История

Начало знаменательного девятьсот шестьдесят первого, так хорошо начавшегося полетом Гагарина в космос и выносом тела Сталина из мавзолея, было подпорчено испытанием самой мощной водородной "Царь-бомбы", в отличие от уже давно никого не пугающих Царь-пушки и Царь-колокола, нагнавших страху на весь мир.

Самтаврийские гробницы, которые я имел возможность исследовать, – отмечает Фридрих Байерн, – обозначаются грузинами еврейским названием акелдама, упоминаемом уже в Священном писании.

Как отмечают политологи, возникшее мульти-расовое и мульти-культурное сообщество менее других заражено расизмом, ксенофобией и антисемитизмом. Как отмечают праздные наблюдатели, эти генетические коктейли сопутствовали появлению неправдопобно большого количества красивых людей. Особенно девушек.

Все знают про усилия Карла Лутца, Рауля Валленберга, других дипломатов по спасению евреев Будапешта. Никто не знает, что их подвиг был бы невозможен, если бы 77-летний Регент Миклош Хорти с помощью армии не вернул себе власть в оккупированной Венгрии и не «вручил» дипломатам почти четверть миллиона евреев для дальнейшей заботы. Никто в мире не спас столько евреев, сколько Хорти, и Валленберг признавал это.

Подписывая соглашения с Гитлером, особенно заключая с ним договор «о дружбе», Сталин высокомерно проигнорировал психологические последствия такого шага. Он играл в свои геополитические игры, выбрасывая из своих расчетов народ. На протяжении десятилетия в стране велась антифашистская, антинацистская пропаганда. И вдруг в одночасье пропагандистская машина повернулась на 180 градусов. Вчерашние враги и изверги рода человеческого провозглашались друзьями и союзниками.

Джеймсу Франку повезло: он остался жив. К уставным взаимоотношениям в армии он никак не мог привыкнуть, и когда ему довелось командовать колонной, то к команде «Колонна, напра-во!» он добавлял, по своей интеллигентской привычке, слово «пожалуйста».

М.А. Лаврентьев был не только замечательным учёным, но и прекрасным организатором. Он правильно подбирал людей для реализации своих идей и предоставлял им полную свободу, не вмешиваясь в детали до тех пор пока выдерживалась правильная общая линия. Так он вел себя и по отношению к олимпиаде – ФМШ.

Почти никто в ноябре 1918 не осознал, что буквально за считанные месяцы со стороны Германии на результаты войны станут смотреть по-другому. Как-то совершенно неожиданно для всех участников Конференции пришло понимание, что немцы, как нация, просто не признали свое поражение.

Единственной победой итальянской дипломатии оказалось разрешение лондонской полиции на проведение парада чернорубашечников в честь приезда Муссолини - и то были серьезные трения в связи с исполнением фашистского гимна "Джовинецца".

Прекрасно зная историю старообрядчества, Ухтомский с увлечением рассказывал о протопопе Аввакуме, боярыне Морозовой, о других мучениках за веру, о групповых, целыми деревнями, самосожжениях тех, кто предпочитал гибель вероотступничеству. В сказаниях и легендах о былом он видел живую душу народа; «соборность» простых людей.

Из проведенных ориентировочных расчетов следует, что на оккупированной территории СССР в границах 1941 года осталось в живых чуть менее 170 тысяч евреев из приблизительно 3 миллионов, что составляет около 5,7 %. При этом в румынской зоне оккупации выжило около 110 тысяч евреев, то есть около 65% от всех выживших.

Городских евреев потрясло известие о том, что первой жертвой налёта на центр города (а его бомбили основательно) оказался главный раввин Кишинёва и Бессарабии Цирельсон, которого почитали как праведника. Бомба попала во двор в тот момент, когда рабби возвращался домой из синагоги после утренней молитвы Шахарит.

Книга Иеѓошуи продолжает повествование Пятикнижия, завершающееся рассказом о смерти Моше, его погребении, тридцатидневном трауре, по завершении которого говорится, что избранный Моше преемником Иеѓошуа, один из двенадцати разведчиков, "исполнился духа мудрости" (Слова, Дварим 34:1-12, 9). Именем Иеѓошуа нарек своего преемника, первоначально именовавшегося Ѓошея, Моше.