litbook

Поэзия


Стихотворения0

Август

 

И вечер был весел, и ночь коротка,

Спокойная, без сновидений,

За окнами влажно шуршала река,

И воздухом птицы владели.

 

Но то, что мы ночью любовью зовем,

Пытаясь подыскивать имя,

С немалым трудом вспоминается днем,

Как будто случилось с другими.

 

Еще кинокадры ползли по холсту,

Скучали, дышать было нечем...

А время бесславно текло в пустоту,

По телу пространства, туда, за черту,

Где день распадался и вечер.

                                  

1972

 

 

         Подражание классику

 

Цезарь двинул, мой Постум, свои легионы,

Продвиженье их скрытно и неотвратимо.

Днем и ночью проходят по Риму колонны,

Но ничто не колеблет спокойствия Рима.

Цезарь знает, что делает, Цезарь на страже,

Суть стратегии – кончить мгновенным ударом,

А кампания будет короткой, и даже,

Вероятно, победа достанется даром.

Положенье в провинциях, по донесеньям,

И тревожно, и смутно, но этого мало –

Был оракул: Империю ждут потрясенья,

И, по слухам, опять Иудея восстала.

Постум, в моду вошли мальчуганы-брюнеты,

И комета явилась, но тоже – все мимо,

А в провинциях мяса и сахара нету,

Но ничто не колеблет спокойствия Рима.

Постум, цензоры вновь, несомненно, в ударе,

А словесность цветет, что еще ей осталось?

Вся элита встречается вечером в баре,

Дорожает «фалернское», экая жалость.

Объявился тут Петр, христианский апостол,

Но Империя от суеверий хранима,

Ведь ты сам понимаешь, дружище мой, Постум,

Что ничто не колеблет спокойствия Рима.

 

1974

 

 

 

              ***

 

На больничной койке я лежал –  у окошка.

За окном был сарай, сад, дорожка.

Дед из Тосно, чья кровать у входа, с краю,

Кашлял глухо и шептал: «Помираю...»

Мимо окон наших девушка шла – медсестричка.

Улыбалась – и торчала косичка.

Снежной выпала зима – и какая сырая...

Сад, дорожка, снегопад, край сарая –

Все кружилось, все плыло предо мной. Вечерело.

Как я выжил? – Молод был, в этом дело.

Было мне хорошо и легко, но тревожно.

И казалось: умереть – невозможно.

Хорошо сейчас: весна на дворе, легкий ветер...

А дед тот умер дня через два – на третий...

 

1976

 

 

          ***

 

Я промолчал почти два года:

Стихи ненужными казались, а природа

Описывать сама себя вольна.

И мне казалось – умереть не рано,

Последним кадром выпорхнуть с экрана –

И все ушли – и в зале тишина.

 

И в ожиданье мига перехода

Душа болела... Так прошло два года, –

Я словно шел вдоль каменной стены...

Потом случилось расставанье с другом,

И я с внезапной дрожью и испугом

На жизнь свою взглянул со стороны.

 

В отчаянье, как будто виновато,

Я сделал шаг с тропы, что мне когда-то

Единственной казалась – в слепоте,

И ощутил, что песенка не спета...

Я увидал не свет, но проблеск света,

Не проблеск даже – искру в темноте.

 

1978

 

         

 

        ***

 

Я узнал рисунок обоев,

      лепнину на потолке...

Здравствуйте, я вернулся,

       вот счастье в моей руке:

Яблоко. Называется

       «золотой ранет»...

Боже мой, я возвратился

       через столько лет.

Какая, в сущности, разница –

       откуда, какой ценой

Оплачено возвращенье

       и какою виной

Перед теми, кто, кажется,

       не замечает меня.

Я прохожу невидимый

       среди сиянья дня

Навстречу отцу и матери –

       их уже нет теперь

Там, откуда я... Медленно

       я прикрываю дверь.

А вот и мальчик с яблоком

       из золотого огня.

Он протянул мне яблоко –

       он узнаёт меня...

 

1989

 

 

            ***

 

Где бы я ни был, в каком бы пекле,

В какой бы клетке не выл от боли,

Даже если полезу в петлю,

Не попрошу поменять судьбою

С кем-то другим и начать сначала

Или убрать меня вовсе с круга.

Как бы душа от мук ни кричала,

Не предадим мы с нею друг друга.

Пусть мне осталось совсем немного,

Главную заповедь не нарушу,

Ибо, хотя я не верю в Бога,

Я знаю, что значит – продать душу.

 

1991

 

 

            ***

 

Как ветерок по замершей квартире:

из телевизора обычная фигня

о том, что будем их мочить в сортире –

кто нас обидит, не протянет и полдня,

 

о том, что жизнь российского солдата

важней всего, и если тишина

нарушена стрельбой, то виновата

ли вся деревня, нам неважно – всем хана,

 

и пусть не взяты с гексогеном отщепенцы,

чеченский след важнее, чем иной,

они – чеченцы, или же чеченцы

стояли у бандитов за спиной.

 

Обрывки стертых фраз в тиши повисли,

и пресловутый клин, куда ни кинь...

А все уехавшие утвердятся в мысли,

что поступили правильно. Аминь.

 

2001

 

 

      ***

 

Они приходят ниоткуда,

Они уходят в никуда.

Стихи – какое это чудо,

Какое счастье и беда.

 

Они ниспосланы поэту,

Как наказание и дар...

Награды в мире легче нету,

И нету тяжелее кар.

 

2001

Рейтинг:

0
Отдав голос за данное произведение, Вы оказываете влияние на его общий рейтинг, а также на рейтинг автора и журнала опубликовавшего этот текст.
Только зарегистрированные пользователи могут голосовать
Зарегистрируйтесь или войдите
для того чтобы оставлять комментарии
Лучшее в разделе:
    Регистрация для авторов
    В сообществе уже 1016 авторов
    Войти
    Регистрация
    О проекте
    Правила
    Все авторские права на произведения
    сохранены за авторами и издателями.
    По вопросам: support@litbook.ru
    Разработка: goldapp.ru