litbook

Поэзия


Возрадуйся! Как любишь – так страдаешь!0

* * *

Каких вас придумывал! Боготворил!

Спасибо влюблённому воображенью!..

И как же сегодня смириться с прозреньем,

ведущим меня среди ваших могил?

* * *

Любви восторги, муки, а ответом –

лишь дружба хладнокровная твоя...

Две разных песни не споёшь дуэтом.

Не заштормит стальная колея.

 

Прощай! Тебе уход мой залатают

друзья, чья кровь, как в озере вода.

А я любовь свою не запятнаю:

она не станет дружбой никогда!

* * *

Признанья скрипочки тоскливые

смычок услужливо ловил.

И пела женщина счастливая

об ожидании любви,

о наших горестях и чаяньях,

о вечном, смертном, о судьбе.

Лгала мелодия нечаянно

и обо мне, и о тебе,

чтоб вновь могла мечтать и каяться,

и верить глупая душа,

забыв, что вновь не возвращается

любовь, которая ушла.

* * *

Из трубки голос, звуков всех родней,

услышал –

и душа уже ликует...

«...Ты знаешь, не звони домой ко мне –

бойфренд сегодня у меня ночует...»

..............................................

Свинцом набрякла в горле немота,

поплыли вещи в комнате размытой –

то ль изменился воздуха состав,

то ль у планеты сдвинулась орбита.

Предстала жизнь безжалостней, чем смерть.

И я, рыча от муки нестерпимой,

был обречён за часом час смотреть,

как тело обнажённое любимой

за тьмой ночной, там, в жёлтых бликах свеч,

в мужскую страсть вплеталось на кровати

всё – чувственность от пяток и до плеч,

от крика губ до судорог объятий...

Душа, как зверь в охотничьей сети,

перед жестоким пыточным экраном

металась. И мне грудь разворотив,

задёргалась у ног ошмётком рваным.

И прохрипел я Господу: «За что

меня на этом свете истязаешь?..»

Ответ небес был мудрый и простой:

«Возрадуйся! Как любишь – так страдаешь!»

* * *

Сотрутся горы, высохнут моря,

земная жизнь приблизится к закату,

в ночной пустыне звёзды догорят...

Всё приходяще в мире. И когда-то

Вселенная сожмётся в точку. Но

мой космос будет вечным неизбежно:

останутся в пространестве неземном

безбрежные Любовь к тебе и Нежность.

* * *

Моё счастье не мне буйну голову кружит.

Оно кем-то другим было выпито прежде.

Я от жажды умру, и друзья обнаружат

в моей фляжке на дне двести граммов надежды.

* * *

Добро и зло ведут извечный бой –

разор, разруха, трупы и калеки...

До нас был мир не добрый и не злой –

пусть тот покой не сбудется вовеки.

* * *

Всё преходяще: слава и богатство...

И жизни срок – Вселенной краткий вздох.

Лишь вечно то, что в нравственные святцы

запишет Совесть будущих эпох.

* * *

Состраданье со скрипкой выходит в атаку

против силы, крушащей металл и гранит...

Заутюжен скрипач в землю траками танка.

Лишь мелодия в небе над миром парит.

* * *

Как Бог, веду со штормом разговор.

Пронзённый мачтой, дикий ветер стонет.

Бессильной птахой на моей ладони

корёжится бунтующий простор.

Бессмертие

Смотрел с восторгом древний грек на горы,

на трепет трав, на грузный лёт шмеля,

на юных дев, на блики солнца в море...

ну точно так же,

как сегодня – я.

* * *

Думая о своём,

он смотрел на плачущую мать,

как на слово «мама»,

написанное кем-то

в автобусе на запотевшем окне,

по которому стекают капли росы.

* * *

Есть только старость – предпоследний путь.

Какая, люди, мудрость там, где старость?!

Душа увяла – страсти не вернуть,

а вместо тела – тяжесть и усталость.

И если я, не сгинувший в штормах,

смогу доплыть до острова, где старость –

пусть даст мне Бог не выжить из ума,

чтоб не творил ни склок, ни мемуаров.

Пусть даст мне сил не рваться к островам,

где чьё-то (не моё) восходит утро,

и мудрости, чтоб не претендовать

на молодость, тем более – на мудрость.

* * *

В выброшенной в лужу кукле

ты увидел погибающего ребёнка,

взял её, обогрел на груди – и заплакал

от нежности огромной и от одиночества,

так как Вселенная – огромна и одна.

* * *

Путь беззаботный и счастливый

ему фортуна нарекла.

И пил он жизнь, как летом – пиво,

чтоб с удовольствием текла.

В ряды вершителей не влился

и не вершил великих дел.

Влюблялся часто и женился,

где надо плакать, песни пел.

Был глух, когда звучало «должен»...

Но случай... глупый и слепой,

беду метнув неосторожно

над растерявшейся толпой,

дал на раздумья ей минуту,

жизнь попросив из всех одну.

Он встретил смерть легко, как будто

не смерть, а новую жену.

* * *

Лишь только юность вложишь в ножны,

жизнь станет краткой, близкой – смерть.

Чтоб это было невозможно,

я молодым случайно должен

лет через двести умереть.

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1015 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru