Помню твою фразу, печальней которой нет:/ «И было врагу народа 18 лет». —/ Так вот она, террористка из «Нового величия» —/ На плечах косички, в комнате пенье птичье.

Шведская Академия наук в своем решении о присуждении Нобелевских премий за 2021 г. вообще никак не отреагировала на пандемию. На самом деле я, как и многие в научном мире, надеялся, что Нобелевская премия за 2021 г. будет присуждена Каталин Карико (Katalin Karikó) и Дрю Вайсману (Drew Weissman), чьи пионерские работы начала текущего века открыли путь к созданию вакцин, основанных на совершенно новом принципе.

Откровенность автора «Будденброков» очень нравилась Курту, который всю жизнь гордился тем, что в молодости Томас Манн был ему близок. Посвящение Мартенсу новеллы «Тонио Крёгер» стало вершиной их отношений.

Исландия — это не только страна, но ещё и очень особенный район Иерусалима, полноправного героя нового романа Александра Иличевского, лауреата премий «Русский Букер» и «Большая книга». Текст по Иличевскому — главный феномен не только цивилизации, но и личности. Именно в словах герои «Исландии» обретают таинственную опору существования, но только в любви можно отыскать его смысл. Берлин, Сан-Франциско, Тель-Авив, Москва, Баку, Лос-Анджелес, Иерусалим — герой путешествует по городам, истории своей семьи и собственной жизни. Что ждёт человека, согласившегося на эксперимент по вживлению в мозг кремниевой капсулы и замене части физиологических функций органическими алгоритмами? Можно ли остаться собой, сдав собственное сознание в аренду Всемирной ассоциации вычислительных мощностей? Перед нами роман не воспитания, но обретения себя на земле, где наука встречается с чудом.

И тут произошло неожиданное. Вместо народного гнева, Гитлера встретили бурные овации подавляющего большинства населения. Как написал историк Джордж Беркли, столь резкий поворот в настроении людей, которые вчера поддерживали Шушнига и клялись в верности Австрии, а сегодня приветствовали гитлеровские войска, как «немецких братьев», не может быть объяснен выходом из подполья нескольких десятков тысяч нацистов.

В книге Зоар нет винограда. Там — буквы-кони, там — всадники, там — речь о наступлении с боевым оружием в руках. А у Мандельштама — в первую очередь именно зрелище спелой виноградной лозы вызывает картину тех самых конной битвы и текста одновременно, где, правда, нет огня, но есть свет — целые горы южного света.

Поддавшись вековой «сексистской традиции», все исследователи пытались проследить только «мужскую линию» семьи, забывая о жёнах и дочерях. Рав Корец давно говорил мне о том, что раз ни одна из версий не выдерживает минимальной проверки на стыковку поколений по датам рождения и смерти, значит нужно включить в рассмотрение «женскую линию», т.е. возможность передачи фамилии через жён.

В этом единственном в своем роде фантастическом детективе в роли следователя выступает всемирно известный литературный герой. Даниэль Клугер обращается к классическим произведениям Джонатана Свифта о путешествиях Лемюэля Гулливера и дополняет их детективными эпизодами, в которых Гулливер расследует кровавые преступления, оставшиеся по воле Свифта нераскрытыми. Автору, живущему в Израиле поэту и писателю, удалось не только создать увлекательный сюжет, но и с удивительной точностью воспроизвести язык хорошо знакомого всем полного перевода «Путешествий Гулливера» А. Франковского. Удивительна природа детективного жанра. Стоит лишь представить себе, что в том или ином произведении мировой классики таится криминальная загадка, — пожалуйста! Некто, таящийся за текстом, вдруг подбрасывает вам информацию, на которую раньше вы внимания не обращали. И вот вам уже вполне видна эта загадка, которую вы как-то «зевнули» при первом чтении. В самом деле, а случайна ли смерть Базарова? А кто на самом деле убил старуху-процентщицу? А что в действительности таит прошлое капитана Немо, и вообще — индийский ли он повстанец или все-таки польский революционер?

