в эмиграции. Ну что из этого?.. М. Назаров не чувствует, что крайне правые, которым он сочувствует, в своем антисемитизме, антимасонстве, антилиберализме и прочих анти, развивали идеологию, политически враждебную большевизму, но по духу ему близкую, и тем самым мешали эмиграции в ее главной миссии: свидетельствовать о подлинной России, и, шире, о самостоянии и свободе человека. Этот коренной недостаток в концепции, трудно исправимый, портит книгу, которая ценна собранным в ней богатым материалом» [74]. И на том спасибо...

Российский Имперский Союз-Орден был создан в 1929 г. во Франции как молодежная монархическая организация (история ее изложена в гл. 19). После раскола в 1972 г. основной РИСО считает необходимым восстановление монархии путем Всероссийского Земского Собора, в чем и видит свою главную задачу. Летом 1998 г. глава РИСО К.К. Веймарн из Канады с братом Д.К. Веймарном посетили Москву и С.-Петербург, где в течение месяца провели несколько публичных выступлений. Ежеквартальный печатный орган «Имперский Вестник» с 1998 г. стал издаваться в Москве (под. ред. М.В. Назарова). РИСО действовал с благословения Русской Зарубежной Церкви, но в России сотрудничал и с низовым духовенством РПЦ МП. Предпринимались совместные инициативы в сотрудничестве с другими «соборническими» монархическими организациями (Осипова, Клыкова и др.). В С.-Петербурге представителем РИСО стала созданная в 1991 г. Всероссийская партия Монархического центра (С.А. Воробьев, В.В. Антонов), в дальнейшем она действует под названием Русское Имперское Движение. Эта деятельность РИСО продолжилась до 2001 г. и осложнилась в связи с возникшей смутой в РПЦЗ (о чем будет сказано далее).

В дальнейшем уважаемые братья-руководители Веймарны, проявившие столь твердую непримиримость к начавшемуся диалогу РПЦЗ с Московской патриархией, передали издание «Имперского вестника» патриархийным прихожанам в Сибири, которые похоронили издание.

Под названием РИСО в России действует и структура «кирилловцев», финансируемая из США группой лиц, отколовшихся от РИСО в 1972 г. в связи с поддержкой претензии на престол потомков Вел. Кн. Кирилла Владимировича (кн. Марии Владимировны и ее сына Георгия, не имеющих легитимных прав престолонаследия, см. в главе 19). Однако, согласно тогдашнему решению арбитражного суда русской эмиграции (состав его был признан обеими сторонами), эта прокирилловская группа не имеет право на название РИСО. В России она принимает в свои члены лиц и неправославного вероисповедания и, в отличие от коренного РИСО, всегда поддерживала политику Ельцина.

Высший Монархический Совет, напомним, был создан в 1921 г. на общеэмигрантском монархическом съезде в Рейхенгалле (Бавария) как политический и идеологический орган русской эмиграции по вопросам восстановления православной монархии в России. Основной его задачей было — совместно с Русской Зарубежной Церковью хранить для будущего принципы государственного устройства исторической России, соответственно воздействовать на монархические организации в качестве арбитра. В состав ВМС входили видные государственные деятели дореволюционной России, ученые, церковные деятели, последняя представительница Дома Романовых Княжна Вера Константиновна, имевшая легитимное право на престол на основании дореволюционных законов. К 1990-м гг. ВМС фактически бездействовал, проводя лишь свои ежегодные праздники в Джорданвильском монастыре.

По своей личной инициативе арбитр ВМС Т.Н. Куликовский, племянник Государя Николая II, в 1991 г. организовал Благотворительный Фонд имени своей матери — Ее Императорского Высочества Великой Княгини Ольги Александровны. Вместе с супругой Ольгой Николаевной Тихон Николаевич занимался переправкой гуманитарной помощи в РФ в основном через приходы РПЦ МП и РПЦЗ, прихожанином которой он был. Еще в годы «перестройки» Тихон Николаевич обратился к русскому народу с рядом воззваний, в том числе о необходимости переименования города Свердловск в Екатеринбург. Некоторые монархисты в РФ (Л.Е. Болотин и др.) видели в Т.Н. Куликовском достойного потомка Романовых «по линии матери» (см. примечание 24 в гл. 21), пригодного для призвания его Всероссийским Собором на царский трон. После его кончины в 1993 г. деятельность Фонда продолжила его супруга уже вне связи с ВМС.

В 1998 г. председатель ВМС Д.К. Веймарн, проживающий в Канаде, посетил с братом Россию [75]. В результате совещания с российскими соратниками были утверждены действующий состав ВМС, ранее сформированный братьями в переписке (за немногими исключениями), и процедура принятия в него новых членов 2/3 голосов [76]. (Вице-председателем ВМС еще в 1997 г. согласился стать автор данной книги.) Работа ВМС заключалась в обзоре деятельности монархического движения в России и в анализе важнейших событий в РФ и мире, что отражалось на страницах упомянутого «Имперского Вестника». По тем же причинам, что и РИСО, в связи с возникшей смутой в РПЦЗ, в 2001 г. ВМС приостановил свою деятельность. Затем формально Д.К. Веймарн передал преемственность ВМС Русскому Обще-Национальному Союзу (И.В. Артемова), но фактически она прекратилась и в РФ, и в зарубежье.

Автор данной книги, будучи вице-председателем ВМС, был вынужден в 2004 г. констатировать: «Вся история создания и деятельности ВМС связана с Русской Зарубежной Церковью, которая долгое время была главным хранителем православного понимания исторической российской государственности и миссии русского народа в эпоху апостасии. Без духовного водительства таким церковным авторитетом деятельность ВМС лишается смысла. После недавнего обмена мнений по этому вопросу с высокопреосвященнейшим митрополитом Лавром [первоиерархом РПЦЗ, во время его визита в РФ в мае 2004 г.] у меня сложилось впечатление, что каноничная Зарубежная Церковь более не интересуется деятельностью ВМС, а судя по визитам зарубежных делегаций в РФ, — вообще слагает с себя традиционную миссию “подвига русскости в условиях апостасии”, восхваляя “православного президента Путина”. Если эта тенденция в РПЦЗ возобладает.., это станет и концом традиционной миссии русской эмиграции, включая ВМС» [77].

В 1995 г. «кириллисты» провозгласили в Москве свой проельцинский ВМС под руководством кн. З.М. Чавчавадзе (официальный представитель кн. Марии Владимировны в РФ). К истинному эмигрантскому ВМС он никакого отношения не имеет. В 1998 г. Чавчавадзе был смещен с этого поста большинством голосов, дальнейшей информации о деятельности этого «ВМС» не публиковалось.

 

«Гостевой дом для Императорской Семьи...»

Зато огромного успеха в РФ добился т.н. «Российский Императорский Дом» Кирилловичей, которые активизировались уже в последние годы «перестройки». В главе 19 уже описано, как в 1990 г. кн. Владимир Кириллович выразил симпатии Генеральному секретарю ЦК КПСС Горбачеву, а после августовского переворота и его сопернику Ельцину (письмо Б. Ельцину от 27.8.91: «буду счастлив — наблюдая со вниманием за Вашими начинаниями — оказать вам поддержку от имени Императорской семьи»). В ходе поездки кн. Владимира Кирилловича в СССР в ноябре 1991 г. все вернулось на круги своя: семья претендентов прибыла в Петербург к тому самому Таврическому дворцу, куда их предок-февралист привел Гвардейский экипаж под красным флагом...

Это означало разрыв с РПЦЗ и переход под омофор РПЦ МП, где «Императорский Дом» приняли не все и не сразу. Еще в 1996 г. управляющий делами МП архиепископ Сергий критически отзывался о Кирилловичах как людях нецерковных: «Лично я много раз совершал литургии и панихиды по усопшему Вел. Кн. Владимиру Кирилловичу, но подчас Мария и Леонида приходили к концу даже не литургии, а к концу панихиды!.. Такое отношение к Церкви, к народу православному, наверное, не совсем правильное» [78]. Поэтому «царевичу» пришлось приносить т.н. «династическую присягу наследника престола» без благословения МП и не в Ипатьевском монастыре (как показательно планировалось), — а в «Израиле», где ее принял Иерусалимский Патриарх.

Тем не менее этот «Императорский Дом» окружением президента РФ Ельцина (так называемой «Семьей») стал рассматриваться как один из запасных способов сохранения ненавидимой в народе власти без риска выборов — в качестве регента при несовершеннолетнем монархе Георгии в восстановленной декоративной «конституционной монархии». Бабушка «царевича» «Великая княгиня» Леонида Георгиевна подтвердила публично, что если ее семью посадят на русский трон — они оставят все структуры власти как есть, не вмешиваясь в сферу их компетенции [79].

Поскольку Московская Патриархия в то время еще не причислила Царскую Семью к лику святых — так же к ней стали относиться и Кирилловичи в вопросе перезахоронения «екатеринбургских останков» в великокняжеской усыпальнице Петропавловского собора С.-Петербурга. В марте 1995 г. туда были торжественно перевезены из Германии останки Великого Князя Кирилла (эмигрантского «Императора Кирилла I») «в связи с поручением, данным Б. Ельциным министерству иностранных дел РФ». Ранее в той же великокняжеской усыпальнице, по распоряжению тех же инстанций, был похоронен «Великий» Князь Владимир Кириллович, скончавшийся в Америке в 1992 году...

За поддержку, оказанную Ельцину на выборах 1996 г. через свои родственные связи с американскими финансовыми кругами (через дочь от первого брака с Кирби), Леонида Георгиевна в письме (6.1.1995) начальнику президентской охраны А.В. Коржакову, попросила «...выделения Семье какого-нибудь гостевого дома в С.Петербурге или Москве или в непосредственной близости от них. Обретение соответствующего статуса и необходимых условий жизни в России существенно повысило бы авторитет Российского Императорского Дома» [80]. В подкрепление своих просьб о «статусе» и «гостевом доме» Леонида наградила Коржакова учрежденным ею «орденом Александра Невского»... Коржаков уже будучи в отставке заявил, что ему по указанию Ельцина «довелось заниматься подбором удобного места и здания для передачи ныне живущим за рубежом членам семейства Дома Романовых в личную собственность, где они могли бы жить в любое время. Поставленная главой государства задача была решена нами в определенные им сроки» [81] (это была номенклатурная дача Микояна в поселке Калчуга под Москвой).

Однако в 1996 г. этот вариант «монархического фигового листка» Ельцину не понадобился (или не решились на него), поскольку проще было фальсифицировать заведомо провальные президентские «выборы». Передача «гостевого дома» в личную собственность, видимо, так и не была оформлена. Однако Кирилловичи планомерно готовили новое наступление, раздавая самодельные «императорские ордена» и «дворянские титулы» депутатам Госдумы, губернаторам, генералам, архиереям. Не мытьем, так катаньем...

Притязания самозванцев на имущество Династии Романовых не представляли бы особого интереса — мало ли государственной собственности было разграблено в последние десятилетия, — если бы претенденты не добивались себе также и официально признанного в РФ статуса «Главы Императорского Дома Романовых», что может иметь далеко идущие политические последствия.

Эта цель стала близка при Путине, когда со стороны властей вновь стали поступать ответные сигналы. Прежде всего от руководства Московской патриархии, от которой в этом вопросе многое зависело. Патриарх Алексий II стал величать самозванку «Великой Княгиней», — а за ним перевернулась и «православная общественность» в лице «Радонежа», «Православной беседы», «Союза православных граждан», «Русской линии» и т.п. Как пояснил руководитель «Радонежа» на заседании Союза православных граждан (20.6.2004): этот вопрос больше не стоит, поскольку «Великую Княгиню» поддерживает священноначалие.

Осенью 2005 г. был опубликован «Проект Россия», по сути нацеленный на превращение нынешней олигархической власти — в «монархию». Немедленно фельдъегерской почтой он был разослан во властные структуры страны: ФСБ, МВД, Администрацию Президента, Генеральную прокуратуру, Государственную думу, МИД. Затем Управлением делами Президента РФ книга была внесена в реестр изданий, рекомендованных для чтения госслужащим и также общественно-политическим деятелям [82]. Руководство РПЦ МП через «Всемирный русский собор» официально одобрило этот «Проект».

Разумеется, «национальный вождь России», как стали называть В.В. Путина, не прочь восстановить «монархию» вовсе не для народа и не для каких-то претендентов, а для себя — так проще было бы управлять страной. Но Кирилловичи могут в этом быть полезны как переходный «легитимный» сценарий. В связи с чем оживились и их надежды, что «фиговый листок» будет востребован: они удесятерили свои усилия, привлекая к себе внимание самыми разными способами, включая судебную тяжбу о «реабилитации близких родственников» — Царской семьи (с получением соответствующих имущественных прав наследования).

Правящий слой отреагировал чутко: началось триумфальное шествие самозванцев по РФ. В частности, 30 января–3 февраля 2009 г. «Е.И.В. Государыню Великую Княгиню Марию Владимировну» привечали новоизбранный патриарх Кирилл (на чин интронизации которого приехала «Государыня»: «Его Святейшество причастил Ее Императорское Высочество Святых Христовых Таин и принял ее поздравление»), первоиерарх Русской Православной Церкви за границей (МП) Иларион, председатель Центральной Избирательной Комиссии РФ В.Е. Чуров (с «возведением в достоинство» и «возложением ордена»), и сам «национальный лидер России» Путин [83].

В июне 2009 г. «представители Российского императорского дома объявили о намерении вернуться в Россию в качестве “общественной институции”. Для этого, по их мнению, следует установить за императорским домом особый статус, закрепленный законодательно» [84]... То есть, одной правительственной дачи, которой добивались у Ельцина, — конечно, мало...

В ряду «новых дворян» и «кавалеров императорских орденов» (а в РФ их уже почти 15 тысяч, в том числе: Ксения Собчак, патриарх Алексий II, глава ФСБ Николай Патрушев, депутат ЛДПР Алексей Митрофанов, депутат КПРФ Геннадий Семигин, мэр Лужков, генпрокурор Чайка, начальник Генштаба Квашнин, десятки других генералов, губернаторы...) начали признавать «Государыню Марию» видные патриотические деятели, ранее не замеченные в подобном конформизме. К удивлению, отличились даже бывшие депутаты Госдумы — члены патриотической фракции «Родина». В их числе Н.А. Нарочницкая, приветствовавшая «царевича» Георгия, С.Н. Бабурин, принявший награду от «Государыни Марии», А.Н. Савельев, принесший ей личную присягу...

В нынешнем 2014 г., расширяя круг своих верноподданных, «Наследники “дома Романовых” объявили себя потомками пророка Мухаммеда»; советник канцелярии РИД сообщил, что «княгиня является также потомком царя Давида» (через грузинскую династию) и потомком Патриарха Филарета. Тем самым, отметил он, сложилась уникальная ситуация, когда в одном лице объединились сразу три религии (ислам, христианство, иудаизм). «Я других таких прецедентов в мире не знаю» [85], — подчеркнул советник. Кроме того, «царевич» вручил «Императорскую медаль» раввину З.Л. Когану [86], издавшему иудейский расистский кодекс «Кицур шульхан арух» с ненавистью ко всем неевреям, приравненным к «экскрементам»...

 

Нужен ли теперь России НТС?

Читатель, возможно, уже недоумевает: а где же самая активная «махрово-антикоммунистическая» организация НТС? Не хотелось тут сразу начинать с удручающего, с чем ранее была связана и эмигрантская биография автора данной книги, но придется перейти к этой неприятности. Ибо как раз на примере возвращения НТС наглядно выявились основные грехи и недостатки тех непримиримых антикоммунистических кругов зарубежья, политический активизм которых преобладал над духовным пониманием смысла истории и места России в ней.

Народно-Трудовой Союз российских солидаристов (НТС) был создан в 1930 г. в Белграде эмигрантской молодежью как русская национальная организация авторитарно-корпоративной идеологии. Об НТС уже написано много в данной книге, и нет необходимости повторять. Отметим только, что после войны Союз, с центром во Франкфурте-на-Майне, постепенно приобрел черты христианско-демократической партии консервативно-патриотического склада, следы корпоративизма в Программе НТС оставались минимальные в виде «Совета Труда» в будущем парламенте России. И хотя автором данной книги с одобрения руководства НТС была предпринята попытка реанимировать корпоративную идеологию переизданием довоенных идеологических материалов НТСНП («для сегодняшней России тот опыт выбора верного пути между двух крайностей становится чрезвычайно актуален, ибо эти крайности всегда подспудно присутствуют в жизни свободного человеческого общества и грозят вступающему в нее новичку повторением чужих ошибок» [87], — говорилось в нашем предисловии), тенденция идейной «демократизации» усилилась с отходом от руководства Союзом старых поколений и особенно в принятии новых программных документов [88] (составленных сыном известного историка из «первой эмиграции» Б.С. Пушкаревым, возглавившим Исполнительное бюро Совета НТС с 1991 г. и в 1995 г. ставшим председателем Союза; в качестве руководителя около 20 лет проживал в Москве, изредка возвращаясь в Америку).

В этих документах НТС много правильного, но на поверхностном, социальном уровне. Для этого не нужен был опыт эмиграции. К сожалению, в РФ под руководством Пушкарева НТС превратился в обычную демократическую партию западного типа, каковых много.

В годы «перестройки» НТС направил свои усилия на отстройку организации на родине, издав для этого соответствующую инструкцию [89]. В середине 1980-х гг. в СССР «членов НТС среди контактов было немного — от 8 до 18 человек... они и представляли “закрытую организацию” НТС в России, которую рост числа открытых членов в 1988–90 гг. быстро затмил» [90]. Главную роль в этом играли недавние политзаключенные Валерий Сендеров и Ростислав Евдокимов, которые при аресте в 1982 г. демонстративно объявили органам КГБ, что они являются членами НТС. Выйдя на свободу в начале 1987 г., они стали собирать вокруг себя людей. В феврале 1988 г. Сендеров провел первую пресс-конференцию НТС в Москве. В октябре 1988 г. на 10-тысячной демонстрации на стадионе «Локомотив» в Ленинграде Евдокимов впервые в СССР открыто поднял российский бело-сине-красный флаг.

«В августе 1990 г. Совет принял решение о свертывании работы “закрытого сектора”... к весне 1991 г. прекратилась и иностранная поддержка НТС, начавшаяся в 1951 г. в разгар “холодной войны”»[91]. (Насколько известно автору данной книги, последовательность была обратной: прекращение американского финансирования «Закрытого сектора» привело к его свертыванию. Руководство НТС поначалу попыталось сохранить это финансирование в новом виде — в опоре на близкие по идеологии антикоммунистические организации в стране, прежде всего на Российское Христианско-Демократическое Движение (РХДД) В. Аксючица, вступившего в НТС. Этот проект американцы не поддержали — ибо «строить здоровую Россию» они не желали, политика Горбачева и затем Ельцина их вполне устраивала, поскольку она наилучшим образом и бесплатно обеспечивала американские интересы по развалу и утилизации СССР.)

Вскоре, и особенно после августа 1991 г., впервые посетить Россию смогли зарубежные руководители Союза: Б.Г. Миллер, Е.Р. Миркович, В.Д. Поремский, Б.С. Пушкарев, Р.Н. Редлих и многие менее известные соратники-пенсионеры. Они выступали в печати, участвовали в конференциях, пытались поддерживать различные полезные начинания каждый на своей малой родине. В 1992 г. в Москве был открыт филиал издательства «Посев» (помещение на Петровке, 25, было куплено в начале 1994 г. на деньги от продажи дома НТС в Париже). Стала возможной общероссийская подписка на журналы «Посев» и «Грани» (однако число подписчиков было меньше, чем ранее в эмиграции). В 1996 г. НТС был зарегистрирован в министерстве юстиции РФ как общественно-политическое движение. 25 кандидатов от НТС пытались баллотироваться в Госдуму и местные органы власти, однако почти всегда безуспешно, потому что их программы мало чем отличались от множества других конкурирующих «демократов». (Правда, в 1993 г., два человека от НТС прошли в первую ельцинскую Государственную Думу по списку партии власти «Выбор России», в том числе Марк Фейгин из Самары, ранее член «Демократического Союза».

В 1990-х гг. НТС насчитывал в РФ около 500 членов. Однако прием членов осуществлялся преимущественно по критерию антикоммунизма, вследствие чего состав организации становился идеологически все более разношерстным: принимались и атеисты, язычники, либералы-западники «черно-белого» советского кругозора (из «Демсоюза» В. Новодворской).

К тому же курс эмигрантских руководителей НТС на поддержку «реформ» Гайдара-Ельцина (критиковали их лишь «некомпетентное» осуществление, но не ложную идеологию, и даже «прихватизацию» поддержали) привел НТС к разрыву с патриотическим движением и к союзу с активным западническим слоем в ельцинском руководстве, который совмещал свой антикоммунизм с циничным отношением к ограбленному народу и с русофобией (А. Чубайс и его команда).

