litbook

Non-fiction


По одесским понятиям. Так говорили в Одессе0

 

(продолжение. Начало в №8/2013)

Куплять

Вообще-то «куплять» - это украинское слово, означающее покупать. И в Одессу оно пришло из Украины, не говоря уже, что Одесса и есть сама Украина, во всяком случае географически. Но слово «куплять» стало как бы жаргонным и применялось в совершенно русскоязычной Одессе, как коренное одесское. И оно в итоге стало как бы русским, не смотря на его истинно украинское происхождение. Так говорили на Привозе при разговоре с настырным покупателем: «Так ви будете куплять или как ...?!»

Так могли сказать встретившись две вполне русские или даже вполне еврейские одесские дамы: «И что ви идете куплять?! Ой, если ви будете куплять скумбрию, возьмите и мне штуки четыре побольше и пожирней.» Таки-да, вы теперь уже заметили, что все хотят побольше и пожирней. В приведенных цитатах «из одесского языка» в слове «ви» не допущена грамматическая ошибка, так это слово «вы» произносили в Одессе. Я же в простом тексте пишу как положено «вы», исключительно для того, чтобы показать свою грамотность.

Кстати «куплять» не только украинское, но и белорусское слово. Они даже там провозглашают лозунг: «Купляйце Беларускае!» А зачем лозунгами кидаться. Дай хорошее качество и нормальную цену и люди будут «куплять».

«Куплять» на одесском базаре всегда было интересно, потому что «куплять» это не просто покупать, как по К Марксу – деньги-товар, обменялись и побежали дальше, а целый процесс с рассказами «за жизнь», жалобами с обеих сторон не нее же, обсуждением внутренней и международной политики с увязкой ее со стоимостью продукции и, конечно, обязательной торговлей при всем при этом. Сбиванием цены с одной стороны: «А что у вас эта курица такая худая и синяя, она, что из Киева пешком пришла?!» И, наоборот, расхваливанием товара – с другой: «Дама, ну что ви говорите, как вам не стыдно, пощупайте, какая она жирная на чистом зерне откормленная и никакая она не синяя, посмотрите на свету! Походите по базару, если вы найдете лучше, я ее вам даром отдам!!»

Слово «куплять» застряло в памяти и даже сейчас, через лет, эдак 50 и в другой стране, я перед походом в магазин спрашиваю жену: «Так что нам надо куплять?» И только после подробной инструкции в письменном виде (склероз, сэр!) я отправляюсь на «промысел». Куплять – дело тонкое!

Себе дороже

Еще из школьной физики известно, что действие равно противодействию. Однако в реальной экономической жизни этот закон чаще нарушается, чем выполняется. Когда это нарушение не в вашу пользу, то это в Одессе называется «себе дороже». Вы затратили массу усилий на некоторое предприятие, а результат совершенно не окупился и вы в убытке, то есть получилось себе дороже. Лучше было это все предусмотреть заранее и уже тогда сказать эту фразу «себе дороже», отказавшись от «грандиозных» планов крупно заработать. Но «риск – благородное дело» и в результате получается, что «себе дороже».

Человек так устроен, что в своих оценках объективной действительности исходит из своих собственных интересов. И что вы еще от него хотите!? А критерий «себе дороже» или «себе дешевле» как раз и определяющий его размышления по участию в предстоящих событиях. Вот такие простые «события и размышления». Выгодно – буду делать, не выгодно – не буду, так как получается себе дороже. И дело не стоит усилий, на него затраченных.

В цивилизованных странах при начале любого бизнеса сначала составляется бизнес-план, где подробно расписываются все позиции, параметры бизнеса, сама его возможность и выживаемость. Без эффективного бизнес-плана никто не будет вкладывать деньги. Причем финансовые расчеты весьма фундаментальны. Иначе получится неэффективный бизнес и, значит, себе дороже. Нема прибыли, невыгодно. Не стоит и начинать.

Но люди на то и люди, чтобы совершать глупости или наоборот, поступки. Вообще-то принцип «себе дороже» означает, что есть кто-то кому это самое с другой стороны будет выгодно, то есть «себе дешевле». «Кто-то теряет, кто-то находит.» А иначе куда оно все девается согласно закону сохранения массы и энергии. Надо только быть в нужное время в нужном месте, чтобы подхватить. И не надо никаких подвигов Геракла или современных, но уже вымышленных, героев, совершать.

Жлекать

Одним из интересных синонимов слова «пить» в Одессе было слово «жлекать». Но синонимом ограниченным, между ними были два большие одесские разницы. И тут интересна народная интерпретация терминов и их принадлежности к событиям и явлениям питейной действительности. Питейные дела – дело тонкое.

Первая разница состояла в том, что пить можно было что угодно, воду, лекарства, вино, пиво, водку и даже керосин, при желании. А жлекать можно было в основном только воду. Чай, кофе жлекать нельзя, их пьют. Хотя, вот для газированной воды а Одессе, особенно летом, делалось исключение, ее можно было жлекать, выпивать быстро, давясь и захлебываясь, если уж сильно хотелось пить. Но, чтоб только без сиропа. С сиропом жлекать запрещалось категорически. Газводу с сиропом следовало пить постепенно маленькими глоточками, наслаждаясь. Я уже не говорю про двойной сироп!

Спиртное - водку, вино, тем более коньяк, жлекать категорически запрещалось, это были совершенно разные весовые категории. Спиртное можно было только пить. Сказать на вино – жлекать было трудно. Особенно на хорошее, марочное. Вот для «чернила» еще куда ни шло. Хотя здесь также было свое исключение.

К удивлению прогрессивной общественности слово «жрать», используемое в некоторых кругах для обозначения процессе быстрого употребления пищи человеком или даже животным, распространилось и на спиртное. Для пьяницы еще допустимо было применить термин «жлекать водку», но более там подходило слово «жрать». Водку, самогон еще можно было в простонародном выражении «жрать». Вполне можно было сказать на пьяного: «Во, смотри, как нажрался!» Хотя скорее всего он пил не особо закусывая, судя по его состоянию. Также не возбранялось сказать о жадном на спиртное индивидууме: «Смотри, как он «жрет» водку!»

Второе отличие состояло в таре. Пить можно было из любой посуды, стакана, рюмки, кружки, хоть с кастрюли. А жлекать в основном можно было только из бутылки. К рюмке, которую можно выпить одним глотком слово «жлекать» явно не подходило. К большому стакану или кружке еще как-то можно было применить этот термин, но уже с большой натяжкой. Наиболее оптимальное сочетание было «жлекать» прямо из бутылки, в смысле «горло в горло».

Ну и третье, внеплановое и ранее не заявленное отличие состояло в том, что жлекать означало жадно пить, большими глотками, а не смаковать и маленькими глоточками. Одесса, сэр, жаркий город, особенно летом. Там иногда от жары и деться некуда. Что в квартире, что на улице, что на пляже - одинаково душно. Кондиционеров для народа тогда еще не было. И так жара три-четыре летних месяца. И пить в это время очень хочется. И не просто пить, а жлекать, именно большими глотками и много. И шо ви, сэр, будете делать в такую жару?! Только одно – жлекать.

Пичкать

Пичкать было в основном детское выражение, в смысле оно применялось большей частью для детей. Это детей в старые добрые времена пичкали разными яствами, витаминами и лекарствами. Пичкать подразумевает не совсем добровольное участие «оппонента», а часто даже против его воли, насильно и часто не вкусной, «нужной» пищей - лекарствами, рыбьим жиром, гоголем-моголем.

Насильно мил не будешь, но насильно накормить можно – напичкать. Ребенок, например, уже наелся манной кашей и больше не хочет, но его надо «докормить», не смотря на все его протесты, изгибания, и выдирания. Ну, а, действительно, куда потом недоеденное девать?! Разве что мама доест. Так нас растили и так мы своих детей пичкали – заставляли есть, то что мы считали необходимым.

Называлось это дисциплина за столом, особенно для детей уже постарше. Нечего капризничать и перебирать – люблю, не люблю! Ешь как все, что дают! Что мама зря готовила?! Пока не съешь, на улицу не выйдешь! На тарелке не должно ничего оставаться! Куда это потом девать, кто за тобой будет доедать, что – выкинуть!?! Все было буквально так, можете наизусть выучить и потом говорить своим детям. А как иначе – иначе мы не умели.

Пичкать всегда носило четко выраженный принудительный уклон. Можно просто покормить или накормить, а можно напичкать, что уже занадто и против воли пичкуемого. Психология здесь была простая – дети сами не понимают и капризничают, а взрослые – умные, они все знают и понимают и они должны детей «воспитывать» и заставлять их делать «как надо».

Кстати, о психологии. Пичкать можно физически – пищей и психологически – идеями и догмами. Мы все раньше были настолько напичканы коммунистическими идеями, что черное легко выдавалось за белое и наоборот и в обратном порядке. Да, да, я написал – все, весь советский народ! Ах, вы нет! Вы были умным! Конечно! Я понимаю! Я, кстати, думаю, что мы как раз и были этими детьми, которых насильно, хочешь - не хочешь, пичкали идеологией победившего социализма. На праздники все вокруг было напичкано лозунгами, о которых теперь и вспомнить тошно.

Чем они нас раньше только не пичкали. Все бредни марксизма-ленинизма, пленумов и съездов любимой партии, многочасовые выступления всенародно любимых, но полумертвых генеральных секретарей. Всю эту чушь мы упорно изучали на еженедельных и обязательных для всех без исключения, полит занятиях. Нас всем этим напичкивали до тошноты и через все дырки: телевидение, радио, газеты.

Пичкали и пичкали народ ложью и всякой дрянью. И, смотрите, как легко в России все возвращается обратно к «управляемой демократии», аналогу «развитого социализма». А какая разница – и тут и там одна ложь. В последние российские времена пичкание кардинально усилилось. Появились настолько продажные корреспонденты и журналисты, что на них действительно клейма уже ставить негде. Читать их бредни тошно и противно. Казалось, что этот период уже позади и они все, слава Б-гу, уже канули в прошлое, ан нет, их опять откопали и поставили на службу. Повылазили как тараканы и пичкают народ политическим «искусственным питанием». И народ все съедает и голосует «как надо». И все в одни ворота.

Хавать

В детстве, юности пацанам всегда нужен какой-то особый, отличный от общепринятого, язык взаимного общения. Со взрослыми и по праздникам они разговаривают одним «правильным» языком. А со своими сверстниками и каждодневно – другим. Этот второй язык должен быть специфическим - кратким, ярким и выразительным. Это может быть «феня», специальный молодежный сленг, но этот процесс наблюдается во всех поколениях и до сих пор.

Так, например, вместо того, чтобы литературно грамотно сказать: «У тебя есть что-нибудь покушать?» легче и естественней было спросить: «Похавать что-то есть?» Хавать – это жаргонное выражение, широко распространенное в некоторые послевоенные годы в Одессе среди молодежи – «пацанов», аналог слова поесть. В Одессе «настоящие» пацаны не говорили: «Пойду покушать (или поесть)», это было «не культурно», а говорили: «Мать зовет, пойду похаваю и выйду», а в ответ: « Принеси мне тоже кецык чего похавать! Я сегодня еще не хавал!» И несли другу – шмат бутерброда, булки, или бублика, яблока, по доброте душевной или чего не жалко.

Можно было и дома сказать матери: «Дай что-нибудь похавать, голодный страшно!» Но, естественно, можно было нарваться как минимум на нравоучения. А кому это надо?! Поэтому дома обычно соблюдался языковый нейтралитет. Я тебе - без дворовых выражений, а ты мне – без нудных нотаций.

Слово «хавать» имело свою специфику. Хавать означало есть быстро, возможно на ходу или даже на бегу, второпях. Хавать надо было быстро, грубо, зримо, глотая куски, жадно, неаккуратно. Хавать - это неуемное, грубое поедание пищи, в основном простой.

Хавать - это кушать что угодно, лишь бы насытиться. Спокойно, долго, за столом дома или в ресторане «хавать» было нельзя. Запрещалось категорически! Похавать можно было в заводской или студенческой столовке. Кроме того, хавать это термин для простых людей. В райкоме, горкоме не хавали, там «принимали пищу». «Хавать» относилось более к простой, грубой пище, не деликатесам. Хотя и деликатесы тоже можно хавать, почему бы и нет, если хочется и культура позволяет. Но, тем не менее, трудно было произнести «хавать икру», как-то получалось не по рангу.

Кстати, ничего оскорбительного в слове «хавать» нет. Обычно это говорили большей частью о себе: я пойду похавать, я похавал. Или о друзьях и без всякого морального напряга – ты уже похавал? «Хавать» - это чисто «человеческий», гуманитарный термин. Например, о свинье нельзя сказать, что она хавает, она жрет. Если взглянуть на проблему с точки зрения шкалы одесских моральных ценностей, то сверху вниз шло сначала «кушать» или «есть», можно еще «принимать пищу», затем шло «шамать» или «хавать», а уже только потом «жрать». То есть как бы спускаясь вниз по лестнице, от приблизительно культурного человека и до окончательной свиньи.

В этом крайнем случае допустимы и производные однокоренные выражения типа: «Закрой хавальник!», что то же самое, что «Закрой поддувало!» Эти фразы иногда приходят на ум, когда слышишь некоторые выступления по телевизору. Так и хочется их произнести вслух, да, ведь не услышат по ту сторону экрана. Или повесить на телевизоре лозунг такого же содержания: «Закрой хавальник!», но, опять-таки, обратная связь отсутствует. Когда ее еще изобретут?! А пока будем хавать, что есть.

Жувать

Все школьные отличники, «хорошисты» и даже двоечники знают, что грамотно по-русски действие перерабатывания пищи во рту называется «жевать». Однако, этот глагол имеет недостаток. В повелительном наклонении он меняет свой корень и получается «Жуй!». Например, обращение к слабо мямлящему, засыпающему на ходу ребенку: «Жуй поскорей!» Можно было еще добавить пару «теплых слов», но исключительно для воспитания.

И вот я думаю, что кто-то из находчивых одесситов нашел выход и вместо двухсловия «жуй – жевать» предложил всего одно но обобщенное «жувать». Теперь уже не надо прибегать к многокорневой системе, а корень остается один для всех наклонений и случаев жизни. Да и в том же повелительном наклонении «Давай, жувай!» звучало более конкретней и убедительней, чем простое и совсем не грозное «Жуй!». Хотя все зависит от тона, тембра и выражения лица и тела.

Глагол «жувать» был универсальным среди подросткового народонаселения послевоенных времен в Одессе. «Мама, дай чего пожувать!» (хорошо, что еще не «похавать»). «Что ты там все жуваешь!? Дай кецык!»

Дай кецык

После войны с продуктами питания у простого народа было туго, дети ходили голодные, не говоря уже о взрослых. В ходу была макуха – отжимки от скорлуп семечек подсолнечника, цветы акации летом. Мало кому в школу могли дать пару бутербродов – хлеб с маслом или с безом (без масла). Остальные дети на переменах могли только смотреть на этих «буржуев» и глотать слюни. Когда это становилось невмоготу, они подходили к жующему и говорили: «Дай кецык». Термин кецык скромно заменял слово кусочек. Кусочек было просить неприлично, не по-одесски, а вот кецык – допустимо. Да и он был как бы поменьше кусочка, что-то вроде кусочек кусочка. Если вы были добреньким, то к вам становилась очередь и в итоге вам самому ничего не оставалось.

Некоторые, особо наглые, получая от вас физическую пищу, даже неблагодарно смеялись и издевались над вашим простодушием, граничащим с глупостью (в их понимании, конечно), мол, смотри, дурачок, раздал на кецики весь свой школьный завтрак, а самому ничего не осталось. Этим даже можно было похвастать – смотри, я у этого дурака сколько выцыганил. Поэтому с кецыками надо было поступать осторожно, знать с кем можно поделиться, а с кем совсем наоборот. Но только, пожалуйста, без неприличных жестов.

