litbook

Проза


Живые листочки. Рассказы для малышей+11

Кормушка

В саду на старой антоновке висела кормушка для синиц, в виде домика с покатой крышей. Каждое утро Таня или её мама насыпали в кормушку семечки. Когда начинались сильные морозы, хозяйка подкладывала в кормушку кусочки сала, чтобы подкормить птиц.

Прошлой зимой сало повадился воровать соседский кот Кузя. Леток у кормушки был узкий, но лапу кот мог просунуть. Как-то утром вышла хозяйка на крыльцо и увидела такую картину: напротив кормушки на отлогой ветке во весь свой рост растянулся Кузя.

— Ах ты, разбойник, всех синиц распугал! — крикнула она. — А я-то гадаю, почему сало так быстро исчезает.

Она слепила снежок и кинула в кота.

Грациозный, чёрный, в белых «носочках» Кузя ловко вскарабкался на верхушку яблони и по веткам перелез на сарай.

После этого случая Таня с мамой стали накалывать сало на веточки яблони, но и в этот раз угощенье не досталось синичкам — сало склевала ворона.

Таня подвесила несколько кусочков на бельевую верёвку у крыльца. Но глазастая птица наблюдала за девочкой со старой берёзы, и как только Таня ушла в дом, ворона села на верёвку, потянула за ниточку — и добыча оказалась у неё в лапе.

Оставался один выход — подвесить сало к окну. Так и сделали. В морозные дни синички бойко стучали по замёрзшим кусочкам — и не голодали.

 

Таня и синички

Столько снега Таня еще не видела. Эта зима была похожа на настоящую сказку. Вот и сегодня утром — мама пошла насыпать корм синичкам, а Таня прильнула к окну. Ух, сколько опять насыпало! Ни одной дорожки не видно, всё укрыто белым пуховиком. На яблоньке каждая веточка в пушистую перчатку одета, а на кормушке за ночь шапка выросла, велика стала и набок съехала.

Синички не все сразу подлетели. Сначала одна, самая храбрая разведчица, села на ветку, повертела головкой, увидела семечки и зачичикала: «Чи-чи-чи».

Тане показалось, что она так других синичек зовет: «Летите, синички! Тут семечки, семечки!».

«Чи-чи-чи, — донеслось со всех сторон, — летим, летим!»

Храбрая разведчица нырнула в кормушку. А за ней вторая, третья — не счесть! Они подлетали, хватали семечки и усаживались на ветки выклевывать зернышки.

Молодая яблонька вся была в синичках, как в листочках. Только «листочки» эти на месте не сидели, а летали в кормушку и обратно.

Одна синичка подлетела к окошку. Здесь на гвоздике висел кусочек сала. Попрыгала она по оконной раме, глянула на Таню глазком-бусинкой, а потом — тук-тук-тук по замерзшему салу.

Тане показалось, что это она в окошко стучит, зовет ее на улицу. Таня тихонько, чтобы не спугнуть птичку, отошла от окна и побежала шубу да валенки надевать.

— Ты куда собралась так рано? На улице еще никого нет, — удивилась мама.

— Есть, мама! На улице синички есть!

 

Тёплые дни

Ранней весной в тени у заборов лежит снег, а клумбы и грядки покрыты тонким ледком — черепком. Солнышко хорошо днём греет, и мёрзлая земля стала чуть теплее.

Растения почувствовали это тепло и тронулись в рост. Толстыми зелёными носами пробили ледяную корку тюльпаны: они не боятся мартовских морозов. Даже тонкие стрелки чеснока прогрели лунки в черепке и потянулись к солнцу. Таня потрогала твёрдые носики тюльпанов, сорвала зелёный стебелёк чеснока, пожевала — горький, а всё равно вкусный.