Руководство НТС поддержало даже компрадорский ельцинский путч осенью 1993 г., что обострило разногласия в организации. Для их преодоления в мае 1996 г. в Перми был проведен общий I съезд НТС в РФ, на который прибыли 41 делегат от 26 регионов РФ и один делегат с Украины (от 540 членов), а также 8 человек из «дальнего зарубежья» (от 200 членов). По причине различного отношения к политике Ельцина (остальные организационные причины разногласий были второстепенны) в организации произошел раскол. Шесть человек руководства, включая предыдущего председателя НТС Е.Р. Романова (Островского), так и не вернувшегося из эмиграции (умер в 2001 г. в Болгарии), и трех членов Исполбюро ушли из Совета НТС [92]. Временно Исполбюро возглавил 86-летний Р.Н. Редлих. Большинство рядовых российских членов НТС, не согласных с проельцинским курсом, безуспешно попыталось отстоять традиции НТС, создав свою структуру с тем же названием.

15 февраля 1997 г. отколовшаяся часть НТС провела свой «II (V) съезд НТС», на котором идеологические причины раскола были сформулированы ее руководителями следующим образом:

«Преодоление коммунизма — основная цель Союза в последние годы — собрало под одни знамена социалистов и либералов, националистов и космополитов, анархистов и государственников. На I съезде приводился пример, что НТС на думских выборах поддерживал более десятка блоков... Как и кого сегодня может объединить наш Союз, когда антикоммунизм ушел на второй план? Нам надо определяться в работе созидательной, в едином понимании будущего России...

Пока “Посев”, прославляя либерализм, собирает пыль на складах, нас буквально одолевают известные российские издания с просьбами дать материалы по солидаризму... Солидаризм изначально возник как альтернатива коммунизму и либерализму... Солидаризм предложил личное “я” совместить, солидаризовать с коллективным “мы”... солидаризм составляет сотрудничество групп и заключает корпоративное начало... Гинс в работе “На пути к государству будущего. От либерализма к солидаризму” критиковал персоналистический подход... Сегодня многие поверхностно воспринимают западный опыт — дескать, там либерализм уже не тот, что был в 30-е годы, когда создавалось учение российского солидаризма. В прошлом известный член НТС говорит, что “...у людей с подобными взглядами крайне узкий кругозор”. Не следует обожествлять опыт Запада... нам оказалось мало 70-летней коммунистической диктатуры, и мы прямиком ринулись в “новые приключения”. При нынешней государственной политике нам не суждено оказаться в положении Запада (даже если его и обожествлять), но вот новые потрясения точно гарантированы. Получилось так: чтобы прогнать одних разбойников, мы пригласили в свой дом других...

Редактор “Посева” в интервью заявил, что НТС отказался от народно-трудового строя, государство должно быть правовым и демократическим (формулировка либералов!). Можно ли с этим согласиться? Если мы отказываемся от народно-трудового строя, мы уже никакой не народно-трудовой союз. Откуда взялось это слово — “народно-трудовой”? Солидарное государство построено на сотрудничестве трудовых групп, это государство народное. Нет ничего народного в нынешнем режиме... Это наша точка зрения. И мы хотим быть среди единомышленников. И уходить из НТС нам некуда. Это нашим оппонентам путь к Гайдару и Чубайсу. Пусть среди них распространяют опусы про расширение НАТО на Восток и т. п. Либеральных организаций сегодня много. Солидаристическая — одна. Считаете солидаризм анахронизмом, живется вам прекрасно в Штатах или Франции — уйдите, не вашими идеями создавался Союз — он должен принадлежать тем, кто продолжает начатое в июле 1930 г. дело. Так будет честно...

Нужно принять несколько принципиальных решений: ...Вернуться к идейной основе российского солидаризма, введя в программу понятия “сотрудничество групп”, “корпоративное представительство”, “народно-трудовой строй”...»[93].

Принято на заседании ИБ НТС 14 февраля 1997 г.

За Россию, № 333, март 1997 г.

[Разумеется, тут и ИБ НТС, и название газеты уже параллельные, из стана отколовшихся.]

Очищенный от «раскольников» Совет НТС, сохраняя прежний курс на поддержку Ельцина, решил сосредоточиться на деятельности просветительской, издательской и исследовательской и таким образом косвенно влиять на политическое положение в стране. Имея постоянный источник дохода от зарубежного имущества и накоплений, НТС в РФ содержит свой аппарат, издает журнал «Посев» и газету «За Россию». Журнал «Грани» в последние годы передан в частные руки. НТС по-прежнему считает главным антикоммунистическую борьбу и поддерживает «Союз правых сил» Гайдара-Чубайса-Кириенко-Немцова-Хакамады.

Всего в РФ под маркой «Посева» к 2011 г. выпущено около сотни книг и брошюр. Многие из них очень полезные (на темы истории антикоммунистической борьбы, Белого движения, мемуары) [94], но для этого не нужна организация, тем более совершенно переродившаяся и утратившая видение мировой расстановки сил в настоящее время.

Характерна рецензия председателя Исполнительного Бюро Совета НТС Б.С. Пушкарева на первый том данной нашей книги, в которой о бесспорных фактах активнейшего поощрения российской трагедии западными демократиями сказано: это «лишь воображение, настроенное на “поиск врага”, отказывающееся покаяться, что врагом этим были — мы сами» [95].

 

Солженицын и возвращения перезахоронением

От эмигрантских организаций перейдем к видным личностям. Наиболее авторитетной фигурой из вернувшихся эмигрантов стал Солженицын, с влиянием которого многие связывали большие надежды. Однако Александр Исаевич опоздал, вернувшись уже в Россию, разрушенную и прочно захваченную и местными «нашими плюралистами», с которыми он боролся в эмиграции, и теми самыми ставленниками «мировой закулисы», о которых еще в 1950-е гг. предупреждал Ильин как о главной опасности для нашей страны после падения коммунизма. Похоже, всей разрушительной мощи этого натиска на Россию даже в годы «перестройки» Александр Исаевич не ощущал. Хотя уже вовсю шли ожесточенные бои между захватившими главные СМИ западниками и оборонявшимися русскими патриотами за то, каким путем идти российским реформам, Солженицын уклонялся от вмешательства и долго запрещал перепечатывать в России свою критику Запада:

«Что же касается моей публицистики, то я принял решение: по крайней мере 2 года (1990, 1991) ее не печатать в СССР... от публицистики поднялась бы только свалка споров — и заслонила бы от читателей идущие теперь к ним мои главные произведения прозы. А прежде, чем они будут прочтены массовым читателем — я не могу оказать никакого серьезного влияния на направление мыслей и событий на родине. Тем более я не участвую ни в каких организационных мероприятиях...» [96].

Первую свою публицистическую работу, предназначенную для российской печати, Солженицын назвал почти оптимистически — «Как нам обустроить Россию?» [97] (1990). В ней писатель в частности предлагал ограничить территорию будущего государства республиками РСФСР, Украины, Белоруссии и Казахстана, поскольку расширяться на Кавказ и Среднюю Азию русскому народу вообще было не нужно, по мнению писателя. Этот тезис вызвал критику слева и справа, но оценивать его следовало с учетом состояния власти в стране (в дореволюционное время сложившиеся границы Империи были естественны и геополитически оправданны, сейчас — непосильны). Давний сподвижник Солженицына И.Р. Шафаревич оценивал положение точнее: «Можно ли еще спасти Россию?» [98] (название его статьи) — то есть прежде чем обустраивать, ее надо было защитить и уже не только от коммунистов...

«События 19–21 августа 1991 г. вызвали у Солженицына большие надежды. В письме к С. Говорухину он писал: “Поздравляю с великой Преображенской революцией!” 30 августа 1991 г. Солженицын отправил письмо и президенту России Б. Ельцину, в котором, в частности, писал: “Горжусь, что русские люди нашли в себе силу отбросить самый вцепчивый и долголетний тоталитарный режим на Земле. Только теперь, а не шесть лет назад начинается подлинное освобождение и нашего народа и, по быстрому раскату, — окраинных республик”... В сентябре 1991 г. по предложению Ельцина Генеральная прокуратура СССР сняла все прежние обвинения с Солженицына, устранив тем самым юридические препятствия к его возвращению на Родину. Солженицын ответил в специальном заявлении для прессы, что он обязательно вернется в Россию. “Но прежде я должен, — говорилось в заявлении, — окончить на месте мои ранее начатые произведения. По возвращении в Россию сразу обступят другие заботы, которые я и буду делить со всеми”...»[99].

Однако и после падения комвласти Александр Исаевич еще долго по инерции считал ее за главного врага — в том числе и осенью 1993-го, приветствуя расстрел Ельциным высшего законодательного органа, противившегося разрушительным реформам и грабительско-коррупционному беззаконию ельцинской команды. Разумеется, в западных и российских центральных СМИ положение в РФ рисовалось иным, и на основе этой информации Солженицын опрометчиво заявил: «События 3–4 октября — совершенно неизбежный и закономерный этап в нашем мучительном и долголетнем пути освобождения от коммунизма... После событий 3–4 октября можно только выразить неуверенную надежду, что хоть теперь, может быть, народ станет жить хоть немного лучше...» [100].

В связи с возвращением на родину в 1994 г. Солженицын опубликовал новую статью «”Русский вопрос” к концу ХХ века» [101], в которой предложил программу возрождения России в духе «просвещенного патриотизма», чурающегося православной историософии (в этом был и основной недостаток его главного произведения прозы: многотомного «Красного колеса»; даже если бы его осилил массовый читатель в стране, вряд ли оно оказало бы влияние на верное понимание революции, уникальной роли России в мировой истории и условий для ее возрождения [102]). Выдвигая правильную цель: «сбережение русского народа», восстановление его духовного здоровья — Солженицын, к сожалению, не хотел вникать в то, на каком отрезке истории мы находимся и какие мощные мировые силы строителей царства антихриста нам противостоят...

В мае 1994 г. Александр Исаевич вместе с семьей вернулся на родину, прилетев из США в бывшую лагерную столицу Магадан, триумфально проехал через всю Россию с Дальнего Востока, останавливаясь для выступлений в крупных городах. Авторитет писателя в эти месяцы был наибольшим, судя по социологическим опросам: многие хотели бы видеть его на посту президента РФ. С конца августа Солженицын получил регулярную передачу на центральном телевидении ОРТ для изложения своего видения обустройства России. Личным распоряжением президента Ельцина Солженицыну была подарена государственная дача в Троице-Лыкове, где писатель продолжил свою работу.