Когда даешь кецык – то это знак дружбы и добрых отношений - отрываешь от себя, мог бы сам этот кецык съесть. Но не все воспринимают это адекватно. Своей добротой или простодушием вы можете себе нажить «кровных» врагов. Сам факт, что у вас есть, а у него нет – уже не в вашу пользу. Неравенство – повод для зависти. А второе – он у вас вынужден просить! Унижение! Третье – сколько вы не дадите по доброте души – этого всегда будет мало, даже, если все отдадите. Человеческая психология! И четвертое – как вы давали свой кецык – свысока, нехотя, хотя в принципе это и неважно, все равно это унизительно просить и получать подачку.

В этом черном потоке против вас, за вас только то, что вы же все-таки дали кецык. Но, как видите, на общем фоне этого совсем недостаточно. Что же вы в итоге хотите – приобрели себе врага своим же родным кециком. Лучше бы вы не брали с собой бутерброд! Отрываешь от себя и, на тебе, благодарность – получи вражду за свою же доброту! Такова видимо природа человека – кусать руку дающего. Правда не только человека (чего людей зря обижать!), но и собаки тоже, но, справедливости ради заметим, что не всякой. Кто-то сказал, что добро должно быть с кулаками, фигурально выражаясь, а на самом деле с другим, более существенным оружием, вплоть до атомной бомбы.

Вот так вот мы плавно перешли от кецика к атомной бомбе. А, что, представьте себе, что у «оплота международного империализма» не было бы атомной бомбы со всем сопутствующим прикидом. Что бы тогда от него осталось и заодно и от всего мира при побеждающих идеях марксизма-ленинизма-фашизма-терроризма. Не осталось бы даже кецика.

Перейдем теперь с материальных кециков на моральные. Мы часто «делимся» со своими друзьями самым откровенным и это уже не кецик, а куски нашей жизни. Но кто нас подводит – только друзья, только друзья. Враги не могут подвести – на то они и враги, они просто пакостят как могут и мы от них ничего другого и не ожидаем. Так ведь! Но как могут напакостить «лепшие» друзья, никакой враг не сможет. У него просто нет такой информации, как у друзей. Вы хотите примеров, их у меня есть. Но боюсь, что у вас самих их побольше и каждый сразу же вспомнит не один. Такие раны, нанесенные «лучшими» друзьями, плохо заживают. Зачем нам вообще, враги, если у нас есть такие друзья?!

Что может быть благородней – поделиться с другом, помочь другу. Но не увлекайтесь благотворительностью – палка о двух или даже о трех и более концах. Смотрите кому вы бескорыстно помогаете! Может быть неблагодарному и коварному подонку. Как бы он не укусил руку дающего, то ли что мало дали, то ли из зависти, то ли по своей подлой природе. Нельзя жить никому не доверяя, но и прожить жизнь на доверчивости – тоже не получится, люди не позволят. Из «лучших» побуждений. Как часто мы разочаровываемся и как часто вы можете услышать фразу: «Ну никогда от него/нее этого не ожидал!» Так может быть не надо и очаровываться, а относиться к жизни реально.

Помощь близким это хорошо, но не спешите отдавать свой кецик первому встречному, а может быть и второму тоже ... Вы скажите, что я проповедую теорию «разумного» эгоизма. Может быть и так. С кецыками надо было быть осторожным – возможны варианты, когда ваша доброта обернется против вас. Доброта – дело неблагодарное, это давно замечено. Ты ему дал чего-нибудь кецык, а он тебе пакостью отомстил. Месть – дело благородное, особенно в ответ на доброту. Помогай, но не в ущерб себе - раздаешь кецыки, а что самому останется. Твой кецик может создать тебе друга, а может и врага. Смотри кому даешь.

Нивроку

Нивроку – это украинское слово, вошедшее в одесский лексикон со слегка измененным смыслом. В украинском языке оно широко применяется и замечено даже в стихах Т.Шевченко, например, «Я не нездужаю, нівроку. А щось такеє бачить око, І серце жде чогось...» На современной Украине так даже назвали фестиваль искусств - «Нивроку». Смысл этого слова не так просто объяснить. Этим одним словом можно закрыть сразу несколько амбразур значений. Выбирайте – это могло быть и «Слава Б-гу!», и «Дай Б-г!», и «Чтоб не сглазить!», и «Ничего себе!», и наверное еще много чего похожего.

Раньше всего и больше всего слово «нивроку» применялось к детям в хорошем добром смысле, одобряя из упитанность внешнего вида и хороший аппетит. Смысл - физический намек на усиленное питание. Одобрительно рассматривая крепкого малыша, можно было сказать: «Тьфу – тьфу, нивроку, чтобы не сглазить!» Это означало – какой хороший малыш и дай Б-г ему счастья. Или если ребенок хорошо поел мама могла сказать: «Молодец, полную кастрюльку каши съел, нивроку!» и опять «Слава Б-гу!», а не коммунистической партии, почему-то, не понятно почему!

Но, почему бы с детей это понятие не распространить и на взрослое население. Хотя то же самое о взрослом могло иметь полностью противоположный смысл. В этом случае «нивроку» относится более всего к неумеренному потреблению пищи или добротному, будем говорить, внешнему виду, возникающему в результате этого. Например, хозяйка могла про себя или даже вслух с тоской сказать знакомой про прожорливого гостя: «Ну ты только посмотри, как он жрет, нивроку, как не в себя, как с голодухи и как только пузо не лопнет!» На что подруга могла ответить: «Это он в гостях так отъедается, дома он мало есть, экономит! А здесь все подряд метет! И куда оно только влазит?! Нивроку!» Как видите здесь уже в этом варианте ни о Б-ге, ни о коммунистической партии ни слова. Тут интересы сторон резко расходятся.

Можно было применить термин «нивроку» и в моральном, духовном смысле, когда человек не обращая внимания на такие молочи, как нормы поведения в обществе, приличия, гнет свою линию и ему море по колено (даже Черное море). Тогда строгие блюстители общественных нравов могли сказать: «Ты посмотри на него, он, нивроку, ничего не стесняется – прет как на рояль! Нам бы такое счастье!» Да, как говорят умные люди: нахальство – второе счастье, нивроку.

Запросто

Если вы просили кого-то, например, своего друга что-то сделать для вас и это было необременительным и он соглашался, то выражал это согласие в виде: «Ну, это запросто! Без проблем! Сделаем!» Запросто значило легко, не сложно и одновременно согласие. А если сложно, то уже не запросто. Но это были прямые можно сказать физические оценки сложности процесса.

А если пофилософствовать!? Что легко, что просто, а что сложно – трудно сказать. Что одному легко, для другого – недостижимо или даже невозможно. Что в мире просто, а что сложно – кто знает? Никто!

Запросто – понятие относительное – это связь между нашими способностями, возможностями, желаниями, это степень их сочетания в свете их последующей реализации. То есть покороче - это связь между хочу и могу. И здесь возможны варианты:

- Хочу и могу. Делаю, потому что хочу, да и возможность такая есть. Запросто! Или не делаю, потому что могу и хочу, но вот, видите ли – нельзя, запрещено! Или все равно сделаю, хоть и нельзя, но очень хочется.

- Хочу, но не могу. И не делаю – нема у меня таких возможностей. Или делаю «через не могу». Или делаю, используя возможности других - чужими руками, ну, я же сильно, кровь из носа (не моего), хочу. За чужой счет?! Запросто!

- Могу, но не хочу. И не делаю, потому, что не хочу. Оно мне надо?! Или делаю, потому что могу, ну почему же не сделать, если можно, хотя оно мне и не надо. Запросто! Не хочу, но делаю из-под той или иной палки, потому что могу, вот они и заставляют. Им это запросто!

- Не хочу и не могу. И не делаю! Ну нет у меня никаких возможностей, да и желания нет. Хотя есть и исключение – делаю и «через не могу», и «через не хочу». Как в армии. Или как в сказке – пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. Сходил – принес. Запросто!

Вот оказывается какая сложная штука жизнь! Хочу – не хочу, могу – не могу, а все равно делаю (или не делаю)! А вы говорите – запросто! Всего два слова – хочу-могу, а мы уже запутались, не говоря уже о трех соснах. Так что «запросто» очень часто совсем и очень даже не запросто!

От булды

Раньше в древней винтомоторной авиации существовала такая команда - «От винта!» Если вы лично ее слышали, то должны были быстро бежать в разные стороны, если только у вас не медный лоб и о него пропеллер может сломаться. Так вот эта команда «От винта!» ничего общего не имеет с выражением «От булды», смысл которого я начинаю объяснять, вернее уже начал с самого начала.

«От булды» было единым выражением. Отдельно слово «булда» не применялось и я даже не знаю, что это такое, но догадываюсь. Что-то тут есть общего с «балдой», под которой в Одессе подразумевали голову некоторых особ или даже персон, особо выдающихся продуктами мысленной деятельности. Но, тем не менее, не смотря на такое сходство, это совершенно разные понятия – две большие одесские разницы.

Вот теперь, наконец-то идет суть. Когда вы слышали от людей совершенно несуразные вещи, вы могли спросить: «Откуда ты это взял – от булды!» Вы же знаете Одессу! Кто-то краем уха что-то недослышал о чем две женщины в полном трамвае разговаривали, что-то додумал, что-то дофантазировал, что-то добавил по логике вещей, его, конечно собственных вещей и его же собственной логики, что-то, как ему кажется, по аналогии, со своей интерпретацией (лучше сказать «интер-трепацией») и ... вот мы имеем очередную «последнюю одесскую новость».

Теперь с законной гордостью и торжеством знания в душе можно было сказать знакомому: «А вы слышали последнюю новость?!» Вот это именно было «от булды». Источник сведений неизвестен, но они «проверенные» через «весьма осведомленных» людей!! Позже, значительно позже, это же самое стали называть «одна баба сказала» или короче «ОБС». Но тогда это называли просто без претензий и оскорблений невинных приличных женщин – «от булды».

И не забывайте забыть, что каждый последующий добавляет к «свежей новости» что-то «от себя», свое, особое, как ему кажется «самое главное», не говоря уже о красотах в деталях. А почему бы и нет, чем он хуже других – он тоже умный. У него тоже есть свое разумение и «очень важные» комментарии. В итоге, когда эта «новость» доходит до вас опять, это опять уже две большие одесские разницы и у вас возникает законный вопрос: «Кто вам всю эту чушь рассказал, я же знаю все из первых рук (сам выдумал)!» И процесс опять пошел по второму (но не последнему) кругу. И никакой чуши нет, все идет от самой булды.

Вы могли наплести три и даже более коробов всякого – сколько там у вас было пустой картонной тары и вас терпеливо или нет выслушивали и спрашивали в итоге: «Это что, от булды?!» Вы, конечно, в ответ могли клясться и божится, что это у вас «из первых рук» и «по большому секрету» и «только вам, как родному», но вы же жили в Одессе, где все было одесское и даже «самые последние новости». А где им было взяться другим?

Вот если они потом на дай Б-г поверили вам и использовали вашу «проверенную» (от булды) информацию и в результате попадали в хороший и глубокий просак (я не знаю, что это такое, поэтому – заранее дико извиняюсь!), или же наоборот - садились в лужу, что, вообще-то, одно и то же, то, на самом деле, при чем здесь были вы?! И если они вас потом встречали, не смотря на все ваши попытки этого избежать, и с претензиями говорили, как же так, они вам так поверили, так поверили, они на вас так понадеялись, вы же такой приличный человек (они так думали!), а теперь вот, смотрите, что получилось. И что им теперь делать?! (Как будто вас это сильно волнует, вы ж понимаете!) Вы им за что купили, за то и продали. Ну, там маленькую накрутку сделали! Ну, какой «базар» без этого.

Это еще было пол беды (или булды, я уже запутался!), когда «от булды» говорил простой смертный, как вы, как я (прямо сейчас). А что если от этой самой булды заявляют наши так называемые глубоко- и многоуважаемые общественно-политические деятели. Да, забыл еще вставить слово «выдающиеся». Но теперь уже поздно. Так вот об этих самых, которые постоянно мельтешат и выступают, выступают! И некому сказать: «Ну, чего ты там развыступался, в чем конкретно суть и смысл!?»

Говорят как бы не от себя, а от ее величества булды, вернее, от себя, как от булды, или еще верней, там уже не поймешь, где-кто, где они сами, а где булда – ну опять я запутался в падежах! Шпарят они от булды без всякого зазрения совести, или чего там у них вместо нее выросло, спокойно и нагло, без страха и упрека, как в наши старые бывшие годы. А кто их будет упрекать – кто им платит – их хозяева?

Когда слушаешь сейчас новости, аналитические материалы хорошо и быстро расплодившихся как бы журналистов, то просто изумляешься – откуда они это все понавыдумывали и с такой буйной фантазией. Не иначе как от булды. Опять-таки «проверенная» и «достоверная» информация из «авторитетных» источников и прогнозы, которые сразу же опровергаются завтрашним днем. Но для них все это Б-жья роса, когда у них есть ручной золотой дождь.

Причем, что интересно, вранье всегда было в чью-то пользу, кому-то выгодно, но почему-то никогда не в пользу бедных. Хотя и «богатые тоже плачут», но почему-то они всегда плачут не в пользу бедных. Они как бы между собой плачут.

Я еще, с вашего разрешения, (ах, какой я вежливый!) поругаю политиков. Ну, в самом деле, накипело! Они, там наверху, думают, что народу не надо знать правду. Ну, действительно, зачем вам лично «голая» правда!! Лучше же, когда она хоть слегка припудренная, припомаженная и приодетая. Вы же, в конце концов, не любитель порнографической правды, фигурально выражаясь! Поэтому нашему народу, это они, не я так думают, поскольку он балда, надо вместо этой «голой» правды давать правду «от булды». Ну, мол, вкус у народа такой. Правду, тем более, матку, он не хочет! Ему давай хлеба и зрелищ! Так они там считают. А может они и правы?! Или я это все от булды придумал!

Не бери в голову

Как можно что-то брать или не брать в голову, если смотреть на дело чисто физически или метафизически. Брать можно в руку, еще лучше и выгодней «брать в лапу», менее выгодно «давать в лапу», хотя, возможно, это только на первый взгляд так, а конечный результат еще не известен и возможно цель оправдает средства или же приводит в тюрьму. Но как «брать в голову»?

Что, голова – это сосуд – кастрюля, куда можно набрать чего-то, например, воды? Но, если мы сойдем с чисто физических рельс и перейдем на морально-нравственные категории, то все станет на свои места и образность выражения позволяет придать ему реальный смысл и значение. Брать в голову психически можно и иногда даже нужно в смысле воспринимать и реагировать, брать близко к сердцу, но в уме. В своем уме!

Таким образом глагол «брать» из физической субстанции превратился в моральную. Ну и пусть! Мы привыкли брать руками, например, «Не бери меня руками за талию!», а теперь уже «берем» головой, но за ту же талию, но уже воображаемую.

Не бери в голову означает не переживай, прорвемся, все будет нормально! Не обращая внимания; не придавай такого большого значения! Все это чепуха и мелочи! Так мы утешаем друзей вместо того чтобы реально помочь. Сказать слова ведь ничего не стоит. И сам заодно не берешь в голову чужие беды. «Чужую беду руками (языком) разведу»

Но если не брать в голову, то куда же тогда остается брать, люди добрые! Ну куда брать, в ногу?! И бери – не бери в голову, а оно само туда лезет. И куда от всего этого дерьма деться, когда оно уже там, в голове и зудит, и болит, и морально и уже даже физически. Хорошо, у кого шкура толстая. А если она не во всех местах бронированная?! И, кстати, есть уже такие снаряды, что даже танковую броню пробивают и даже многослойную.

Хорошая позиция – не бери в голову. Живи себе спокойненько, ни о чем не думай, не нервничай, пошли «они» все ... куда подальше! Но «они» тем не менее и все равно придут и с доставкой на дом. Вы их не берете в голову, а они тут как тут у вас перед глазами маячат. Вы - туда, они за вами, вы - сюда, они уже там. И впереди вас, и сзади вас, и вокруг вас, и внутри вас. Вы – на работу, они уже там сидят-стоят, лично вас дожидаются. Вы – домой и там они со всех сторон. Только-только на улицу выглянули, еще в дверях, а они уже там, выстроились в длинный ряд и конца не видно! И как их не брать в голову?! Самому себе голову оторвать с корнем?! Или только этот самый корень острым ножиком вырезать?!

Можно надеть наушники и закрыть глаза, ну и что?! Проблемы исчезнут?! Нет, даже во сне! Можно чего-то и не «брать в голову» пока оно само не стукнет по кумполу. Бери в голову – не бери в голову, все равно существует объективная реальность, данная или не данная нам в ощущениях. И эти ощущения фиксируются? У нас в голове согласно информационным психофизическим законам, не зависимо от нас, так же как и действительность существует независимо от нас. Мы сами по себе – она сама по себе, но она нас окружает.

Даже, если мы все-таки закроем глаза и даже, если мы спрячем голову по шею в песок, но с этой стороны, как "боевые" страусы, то мы все равно действительность не отменим. Но на пути следования информации, тем не менее мы можем установить избирательный фильтр модели «не бери в голову», кого пущать, а кого тащить и не пущать

Что есть альтернатива «на брать в голову» - брать у голову все подряд и расстраиваться по любому поводу и даже без повода – мол «птичку жалко». Между двумя крайностями: наплевизмом – не бери в голову и всеобщим состраданием с крупными переживаниями по поводу и без повода есть средняя зона разумного реагирования. Линия разумного регулирования качества и количества поступающей информации – внутренняя само цензура. Это мне надо, а это – не надо. Это я «беру в голову», а это – нет. Можно не полностью «брать в голову», а частично, в разумных пропорциях отбирая важную информацию и отбрасывая второстепенную, сомнительную и излишне эмоциональную. Эмоции делу не помощь, а помеха.

И кто это придумал: «Не бери в голову!»? Он-то сам своему рецепту следовал или просто так, от фонаря придумал?! Если он сам «не брал в голову», то как он это самое придумал? Теоретик хренов!

Так вот, что же теперь нам всем делать?! Брать или не брать в голову все-таки?! И если брать, то что и почем?! Голова же не склад и не Дом Советов, все туда не возьмешь, даже, если и захочешь. Что-то надо и снаружи оставить. Другие люди ведь тоже есть! Чего их обездоливать! Мол, чужую беду руками разведу – не возьму в голову. Но как можно не переживать и не брать в голову, когда жизнь бьет ключом и все по голове?! Оставляю выбор за вами – хозяин–барин. Хочу беру, хочу не беру! Но одновременно вспомним кота Леопольда: «Ребята, давайте жить дружно!»

Чепуха на постном масле

Чепуха, ерунда уже сама по себе достаточно сильное понятие для характеристики объекта разговора, но с постным маслом эффект чепуховости значительно усиливается за счет парадоксальности выражения. У всех была просто «чепуха», а в Одессе была «чепуха на постном масле». Откуда оно взялось это постное масло вдобавок к чепухе!? Что между ними общего?! Думаете, я знаю?! Попробуйте сами поджарить чепуху на постном масле. У меня не получилось, что-то она не прожаривается до съедобности и со сковороды соскальзывает.

Иногда сказать просто «чепуха» было мало и необходимо было усиление типа «абсолютная чепуха», но, если и этого было мало, то тогда уже приходил черед «чепухи на постном масле» – конечного кулинарно-философского одесского продукта. Соединение несоединимого давало поразительный лексическо-логический эффект по степени воздействия на одесское мирное население.

Представьте себе, что вы сообщаете своему собеседнику «последние одесские новости», среди которых (а может быть и все вместе) была явная, будем говорить, брехня, которая выпирала как шило из мешка и еще вдобавок плохо пахла для просвещенного уха. Это могло не соответствовать его знаниям, представлениям или аналитическому пониманию и он, «не отходя от кассы», выдавал вам оценку с диагнозом: «Чепуха на постном масле!»

Ну, хорошо, «чепуха» это понятно, вы же ему сообщили явную чушь, она же и есть чепуха или ерунда, если хотите. Но почему она «на постном масле»? Это уже обидно! Тем более, что суждение было окончательным и обжалованию не подлежало. Даже, если вы совершенно случайно, по ошибке и только в этот раз сказали правду и потом с пеной у рта доказывали свою правоту, собеседник уже не мог отступить и «уронить лицо» в постное масло, он с удвоенной энергией и утроенной логикой критиковал и опровергал все ваши доводы и «очень и весьма достоверные» источники сведений, доказывая, что это чепуха и именно на постном масле. И што вы, вообще, имели сказать против «постного масла»?!

За постное масло в Одессе отдельная история, может быть даже сага. Сага о подсолнечном масле. Сорт и качество масла узнавался очень легко по его собственному запаху. Правда женщины еще пробовали его на вкус. Чтобы вам не лазить лицом в бидон продавщица своей палочкой наносила каплю масла вам на руку, на тыльную сторону ладони и вы уже своим собственным языком пробовали. Что там можно было выпробовать – я не знаю. Но бывало, что оно немного горчило или было слабо или же через чур прожаренным или еще что-то. Во всяком случае вы могли так сказать, на всякий случай, чтобы «сбить» цену. Так моя мама ходила по базару и пробовала, а продавщицы сами завлекали покупателей и предлагали: «Попробуйте моего! Попробуйте моего!» Потом суммируя впечатления мама выбирала то, что ей нравилось и там и начинала «торговаться» с доводами, контрдоводами и жизненными сентенциями.

Покупали мы и обычное бутылочное подсолнечное масло «на каждый день». Но разве можно спутать государственную «Олию» с настоящим крестьянским (селянским) подсолнечным маслом, которое само без жарки пахнет на целый квартал. Вы просто не могли пройти мимо этого ряда на Привозе. Это было настолько пахучее масло, что на Привозе весь квартал пах этим маслом, даже когда его там не было.

А когда вы ехали домой в трамвае со своей бутылкой или бидончиком масла (если вы миллионер с причудами), все это знали, что вы купили и оглядывались с уважением и завистью. Ничего так сильно не пахло, как селянское подсолнечное масло, ни рыба (даже второй свежести), ни мясо, ни овощи, ни фрукты. Разве что краска и ацетон. Правда мятно-противной жевательной резинки, чтобы заглушить плохой запах изо рта, тогда еще не было (сейчас трамваи только этим и пахнут – дышать нечем!). Дома вам стоило немного капнуть масла в салат и все – все другие запахи исчезали, вся кухня уже пахла только этим маслом, даже, если у вас что-то там «совершенно случайно» пригорело или «сбежало».

На «селянском» масле в Одессе не жарили, Б-же упаси! Его слегка добавляли в салаты с помидорами, в селедочку с лучком. Оно было дорогим, Жарили на «постном» подсолнечном масле. По воскресным и праздничным дням в одесских семьях обычно варили картошечку «в мунндире» и делали салат из помидоров, огурцов, «болгарского» перца, зеленого лука, петрушки, укропа, уксуса, селянское подсолнечное масло и все перемешивали в большой миске. К ней тюлечку соленую или селедочку «дунайку» с кружками лука и тоже с уксусом и селянским подсолнечным маслом. У вас слюнки еще не текут?!

Да, кстати, а что же по поводу предмета обсуждения. Что же все-таки это такое - «чепуха на постном масле» и откуда оно выродилось?! И что это вы все ко мне пристали?! Я этого не знал, не знаю и знать не хочу! Я не в курсе дела! Я просто так сказал!

Не клей горбатого к стенке

Это обычный термин в карточной игре, когда партнер мухлевал и его хватали за руку. Тогда и произносилась эта фраза. Но применялась она не только в карточной игре, но и в нашей быстротекущей жизни. Любое несоответствие чего-то чему-то, выявленный обман, явная несуразица подвергалась этой строгой оценке: «Не клей горбатого к стенке!»

И собеседник понимал, что его действия разоблачены и надо перестать «клеить горбатого к стенке» или найти другие пути в том же направлении. Некоторые люди без обмана жить не могут: «Не обманет – не проживет!» И вот, сами не замечая того, они и становились этими «горбатыми», которых все знали и обходили стороной. Пару раз обманешь, кто тебе потом поверит, даже если правда. Помните хорошую сказку о пастухе и волках.

Приведенное выражение совершенно не содержало оскорблений, относящихся к физическим изъянам фигуры. Об этом никто не думал. Выражение было иносказательным и образным. И никто из собеседников не был горбатым. А даже если и был, то это было нечаянное совпадение, которого обычно тактично избегали, чтобы не напоминать человеку о его физическом недостатке. Если, конечно, не хотели подчеркнуть и оскорбить его этим в пылу-жару ссоры.

Впоследствии слово «горбатый» получило распространение, когда оно появилось у персонажа Высоцкого капитана Жеглова в известном фильме «Место встречи изменить нельзя». Помните фразу: «А теперь горбатый, я сказал, горбатый!» Еще много анекдотов по тематике «горбатый» возникло в связи с бывшим Президентом СССР М.Горбачевым. Но не будем же мы пересказывать старые анекдоты! И чего клеить горбатого к стенке!?

В огороде бузина, в Киеве – дядька

Не могу сказать, что это чисто одесское выражение, историческая реальность и собственная совесть не позволяет. Но в Одессе это выражение имело особое выражение. Дело в том, что Украина и ее несомненная столица, город-герой (непонятно за что) Киев было одно, а Одесса – настоящий Город Герой, было совсем другое. Если вы спросите одессита откуда он родом, то ему никогда и ни в какую голову не придет сказать, что он с Украины. Ответ на 100% будет: «Я с Одессы!» И при чем здесь Украина!? Конечно трудно отрицать, что географически Одесса находится на территории Украины. Для этого достаточно взять в руки глобус Украины.

Если вы приезжали в Киев, мать городов русских (извините за выражение), то там, даже на улицах вы могли легко услышать украинскую речь. Причем разговаривали на ней не простые колхозники, а вполне с виду интеллигентные люди. Конечно это был не тот украинский, на котором разговаривали в глубинке, например, в Винницкой области. Но слова были почти те же. Если же вы выходили на улицы Одессы, то вы могли услышать только одесскую речь и иногда более, чем одноэтажную.

Поэтому, если в Одессе говорили: «В огороде бузина, в Киеве дядька!», то в это дело вкладывался особый смысл. Никому же в голову не придет сказать: «В Одессе – дядька!» Дядька сидел только в Киеве, в Одессе его не было и быть не могло. В Одессе такая фраза как бы подчеркивала, что все это в Киеве, а не в Одессе. И к нам вообще никакого отношения не имеет. Но это все было на интуитивном уровне, никто об этом особенно не задумывался, просто так говорили и это было частью одесского менталитета.

Сама фраза означала наличие фундаментального противоречия, несуразности, отсутствия всякой логики в доводах собеседника. Он связывал два совершенно не сравнимых и не связанных события, факта. Одно дело «в огороде бузина», а совсем другое «в Киеве дядька». При чем здесь одно к другому?! Такая аналогия и означала отсутствие всякой связи.

В наши сверх современные годы эта присказка «В огороде бузина, в Киеве – дядька» приобрела особый политический смысл. Политические баталии и драки тех с этими и даже этих с этими же очень похоже на обычные разборки торговок на одесском Привозе. Может быть вы мне скажите чем отличается Верховная Рада, которая в Киеве, от главного одесского рынка Привоза. И там, и там много шума и мало дела, и там, и там одна торговля – что почем, и там, и там все продается и покупается. Я даже думаю, что от одесского Привоза людям гораздо больше пользы, чем от той «Рады». Паны дерутся, а у холопов чубы трещат. Эти дядьки там, в Киеве дерутся, а пока в огороде растет бузина вместо чего-нибудь полезного. И если раньше это противопоставляли, то теперь это стало одним и тем же.

Не пришей кобыле хвост

Я думаю, что эта фраза общесоюзного значения, но и в Одессе она применялась с успехом. Обычно она обозначала, что все вами сообщенное никакого отношения к делу не имеет. И что факты и мнения совершенно не вяжутся друг с другом. В связи с чем нечего пришивать кобыле хвост, он у нее уже есть от рождения. Кроме того, это также обозначало совершенно бесполезную вещь, которую никуда применить нельзя или даже человека, также бесполезного, никчемного ни к какому делу неспособного. Так можно было сказать о бездельнике, пьянице, человеке, у которого «руки не туда вставлены», не пригодном ни для какой работы.

В социалистическом народном хозяйстве на производстве всегда было полно совершенно бесполезных людей. Ну, хороший человек, активный общественник, но никчемный специалист – не пришей кобыле хвост. И что с ним делать?! Уволить нельзя, а за что?! Все указания исполняет, на все собрания и мероприятия – демонстрации, субботники ходит – наш человек, но не пришей кобыле хвост.

Чья бы корова мычала.

Каждый имеет полное и ничем не ограниченное право голоса (особенно женщины) и в итоге может говорить все что ему хочется. Но и каждый другой также имеет полное право на «объективную» с его точки зрения оценку высказанного. Таким образом и уравновешиваются весы равноправия полов, как внутри их, так и снаружи. При нарушении равновесия могут возникнуть коллизии, как морально разговорные, так и физически драчливые. Но, сначала надо было обозначить наличие конфликта интересов. Для этого и существовала такая фраза: «Чья бы корова мычала, а твоя бы молчала!» Но обычно эту фразу использовали в сокращенно-упрощенном виде, произнося только первую часть. Вторая при этом только подразумевалась - было и так ясно, что оратор хочет сказать.

Конечно, все это было иносказательно, дело было не в деревне, а в Одессе и ни у кого из присутствующих дома коров не было, в те времена и молока-то достать трудно было, потому что все коровы были на коллективном содержании в колхозах. И фигурально выражаясь произнести такую фразу имел право только председатель одного колхоза другому такому же самому председателю, но не выше. В самой Одессе таких председателей, как и коров, не было, но фраза жила и процветала. А почему бы и нет. Каждый легко мог себя представить председателем.

Моя хата с краю

Общественная и политическая позиция простого советского человека, заложенная глубоко в его гены всегда была очень проста – итти куда велят, покорно, как корова, то ли в стойло, то ли на выпас, то ли на случку, то ли на бойню. И логика здесь была простая - хоть эти, животрепещущие проблемы и меня лично, как и всех, касаются, но что я могу сделать один?! Ничего!! Поэтому лучшая позиция – делай, что велят и дальше моя хата с краю. Психология невмешательства – начальству видней, а я человек маленький, от меня ничего не зависит, они там и без меня разберутся, меня это не касается, моя хата с краю.

Так получилось, что все мы жили в одной стране победившего социализма и у всех нас были хаты с краю, по общественному периметру. А в середине были наши «всенародно любимые» вожди и пустые лозунги. Такая идеология насаждалась с детства: с одной стороны – общественная активность, но в установленных направлениях и рамках: пионеры, комсомол, партия - все сделанные под один стандарт.

С другой стороны – невмешательство, недопустимость критики политики руководства. Кого-то уволил начальник-самодур – а я что могу сделать!? Кого-то посадили – слава Б-гу не меня. А за что – неважно, «там» знают за что, не моего ума дело. Ну и что, что несправедливо – моя хата с краю. Ну и что, что моего товарища несправедливо обвинили, почему я должен вмешиваться – моя хата с краю. Если я даже и вмешаюсь, то моя личная хата может сгореть! Вы же «их» знаете! Почему я должен страдать из-за кого-то – моя хата с краю. Моя хата с краю – психология загнивающего социализма, с краю от него уже находилась помойка. Хотя больше всего в середине.

В обычной не политической общественной жизни позиция моя хата с краю также была распространенной линией выживания. Меня это не касается и все, отстаньте! В Одессе в фразу «Моя хата с краю» вкладывался более юмористический, иронический смысл. Например, надо было уйти от острого вопроса или не было другого подходящего к моменту ответа. То ли что-то надо соображать, то ли не знаешь что сказать, а так – моя хата с краю и все. Я ничего не знаю и ни к чему не причастен. И вообще, что за претензии, когда моя хата с краю. Произносилось это с подкреплением жестикуляцией, например, разводя руками или пожимая плечами – я тут не причем.

Моя хата с краю не просто выражение, а целая крайне-хатная философия и многих поколений. Ну, чего я буду туда встревать, мне, что своих цурисов не хватает?! А пошли они все ... подальше! А, гори оно все огнем! Это нормальная позиция простого человека, находящегося в тесных объятиях власти - не лезть куда не надо и не вмешиваться в то, что его не касается. То есть это общественно пассивная позиция, выработанная десятилетиями дрессировки. Она очень удобна для правящей «элиты», хотя понятие «элита» здесь не в смысле элиты, а имеет противоположное значение – откровенное отребье. Позиция «крайнего» - от меня ничего не зависит, это не мое дело, меня туда не путайте, я к этому никакого отношения не имею! И все! И с концами!

Если же кто-то спросит – кто же это все написал, то вы меня не выдавайте, а я тоже от всего откажусь. Если что не так, то ответственно заявляю: «Я тут не при чем! Моя хата с краю! Я ничего не знаю! И я, вообще, не местный!»

Сбоку припеку

Эту фразу я слыхал не только в Одессе, она была общесоюзного подчинения. Но, тем не менее, впервые я услышал ее в Одессе. А где мне было еще ее услышать, если я родился и вырос в Одессе?! Можно пофантазировать о ее происхождении. Возможно у пекарей на булках или буханках хлеба при выпечке в печи образовывались такие хлебные наросты, которые хорошо прожаривались, но не соответствовали стандарту и удалялись при выемки из печи. Вот это физически и было сбоку припеку.

Ну, а в моральном смысле это обозначало что-то вроде того же «Моя хата с краю», но уже в отношении не к себе, а другим. То есть, этот человек к рассматриваемому делу или процессу не имел никакого отношения, он был «сбоку припеку». В какой-то мере такая позиция удобна. Если что-то и где-то произошло, особенно, неприятное, то я не имею к этому никакого отношения, я ничего не знаю, ничего не видел, ничего не слышал, я - сбоку припеку, И все! И отвалите!

Но кроме полезности такой позиции была еще и ее вредность в том, что если ты сбоку припеку, то и в деле тоже не участвуешь, и его результаты и прибыли тебе не принадлежат. Кто ты такой, на самом деле?! Ты – никто! Сбоку припеку! И иди! И мотай отсюдова со своими претензиями! Тоже мне, нашелся! Явился, не запылился! Как работать, так его нету, а как распределять, тут он первый! А на самом деле ничего не делал, так себе болтался, сбоку припеку!

К сожалению таких сбоку припеку было особенно много в науке. Может быть и еще где и тоже много, но я больше знаю область науки. Как вы могли напечатать статью в журнале, опубликовать книгу, протолкнуть изобретение? Только взяв в соавторы руководителей, солидных ученых или администраторов. Вот они-то и были сбоку припеку, иногда даже не зная сути чужих работ, но подписывая их в качестве соавторов, да еще и первым по списку. Да и как мог начальник выпустить из своего подразделения хорошую идею и не пристаканиться. В принципе невозможно! И из сбоку припеку становился основным и главным, а вы уже там где-то дальше болтались, как вспомогательные и второстепенные, сбоку припеку. А иногда в ссылках список авторов прерывался на первой фамилии и все остальные в титуле вообще не числились даже как сбоку припеку.

Я – не я и хата не моя

Если вы не успели «рвать когти» и вас поймали на чем-то «горячем», то вы, естественно, должны были, согласно пацанскому кодексу, все отрицать от начала и до конца, несмотря на явные и неопровержимые улики и свидетельства. Такой процесс в Одессе назывался: «Я – не я и хата не моя». А ты попробуй докажи обратное! Тяготы доказательства всегда были на обвинении.

Такие «дела» могли быть мелкими – например, «нечаянно вырванная ветром» страница в дневнике или крупными - прямое воровство, причем украденное было обнаружено у субъекта в кармане. И все равно! А ты докажи!!! А что тут доказывать?! Я - не я и хата не моя! Ну, шо вы ко мне со всех сторон пристали-привязались! Я тут совершенно не при чем! Я об этом самом понятия не имею! Вот прямо сейчас первый раз то вас слышу. Шо вы от меня все хочете!? При чем здесь я, при чем здесь я?!?

Такой удобной фразой можно было также отказаться от выполнения ранее данных обязательств. Даже без оглашения причин, которые могли быть разными, а могло их и не быть. Причинно-следственная связь была не обязательна. Не хочу и все! Нет и все! Я - не я и хата не моя! И отвали! Все, иди! Разговор окончен.

Халтура

Слово «халтура» имело два значения. Одно – производственное, когда халтурой называли бракованная продукция или товар низкого качества. Предприятие ведь должно работать, выполнять план и социалистические обязательства. А ему сырье поставляют плохого качества, оборудование устарело и едва работает, рабочие недостаточно квалифицированные. А которые квалифицированные, те пьют. Результат – предприятие выпускает не продукцию, а гонит халтуру. Почти сплошной брак, отклонение от норм и стандартов. Что с этим делать? Не выбрасывать же! Направлять в магазин. Наши люди все купят. В крайнем случае давать в нагрузку к чему-нибудь дефицитному. "Экономика должна быть экономной".

Вторым значением слова «халтура» была подработка на второй, неофициальной работе и за наличные или натурой, например, «жидкой валютой» - спиртным. Больше всего занимались этим делом разного рода умельцы. Например, можно было сказать: «Я нашел себе небольшую халтурку – ремонт пола в квартире у одного мужика. В субботу-воскресенье буду занят». Это и была подработка-халтурка в свободное от основной работы время. Качество такой работы могло быть как хорошим, так и плохим. Во втором случае это уже становилось двойной халтурой, или халтурой в квадрате - как подработка и как работа плохого качества. То есть халтура на халтуре сидит и осталось только халтурой погонять при оплате.

Ну и как же здесь обойтись без идеологической халтуры, то есть простого вранья, халтурного изготовления халтурных новостей и халтурных аналитических материалов. Да и самого народа жизнь сама по себе была некачественной, халтурной. Халтура - это ведь не только, и может быть даже не столько, качество продукции, товара, она становится образом мышления - психологией, жизненной установкой, методом существования. Предприятие выпускает халтурную и никому не нужную продукцию, при этом выполняя и перевыполняя план и получая за это премии и ... все в порядке. Люди выполняют свою работу некачественно, абы как и ... тоже все в порядке. Все это халтура не просто на производстве, это халтура в мозгах у людей. Халтура как общественно-политическое явление загнивающего, но развитого социализма. Развивался, развивался социализм, а поскольку был построен на халтуре, то и развалился.

В жизни все так и устроено. Если приложишь усилия, старания, то и результат скорее всего получишь хороший. А если будешь все делать спустя рукава, то и получишь в результате халтуру, почти наверняка.

Достать дефицит

Бывает в русском языке, что для описания всех разнообразных предметов и явления не хватает слов, и не в смысле экстраординарности этих понятий, а просто физически. Поэтому случается, что одно слово покрывает сразу несколько понятий, причем достаточно далеких друг от друга. Однако, бывает и наоборот, для одного понятия существуют несколько слов-синонимов. Так что кому как повезет – пути русского языка неисповедимы. Понятие достать определяло две вещи: добыть что-то дефицитное и «достать» человека так, чтобы ему тошно стало. И вот тех, которые могли достать дефицит называли почетным званием «доставал». А те, которые не могли успокоиться, пока не выведут человека из себя, присваивали звание «доставал» или «доставалок» в зависимости от пола. Как видите, звание одно и то же, не смотря на полностью противоположные позиции.

Пока нам еще не стало тошно подумаем о дефиците и обратимся к физике – доставание материальных благ. Блага надо доставать, а болячки сами приходят. Достать что-нибудь нужное - дефицит в Одессе, как и во всем бывшем социалистическом лагере было очень важно. Потому что дефицитом было все, без исключения: продукты, товары, услуги. И все надо было добывать в очередях и прорываться с боем, кроме тех, кто знал ходы и выходы и имел связи. Все совершенно внезапно становилось дефицитом.

Вчера не было масла, сегодня к ним добавились яйца (куриные), значит завтра не будет муки. Попробуйте потом прожить лучше и веселей без этих продуктов. Причем, и что здесь главное, предсказать, что завтра исчезнет никто не мог, даже самые маститые экономические академики. Экономика-то была плановой и одновременно экономной! А социализм - развитой.

В те годы даже термин «купить» существовал только в художественной литературе. Вместо этого все говорили - «достать». Где ты это самое достал? А почему мне сразу же не сказал?! А я вчера «достал» кило сливочного масла! Жена была так довольна, так довольна!! А вы что достали?

Существовала даже градация авторитета доставал. Кто больше дефицита может достать, тот и более ценный человек. Таких очень уважали (даже в их отсутствии). Это же в конце концов не обычный инженер! Правда здесь всегда действовало правило баш-на-баш - надо было всегда что-то иметь взамен. А кто вам будет что-то бесплатно делать?! Вы были бы иначе людям просто не интересны. Те, кто мог что-то достать были в большой цене. С ними с удовольствием знакомились, они были завидными женихами. «Как!? Он же все может достать!!» Возникали «свои» общественные круги. Кто, что, где может достать – объединяйтесь! Даже существовали общественные оценки ценности личности типа – а что он может достать?! Имелся в виду, конечно, дефицит, а не неприятности (цурисы). Достать цурисы – экая невидаль! У всех их и так больше, чем достаточно. Эти цурисы меня уже достали.

Это постоянное доставание всего жизненно необходимого вместе с пустопорожней идеологией так доставало простой советский народ, привычный уже кажется ко всему, что при первой же возможности весь он разбежался по национальным квартирам или бросился в объятия «проклятого» капитализма.

Живут же люди!

Нельзя не заметить того факта, что все люди живут. Но, не смотря на установление этого важного факта, тем не менее все люди живут по-разному. В зависимости от потребности и по способностям и еще кому как повезет. Один из принципам коммунизма: «От каждого по способностям, каждому по потребностям» может осуществиться только в сказках или в больном сознании «основоположников» и «апологетов».

В Одессе всегда жили люди с самого дня ее основания и даже раньше. И тоже жили по-разному. В период недоношенного, а потом уже и развитого социализма, не смотря на всех и всеобщее равенство, некоторые люди всегда умели «устраиваться» - «умели жить». Вот по отношению к ним при обсуждении событий современности и говорили: «Живут же люди!» Когда всем плохо – им хорошо. Это ж надо же уметь! Что в этом было больше – «здоровой» или «нездоровой» зависти, простой констатации факта как данности – трудно сказать. В зависимости от обстоятельств.

Но в Одессе эту фразу произносили с юмором, и поэтому она могла иметь разные и даже противоположные смыслы, не говоря уже об оттенках. Упал человек и сломал ногу. Ядовито-иронический комментарий недоброжелателя (с довольной улыбкой): «Живут же люди!» Да и почему бы не пожелать своему врагу «хорошей» жизни и порадоваться его «успехам» на этом поприще.

Или, например, выражая удивление неожиданными достижениями вроде бы ранее обычного, ничем особенным не отличающегося человека: «Ну, вы только посмотрите на него! Живут же люди!» А возможно даже и возмущение образом жизни, беззастенчивостью и наглостью «некоторых»: «Ну, ты видел! Какая наглость! Живут же люди!» В смысле – лучше бы и не жили.

В обычном человеческом социалистическом сознании, особенно женском, не укладывается: «Почему кто-то живет лучше меня!?» На все разумные доводы о более высоком образовании, знаниях, навыках, профессиональности обычно следует простой и незатейливый ответ: «А чем я хуже?!» У каждого свои понятия о жизни, у каждого свои нормы морали и поведения в обществе. И все это на базе десяти библейских заповедей или же норм морального кодекса строителя коммунизма – выбирайте по вкусу, чего - кому. И вот не смотря на все эти нормы и заповеди, люди все равно живут по-разному. Живут же люди!

Гамузом

Когда вы шли на одесский «Привоз» (так там называется главный продовольственный рынок - базар), то, например, в рыбном ряду, чтобы немного сбить цену, вы говорили продавщице: «Беру все гамузом! Сколько платить?!» Здесь вам как раз и требовалось такое яркое слово «гамузом», которое обозначало, что вы забираете весь остаток ее продукции и она может быть свободна и наконец-то сможет пойти и заниматься своими делами.

Таким образом «гамузом» означало оптом. Оптовым покупателям положена скидка. Но на одесском Привозе вы, естественно, не могли применить этот экономический термин «опт», Привоз есть Привоз и там надо разговаривать, чтобы людям было понятно. Вы же пришли сюда куплять, а не развлекаться, хотя одно другому не мешает.

Гамузом – это понятно, а оптом – надо выяснить, что вы конкретно хотите – может быть все вместе и с продавщицей. Да и какой тогда был опт? Опт – это крупная партия однородного товара. А зачем вам столько? На маланьину свадьбу? Так где та Маланья и когда еще будет ее свадьба, если вообще будет!

Родной муж вечером с работы голодный придет, ему же надо что-нибудь покушать приготовить. Если взять гамузом, то будет дешевле и еще на завтра хватит. Партия же торжественно провозгласила, что экономика должна быть экономной. Так что именно эту самовозвратную линию партии на Привозе одобряли и поддерживали, как продавцы, так и покупатели, но, естественно, с разных сторон. Это только в послеперестроечные времена гамуз превратился в нормальную экономическую категорию - опт. Вот такие дела!

Кстати, гамузом означает также и гуртом, если скот или толпой, если человеки. Вот именно так при малейшей возникшей возможности многие одесситы гамузом рванули в исторически отдаленные от Одессы края. Из Одессы, но не от Одессы, от реалий жизни при развитом социализме. Но и уехав, они все равно пожизненно и даже далее остались одесситами. И сама Одесса также осталась неисчерпаемой как оптом, так и в розницу.

Ехай, ехай!

Когда вы сильно надоедали собеседнику своими «новостями», мансами или жалобами, то он мог вас слегка послать подальше. А мог и не слегка. Если же он не сильно мало воспитанный человек, то он мог применить четкие и ясные, но не так обидные выражения. Одним из них было: «Ехай, ехай!», что значило «Иди-ка ты подобру, поздорову и подальше!» и что вам уже следовало удаляться. Прямо сейчас и немедленно. Вы здесь уже изрядно наскучили, чтобы не сказать - надоели.

Причем совершенно не обязательно, чтобы вы прибыли на машине, или телеге, или даже на велосипеде, эту фраза «Ехай, ехай!» относилась лично к вам без всякого учета вида общественного или личного транспорта, могущего вас сопровождать. То есть «Ехай, ехай!» можно было и пешком (пока еще ноги носят).

Выражение «Ехай, ехай!» было мягкой формой «посылания» подальше. Этим, конечно, ассортимент далеко не исчерпывался. Там было много «перлов» в смысле как бы жемчужин, а также в смысле переть, напирать. Русский язык – богатый язык.

Фраза «Давай, ехай, ехай отседова!» означала, что они решили, что их пейзаж обойдется без вашей фигуры. Произносилась эта фраза снисходительно, считая при этом своего собеседника малокультурным и достойным такого обращения, возводя себя, естественно, на пьедестал высоко образованного (при довольно среднем образовании) человека и хранителя глубокой культуры, особенно внутренней (настолько, что ее часто и не видно). А с этого высокого пьедестала (осторожно, чтобы не упасть и не удариться головой, если она у вас еще не ушибленная) позволять себе вещать: «Ехай, ехай!»

Мотай

Если вашему собеседнику что-то в вас не понравилось, обычно это были ваши высказывания, то он в сердцах прекращал разговор и мог грубо сообщить вам об этом фразой: «Мотай отсюдова подобру-поздорову!» То есть уходи и по быстрому, а то хуже будет. Имелось в виду, естественно, физически хуже.

Поскольку это было грубое и даже оскорбительное выражение, то вы могли «возникнуть» и ответить тем же или выбрав более мирный и возможно достойный вариант – удалиться (умотать), мол, что с дурака и грубияна взять. И что с ним вообще дело иметь после этого.

Вот однокоренное слово «смотаться» уже не имело оскорбительной интонации – оттенка. Это уже была простая, может быть даже дружеская, просьба, сходить и принести что-то необходимое в смысле: «Смотайся, принеси!» Сопроводить это предложение словом «пожалуйста» как-то в Одессе язык не поворачивался, хотя и такой вариант не исключался для особенно теплых отношений или большой необходимости доставить требуемое.

Если попытаться предположительно проследить процесс применения слова «мотать», то, видимо вначале оно имело физическую основу и относилось к ниткам, канатам, проволоке, которые надо было мотать – наматывать на какую-то основу, например, катушку. Потом, видимо, оно распространилось на психические процессы – мотать нервы, мотать душу, к примеру. А потом опять вернулось к физическим процессам – типа сматывать удочки, в смысле уходить – сматываться. Видимо укороченное от мотать удочки и произошло: «мотай» отсюдова.

Слабо!

В критической ситуации близкой физической «разборки» слово «слабо» было как бы вызовом – вопросом. Слово «слабо» очевидно производное от слабака, слабины и имеет тот же смысл, как ни странно. Задавая вам этот сакраментальный вопрос: «Слабо?!» вам предлагали выбор: или ударить или отступить. Если ударить, то вы доказывали, что это вам не слабо, а если вы отступали со словесными эскападами или без них, что лучше, то значит вам это действительно было слабо. В этом случае вам вообще не надо было доводить ситуацию до каления, а потом отступать, теряя авторитет. Вас могли «догнать» и накостылять. Шоб знал!

Обычно вызов «слабо» применялся в общем контексте нетрудового спора, к примеру: «Только попробуй! Тронь! Слабо! Я тебе покажу! Попробуй только тронь (меня или кого)! Никто тебя не боится!» и прочая словесная мишура. Существует простой закон улицы: лучше один раз стукнуть, чем десять раз сказать.

Если вам слабо, то лучше было бы и не встревать. Здесь ваш понт без адекватного физического подкрепления мог нанести вам же как моральный, так и физический ущерб, как маленький, так и большой. Прежде чем кого-то брать на понт, вы должны были взвесить эту возможность, если вы, конечно, не мазохист и не самоубийца. Хотя бывали и такие, отчаянные, что перли как на рояль, но обычно это хорошо не кончалось. «Сила ломит и соломушку».

Не возбухай

Всегда в Одессе были, есть и будут горячие головы, готовые ринуться в бой неизвестно зачем и почему. Темперамент, сэр! Ну, и тем более, если есть причина. И, естественно, в этих их устремлениях их необходимо было успокаивать и тоже по-одесски, поскольку все ж это было в Одессе, а не под Ровно. Тогда чтобы остановить уже разгорающееся стихийное бедствие и говорили: «Не возбухай!» Что в других частях нашей необъятной родины означало: не ершись, не затевай склоки, не возникай, не создавай проблему, где ее возможно и нет. В общем - успокойся! Но с одесским привкусом.

Однако, это могло и успокоить, а могло и наоборот – подлить масла в огонь. Очень многое здесь зависело от псевдо-общественного морального авторитета и физического веса и возможностей произносившего эту фразу. Не мог же малой пацан нагло сказать взрослому хулигану: «Не возбухай!» Он должен был чувствовать за собой определенную силу (свою или чужую). То есть, он должен был иметь общепризнанное право так сказать. Чтобы собеседник ему в ответ, как минимум, не заявил: «А ты кто такой!?» И тогда все получалось как раз наоборот и бремя ответственности уже обращалось против него самого. Произносящий всегда как бы говорил это свысока, сверху вниз, как бы имея заслуженное право судить «что такое хорошо, а что такое плохо». И его оценка в этом случае была определенно отрицательной, отчего и вытекало: «Не возбухай!».

Жизнь в те времена была сложна (а когда она была или есть простая?!) и, естественно, было много причин для «возбухания». Возбухать, например, можно было по реальной причине. Ну, накипело и терпеть уже невозможно, Но здесь всегда надо было знать пределы и уровни «возбухания» - не шире и не выше. Если нет продуктов в магазинах – то кто виноват?! Правильно, жена! Почему не купила, когда было! Если на зарплату невозможно прожить, то в чем причина?! Опять правильно – в муже! Вот сосед купил жене шикарную шубу, кролик под котик, не считая, что у нее уже есть пальто с чернобуркой, а я, бедная и несчастная при «таком» муже должна здесь ходить с голым задом. Права была моя мама!

При большом желании «возбухать» можно было и без причины – от плохого настроения или из вредности характера. Кстати, женщинам причина, чтобы устроить мужу «гембель» просто не нужна. Достаточно простой женской логики. Хотя всегда лучше иметь формальную зацепку для успокоения собственной совести и информирования соседей – какой он гад!. Но размер и значимость этой исходной причины могли быть столь ничтожно малы, что никому другому и не заметить, да и по ходу дела они просто забывались. Помните басню Крылова «Волк и ягненок». Там Волку как раз и нужна была формальная причина, которую он так и не смог найти, потому что это был волк, а не волчица и он был не с Одессы, а видимо откуда-то с Тамбова.

«Возбухнуть» можно было из интереса, как бы для тренировки, как бы интеллекта или чтобы проверить на слабину – какова же будет реакция. И что вы думаете, иногда действовало и оппонент вместо того, чтобы провозгласить: «Не возбухай!» сдавал позиции и отступал под напором. Здесь больше преследовалась функция произведения впечатления, вот, мол, я кокой крутой.

В Одессе также было модно «возбухать» в шутку, для розыгрыша, выдав себя за обиженного, униженного и оскорбленного. Кстати, таких «артистов» в Одессе было много, Одесса и держалась на разного толка розыгрышах, хотя среди них «возбухательный» был не самым ярким и характерным.

Так что выбирайте и пользуйтесь любой возможностью возбухать. А также перенимайте передовой одесский опыт в общения с людьми. Вы мне сейчас с желчью скажите: «Да, разве ж это люди, вот раньше были люди!» На что я вам приведу хорошо вам известные слова М.Лермонтова из «Бородино»: «Да, были люди в наше время, не то, что нынешнее племя, богатыри, не вы, плохая им досталась доля!..» Как видите, Лермонтов тоже «возбухал». Я уже не говорю про «На смерть поэта» из того же школьного курса.

Хороба

Как я думаю, слово «хороба» произошло от украинского слова «хвороба», что означает болезнь. Слово в Одессе слегка укоротили для удобства пользования и произносили приблизительно в таком контексте: «Хороба на твою голову!» или, как вспомогательный и более «мягкий» вариант, «Хороба тебе в бок!» Обычно это была лексика Привоза или дворовых разборок. Моральная сила такого выражения по баллам где-то чуть выше низкой и чуть ниже средней.

Однако человека еще надо было довести до кондиции, чтобы он начал так выражаться. Но, естественно, были и такие, которые заводились с пол-оборота и даже мгновенно «трогались с места» – ну, которые тронутые, слегка. Пожелание, конечно, было неприятным – что тут может быть приятного!? Но, учитывая специфику характера действующего лица и исполнителя этой фразы, там могло не быть ничего опасного для жизни или даже заразного. Просто это был знак окончательного прекращения деловых или дипломатических переговоров, эквивалент более простого выражения «Пошла к черту!» Конечно же это была «женская» фраза, у мужчин была несколько другая более образная, но, вместе с тем, более приземленная лексика при такой необходимости, что естественно, не мешало межполовому обмену специальными выражениями. Вполне можно применить это выражение прямо сейчас и теперь, имея в виду разных маститых и разномастных "деятелей", постоянно и неусыпно пекущихся о "благе народа": «Хороба на ваши головы!»

Окочурился

Устное народное творчество придумало массу понятий для обозначения перехода человека в мир иной. Все зависело от отношение к усопшему. Про одних говорили просто «умер», про других – «дуба дал», про третьих – «сдох», про четвертых ... и так далее до бесконечности. Был среди них и термин «окочуриться». «Сдох» говорили про врага и даже добавляли «как собака», или «так ему и надо!» Про начальство, даже самое высокое выражались солидно, но со злорадцей «дуба дал». Слово «умер» было скорее нейтральным больничным диагнозом, да и человек был нейтральным, физическое состояние которого никого особенно не волновало и от его смерти никому не было ни холодно, ни жарко. Ну умер, так умер и все! Мы здесь не причем никаким концом!

Вообще, в градации смертей был ранжир и общественные ступеньки, почти как и в жизни. Что могли написать в газетах о смерти «глубокоуважаемого и всенародно любимого» генерального секретаря? «Скончался после тяжелой и продолжительной болезни, не приходя в сознание (последние много лет)». Это же определение распространялось на всю партийно-хозяйственную номенклатуру по должности. Но вы, лично, у себя дома могли спокойно, но чтобы никто не слыхал, сказать о том же событии: «Слыхали, Ленька дуба дал?!»

Когда говорили «окочурился», то это уже что-то значило и вместе с самим фактом содержало оценку как личности, так и произошедшего события. Кто мог «окочуриться»? Солидный человек дуба дал, а несолидный сделал то же самое, но уже окочурился. Это был рядовой, мелкий и не слишком уважаемый человек. Явно не выдающийся человек и не добрый родственник. Ничего необычного или торжественного, рутинная смерть. Явно не на поле боя или выполняя секретную миссию или на службе народу. На службе народу обычно дуба дают, по народной же оценке. Слово содержало явную отрицательную оценку – мы его не любим вот он и окочурился. Но нелюбовь мелкая, не сильная – так себе. Вот если бы совсем ненавидели, то сказали бы «сдох» (как собака), так ему и надо! Хотя оттенки могли быть и разные. Можно было с большой примесью отрицательных эмоций, злорадства сказать: «Ну наконец-то этот гад окочурился!»

Итак, можно выбрать и для себя самого в порядка самообслуживания, что же делать: просто умереть, дать дуба или окочуриться, не говоря уже о сдохнуть, что для самого себя явно не подходит. Вот для других – пожалуйста! Хотя, казалось бы, оно уже может быть и все равно, когда там. Но когда здесь, то хочется чего-то приличного, достойного. Но на деле получается и то и другое и третье, в зависимости от уровня субъективных отношений Насильно мил не будешь и тут, и там ...

Запиндюрить

Довольно редкий термин, имеющий в Одессе два толкования. Первое – физическое в смысле ударить, запустить чем-то кому-то, целясь, естественно, в голову, или, по крайней мере, толкануть так чтобы «с катушек полетел», то есть физически воздействовать. Вы в Одессе спокойненько могли сказать: «Я ему как запиндюрил по морде, аж брызги полетели!»

Второй смысл обозначает уже моральное воздействие – обмануть, навешать лапши на уши, с серьезным видом рассказать какую-то невероятную новость или историю, то есть задурить мозги. Иногда приходилось слышать, например, выражение типа: «Ну я ему и запиндюрил такую басню, и что ты думаешь – этот лопух поверил!»

Как первый, так и второй варианты достаточно жизненны, хотя и возможно достойны сожаления и осуждения. Но такова наша жизнь. Есть еще однокоренное похожее слово – пиндос. Возможно, что они даже родственники, так как последнее означает в обыденном житейском смысле ненормального, низкого уровня культуры человека мужского пола, что-то типа подонка, и с разными вариациями.

Среди этих вариаций есть и гипотеза греческого происхождения этого слова. Но греков в Одессе не так уж много и я не слыхал, чтобы их как-то так особенно обзывали. Это, естественно, не значит, что другие не слыхали. Но я отвечаю только и исключительно за себя. Возможно также, что в научном смысле этого слова возможно есть что-то насчет сексуальных нарушений.

Есть и такая вариация этого понятия – пинтос, что уже относится к сильно пьющему индивидууму с синонимом алкоголик. Но все-таки пиндос через «д» несколько другое. Хотя и то и другое может совпадать. Никто не возражает! Жизнь наша богата своими разнообразными проявлениями. И каждый может выбрать себе все что он хочет: пожалуйста, хочешь пинтоса, имей пинтоса, хочешь пиндоса – тоже пожалуйста. Хозяин – барин! Только, если они вас потом запиндюрят, мне не жалуйтесь!

Шваркнуть

Операцию под названием «шваркнуть» проводили обычно в состоянии некоторого «выхода из себя», когда другие методы воздействия уже были исчерпаны, или же темперамент требовал. Операция состояла во взятии объекта – субъекта за «шкирку» или «за грудки» и сильного сотрясения последнего с возможным взаимоударением с близлежащей стенкой, желательно каменной кладки. Таким образом шваркнуть можно было кого-то в смысле ударить.

Шваркнуть можно было также что-то в смысле метнуть, бросить что-нибудь. А можно было сочетать это что-нибудь с воздействием на кого-нибудь. Например, шваркнуть сковородкой по морде любимого мужа.. Или, по крайней мере, пригрозить сделать это самое. Можно было даже перейти на самообслуживание и самому шваркнуться об что-то, к примеру об стенку или, если вам этого не хватило, то шваркнуться куда-то, например, в грязь. Как видите, выбор у вас был и все в одном слове – шваркнуть. Кого-то, что-то, по чему-то, об что-то и куда-то. Но шваркнуть.

Морда лица

Где морда, а где лицо?

Между лицом и мордой две большие смысловые разницы и не в том, что первое звучит вполне партикулярно, а второе - грубо. Лицо – это часть тела человека – обычно передняя часть головы (если она есть). Это то, что помещается на фотографии в его паспорте для его идентификации, если что или в партбилете, для уплаты взносов.

Понятие «морда» более объемное и специфическое, это уже характеристика всей его личности – это он сам, хотя в бюрократической терминологии «лицо» - это тоже синоним человека, например, «лицо кавказской национальности» - это на самом деле не лицо, а полностью персона, уроженец Кавказа.

Хотя и «лицо» является корнем слова «личность», термин «морда» больше характеризует его как личность, чем само «лицо». «Лицо» как характеристика бюрократически нейтральна, но с легким оттенком отрицательности. Зато термин «морда» полностью отрицателен и ничего положительного в нем нет. Хотя можно с оттенком приязни и чтобы в конец удивить подругу, сказать о своем супруге: «А знаешь, мой «морда» вчера получку домой принес! Всю-у-у!»

А вообще, понятие лицо и морда сугубо индивидуальные и не только в смысле принадлежности какой-либо персоне, но и в оценке окружающими. Вот вам вопрос на засыпку – как отличить морду от лица? То есть у кого морда, а у кого лицо. Какие у вас критерии: объективные или субъективные. Ведь для одного человека чье-то лицо может быть ненавистной мордой, а для другого – Б-жьим ликом. Кто прав?! Есть ли общезначимые критерии или в этом деле каждый сам по себе. Вот в стране строили социализм с «человеческим лицом», а получили как всегда – морду.

Или к примеру один бросает в лицо государственному деятелю свой потный ботинок, по-видимому считая его мордой. Но на самом деле сам он-то и есть та самая пошлая морда, которую очень даже неплохо было бы тем самым ботинком слегка, но с размаху «погладить». И кто тогда те, кто, этого «кидателя» горячие поклонники и поддерживатели. А вы на них посмотрите. Тоже те самые морды, которые просят то ли кирпича, то ли опять ботинка.

Морда лица

Термин «морда» применялся в Одессе часто, особенно в дворовых и уличных разговорах и разборках. Во всяком случае гораздо чаще, чем аналогичный термин о том же самом - «лицо». Ну, в самом деле, как вы можете сказать: «Как дам по лицу!» Вас просто неправильно поймут с вытекающими отсюда последствиями, но уже для вашего интеллигентного лица. Вот если вы, отбросив всякую интеллигентность, скажите по-простому: «Как счас дам в морду!», то все становится на свои места и всем все ясно. Поскольку в Одессе люди привыкли выражаться сочно, с фантазией и выражением, то термин «морда» приобрел свое лицо и получилось в итоге «морда лица». Это, как я думаю, историческая подоплека происхождения этого интересного идиоматического выражения.

Я думаю происхождение его скорей всего одесское. Ну, а где еще могли такое придумать?! Надо же было создать такую тавтологию, сочетание черного с белым, почти нецензурной «морды» с благонадежным «лицом», чтобы получилось новое качество. Основное применение этой «жемчужины» конечно агрессивно-наступательное.

Морда лица – это то самое место, где и находится лицо, но грубо выражаясь. Но так как у некоторых человеческих особей вместо лица там находится все-таки морда, для обобщения применяется вышеупомянутый термин. И все отлично понимали, о чем шла речь и что именно надо спасать от воздействия грубой силы.

Вообще-то слово «морда» часто применялось в одесском лексиконе в различных сочетаниях и выражениях. Например, «морда кирпича просит», «он ударил своей мордой об мой кулак». «Морда лица» и «морда кирпича просит» – понятия близкие по накалу страстей, но тем не менее разные. Две разницы в том, что первое более мирное и может применяться в любом контексте, а второе - более агрессивно с конкретной угрозой - кирпичом. Поэтому в споре вначале применяли первое выражение, а после нагревания страстей – уже второе.

Первое носило общий и возможно даже дружеский характер, например: «Что-то мне твоя морда лица знакома, мы на Привозе в рыбном ряду у тети Баси не встречались?!» Хотя, естественно, был и более агрессивный вариант: «Что-то мне твоя морда лица не нравится, а ну-ка вали отсюдова подобру поздорову!» - это в лучшем случае.

А теперь слегка пофантазируем, если не посадят. Есть вопрос! О ком из политиков вы могли бы сказать: «Вот, посмотри опять эта морда лица выступает!!» Подождите, подождите, не спешите, не все сразу! Не суетитесь, я все понимаю! Давно накипело, но вас много, а я один.

Как будем разбираться в хронологическом или алфавитном порядке? А если у некоторых двойные фамилии – для своих и для чужих, как тут быть с алфавитом?! Или для простоты возьмем только современных. А как тогда быть с засандаленным кукурузником и всех орденов и медалей-носцем?! Без них не обойдешься.

А из современных – у кого морда лица чаще всего в ящике мелькает. Ага, начинает доходить! Вот я и говорю – посадят. Опасное это дело – политика. В обычной жизни хоть и можно было схлопотать по физиономии, но что с него взять – бандит и негодяй. А вот в политике - там банды и их паханы покруче. И их морды лица явно кирпича просят! Ну, так просят, так просят, но вот телевизора жалко.

Морда кирпича просит

Слово «морда» не требует особого объяснения, его знают даже сильно и вполне интеллигентные дамы, хотя и не произносят вслух, во всяком случае часто. Ну, а почему эта самая морда просит кирпича – это уже вопрос чисто философский, причем как с физической, так и с моральной подоплекой. Само выражение хотя и грубоватое, ну, ладно, грубое, но стилистически совершенное. Попробуйте, например, заменить грубую «морду» на вполне интеллигентное «лицо». У вас получится несуразица «Лицо кирпича просит». Я вас уверяю, вас просто никто в Одессе не поймет. Какое лицо, какой национальности, за что и почем просит. Вот «Морда кирпича просит» совершенно ясно и понятно во всех отношениях.

Физически это означало, что у данного товарища было широкоплечее или широкобедренное, если хотите, лицо, в которое хорошо бы вписался кирпич. Для малого и узкого лица такое определение в физическом смысле не подходило, для обыкновенного кирпича там мало места. Особенно, если с длинным носом – кирпичу там вообще некуда было деться. Но этот недостаток легко компенсировался моральным смыслом в смысле дать кирпичом по физиономии, которая в данном случае становилась мордой.

Да, не представляйте вы себе этих ужасов – разбитую кирпичом морду, сопли, слюни, кровь! Брр! Все это было более на словесном уровне, да и где был тот кирпич, обычно под рукой его не было – не носить же его с собой в сумке на всякий случай - тяжело и грязно, а бежать за ним куда-то на ближайшую стройку - тоже далеко, пока добежишь туда-сюда, зло пройдет. Тут надо, чтобы или - сразу, или - никогда. Да и что потом с этим кирпичом делать, особенно, если хозяин стройки догонит. Что и ему тоже кирпичом по морде!? А ему за что? Чтобы уже заодно, чтоб не бегал так быстро и пока душа горит и действия просит. Или дико извиниться и сказать, я сейчас его назад принесу, только одному поцу по морде дам! Абсурд - как туда, так и обратно!

В связи с вышеизложенной логикой или ее отсутствием выражение «Морда кирпича просит» чисто риторическое, для придания разговору специального оттенка и как аргумент в споре, торговле или же для окончания таковых, когда все или почти все аргументы уже исчерпаны. И, хочешь - не хочешь, надо переходить на личности. Вот тогда и задавался этот коронный вопрос: «Что, морда кирпича просит?!»

Вот вы несомненно умный человек! Вы, кстати, можете меня спросить – откуда я все это знаю. Что вы думаете - я вам отвечу: «Я знаю и все!» И не разубеждайте меня в обратном, я вам не поверю! Так вот, придумайте ответ на этот важный жизненный одесский вопрос. А какие варианты у нас с вами есть?! Аналогично спросить его про его же морду?! Может быть есть надежда, что его морда сама просит кирпича и того же самого кирпича (или другого – без разницы). Но это уже будет тавтология по принципу: сам дурак. Это не интеллектуально и значит не по-одесски. Хотя, хотите подраться – почему бы и нет. Вам это надо?! Другой вариант просто повернуться и уйти – за вами потянется хвост презрения, и о вас будут говорить, что вы умственно недоразвитый или просто струсили. А это вам опять надо?! А как сохранить лицо в прямом и переносном смысле?!

Если вы остроумец и быстро мыслите, придумайте, что-нибудь юмористически-унизительное – это и будет хорошим ответом – отпором на агрессивные намерения. Кроме того, на случай физического контакта вы должны сразу же (а еще лучше заранее) прокрутить в голове соотношение весовых и общественно-дворовых категорий по принципу: «А кто ты такой?!». Если оно в вашу пользу и за его наглостью не стоит никакой физической или моральной силы, то почему бы не обидеть физически слегка или даже сильно этого наглого типа, который только что вас так обидел, так обидел!?! Ну, просто терпеть невозможно такую наглость! Но имейте в виду, что может быть он маленький, но боксер, кто его знает – предварительная информация тут не помешает. Лучше, на всякий случай все-таки словесно, если только вы не агрессивный идиот.

А теперь размышления на вольную тему. Годы с откровенными «мордой» и соответствующим ей «кирпичом» уже прошли. Давно прошли! Тогдашние навыки утрачены, остались только воспоминания. Но и они беспокоят, часто, очень часто наблюдая выступления шибко заслуженных и высоко себя поставивших особ, очень уж хочется дать кирпичом по этой ихней морде. И чем чаще морда мелькает, тем больше хочется ей кирпича. А больше всего хочет кирпича ... Вы сами догадаетесь, чья морда! (Я знал, что вы сообразите!) Но вот как всегда – хочется как лучше, а ... то кирпича под рукой нет, то телевизор с компьютером жалко – свои-то. И главное-то, сам «объект» там, по другую сторону, ничего и не почувствует, зря только экран курочить. Так и живем – они там – со своей наглой мордой, а мы здесь – с нашими кирпичами. И мы никак не можем собрать воедино их морды с нашими кирпичами. Морды отдельно - кирпичи отдельно. Вот если бы можно было дать каждой морде по кирпичу! А то и по два – для хороших людей – ничего не жалко! Но об этом можно только мечтать.

Он ударил своей мордой об мой кулак

Юмор этой фразы (если он там есть) чисто одесский, я бы даже сказал молдаванский (Молдаванка – старый район Одессы, откуда я сам родом). Больше нигде я такой фразы не слыхал, хотя и поездил по стране и по странам и вдоль, и поперек. Похожа эта фраза также на объяснение в милиции, которые часто печатали сатирические журналы. По-видимому, это выражение и появилось из объяснений в милиции: "Он ударил меня своей мордой о мой кулак". Потом оно понравилось, как истинно "одесское" и пришло в обычную жизнь.

В Одессе раньше, а может быть даже и теперь-сейчас, можно было сказать: "Хочешь, я ударю твоей мордой о мой кулак", что, как вы понимаете, было ритуальным "джентльменским" приглашением к драке. А дальше уже все зависело от вашей решимости, взаимных размеров морды и кулака, а также кто за кого "мазу тянул" (мог заступиться).

В реальной одесской послевоенной жизни "дворовые" ребята так хвастались друг перед другом своими "уличными" спортивными достижениями. Это было как бы одесским аналогом другой схожей по смыслу, но тривиальной, не для Одессы, фразой: "А я ему как дал в морду". было неинтересно и для младшего садико-школьного возраста. А вот более витиевато и по-одесски было: "Он ударил своей мордой об мой кулак". Это было самое то для "настоящих пацанов".

Но вот пролетели годы, а за ними и десятилетия. Один век сменил другой и тоже устремился вперед. Время не остановишь. Далеко позади юность, да и зрелость тоже уже позади, вот и старость тоже вот-вот скоро пройдет. Кто знает - сколько той жизни осталось?!

Фраза, тем не менее, за эти годы не забылась, но постепенно перешла из физической в моральную область бытия и сознания, также как и кулачные сражения также постепенно перешли в различные споры, научные, литературные, политические дискуссии, в которых довольно часто, но иногда, очень уж хочется, согласно "доброй" одесской традиции, чтобы оппонент "ударил своей мордой об мой кулак".

Также, наблюдая по вездесущему и вездекакающему телевидению выступления явно коррумпированных политиков, продажных корреспондентов, предвзятых комментаторов, появляется это же скромное желание, чтобы "они ударили своей мордой об мой кулак". Хотя лично я не кровожадный, можно и не об мой, а об чей-нибудь другой, но только чтобы большой и увесистый. Причем ударили именно в физическом, а не моральном смысле. Ну, вот иногда прямо душа горит.

С удовольствием и глубоким уважением вспоминаю, как Андрей Дмитриевич Сахаров дал по физиономии паршивому корреспондентику, который ранее, в "те" годы гнусно оболгал его и его жену Елену Бонэр. Пример для подражания. Вот, если бы всем подлецам так! Их мордой об наши кулаки.

Правда - что толку, там сейчас их полчища, как тараканов, развелись, один другого хужее, без всяких моральных понятий. Так что старая одесская гвардия никогда не уходит в запас. Если что, где и кому – сразу зовите.

Бить или не бить!

В произведении гениального, ... нет не классика марксизма-ленинизма ..., а Вильяма Шекспира, «Гамлет, Принц Датский» прозвучала впоследствии знаменитая философская фраза: «Быть или не быть!» В Одессе вся философия была приземлена и приспособлена к «тяготам быстротекущей жизни». Поэтому там то же само звучало более прозаично и без высокой философии, но зато злободневно, как например: «Бить или не бить!», «Пить или не пить!», «Куплять или не куплять!», «Брать или не брать!», «Выходить или не выходить!», «Любить или ненавидеть!». А страсти там были под стать шекспировским. А так как об альтернативе «Жить или не жить!» никто всерьез и не задумывался, поскольку в этой альтернативе собственно альтернативы в принципе-то не было – «А куда ты денешься!», то люди жили и выбирали из того, что было и что жизнь им оставляла на выбор: хочешь - бери буханку черного хлеба за 17 копеек, хочешь – не бери! (А чем потом семью кормить – отметим в скобках).

Вообще вопрос «бить или не бить» в Одессе большей частью решался положительно, проблема была - чем бить и когда бить, например, в подходящий момент подстеречь и ... кирпичем из-за угла. Таким образом вопрос «бить или не бить» становился бытовой реальностью, приобретая практические очертания. Поэтому после прохождения ключевого поворотного момента от «не бить» к «бить» оставалось решить только мелкие практические задачи типа: если бить – то первым или подождать пока тебя ударят, чтобы потом сказать, что это была самозащита – он же первый ударил и моральное преимущество было на вашей стороне. Потом куда бить – тоже не простой вопрос: «в дыхало», «по мозгам», «в морду», «по печени», «по я…цам». И что там еще осталось в запасе? И важный вопрос - чем бить – своими кулаками или подобрать кирпич или железяку? Вот, оказывается какая сложная штука жизнь! А вы тут со своим простым «быть или не быть»!

Если подойти к вопросу философски с использование вдолбанных нам знаний, то там тоже громко и очень жизненно звучало «Битие определяет сознание!» Я думаю, марксизм-ленинизм легко простит нам замену всего одной буквы в ихней цитате. И шоб они так жили, как они подтасовывали целые эпохи, не говоря уже о таких мелочах, как история своей родной страны. Вот для кого совершенно легко и однозначно можно решить вопрос «бить или не бить»!

Пасть порву

Некоторые из читателей, зрителей и слушателей думают, что выражение "Пасть порву, моргалы выколю!" пошло от артиста Леонова в фильме "Джентльмены удачи". Однако, лично я слышал его в Одессе лет за тридцать до этого фильма и еще думаю, что я не первопроходец. Причем имело оно не только моральный, но и вполне определенный физический смысл.

Но не буду шокировать прекрасных дамов этих неприятных подробностей. Конечно эта фраза из криминального – воровского жаргона, но в Одессе она применялась "пацанами" и даже "пацанками" повсеместно. А как же - романтика и крутизна, хотя слово "крутой" тогда еще не родилось в его сегодняшнем смысле. Оно появилось гораздо позже. В те годы его в некотором смысле приблизительным одесским аналогом было слово "приблатненный".

Признаками тогдашней "крутизны" была фикса, особая манера поведения, воровской жаргон и наличие того или иного холодного оружия: от бритвы до финки с наборной рукояткой. Большая часть из этой части молодого поколения потом попала в места не столь отдаленные, как неприятные. Хотел написать "к сожалению", но как-то не вяжется со смыслом, не "лезет в строку".

Угроза "пасть порву" в те послевоенные годы звучала вполне реально. После ее произнесения противной стороне надо было принимать меры, коих был неширокий диапазон. Дело в том, что в те времена существовали теперь так называемые "организованные преступные группировки", а попросту банды подростков, часто включающие и взрослых, обычно из уголовников, которые своих членов в обиду не давали – на то она и банда. Так уголовники готовили себе достойную смену.

В Одессе это еще называлось "мазу тянуть". У кого "маза" круче, тот и прав. Поэтому прежде чем давать ответ и тем более отпор, надо было выяснить жизненно важный вопрос – кто стоит за этим рвателем пастей. Для этого можно было произнести фразу типа: "Может ты и Кольке-косому тоже пасть порвешь". Тут ясное дело, что речь идет об "авторитете". На это следовал дальнейший обмен верительными грамотами, что-то типа: "Твоему Кольке-косому мой Жора-притыренный глаз на ж...пу натянет".

Тут были многочисленные одесские варианты различной степени свирепости, фантазии и оскорбительности, которые вы можете сами додумать, но, пожалуйста, в устном, а не в письменном виде и лучше не в слух, а про себя (а не про меня).

Те годы вообще отличались своеобразием. Если вы шли в школу, то неплохо было бы носить в портфеле камни на всякий случай, "для самообороны". Это оружие пролетариата не всегда на улице можно было найти. А до ближайшей "развалки" (разрушенного войной дома) еще надо было добежать. Как раз когда надо – их нету, а так боезапас с собой. Открыл портфель и пуляй. Бывало, если ожидалось что-то серьезное, в портфель и учебники с тетрадями не помещались.

Полиэтиленовых кульков тогда не было и конечно тетради и учебники становились от этого "немного" не совсем чистыми. Я уже не говорю про завернутые с собой бутерброды. Ну, не будешь же каждый камень заворачивать в бумагу. А где взять ту бумагу и где потом взять время на разворачивание? Послевоенная Одесса – это и есть "развалки", дефициты, дикие очереди, безногие инвалиды на платформах на колесиках, жизнь впроголодь, взрослая, подростковая и детская преступность. Пасть порву.

Дать по кумполу

Кто не знает – «кумпол» это такая часть тела человека , которая находится у него наверху туловища, а чтобы вы долго не искали и не мучались, то «кумпол» это и есть сама голова. Так что голова и «кумпол» как бы синонимы, во всяком случае в Одессе. Возможно слово «кумпол» произошло от слова «купол», неправильно кем-то произнесенному, что в той же Одессе часто случалось, с иностранным акцентом или же неправильно кем-то понятым из-за этого самого произношения.

Однако это не полные синонимы. «Дать по кумполу» в Одессе это не то же самое, что ударить по голове, хотя и в том и в другом случае может быть одинаково больно. У этих двух выражений даже произношение, интонации и выражение не те. Ну разве можно сравнить две фразы. Одна, как бы интеллигентная и по-русски верная: «Уйди, а то ударю по голове!» Ни тебе экспрессии, ни тебе романтики, ни накала чувств. Так что не ждите, что вам кто-то поверит. Сразу же сами окажетесь в побитых.

Ударить по голове звучало очень прозаично и не по-одесски, обыденно и явно не убедительно. Ведь задумайтесь, для чего-то вы же произносили эту фразу, рассчитывая на определенный эффект, который в данном случае не достигался. Вот при защите, уже сдаваясь, можно было сказать: «Не бей меня по голове!» или покороче: «Только не по голове!» естественно имея в виду, что у меня там есть очень ценные мысли и они могут исчезнуть, от чего все прогрессивное и непрогрессивное человечество может сильно пострадать. Мол не о себе забочусь, о людях.

Совсем другое дело чисто одесское: «Отвали, а то дам по кумполу!» Все сразу же становится ясно и понятно. Мысль точно донесена до «кумпола» субъекта мышления. И, как правило, им понята, особенно, если произнесена убедительно и достаточно агрессивно. Можно ее сопроводить также угрожающими действиями. Хорошо еще, если все это подкреплено соответствующими сравнительными физическими данными. Чтобы не получилось, что моська лает на слона. Хотя, как у самого дедушки Крылова, моська может быть шибко приблатненной и наглой.

Разниц между «дать по кумполу» и «ударить по голове» не одна и даже не две. Во-первых, глубинно-философская: то что у них «кумпол», у вас «голова». Голова – своя, кумпол – чужой. Не будешь же в самом деле называть свою голову «кумполом». Можно дать ему «по кумполу», но вот если он вас ударил, то уже по голове. Никакой глубоко интеллигентный человек в Одессе не скажет: «Не бей меня по кумполу». У каждого своя голова, тогда как у других то же самое – кумпол.

Теперь опять во-первых – «кумпол» - понятие агрессивное, оно сразу же требует глагола действия – чтобы «дать по кумполу», не отходя от кассы. Эта фраза звучит слитно, динамично и законченно. Тогда как «голова» гуманитарное понятие, но не в смысле гуманитарной психиатрической помощи, а в смысле «хюман» – общечеловеческом.

Выражение «Дам по кумполу» говорило о физическом, моральном или общественно-дворово-уличном превосходстве противника. Хотя, конечно, могли быть и варианты, связанные с блефом - понтом, что в Одессе было широко распространено. Ну, та самая моська, которая лает уже на бегемота, победив слона.

Фраза «Дать по кумполу» первоначально имело чисто физический, ударный смысл, для чего и была изобретена. Однако, прошли времена и настали моменты, когда можно было это выражение применить в переносном, моральном смысле. Типа, так уесть оппонента вербально, чтобы он потом долго чухал свою потылицу. Ввести его в состояние «грогги», как в боксе – нокаут.

Если вы, как бы нечаянно, услышите на улице или в трамвае обмен мнениями типа: «Я ей так дала по кумполу, что она потом долго очухаться не могла», то не думайте, пожалуйста, что рассказчик обязательно приложил свою длань к чужой голове. Вполне возможно, она сделала это с использованием одесского лексикона и знания каких-то особых «совершенно секретных» подробностей жизни «потерпевшей».

Наиболее широкое распространение фраза получила в качестве угрозы: «Ша, а то дам по кумполу!» Дальше можно было вступить в переговоры, отстаивая честь и достоинство, а можно было просто промолчать, имея в виду – ну что с ним, ненормальным дураком связываться.

В более поздние времена в повседневный обиход вошло другое аналогичное выражение «Дать по почкам», но оно уже более обыденное, деловое и мало связано с Одессой и романтикой. Сравните: «Дать по кумполу» и «Дать по почкам». Две большие разницы.

А вообще, размышляя в общем, так нам всю жизнь «давали по кумполу» сверху. Сверху оно ведь сподручней, тем более, что они-то и были владельцами наших умов, то есть голов, которые тогда-то и были кумполами для битья и обработки. Вы уже поняли о чем я. И в конечном итоге после того как мы многое черное принимали за белое, а красное было небом в рваную клеточку, что-то вроде бы изменилось и мы теперь наконец-то бывшее черное стали принимать за белое. И все пошло опять своим чередом и опять жизнь бьет ключом и все по кумполу.

Юшку пустить!?

В добрые старые послевоенные времена пацаны часто дрались. Это был метод установления своего авторитета или даже личности. Драться приходилось, хочешь – не хочешь, обстановка вынуждала. Морально и физически слабые дети не имели авторитета ни в какие времена. Способность постоять за себя и друзей, ответить ударом на удар было необходимым качеством настоящего одесского пацана.

Юшкой в одесском простонародье величали кровь, обычно из носа. Кровь, например, из разбитой губы юшкой почему-то не считалась. Надо было, чтоб только из носа. Из носа кровь называлась «юшку пустить», а из губы было просто «разбитая губа» - на ступеньку ниже в классификации уличных достижений.

Обычно пацаны в Одессе дрались «до первой крови». Дальше их просто разнимали – цель драки: «юшку пустить» была достигнута, или они сами уставали и расходились с взаимными угрозами и обещаниями «еще дать», но в следующий раз. Пустить юшку и значило добиться победы. Потом можно было с пафосом сказать: «Я ему юшку пустил!» Если в результате столкновения юшка была у обоих высоких договаривающихся сторон, то чистая победа не присуждалась, а определялась «по очкам» - по большей степени наглости как бы победителя, заявлявшего, что это «он ему дал», а не наоборот. В таких случаях иногда требовалось «добавить». Для этого задавался простой и логичный вопрос: «Еще хочешь?!» и если объект «хотел еще», то добавляли. Мы – что, нам – не жалко!

А сама фраза с вопросом «Юшку пустить?!» звучала приглашением к разборке. Если вы сильно настаиваете, то вам прямо сейчас «дадут в морду». По-видимому ваши устаревшие мансы или дипломатические переговоры уже всем надоели или зашли в тупик и не осталось никаких других методов вас удалить, кроме физического, о чем вас и вопрошали: «Юшку пустить?!» Такой прием предназначался для особо настырных, а таких в Одессе было много: «Юшку пустить или сам своими ногами подобру-поздорову уйдешь?!»

Кстати, вопрос был всегда чисто мужской и к женщинам он не применялся никаким концом. В Одессе такого рода сексуальные отношения между полами категорически запрещались под угрозой лишения одесского гражданства или, в крайнем случае, сильного побития. Так что и не думайте! Вот, если женщина с женщиной, то тут уже все «по закону». Но там цель была совсем другой – «патлы повыдирать».

Я думаю эта фраза «Юшку пустить?!» вполне имеет право и на теперешнее существование и не зависимо от возраста. Если вам кто-то крупно надоел хуже «горькой редьки» своими жалобами или мансами и уже «сидит в печенках», сошлитесь на меня и как бы между прочим спросите его с небольшим и таким тонким намеком: «Юшку пустить!?» Если не поймет, дайте ему это почитать. И вообще – пустить или не пустить юшку – вот вопрос!

Кровь из носу!

Вообще-то, грамотно по-русски будет «кровь из носа», но в Одессе грамотно было «из носу» потому что так звучало лучше и так все говорили. А народ всегда прав! Особенно, когда он не един с партией. «Кровь из носу» – это выражение по вертикали, его обычно произносил вышестоящий, например, начальник своему подчиненному, требовавший выполнения его указания во что бы то ни стало – кровь из носу. Но вот весь вопрос – чей это будет нос?! Тут и думать над ответом не надо – совершенно очевидного, что имелся в виду нос подчиненного, но ни в коем случае не начальника.

Хотя у того начальника был свой начальник. А поэтому «кровь из носу» шла по начальственной вертикали только вниз, согласно закону силы тяжести и философии: ты начальник – я дурак, я начальник – ты дурак. Так мы выполняли соц. обязательство «кровь из носу», нашего носа, указания вышестоящих партийных органов в смысле – попробуй не выполнить – пойдет кровь из носа, а то и хуже. Расшибись в лепешку, кровь из носу, но чтоб мне это самое было и в срок. Планы партии – планы народа! Кровь из носу!

С феней по Одессе

Воровской жаргон – феня

Кто изобрел этот специфический воровской язык – феню, я не знаю. Применялся он для того, чтобы окружающие не поняли о чем речь. Знали его весьма ограниченное количество народа. Но среди молодежи было принято бравировать своими знаниями фени, употребляя некоторые слова к месту и не к месту. Большей частью второе, так как не все понимали действительный смысл произносимого. Настоящую воровскую феню редко услышишь. Я по крайней мере все детство и юность прожил в центре Молдаванки и всего пару раз удостоился такой чести. А в основном это были какие-то фрагменты для произведения впечатления и в основном на молодых и прекрасных дамов, своей «крутизной», хотя такого слова тогда не было, его заменяло слово «приблатненный».

А «блатными» в те времена звали не студентов, поступивших в институт по блату, а настоящих преступников, для которых это уже было специальностью и образом жизни. Высшей иерархией были «воры в законе», но я за свою жизнь в Одессе так ни одного и не встретил. Повезло. Хотя на лбу это ни у кого не написано, но тем не менее мелкой шушеры всегда хватало.

Поскольку это было «модно», то многие перенимали как саму феню, так и соответствующую манеру поведения, «под блатного». В те времена понятия «блат» и «блатной были разделены. Первое, как и сейчас применялось к людям, получившим что-то по знакомству, «по блату», а второе - «блатной» тогда относилось к воровскому сообществу. Сейчас же, в современности, эти понятия «блат» и «блатной» слились и «блатной» уже значит, прошедший по блату. Теперь следует восклицание: «О времена, о нравы!

В общегражданском употреблении блатной язык – феня уже сглаживался и облагораживался и не имел такой криминальной силы, как в самом воровском сообществе. Это было уже просто разговорные словечки, вставленные в текст разговора для красоты и остроты. Их прямой первоначальный смысл или подразумевался или вообще терялся. Пустые слова – как много мы их произносим. Да, да, и пишем тоже. Словоблудие.

Если взять даже заглавия настоящего раздела, то уже можно составить целый лексикон или даже отдельный рассказ на фене по теме: «Раз пошли на дело ...» Недавно обнаружил в интернете Словарь воровского жаргона. Для желающих сообщаю его сайт - http://0.viv.ru/cont/jargon/5.html. Правда много чего я там не нашел, да и содержание разделов и терминов не всегда устраивало. Всю Одессу устраивало, а меня – не устраивало. Но, у каждого своя Одесса.

И еще современное наблюдение - куда тогдашним «ворам в законе» до теперешних законных воров. Теперешние миллиардами ворочают, что тогдашним и присниться не могло. Масштабы, организация, сферы деятельности, доходы, связи с властью, размеры откупного, взятки, выкуп, плата за крышу совершенно не те. Порядок цифр в десятки и сотни раз выше. Те перед этими – малые дети.

Шпана

Шпаной или даже лучше мелкой шпаной обычно называли мелких уголовников, воров, хулиганов, дворовые подростковые банды, не доросших еще до настоящего уголовного мира. У них, конечно, все еще было впереди, но пока они были мелкой шпаной, на голову-две ниже организованной преступности. Чтобы до нее дорасти обычно было необходимо пройти «тюремные университеты». Вот уже после выхода из тюрьмы они и становились отпетыми уголовниками, принятыми в воровскую преступную среду.

Шпана было презрительной кличкой, как со стороны гражданского населения, так и со стороны «воров в законе». Для последних шпана была, естественно, питательной средой, но, тем не менее, не способной на «настоящие дела» и стоящей слишком низко на иерархической лестнице, чтобы на нее вообще обращать внимание. Ноль внимания – фунт презрения. Если шпана лезла не в свои воровские дела, их жестоко избивали. Установить свой «воровской» авторитет из шпаны было очень не просто. Нужны были «подвиги», которые обычно и заканчивались тюрьмой. Главное в организованной преступности, как ни странно, это эта самая жесткая организация.

Шпана – это понятие уголовно-гражданское. Причем и там и там легко применимое. Как в уголовной среде, так и среди гражданского населения шпана, это уже не один человек, а группа из нескольких отчаянных подростков. Настоящие уголовники, «воры в законе» – это серьезно, это не мелкий воришка, это организация с главарем, структурой, целью, взаимосвязью. Там, у них установлены свои порядки, властная вертикаль и даже свой язык общения друг с другом – феня. Это основной, уголовно-воровской смысл термина «воров в законе». «Закон» у них, естественно, свой, воровской, не тот, который в уголовном кодексе, а наоборот, хотя есть и совпадения.

В общечеловеческом понимании «шпана» понятие несколько смягченного смысла и под шпаной обычное население понимает хулиганящих подростков, что-то мелкое и неприятное, что, однако, тоже не подарок. С настоящей преступностью все это может не иметь ничего общего. Из дворовых хулиганов вполне может вырасти настоящие уголовники, почва для этого хорошо подготовлена, но это бывает не часто. Подростки перерастают свой буйный возраст, положительно (и отрицательно) влияет школа, родители, окружение, в конце концов милиция также трудится над выполнением и перевыполнением планов и социалистических обязательств по окончательному искоренению.

В послевоенные годы в Одессе преступность была повсеместной, однако, настоящих уголовников, а не так называемой шпаны было не так уж и много, как думается или как хотелось бы или не хотелось бы. Это были самые отчаянные. И в те времена их быстро вылавливали. Однако и тем не менее, в Одессе всегда были богатые воровские традиции. Культурные, разговорные, песенные. Как-то это было «модно», особенно среди молодежи. В «Одесских рассказах» И.Бабелем увековечены похождения легендарного бандита и затем по совместительству командира Красной Армии Бени Крика. Хотя, кто знает, в чем между ними разница или две, пусть напишет на эту тему трактат.

Термин «шпана» ко всем своим прелестям имел еще и политический смысл. Видимо по аналогии с этими двумя схожими областями человеческой деятельности: бандитизм и политика. Так у нас всегда была партийная шпана – мелкие прихлебатели при больших боссах, всегда готовые на любое вранье и подлость. Я имею в виду обе эти категории. Партийная организация и дисциплина очень похожа на то же самое в воровском сообществе при некоторых не всегда значительных по сути, оттенках в цвете, методах. А главные принципы были те же, как у обычной стаи: беспрекословное подчинение, преданность лично «пахану», система поощрения и наказания, специфический «профессиональный» язык, разделение на своих-чужих, беспринципность под видом принципиальности, безжалостность и к своим и к чужим, оголтелая пропаганда -«наши» всегда правы, даже, если и не правы, внутренние разборки и звериная борьба за власть. Вы поняли о чем я. О тех ли о других? Чем вам они обе не шпана?!

Кореш

Кореш, очень хорошее дружеское, теплое слово. Кореш это «друг, товарищ и брат». Когда представляют человека и говорят: «Это мой кореш!», то это означает одну из высших степеней доверия. А кому еще довериться, если не корешу. Обычно «кореш» означает долголетнюю дружбу, люди вместе выросли, имели общие интересы, поддерживали друг друга и им есть что вспомнить. Хотя можно «покорешиться» и в более зрелом возрасте, но в любом случае «кореш» означает крепкую мужскую дружбу и надежного, проверенного человека.

И никакой характеристики с места работы или от партийной организации уже не требуется. Пожалуй, кореш это даже больше чем друг. Это долголетний друг, возможно с детства. О нем все знаешь и он о тебе тоже все знает. И плохое, и хорошее. Не о всех друзьях можно сказать - он мой кореш, но о всех корешах – он мой друг. Ну, а простой приятеля здесь и рядом не стояло.

Не смотря на близость к неофициальной терминологии, термин «кореш» больше применялся в обычной гражданской жизни, чем в воровских компаниях, хотя и там оно было широко распространено. В воровском жаргоне слово «кореш» более принимало значения «соучастник», а не друг детства или давний знакомый. Там кореша совместно шли на «дело» или на этом «деле» и становились корешами.

В некоторых словарях как синоним слова «кореш» приводят «приятель», с чем я не согласен, в Одессе это было гораздо больше чем простой приятель. Приятель – сегодня есть, завтра нет, а кореш – это надолго, на года и гораздо ближе.

Пацан

В Одессе почетное звание «пацан» еще надо было заработать тяжким трудом в сфере человеческих уличных отношений. Так называли «настоящих» мужчин юношеского возраста. Сказать о ком-то «он настоящий пацан» значило многое, это была одна из высших похвал, тем более, если она произносилась в присутствии самого восхваляемого. И это было правдой, потому что среди пацанов лесть преследовалась жестоко. За это можно было легко схлопотать по «кумполу». Все должно было быть «по-пацански». «Пацан» – это звучало гордо. Если он «пацан», он не подведет, на него можно положиться.

Но вот прошли годы и выветрилась уличная романтика и теперь «пацаном» просто называет мальчика. Любого мальчика. И не надо уже для этого зарабатывать себе авторитет своим скорбным трудом. Хотя в верхних кругах и эшелонах российской власти сейчас в чести «уличная» терминология. Они тоже разбираются по «пацански» и по понятиям.

Западло

Это довольно сложное для простого объяснения слово из уголовного жаргона. Одним словом его на обычный язык не перевести. Да еще есть и зависимость от конкретного контекста, где оно помещено. Корень у этого слова – падла или падло, что не означает ничего нецензурного, а просто - падаль, то есть, в применении к народонаселению – плохой, не наш человек, редиска. С помощью этого корня «падло» с приставкой «за» обозначающей выхождение за грани, образовано наречие – «западло». Вот вам и вся грамматика.

А теперь семантика. Прямой смысл слова «западло» что-то вроде недостойно, унизительно. Но оно более того, имело смысл вызова или запрета действий, типа: «Ну-ка, попробуй!». Это обычные гражданские значения. В уголовной среде это означало грубое нарушение устава караульно-воровской службы, подлежащее наказанию вплоть до ... А в ихнем списке наказаний больше почти ничего и не было. Но у них свои законы, у нас свои. И в одесском светском обществе ребята спокойно употребляли это слово, не опасаясь и не подразумевая таких страстей. Я вас умоляю!

Например, ребята могли сказать один другому: «А западло спрыгнуть с этого моста!» в смысле, что спорим, что не сможешь, забоишься. Тот, который другой и тоже умный, принимал брошенную перчатку и шел и спрыгивал. Получалось, что ему совсем не западло. Он смог и доказал это. Честь ему и хвала. Ну, там такие мелочи, как переломанные руки-ноги уже не считались и к нашему изложению никакого отношения не имеют. Главное, что тот сказал: «Западло!», а этот показал, что ему не западло. И победил! Та же ситуация могла быть в уличных разборках перед дракой: «А ну, западло ударить!?» Это как бы звучал вызов – осмелишься ли: «А ну попробуй только!» Дальше ситуация уже разрешалась по вашему выбору: или туда или обратно. Хотя если обратно, то вас могли догнать и еще дать. Запросто.

Западло было как бы (хотел по привычке сказать ленинским) заветом или запретом, определенной гранью, на которой требовалось остановиться и подумать: «А что же дальше? Как дальше жить?! Бить или не бить!?» Вот вопрос! Почти как у Шекспира. Я даже думаю эту его знаменитую фразу: “To be or not to be!?” для одесского театра перевели бы как «Западло!?» И ее в роли Гамлета очень талантливо бы произнес известный одесский артист Михаил Водяной, добрая ему память. Вы слегка нахмурив брови можете мне укоризненно сказать: «Ну, вот, куда же вы залезли!» А что, западло!

Хули?!

Если кто стесняется этого слова, сразу скажу, что ничего в нем «ругательного» нет и с широко известным почти однокоренным термином оно не имеет ничего общего. То отдельно, «хули» отдельно. Хотя, нужно это признать, звучит оно несколько непритязательно. Это простое вопросительное слово, которое обычно ставилось в начале предложения и имело смысл вопроса: почему, что, что такое, ты чего, как так. «Хули ты тут расшумелся?! Мотай отседова, пока по кумполу не схлопотал!»

Еще оно подчеркивало несколько агрессивный характер вопроса, некоторый нервный надрыв и возмущение. И все. Но применялось оно в Одессе конечно не на балах и торжественных собраниях, но и не только в приблатненной лексике, а в обычной повседневке среди рядового и в большей части беспартийного народонаселения. Например, «Хули твоя жена моей сказала, что вы комод купили, а обмывать не зовешь?!» Хотя и на светском рауте вполне можно было сказать друг другу: «Хули ты так вырядился, как на свадьбу или на похороны?!»

Можно было применить этот термин и в повествовательном предложении, при разговоре о третьем лице, но возмущение, тем не менее присутствовало: «Хули он там телится! Сколько можно ждать!» Была также безобидная присказка: «Хули пули, когда снаряды не берут», что равносильно выражению: «Ничего, прорвемся! Будь спок!» и звучала она оптимистично и подбадривающе.

Возможно корень слова «хули» в слове «хулить» - ругать. Что-то общее между ними чувствуется, если хорошо принюхаться. Во всяком случае хулить – ругать кого-то как раз можно начиная со слова «хули»: «Хули ты мне вчера лапшу на уши навешал?!» Хотя хуление вообще-то более занятие женское, но они в Одессе редко применяли термин «хули», это более подходило мужчинам и в мужском кругу, хотя не исключалось его применение в семейном общении при выяснении отношений, обстоятельств и «правды». Но это уже был более низкий или более возбужденный уровень внутрисемейных взаимоотношений.

А вообще в мире очень много странного и непонятного и всегда возникает много вопросов без ответов. И очень часто хочется откровенно и от души по-простому спросить: «Хули ты тут ...?!», дальше рука не поднимается написать, хотя и язык поворачивается сказать, но «про себя».

В авторитете

Прямое значение слова «авторитет» всем хорошо известно, это человек, пользующийся уважением среди некоторой группы людей – обычно своего окружения. Потому что, если не окружают, то чего тогда уважать - они его просто не знают. И самое главное здесь, что это за окружение, его качество и количество. А окружение может быть разным: соученики, сотрудники, соседи или соучастники и даже уголовники. И в авторитете также можно быть по-разному.

Можно завоевать авторитет у коллег своей хорошей, результативной работой, творческим, разумным подходом к ее выполнению, нормальными отношениями с людьми – это обычное, общегражданское значение понятия «авторитет».

Но можно было быть в авторитете у уличной шпаны своей отчаянностью, жестокостью, непримиримостью. И, естественно, в разных кругах были необходимы разные качества для завоевания авторитета. Но насколько существенна эта разница? Может, например, авторитет в одной сфере стать авторитетом в другой? Может, но не обязательно, а возможно и наоборот: там авторитет, а здесь - мелкая сошка.

И вот сравним для примера две, казалось бы несопоставимые и противоположные, ипостаси бытия человека – преступную среду и партийный бомонд. Вы мне сразу же скажите: «Ах, ну что вы, так же нельзя, это же совсем разные вещи!» Попробуем, тем не менее. Скажите, какая разница между воровским паханом и секретарем партбюро?! Слышу опять ваш возглас: «Ну, что вы, ничего подобного! Там же авторитетный партийный работник, приличный человек, а здесь – отребье, вор, авторитет «в законе»! Ничего общего! И не говорите! И слушать вас не хочу!»

Ну, не хотите и не надо. Тогда не слушайте, а просто читайте! При этом отметим, как бы на полях, что воровской авторитет шел снизу, его, пусть и в делах неправедных, но завоевывали, зарабатывали своим горбом, своим характером, отчаянностью, своей кровью и своей свободой, наконец. Партийного секретаря «рекомендовали» сверху и после этого он «избирался», обычно 100% «за» в присутствии вышестоящих представителей. А попробуй «против»! Для того чтобы стать авторитетом в законе надо было им реально быть, для того чтобы стать секретарем партбюро достаточно было желания вышестоящего партийного пахана. Так, скажите мне, кто из них авторитетней?!

Но в итоге и тот и другой имели неограниченную власть над своим окружением. Но к этой власти шли разными путями и с разных направлений. А теперь вы мне, может быть. ответите на вопрос – кто больше людей искалечил и уничтожил – партия или бандиты? Несоизмеримо! И в чью пользу вы знаете. Партийные бандиты нанесли народу несоизмеримо больше вреда, чем обычные преступники. А кто больше вреда стране принес партийное или воровское сообщество?! Опять несоизмеримо. И опять в "пользу" партии. Партия и бандиты – близнецы, братья. Не случайно после перестройки многочисленные партийные, комсомольские и правоохранительные чиновники заняли почетные и весьма прибыльные места в преступных бизнесах. Партия была организована по принципу воровского сообщества. А все ее руководители - вожди были законными авторитетами - авторитетами в законе. И как только система развалилась, то все они оказались или «голыми королями» в лучшем случае, а обычно - просто крупными уголовниками. И сейчас, разве в России разберешь-поймешь, где партии, а где бандиты. Даже возникло интересное словосочетание, к сожалению придуманное не в Одессе: "партия жуликов и воров", руководящая Россией.

Гуливанить

Гуливанить в Одессе означало руководить, но не на производстве и не социалистическим соревнованием, а сообщниками, пацанами во дворе, на улице или в школе. Обычно в это понятие вкладывался полукриминальный смысл. Ну не то чтобы настоящая банда, там для этого был пахан, а так более низкого уровня дворовые ребята – пацаны. Но с возможной перспективой превращения в настоящую шайку или даже банду. Вот среди такой группы пацанов кто-то из них и гуливанил. Такая должность – гуливана может быть заслуженной, построенных на личных способностях, а может и не заслуженной - чисто на пустых амбициях, гоноре. У некоторых бывает просто страсть, зуд поруководить, покомандовать, погуливанить, а у некоторых есть вдобавок и способности к этому.

Вообще такого слова или должности как «гуливан» не существовало. Глагол «гуливанить» был, а вот существительное от него как-то не образовалось и не применялось в широких одесских общественных дворовых кругах. Можно было спросить, например: «Ну, чего ты там гуливанишь, ты кто такой?!» или еще пример: «Кто у вас во дворе гуливанит?» В то время как такая фраза как: «Кто у вас гудиван?» как-то не звучала. Хотя неформальный главать во дворе был и он как раз и гуливанил, но имя-должности «гуливана» не носил, это слово в Одессе по частям речи не склонялось. Гуливанить можно, пожалуйста, но вот «почетное» звание «гуливана» не присваивалось. Прямо обидно! А вообще «гуливанить» больше применялось в устной речи что-то типа: «Ты мне здесь не гуливань, тут уже есть кому гуливанить! Ты сам лично, кто здесь такой, чтобы нами всеми гуливанить?!» Это можно было сказать настырному товарищу и даже жене (не дай Б-г!).

Понятия руководить и гуливанить близкие, но гуливанить имеет отрицательный оттенок (хотя я бы сказал, если мне позволят, то же самое и о «руководить»). «Гуливанить» значит не просто руководить людьми, а командовать, помыкать ими на примитивном, близком к уголовному уровне, а этими людьми являются дворовые ребята, попроще – пацаны.

«Гуливаном», все-таки применим это имя существительное, был не объязательно самый сильный пацан, но за ним должна была стоять какая-то всеми признанная моральная или физическая сила. Обычно во дворе, на улице гиливанил наиболее «крутой» - хитрый, отчаянный, жестокий пацан, часто имеющий связи с уголовной средой, по крайней мере, приблатненный. Он мог использовать «своих» пацанов для прикрытия преступлений взрослой шайки, организации «разборок» с другими группами и пр. То есть, все это очень близко стояло к уголовщине и последняя активно подпитывалась от этого источника.

Но, тем не менее, между «гуливаном» и паханом была разница. Пахан – это уже чисто уголовное понятие, а «гуливан» еще нет – одна нога - здесь, другая - там. Пахана выбирали на воровских сходках – из наиболее авторитетных и закоренелых, а «гуливан» появлялся сам со своим авторитетом. В шайке дисциплина была железной с наказаниями вплоть до... Войти туда было непросто, а выйти живым и того сложней. В дворовой группе было помягче, ее можно было покинуть, а за «прегрешения» в крайнем случае могли отлупить.

А теперь давайте немного поразмышляем о проблемах нашей жизни. Вы можете возразить – как, опять думать, сколько уже можно! Мы уже так устали думать! Везде проблемы, одни проблемы, вечные проблемы! Когда уже это кончится. Дайте пожить спокойно без ваших проблем!

Да, но куда от них деться, некуда спрятаться-то. Ты на работу, проблема идет за тобой, ты в магазин и там она сидит, ты домой, а там их уже куча. Проблема в том, что некуда деться от проблем в этом мире. Как в «том» мире - еще не знаю. Проблемы создаем мы сами – снизу и сбоку и проблемы создаются нам сверху. Так что мы с вами в замкнутом пространстве проблем. Что-то мы решаем или можем решить сами, а что-то за нас решают, хотим мы этого или нет.

«Гуливанить» это старое, я все-таки думаю, одесское понятие и сейчас легко применимо в жизни и даже политике. Что вы хотите, наши предки в Одессе были умными людьми, когда они придумывали это слово, хотя вряд ли они рассчитывали на широкое международное признание и крупные политические перспективы.

Посмотрите, кто нами всю жизнь гуливанил! Как они там сами у себя внутри осуществляли подбор кадров и кадриц. В соответствии с политикой партии и правительства по политическим и деловым качествам. Сначала и главное - по политическим. А что такое политические качества человека - для них – преданность идее, той же самой партии и того же самого правительства, готовность делать все что скажут, любую несправедливость, вплоть до массовых репрессий и убийств. Во имя партии – все можно. Вы уже уловили аналогию. Правильно, мафиозно-государственные, полу- полностью криминальные отношения – точная модель паханов и гуливанов от государства. Вы можете быть самым сукиным из сукиных сыновей, но среди них и для них вы свой, родной сукин сын, на худой конец – дочь! Можно ради них делать любые преступления, убивать, травить ядом людей в других странах. Там вы преступник, а для них Герой и Депутат и с большой буквы. А потом они будут до хрипоты кричать о двойной морали, причем, к всеобщему удивлению, не о своей, а о зарубежной.

Я также думаю, что главарей полу- и полностью криминальных режимов вполне можно называть гуливанами, если не паханами вообще. Аналогия налицо, все те же признаки воровской малины или как минимум дворовых отношений и разборок. Авторитаризм вплоть до диктата, культ своей личности, почти всегда надутый, и уголовные методы воздействия. Криминальное беззаконие, жестокость убийц, бандитская наглость, постоянные разборки со смертельными исходами. Руководство страной по принципам воровской шайки. Хотите примеров – их у меня есть и у вас тоже их есть и много и боюсь, что у нас много одинаковых. Тут сразу же многое на ум приходит и мы все об одном и том же думу думаем. А что мы с вами можем сделать? Есть хорошая украинская пословица: «Дурак думкою багатие». Такие уж мы дураки, чтобы нами всю жизнь можно было гуливанить.

(окончание следует)

 

 

Напечатано в «Заметках по еврейской истории» #11 - 12(170) ноябрь  - декабрь 2013 berkovich-zametki.com/Zheitk0.php?srce=170

Адрес оригинальной публикации — berkovich-zametki.com/2013/Zametki/Nomer11 - 12/Chaban1.php

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
Регистрация для авторов
В сообществе уже 1003 автора
Войти
Регистрация
О проекте
Правила
Все авторские права на произведения
сохранены за авторами и издателями.
По вопросам: support@litbook.ru
Разработка: goldapp.ru