Политика

Пусть простит меня читатель за излишнее цитирование, но в этих отрывках содержится практически вся информация о клинике профессора Стравинского. Очевидно, что в редакции 1931 года психолечебница не имеет каких-либо опознавательных черт, к ней можно доехать на трамвае примерно за 30-40 мин. Есть волшебный сад, каменное крыльцо и роскошный подъезд. Еще есть "ослепленный техникой" и "лечебница, оборудованная по последнему слову техники", – вот и вся характеристика, под которую может подойти любая новая больница в пределах трамвайных маршрутов Москвы. Как бы то ни было, далее будем опираться на последний рукописный вариант глав, посвященных душевной болезни Иванушки, который автор зачитывал главному врачу Донской психиатрической больницы С.Л. Цейтлину и нейрохирургу А.А. Арендту 7 апреля 1938 г., а 23 мая того же года была закончена последняя рукописная редакция романа, цитаты из которой и приведены вслед за газетной заметкой в начале этой статьи.

Понятно, что в глазах простого здравомыслящего человека американское правосудие превращалось в фарс. Европейские страны гораздо быстрее прореагировали на изменившуюся обстановку, одна за другой они либо отказывались от судов присяжных, либо сокращали их применение. Культ свидетельских показаний, который ставил рядового человека на судебном заседании лицом к лицу с матёрым убийцей или безжалостным террористом, имеющим десятки сообщников на воле, был ослаблен, судьям разрешено было принимать письменные показания и не оглашать имена тех, кто решился их дать. Американские же юристы делали вид, что никаких коренных перемен не произошло. По данным 1988 года в Америке было проведено 120 тысяч судов присяжных, а во всём остальном мире – только 15 тысяч.2 Отбор присяжных длится неделями, если не месяцами. В новостях сообщили, что отбирать присяжных для суда в Бостоне над террористом Царнаевым вызвано 1200 кандидатов. Это, конечно, объясняет, каким образом могут существовать и зарабатывать на жизнь 800 тысяч американских адвокатов (около 80% от числа адвокатов в мире), но не даёт никаких надежд на то, что американская юстиция пойдёт на реформы чреватые для неё такими серьёзными финансовыми потерями.

Даже если такая афера не происходила, ясно, что Израиль действовал, желая во что бы то ни стало достичь мира - хотя бы в рамках т.с. "эксперимента". Т.е., как говорит арабская поговорка - "если бы" превратилось в "алевай" ("дай-то Бог !"). Но поговорку израильские вожди или не знали, или не придавали ей значения. Даже если бы не было "афер" в 1973 или 1992 гг, их можно было ожидать каждую минуту. "Каждая война основана на обмане", - сказал китайский полководец Сун-Цу. И добавил: "Не надейся, что враг не придет - надейся лишь на свой ответ ему. Не надейся, что враг не нападет - надейся..."

Действующий на Украине (в «красном» Киеве) при Российском обществе Красного Креста Отдел помощи погромленным получал «живую» информацию о состоянии погромных дел, в частности, в Уманском уезде и в прилегающих к нему местностях, непосредственно от сотрудника Отдела И.С. Брауде. Вот что он пишет в сообщении от 10 июля 1919 года: «Думаю, что положение в Умани и уезде достаточно выяснено мною в предыдущих письмах и телеграммах. Прибавлю лишь о том, что я сегодня вернулся – удрал из поездки по уезду. Был я в маленьком местечке Дубово, находящимся в 20 верстах от Умани. Погром и резня, длившиеся там с лишком полтора месяца, по своему характеру и степени жестокости так своеобразны, так богаты «погромным творчеством» и инициативой, что хочется верить, что Дубово – несчастное исключение в погромной хронике последних дней. О хронологическом ходе событий и подробностях я сообщу в ближайшие дни, вместе со списками замученных и раненых…» [6].

Переходим к главной проблеме цикла. Ее мы определили как для данной статьи, так и для всех статей цикла «Исторический антисемитизм». Проблема заявлена так: «Как проявлялся исторический антисемитизм в источниках, трудах историков и в литературных исторических произведениях от Киевской Руси до наших дней и как он влиял на формирование национального самосознания в России и в Украине. Охватить весь объем материала невозможно, но будем выбирать основные образцы этой разновидности антисемитизма. Не будем забывать и об историках-филосемитах, которые и спасали честь исторической науки России и Украины. Переходим к отдельным историкам.

«Вместо того чтобы ткнуть Запад носом в его собственные оценки СССР как «империи зла» и объявить о нелегитимности этих границ, Путин изо всех сил уверяет США и Европу, что не покушается на их изменение, и заталкивает восставший юго-восток под власть Киева, ратуя лишь за некую утопическую автономию в укронацистском государстве...»

Вавилов и его институт были неотделимой частью мировой науки (частью глобуса, как он говорил). И глобус признал его одним из крупнейших генетиков и растениеводов мира.

Про Горбачева же напишут, что он изменил ход мировой истории, дал свободу народам и странам. И это правда.

Чтобы не выглядеть придирчивым критиком и диванным раздавателем советов, автору уместно отметить и собственное возвращение, — насколько ему самому удалось следовать миссии русской эмиграции в столь сложной российской ситуации: между противоборствующими крайностями западнического антикоммунизма и «красного» патриотизма, в условиях компрадорской власти (сознавая и некоторые свои иллюзии, и «маломощность» в сравнении с масштабом задачи, — однако и к безнадежному действию всегда обязывает нравственный императив). Отчет о личной деятельности, даже если это капля на горячий камень, будет нагляднее, чем взгляд со стороны на других.

Хорошо, если бы купол научился не расстреливать палестинские ракеты, а поворачивать их в полете на 180 градусов! Чтобы они, как почтовые голуби, возвращались точно домой, откуда их выпустили... Это было бы экономно и эффективно. Как бы быстро мы достигли мира!

Как и Шарль де Голль, обвинивший Англию в заговоре с целью вытеснения Франции с Ближнего Востока, Давид Бен-Гурион обвинил англичан в попытке помешать созданию Государства Израиль – с помощью тайного натравливания арабских стран на осуществление вооруженного вторжения в Страну.