Под яблоней растут многолетние невысокие цветы с интересным названием — пролески. Они зацветают самые первые. Таня пошла их разыскивать. Пролески были укрыты, как одеялом, прошлогодними, еще мерзлыми листьями яблони. И всё же несколько зелёных иголочек этих стойких, выносливых цветов прокололи листья и приподняли их, как щитки, над землёй. Это победа пролесков над злыми морозами.

Прошло несколько дней. Лёд сошёл с грядок, освободил землю. К этому времени на пролесках появились бубенчики. В них спят и набираются сил синие звёздочки.

Таня разгребла прелые листья на клумбе и отыскала «тигрёнка» — росток тигровой лилии, похожий на еловую шишку. «Тигрёнок» быстро растёт. Пройдёт несколько тёплых дней, он выгонит высокий зелёный стебель с длинными узкими листьями и превратится в лилию.

 

Весенний разговор

В дальнем углу сада росла молоденькая вишня. Весной она раньше всех других деревьев просыпалась от зимнего сна и зацветала. На яблонях и грушах почки только еще набухали, а вишенка была уже в белом весеннем наряде.

Таня проснулась рано утром и побежала в сад смотреть на вишню. Нежной волной охватил девочку аромат цветущего молодого дерева. Множество шмелей и пчёл кружилось и жужжало над белыми цветками.

— Ой, сколько здесь пчел! — удивилась Таня.

И вдруг она замерла и прислушалась.

— Светит, светит, светит, — радостно сообщил тоненький голосок с вишнёвой ветки.

— Синичка! — обрадовалась Таня.

Среди белых лепестков птица была хорошо заметна, она вертела головкой и внимательно разглядывала девочку.

Таня подумала, что это одна из тех синиц, которые прилетали зимой к кормушке.

— Ты узнала меня, синичка? Помнишь, как я кормила тебя зимой?

— Светит, светит, светит, — повторила птичка. Она не хотела вспоминать про холодную зиму. Синичка радовалась теплу и пела весёлую песню про солнце и свет.

— Светит, солнышко светит, — подхватила Таня, — весна пришла. И вишенка наша зацвела!

Синичка слушала ее и не улетала. Таня постояла ещё немного, полюбовалась на вишенку, на шмелей и пчёлок, которые забирались в самую серединку цветков и собирали первую пыльцу. А потом предложила своей собеседнице:

— Пойдем, посмотрим на рябинку.

Девочка направилась к рябине, а синичка полетела за ней. Но куда же птичка села? Где ты, синичка, ау!

Рябинка распушила листики. Цвести этому дереву ещё рано, белые шапочки на нем появятся, когда не будет ночных заморозков и придёт настоящее летнее тепло. Но молодые рябиновые листья — уже пушистые. В их нежно-зеленом шатре не видит Таня синицу.

— Да где ты, вертушка? Совсем тебя не видать!

— Чи-чи-чи: ищи, ищи! — звонко откликнулась весёлая птаха.

Наконец, Таня обнаружила синичку в самой середине рябиновой кроны.

— Вон ты куда забралась! Помнишь, как стучала зимой к нам в окошко? А сейчас тебе хорошо — лети, куда хочешь.

— Сей-час, сей-час! — согласилась синичка и полетела на яблоню.

Дедушкин мёд

В конце марта Танин дедушка спустился в омшаник — послушать, не проснулись ли пчёлы. Приложил ухо к одному улью, к другому — шумят пчёлки, просыпаются.

Через несколько дней ульи выставили на улицу, открыли летки.

Хоть и не совсем ещё сошёл снег, а солнышко уже высоко в небе стоит. К обеду сильно разогревает. Пчёлы делают облёт, разминают  крылышки после зимы.

Набухают почки на деревьях, распускаются липкие листочки. Пчёлки начинают трудиться, собирают душистый клей — прополис. Он пригодится в пчелином хозяйстве. Прополисом пчёлы заделывают щели и дырочки в ульях.

Быстро летят весенние дни, вот уже зацвели в садах вишни, яблони и груши. Рано утром встала Таня, подошла к улью и видит: возвращаются пчелы в леток с яблони с жёлтыми мешочками на лапках.

— Дедушка, а что это они на лапках несут?

— Это обножка, цветочная пыльца.

— А зачем она пчёлкам?

— Из пыльцы пчела сделает себе «хлеб» — пергу.

— Получается, что яблоня вроде как пчелу кормит?

— Получается, так. Только и пчела яблоньке помогает: в каком цветке эта труженица побывает, там и яблочко завяжется.

— Ой, дедушка, а я слышала, как яблоня жужжит!

— А, слышала! — обрадовался дедушка. — Сейчас весь сад жужжит. Это хорошо: чем больше пчёл, тем выше урожай.

С каждым днём становится всё жарче. Быстро высыхает роса на траве, негде уже пчелкам брать воду. Танин дедушка поставил под яблоней корытце с водой и накрыл его холстиком.

— Дедушка, зачем ты накрыл воду?

— В воде пчела может утонуть, а на холстик она сядет и напьётся, — объяснил дедушка.

— А скоро они начнут мёд носить?

— Не с каждого цветка пчела может брать взяток. Вот зацветут основные медоносы — пчела ходом пойдёт.

Таня поняла дедушкин ответ так: полетят скоро пчёлы за медовым нектаром на пушистые цветки липы, на жёлтые шапки подсолнечника, на синий василёк.

В конце июня дедушка уезжал смотреть поля. За ужином рассказывал, что начинает зацветать гречиха. А через несколько дней, поздно вечером, когда все пчёлы слетелись на ночь в ульи, дедушка закрыл летки. Ульи погрузили на машину и отвезли на пасеку.

Таня стала ждать, когда поедут качать мёд, просила дедушку взять её с собой.

— Мала ты ещё, а пчёлы сердитые бывают, когда у них мёд забирают. Ужалят, будешь плакать, — отговаривал дедушка.

— Нет, нет, дедушка, не буду плакать, — просилась Таня.

В первых числах июля  собрались качать мёд. Погрузили на машину медогонку, взяли халаты, дымари, воду, бидоны, куда сливать мёд, и поехали на пасеку.

Таня увидела белое поле цветущей гречихи, а рядом, в лесополосе, под прикрытием высоких тополей и густого кустарника стояли ульи.

Все стали переодеваться. Тане нашли подходящий халатик, нарукавники с тугими резинками, чтобы не залезли в рукава пчёлы, на голову надели сетку и велели сидеть у костра.

Стало уже темнеть, когда начали качать мёд. Дедушка отбирал самые полные рамки. Танин папа заправил дымарь сухими гнилушками и пускал клубы дыма, отгонял от дедушки пчёл.

Бабушка срезала воск с сот пасечным ножом. Пчёлы запечатывают соты, чтобы не вытекал мёд. А чтобы срез был ровным, нож окунают в кипяток.

Над костром на перекладине висело ведро с водой. Таня подкладывала в костёр щепочки, грела воду. Сначала она успевала следить за тем, что происходило на пасеке. Вот уже поставили рамки в медогонку и крутят ручку, вот приподняли медогонку на стол, открыли кран — и полился густой струёй первый душистый мёд  разнотравья.

Но становилось всё темнее и темнее. Вместо знакомых людей в халатах и сетках Таня видела уже только тёмные силуэты, которые двигались между ульев. Сон сморил девочку, она даже не слышала, как мама завернула её в одеяло и отнесла в кабину грузовика.

Проснувшись на следующий день, Таня побежала на кухню. Там на столе стояла большая стеклянная чашка с золотистым мёдом. Таня зачерпнула его ложкой и изо всех сладостей, которые она ела, дедушкин мёд показался ей самым вкусным.

Откуда берутся пчёлы

Уже несколько дней Танин дедушка жил на пасеке. Он караулил, когда отроится улей. И вот, наконец, рой вылетел и привился на дикую яблоню. Дедушка смахнул его веничком в роевню и перенёс в новый улей.

Вечером дедушка вернулся домой и за ужином всё рассказал. Таня слушала рассказ с большим интересом. Она знала, что роевня — это большая круглая коробка с откидной крышкой, что дедушка держит на пасеке пустой улей для молодой пчелиной семьи. А вот откуда берётся целый рой пчёл в улье и почему улетает, она не знала. Поэтому спросила:

— Дедушка, откуда берутся пчёлы?

— Потом расскажу, — ответил дедушка. — Сейчас мне некогда. Вот схожу на почту, тогда и расскажу.

Таня удивилась: зачем это дедушка собрался на почту?

На следующий день дедушка принёс маленькую посылку, в которой оказалась деревянная коробочка с дырочками. Коробочку делила на две половинки перегородка: в одной половинке был положен мёд, а в другой сидела большая пчела. Её-то Таня и заметила в первую очередь.

— Какая большая пчела! — удивилась она. — У тебя, дедушка, я таких больших пчел не видела. А как она сюда попала?

— Как попала, — улыбнулся дедушка, — а вот как попала.

И стал рассказывать:

— Это не пчела, а матка — пчелиная мать. В каждом улье есть своя матка. Если матка хорошая — то и семья у неё будет хорошая, много будет пчёл. В одном  улье станет им тесно, и половина пчёл уйдёт из улья.

— Дедушка, а кто  тебе посылку прислал?

— Есть специальные питомники, где этих маток разводят и высылают пчеловодам. Смотри-ка, — показал дедушка на коробочку, — видишь, в перегородке есть ход. По этому ходу матка к мёду подберётся, поест и уйдёт на свою половинку. И так она долго может путешествовать в этой коробочке. А дырочки нужны, чтобы воздух проходил.

Дедушка вздохнул и сказал:

— Эх, улей у меня один слабый. Боюсь, погибнет. Нет там хорошей матки.

— А эта хорошая?

— Хорошая, я про неё в журнале прочитал. Попробую подсадить её в слабый улей.

— И там будет много пчёл? И вырастет рой?

— Вырастет, обязательно вырастет.

— Дедушка, я тоже хочу рой ловить! — сказала Таня. — Ты позови меня, когда будешь ловить!

— Ох ты, какая! — сказал дедушка. — Звать-то мне тебя некогда. Мне скорее рой ловить надо, а то ведь он улетит.

— Куда улетит?

— Улетит, да и сядет где-нибудь — на дерево или на куст. Может и на забор сесть, а то на телегу. Что попадётся на пути, туда и сядет. Бывали такие случаи — не уследит пчеловод, рой и улетает. Вот как бывает.

 

Где вы, сойки?

Природа готовилась к зиме. Не так нарядны стали травы. Вместо пёстрых цветов на них появились тёмные сухие семена. Таня ходила около дома и собирала семена зверобоя, подорожника, колоски мятлика. А ближе к зиме попросила маму купить просо. Мама удивилась и спросила:

— Ты что же, забыла, как я раньше просо покупала? А синички и не подумали его клевать! Зачем тебе понадобилось просо? Зачем ты семян насобирала? Я же семечки для синиц покупаю.

— Я хочу сделать вторую кормушку, — призналась Таня, — и насыпать туда разный корм. Вдруг сойки прилетят?

— Сойки? — удивилась мама. — Сколько лет тут живу, а соек ни разу не видела.

— А почему они к нам не прилетают?

— Наверное, они живут в больших лесах. А у нас разве лес? Насквозь весь просвечивается. Воробьи, вороны, да синички — вот и все наши птички.

— А дятлы! — воскликнула Таня. — Помнишь, как прилетали к нам дятлы?

Это было летом. Дятлы подлетели к крыльцу: один большой, а второй — маленький дятлёнок. Пёстрый малыш прыгнул в собачью кастрюльку и стал быстро выклёвывать оставшуюся на дне крупу, только головка его мелькала вверх-вниз. А большой дятел сидел на кастрюле, смотрел по сторонам, караулил, сам ни крупинки не склевал.

Таня с мамой наблюдали за ними из окна и переживали: только бы пёс не прибежал, только бы кошка не спугнула. Но никто дятлов не тронул. Наклевался дятлёнок досыта, и птицы улетели на березу. Они посидели на нижней ветке, отдохнули. Видимо, птенцу тяжело было сразу высоко взлететь. Дятлы поднимались с ветки на ветку всё выше и выше, а потом перелетели на сосну  и потерялись из виду.

Они прилетали ещё несколько раз — и всегда в то время, когда пёс куда-нибудь убегал и кошки не было поблизости. Видно, взрослый дятел следил за домом.

Но дятлы — дятлами, а Таня мечтала увидеть соек. До сих пор она видела соек только в книжке на картинке. Она даже нарисовала их на дощечке. Учитель по труду покрыл дощечку светлым лаком и сделал по краям серебряную фаску. Теперь лакированные «сойки» висели у Тани над столом. А Таня всё думала, как бы увидеть настоящих птиц, и не давала маме покоя. Мама пообещала купить побольше разного корма для второй кормушки.

Стала подступать зима: сыпанула снежку, приударила морозцем, повыгоняла птиц из леса. Полетели над соснами сороки, звонче застучали дятлы, лёгкими стайками перелетали с яблони на яблоню синички. Пришло время кормить птиц.

Таня насыпала в лоток овёс, просо, кукурузу, покрошила хлеб. Подумала — и добавила горсть гречки: вдруг сойки любят гречку? Поставила новую кормушку на бочку, рядом с кустами сирени, напротив окна — и стала ждать.

Первой спланировала с берёзы ворона и повытаскивала хлеб. Потом налетели воробьи. Любопытные синички облепили сирень, тинькали, вертели головками, но немногие решились спуститься к воробьям и схватить семечко.

День проходил за днем, а сойки, ради которых делали кормушку, не появлялись. Таня от нетерпения даже дедушкин военный бинокль достала. Бинокль был большой, тяжелый, в кожаном футляре, с крепким ремешком. В выходные дни, когда не надо было спешить в школу, Таня садилась завтракать и вешала бинокль на шею. Съест ложку-другую каши, выпьет глоток чаю — и подносит бинокль к глазам. Но и бинокль показывал всё ту же картину.

— Да уж сойку ты и без бинокля увидишь, — смеялась мама, а сама не верила, что прилетят красивые, розовые с синими крыльями, птицы — такими были изображены сойки на Таниной дощечке.

А Таня уже разглядывала дальние берёзы и сосны, наводила бинокль на самые верхушки — может быть, сойки сидят там, на ветках, и боятся подлететь? Ведь они очень пугливые. Но на деревьях копошились, взмахивали крыльями только вороны.

Как-то раз Таня пришла из школы, глянула на антоновку — и синичек там не заметила. «Наверное, семечки кончились», — подумала она и заглянула в кормушку: точно, там было пусто. Таня взяла пакет с семечками, насыпала в кормушку несколько горстей, повернулась, чтобы идти домой — и тут же отшатнулась в сторону: прямо на неё летели две большие, с ярким оперением, птицы. Они чуть не задели девочку крыльями!

Таня замерла от неожиданности и радости. Это были сойки!

С этого дня сойки часто стали прилетать, обычно по две сразу. Садились на лоток друг против дружки и спокойно клевали корм.

Вот и сбылась Танина мечта. Не зря она делала вторую кормушку.

Рейтинг:

+11
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Комментарии (1)
Вадим Наговицын [редактор] 28.04.2013 21:46

Мне очень понравилось!

0 +

Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 995 авторов
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru