litbook

Проза


Космос и камень+4

Этот человек сказал когда-то:

Ведь любовь — это дом в пути,
Чтобы было куда прийти
И откуда уйти.

Эти строчки выбиты в моём сердце, как выбивали древние художники рисунок на камне — острым рубилом; «откуда уйти» — значит, уйти не из дома, не в снег и метель, не в одиночество и трагедию: уйти — в небо и свет, вверх, в смерть, которая — внезапно — становится жизнью.

Владимир Феофанович Капелько, художник и поэт,— как любил он вкусную и яркую жизнь, её боль и радость, её кровь и душу, её рыб, птиц, зверей и женщин! Архаические художники воистину стали его братьями: он протягивал им живую руку, касался кровного дела их рук, старательно и осторожно перетирая — на тонкую ткань — выщербины и выбоины на первобытных грубых камнях Тепсея, на скалах Каа-Хема и Бий-Хема, на жарких гранитных плитах Оглахты.

И так встречались: рука и рука.

 

Капелько, для друзей — Капеля! Чистая душа. Художник чист, как ребёнок. Даже если пьёт-гуляет; даже если за женщинами дерзко волочится; даже если ночами марает бумагу — ибо какой русский живописец без стихов, и какой поэт не веселится, краски на холст бросая, слоями накладывая?

Капеля запечатлевал жизнь щедро и страстно. Но над изобильной и густой, как масло, ароматной и нежной по-женски землёй расстилалось — пари́ло — поднималось всё выше и выше — чистое прозрачное вечное небо. И масло уступало место акварели. А акварель внезапно превращалась в жёсткую графику. А графика — карандашный штрих, резкая стрела туши — обращалась в эти космической мощи линии, круги и стрелы, выбитые на древних скалах, вбитые в камни.

Так твоя душа становится крепче камня, художник.

Крепче камня и твёрже небесной тверди.

 

Капеля женился на любимой своей — Эре Антоновне — и вместе с нею ездил в археологические экспедиции: Земля поворачивалась к супругам, разгадывавшим тайны древности, своим самым тёплым, самым материнским боком.

То, что сделал Капелько для истории, для археологии и для истории искусств, не только бесценно. Его действие, деяние внутри культуры уникально. Своими перетирками он спасал — и спас — от гибели — для земной памяти — множество наскальных изображений: из них можно составить целую книгу, целую первобытную Библию, патерик первобытный, культурный свод не просто рисунков — тайнописи мироздания, петроглифической космологии.

Эра Антоновна говорит, показывая на Капелины перетирки, ходя вокруг них, любовно обводя рукой этот рукотворный Космос, который есть зеркало Космоса внешнего, объективного, пугающе великого: «Вот это и есть Бог!»

Да. Подпишусь под словами Эры Антоновны всей жизнью и кровью.

Художник запечатлевает бытие Бога. Древние спокойные личины Мира Верхнего, страшные сущности Мира Нижнего: эти философемы, как древних охотников стрелы, пронизали пространство и время, докатились — колёса хакасских, хуннских, кушанских колесниц — до наших дней. Значит, художник фиксирует и путь Бога, и Его портрет, и всю природу — дворец, где Он живёт, не умирает.

А мы умираем. Мы все уходим. И мы все — уйдём.

И Капеля ушёл; и что же? Таков бессрочный, важный и медленный ход звёзд и планет, древний ход светил — над нашими сиротьими, голыми головами.

 

Человек — не камень. Человек — живой и тёплый.

Человек любит, страдает, ошибается, падает и опять встаёт.

А художник — вдвойне человек, человек в квадрате: он падает больнее, ошибается беспощаднее, расправляет плечи шире, любит — безоглядней.

Картины Капели! Живите. Дети и внуки Капели! Живите, вырастайте, рожайте ему правнуков. Продолжается род, и песня рода слышна издали — наша песня — тем, кто придёт после нас.

И выбитое на камне не сотрётся, не исчезнет, хотя и камень разрушают дожди и ветра, и скалу точит вода, и злые непомнящие люди перегораживают вольный ход реки плотиной, чтобы под толщей рукотворного злого моря погибли выбитые на камне космические знаки, символы любви, скрижали Бога.

Древний художник, шаман, заклинатель, певец! Ты — не злодей, никакой ты не дьявол. Ты брат наш и друг наш. Мы тебя чувствуем. Мы тебя помним.

Мы тебя — видим.

Капеля тоже видит тебя.

Капеля говорит с тобой.

Потому что теперь наш Капеля знает твой язык, великий архантроп, выбивший на скале знак Солнца и знак Луны, знак Дома и знак Земли, знак Неба и знак Сердца.

Космос — не камень. Космос — живой.

Капеля никогда не станет памятником.

Хотя о нём все мы — всегда — пока живы — будем помнить.

Рейтинг:

+4
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Комментарии (2)
Владимир Мицкевич 28.08.2013 21:29

спасибо. и это про нас, художников. очень точно :)
а выставку Капели мы делали и у нас в Нижнем.

1 +

Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Владимир Фуфачев 02.09.2013 18:39

Владимир Капелько это мой учитель. Молодец Лена, что о нем написала. Капеля не только художник отличный, он сохранил столько древних петроглифов для истории! это вообще-то героизм. Давайте будем помнить таких людей. да, я правда помогал делать персональные выставки Капелько в Н. Новгороде и рад этому.

0 +

Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1016 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru