Рассказ

Отец с дочерью вышли из комнаты, и вдруг, откуда ни возьмись, чуть не сбив с ног ребёнка, выскочил Джеки...

Встречи с Денисом оборвались так же, как и начались — неожиданно. Вёл себя, как посторонний, даже не смотрел в сторону Зины...

Максим озирал окрестности, сидя верхом на огромном валуне, поросшим по шершавым бокам изумрудным мхом...

И вдруг, посреди просмотра, за стеклом линзы внизу экрана появилась громадная усатая морда с большими красными глазищами…

Этой осенью ему с супругой довелось ехать до Симферополя в купе с двумя солидными пожилыми дамами, о чём он вспомнил на днях с непроизвольной улыбкой...

С душевной болью воспринял я новости 2020 года о возвращении мечети в стены древнего храма и музея всемирной значимости...

Наверное, нет у мужчины выше счастья, чем общаться с продолжателями своего рода в этом прекраснейшем из миров. Твои наследники — залог твоего обновления и возрождения...

Завозилась до полуночи с кормёжкой питомцев — их у меня, пожалуй, ненамного меньше, чем было у Ноя. «Куда плывём и где наше пристанище?» — думала я, раздавая попеременно то веточки, то сено. Дальнейших подробностей не будет: уснула, едва коснувшись головой подушки, так и не вспомнив про ужин.

– Как ты думаешь, что в этом году мне подарит дед Мороз? – мальчик смотрел на маму вроде серьёзно, но в глазах его плясали смешинки.

«Общественное мнение в странах Европы, в частности в Германии, готовят к некой войне с Россией, как перед Первой мировой войной, хотя причин ожидать «российское нападение» нет», — заявил РИА Новости глава Немецкого совета за конституцию и суверенитет Ральф Нимайер. Сообщение от 15 марта 2025 года.

Навигатор показывал многокилометровую пробку на внутренней стороне кольцевой автодороги. Придётся свернуть и ехать через город. Это лишних полчаса, но деваться некуда. Я начала перестраиваться в правый ряд, чтобы съехать с трассы в сторону Володарского моста.

Мы шли по пыльной просёлочной дороге. Одной рукой я крепко держала маму, а другой — бабушку. Я еле поспевала за их широкими, размашистыми шагами. Чтобы не отстать, приходилось мелко-мелко семенить, раздувая сандаликами облако дорожной пыли. К вечеру на меня уже наваливалась чугунная усталость, но я не подавала виду, чтобы меня не назвали избалованной.

Бой был коротким, выстрелов уже не слышно. За разбитыми окнами шум ветра, внутри чужой юдоли мещанского счастья хруст битого стекла под сапогами. На стене физическая карта мира со следами пуль, в руках пол детской книги.

Он огляделся недоумевающим взглядом – и вдруг сел на место кондуктора рядом с водителем. Водитель покосился недовольно, но ничего не сказал. Кондукторша дернулась, чтобы накричать на него. Но передумала и продолжила продавать билеты. Наверно, надеялась, что он сам уйдёт.

Никиту Васина, коновала с трясущимися руками, даже дети называли Карасём. А Карасю за шестьдесят-то перевалило. Никита был среднего роста, худой, с маленьким, как у хорька, испитым лицом, но с жилистыми руками и со вздувшимися сзади не шее жилами.