***
Cоскоблив ржавье с копья,
Коим ранил он Телефа
(восемь лет, как ни с рубля,
тот болел, как тетя Стефа),
Ахиллес, как Айболит,
Залечил Телефа струпы.
Вот - единственный поступок,
Чем Ахилл НЕ знаменит.
***
Навплий приплыл к эллинам с малой мздою –
Похоронить кого-то из своих.
Они, опьяменённы после Трои,
Послали На-вплия...
- Ну что же, не по их!
Так будь по-хужему, эллинские легаты!
Узлы распущены, и каждый муж – не муж,
С эллинских жен – все будете рогаты.
(А с Клитемнестрою – оно еще похуж.)
***
Есть в Италии река Навет,
Там томились пленницы из Трои.
Прохлаждались эллины-герои,
Не спеша домой, на Старый Свет.
Всё тянули время, как могли.
Девушкам обрыдли штуки эти...
И сожгли они все нахрен корабли.
И остались жить на той Навете.
***
Их звали - Пейсиноя, Телксиенья, Аглаопа.
Пейса - кифара, Телкса - флейта, третья – пела.
На островке, бок-о-бок Скиллы-и-Харибды.
Они были – Сирены.
И они погибли.
Когда их миновали.
***
Сцилла – елочка- игрушка.
От верхушки и до дна
Вся в серебряных ракушках,
Вся в иголочках она.
А Харибда. Та – Хабала,
Груди – груды по волне...
Но покажется не мало,
Коль обнимутся оне.
***
Все войны кончаются крахом,
Поскольку без краха – гумно.
Куда б веретенник Застрахов
Сдавал на шинели сукно?
Куда бы молочник Прогоров?
Куда б похоронник Буйнов?
Закончилось бы очень скоро.
Потом началось все равно.
Зато наши деды и братья!
Титаны! Ну те, кто не хил...
Гомером бы мог написать я.
Позднее. Не будь я Эсхил.
МОСКОВСКОЕ
Мне говорят: - Кончай рифмачить вирши!
Трепать перо, цепляя за углы.
Прощее будь, как Кришна-Шива-Вишну,
Бери пример с брутального Суллы.
Зато. Мне улыбаются кассирши,
И девушки в обменнике милы,
И санитарки – голубые вишни –
Приветливы до кончиков иглы.
* * *
На разграбление – три дня,
А коль не жмет – бери больнее,
По приурочным колеям
Недели хватит еле-еле.
На иды кончится лафа,
Жди децимат за две полушки,
Играй собачий! Мне на «фа».
Давай еще по четвертушке!
***
И подбирается лисой,
И сторонится мертвечины.
И над старушкою с косой
Уже смеяться не по чину.
- Сожру с мозгами напослед,
Чтоб не забыли Фивы, свины...
Не ведал глупый Диомед,
Что не лиса ведь, а Афина.
***
Ой, что узнал я про Медею!
У ней мужей – 500 лохОв,
Индусов, персов, иудеев,
Этрусков, греков и колхОв.
И дети были – не Ясона,
И брат разрубленный – не брат,
Да и Руно – не по фасону:
Старье-рванье – калашный ряд.
С потерей зрения и слуха
На нюх и падаль – мумиё.
Мила мне эта Медеюха.
Да чтобы черт побрал ее!
***
Потом уже – страшнее не бывает -
Больнее. Лечь оно-не лечь.
И cатаны ночами сатанее,
И чаще с Панночкою встреч.
(4 ноября 1926)
От имени самого/его журнала «Слово|Word», Пушкин и Редакция выражают благодарность:
The list of “Slovo\Word” benefactors: Lev Berdnikov, Irina Chaykovskaya, Lana Chiano, Roman Golovanov, Galina Itskovich, Lali Metreveli, Valeriy Mikhailov, Igor Mikhalevich-Kaplan, Ludmila Pruzhanskaya, Nadia Rafalson, Gennadyi Razumov, Sergei Shabalin, Eugeniy Sokolovsky, Yevsey Tseytlin.
On the cover: Dmitry Plavinsky. RHINOCEROS. Etching. 1987. Дмитрий Плавинский. НОСОРОГ. Офорт. 1987.