Евгения Уралова на роль Лены пробовалась десятой, соперничая с М. Вертинской, М. Тереховой, О. Яковлевой, Н. Фатеевой — красавицы, звезды, но Хуциев «вцепился» в нее сразу, с первого взгляда и не ошибся.

Арсений Александрович (Тарковский) считал, что троечника надо перевести так, чтобы было понятно, что это троечник, и за это ставить переводчику пятёрку. Каким бы ни был оригинал, раз его обрекли на перевод, эту работу должны выполнять профессионалы. Конечно, не улучшая! Переводчик, который, подмигивая, говорит, что оригинал так себе, а он сделал из него конфетку, плохой переводчик.

Чтобы стать творцом научной революции, надо вовремя родиться — тут Ландау прав. Но этого мало! Надо иметь дар и подготовку, чтобы, во-первых, уметь осмыслить и использовать новые идеи и методы в науке и, во-вторых, чтобы самому генерировать новые идеи. Такие способности на пустом месте не рождаются — нужна школа. Пример Гёттингена очень показателен.

Книга посвящена отношениям человека с собой и другими и освещает самые распространенные проблемы, с которыми люди приходит к психологу: неуверенность, неспособность отпустить прошлое, неумение собраться с силами, ревность, вина, зависть, безысходность, сожаление об упущенных возможностях, потребность в любви, раздражение на весь мир, горе потери… Автор — практикующий психолог, гештальт-терапевт и семейный консультант, рассматривает серьезные вопросы через призму историй, основанных на реальных случаях из практики, давая читателям советы о том, как правильно распознать и проработать то или иное негативное состояние, обрести гармонию и радость жизни.

Конечно, внутри у каждого возникал нехороший холодок. В конце концов, мы все были никакие не диссиденты, а обычные советские люди и трепетали перед партийными органами и просто органами, теми самыми, которые вдохновили ГКЧП на подвиги. А тут нам выпало писать такую крамолу, о которой еще вчера подумать было страшно. И делалось это по приказу начальства.

Валентина Ивановна вошла очень медленно, с трудом… Косынка лежала на плечах, а голова была белая. Женька не сразу понял, что это… Только потом до него дошло, что она за одну эту ночь стала седая. И он всё понял.

Самым трудным был устный экзамен по математике. Именно здесь «нежелательные» абитуриенты отбирались в специальную аудиторию, и здесь специальные инквизиторы должны были проваливать их. Тактика сопротивления была такая. Ответы на вопросы билета надо записывать максимально подробно на экзаменационном листе и не спешить отвечать.

Все мы сталкиваемся с людьми, которые способны испортить жизнь. Это могут быть коллеги, начальство или даже ложные друзья, которые разрушают нашу веру в себя. Иногда и собственное поведение нам непонятно — например, мы можем бросить все силы на заведомо провальное дело или страстно добиваться человека, который вообще недостоин любви. Анализируя своё поведение, мы даже не понимаем, как могли поступать столь неразумно, и используем выражения вроде: «Что-то на меня нашло», «Я был не в себе».

Документальная повесть

Я не перечила Тебе, Когда был прежний мир разрушен. Смогла понять. Умерить бег. Сомкнуть распахнутую душу. Смогла почти что замолчать – Не до конца. Суди же строго, Но лишь не запрещай мечтать О проблеске в конце дороги. Лежу. Придавлена к земле. Взлететь уже смогу едва ли. Мне предлагали на метле – Коль скоро крылья отказали.

Что за ужас, что за страх, кто скрывается в кустах? Что за ужас, что за страх, кто скрывается в кустах? Мара-пура, мара-пура, изменяется фигура, что за ужас, что за страх, кто скрывается в кустах, кто скрывается в кустах, кто скрывается в кустах…

Всего-то ночь и мотылька полёт, но тень его – трепещущая сила. Ужасна тень, а мотылёк красивый, он словно Богу ужин подаёт. Безмолвный гость, но звук его пыльцы, слетел на пыль оконную до срока глубоким эхом, словом или слогом, напомнив мне усиленное «рцы».

Цикл стихотворений

Эта книга — записки военкора мусорной войны, неравнодушного свидетеля наступления мусора на беспечное человечество. Ее автор, журналист Анна Титова, исследует российские и мировые практики обращения с отходами. Что лучше — безопасно закапывать, правильно сжигать или перерабатывать? Какие меры по сдерживанию общего противника предпринимают правительства разных стран? Каковы успехи движения сопротивления и партизанской войны на местах? Способен ли в принципе мировой капитализм заработать на уничтожении общего врага? В этой книге нет назойливых рекомендаций по поводу того, как сделать свою жизнь и мир вокруг себя чище и экологичнее. Нет и готовых рецептов преодоления мусорного кризиса в России и других странах. Зато благодаря книге вы сможете наконец понять, есть ли смысл ввязываться в эту войну лично вам и каждому из нас.

Почему в детстве так неодолимо тянуло ко всему сказочному, страшному? Стоило лишь прочитать, что где-то в лесу живет Лихо одноглазое, сидит в избушке на кровати, смощенной из человеческих костей, как сразу же окутывал соломенно-серый цвет таежного мира: болотные моховинки, подтопленные, наклонившиеся лиственки.

Шел 1994 год, и русские в Западной Германии тогда еще были в диковинку.

Это примитивное хулиганье, причем отмороженное. Их проблема в том, что они не знают цену человеческой жизни, ни своей, ни чужой.

Чэн Гун и Ли Цзяци – одноклассники и лучшие друзья, но их детство едва ли можно назвать счастливым. Мать Чэн Гуна сбежала из семьи с продавцом лакричных конфет, а Цзяци безуспешно пытается заслужить любовь отца, бросившего жену и дочь ради лучшей жизни. Кроме семейного неблагополучия Чэн Гуна и Ли Цзяци объединяет страстная любовь к расследованиям, но дети не подозревают, что очередная вытащенная на свет тайна очень скоро положит конец их дружбе и заставит резко повзрослеть. Расследуя жестокое преступление, совершенное в годы «культурной революции», Цзяци и Чэн Гун узнают, что в него были вовлечены их семьи, а саморазрушение, отравившее жизни родителей, растет из темного прошлого дедов. Хотя роман полон истинно азиатской жестокости, Чжан Юэжань оказывается по-христиански милосердна к своим героям, она оставляет им возможность переломить судьбу, искупить грехи старших поколений и преодолеть передававшуюся по наследству травму.

...Я приоткрыл дверь, и вдруг мне стало жутко. Чудовище Ковид раскрыл объятия. И я отшатнулся. Все это время он был здесь хозяином. Даже окна были закрыты и задрапированы. Капсула ужаса. Здесь, загерметизированная, созревала сила проклятия. Завыла собачка Ненни и попятилась, и прижалась к моему колену, дрожа всем телом и поджав хвост и уши. Маленькая, еще не понимая происходящего, вдруг заплакала...

...Много лет спустя, в последний год жизни Горелова, мы с коллегами назовëм в его честь новый вид скорпионов из Туркмении: Olivierus gorelovi (Fet et al., 2018) (семейство Buthidae). Зоолог Георгий Шенброт ещë в 1986 г. описал по сборам Горелова ископаемого тушканчикa из Бадхыза, Salpingotus gorelovi. Но похоже, что наш скорпион — единственный ныне живущий зоологический вид, носящий имя Юрия Константиновича.

When we finally reach the deep, undercurrent kingdom / Look into my eyes without words, objections or why’s; / Look the way you had eyed me that lonely evening / When we just met each other, my baby Noah.