litbook

Проза


И кто же это нынче у нас еврей?0

Если ты умер, то это надолго,

Если дурак, то, считай, навсегда.

    Советский фольклор

 

…В который, бишь, раз я услышала это утверждение?.. Скорее всего, как минимум, в десятый: „Das was früher die Juden waren, sind heute dieMuslime.“, что в переводе означает: "Мусульмане в современной Европе – то, чем прежде были евреи".

Не то чтобы я с ним соглашалась, но и отметать его с порога со ссылкой на Холокост и "историческую вину", по-моему, нецелесообразно, зачем же отмахиваться: "Ах, да это несравнимо!"? Все на свете сравнимо, тем более что при ближайшем рассмотрении сравнение откроет нам много интересного. Начнем со сходства.

И в том, и в другом случае проблема порождалась демографическим взрывом в сообществе потенциальных переселенцев с одной стороны, и реальной угрозой (погромы в России, войны на Ближнем Востоке) – с другой. В поисках безопасности и лучшей жизни в Европу рвануло значимое количество подозрительных чужаков, претендующих на уже занятое место под солнцем, что у аборигенов, естественно, восторга не вызывало. Вот, пожалуй, и все. Теперь разберем различия.

Общее количество евреев в Европе в канун Холокоста не превышало, если не ошибаюсь, 15 млн. человек. Сегодня, если верить Википедии, в одной только Сирии по данным 2013 года 22,5 млн. жителей, в Ираке 36 млн., в Ливии 5,5 млн., 40 млн. – в Судане, да еще 6 млн. в Эритрее. Конечно, не все они разом снимутся и в Европу побегут, но… ведь и евреи в свое время не все бежали. Так что чисто технически вопрос о прокорме набегающей оравы стоял куда менее остро.

Куда менее остро стоял и вопрос о поддержании общественного порядка, ибо, как объяснила мне одна еврейская дама, родители которой в период между двумя мировыми войнами из Турции во Францию подались: "Мы французами стать хотели, а нынешние – не хотят". И это не случайно: тогдашние понимали, что от их умения, не скажу "ассимилироваться", но хотя бы приспособиться, чтоб местных не раздражать зря, напрямую зависит возможность заработать хлеб свой насущный, а нынешние об этом могут не беспокоиться, пособия всегда к услугам.

Среди пришельцев не без основания подозревают наличие агентов враждебной внешней силы – Коминтерна и исламистов, соответственно – использующих возможности демократии, чтобы враждебную пропаганду вести, завоевывать агентов влияния, а то и прямо шпионить. Однако заговоры и террор коминтерновцев направлены были только и исключительно на власть имущих и силовые структуры, тогда как исламисты стреляют и взрывают кого попало, абы напугать. И еще подробность немаловажная: у евреев с каждым новым поколением агрессивность снижается, а у мусульман, как видим, наоборот.

Но подрывная деятельность – это еще цветочки. И с террористами можно справиться. Коминтерн не потому развалился, что заделался юденфрай, а потому что можно украсть атомную бомбу, но работающую экономику и развивающуюся технику украсть невозможно. Страшнее всего – просто большая масса людей другой культуры, которые и слыхом не слыхали ни про какие смертоубийства, но жить хотят так, как они привыкли. Жить во Франции, но французами не быть, благо – напоминаю еще раз – пособия на интеграцию не завязаны.

Самым главным и страшным результатом такой ситуации будет массовое одичание, "потерянное поколение", причем, с обеих сторон. Для нормального развития человеческому детенышу нужно культурное пространство с определенными рамками: так делают, а так не делают, то принято, а это нет, вот эдакое намеренье выражается эдакой интонацией, а другая интонация выражает намерение другое. И если подрастающий ребятенок видит вокруг себя людей разных культур, то должен слышать предостережение: есть – они, а есть – мы, мы – такие, а они – другие.

