litbook

Поэзия


Вид из окна0

В итоге

В глазах стрекозы воздух теребят,

прессует солнце корку апельсина.

Нечистой силе верится в тебя

поэтому, где только не носило,

 

чтоб выяснилось в юности тупой –

любой порядок гладит против шерсти.

Любимая, не бойся, я с тобой,

хотя мы никогда не будем вместе.

 

За душу, не ушедшую в печать,

обложит матом облачность литая.

Пришла пора цыплят пересчитать –

но осень так упорно не считает,

 

проводит жёлтым ногтем по уму

и высадит у мусорного Баха.

По-русски новый дворник ни му-му,

одна печаль – кастрюля и собака.

 

Мы, словно ртуть, гуляем по кривой –

кому сказать, мол градусник стряхни нам?

Травиться будем осенью – листвой,

что с веток осыпается стрихнином. 

 

Над головою птица ореол

за воротник закладывает галсы.

А я архива так и не завёл –

пытался, только ключик потерялся.

После прочтения сжечь

Исчерпано дыхание – клюв в клюв,

теперь, на виражах теряя перья,

щебечешь, по ошибке заглянув:

простите, я ушиблась этой дверью.

 

А то остришь, так пальцы режет нить,

и, невдомёк – откуда эта злоба.

Тебе я постараюсь уступить,

но мы тогда неправы будем оба.

 

Хоть облака, как слизни на стекле,

расслаблены над нами и пологи,

давно в пернатой жизни не секрет,

как ближнего обуть и – сделать ноги. 

 

С улыбкой, заиграешься в Гюго,

пока на серпантине в Карло-Монте

водитель не пристёгнут, а его

автомобиль нуждается в Вермонте.

 

В эпоху электронных сигарет

надеемся, по-разному невинны,

любить зубную пасту «фторчермет»

и отбивную, в форме Украины.

Радиблага

Нечаянно бегу от женской ласки, 

от вермута, и даже от конфет, 

упёртый блоггер, пост держу до Пасхи, 

со мною Бог и Афанасий Фет. 

Пока играть в пинг-понг хватает прыти, 

случайные удачи копит впрок 

не жизнь, а бета-версия событий –

яичница из сковородки вок. 

Кому – вопрос одеться по погоде, 

тебе – остатки разума сберечь. 

Торчит труба в реке на пароходе, 

а в ножнах заржавел дымоклов меч. 

Пусть в гардеробе этом не оставит 

надежду всяк, сюда входящий в раж. 

Как ворон на суку, кларнет картавит, 

больная скрипка точит карандаш. 

Душа болит везде, куда ни тронусь. 

Всё – радиблага, даже на столе 

оранжевая, как дорожный конус, 

креветка задохнулась в янтаре. 

До сути не добраться автостопом –

гаишники показывают шиш. 

Закусывая удила укропом –

никак на голове не устоишь.

Медсестра

И оно превращается в золото,

если «чёрная касса» пуста.

Кислородная маска проколота,

а на старте считают до ста.

 

Метеоры в свободном горении –

космонавты на крыльях погон,

мы любви добиваемся трением,

и проходим сквозь этот огонь.

 

Наши волосы пачкает сепия –

хоть с последнего фото слезай.

В аквапарке медуз милосердия,

ты – моя Марсельеза, в слезах.

 

Разбери злой будильник на винтики,

в телефоне звонок отключи.

Под наркозом зимы и политики

ты – моя электричка в ночи.

 

А пока эти звуки заветные

закатает эпоха в цемент,

не греми, в головах, инструментами –

испугается твой пациент.

И-мейл на рассвете

Упоротую сетку, не спеша –

пока неясно, кто кого нащупал –

распутывает ветер в камышах

и замирает, наступив на щуку.

 

У стрекозы алмазный стеклорез

и гордое пчело без тени страха,

зелёным боком выкатился лес –

антоновка протёртая рубахой.

Оса координат жужжит по ком,

не прерывая функцию предела?

Когда застрянет в горле нежный «ом»,

любовьморковь печатай без пробела.

 

Нас, что в деревню выбрались вдвоём,

не заклюёт ревнивый голубь мира.

Давай, на счастье, садик разобьём,

чтоб рвал малину дождь, идущий мимо.

 

Пиши твоянавеки без тире –

вот монумент невинностидобрака.

Пусть думает собака в конуре: 

как тесен мир, однако!

Звёздная болезнь

Щёки высохшей краской заляпаны –

впору дать стрекача с кинопроб.

Галстук Бродского, шляпа Шаляпина,

нафталин – вот и весь гардероб.

 

Ищем в кадре пропавшие вещи мы,

режиссёр – в хрустале, иже с ним.

Ослепительных молний затрещины

объезжаем путём тормозным.

 

Ну а в Каннах: мулатки в испарине,

и похлопать кого по плечу –

как шнурок из ботинка Гагарина

по ковровой дорожке скачу.

 

До небес многоярусной ясности

мы сегодня дотянемся, нет?

Стань подружкой моей безопасности,

безотказной в последний момент!

Вид из окна

Мы начали терпеть издалека:

у форточки курить – уже неловко,

не тянется цыплёнок табака,

а под землёй – бесплатная морковка.

Боится поезд стричься под откос –

пусть стрелочник сперва «покажет личик».

Выходит, мир совсем не лоукост,

а до пупа бронированный лифчик.

Конечно, эрго сум инкогнито –

наклейка на гитаре классе в третьем.

Здесь, что ни конь в пальто, его авто

мобиль «рено» и жизнь в бубновом свете.

Здесь в ласковом укоре «на хрена!»

все буковки начищены до блеска.

Оглянешься – помашет из окна

беременная ветром занавеска –

ты этот нежный трепет сохрани,

когда, сложив ладони, для уюта,

шагнёшь, без страха, в люльку полыньи

с аккордеоном, вместо парашюта.

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 997 авторов
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru