litbook

Non-fiction


Об установлении еврейства по матери0

Предисловие

Настоящая статья, как легко видеть, не является полемикой с работой Ю.М. Табака «О еврействе по матери», но всего лишь изысканием (может быть, дополнением и уточнением) в части определения «виновника», причин и времени возникновения Галахического постановления о признании еврейства по матери.

***

Неординарная ситуация сложилась (и обрела силу традиции) у евреев: вот уже более двух тысяч лет их этническая принадлежность (идентификация еврейства, но не линии счёта родства) определяется по линии матери (иные проявления матриархальности у евреев не наблюдаются). Галахическое положение, согласно которому практикуется такой обычай, в основном, опирается на указания Талмуда (впервые появился в Мишне, в трактате Киддушин 3.12). Между тем, многочисленные примеры из Танаха (и Библии) убедительно свидетельствуют о том, что в мозаизме (дораввинистическом иудаизме) идея идентификации еврейства по линии матери совершенно отсутствовала, поскольку этому препятствовало положение женщины в израильско-иудейском обществе, духовные ценности которого произросли, в основном, на ниве патриархальной скотоводческо-кочевой культуры племён «черноголовых» (заметим, что идентификация рода (линии родства) и, как следствие, этнической принадлежности (национальности) по женской линии, - свойство, присущее исключительно раннеземледельческой культуре, в основном, матриархальной). Таким образом, этническая (национальная) принадлежность у библейских евреев (исповедовавших мозаизм) определялась исключительно по отцу, автоматически вытекая из родоплеменной принадлежности человека. Библейские «родословия», практически, все патрилинейные; в них приведены исключительно перечни «домов отцов», в которых женщины вообще не упоминаются. К примеру, родословная дома Давидова (Кн. Руфи (4.18-22)) выглядит следующим образом: «И вот род Фаресов: Фарес родил Есрома; Есром родил Арама; Арам родил Аминадава; Аминадав родил Наассона; Наассон родил Салмона; Салмон родил Вооза; Вооз [его жена - моавитянка Руфь] родил Овида; Овид родил Иессея; Иессей родил Давида [Давид родил Соломона (его мать - хеттеянка Бат-Шэва, она же - Вирсавия)]». Заметим, что и у «черноголовых» Месопотамии рецидивы матрилинейности не зафиксированы. У ханаанеев же долго процветали пережитки раннеземледельческой культуры, однако в части установления родства и вопросах наследования реализовывались представления амореев-номадов, завоевателей (к примеру, Карату - царь из Дитана, т.е. миф возводит его род к вождю амореев, предку-эпониму рода Диданум).

Возникает вопрос: когда и почему возникло это новшество (установление еврейства по матери)?

Как известно, в 539 г. до н.э. перс (персид. «парса», аккад. «парсуа»), царь царей Кир (в Библии о нем повествуют и Эзра, и Нехемия) разрешил евреям Вавилонской диаспоры (Вавилонии) переселиться в персидскую провинцию Абарнахара (в переводе - «Заречье»), т.е. вернуться в Эрец Исраэль. В свою очередь, Артаксеркс I (он же - Ахашверош), вступивший на престол (464-425 гг. до н.э.) после Дария, не только доброжелательно относился к иудеям (Нехемия был его виночерпием), но и (по мнению И. Флавия) даже считал «книжника» (весьма эрудированного человека и писателя) Эзру своим другом, т.е. Эзра входил в список «царских друзей» Артаксеркса I (...и оказал ему царь честь, ибо он [Эзра] снискал у него [Артаксеркса] благоволение ко всем прошениям своим (2 Езд. 8.4)).