Не подумайте, что я намерена культурам оценки выставлять, хотя мне, конечно же, моя больше нравится. Всяк кулик свое болото хвалит. А просто культуры – они вроде как языки: и французский хорош, и русский не хуже, но вот смешение французского с нижегородским ничего кроме смеха не вызовет, и ничего толкового сказать на нем невозможно.

Иными словами, для нормального воспитания необходима либо однородность среды, либо… дискриминация инокультурных. Третьего не дано.

С евреями проблемы не возникало. Бо́льшая их часть стремилась к ассимиляции, т.е. подстраивалась под культуру "почвенной нации", а меньшая – сама на себя ярлычок вешала: "Я – другой и желаю обособиться, вас к себе не зову и свой образ жизни никому не навязываю". Среди мусульман стремящихся к ассимиляции исчезающе мало, а насчет ненавязывания… вспомните погромы в предместьях, халальную диету в детсадах, отмену (или, как минимум, переименование) христианских праздников, и наконец, убийства за карикатуры.

Одним словом, логика возвышенно мыслящих теоретиков – точь в точь как у того дурачка из народной сказки, что плакал на свадьбе, а, будучи за то поколочен, на похоронах решил сплясать. Проблема-то, оказывается, не в евреях, и даже не в мусульманах, проблема – в самих европейцах, что в упор не замечают отличие Божьего дара от яичницы и попросту неспособны объективно ситуацию оценить, отличить мнимую опасность от настоящей.

Нет-нет, я не хочу сказать, что принятие важных решений в современной Европе поручено клиническим идиотам. Есть еще, к примеру, влиятельные лоббисты из "индустрии гостеприимства" – всяческие социальные работники, переводчики, юридические консультанты, уполномоченные по перевоспитанию, организаторы жилплощади и свора т.н. "неправительственных организаций" – для которых прекращение иммиграции означает автоматическое отлучение от бюджетного пирога. Есть голоса мусульманских избирателей, без которых конкретный политик в конкретную каденцию не обойдется (а после нас – хоть потоп!). Но есть и еще один мощный фактор: потмодернистская картина мира.

"Мир, - учил он, - мое представление!"

А когда ему в стул под сидение

Сын булавку воткнул,

Он вскричал: "Караул!

Как ужасно мое представление!"

Описание очень точное: пусть "ужасное", но все же "представление", т.е. для устранения неприятности не булавку из стула вытащить надо, но "представление" изменить, и будет все в ажуре. По этой логике все, в мире сущее и происходящее, коренится только и исключительно в нашем восприятии. Холокост – бяка, потому что напоминание о нем систематически портит нам настроение. Значит, надо позаботиться, чтобы он не повторился, а для этого ликвидировать… наши чувства и представления, которые были его причиной (поскольку кроме этого в мире нет и не может быть никаких причин).

Незачем анализировать те особенности человеческой психики, в которых коренится антисемитизм или исторические обстоятельства его обострения, достаточно вспомнить чувства, которые мы при этом испытывали. Не важно даже, насколько точным будет воспоминание (в нашем случае как раз с точностью до наоборот, ибо юдофобию, ничтоже сумняшеся, с ксенофобией перепутали), а важно, что неустанная борьба будет направлена только и исключительно на искоренение этих чувств. Отныне каждый, кто обнаружит их в себе, обязан признать себя великим грешником – если не публично, то хотя бы в глубине души – и выжигать их как раковую опухоль лучевой терапией зомбоящика и лечебной гимнастикой всяческого психоанализа.

Будучи побит за неуместные слезы на свадьбе, сказочный дурачок обречен отныне вообще никогда не плакать, оперативно удалить слезные железы и с непоколебимым историческим оптимизмом встречать любые похороны. 

 

Напечтано: в журнале "Заметки по еврейской истории" № 10(187) октябрь 2015

Адрес оригинальной публикации: http://www.berkovich-zametki.com/2015/Zametki/Nomer10/Grajfer1.php

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 1004 автора
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru