litbook

Non-fiction


Леонид Иванович Седов — мои впечатления и жизнь в мире его влияния*0

Хочу поделиться воспоминаниями и личными впечатлениями о своём учителе — Леониде Ивановиче Седове, которые складывались, начиная с моих студенческих лет, а также в течение долгих последующих лет его жизни. Буду стараться описывать (насколько это сейчас возможно) именно те впечатления, которые возникли у меня тогда.

Мне показали Леонида Ивановича в 1952 году (сейчас не могу вспомнить, кто) и было сказано, что это выдающийся учёный-механик. Он ходил по балюстраде на третьем этаже старого здания МГУ на Моховой и с кем-то беседовал. Должен сознаться, что моё первое впечатление было скорее отрицательным, поскольку он полностью не соответствовал моим тогдашним представлениям о том, как должен выглядеть учёный. Возможно, мои представления сложились под влиянием определённых стереотипов художественной литературы и кино, но крупного учёного я представлял тогда себе как человека, погружённого в размышления, не очень заботящегося о своей внешности и одежде, скромного и неприхотливого в привычках. Увидел же я нечто противоположное: по балюстраде прогуливался высокий полный мужчина среднего возраста (ему было 45 лет), одетый «с иголочки» в костюм из ткани какого-то необыкновенного цвета с таким же жилетом. На нём было пенсне в золотой оправе, а лицо его выражало (так мне тогда показалось) довольство собой. Должен сразу сказать, что в дальнейшем мои представления о Леониде Ивановиче, конечно, коренным образом менялись. Кроме того, менялись с жизненным опытом и мои представления об учёных, да и в литературе я обнаружил персонаж, похожий на Леонида Ивановича. Это — профессор Челленджер из «Затерянного мира» Артура Конан-Дойля — та же уверенность в превосходстве своего интеллекта, то же желание наиболее ярко выразить себя и свои открытия, та же готовность вступить в публичную дискуссию.

Седов

Леонид Иванович Седов

К тому времени, когда я впервые увидел Леонида Ивановича, ему уже принадлежали выдающиеся результаты в гидромеханике, отражённые в его книге «Плоские задачи гидродинамики и аэродинамики». Не буду их перечислять, но очень редко удаётся одному человеку сделать так много в области науки, представляющей практический интерес. В 1950-х годах, о которых идёт речь, главным предметом его интересов было развитие теории автомодельных решений, где уже к этому времени им также были получены выдающиеся результаты — общая теория автомодельных движений газа и совершенно блестящий результат — решение задачи о сильном взрыве.

На третьем курсе я в составе группы гидро- и аэромеханики прослушал годовой курс Леонида Ивановича (1952-1953 гг.). Это был содержательный и блестящий по исполнению курс лекций (в несколько расширенном виде он содержится во втором томе его монографии «Механика сплошной среды»). На четвёртом курсе Леонид Иванович предложил мне в качестве темы курсовой работы познакомиться с недавно начавшими появляться в литературе работами по магнитной гидродинамике. При этом он сказал, что эта тема будет моей надолго, возможно, на всю жизнь. В дальнейшем так и оказалось, причём это было огромной удачей для меня, поскольку удалось присутствовать при рождении нового научного направления. Кроме меня в развитие этого направления включились мои друзья Г.А. Любимов (с которым мы учились в одной группе), а также А.А. Бармин и А.Б. Ватажин (учившиеся на три курса позднее). При постановке этой темы проявились свойственные Леониду Ивановичу прозорливость и понимание важности новых направлений в науке.

С четвёртого курса начались для меня регулярные, сначала студенческие, а затем аспирантские, семинары по гидромеханике под руководством Леонида Ивановича. Здесь хотелось бы отметить совершенно необычный характер семинаров, которыми он руководил. Во время докладов и он сам, и слушатели задавали множество вопросов докладчику, подчас совершенно неожиданных. Кроме того, возникали предложения, касающиеся исследования смежных вопросов. Вся эта работа велась в пользу докладчика, который таким образом получал задание и идеи для дальнейших исследований. Часто возникали по каким-то вопросам споры, в которых Леонид Иванович выступал более или менее на равных с остальными. При этом можно было с ним спорить и, случалось, отстаивать свою правоту. Но в чём не было равных с Леонидом Ивановичем — это в умении увидеть новые постановки задач, которые должны и могут быть решены. Именно поэтому у Леонида Ивановича так много учеников.

Вспоминая эти семинары, я думаю, что с педагогической точки зрения они — идеальный вариант развития научной активности молодёжи. Ни на каких других семинарах я не видел такого, и самому мне в последующем ничего подобного не удавалось.

На нашем курсе Леонид Иванович руководил всеми курсовыми работами студентов- гидромехаников, то есть восемью-десятью студентами. Потом (по-моему, когда я был на 5-м курсе) стал преподавать нам Г.Г. Чёрный, и часть студентов перешла к нему. Леонид Иванович не жалел времени на беседы со студентами, особенно, если тема и студент его интересовали. Помню, приходилось долго ждать, чтобы попасть к нему, если он беседовал с Ю.Л.Якимовым (учившемся со мной в одной группе).

От аспирантов Леонид Иванович требовал изучения и сдачи большого количества механических и математических курсов. Часть из них сдавалась в форме экзаменов (с оценкой), а часть — как отчёты. Экзамен по специальности принимал он сам. Это был тяжелейший экзамен, включавший в себя двухтомник Н.Е. Кочин, И.А. Кибель, Н.В. Розе «Теоретическая гидромеханика», упоминавшуюся его собственную книгу «Плоские задачи гидродинамики и аэродинамики», а также его книгу «Методы подобия и размерности в механике». Не могу забыть ощущения стыда после сдачи этого экзамена, поскольку выучить всё было трудно, и я пошёл на него, рассчитывая «на авось», а также на то, что «соображу по ходу дела». Однако, Леонид Иванович, знавший предмет досконально, как создатель значительной части сдаваемого материала, легко нашёл «прорехи» в моих знаниях и, как мне показалось, полученная мною четвёрка за экзамен была необычайно либеральной его оценкой.

С ужасом я ждал и сдачи отчёта по теоретической механике, который принимал также Леонид Иванович, причём рассказывали, что принимал очень строго. Однако тут мне повезло: Леонид Иванович дал мне на сутки три задачи, с которыми мне удалось справиться. За это мне была зачтена сдача отчёта со словами: «Я не знаю, знаете ли Вы теоретическую механику, но Вы её чувствуете».

Помимо сдачи экзаменов и отчётов и работы над темой диссертации аспиранты должны были посещать аспирантский и «большой» семинары, делать на них доклады, как о своей работе, так и на другие темы, которые предлагал Леонид Иванович. Так мне досталось рассказывать об интереснейших вопросах: о «фотонных ракетах» с подробным разбором кинематики специальной теории относительности, об излучении шума турбулентными струями и о кинематических волнах при движении автомобилей на дорогах.

Аспирантский семинар Леонида Ивановича давал его участникам очень много. Там можно было видеть, как творится наука. Очень способные аспиранты С.С.Григорян, М.Л. Лидов, Ю.Л. Якимов, В.П. Карликов, И.С. Шикин, М.Э. Эглит и другие активно выступали на нём со своими результатами. Леонид Иванович очень радовался результатам своих учеников, особенно, если они относились к теории автомодельных движений. Вспоминаю бурную радость Леонида Ивановича, когда Лидов получил общий интеграл уравнений одномерных автомодельных движений газов, связанный с сохранением энтропии.

«Большой» семинар Леонида Ивановича был более формализован. Он проходил до конца 1960-х годов в старом здании МГУ и пользовался колоссальным авторитетом. Гидромеханики Москвы, да и других городов, считали за честь выступить на этом семинаре. Темы докладов были весьма разнообразными — от классических вопросов гидромеханики до космологии и теории плазмы. Леонид Иванович был главным авторитетом в СССР в области гидромеханики и активно интересовался всем, что было связано с этой наукой. Сам Леонид Иванович регулярно делал доклады на семинаре о своих новых работах. Много докладов было посвящено астрофизике. Однажды он пришёл на семинар очень довольный и сказал, что сейчас он покажет совсем простое точное решение и в течение пятнадцати минут представил решение, которое получило название «динамический взрыв равновесия». Согласно решению, по сферически симметричному состоянию покоя в самогравитирующем газе движется ударная волна и возникает автомодельное движение, причём в начальный момент энергия движущегося газа равна нулю. Это решение было настолько поразительным, что он сказал, кто хочет, может искать в нём ошибку, хотя ошибки в решении нет.

Следующей страницей жизни Леонида Ивановича и его сильным увлечением была механика сплошной среды (МСС) и более конкретно — модели механики сплошной среды. Уже будучи немолодым человеком, он с необыкновенным азартом изучал новые проблемы, направлял усилия аспирантов и молодых научных сотрудников на их решение.

Внутренний семинар, который собирался в кабинете Леонида Ивановича в Институте механики МГУ, был посвящен проблемам МСС, изучению необратимых процессов, моделям пластичности и поведению дислокаций, электромагнитных и релятивистских эффектов в МСС. Активными участниками этого семинара были молодые преподаватели и научные сотрудники В.Л. Бердичевский, A.Н. Голубятников, Н.Р. Сибгатуллин, М.Э. Эглит, B.В. Лохин, М.В. Лурье, А.В. Жуков. Внутренний семинар собирался сначала раз в неделю, а затем — всё чаще и чаще, и довольно быстро перешёл на почти ежедневные заседания. Они начинались в 10 часов утра и длились без какого-либо перерыва (!) часов до трёх дня. После этого обессиленные слушатели расходились до следующего заседания, а Леонид Иванович, совершенно определённо, вторую половину дня активно работал, так как было видно, что то, что рассказывалось на предыдущем семинаре, к следующему семинару было им твёрдо усвоено, а если нужно — то переработано или раскритиковано.

В течение 1960-1970 годов в этом направлении была проделана огромная работа. Первой вехой была вышедшая в 1962-м замечательная книга Леонида Ивановича «Введение в механику сплошной среды». Потом был подготовлен и неоднократно прочитан на Мехмате МГУ курс механики сплошной среды, который затем был переработан в знаменитый учебник «Механика сплошной среды», впервые вышедший в 1970-м году. Тогда же были получены выдающиеся результаты, касающиеся нелинейных тензорных функций (совместно с В.В.Лохиным) и сформулировано вариационное уравнение Седова, дающее универсальное средство для построения новых моделей сплошных сред. И конечно же Леонид Иванович гордился тем, что ему удалось внедрить в преподавание на механико-математическом факультете МГУ курс механики сплошной среды, содержащий единый методологический подход к различным ветвям этой науки, основанный на принципах термодинамики и содержащий электродинамику сплошной среды.

 В то время заседания «большого» семинара Леонида Ивановича стали проходить в здании Стекловки. Тематика семинара расширялась в соответствии с интересами руководителя. Значительная часть докладов делалась самим Леонидом Ивановичем.

В последние годы интересы Леонида Ивановича сосредоточились на проблемах общей теории относительности (ОТО). Им была решена проблема инерциалъной навигации в ОТО для чего было применено его вариационное уравнение, позволившее вывести из единого источника уравнения, описывающие, в рамках ОТО, гравитационное и электромагнитные поля в движущейся среде, а также само движение среды, взаимодействующей с этими полями. Эти замечательные результаты вошли в его книгу «Основы микроскопических теорий гравитации и электромагнетизма» (1989), написанную совместно с А.Г. Цыпкиным.

До последних дней Леонид Иванович продолжал активно работать, хотя можно отметить сужение круга его интересов и сосредоточения их на ОТО. Семинары становились нерегулярными, и большую часть докладов на них делал он сам.

В личном плане Леонид Иванович был выдающимся человеком. Это был красивый, остроумный, оптимистичный, довольный собой и всем окружающим человек. Он был доволен и своими учениками. Было ощущение, что Леонид Иванович считал, что те, кто у него учились, определённо умнее все остальных.

В позднем возрасте отношение к ученикам у него стало более критичным. Но когда требовалась характеристика того или иного ученика, Леонид Иванович не скупился на всякие высокие эпитеты. Он очень заботился о своих учениках, об их устройстве на работу, об улучшении жилищных условий, повышении заработной платы и т.д. В ряде случаев эти действия были просто спасительными для некоторых из них, поскольку в те времена при приёме на работу часто оказывались «критичными» биографические или анкетные данные.

Леонид Иванович как-то сказал, что существуют учёные, которые не любят тех учеников, которые умнее их самих — и это очень глупая позиция, они не понимают, что их сила в учениках. Он не жалел ни времени, ни сил на учеников, которых было всегда очень много. Все имели полную возможность общаться с ним почти в любой день недели и для всех находились у него идеи для исследования. Хотя хорошая идея — половина дела, тем не менее, у него почти нет совместных работ с учениками. Идеи раздавались абсолютно бескорыстно.

Леонид Иванович считал преподавание очень важным делом, а звание профессора Московского университета чуть ли не выше звания академика. Он говорил, что роль учителя в науке очень велика и в качестве доказательства приводил следующее. В любом городе можно выписать научные журналы, и, казалось бы, этим создаётся основа для научных исследований. Однако, говорил он, всем известно, что наука развивается только там, где есть традиции, есть учёные, которые могут ставить задачи и растить учеников.

Леонид Иванович считал нужным распространять или, как он говорил, внедрять те результаты, которые он получил и которые считал важными. Будучи заведующим отделением механики Мехмата МГУ, он регулярно собирал методологический совет и часто выступал на нём с лекциями. Он также был членом общества «Знание» и выступал с публичными лекциями в актовом зале МГУ при большом числе слушателей. По тематике и материалам прочитанных лекций им были опубликованы научно-популярная брошюра «Мысли об учёных и науке прошлого» (1973) и книга «Размышления о науке и об учёных» (1980).

Можно отметить нетривиальное отношение Леонида Ивановича ко многим учёным (не к ученикам). Оно было либо снисходительным (например: «У него же нет работ»), либо отрицательным («Он ничего не понимает»), и только для немногих делалось исключение (в смысле отсутствия подобной критики). Он участвовал в публичных дискуссиях по научным вопросам, из которых всегда выходил непобеждённым.

Леонид Иванович обладал огромным личным обаянием, но, насколько я видел, всегда соблюдал дистанцию с научными женщинами, хотя, несомненно, обращал на них внимание. Судя по тому, как он всегда аккуратно выглядел, его жена, Галя Васильевна, создавала все условия для работы и жизни мужа. Однажды кто-то сказал, что такой-то учёный плохо выглядит. На это он прореагировал так: «Ну, это уж одно из двух — либо хорошо выглядеть, либо три раза жениться». К сожалению, Галя Васильевна умерла на одиннадцать лет раньше Леонида Ивановича.

Он был очень остроумным человеком, наделённым большим чувством юмора. Однажды, когда докладчик не явился на семинар, и стало ясно, что он уже не придёт, Леонид Иванович сказал: «Ничто так не радует собравшихся, как несостоявшийся семинар». Другой случай: в старом здании МГУ неожиданно ввели пропускную систему и люди не могли попасть на его семинар. Когда Леонид Иванович пошёл объясняться, то ему сказали, что пропускная система необходима, так как с вешалки стали пропадать пальто. На что он возразил: «На улице люди попадают под машины, но никто не вводит из-за этого запрета на движение автомобилей».

Леонид Иванович был очень эмоциональным человеком. Но им двигала одна единственная страсть — страсть к науке. Он как-то высказался: «Среди моих учеников много способных, но нет интересующихся наукой». Я сначала даже немножко обиделся за учеников, моих товарищей, но, поразмыслив, понял, что действительно, такой страстной нацеленности на науку, как у Леонида Ивановича, нет не только у его учеников, но и ни у кого из известных мне людей.

Леонид Иванович — это целая эпоха в механике. Можно без преувеличения сказать, что на протяжении активных лет своей жизни он определял в СССР тенденции в гидромеханике и затем в механике сплошных сред.

В то же время, Леонид Иванович — яркая личность с многогранными проявлениями таланта. Его результаты навсегда вошли в науку, а все, кто общался с Леонидом Ивановичем, всегда будут его помнить …

Январь 2016 года

 

Оригинал: http://7i.7iskusstv.com/2018-nomer6-kulikovsky/

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 1025 авторов
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru