Воспоминания

Любопытный факт: составленный Александром Менем семитомный Богословский Словарь был рассмотрен «ученым советом» Духовной академии на предмет присуждения докторской степени. В каковой, однако, соискателю было отказано, ибо «такой труд не мог быть составлен одним человеком».

Приехал в Суханово из Парижа уже пожилой князь Волконский, прошелся по родному имению, зашел в библиотеку, погрузился в кресло и воскликнул: «Ах, я помню! Я сидел в этом самом кресле, когда был маленьким еще до переворота!»

Однажды я где-то увидел фразу: “Любовь и путешествия – только это мы и будем вспоминать на старости лет”. Потом долго искал, кто из великих изрёк сию мудрость (... )Это оказался рекламный текст для курса по тревел-журналистике.

...с планом хорошо знакомого мне Бенсонхёрста девяностых, где жили тогда ещё "mafia wives", тревожные праздные жены мобстеров, где по вечерам звучали подозрительные хлопки (а наутро подозрения подтверждались в газетной колонке криминальной хроники – опять шёл отстрел несогласных), где кокаин, спидболл и крэк продавались в киосках, торгующих всякой всячиной...

Зорная полоса света подкрашивает подошедшие к гробнице Иосифа автобусы. Их желтые номера отливают цветом нашей крови. Я не оговорился, из сотен шхемских жителей, садящихся сейчас в кожаные кресла, можно выискать и террористов-самоубийц, направленных на задание. Выискать можно, но как?

... О погибших не принято говорить плохо, но я не буду лить релятивистские слезы, рассуждая о жестоком мире, в котором мы живем, и сам буду в чем-то беспощаден. В своей гражданской, так сказать, жизни Глеб был агрессивно пьющим, ватным “патриотом”...

Он родился в «литературную волну» 1936–1938 гг. (Виктор Лихоносов, Александр Вампилов, Валентин Распутин, Александр Проханов, Леонид Бородин и др.). Его соседями по общежитию в ЛитИнституте были Николай Рубцов и Василий Белов, а однокурсниками на Сценарных курсах — Владимир Маканин, Андрей Битов, Грант Матевосян и др.

Эта весна мне как высшая милость — к большей уже не взойду… Мартовским солнцем душа обновилась. Первая радость в году.

В первое чернобыльское лето воздух был сладковатый и тошнотворный. От него холодело под ложечкой, а голова горела, как при высокой температуре. Волны радиации докатились и до южного Черноземья. В огромных палисадниках белгородских многоэтажек на окраине города, густо засаженных фруктовыми деревьями, созревали плоды крупнее обычного, что сразу было отмечено старожилами.

Пожалей себя, Божье творенье, Посмотри, как в округе светло. Небеса в голубом оперенье Ставят душу твою на крыло.

Сквозь призму вековых реминисценций, Под Рождество, сквозь слякоть и туман В толпе с работы шедших горожан Брели волхвы, неся дары младенцу.

За далью – даль. И только ветер Усталый бродит меж полей. Тебя прекрасней нет на свете. Тебя на свете нет грустней.

Держу в руках фарфоровых котят – О хрупком счастье мне напоминают Глаза... Сейчас в них скука ледяная, А раньше говорила, что блестят.

Выйти в сад из сонных комнат, В полусвет, в апрель, Но о смерти вдруг напомнит Выеденный шмель.

Перед всем российским обществом стоит задача помочь новым гражданам, чтобы каждый из них мог осознать себя как можно скорее россиянином, чтобы понимал, что его судьба связана с русским миром, что здесь он может реализовать весь свой личностный потенциал, как полноценный член великого сообщества, которому уже более тысячи лет.