28 октября 1994 г. Солженицын выступил с речью в Думе, назвав положение в стране катастрофическим, хотя и не упоминая виновников:

«Увы, сегодня надо признать: мы выходим из коммунизма самым искривленным, самым болезненным, самым нелепым путем... сокрушительное падение производства — промышленного и сельскохозяйственного, и разгул чужой валюты по нашей стране. Какая дикость!.. ни по какому ваучеру ни один гражданин не получил и отдаленно своей доли в национальном достоянии. Нам известно из прессы: то там, то здесь происходят скандальные случаи приватизации за бесценок, кто-то взял почти бесплатно, а государство не получило ничего. Государство ограбило 70 миллионов вкладчиков, самых добросовестных, самых лояльных, самых доверчивых своих граждан. Дало жестокий урок: никогда не верь государству и никогда не работай честно. И мы знаем, как катастрофически падает наша рядовая и блистательная наука, падает наше образование, падает медицина, миллиарды долларов в год разграбляются и куда-то увозятся из страны и как по стране свободно шествует преступность... А какой у нас строй сегодня? Никак не демократия. Сегодня у нас, признаем честно, олигархия... сегодня в этих республиках русское большинство утеснено и унижено. А между тем русские в России составляют более чем квалифицированное большинство — четыре пятых...

Признаем нашу всеобщую великую дремоту всех нас: и законодательной власти, и исполнительной власти, и всего нашего народа в нашем чудовищном равнодушии к 25 миллионам отрезанных от нас соотечественников. Три года назад наше руководство с легкостью признало фальшивые административные границы, навязанные Лениным, его последователями; признало их государственными. И в 24 часа наши соотечественники оказались за границей (в кавычках) иностранцами (в кавычках), многие в тех местах, где жили отцы их и деды, — а теперь они притесняемые, а теперь они изгоняемые. А мы? Эта глухота национального сознания, которую я не могу назвать иначе как национальным безумием. Где вы видели такое вообще в мире? Попадают в беду один, два, три, четыре гражданина какой-нибудь страны. Собирается чрезвычайный совет министров, посылаются флоты на устрашение и для демонстрации. Или когда-нибудь Германия признавала ГДР заграницей? А мы все признали» [103].

Речь была воспринята большинством членов Думы (как ельцинистами, так и оппозиционными коммунистами) равнодушно и даже высокомерно: «да кто он такой?». В ноябре 1994 г. состоялась встреча и беседа писателя с Ельциным, которая продолжалась более четырех часов. Но Ельцин воспринимал советы и критику писателя со все большим раздражением.

Поскольку Солженицын уже резко высказывался о политике властей, он был отстранен от телевидения и написал книгу «Россия в обвале» (1998), вышедшую небольшим тиражом. Фактически она означает, что правы были противники ельцинской власти с самого начала «российско-американской совместной революции» в 1991 г. и тем более в 1993-м... Однако и в этой работе мы, к сожалению, не видим историософского масштаба, позволяющего рассмотреть истинную «концентрацию мирового зла», вызвавшего этот «обвал». Как и в вышедшем двухтомнике о еврейском вопросе «Двести лет вместе» (2001) [104]. Однако эти книги выправили его общественно-политический облик в патриотическом движении, с которым он начал сближаться на оппозиционной почве, закрывая глаза даже на «красноту» некоторых писателей. И хотя на темы этих двух книг было ранее написано немало более глубоких — имя Солженицына само по себе многое значило в такой тематике. Несомненно, они были полезны для просвещения окололиберальной и иностранной общественности.

В июле 1995 г. правительство Москвы выделило «под Солженицына» большое здание (бывшая библиотека на Таганке) для создания Библиотеки-фонда Русское Зарубежье, который стал центром общественной деятельности писателя.

В 1998 г. Солженицын был награжден орденом Святого апостола Андрея Первозванного, однако от награды отказался: «От верховной власти, доведшей Россию до нынешнего гибельного состояния, я принять награду не могу», — заявил писатель, добавив, что, «может быть, через немалое время» эту награду примут его сыновья [105]. В то же время он принял высшую награду Российской академии наук Золотую медаль имени Ломоносова.

После ухода Ельцина в отставку весной 2000 г. Александр Исаевич дал два больших интервью на НТВ, впервые за 10 лет высказав свою оценку лично Ельцину: «В результате ельцинской эры разгромлены все основные направления нашей государственной, народно-хозяйственной, культурной и нравственной жизни. Ничего не осталось такого, что не было бы разгромлено или разворовано. Вот среди этих руин мы сегодня живем и ищем выхода. Мы бросили 25 миллионов наших соотечественников в странах СНГ, вернее, бросили их не мы, а президент Ельцин, бросил как собак, без всякой защиты их прав, без всякой заботы об их нуждах, без попытки помочь им переселиться к нам. Ельцин предпочитал обниматься и целоваться с диктаторами и вручать им награды российские» [106].

Затем на встрече с читателями и работниками Российской государственной библиотеки Солженицын оценил и первый указ назначенного Ельциным преемника: «Снятие с Ельцина ответственности я считаю позорным. И Ельцин, и еще сотня-другая с ним должны отвечать перед судом!» [107].

Путин ничего не стал менять в сущности установившегося олигархического режима, лишь перевел его из Великой криминальной революции (определение С. Говорухина) в Великодержавную криминальную стабилизацию. Грабительские итоги «прихватизации» не были пересмотрены, как и установленная колониальная финансово-экономическая система привязки эмиссии рубля к доллару, лишь несколько нелояльных олигархов один за другим были вытеснены за границу вместе с их капиталами, один политически наиболее амбициозный посажен в тюрьму. А поскольку в административно-управленческой власти осталась прежняя номенклатура КПСС, то важным приемом стабилизации стала опора на советские достижения и особенно на «великую победу в Великой Отечественной войне». Начавшееся было снизу стихийное избавление от советской символики (памятников и имен) было остановлено, телеэкран заполонили советские фильмы и создаваемые новые, восхваляющие чекистов и красную армию, россиянам вернули мелодию сталинского гимна, а российской армии — красное знамя Интернационала. Государственной идеологией был провозглашен тезис: «И белые и красные любили Россию»...

В июне 2007 г. президент Путин посетил Солженицына и поздравил его с присуждением Государственной премии. В 2008 г. в беседе с послом США «за четыре месяца до своей смерти Александр Солженицын сдержанно хвалил Владимира Путина, утверждая, что тот лучше управляет Россией, чем Борис Ельцин или Михаил Горбачев. При Путине нация вновь начала понимать, что значит быть русскими, полагает Солженицын... Нового российского президента Дмитрия Медведева Солженицын назвал “хорошим молодым человеком”...»[108]. Медведев присутствовал на похоронах писателя в Донском монастыре... Позже Путин возложил цветы к могилам «государственников» — Деникина, Ильина, Солженицына (он умер 3.8.2008)...

При всем внешнем уважении к всемирно известному писателю, к сожалению, власти РФ пытались лишь приручить его и воспользоваться его именем в целях «перекрашивания» своего олигархического режима в «преемственно-исторический российский», но Солженицын им оказался не нужен даже в тех его многих прагматичных и верных целепостановках, которые могли бы укрепить Россию. Похоже, правителям РФ вовсе не важно заниматься «сбережением русского народа»: русский народ все эти годы убывал по миллиону человек в год (разница между смертностью и рождаемостью).

В тех же пропагандно-маскировочных целях в эти годы президентом Путиным была начата серия показательных возвращений-перезахоронений именитых эмигрантов-антикоммунистов — писателя Шмелева, генералов Деникина и Каппеля, философа Ильина, Императрицы Марии Феодоровны с откровенным признанием:

«Перезахоронение... предполагается использовать как PR-проект по формированию положительного имиджа России за рубежом и образа российской власти — внутри страны. Ради этого уже объединились несколько федеральных правительственных структур. Они создают концепцию проекта, главной мыслью которого станет тема строительства “новой России”». К перезахоронениям власти РФ относятся «как к поводу повысить имидж России за рубежом и подготовить россиян к идее переосмысления истории», — откровенно признала в интернет-газете «Взгляд» «советник рабочей группы проекта по переносу праха императрицы Марии Федоровны Ирина Субботина... По сути, принятый на заседании группы проект является не чем иным, как PR-проектом... “Имидж России за рубежом ушел на второй план. А ведь сейчас самое время заняться его формированием”, — подтвердил догадки газеты «Взгляд» академик Международной академии телевидения и радио Леонид Золотаревский... Для реализации имиджевой политики России используются различные формы межгосударственного общения, в том числе... перезахоронение останков знаменитых российских деятелей» [109].

Иными словами, имена таких русских эмигрантов-антикоммунистов используются в РФ как декоративные муляжи для маскировочно-пропагандного отмывания Великой криминальной революции. Якобы «возвращается историческая память» и жизнь «стабилизируется», то есть нынешняя криминально-демократическая РФ под масонскими пентаграммами — это и есть подлинная Россия.

Приведем еще один пример «перезахоронения» — целого музея. В середине 1990-х гг. эмигрантское Общество «Родина» (штат Нью-Джерси, США) под председательством О. Круминьса передало в РФ хранившиеся белыми эмигрантами реликвии Русской Армии и Флота для постоянной экспозиции в Центральном музее Вооруженных Сил (президент Ельцин выразил за это благодарность в письме от 20.7.1996) [110]. О дальнейшей судьбе привезенных в РФ реликвий пишет В.П. Мелихов:

«Объем их был поистине потрясающим: форма одежды Русской Армии, как Императорской, так и в гражданскую войну; большая коллекция оружия, орденов и знаков; портреты и картины; реликвии, принадлежавшие известным лидерам Белого движения и эмиграции, фотографии, книги и архивы. При передаче всех этих фондов из США в Россию, правлению общества “Родина” было обещано российской стороной, что все полученное будет выставлено в музее Вооруженных сил, будут созданы спец.хранилища и т.п.

Передача состоялась и через некоторое время было объявлено об экспонировании в музее этих реликвий в зале Гражданской войны. Вот тогда я и поехал посмотреть. Увиденное мной тогда, мягко говоря, шокировало. В зале Гражданской войны, среди эйфории, посвященной Красной Гвардии, скромно в уголках и проходах было выставлено ничтожно малое количество экспонатов из огромного фонда, полученного от общества “Родина”, которое практически полностью терялось за красными полотнищами и большевистскими лозунгами.

Тогда же я и узнал трагическую судьбу всего, переданного от общества «Родина», фонда, который в нарушении всех норм и правил любых архивистов — был безжалостно и бездарно раздроблен. Часть его ушла в Российский фонд культуры Михалкова. Другая часть — в общество “Русское Зарубежье”. Картинная галерея, часть музейных экспонатов фонда, рукописи — были переданы в 23 музея (!?) страны, часть распихали по другим хранилищам и всевозможным обществам. То, что многие годы подвижнически собирали и хранили для России эмигранты, было раздроблено и распылено по десяткам учреждений. А ведь подобные, редчайшие, фонды должны четко придерживаться принципов недробимости собрания.

Тогда, при осмотре я понял всю лицемерность власти, ратующей на словах о создании Музея Русского Зарубежья и восстановления исторической правды о русских изгнанниках — их мире, созданном в Зарубежье, их жизни и подвиге во имя своего Отечества — это была показуха для замыливания глаз эмигрантам, передавшим фонды; а на деле — просто его уничтожение» [111].

Сам Мелихов создал в подмосковном Подольске собственный частный большой Музей Антибольшевицкого Сопротивления, в котором собирается также много экспонатов по истории русской антикоммунистической эмиграции. Филиал открыт в станице Еланской на Дону. Многие эмигранты посещают музей и постоянно передают в него экспонаты. Цель этого уникального хранилища, отраженная в его названии — сделать то, чего упорно не хочет делать государственная власть РФ — показать истинную российскую историю ХХ века и вынести из нее должный урок: «Что же у нас, в России — есть ли конец тем бедам, начало которым положено в 1917 году? Да и окончена ли трагедия? Будет ли общество, поняв ошибки предшествующей эпохи, выстраивать свое будущее, не допуская их вновь? Или сегодняшний день продолжит уничтожение нации более коварными методами и приемами?» [112]. Власти РФ уже несколько лет пытаются закрыть музей, в том числе репрессиями против Мелихова по фальсифицированным обвинениям (в «неуплате налогов», «неправильном пользовании землей», «экстремистской деятельности», восемь месяцев Мелихову пришлось отсидеть в следственной тюрьме) [113].

В сентябре 2013 г. в станице Старочеркасской открыт Музей казачьего зарубежья под руководством К. Хохульникова, при котором планируется создать библиотеку и картинную галерею [114].

 

Хлебников и другие потомки «первой волны»

Как мы уже отметили, многие потомки «первой волны» эмиграции, не принимая гражданства РФ, поехали в олигархическую РФ для бизнеса и работы в различных западных представительствах и фирмах. Большинство из них ничем, кроме бизнеса, не интересовалось. Однако в ряду таких эмигрантов-одиночек как одно из немногих исключений показателен пример видного журналиста П.Ю. Хлебникова из США, возглавившего редакцию русскоязычной версии журнала «Форбс» в Москве. Доктор политэкономии, по профессии экономический публицист, он был одним из тех потомков русских белых эмигрантов, которые после крушения режима КПСС надеялись сочетать свою профессиональную деятельность с пользой для России, в любви к которой Павел был воспитан как прихожанин РПЦЗ. Он видел суть преступной экономической системы в РФ, однако считал своей задачей разоблачать преступления и способствовать развитию честного российского предпринимательства.

На основании тщательно собранных фактов он дотошно вскрывал не только грабительскую суть приватизации, но и шире: всей олигархической посткоммунистической власти. Этому посвящена его нашумевшая книга «Крестный отец Кремля Борис Березовский, или История разграбления России» (2000). В ней приведено достаточно фактов участия в этом разграблении и правительственных чиновников, и окружения самого Ельцина, сращения их с преступным миром. Как русского человека Хлебникова поражало и отношение его собеседников-министров к ограбленному народу как к досадной обузе, только мешающей «реформам»: «многие из ельцинского правительства говорили о своей стране с таким хладнокровием и отстраненностью, что можно было подумать, речь идет о чужом государстве» [115].

Павел подвергал критике и пренебрежительное отношение властей и новой конституции РФ к русскому народу:

«Без господства какого-то одного народа и одной культуры любая многонациональная страна обречена на междоусобицу и историческую гибель. Даже во времена своего самого бурного развития Русь мало ущемляла свои малые народы и иноверцев. Этим Российская империя отличалась от других империй. Но мы не должны забывать, что Россию создали не мусульмане, не татары, не немцы, не евреи и не грузины. Россию создали русские. Сегодня враги России как только не называют русский народ: сборище лентяев, дураки, пьяницы и воришки, люди, по словам Бориса Березовского, с “рабским менталитетом”. Но будь русские такими, разве освоили бы они одну шестую земного шара, построили бы великую цивилизацию? Из тысяч и тысяч племен, которые появлялись на свете на протяжении тысячелетий, только единицы смогли создать великую цивилизацию. Русские из этих избранных народов» («Разговор с варваром»).

«Настоящее мужество и мудрость принадлежит только меньшинству народа. Из-за этого эти люди и называются героями, вождями. Герой — это значит, когда один человек может каким-то образом изменить мир. Он выделяется из трусливой, блуждающей толпы и берет на себя ответственность. Ну вот — означайтесь вы, герои! Русь переживает сейчас такой момент, когда она опять нуждается в целой армии героев. Пускай масса останется трусливой и заблудшей, а вы — выходите вперед, объявитесь» («Записки для памяти»).

В мае 2004 г. в своем «Форбсе» Хлебников опубликовал список 100 самых богатых людей РФ (составление таких рейтингов было в традиции этого журнала), причем Павел отвергал многие попытки дачи ему взяток за невключение в список. Однако он признал, что использовал для «золотой сотни» лишь часть собранного материала, мол, будет продолжение.

В последнем (опубликованном посмертно) интервью в связи с царящим в стране беззаконием он затронул и самого Путина: «Если вы к одному олигарху [Ходорковскому] так жестко применяете закон, то почему не делаете того же по отношению к другому [Абрамовичу], который куда более грубо нарушил законы и общественную нравственность?.. Естественно, существуют приближенные богатые люди, которые получают преференции у государства»; история некоторых таких бизнес-структур «тянется с питерских времен президента» [116]. Все эти достаточно очевидные для всех вещи называются как минимум коррупцией и считаются уголовным преступлением.

Павел был убит в Москве на улице вечером 9 июля 2004 г., а его ноутбук немедленно конфисковали спецслужбы. Это убийство выглядит, несомненно, выгодным для тех высокопоставленных лиц, которые еще не были включены в «золотую сотню», но имеют не меньшие капиталы, не совместимые с их государственными зарплатами [117].

Другой талантливый потомок «первой эмиграции», внук первопоходника В.Н. Беляев (впоследствии, с 2008 г. ставший главным редактором старейшей русской эмигрантской газеты «Русская жизнь» в Сан-Франциско, умер в 2013 г.) с начала 1990-х гг. выдвигал идею создания «смешанного (отечественного и зарубежного) «мозгового треста», который будет выполнять функции советника, семинара и активного рабочего центра по восстановлению России... [Для этого] у России есть разбросанные по всему миру десятка два экспертов, всей своей жизнью, в третьем поколении, доказавшие свою верность Отечеству, свою любовь к народу. Они — потомки той России, которая уничтожалась...» [118]... В частности, сам Беляев долго и настойчиво пытался донести до руководства РФ свой разумный проект экономической программы [119]. Но его попытки были столь же безуспешны, какими оказались и советы Солженицына и многих других умных людей в эмиграции...

В числе потомков «первой эмиграции», приехавших работать в РФ, следует также отметить еще несколько лиц: Б.А. Иордан из США (спонсор кадетских корпусов, однако о его профессиональной финансовой деятельности, как и на посту гендиректора компаний НТВ и «Газпром-Медиа», ничего полезного для России найти не удалось); друг и компаньон Иордана о. Петр Холодный (казначей и спонсор Синода РПЦЗ и одновременно менеджер в крупных компаниях в РФ, в том числе в 2001–2004 гг. был генеральным директором холдинга «Норимет», о его деятельности в РФ еще упомянем далее в разделе о возвращении РПЦЗ); графиня Е.В. Апраксина из Бельгии и князь П.Д. Голицын из США вошли в попечительский совет фонда «Сельская церковь» по спасению заброшенных сельских церквей — памятников русской архитектуры, И.Г. Комо из Франции основала «Русскую Зарубежную Газету» для противодействия дезинформации о России с созданием в 2006 г. филиалов в Москве и С.-Петербурге. Это лишь отдельные примеры.

Из «второй волны» многие активные эмигранты также поддерживали самые разные православно-патриотические дела посильными пожертвованиями и присылкой литературы, видя в этом свое выполнение долга (например: В.Д. и С.И. Беликовы из Аргентины, Т. Бём и И.П. Комаров из Германии, П.Н. Будзилович из США и др.).

Из последней волны эмиграции отметим Б.В. Спасского, экс-чемпиона мира по шахматам, в 1976 г. выехавшего на постоянное жительство в Париж к жене, русской эмигрантке. В постсоветское время он часто приезжал в Россию, поддерживая шахматные клубы в разных городах. В 2003 г. открыл шахматную школу в Сатке (Челябинская область), в которой два раза в год проходят сборы юных шахматистов. С 2004 по 2006 г. был главным редактором газеты «Шахматная неделя», отдавая ей время и деньги. При этом Борис Васильевич откровенно высказывал свои взгляды и относительно антирусской политики Запада, и в еврейском вопросе, поддерживал патриотических деятелей в РФ. В 2012 г. он вернулся в Москву.

 

Когда опасаются прослыть «мракобесами» и «черносотенцами»

Полезным проектом могла стать недавняя попытка новейшего (начала 1990-х гг.) эмигранта в США А.А. Бондарева издавать журнал «Трибуна русской мысли» [120], ценные тематические выпуски которого, выходившие в Москве с 2002 г., были посвящены отдельным проблемам государственного строительства посткоммунистической России (национальный вопрос, армия, культура, образование, экономика и др.) с привлечением идейного наследия старой эмиграции. Одновременно Бондарев организовал «Попечительство о нуждах российских эмигрантов» и издал сборник материалов, посвященный эмиграции и ее возвращению [121]. Обнаружив поначалу известную смелость, журнал постепенно перешел на официозно-конформистские рельсы поддержки политики властей РФ и Московской патриархии. Видимо, по этой причине главный редактор отказался от дальнейшего сотрудничества со мной, высказав «принципиальное» неприятие моих публикаций о действиях враждебных антирусских сил, в том числе в революции: «Ваши публикации... направлены на “борьбу с тенями” и отвлекают его [русский народ] от осознания собственной значимости... Так что уж извините — с теорией “заговора” будем бороться, чтобы дать понимание русскому народу обратить внимание на себя» [122]. (Эта позиция отражается и в программе Русского Дома «Родина», который с 2012 г. под руководством Бондарева «стал идейным преемником основанного в 50-е годы прошлого столетия Культурно-просветительного Общества “Родина”» [123].)

Аналогичным образом в 1990-е гг. закончилось мое сотрудничество с франкфуртским Обществом прав человека (под руководством И.И. Агрузова), которое предложило мне участвовать в конкурсе на написание книги о сути советского режима. Моя концепция под названием «Феномен коммунизма» и предоставленные первые главы жюри признало победившими и в первом, и во втором туре конкурса с соответствующей премией, однако было поставлено следующее условие завершения и издания работы: убрать из нее упоминания о роли евреев как в генезисе коммунистической идеологии («секулярный вариант иудаизма»), так и в финансировании революции и в самой террористической большевицкой власти... Обширная переписка ничего не дала: «Общество прав человека не может подвергать себя возможным обвинениям в “антисемитизме”...». Уважаемый Иван Иванович в 1950-е гг. как член закрытой группы НТС в Берлине не побоялся вступить в перестрелку со смершевцами, а теперь спасовал перед более мощной, всемирной силой... (Мои премированные наработки вошли позже в книгу «Вождю Третьего Рима».)

Подобную критику не только от либералов-западников, но и от «просвещенных патриотов» (см. приведенные выше мнения Н.А. Струве, Б.С. Пушкарева, А.И. Солженицына) приходится слышать постоянно также и в адрес данной книги. Поэтому уместно ответить всем таким уважаемым оппонентам, прошлым и будущим. Они могли бы быть правы в своем упреке, если бы враждебные силы были действительно только «тенями» и не боролись против России, и если бы мои публикации только этой «отрицательной» борьбе и посвящались. Полагаю, однако, что мною предлагается и положительная программа, исходящая из смысла истории и именно из «значимости русского народа» в Замысле Божием о нас. Во всём этом для меня примером стали работы И.А. Ильина и соборные документы РПЦЗ, так что почему бы уважаемым оппонентам не начать подобную критику с них? Например, с владыки Аверкия (Таушева), который по этому поводу упрекал даже правую аргентинскую «Нашу страну»:

«Долг совести вынуждает нас указать на то печальное явление, ... что составители этих программ словно боятся от “кого-то” укоров в недостатке “просвещенного либерализма”, опасаются прослыть “ретроградами”, “мракобесами” и “черносотенцами”, каковые наименования щедро рассыпали по адресу подлинных русских патриотов и верных сынов Православия те самые “просвещенные либералы”, которые и сгубили нашу несчастную Родину, ввергнув ее в страшную кровавую бездну...» [124].

Кроме того, напомню свое принципиальное уведомление из вступления в книге «Тайна России» (1999), в которой отражена и моя публицистическая деятельность в годы возвращения:

«Сразу отметим, что внутренней причиной “русской” революции было ослепление российской интеллигенции и те грехи общества, связанные с утратой православного самосознания, о чем говорил в своих проповедях св. прав. Иоанн Кронштадтский. Но о наших грехах уже достаточно написано всеми, кто только в этом и видит причину падения российской монархии. Поэтому мы считаем необходимым рассмотреть малоисследованную внешнюю причину, а именно: без действий иностранных врагов России революцию тоже не объяснить. И нельзя при этом вину плохо оборонявшейся и излишне доверчивой жертвы считать большей, чем вину атаковавшей ее международной мафии. Мы вправе исследовать механизм ее действий, чтобы вынести из этого должные уроки, поскольку и сегодня против России действуют те же силы. Лишь на этой основе можно разобраться в сути тех трагических разрушений, которыми отмечены 1990-е годы...»

Осознать нынешние проблемы России в этой расстановке мировых сил и «Восстановить историческую справедливость» призвала группа эмигрантов в Обращении к Российскому парламенту в связи с 75-летием Февральской революции.

«75 лет назад в России произошла национальная катастрофа, последовательными этапами которой были Февраль и Октябрь. К власти в нашей стране пришли люди, чуждые ее традициям. Но возникшая в результате этого взрыва русская эмиграция, какой бы малой она ни была, три четверти века стремилась защищать за границей российские национально-государственные интересы и духовное призвание России. Это вело к постоянному конфликту русского Зарубежья как с коммунистическими поработителями нашего Отечества, так и с антирусской политикой влиятельных кругов Запада.

Сейчас наступает время, когда осознать и защищать свои национальные интересы должна сама Россия. Поэтому мы хотим поделиться своим опытом и просим депутатов Российского парламента поставить перед политиками Запада и отделившихся республик следующие вопросы, откровенное обсуждение которых мы считаем абсолютно необходимым для преодоления всего наследия революции и для оздоровления межгосударственных отношений в общемировом масштабе.

1. Если коммунистическая власть была преступна и незаконна — с чем мы все согласны — то можно ли признать законными результаты ее правления, в частности, искусственные, ранее не существовавшие границы между различными частями прежнего Российского государства?

Для привлечения национальных окраин большевики проводили эти границы щедро-произвольно, без уважения к истории страны и даже к ее древнему истоку, “откуду есть пошла русская земля” — в расчете на близкую мировую революцию и на “отмирание наций”. Но сегодня это — мины замедленного действия (их множество, между самыми разными республиками), что ставит под угрозу стабильность во всем мире. Нам кажется, что обезвредить их можно, лишь исходя из безупречной правовой основы: состояния до революции 1917 года. Это не значит, что мы призываем реставрировать Империю в старых границах. Но только на надежном юридическом фундаменте преемственности, учитывая волю населения спорных территорий, можно определить прочные границы России и отделившихся от нее государств, не подрывая понятия справедливости.

2. Нельзя, однако, не видеть, что такому подходу мешают серьезные причины, которые делают невозможным даже проведение честных референдумов (Украина тому наглядный пример). Прежде всего потому, что в значительной части западной советологии и в сепаратистской пропаганде ответственность за преступления тоталитарного режима традиционно возлагается на русский народ. Одним этот тезис был нужен для создания удобного облика врага, другим — для расчленения России по большевицким границам, а нынешним перекрасившимся в национальные цвета номенклатурщикам в республиках — для “независимости” своих старых структур власти...

Но разве не доминировали именно нерусские в руководстве революционных партий и в первом большевистском активе? Разве не было в первые годы советской власти повсеместных восстаний русского населения? Разве не безжалостные к народу интернациональные карательные войска (численностью около 250.000) сыграли решающую роль как в подавлении этих восстаний, так и в гражданской войне? Не есть ли сама революция в России плод работы интернациональных сил — как в области идеологии (марксизм), так и в деле конкретной помощи революционерам? Даже масонские и еврейские энциклопедии свидетельствуют о большой роли “сильных мира сего” (международной финансовой олигархии от банкира Я. Шиффа до лорда А. Мильнера) в разрушении православной России. Недальновидное финансирование Германией пораженческих партий и сепаратистов — лишь наиболее известный фрагмент этой тайной войны.

Как христиане мы сознаем, что на главном, духовном уровне революция 1917 года — плод нашего собственного греха: значительная часть народа, и прежде всего наша интеллигенция, дала увлечь себя на гибельные пути. Задача преодоления этого греха остается важнейшей по сей день. Но нельзя забывать, что на политическом уровне действовали и мощные иностранные силы, воспользовавшиеся нашей временной слабостью. Не следует ли поставить вопрос об их доле ответственности за получившийся результат?

3. Этот вопрос тем более уместен, что руководители западных демократий вели себя предательски и по отношению к освободительной борьбе нашего народа. Достаточно напомнить, что страны Антанты предали свою союзницу по первой Мировой войне — Россию и русскую Белую армию (ибо Уолл-стрит поддерживал большевиков уже с 1917 года), а после второй Мировой войны лидеры демократий выдали на расправу Сталину миллионы противников коммунистического режима, в том числе тысячи старых эмигрантов.

4. Борьбу против коммунистического режима в СССР Запад начал лишь в годы “холодной войны”, но в ней ставилась цель не только идеологическая, но и геополитическая: расчленить Российское государство независимо от его общественного строя.

Официальное подтверждение этому — так называемый “Закон о порабощенных нациях” (P.L. 86–90), принятый в 1959 году единогласно Сенатом США, Палатой Представителей и утвержденный президентом Эйзенхауэром. В этом законе русский народ не включен в число порабощенных коммунизмом, но назван поработителем Китая и Тибета, Украины и Белоруссии, “Казакии” и “Идель-Урала”. Их борьбу против русских Соединенные Штаты официально обязались поддерживать. Можно привести множество доказательств, что теми же целями и сегодня руководствуется американское радиовещание на Россию (специальная радиопрограмма уже нацелена на “деколонизацию” и отделение Сибири).

Было множество протестов русской эмиграции против этого закона. Но даже осенью 1991 года в Конгрессе США провалилась попытка отменить его. Так что на него вполне могут ссылаться устроители погромов против “русских оккупантов” в некоторых республиках, в том числе погрома юридического (лишения гражданских прав), который идет в дружно признанных демократическим миром государствах Прибалтики.

К сожалению, сегодня никто не спрашивает, за чью вину расплачиваются эти миллионы несчастных людей. Но парламент России мог бы поставить перед ООН хотя бы такие вопросы: как прибалтийская система апартеида совмещается с международными документами о правах человека? По каким границам США намерены отделять “Казакию”, ”Идель-Урал” и соответствует ли закон P.L. 86–90 нормам международных взаимоотношений?

5. Все это мы пишем не ради обличения Запада, где мы живем и где есть не только противники России, но и друзья. Однако, бывают времена, когда нужно быть предельно откровенным — независимо от того, понравится это кому-то или нет. Мы решили обратиться с этим письмом, потому что обеспокоены повторением в России прежних ошибок Февраля: нигилистической эйфорией демократической интеллигенции, ее неумением различать на Западе друзей и врагов, ее заискиванием все перед той же международной финансовой олигархией — вместо того, чтобы укреплять здоровые силы собственной страны.

На фоне вышесказанного мы призываем всех к трезвому размышлению над такими вопросами:

Имеют ли право западные лидеры выступать в роли нравственных учителей и судей по отношению к нашему народу?

Можно ли российскому правительству полагаться на западные образцы демократии в деле подлинного возрождения России?

Могут ли новые независимые государства надеяться, что вышеописанные западные круги, не уважающие прав и национальных ценностей одного (в данном случае русского) народа, способны уважать национальные ценности как таковые и искренне защищать, а не эксплуатировать, народы малые? (Над этим вопросом все чаще задумываются и в Западной Европе...)

Можно ли вообще создать справедливое мировое сообщество наций без восстановления исторической справедливости в отношении всего происшедшего с Россией в ХХ веке? Или же “новый мировой порядок” заключается в окончательном узаконении этой цепи предательств, стоивших жизни десяткам миллионов людей?

Русская эмиграция постоянно ставила эти вопросы в странах своего проживания. Но силы были неравными. Мы находили понимание у простых людей, но никогда — во влиятельных кругах. До сих пор на Западе во всех этих вопросах господствует дезинформация. Настало время, чтобы они были осознаны руководством России и от ее имени доведены до сведения западной общественности, которая тоже мало знакома с подлинной историей ХХ века и с методами действий своих руководителей. Мы призываем наших единомышленников в зарубежье и на родине — и прежде всего депутатов Российского парламента (для них прилагается список некоторых источников информации[1]) — вынести наше обращение на широкое обсуждение.

Восстановление истины — в интересах не только России, но и всего мира. Причем речь идет не только о справедливых границах и о разрешении политических конфликтов в атомной державе. Дореволюционная Россия развивалась в важный духовный полюс подлинно вселенского сообщества народов, отстаивающих духовную цель цивилизации. Мы убеждены, что лишь восстановление этого полюса может спасти мир от грозящих ему опасностей.

Февраль 1992 г.

Священник Николай Артемов (секретарь Германской епархии Русской Зарубежной Церкви),

И. Беликов (проф. международных отношений Буэнос-Айресского университета, сотрудник дирекции Восточноевропейского отдела МИД Аргентины),

С. Беликов (юрист, председатель Оргкомитета VII Всезарубежного съезда русской православной молодежи),

В. и С. Беликовы (Аргентина),

Е. Вагин (бывший политзаключенный, сотрудник итальянского радио RAI),

Е. Вертлиб (литератор, член американского Пен-клуба),

В. и Л. Князевы (основатели Св.-Николаевского Общества христианского возрождения России),

В. Коссовский (член Конгресса Русских Американцев),

О. Красовский (главный редактор журнала “Вече”, председатель Российского Национального Объединения в ФРГ),

М. Назаров (публицист, член редколлегии журнала “Посев”),

Е. Раевская (Швейцария),

А. Рытиков (представитель журнала “Вече” в Америке),

В. Семенова (член правления РНО в ФРГ),

С. Солдатов (бывший политзаключенный, руководитель изд-ва “Ост-Вест Ренессанс”) и др.» [125].

Наше Обращение не возымело никакого воздействия, его напечатали в РФ лишь оппозиционные патриотические издания. Это не удивительно, если вспомнить, что российским МИДом тогда руководил А.В. Козырев, к которому его американский коллега обращался со словами «Дорогой Андрей!» (впоследствии Козырев стал одним из руководителей «Российского еврейского конгресса»). А борьба между «западниками» и «почвенниками» в структурах власти, как известно, закончилась расстрелом Российского парламента — «российско-американской совместной революцией» [126], — как ее назвал президент РФ Ельцин на пресс-конференции в связи с визитом в Москву президента США Клинтона 14.1.1994 г. Поэтому возможная деятельность возвращающейся русской православной эмиграции могла происходить не в сфере созидания, а в сфере обороны от упомянутых внешних и внутренних разрушителей России.

 

(Окончание 25-й главы и всей книги в следующем номере)

 

Автор будет благодарен за поправки и дополнения. 2014

 

Примечания

1. Как курьез отметим провозглашенное в начале 1980-х гг. в Нью-Йорке «Обращение к российской эмиграции» ассоциации «Новая Россия», которая без надежд на освобождение России «положила начало движению за создание русскоязычного политического анклава вне территории России. Новое политическое образование (анклав) не будет выражать национальных интересов России и не станет ее частью. Население его, возможно, будет преобразовываться в “новорусскую нацию”» на основе христианства. Это «является единственным решением социальных и духовных проблем той части российской эмиграции, которая отвергает как советское государственное рабство, так и западную торгашескую систему... Русский автономный анклав станет примером, стимулирующим освободительное движение в советско-тоталитарных странах». Председатель Комитета — Л.Г. Лавров (Рукотворная родина // Литературный курьер. Н.-Й. 1982. № 5; Дискуссия о «Новой России». Литературный курьер. 1983. № 8.).

2. Карташев А. Воссоздание Св. Руси. Париж. 1956. С. 21.

3. Костиков В. «Не будем проклинать изгнанье... Пути и судьбы русской эмиграции». М. 1990.

4. Посев. Франкфурт-на-М. 1991. № 3; Единение. Сидней. 1995. №№ 2–3.

5. Le Figaro. Paris. 1987. 8 mars; Московские новости. 1987. 29 марта.

6. Виталий Корионов. Правда. 1987. Март. — Цит. по: http://zinoviev.info/wps/archives/23

7. Гладилин А. Репортаж из Луизианы // Русская мысль. 1988. № 3718. 1 апр. С. 12; Радио «Свобода», 4.3.1988.

8. Эткинд Е. О единстве русской литературы // Страна и мир. Мюнхен. 1988. № 2. С. 103-103, 110. В программе конференции и в объявлении в газете «Русская мысль» название доклада указано как «Единство советской литературы».

9. Новое время. 1988. № 44.

10. Светов Ф. С точки зрения романтического патриотизма // Грани. 1980. № 117. С. 300.

11. Московские новости. 1989. № 7. 12 февр.

12. Юность. 1988. № 10.

13. Новое время. 1989. № 48. С. 46.

14. Московские новости. 1989. № 2. 8 янв.

15. Радио «Свобода», 15.10.1998.

16. Шемякин М. Литературная газета-? К сожалению копия с библиографическими данными этого текста в архиве автора книги повреждена.

17. Янов А. «Нужно сперва выжить» // Книжное обозрение. 1990. № 28. 29 июня; Эмиграция — это обязанность. Как бывший советский гражданин опровергал президента Рейгана // Независимая газета. 2001. 2 нояб.; Очередной теневой кабинет почти сформирован // Независимая газета. 1992. 8 февр.

18. Quotidien de Paris. 1987. 14 jan.

19. Вайль П., Генис А. О поездке на родину // Американа. М. 1991. С. 304–308.

20. Российская газета. 1990. 26 дек.

21. Литературная Россия. 1991. № 25. С. 3; Наш современник. 1991. № 11. С. 15.

22. Ионин Л. «Голоса» победили старый порядок // Независимая газета. 1991. 12 сент. С. 8.

23. Радио «Свобода». 31.8.91, 20.9.91.

24. «Для меня очень важно, кто будет хозяином НТС» // Независимая газета. 2002. 31 мая. С. 13, 16.

25. Школа злословия: Александр Гордон // Телеканал «Культура». 02.10.2002.

26. Радио «Свобода». 28.2.1999.

27. Подрабинек: Советская власть и Экспресс-Хроника были несовместимы. — http://www.agregator.pro/podrabinek_sovetskaya_vlast_i_ekspress-hronika_byi.1986565.html

28. Подрабинек А. Опасность сильной России // Экспресс хроника. 2000. М., № 17. 29 апр. С. 1.

29. Анучкин-Тимофеев А.Всемирный конгресс русской прессы // Дипломатический вестник. М. 1999. № 8.

30. Подробнее см.: Радонеж. М. 2000. № 17–18. С. 2–3.

31. Независимая газета. М. 1996. 31 авг.

32. Церковно-общественный вестник № 2. С. 11. Приложение к газете «Русская мысль». 1996. 31 окт.

33. Ильин И. Наши задачи. Т. I. С. 156.

34. Сорос о Соросе. М. 1996. С. 196, 302, 216, 247.

35. Сорос о Соросе. С. 300–301.

36. Сорос о Соросе. С. 256.

37. Сорос о Соросе. С. 260–263, 267, 270.

38. НГ-Религии. 1999. 10 февр. С. 5.

39. Из выложенного в фойе библиотеки рекламного проспекта «Духовной школы золотого розенкрейцера». М. 2003.

40. Цит. по: Николаевский Б. Русские масоны и революция. М. 1990. С. 186–189.

41. Радио «Свобода». 22.1.1991. Подробнее: Назаров М. Миссионеры с рю Пюто... В связи с активизацией масонства в России // Вестник Германской епархии Русской Зарубежной Церкви. Мюнхен. 1992. №№ 2-3; Русский Восток. Иркутск. 1992. №№ 18-19; в сокращении: Политика. Москва. 1991. № 16; Русский вестник. Москва. 1993. № 1.

42. Les francs-maçons a la conquete de l'Est // L'Express. Paris. 1992.17 Jan.

43. http://www.rusidea.org/?a=2113

44. Из постановления московской прокуратуры от 14.03.2006: «Претензии в адрес М.В. Назарова лишены оснований, так как автор лишь придерживается православно-христианского учения — признанной мировой духовно-нравственной традиции... Высказывания Назарова являются проявлением православной религиозно-философской концепции мировой истории, а не проявлением антисемитизма и фашизма». — http://www.rusidea.org/?a=23107

45. Ерофеев В., Лимонов Э.. Диалог с «нормальным писателем» // Огонек. 1990. №7. 10–17 февр. С. 19.

46. Лимонка. М. № 143. 2000. Май. С. 1.

47. Шафаревич И. Феномен эмиграции // Литературная Россия. 1989. № 36. 8 сент.

48. Топоров В. Совместное предприятие «Литература» // Литератор. 1991. № 44. Нояб.

49. Латынина А. Когда поднялся железный занавес... // Литературная газета. 1991. № 29. 24 июля.

50. Интервью с В. Буковским // Новое русское слово. Нью-Йорк. 1994. 29 июля. С. 6.

51. Колонка редактора // Континент. 1989. № 63. С. 318.

52. Максимов В. Нужно — общенациональное примирение // Известия. 1990. 3 мая.

53. Максимов В. Всегда и везде остаюсь россиянином // Московская правда. 1990. 25 апр.

54. Максимов В. Оппозиция в оппозиции. Что происходит в среде вчерашних диссидентов // Совершенно секретно. 1993. № 10. С. 5.

55. Максимов В. «Литература там, где есть боль» // День литературы. 1998 № 11. С. 4.

56. Целились в коммунизм, а попали в Россию... // Завтра. 1993. № 2.

57. Зиновьев А. «В Советском Союзе нет и не будет никакой демократии...» // Литературная газета. 1991. № 48.

58. М. Полторанин. Интервью на «Голосе России» 13.2.1994. Справедливости ради следует отметить, что впоследствии этот деятель подверг ельцинский период резкой критике в книге «Власть в тротиловом эквиваленте. Наследие царя Бориса» (М., 2010).

59. Интервью Альфреда Коха на Нью-йоркском радио WMNB в передаче «Есть мнение» 23.10.1998. http://rekshino.com/blog/2011-05-13-51

60. «Какой быть России?» // Единение. Австралия. 1990. №№ 41, 42. Окт.; В.Т. Обнадеживающая встреча // Вече. 1990. № 38; http://www.rusidea.org/?a=7029

61. Данные о некоторых из них приводятся по состоянию на конец 1990-х–начало 2000-х гг. и нуждаются в дополнениях.

62. http://www.rusidea.org/?a=18

63. Официальный сайт НОВ: http://www.vitiaz.info/русский/; в Москве: http://www.rusidea.org/?a=18 ; сайт самого дальнего отдела: http://tr-uud.cerkov.ru/vityazi/

64. Русский Скаут (под ред. К.М. Александрова) // Новый Часовой (С.-Петербург). 1998. № 6–7. С. 383–385; 1999. № 8–9.С. 444–445, 454–455; Русский Разведчик (под ред. К.М. Александрова). 2000. № 10. С. 393–394; 2001. № 11–12. С. 485.

65. http://img-fotki.yandex.ru/get/9064/220841798.1f/0_babbd_d645a10a_orig ; официальный сайт: http://nors-r.ru/

66. Кадетская перекличка. Н.-Й. 1999. № 66-67. Нояб. С. 5. Весь выпуск посвящен съезду, дальнейшая информация в каждом номере журнала.

67. Здесь и далее информация из книги: Голдин В. Солдаты на чужбине. Архангельск. 2006. Гл. 13. Русский Обще-Воинский Союз за рубежом и в России в конце ХХ–начале XXI века.

68. https://ru.wikipedia.org/wiki/Русский_общевоинский_союз.

69. Программа Конгресса русских американцев на трехлетний срок, принятая 9-м Всеамериканским съездом // Вече. Мюнхен. 1993. № 51. С. 208-212.

70. Морской мост в Россию // Русская жизнь. 1992. 13 марта. С. 3, 5.

71. Ависов Г.Б., председатель Главного правления КРА. Вопросы для рассмотрения Парламентской комиссией по социальной политике в Москве 24 и Твери 25 ноября 1995 г. «Русская диаспора — равноправный субъект российской политики». (Документ из архива автора, участвовавшего в данных Парламентских слушаниях от РХДД и «Блока С. Говорухина».) Примечательны были на этом заседании попытки кириллистов — представителей новообразованного «Русского дворянского собрания» — поставить на обсуждение вопрос реституции собственности, утраченной русскими эмигрантами первой волны в результате революции. Такая постановка вопроса, выделяющая в привилегированное положение потомков и родственников первой эмиграции, была отвергнута как представителями КРА, так и парламентариями.

72. История создания Дома русского зарубежья имени Александра Солженицына. — http://www.bfrz.ru/?mod=static&id=1

73. Radioarbeit für Rußland // Glaube in der 2. Welt. 1991. Nr.2. Sept.

74. Струве Н. Библиография // Вестник РХД. 1995. № 172. С. 232–233. При изучении масонской темы в русской эмиграции автор данной книги среди прочего обращался за советом по главам 5–6 к Никите Алексеевичу и благодарит его за присланное тогда обстоятельное изложение его мнения, которое было нами учтено в организационно-политическом аспекте, однако более важным мы считаем значение масонства как демократически-апостасийного идеологического инструмента разрушения «старого» христианского мира в общем православном смысле истории. И без этого ее не понять, как и современность.

75. Имперский вестник. М. 1998. № 44. Окт.

76. Имперский вестник. М. 1998. № 43. Июль. С. 17; 1999. № 48. Окт. С. 20.

77. Назаров М. О положении в Высшем Монархическом Совете. Полемика с нарушителями устава ВМС от 13/26.9.2004.http://www.rusidea.org/?a=12002

78. Радонеж. М. 1997. № 10.

79. Пресс-клуб. АТВ (1-й телеканал), Москва. 20.11.1994.

80. Коржаков А. Борис Ельцин: от рассвета до заката. М. 1997. С. 452–454.

81. Аргументы и факты. 1998. № 7.

82. Автор данной книги также получил письмо от распространителей «проекта» с предложением ознакомиться с текстом по электронной ссылке, и на это мною был написан ответ: http://www.rusidea.org/forum/viewtopic.php?p=9464#p9464

83. http://www.imperialhouse.ru/rus/allnews/news/2009/868.html; см. также: Назаров М. Покровители и патриотические жертвы кирилловского лохотрона. http://www.rusidea.org/?a=12022

84. Императорский дом встраивается в Россию. Семья Романовых хочет прописать свой статус в законодательстве // Коммерсант. 2009. 29 июня. http://www.kommersant.ru/doc/1194865

85. Наследники «дома Романовых» объявили себя потомками пророка Мухаммеда // http://www.regnum.ru/news/polit/1862336.html

86. Кирилловичи берут иудейские высоты в борьбе за собственность Династии Романовых // http://www.rusidea.org/?a=130170

87. Ранние идейные поиски российских солидаристов. М. 1992. С. 8.

88. Путь будущей России // Приложение к журналу «Посев». Франкфурт-на-М. 1988. № 2; Политические альтернативы: документы НТС 1980-1990. Франкфурт-на-М. 1991.

89. НТС. Мысль и дело. Как должна работать организация. Франкфурт-на-М. 1990. http://www.posev.ru/files/nts-history-thoughtanddeal/mysldel.htm

90. Пушкарев Б. От Августа к Октябрю. НТС в годы 1990–1995 // Посев. 1995. № 4. С. 92.

91. Пушкарев Б. От Августа к Октябрю. НТС в годы 1990–1995 // Посев. 1995. № 4. С. 93.

92. Пушкарев Б. НТС. Мысль и дело. К 80-летию НТС и 65-летию издательства «Посев» // Новый журнал. Н.-Й. 2011. № 262.

93. Доклад Исполнительного Бюро на II (V) Съезде НТС. http://ntsrs.ru/content/doklad-ispolnitelnogo-byuro-na-ii-v-sezde-nts; а также: Обращение председателя Пермской организации НТС, члена Руководящего круга Л. Кузнецова к членамНТС 07.12.1996 http://ntsrs.ru/content/obrashchenie-l-kuznecova-k-chlenam-nts-07121996

94. Отметим в их числе: Пушкарев Б. Две России ХХ века. Обзор истории 1917-1993. М. 2008; Полчанинов Р. Молодежь Русского Зарубежья. 1941–1951. М. 2009.

95. Пушкарев Б. Миссия русской эмиграции // Посев. Франкфурт-на-М. 1993. № 4. С. 89.

96. Из письма А.И. Солженицына от 6.3.1990 автору данной книги в ответ на просьбу о перепечатках статей в России.

97. Солженицын А. Как нам обустроить Россию? Париж. 1990.

98. Комсомольская правда. 1990. 18 окт.

99. Медведев Р. Поэт и царь. Ельцин и Солженицын // Российская газета. 2000. 26 сент. С. 3. http://www.rg.ru/anons/arc_2000/0926/hit.shtm

100. Александр Солженицын о России накануне выборов. Интервью телекомпании «Останкино» // Русская мысль. 1993. 3нояб. С. 1.

101. Новый мир. 1994. № 7.

102. Назаров М. Запад, коммунизм и русский вопрос. В связи с возвращением А.И. Солженицына // Москва. 1995. № 6. В одном из писем автору этих строк, в ответ на подобное замечание, Солженицын написал: «Апокалипсический аспект (в том числе размышления об антихристе) я, однако, не считаю плодотворным, на этом промахивались во многих столетиях: надо выволакивать жизнь народную при всей её тягости — как бы в рамках нормального времени — а выше нам знать не дано» (9.9.1992). В возражениях я посетовал А.И., что без этой координаты не понять ни происходящее сейчас в России и мире, ни даже революцию — в описании которой он некоторые важные стороны упустил. Ответом было, в частности: «Масонской темы в “Красном Колесе” я не касался вполне сознательно: дело в том, что всё вполне объясняется и без всяких масонов. Окостенелость царской администрации, многочисленные промахи ее, или безумное решение Николая II бросить в самый критический момент центр управления войск и связью и ехать успокаивать семью — ни к каким масонам не относится. И порыв крестьян убивать офицеров и ехать захватывать несуществующие пространства земли — тоже, это — их моральное состояние на тот момент, во многом определившееся и состоянием Церкви в XIX веке. Зачем же мне отяжелять и свою работу и повествование — еще долгой цепью мало опубликованных тайн? В одной главе Милюков у меня думает: да они все (члены Вр. Пр.) как будто в заговоре? — и хватит. С другой стороны, в эмигрантской (1-й) публицистике сильна — и Вы ее повторяете — легенда об “Удерживающем” — применительно к русскому императорскому трону. Не советую Вам...» (30.3.1993).

103. Солженицын А. Выступление в Государственной Думе 28 октября: «Наша высшая цель — это сбережение нашего народа». Официальная стенограмма заседания Государственной Думы от 28 октября 1994 г. // Московский комсомолец. 1994. 1 нояб.

104. Наша рецензия: Назаров М. «Двести лет вместе», или Две тысячи лет противостояния. — http://www.rusidea.org/?a=6015

105. Солженицын не принял награды // Коммерсант. 1998. № 233. 15 дек. С. 2.

106. Советская Россия, 16 мая 2000. — Цит. по: Медведев Р. Поэт и царь. Ельцин и Солженицын. — http://www.rg.ru/anons/arc_2000/0926/hit.shtm

107. Московские новости, 20–29 мая 2000 года. — Цит. по: Медведев Р. Поэт и царь. Ельцин и Солженицын.

108. Солженицын хвалил Владимира Путина (The Guardian, Великобритания). — http://inosmi.ru/politic/20101202/164635202.html

109. http://www.vzglyad.ru/politics/2005/12/26/17032.html

110. http://docs.cntd.ru/document/9026601

111. Мелихов В. О Центральном Музее Вооруженных сил. — http://www.rusidea.org/?a=32035

112. http://elan-kazak.ru/?q=memorial

113. http://www.rusidea.org/forum/viewtopic.php?f=55&t=653

114. http://www.nprus.ru/society/1017.html

115. Хлебников П. Крестный отец Кремля Борис Березовский, или История разграбления России. 2000. С. 103.

116. Известия, 12.7.2004.

117. Подробнее: Назаров М. Кто убил Павла Хлебникова? — http://www.rusidea.org/?a=6007

118. Беляев В. Если не мы все, то кто же?.. // Литературная Россия. 1994. № 10. 11 марта. С. 6.

119. Беляев В. Восстановление российского хозяйства. Обзор «среднесрочной программы». Сан-Франциско. 1992. 164 с. — Из архива автора данной книги.

120. http://www.cisdf.org/pr-trm.html

121. Ионцев В.А., Лебедева Н.М., Назаров М.В., Окороков В.А. Эмиграция и репатриация в России. С. 2001.

122. http://www.rusidea.org/forum/viewtopic.php?f=7&t=3546

123. http://www.rodinahome.org/index_r.html

124. Аверкий (Таушев), архиеп. Восстановителям России // Современность в свете Слова Божия. Слова и речи. Джорданвиль. 1975. Т. I. С. 80.

125. Восстановить историческую справедливость. Обращение представителей Русского Зарубежья к Российскому парламенту в связи с 75-летием Февральской революции // Литературная Россия. 1992. 20 марта; Наш современник. 1992. № 6 и др. В эмиграции оно было опубликовано шире: Новое русское слово. Н.-Й. 1992. 20 марта; Русская жизнь. Сан-Франциско. 1992. 26 марта; Единение. Сидней. 1992, № 10; Вече. Мюнхен. 1992. № 45 и др., а также в книге: Михаил Назаров. Заговор против России. Потсдам, 1993. — http://www.rusidea.org/?a=130049

126. Русская мысль. Париж. 1994. 20–26 янв.

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 995 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru