Проза

Те, кого в литературе и в разговорах старших назывались «уличные мальчишки», в моём дворе выходили утром во двор и возвращались вечером. От нашего дома до знаменитого одесского пляжа Лонжерон было недалеко, и летом они обычно гурьбой, отправлялись «на море». Чуть влево от главного пляжа был участок берега, укреплённый железобетонными блоками. Мы почему-то называли его «массивом». Именно здесь купалась компания нашего двора. Это место имело ряд преимуществ: сразу от берега было глубоко и можно было прыгать в воду, преодолевая страх и демонстрируя свою удаль, не нужно было проталкиваться через частокол стоящих на мелководье теток и малышни, да и вода была чище. Почти ежедневная практика сделала из многих отличных пловцов. Плавали они «на размашку» - это кроль без погружения головы и «по-морскому» - брасс тоже без погружения головы. Меня учил мой старший брат, и к седьмому классу я мог проплывать несколько сот метров и нырять примерно на два метра. Старший брат в Одессе стал моим главным наставником. Многим умениям и мальчишеским доблестям я обязан ему.

Теперь я хочу сделать несколько общих замечаний. Ученый, как правило, стремится к объективности. Это означает, что он отделяет себя от объекта исследования, старается отвлечься в нем от собственной личности. Он также старается отделить объект исследования от его субъекта. Но у этой тенденции есть границы. В физике граница установлена квантовой механикой: проведение эксперимента влияет на объект исследования самим экспериментом. Невозможно отвлечься от влияния измерения на измеряемый объект. Объективность соблюдается, если ученый отделяет себя от измерительного прибора. Как отметил один из величайших ученых двадцатого века Эрвин Шредингер, атеизм науки в большой степени связан с ее стремлением к объективности. Ученый стремится поставить барьер между исследованием и своим духом, душой, своим «я». Разум ученого стремится построить объективную модель окружающего его мира. Он не сможет справиться с этой грандиозной задачей, если не отстранит самого себя от своего построения. Поэтому его построение не содержит в себе ни строителя, ни Творца. Это - цена объективности.

Детская повесть

Фрагмент романа

Очерк

Рубрика «Дружба журналов»

Рубрика «Дружба журналов»

Рубрика «Фонограф»

Рубрика «ЛитМузей»

Рубрика «ЛитМузей»

Национал-социалисты стали играть в жизни общества все более заметную роль. Гитлер был досрочно освобожден из тюрьмы, и его партия стала набирать силы. В 1926 году по указанию будущего фюрера Германии создается национал-социалистический Студенческий союз, и уже через год в Гёттингене образовалась его группа в составе пяти человек, которая стала быстро расти. Руководство гёттингенским отделением национал-социалистического Студенческого союза взял на себя Вальтер Гросс(Walter Groß, 1904-1945), ставший впоследствии важным функционером в «Третьем рейхе», ответственным за расовую политику нацистов. От Нюрнбергского трибунала его спасло только самоубийство 25 апреля 1945 года, когда Красная армия уже брала Берлин.

Итак, что же в музеях? Практически всё: от лаковых миниатюр до сверхсовременных истребителей, причём все это «настоящее» или «как настоящее», вроде динозавров из Музея естественной истории. Более того, следуя воле своего основателя и мандату Конгресса - «приумножать и распространять знания» - Смитсоновские музеи строят свою выставочную работу с учётом интересов всех возрастных, социальных и образовательных групп экскурсантов. Можно долго спорить об академических достоинствах такого подхода к истории, о социокультурном, контекстуальном и другом «фоне» её изложения, но экспозиции оправдывают себя одним фактом существования - достаточно взглянуть…