Мнение

Батшев: общественник, да и только. А может, и комиссар. А может, чекист? В кожаночке. Румяный. Глаза — маслянистые. Стишки — все подряд — хреновые. Ну хоть бы строчка нормальная попалась. Так, трескотня. Зато — в любую секунду готов их читать — везде.

И даже если целый день живёшь, как оказывается, только для того, чтобы в конце концов подумать одну-единственную мысль, это уже очень много. Если один-единственный день породил целую мысль ― он уже оправдан.

Любая революция, любая гражданская война — это борьба одного меньшинства с другим. Бедное большинство всегда участвует в ихней борьбе по несчастью, когда не удается отвертеться. Наша Гражданская война 1918-1923 гг. в этом, конечно, не исключение.

Глупость — болезнь, которой никогда не страдает тот, кто ее видит в себе: она очень упорна и, как правило, неизлечима, но достаточно одного проницательного взгляда больного, обращенного им на себя самого, чтобы пробить ее толщу и избавиться от нее, как достаточно одного луча солнца, чтобы рассеять густой туман.

Само обращение ко дну общества и нахождение в нём порыва ввысь — это такая неожиданность, что зародиться она могла только в подсознании. Да и бьёт по подсознанию. Потому такая оглушительная популярность была у пьесы в Германии, где было легче с цензурой, и она была более доступна.

Рассматривая на закате старые кости Нотр-Дам, мне так никогда и не удалось увидеть то, что однажды увидел Виктор Гюго: птицу, собирающуюся взлететь. Нотр-Дам, на который, если действительно смотреть на закате, нужно смотреть с тыла, с моста Архиепископства, похож на музей ихтиологии, на обглоданную веками чудовищную горбатую рыбу. Да и место под стать: рукава пресной Сены, запах мутной рыжей воды, к которому примешиваются запахи с пришвартованных к Левому берегу кафе-ресторанов: корицы, свежевзбитого масла и тягучего горячего шоколада (то бишь, как у Пастернака: в зеркале – чашка какао…)

На следующий день я перезвонила в Пушкинский заповедник. Приятный голос Надежды Борисовны Василевич отозвался на другом конце телефона: «Как жаль, Надин, что Вы не позвонили чуточку раньше, только что от нас ушел художник Энгель Насибулин со своим доктором, мы все пили шампанское и праздновали: известный учёный, вице-президент Российской Академии наук Жорес Алфёров только что получил Нобелевскую премию 2000 г. по физике!»

...Из прекрасных авторских находок можно нанизать целое ожерелье великолепных сравнений, которыми насыщены стихотворения поэта: «чёрное горло кривого колодца», «как рыжий пёс – уткнулся в ноги солнечным пятном», «гнезда, как чьи-то ненужные шапки», «похож на хвост зверька трамвай, виляющий вагоном юрко», «прибой, шутя, выбрасывал на сушу визжащих, белозубых негритят», и множество других ярких, впечатляющих образов.

Вступительное слово Евгения Голубовского

Ретрорецензия на книгу Левона Осепяна «Умереть в Париже»

Рецензия на книгу Лады Миллер «В переводе с птичьего»

Рецензия на книгу Валерия Кожушняна «Записки прохожего»

Публикация ста выпусков «Старины» — крупнейшее событие еврейской культуры, объединившее все включенное в неё русскоязычное еврейство. Бесконечная признательность читателей и авторов людям, совершившим этот бескорыстный трудовой подвиг для увековечения нашего прошлого (А. Хаеш).