Характерно, что Ахемениды, дабы обеспечить лояльность и повиновение (стабильность в государстве), проявляли высокую терпимость к религии, законам и традициям побежденных народов (в частности, давали возможность восстанавливать храмы) и стремились сохранить неизменным политическое устройство, принятое в завоеванных странах, обычно предоставляя им самоуправление. Так, не меньшую «заботливость», чем Кир о евреях, Дарий проявил по отношению к греческим храмам в Малой Азии. Когда наместник западной части Малой Азии Гадат не посчитался с привилегиями, дарованными Дарием греческим храмам, царь пригрозил Гадату своей немилостью: «за то, что ты скрываешь моё расположение относительно богов [греков], ты, если не переменишься к лучшему, испытаешь мой справедливый гнев» («Всемирная история», т. 2).

Когда Эзра (Ездра), переселившись в Иерусалим (сер. V в. до н.э.) согласно указу Артаксеркса I, по повелению царя (1 Езд.7.14) совершал инспекционный объезд провинции Абарнахара, дабы (1 Езд.7.25) упорядочить бытиё своих единоверцев («Ты же, Ездра... поставь правителей и судей, чтоб они судили весь род... всех знающих законы Бога твоего, а кто не знает, тех учите»), он (священник из дома Ааронова) увидел, что у переселенцев знание Торы находится на плачевно низком уровне, а большинство евреев ведёт образ жизни, совершенно не отвечающий заповедям Священного Писания. Погоревав об этом (1 Езд.9.3): «я разодрал… одежду мою и рвал волосы на голове… и на бороде моей, и сидел печальный» (типичное проявление скорби по умершему), Эзра настойчиво принялся обучать свой народ Торе (деяние, санкционированное царём): он расширил постановления Моше Рабейну (Моисея) в части регулярности чтения Святого Писания, - помимо субботы, Эзра ввёл обязательное чтение Торы в понедельник и четверг. В частности, в русле его реформ был уточнён ритуал; проведена, по-видимому, первая кодификация Пятикнижия (Д. Генис «Эзра. Его роль в истории еврейского народа». Инет. Б-ка Машкова. 2010). Эзра (вместе с мужами Великого Собрания) создал стандартный текст ежедневной молитвы.

Велика и непреходяща роль Эзры в формировании раввинистического иудаизма. И потомки воздали подвижнику должное: в Талмуде («Сангедрин») говорится, что «Эзра был бы достоин получить Тору для Израиля, если бы его не опередил Моше».

Борясь с неотвратимой угрозой ассимиляции (I Езд. 9), Эзра ввёл строгий запрет (более основательно и категорично, нежели Нехемия) на смешанные браки (и тем самым, как принято полагать, спас еврейский народ Палестины от полной ассимиляции). Он же (см. ниже) обосновал и мотивацию определения еврейства по матери (его авторитетное мнение послужило причиной принятия соответствующего Галахического постановления).

Приведём содержание диспута между двумя раввинами по поводу установления еврейства по матери, (Ю.М. Табак «О еврействе по матери», которое проливает свет не только на время возникновения предпосылок для данного Галахического постановления, но и выявляет его инициатора. Итак, «В Иерусалимском Талмуде, а также мидраше Берейшит Рабба (7.2) изложена история о том, как рабби Яаков из Кфар-Нибурая разрешил в Тире обрезать младенца, рожденного от нееврейки, в субботу. Рабби Аггай, узнав про это, сказал [Яакову]: «тебя [за это деяние] надо высечь». На вопрос рабби Яакова: «А разве того, кто цитирует Писание [и следует ему], надо наказывать?», последовал ответный вопрос рабби Аггая: «И что же это за такое Писание?». И рабби Яаков цитирует Бамидбар (1.18): «И объявили они родословия свои домами отцов их», т.е. рабби Яаков отстаивает принцип патрилинейности [апеллирует к традиции, освящённой Торой]. Лишь после жёсткой отповеди [по-видимому, более маститого] рабби Аггая, сославшегося на постановления [и авторитет] Эзры, он изменил своё мнение».

