Проза

Трудно представить Каштанку, занятую литературным творчеством. В этом ее главное отличие от Моти, которая буквально на первых страницах заявляет: «История! Записки о семье Дырочкиных!.. Никто, клянусь, никто кроме меня, такое выдюжить не способен».

Старость – это наступление ограничений. Ограничивается время, тебе всякий раз отпускаемое, пространство, которое ты еще способен одолеть, ограничиваются твои желания, возможности, общения, планы, даже разнообразие и количество еды в твоей тарелке...

Никто не боялся опасностей меньше, чем Ганнибал, и никто не обнаруживал большей осмотрительности в самые опасные мгновения. Никакие труды не могли утомить его тело или сломить дух. И зной, и мороз он переносил одинаково терпеливо. Никогда не ел и не пил ради удовольствия, но лишь утоляя голод и жажду.

(журнальный вариант)

(Окончание. Начало в № 1-2, 2012)

Книга Иехезкэля охватывает период с 613 по 591 г. до н. э. Иехезкэль был современником Ирмеяѓу, пророчествовавшего в Иерушалаиме, Эрец Исраэль и Египте, и пророка Даниэля, находившегося при дворе царя Бавеля. Он родился в Иеѓуде около 622 г. до н.э., был коѓеном из потомков Цадока. Потерял жену. Возможно, до изгнания служил в Храме.

Когда Шай Гутгарц ушел на пенсию, у него появилось еще больше времени для деятельности в движении “Мир сейчас”. Он организовывал демонстрации и митинги. Он участвовал во всех пикетах. Даже проливной дождь не служил помехой, если нужно было протестовать против фашиста-раввина или против правительства.

Районное начальство понимало, что ленинградский детдом осенен вниманием областного начальства. Не дать навоз детдому — дело политическое. А с колхозниками церемониться никому и в голову не приходило. Тем более, что колхозное хозяйство было уже так развалено, что его парой подвод с навозом уже не спасешь.