В Ветхом Завете повествуется (1 Езд. 10.2): «...Шехания, сын Иехиила из сыновей Еламовых [об изменении традиционного определения линии родства по отцовской линии Эзра и не помышляет] ... сказал Ездре: мы сделали преступление пред Богом нашим, что взяли [себе] жен иноплеменных из народов земли [Палестины]». И Эзра, возмутившись, принял решение в законодательном порядке регламентировать матримониальные отношения евреев-переселенцев с окружающим местным населением (1 Езд. 9.12-14): «...неужели мы опять будем нарушать заповеди Твои и вступать в родство с этими... народами? [по такому поводу неоднократно сокрушались и ветхозаветные пророки]... Итак, дочерей ваших не выдавайте за сыновей их, и дочерей их не берите за сыновей ваших, и не ищите мира их и блага их вовеки, чтобы укрепиться вам и питаться благами земли той [Эрец Исраэль] и передать ее в наследие сыновьям вашим навеки». И дабы полностью избавиться от угрозы ассимиляции, Эзра потребовал (1 Езд. 10.3,5): «заключим теперь завет с Богом нашим, что... мы отпустим [от себя] всех жен (-неевреек) и [детей], рожденных ими, - и да будет по закону!.. И встал Ездра, и велел начальствующим над священниками, левитами и всем Израилем [исраэлим - народ] дать клятву, что они сделают так. И они дали клятву».

Таким образом, очевидно (1 Езд.), что дети, рождённые от отца-еврея и матери-нееврейки, Эзрой еврееями не признаются (ибо следует «отпустить» детей от неевреек). Эзра также категорически против браков и евреек с «гоями» (поскольку женщина целиком вливалась в семью иноверца-мужа (например, Руфь), то становилась «отрезанным ломтем» для еврейской общины). Важно подчеркнуть, что еврейство (принадлежность к евреям) в детях от таких браков (мать - еврейка, а отец - нееврей) законодатель Эзра не усматривает (в его книгах нет и намёка на это).

Из содержания текста (1. Изд. 10.3) вытекает, что при принятии столь судьбоносного (и весьма болезненного) решения Зэра воспользовался советом (заручился поддержкой) неких важных особ: «заключим... завет с Богом... по совету господина моего и благоговеющих пред заповедями Бога нашего». По-видимому, здесь речь идёт об Артаксерксе (для Эзры - «господине моём») и семи его советниках (руководстве административного аппарата царства), видевших в «иерусалимском божестве» проявление Бога Небесного («весь небосвод они [персы] называют Зевсом (Геродот подразумевает Ахурамазду, которого отождествляет с Зевсом)»): «Всё, что повелено Богом небесным, должно делаться со тщанием для дома Бога небесного (здесь для Иерусалимского Храма); дабы не [было] гнева [Его] на (персидское) царство, царя и сыновей его» ((1 Езд. 7.23), из письма Артаксеркса). Следует отметить, что в вавилонской диаспоре Господь Бог отождествлялся и с древним Мардуком («Отцы Авраама»).

По всей вероятности, требование Эзры удалить (исключить, изгнать) из общины детей от неевреек (да и самих матерей) и повлекло за собой соответствующее (матриархальное в сущности) Галахическое постановление, которое, что характерно, впервые появилось в Вавилонском Талмуде (Йевамот).

Заметим, что Ю.М. Табак предполагает, что «принцип матрилинеарности заложен» (инициирован) рабби Шимоном, заявившим, что «Твой сын от израильтянки назван твоим сыном, а твой сын от нееврейки назван не твоим сыном, но ее сыном» (т.е. «гоем»). Несомненно, что рабби Шимон Бар Иоха́й (РаШБИ), один из виднейших еврейских законоучителей II в. н.э., был хорошо знаком с Книгами Эзры и Нехемии. Легко видеть, что данное высказывание (предостережение) рабби Шимона - суть выражение требования Эзры (в иной форме).

Так почему же у еврейских мудрецов ахеменидской Вавилонии могло возникнуть такое матрилинейное по сути постановление (об определении еврейства по матери), не отвечающее духу и букве Торы, разрушившее естественную связь: принадлежность к роду, линия родства (по отцовской линии) в тоже время определяет и этническую (национальную) принадлежность человека?

Не явилось ли оно следствием частичной культурной ассимиляции евреев в персидской среде вавилонской диаспоры после потрясения от разрушения Храма и пленения (могло возникнуть чувство ущербности, в результате чего произошла переоценка духовных ценностей)? По-видимому, не последнюю роль сыграло (на «чаше весов» предпочтений) и присущее персам державы Ахеменидов чувство национальной исключительности (с которым евреи уже сталкивались в бытность их пребывания в Древнем Египте): «И они [персы], по их собственному мнению, во всех отношениях далеко превосходят всех людей на свете» (Геродот. 1.134).

По поводу заимствования вавилонской диаспорой каких-либо чужеродных духовных ценностей, в частности, М.С. Беленький («Что такое Талмуд?». 1963) пишет: «Представления талмудистов о посмертном состоянии людей, суде Божьем, рае и аде [древнеперсидский религиозный дуализм] - отражение современных им религиозных представлении соседних народов». E.П. Сандерс («Judaism, practice») же уточняет: «Персидское влияние, скорее всего, имеет даже большее значение, нежели греческое» (заметим, что еврейское слово «рай» - персидского происхождения, и означает - «сад»). Говоря о нововведениях, вошедших в раввинистический иудаизм, E.П. Сандерс отмечает: «ангелология, демонология, вера в воскресение из мертвых и, отчасти, присутствующий в некоторых аспектах иудейской теологии дуализм, - все это явно указывает на персидское влияние» (Ibid, p. 249). «Из Зороастризма, были привнесены такие идеи, как всеобщее воскресение, учение о последнем суде, окончательное уничтожение нечестивых и вечное блаженство для праведных» (Shaked «The Cambridge History of Judaism. Introduction: The Persian Period», v.1). Ряд исследователей считает, что идея о посмертной участи была привнесена в иудаизм из маздеизма. Так, С.А. Токарев («Религия в истории народов мира». 1986) полагает: «В... частности, в Талмуде, появляется идея будущего блаженства… появляется и смутная вера в загробную жизнь… эти идеи, зародились, вероятно, под влиянием маздеистского учения». «Под влиянием Авесты складывались талмудические представления о том, что смерть - это не разрушение тела, а только временное разлучение с душой» (М.С. Беленький).

Существует мнение (пресвитер И. Малин «Из глубин греха в Отчий дом»), что на протяжении всей «послепленной» истории иудаизма «не было попытки возврата к первоначальному [мозаизскому] пониманию тех истин, которые содержатся в Ветхом Завете [в Торе], и являются отправной точкой иудейского вероучения, вместо этого все внимание, все силы богословов [еврейских мудрецов] были обращены на толкование предания и его практической адаптации к историческим реалиям».

Следует подчеркнуть, что «сами иудейские историки и богословы не соглашаются с подобными утверждениями (И. Малин). К примеру, [рав] А. Штайнзальц [«Введение в Талмуд»], хотя и соглашается с тем. что «соприкосновение с персидской культурой и религией происходило», но, тем не менее, считает, что «вероятнее всего, соприкосновение с ними [их влияние] было весьма слабым».

Эрнест Ренан, знаток религии и истории еврейского народа, был твёрдо убеждён в том, что: «Гипотеза о значительных заимствованиях у Востока, сделанных евреями во время их пленения [речь преимущественно идёт о вавилонской диаспоре], основана на совершенно ошибочном понимании состояния духа евреев».

И тем не менее, приходится признать, что евреи вавилонской диаспоры, в частности, в части некоторых религиозных аспектов, всё же в определённой степени подверглись культурной ассимиляции (а в Книге Есфири (Мегиллат Эстер), помимо прочего, изложена история брака перса и еврейки, дети от которого определённо считались персами).

В многотысячелетней истории ха-ибри Ханаана отчётливо просматривается несколько параллелей, связанных со сходной социально-политической ситуацией: судьбоносное военное поражение, многолетний плен/рабство, угнетение; и, как следствие, - с аналогичным психологическим климатом (упадническими настроениями). Так, древнееврейские племена, долго страдавшие («вопиющие») в египетском плену (в «печи огненной»), восприняли новую религию - мозаизм, который, помимо культовых представлений месопотамских предков, адаптировал основные концепции египетского эхнатонизма («Исход евреев из Египта»). Примерно через тысячу лет разрушение Первого храма и «Вавилонское пленение», в свою очередь, породили раввинистический иудаизм, заимствовавший отдельные аспекты религии гегемонов-персов.

Как известно, христианство возникло первоначально в среде евреев (на ниве иудейских сектантских движений конца периода Второго храма) в I в. н.э. в Палестине, находившейся тогда под властью Римской империи. Не исключено, что возникновение и этого религиозного направления связано с жестоким подавлением восстания евреев, разрушением Второго храма и продажей в рабство более миллиона человек.

Уместно отметить, что самаритяне («шомрони́м», в Талмуде - «кутим»), самоназвание - «шамрим аль hа-эмет» («хранители истины»), этнос, сформировавшийся на территории Самарии (Ханаан) на основе пяти племён (4 Цар. 17.30,31), переселенных туда из «глубин Персии и Мидии» (И. Флавий) согласно демографической политики Салманассара (завоевавшего Самарию в 722-721 гг. до н.э.), и исповедовавшие ортодоксальный мозаизм (священные книги - Тора и Книга Иисуса Навина, причём, версия последней отличается от канонической), так и не восприняли раввинистический иудаизм (отрицают Устную Тору).

В русле исследуемого вопроса (установление еврейства по матери) представляет интерес и оценка положения персиянки в ахеменидском обществе. Материалы, обнаруженные в Персеполе (509-438 гг. до н.э.), Сузах, Вавилонии и др. городах Двуречья того времени («Жизнь в Древней Персии». 2010. http://www.femme-status.ru/), проливают достаточно яркий свет на социально-экономический статус персидской женщины в обществе рассматриваемой эпохи.

В частности, в документах отражены доходы различных работников и расходы как мужчин, так и женщин. Выясняется, что женщины ахеменидской Персии пользовались, в определённых пределах, экономической независимостью. Так, персиянки, практически, самостоятельно управляли не только своими доходами (т.е., вероятно, имели возможность достаточно свободно заниматься предпринимательством), но и состоянием (т.е. женщины обладали имуществом на законном основании). Показательно, что каждая из царственных особ (ранжированы по уровню статуса): мать царя царей, мать наследного ахеменидского принца или главная жена царя, сёстры и дочери царя, - содержала собственную администрацию для управления своим имуществом, а также имела собственную (личную) печать. Оказывается, что у персов, согласно Геродоту (1.153), не существовало рынков и, соответственно, базарной (мелкой) торговли.

Отголосок канувшей в Лету близости (равенства) прав мужчины и женщины, например, в семейной жизни, просматривается в следующем свадебном обычае персов: новобрачные ели от одного и того же хлеба, разрубленного мечом на две равные части.

Хотя и род занятий (профессии) у персов ахеменидского общества по большей части разделялся по половому признаку, тем не менее, известны случаи, когда женщины делали карьеру в типично мужской сфере деятельности. Так, женщины, продвигаясь по служебной лестнице, нередко достигали весьма высокого ранга, именуемого в документах как «arashshara» («великий руководитель»). Такие руководители управляли как большими группами женщин, так нередко и мужчин. Следовательно, общество не препятствовало женщинам принимать любое посильное участие в экономической жизни страны.

В то же время следует отметить и факты, свидетельствующие о традиционной дискриминации женщины (персы - потомки праариев-номадов). Так, среди многочисленных рельефов в Персеполе нет ни одного женского изображения. За одинаковую работу мужчина и женщина получали разную оплату. В ахеменидской державе заботились о приросте населения (например, царь ежегодно даровал подарки многодетным родителям (Страбон XV, 3, 17)), однако рождение мальчика (сына) было всё же предпочтительнее, нежели девочки (иметь много сыновей считалось большой заслугой (Геродот (1.136)): матери мальчиков получали в два раза большее количество продуктов по сравнению с матерями девочек. Процветала полигамия.

Итак, очевидно, что у персов, в части отношения к женщине, всё ещё бытовали некоторые воззрения раннеземледельческой культуры, элементы которой отчасти сохранялись ариями издревле, а частично были заимствованы ими у автохтонного населения захваченных земель.

Когда волны праариев-номадов мигрировали в Древний Иран, там, как предполагается, обитали т.н. люди «каспийского типа»: в пещерах, вблизи южного побережья Каспийского моря, обнаружены скелеты людей подобного типа, датированные VIII тыс. до н.э. (охотники-собиратели, возможно, с зачатками земледелия). В западной части Иранского нагорья постоянные поселения появились примерно в V тыс. до н.э..

По-видимому, какая-то часть мигрантов перешла на оседлый образ жизни, а другие продолжали кочевать. Так, большая часть персидских племен осела и занималась земледелием (например, пасаргады, парсы, германии), в то же время некоторые племена (даи, марды, дропики) вели кочевой образ жизни.

Поскольку «вся Вавилония, подобно Египту, всюду [была] перерезана каналами» (Геродот 1.193), с исключительно плодородных орошаемых земель Месопотамии снимались обильнейшие урожаи, а это должно было способствовать сохранению и/или адаптации завоевателями-персами, занявшимися возделыванием земли, раннеземледельческих культов плодородия и соответствующих архаичных традиций. Очевидно, что долгие годы жизни в различных условиях производящего хозяйства (и ассимиляции) привели к тому, что некоторые обычаи этих двух групп персов (оседлых земледельцев и кочевников-скотоводов) стали заметно разнится. Известно (Геродот 1.131), что у персов (потомков праариев-номадов) и в эпоху Ахеменидов всё ещё «воздвигать храмы, статуи и алтари... не принято». В таком случае персы (особенно оседлые), отличавшиеся высокой веротерпимостью, отождествив своих богов с автохтонными (например, Ахурамазду с Мардуком), вынуждены были посещать местные храмы.

Замечено (Геродот, 1.135), что «персы больше всех [иных народов] склонны к заимствованию чужеземных обычаев». Так, персы (ряд племён) практиковали вторичные погребения, хороня останки (1.140) «только после того, как его [труп] растерзают хищные птицы или собаки [звери]». Согласно Страбону («География» XI.9.3,8) этот обычай персов (анатолийского происхождения) восходит к практике погребения «каспиев».

Характерно, что отдельные обычаи, связанные с представлениями раннеземледельческой (преимущественно матриархальной) культуры, выявлены не только у потомков праариев Древнего Ирана, но в Индии (где завоеватели ассимилировались в дравидийской среде) и у индоевропейцев. Так, Геродот (V в. до н.э.), говоря о ликийцах (индоевропейская народность, родственная хеттам), пишет: «Есть... у них один особенный обычай... они называют себя по матери, а не по отцу. Если кто-нибудь спросит ликийца о происхождении, тот назовет имя своей матери и перечислит ее предков по материнской линии». Следует отметить, что у спартанцев и этрусков также бытовала матрилинейная система родства. У персов, брак с родной сестрой считался почётным (Геродот «История», Примеч. 3.22). О возможности брака с матерями (и дочерьми) у персов писали Ктесий и Сотион (подобные обычаи бытовали также у древних египтян и хурритов).

Итак, вполне допустимо, что в вавилонской диаспоре на принятие решения (Галахического постановления) об определении еврейства (национальной принадлежности) по матери (но не линии родства) могла повлиять персидская ментальность (частичная культурная ассимиляция евреев всё же имела место).

___
Напечатано в «Заметках по еврейской истории» #3(162) март 2013 —berkovich-zametki.com/Zheitk0.php?srce=162
Адрес оригиначальной публикации —berkovich-zametki.com/2013/Zametki/Nomer3/Zilberman1.php

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1012 автора
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru